Бесплатный фрагмент - Хорм должен дойти до вершины башни

Глава первая

В которой герой впервые входит в башню

Башня стояла посреди равнины.

Чёрная, высокая и совершенно неуместная.

Вокруг неё на много миль не было ничего, кроме жёлтой травы, редких валунов и ветра, которому здесь явно здесь наскучило. Поэтому он носился вокруг башни, завывал в трещинах и время от времени швырял путникам пыль в лицо.

Путник, впрочем, был всего один.

Его звали Хорм.

Он был молод, высок, широк в плечах и обладал тем особым выражением лица, которое бывает у людей, твёрдо решивших совершить что-нибудь героическое и ещё не подозревающих, насколько сильно они об этом пожалеют.

Хорм остановился перед башней.

— Неправда.

Ветер прошёлся по траве.

Где-то далеко каркнула ворона.

Хорм поднял голову.

— Я не молод.

Повисла пауза.

Возможно, вам покажется странным, что человек посреди безлюдной равнины внезапно начинает спорить сам с собой. Однако следует отметить, что Хорм провёл в дороге последние четыре дня, почти не спал и—

— Мне тридцать семь.

…и находился в том возрасте, который всё ещё можно назвать молодым, если рассказчик достаточно великодушен.

— Тридцать семь — это не «молод».

Хорошо.

Его звали Хорм.

Он был сравнительно молод, высок, широк в плечах и исключительно зануден.

— Вот это обязательно было?

Да.

Хорм тяжело вздохнул.

Перед ним возвышалась дверь.

Она была огромной — раза в три выше человеческого роста — и сделана из чёрного дерева, покрытого серебряными символами. Некоторые изображали звёзды. Другие — человеческие черепа. Третьи выглядели настолько непристойно, что Хорм решил их не рассматривать.

— Я их рассмотрел.

Хорм решил не рассказывать, что именно он там рассмотрел.

— Это уже ближе.

В центре двери находилось круглое углубление.

Хорм полез под плащ и достал медальон.

Красный камень на серебряной цепочке.

Единственная вещь, оставшаяся от отца.

— От матери.

От матери.

Хорм замер.

Медальон качнулся в его руке. Хорм вставил медальон в углубление.

Камень вспыхнул.

Где-то глубоко внутри башни раздался грохот. Огромные механизмы пришли в движение после, возможно, сотен лет сна. По серебряным символам побежал багровый свет.

Дверь медленно открылась.

За ней была тьма.

Хорм положил руку на рукоять меча.

Вот здесь любой разумный человек остановился бы.

Перед ним находилась древняя башня неизвестного происхождения. Над входом висели человеческие черепа. Дверь открылась от фамильного медальона. А из темноты пахло кровью, сыростью и чем-то подозрительно похожим на тушёную капусту.

Всё говорило о том, что входить внутрь не следует.

Поэтому Хорм вошёл.

— Я ненавижу тебя.

Но вошёл же.

— Потому что, если я развернусь, ты напишешь, что я трус.

Я бы написал «благоразумный человек».

— Врёшь.

Немного.

Дверь захлопнулась за его спиной.

Бум.

Хорм вздрогнул.

Внутри было почти совершенно темно. Он вытянул руку и пробормотал несколько слов. Над ладонью появился маленький белый огонёк. Теперь Хорм мог разглядеть место, где оказался.

— Ненавижу двери, которые так делают.

Первый этаж башни представлял собой круглый каменный зал. Пустой. Ни окон, ни мебели, ни других дверей.

Только винтовая лестница у дальней стены.

И надпись.

Хорм подошёл ближе.

Кто-то выцарапал её прямо на камне.

НЕ ПОДНИМАЙСЯ.