электронная
Бесплатно
печатная A5
833
18+
Избранное-2019

Бесплатный фрагмент - Избранное-2019

II Всероссийский литературный конкурс о животных «РяДом»


5
Объем:
732 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-7787-1
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 833
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Зоозащитное движение: приветственное слово

Движение зоозащитников — это добровольное объединение физических и юридических лиц для совместного решения проблем, связанных с жестокостью в отношении животных.

Мы хотим изменить отношение людей к животным. Мы хотим, чтоб люди перестали относиться к животным, как к ресурсам и объектам использования в своих интересах.

Мы считаем, что животные созданы не на потеху нам и не для эксплуатации нами, и мы не считаем человека венцом творения.

Если раньше люди эксплуатировали животных, не имея научных представлений об их сознании; памяти; чувствах, которые они испытывают; о языке, на котором они общаются между собой; об их социальных связях; эмоциональных переживаниях, то сейчас, зная обо всем этом, совершенно непостижимо, как можно продолжать их эксплуатировать. Тем более с учётом достижений нравственного и технического прогресса.

Хотя русский язык относит животных к одушевленным существам, по большинству законов государства, к сожалению, животные являются лишь ресурсами.

Федеральный закон «О животным мире» начинается со слов: «Животный мир является […] рационально используемым для удовлетворения духовных и материальных потребностей граждан РФ». В законе «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов» животные — охотничьи ресурсы. Сельскохозяйственные животные вообще никак не защищены. По гражданскому кодексу — животные это всего лишь имущество. Министерство, регулирующее отношения человека с животными и природой, называется Министерством природных ресурсов. То есть животные и природа, в целом, для нас — сплошные ресурсы и имущество в правовом поле.

И лишь в законе «Об ответственном обращении с животными» они признаны чувствующими боль и страдания, и испытывающими эмоции существами. Но этот закон касается далеко не всех видов, а лишь малой их части, и он далеко не идеален. Его принятие было лишь первым шагом, хоть и очень важным.

Наша задача изменить не только отношение общества к животным, но и законодательство РФ. Чтобы и на уровне государства, и на уровне сознания граждан животные перестали считаться ресурсами и объектами пользования. Мы приглашаем всех присоединиться к нам! Вступайте в нашу группу https://vk.com/dvigeniezooza!

Мария Погодина

Благодарности

Создание этой книги было бы невозможно без участия множества людей.

В первую очередь, я хотела бы выразить благодарность всем участникам конкурса «Рядом» — ведь это из их работ составлен сборник, благодаря им эта книга получается такой эмоционально богатой, разнообразной и увесистой. И хотя конкурс по сути своей предполагает оценку и выбор победителя, мне иногда жаль, что это так. Потому что каждому автору, работа которого доставила мне эстетическое удовольствие (ну то есть подавляющему большинству участников), мне хочется сказать — Ваша работа победила. И Ваша. И вот Ваша тоже. Еще раз — огромное вам спасибо!

Большое сердечное спасибо всем членам жюри и организаторам конкурса: Александру Голикову, Екатерине Шарковой, Алексею Мухтулову, Наталье Жемчуевой, Ольге Новиковой, Елене Анохиной, Юлии Митяшиной и Юлии Шакиро за огромную работу, которую они проделали.

Отдельное спасибо Екатерине Шарковой за вступительное слово в начале книги, Юлии Митяшиной и Елене Анохиной за редактуру некоторых работ, а Юлии еще и за дизайн обложки, рекомендации по дизайну сайта конкурса, огромный вклад в доработку технической части организации конкурса и моральную поддержку на протяжении всей работы!

Глубокая благодарность нашим спонсорам, которые согласились стать таковыми непосредственно в самый разгар приема работ за более чем скромную рекламную отдачу на сайте и в группе конкурса:

Ridero, электронная издательская система для независимых авторов (https://ridero.ru);

Сервис для создания интеллект-карт MindMeister (https://www.mindmeister.com);

«Справочник писателя», крупнейший образовательный портал для авторов, которые пишут на русском языке (https://www.avtoram.com/);

Scrivener, специальный текстовый редактор для писателей (https://www.literatureandlatte.com/scrivener/overview);

Переводческий сервис EnRuStudio (enru.studio).

Спасибо нашим партнерам «Рок в защиту животных», которые приглашают всех участников конкурса на свои благотворительные концерты.

