Бесплатный фрагмент - Код кукурузного ликера

Код кукурузного ликера

«Я не знаю иных признаков превосходства, кроме доброты»

Людвиг ван Бетховен.

Поиск идеальной среды

В последнее время я занялась поиском идеальной питательной среды для своих микроорганизмов.

Сегодня я готовлю кукурузный экстракт.

Это, по сути, концентрат всех нужных полезностей, которые есть в зерне кукурузы: аминокислоты, витамины и минералы.

Для грибков и бактерий — это настоящий праздничный обед, которого у меня не было уже давно.

Правда, с исходным сырьем сейчас очень сложно, поэтому я использую то, что есть под рукой — кукурузный силос.

Редко! Очень редко удается найти цельное зерно.

Процесс приготовления питательной среды получается довольно медитативным.

Сначала я заливаю силос или полотое зерно водой (иногда фосфатным буфером) и оставляю его настаиваться на 12 часов при комнатной температуре прямо на столе в лаборатории.

После этого я тщательно фильтрую раствор через обычную стерильную марлю, чтобы получить чистую основу.

Дальше начинается самое интересное — «сборка» среды.

Я довожу настой до нужной концентрации, добавляю необходимые минеральные соли и дополнительные источники азота. Чтобы избавиться от непрошеных гостей, стерилизую всё по старинке- беру закрытую колбу с раствором и отправляю ее в кипящую воду на определенное время.

Когда всё готово, разливаю питательную базу по чашкам Петри. И знаете, кажется, я на верном пути!

Микроорганизмы чувствуют себя отлично и активно растут.

Похоже, я могу надеяться на удачу!

Доктор Ермолаева

Пробуждение выдалось ранним, если не сказать ночным.

За тонкими стенами квартиры доктора Винклера гремел какой-то праздник у соседей. Судя по доносившимся обрывкам разговоров и раскатам мексиканской музыки, гостей было много.

Периодически сквозь шум пробивался настойчивый женский голос, требовавший «еще ликерчика в рюмочку».

Винклер не был неженкой. Два года в общежитии Новосибирского медицинского университета закалили его настолько, что он мог бы уснуть и посреди дискотеки. Но этой ночью сон не шел по совершенно другим причинам.

Во-первых, раскалывалась голова. Во-вторых, тело била мелкая дрожь, то бросая в жар, то заставляя стучать зубами. «Где же градусник?»: лихорадочно соображал доктор, перебирая содержимое ящиков стола и шкафов.

Наконец, под грудой канцелярских принадлежностей трясущиеся пальцы нащупали знакомый пластиковый носик. Нажав кнопку, Винклер сунул термометр под мышку и замер в ожидании.

Через несколько минут раздался писк. Дисплей предательски высветил цифры: 39,6.

«Утром — к врачу»: решил Винклер и плотнее закутался в одеяло.

Несмотря на утреннюю слабость, Винклер заставил себя натянуть спортивный костюм и отправиться в поликлинику.

Новое, современное здание, расположившееся на зелёном холме, своим видом больше походило на солидную администрацию, чем на обитель здоровья.

У входа две дамы в возрасте, кокетливо повязав на шею молодёжные синие платочки, подсказали Винклеру, где найти кабинет дежурного терапевта.

Доктор Ермолаева оказалась приятной молодой женщиной. В её серьёзных карих глазах сразу читались неподдельное внимание и забота. Она тщательно прослушала Винклера фонендоскопом, после чего выписала ему направление на рентген и попросила подняться на второй этаж, а затем с результатами вернуться к ней.

Сделав снимок, он снова спустился в кабинет. Ермолаева изучила рентген, затем перевела долгий, внимательный взгляд на самого Винклера и назначила ему курс антибиотиков.

Зинаида

Винклер с трудом дотащился до своего дома, едва переставляя ноги. Пакет с лекарствами из аптеки казался неподъемным, а в голове стоял протяжный гул от внезапной болезни.

«Завтра кровь сдавать, а я даже до кухни дойти не могу! Ладно, схожу в частную клинику за углом. Да, дерут там втридорога, зато не придется тащиться через весь город. И график у них удобный. Хоть ночью приходи»: пронеслись мысли в голове доктора, которые через протяжный гул вырисовывались похожими на серых аморфных существ.

Доктор с трудом зашел в квартиру, налил воды и, поморщившись, проглотил горькую таблетку антибиотика. Сил хватило только на то, чтобы добраться до кровати. Едва коснувшись подушки, Винклер провалился в тяжелый, вязкий и болезненный сон.

Во сне он потел, кашлял и пытался вникнуть в странный сон: посреди стерильно-белого пространства стояла статная женщина. На ней был накрахмаленный медицинский халат, поверх которого, нелепо и грубо, был накинут старый, засаленный ватник. Ее руки, испачканные в саже и угольной пыли, дрожали, удерживая хрупкие мензурки. Она не замечала Винклера, глядя куда-то сквозь него, в пустоту, и с какой-то фанатичной надеждой вскидывала колбы вверх, выкрикивая в тишину одно и то же слово:

«Вибрион! Вибрион!»

Будильник пронзительно зазвенел в семь утра, вырывая Винклера из остатков сновидения.

Не тратя времени на умывание, он наспех натянул спортивный костюм, сунул ноги в кроссовки и почти бегом направился к медицинскому центру, который присмотрел накануне. Выбор его был прост: во-первых, центр находился буквально за углом его дома, а во-вторых, подкупило само название медицинского центра «Лаборатория здоровья».

Дорога заняла не больше пяти минут. Оказавшись в прохладном холле медицинского заведения, Винклер подошел к стойке регистрации и с ходу заявил, что ему нужно сдать общий анализ крови.

Девушка за компьютером подняла на него взгляд и вежливо, но твердо ответила:

«У нас все процедуры только через осмотр врача!»

Она указала рукой на дверь в глубине коридора.

«Зайдите к Зинаиде Иосифовне, нашему терапевту. Она как раз сейчас на месте. Она вам назначит исследование.»

Винклер послушно кивнул и направился к кабинету. Он взялся за пластиковую ручку, толкнул дверь и замер на пороге, словно наткнувшись на нечто необычное.

В кресле сидела женщина, та самая, которую он видел в своем сегодняшнем сне.

Ошеломленный этим совпадением, Винклер забыл все правила приличия и вместо привычного «можно войти?» выпалил:

«Вибрион!»

Зинаида Иосифовна даже бровью не повела, пропустив мимо ушей странную реплику пациента.

Похоже, за годы практики она повидала столько чудаков, что выходки Винклера казались ей детским лепетом. Она лишь коротко кивнула на свободный стул и деловито добавила:

«Сначала сдадите кровь, я сейчас оформлю направление. А пока расскажите о себе. Кем трудитесь?»

Винклер на секунду завис. Из-за сильной интоксикации в голове стоял густой туман, и привычные факты биографии всплывали с трудом. Он помолчал, собираясь с мыслями, и наконец ответил с неожиданной твердостью:

«Я врач. Невролог. Психотерапевт».

Зинаида Иосифовна заметно оживилась. Она с любопытством оглядела мужчину, и в её глазах промелькнул профессиональный азарт.

«Надо же, как удачно! Мне как раз нужен толковый специалист. Можно я вам позвоню?»: спросила она.

Две недели на антибиотиках наконец остались позади, и Винклер почувствовал, что готов вернуться к делам. Его офис в самом сердце столицы встретил его тишиной и слоем серой пыли, осевшей на мебели за время вынужденного отсутствия.