Большое спасибо фотографу Денису Савинову, автору проекта «Почему мы спасаем», предоставившему фотографии для книги, и юному волонтеру Маше Митенковой за предоставленные иллюстрации!

И конечно же, спасибо российскому зоозащитному движению как главному организатору и вдохновителю этого конкурса!

Вступление

Дорогой читатель, мы рады представить тебе второй сборник Ежегодного литературного Всероссийского зоозащитного движения — «Рядом»!

В чем же отличие второго сборника от предыдущего? В 2018 году основная масса участников были пишущие зоозащитники. В 2019 году мы пригласили к участию Коллегию поэтов и прозаиков, и это одновременно значительно расширило круг участников и повысило качество работ.

А вот цели наши остались прежними — с помощью силы художественного слова донести читателям культуру гуманного, ответственного обращения с животными. Затронуть, зацепить, растопить сердце читателя светлыми, теплыми стихами и рассказами, раскрывающими всю радость, которую человек может испытывать от взаимодействия с животными. Конечно, не все произведения, вошедшие в этот сборник, преисполнены позитива. Многие авторы излили на бумаге свою боль и сострадание тем, кто не получил положенной ему порции человеческого тепла и заботы. Но от этого сборник получился еще более человечным и «живым».

Хочется отметить, что в этот сборник вошло много работ юных писателей. Что, конечно, радует и вселяет надежду, что есть кому передать «эстафетную палочку» добра и гуманности.

Оценивать работы, вошедшие во второй сборник, откликнулись действующие литераторы — любители животных, и жюри оказалось по-настоящему профессиональным и компетентным. Это поэт и музыкант из Самары Ольга Новикова, учитель литературы и аспирант ВятГУ Наталья Жемчуева из Кирова. В этом году к нашему «кружку по интересам» примкнул Алексей Мухтулов, автор песен и лидер группы «Третье измерение», Александр Голиков, писатель-фантаст, участник и призёр многих сетевых конкурсов фантастики, член жюри конкурса КотоФан, и Юлия Митяшина, редактор, публикующийся поэт и член Российского союза писателей. Многие из членов жюри участники еще одной всероссийской зоозащитной акции — фестиваля «Рок в защиту животных».

Отдельно хочется упомянуть победителей прошлого года — Киру Соболеву и Алексея Прокурора. У Алексея победил рассказ об отчаянной борьбе за спасение попугая, для чего автору пришлось лететь в другой город, преодолевая массу препятствий, с которыми сталкивается каждый человек, решающие нетривиальные жизненные задачи. А Кира взяла «призовые места» с очень трогательными рассказами о котах, украшенными ее тонким чувством юмора.

Мы очень надеемся, что чем больше людей проникнутся пониманием, что животное в доме — это настоящая радость, тем больше людей станут такими счастливыми обладателями пушистого анти-стресса. А ведь именно это и есть цель нашего конкурса — повлиять на человечное отношения к животным, прежде всего — к своим собственным. Тогда у зоозащиты останется гораздо меньше дел!

Желаем вам приятного чтения!

Лавровый венок. Рассказы

Первое место: Диана Федорович. «Жить одному»

Жить одному просто отлично. Вос-хи-ти-тель-но.

Но однажды появился он. Он был упрям. Наверное, я никогда не встречал в своей жизни более упрямого человека, чем этот. Такой длинный, тонкий, тихий человек. Очень упрямый. Я именно таким его и запомнил.

С самого первого дня я его назвал Высоким Человеком — он был просто невероятно велик, пусть и тонок. Я лично видел, как лбом он задевал стекляшки, повисшие под потолком, как при этом глупо охал и потирал лоб.

— Нужно будет купить новую люстру, — говорил он и тут же забывал о своих же словах.

Он вообще был очень странным. Он одевался в темные одежды. Заглянешь, например, в карманы пальто и пропадешь в них — такими глубокими казались карманы, хотя из них всегда пахло чем-то очень вкусным. Кажется, сухарями — я видел, как Высокий Человек на прогулке доставал и грыз твердую, как камень, горбушку. Порой он пытался угостить меня, но я не доверял ни Высокому Человеку, ни его темным, бездонным карманам. Ни разу я не брал сухарей с тонких, бледных рук Высокого Человека.

Он был тихим. Очень тихим. Когда Высокий Человек сидел за своим столом и писал, в комнате было слышно только тиканье старых пыльных часов. Изредка, летом, в открытое окно залетала муха. Она летала по комнате, садилась на книги, на потрескавшиеся рамы картин, на циферблат часов и жужжала, пела о цветущем за окнами лете. Когда мне это надоедало, я ее ловил, и в комнате снова становилось тихо. Только тиканье часов и редкие вздохи Высокого Человека.

Да, Дом его был таким же странным. Я навсегда запомнил тот день, когда Высокий Человек меня, злого и упирающегося, привел в свое жилище.

— Это мой дом, — улыбнулся он, снимая свое темное пальто. — Теперь и ты тут будешь жить…

С самого первого дня я понял, что Дом этот не просто бездушная рухлядь, а что-то живое — такое же живое, как я. Скрипящие половицы, цветущая на подоконниках герань, летающая в воздухе пыль, ворчливые шкафы и эти паршивые, просто отвратительные часы… Весь Дом был живым, и он был таким же, как и Высокий Человек — грустным, тихим, бессмысленным.

Мой Человек очень любил книги. В первый же день я разорвал одну из них, и он долго скулил над ней.

— Это плохо. Ты плохо сделал, — тихо говорил он мне. — Плохо.

Я думал, что Высокий Человек шлепнет меня газетой по носу. Выгонит меня на улицу. Кинет в меня этой разорванной книгой. Разозлится так же, как другие. Но нет. Высокий Человек был странным. Он даже не накричал на меня. Он дал мне еду, и весь вечер Дом пах клеем. К утру разорванная книга была совсем новой, и Высокий Человек, попытавшись погладить меня, вышел со мной на раннюю прогулку.

Наверное, этот Человек — ходячая загадка. Сколько бы я ни рвал его книги и шляпы, сколько бы ни грыз ножки стола и его башмаки, Высокий Человек ни разу не ударил меня. Он говорил только одно слово: «Плохо».

Я знал много людей, и ни один них не был настолько упрям, как этот, высокий и тонкий. Меня выгоняли за помеченный угол, порванную перчатку, прокушенную руку, но Высокий Человек терпел все.

Проигрывать ему в упрямстве я не желал, ведь знал — наступит момент, когда Высокий Человек не выдержит и покажет истинное лицо. Я упрямо пакостил. Я не любил этого Человека.

Он был таким же гадким, как и прежние люди, даже когда он отдавал мне самый вкусный кусочек, даже когда выходил со мной на утренние морозные прогулки и потом долго кашлял в постели.

Однажды Высокий Человек ушел и не вернулся. Признаюсь, я его ждал, но лишь затем, чтобы он мне дал еду. Весь вечер я слушал, как плачет Дом — стук дождя в окна почти заглушал тиканье противных часов. Я уснул на холодной постели Высокого Человека, точно зная — завтра этот чудак вернется и продолжит писать.

Но на следующий день Высокий Человек не появился. За ночь Дом будто умер — из него пропала та жизнь, которая совсем недавно пугала меня. Я видел, как умирали собаки, кошки и люди, но как умирали живые дома — никогда. Шкафы перестали ворчать, герань завяла, потемнела. Пылинки не кружили на солнечном свету, за окнами раскинулись серые тучи — вот-вот снова застучит дождь.

Не надо дождя… В любой другой день я бы лаял, но тем утром я сидел под столом и глотал горячие слюни от голода. Я просто понял три истины, которые раньше никогда не случались. Во-первых, Дом умер. Во-вторых, ненавистные часы затихли вместе с Домом. В-третьих, из Дома совсем пропал запах Высокого Человека.

Днем пришли чужие люди. Страшные, грубые, они принесли новый запах — тот самый, который я ненавидел всю свою жизнь. Я знал, откуда пришли те люди и зачем они явились в Дом Высокого Человека. Клетки, холод, безвкусная пища, равнодушные лица и много, много собак…

— А ну-ка иди сюда, приятель… Какой уже раз ты возвращаешься в приют? Шестой?

Я не успел попрощаться с затихшим Домом. Не помню, брыкался или нет, но прокусить одному руку я успел. Меня связали и увезли. Я знал, что этим все и закончится, как и всегда. У меня никогда не было ни дома, ни собственного человека — все люди отказывались от меня.

Теперь моим домом снова была клетка. Снова по ночам было холодно. Бродяжки, такие же, как я, визжали по ночам, и я вдруг понял, что этот шум просто не могу переносить. Не было блаженной тишины. Не было в миске сочных кусочков мяса, а клетки не пахли ни книгами, ни геранью. Интересно, Высокий Человек вернулся в Дом? Оживил его? Напоил цветы, починил часы?.. Я все равно верил, что жить одному просто отлично. Вос-хи-ти-тель-но. Только чем дольше я сидел в клетке и смотрел на проходящих мимо людей, тем сильнее я хотел впервые взять с рук Высокого Человека твердую, как камень, горбушку. Не потому, что хотел есть. Не потому.

День ото дня жить одному становилось все сложнее и сложнее. Я уже не вставал на лапы, спал круглыми сутками и к полу, наверное, совсем прирос. Никто не пытался меня обучать командам и гладить. Люди, которые искали себе собаку, обходили мою клетку стороной — и в самом деле, зачем им взрослый, страшный, агрессивный пес, поменявший уже шесть домов!.. Что ж, я добился того, чего так желал — я один, меня больше никто не предаст, только счастья это почему-то не принесло…

— …может, вам все-таки подыскать другую собачку? Этот слишком злой… На всех бросался раньше…

— Нет. Мне нужен именно мой пес, которого месяц назад забрали. Меня выписали из больницы, понимаете? Я вернулся за своей собакой.

Дверца клетки отворилась. Легкая ладонь легла на мою голову. Она была теплой, пахнущей чернилами и геранью. Лицо Высокого Человека было бледнее и тоньше обычного, но я никогда не видел на его лице настолько счастливой улыбки. Я не знал, что это за чувство переполняет нас с Высоким Человеком на двоих, но единственно, что я понял, так это то, что этим утром в нас обоих что-то изменилось. Я просто понял, что не осталось больше сил жить одному. Мне нужен Высокий Человек. И его живой Дом. И долгие прогулки. И тикающие часы.

Высокий Человек, кажется, понял меня.

— Я скучал. Идем домой.

Второе место: Тамара Селеменева. «Дикие утки»

С первым весенним теплом стаи пернатых потянулись в родные края.

Поселяясь у городских водоёмов, на реках и озёрах, они охотно идут на контакт с людьми и угощения принимают с удовольствием.

Почти каждое утро я наблюдала, как пара диких уток, расправив крылья с сине-фиолетовым блестящим ромбом, хорошо заметном при полёте, взлетала с островка пруда во дворе нашего загородного дома. Пара удалялась, красиво вытянувшись в линию, но вскоре возвращалась. Утки с шумом садились на воду, затем, переваливаясь, медленно выбирались на островок.

Очень красив селезень: с яркой изумрудно-зелёной головкой, белым ошейником и коричневой грудкой. Уточка — поменьше размером, скромненькая и неприметная. Ноги у них — оранжевые, клювы — жёлтые.

Солнечное весеннее утро. Хлопотливо суетятся, чирикают воробьи. На пробивающейся траве бриллиантовыми искорками поблёскивает роса. Земля пробуждается, рождая ростки первых цветов, воздух благоухает весенней свежестью.

Я звала в дом мою собачку — чихуашку Асю, но, обычно послушная, она не обращала на мой зов никакого внимания. Наверное, нашла что-то уж очень интересное под туей на островке пруда, куда раньше очень редко бегала через мостик. А тут…

Подойдя к ней и отодвинув раскинувшиеся до самой земли ветви туи и растущего рядом красавца-можжевельника, я застыла от неожиданности. Там оказалось сложенное из веточек, травинок и сухих листьев гнездо, дно которого устилала сухая хвоя, края обрамлял пух. А в гнезде — семь зеленовато-оливковых утиных яиц! Так вот что вызвало такой интерес у собаки! А ведь у меня есть ещё большой дворовый пёс, две кошки и кот. Странно, что они до сих пор не обнаружили гнездо и не разорили его!

С этого момента вход на островок был перекрыт листом фанеры, и все жильцы дома старались не беспокоить наших пернатых гостей. Очень необычно и удивительно, что дикие утки устроили гнездо совсем рядом с человеческим жильём!

Всего было снесено 11 яиц, и утка села высиживать потомство. Целыми днями под туей виднелся её серый неподвижный силуэт. Улетала она только ранним утром и вечером ненадолго, видимо на кормёжку. Селезень же, наоборот, прилетал крайне редко.

И вот настал долгожданный день. О чудо! В пруду за мамой-уткой гуськом плавали одиннадцать оливково-сереньких комочков, малюсеньких утят. Бетонные берега чаши искусственного пруда были отвесны и слишком высоки для крохотных птенцов. Утка крякала, беспокойно звала их на островок, но выбраться на него из воды им было не под силу. Утята были так малы и беззащитны! В пруду с проточной водой не росли водоросли, не поселялись насекомые… Малыши тщетно цедили воду клювиками, но чистая вода ничем их не насыщала. Беспомощные и усталые они плавали всё медленнее и медленнее, жалобно попискивая. Им бы забраться под крылья мамы, согреться. И кушать так хочется!

Из широкой доски, закреплённой на берегу острова и опущенной другим концом в воду, соорудили сходни, по которым утята тут же взобрались на островок.

Я вспомнила, как моя мама выращивала цыплят. Сваренное вкрутую и мелко измельчённое яйцо пришлось утятам по вкусу. Сытые и сухие они мирно уснули, зарывшись в утиные перья.

На наших подопечных приходили полюбоваться соседи. Утка скользила с утятами по глади пруда, отводя их в сторону от людей. Но не улетала. Умиляло и вызывало тёплые чувства, как послушно и красиво птенцы следовали за ней.

Сосед-охотник сказал, что это дикие утки-кряквы. Недоверчивые и пугливые, они обычно устраивают гнёзда в укромных местах, и большая редкость, что эти птицы поселились прямо у дома. «Видимо, энергетика здесь очень хорошая», — заметил он.

Утята подрастали. Я попыталась подкармливать их, бросая разные зёрна в воду. Но корм быстро тонул, и они не успевали его поймать. Мне посоветовали купить для них сухой корм для рыб, который не тонет. Нашла я его только после долгих поисков на «птичке». «Ути-ути-ути,» — звала я, и они дружно плыли на зов, налетая стайкой, склёвывали понравившийся корм с воды. Утка вела себя как заботливая мать. Чуть отплыв в сторону, она внимательно наблюдала, подталкивала к еде зазевавшихся и ела только после всех.

Плавать в пруду мне приходилось вместе с утиным семейством. Утята совсем не боялись, с любопытством поглядывая, подплывали совсем близко и даже пытались ухватить клювами пальцы протянутой в воде руки. А вот мои домашние плавать вместе с утками отказались.

Утята хорошо росли и уже начали оперяться. Беда пришла негаданно, нежданно… Однажды утром я увидела, что на поверхности пруда лежит мёртвый утёнок, а ещё два тоже были на грани гибели: крылья раскинуты, перья взъерошены, глаза закрыты, головки опущены… Их стало жаль до слёз! С одним из больных утят я помчалась в ветлечебницу. Ответ ветеринаров был нерадостен: «Мы не лечим диких уток». В зоопарке мне тоже отказали…

«Может, хватит заниматься ерундой!», — говорили мне вокруг. «Отвези и выпусти их в дикую природу. Они ведь не домашние!»

Что ж, так они все и пропадут?… Нашла в интернете описание болезней уток. Сравнила с симптомами заболевших. Ведь не зря же в детстве я мечтала быть врачом, и однажды мне пришлось даже самой зашивать раны у собаки!

Предположительно, заболели они кокцидиозом, заразиться которым могли в скошенной преющей траве, которую я сама, по незнанию, настелила для них на островке! Рекомендованное лечение — сульфадимезин.

Раньше его активно использовали для лечения кишечных заболеваний у людей, а сейчас… В справочной аптек это лекарство не значилось. Пришлось сделать множество звонков, прежде чем оно нашлось лишь в одной из московских аптек. Несмотря на занятость и недовольство близких, поехала за ним на другой конец Москвы… В общем, по мнению семьи, я нашла проблему на свою голову! Как говорится: «Не было у бабы заботы…»

Взвесив одного из утят, рассчитала необходимую дозу лекарства и корма, смешала измельчённые таблетки с приваренной пшеницей и кормила всё их семейство в течение трёх дней.. Благо, они уже подходили на зов и поедали рассыпанную на земле еду. Это был риск, но другого выхода я не видела!

Какова же была радость, когда стало понятно, что «мои пациенты» пошли на поправку и «УРА!», все десять остались живы. Теперь они совсем осмелели, путаясь под ногами, приходили к порогу и, громко крякая, просили еду.

Осенью селезень стал прилетать чаще. Утята учились летать. Сначала с воды на островок, затем над двором. Подбадривая звуками «шаак-шаак», селезень ставил их на крыло. Было интересно наблюдать, как две молодые утки кружат над двором, затем следующие две… И так, все по очереди. «Вить-вить-вить-вить» — шумели их крылья. Потом они стали улетать к природному пруду неподалёку, к Москве-реке…

Надвигались холода. И однажды поутру мы обнаружили, что пруд наш опустел… Было немного грустно и вместе с тем радостно: всё-таки выжили, окрепли и смогли улететь в тёплые края.

Конечно, дикие утки на домашнем пруду, построенном для плавания в нём летом и ежедневного моржевания в проруби зимой, хлопотно и совсем неудобно. Плавать вместе с ними далеко небезопасно. Пруд сильно страдал от грязи, развивающихся водорослей, тины и нечистот от утиной жизнедеятельности. И вообще, по мнению моей семьи, другой бы выкинул их всех со двора, отнёс бы на ближайший природный водоём, и пусть себе выживают! Столько неудобств и хлопот с ними! Поэтому было решено не позволять им гнездиться у нас весною снова.

Вновь наступила весна. Утки прилетали многократно, кружили над двором. Но вода из пруда была умышленно спущена, и они улетали. Мы думали, что все «утиные» мытарства закончились, и лето пройдёт спокойно. Но, не тут-то было!

Как-то обе наши собаки беспокойно засуетились у калитки. Маленькая Ася пыталась что-то рассмотреть и совала свой нос под калитку. Овчарка Майк вставал на задние лапы и пытался её открыть. Отогнав собак и открыв калитку, обомлела не только я — даже собаки застыли в изумлении: там была наша утка! Не обращая ни на кого внимания с громким «кря-кря» она деловито провела свой выводок — одиннадцать еще не оперившихся маленьких утят во двор, к уже наполненному водой пруду. Удивлению не было предела! Она вывела их где-то неподалёку и привела «ДОМОЙ!» Смешались два чувства: радости и досады. Но радость перевесила, пересилила все другие эмоции.

Утята оживлённо посвистывали, сновали между растениями в саду, плавали и резвились в пруду. Пытавшихся подойти поближе наших кошек и собак мама-утка мужественно отгоняла с криками «ка-ка-ка-ка», шипя и хлопая крыльями. И всё, кроме болезни, случившейся прошлым летом, повторилось снова… Было просто невозможно не оправдать доверия и прогнать их со двора! Ведь утки настолько доверяли человеку! Они нашли не просто удобное место. Они приняли меня за «свою», нашли здесь свой «ДОМ»!

Каждую весну, с началом прилёта птичьих стай с зимовья, я смотрю в небо теперь уже с надеждой увидеть среди них своих пернатых друзей… Утки-родители, или взрослые утята, их теперь не отличить, прилетают вновь. Они кружат парами над двором…

ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ!!!

Третье место: Анна Яковлева. «Жёлтая»

Не скажу, сколько лет назад это было — очень много. А мне было лет семь или восемь. Жили мы в большущем частном секторе, от которого сейчас осталось лишь пять домов, и мой в том числе. Вокруг них — многоэтажки. А тогда ничего этого и в помине не было: старые одноэтажные домики до самой железной дороги.

Играть мне было особо не с кем, на нашей улице детей моего возраста не было, а далеко меня не пускали. Но на две улицы ниже жила одна девочка, и с ней я дружила. Её к бабушке привозили, на лето и на каникулы. А ещё на их улице жили собаки.

Собаки… как много в этом слове. Бездомные собаки. Штук десять их было точно, всех мастей, размеров и расцветок. Я не имела никакого понятия о бешенстве, глистах, лишаях и прочих страстях. Я любила собак всей душой и таскала им из дома всё, что могла утащить. Собаки отвечали мне взаимностью: плясали вокруг, играли со мной, валяли по земле и всячески выказывали свою любовь. Мы с собаками были довольны друг другом и вполне счастливы. Собаки жили в подвале брошенного дома. Ходить на тот участок нам запрещалось, разумеется. И, разумеется, мы туда ходили. Иринка собак побаивалась и рассказывала мне про лишаи, но я в такую фигню не верила и говорила презрительное «пффф». С собаками играть мне было интереснее, чем с ней, и она это знала.

И была в этой стае одна — жёлтая, песочного цвета, хромоногая. Очень злая собака. Она единственная не давалась гладиться и бросалась с жутким и страшным лаем, стоило подойти поближе. Не брала еду. Мы подозревали, что в подвале у неё щенки, но показывать их нам, как другие собаки, Жёлтая не собиралась. Она нас прогоняла за границы брошенного двора, и только тогда успокаивалась. Боялись мы её. Если б не она — я и в подвал бы залезла через собачий лаз, и всех щенков бы посмотрела… но Жёлтая бдила. И любить остальных собак можно было лишь за границами её владений.

И, в какой-то из долгих летних дней, мы услышали из колодца вой. Открытый колодец был на тропинке, которая вела к станции электрички. Там дома уже начали сносить, сгребали бульдозерами их в кучи и бросали так… и открытый колодец старый никто накрывать не собирался — зачем? Всё равно скоро всё сравняют. И там, в этом колодце, сидела Жёлтая. И скулила.

— Так тебе и надо, злыдня. — Сказал Иринка. — Вот и сиди тут. А мы твоих щенков посмотрим. И всё там посмотрим.

А я смотрела туда — в колодец. И оттуда из жуткой чёрной глубины на меня смотрела Жёлтая. Страшная злая собака. Сейчас — совсем не страшная и совсем не злая.

— Помоги мне. За руки держи. Там, внизу, скобки железные, я как раз ногой дотянусь…

— Ты дура???

— Надо Жёлтую достать.

— Она тебя покусает!! Она же злыдня!! Она тебя там до смерти загрызёт! Пусть сидит там, там ей и место! Она сама виновата, потому что она — злая!

Но я уже висела пузом на краю колодца.

— Помогай!

Дотянулась стоптанной сандалией до края скобы. Встала. Там ещё две скобы было, и спустилась вниз. Жёлтая смотрела настороженно и молчала, не рычала даже. И молча стерпела, когда я взяла её на руки. Тяжёлая — аж ужас. Но, даже на моих вытянутых руках, не могла она выскочить. Высоко. Тогда я посадила её себе на плечи.

— Держись. Крепко держись. И не рычи, а то я испугаюсь и ничего не получится.

В колодце вполне можно раскорячиться, упираясь ногой в противоположную стенку. Вот такой раскорякой я поднялась по скобам, и Жёлтая когтями царапала мне плечи, держа равновесие, как в цирке. Больно было, а ей, наверное, очень страшно. Но мы обе терпели. И оттуда я встала на скобу обоими ногами, чтоб повыше быть, и она сумела выскочить. До крови меня оцарапала, и я шлёпнулась вниз. А она убежала.

А я обнаружила, что не могу вылезти. Может, слишком сильно устала, пока собаку поднимала… Только до последней скобки смогла достать, а там — всё… попробовала ногой упираться, но без опоры не получалось. Руками зацепиться некуда было. Да я в то время и не была особо сильной девочкой. Нюня и маменькина дочка.

— Я побегу домой и принесу верёвку! Мы тебя вытащим.

Иринка убежала — и пропала. Разумеется, её бабушка не пустила дальше гулять. Её бабушка, вообще, была очень против т ого, чтобы она со мной водилась. А тут ещё верёвки какие- то…

Я сидела в колодце. Попробовала вылезти ещё раз и не смогла. И тогда я сделала то, что умею лучше всего на свете и сейчас — я начала выть. Сначала просто хныкать, а потом уж полноценно выть, в голос, от души, как плачут все маленькие девочки.

Представилось, очень ясно, что буду я тут сидеть сто тысяч лет. До вечера, пока люди с электрички не пойдут домой. И мама моя пойдёт домой, её электричка приезжает в шесть часов. Вот она и обнаружит мой хладный труп. Достанет и будет очень плакать. Потому что я умру к этому времени от голода и холода, это как пить дать.

В этом месте мой тихий хнык начал переходить в полноценный вой.

И в газете про меня напишут, обязательно. Что героическая девочка вынула из колодца собаку, а сама спастись не смогла. Погибла жестокой смертью. И медаль мне обязательно дадут — посмеееееертно…..

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 833
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: