При упоминании Италии у многих из нас в памяти появляются самые чудесные образы: море, солнце, загорелые красавцы, широкие улыбки, и, конечно же, Адриано Челентано!

Это — если верить туристическим буклетам, Италия вообще похожа на открытку. Здесь всегда светит солнце, по улочкам разлетается аромат свежесваренного кофе, а на балконах сушится разноцветное бельё.

Вот только открытки редко показывают настоящую жизнь. На них не видно, как итальянец двадцать минут ищет место для парковки, хотя свободное место было прямо перед ним. Не слышно, как вся семья одновременно спорит за воскресным столом так громко, что соседи уже начинают волноваться, не случилось ли что-нибудь серьёзное! И уж точно никто не предупреждает, что фраза «Я буду через пять минут» может означать всё что угодно… кроме пяти минут.

Но такая ли, на самом деле, Италия? Какие итальянцы в быту? Чем отличается итальянский характер от любого другого, а в моём случае — от русского? Почему многие стремятся поехать в эту прекрасную страну, и по какой причине одни остаются здесь жить, а другие возвращаются?

И самый главный вопрос всех женщин! Какие они, итальянские мужчины?

Чтобы выяснить, каковы на самом деле итальянские мужчины, и что из себя представляет нетуристическая Италия, я отправилась на месяц в самую гущу событий — к Моему Итальянцу..

И, честно говоря, уже через несколько дней поняла, что к такому меня жизнь не готовила…

Первый день. Я думала, что знаю Италию

Если бы меня спросили, была ли я раньше в Италии, я бы даже удивилась вопросу.

Конечно, была. И не один раз.

Рим, Флоренция, Падуя, Болонья, Верона, Венеция, Неаполь… Казалось, я проехала вдоль и поперёк всю Италию, в качестве туриста: восхищалась архитектурой, сравнивала в разных местах пасту и пиццу, фотографировала аутентичные улочки с каналами, и развешанным живописным бельём между домами, писала картины в Базиликате и Лукании, пила кофе, стоя у барной стойки и каждый раз обещала себе, что в следующий приезд обязательно перестану есть столько джелато.

Мне казалось, что я знаю Италию. Но, как потом выяснилось, я знала только ту Италию, которая живёт на открытках.

Настоящая Италия начинается не на площади перед Колизеем.

Она начинается за дверью обычной квартиры.

Именно туда я и приехала.

Не на три дня.

Не в отпуск.

А на целый месяц.

Мне хотелось наконец понять, какие же они — итальянские мужчины — не на свидании, не в ресторане и не на фотографиях из отпуска.

А дома, в обычной жизни.

Без туристического лоска.

Мы с моим Итальянцем были знакомы уже больше года. За это время мы успели пройти стадию бесконечных переписок, долгих видеозвонков, первой встречи в Неаполе и понять, что нам интересно друг с другом не только на расстоянии.

Теперь настало время проверить, насколько романтика выдерживает столкновение с повседневностью.

Честно говоря, я ожидала чего угодно, но только не того, что первое культурное открытие будет… в спортивных штанах.

Итальянец встретил меня в аэропорту. Широко улыбнулся, обнял меня. Забрал чемодан. И направился к машине.

И тут я увидела! На нём были серые спортивные штаны. Те самые. С вытянутыми коленками. Такие, которые в России обычно торжественно отправляют на пенсию после пятого года службы.

Я застыла.

Перед глазами почему-то сразу всплыли девяностые. Папины треники. Сосед, выгуливающий собаку. Мужчины у подъезда, играющие в домино.

В моей голове спортивные штаны с вытянутыми коленями давно получили статус домашней одежды, которую надевают только тогда, когда точно знаешь, что никто тебя не увидит.

А тут…

Передо мной стоял взрослый, симпатичный итальянский мужчина.

В тренировочных штанах.

Для человека, выросшего в России девяностых, спортивные штаны с вытянутыми коленями — это отдельный культурный символ. Для итальянца это просто удобно.

Через пару дней я всё-таки не выдержала.

— А у тебя других штанов нет?

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Есть.

— Тогда почему ты ходишь в этих?

Он опустил взгляд, словно впервые внимательно их рассмотрел.

— Потому что удобно.

Вот и всё объяснение.

Никаких оправданий.

Никакого смущения.

Просто удобно.

Позже я поняла, что именно это слово очень многое объясняет в итальянцах.

Когда дело касается повседневной жизни, они редко делают что-то ради чужого мнения.

Если вещь удобная, зачем от неё отказываться?

Меня особенно забавляло, что мой Итальянец работал врачом в госпитале.

Каждое утро он уходил на работу идеально собранным: свежая выглаженная рубашка, аккуратная причёска, уверенный взгляд человека, которому доверяют здоровье.

Но стоило закончиться смене…

Через полчаса передо мной снова появлялся тот же самый доктор. Только уже в любимых спортивных штанах, с абсолютно взъерошенной башкой! И с таким счастливым лицом, будто именно сейчас начиналась лучшая часть дня.

И тогда я впервые подумала: «А, может быть, настоящая итальянская элегантность — это вовсе не дорогая одежда? Может быть, она начинается с умения совершенно не переживать о том, что подумают окружающие?»

Вы, вероятно, спросите меня, откуда взялся мой Итальянец?

Верно, пришло время рассказать историю нашего знакомства.

Всё началось с одной фотографии

Если бы кто-нибудь сказал мне, что однажды я поеду жить на целый месяц к итальянцу, которого знала достаточно поверхностно, я бы, наверное, рассмеялась.

Во-первых, потому что никогда не строила подобных планов. Во-вторых, потому что жизнь редко развивается по сценарию романтических фильмов и я никогда не верила в красивую сказку про любовь с иностранцем. Обычно всё происходит гораздо прозаичнее. Или, наоборот, настолько нелепо, что потом сама удивляешься, как это вообще могло случиться.

В моей истории всё началось… со свадьбы.

Точнее, даже не с самой свадьбы, а с фотографий после неё.

Моя близкая подруга вышла замуж за моего коллегу. Свадьба была в России, и в кругу самых близких друзей, а спустя какое-то время молодожёны поехали жить в Италию. Как это обычно бывает, альбом со свадебными фотографиями переходил из рук в руки, все рассматривали невесту, обсуждали платье, гостей…

И вдруг один из друзей жениха остановился на фотографии, где была я.

— А кто это? — спросил он.

Свежеиспечённая жена ответила:

— Моя подруга.

Он ещё раз посмотрел на снимок и поинтересовался, не замужем ли я. А затем, убедившить, что я свободна, сказал:

— Я хочу с ней познакомиться.

Прошло примерно полгода. Я и не знала, о том, что кто-то заинтересовался мной на свадебной фотографии!

Мы с подругой ехали в метро, болтали обо всём подряд, перескакивая с одной темы на другую, как это умеют делать только женщины. Вдруг она замолчала, хлопнула себя ладонью по лбу и воскликнула:

— Слушай! Я же совсем забыла!

— Что забыла?

— Друг Джанни просил, чтобы я познакомила его с тобой!

И она рассказала мне про тот разговор и фотографии.

— Так столько времени прошло! Вероятнее всего, он уже и забыл! Ты уверена, что он всё ещё хочет познакомиться? — спросила я.

— Представь себе, да. Он всё это время спрашивал Джанни о тебе.

На тот момент я была свободна, ни с кем не встречалась и подумала: а почему бы и нет?

До этого момента с Италией я была связана лишь тем, что одна из галерей в северном регионе Италии продавала мои картины. Итальянский язык, в связи с этим, я тоже немного знала.

В конце концов, это даже интересно! И познакомиться ещё не значит — выйти замуж. Странно, правда, что из всех людей на фото он обратил на меня внимание. Буквально рядом со мной на всех фото была ещё одна моя подруга — очень яркая, красивая брюнетка, но мой Итальянец почему-то выбрал именно меня.

Так у меня появился итальянский собеседник.

Сначала мы переписывались.

Потом начали созваниваться.

Постепенно сообщения «Доброе утро» и «Спокойной ночи» стали такой же привычной частью дня, как утренняя чашка кофе.

Разговоры становились всё длиннее, темы — всё откровеннее, а расстояние между Россией и Италией почему-то ощущалось всё меньше.

Наверное, именно тогда я поняла, что современные технологии способны творить чудеса. Можно жить в разных странах, никогда не видеть человека вживую и при этом знать, что он сегодня ел на завтрак, почему устал после работы и из-за чего смеялся днём.

Но однажды наступает момент, когда понимаешь: переписки — это прекрасно, только вот запах кофе через экран не передаётся, и вот эти мимолётные изменения мимики, жесты — их не заменит даже самая виртуозная переписка.

И я решила устроить себе небольшие каникулы.

Всего на три дня.

Купила билет в Неаполь.

Сейчас, вспоминая это, я иногда улыбаюсь. Если бы я тогда рассказала о своих планах на каком-нибудь женском форуме, меня, скорее всего, дружно раскритиковали бы.

«Мужчина должен сам прилететь к женщине.»

«Не бегай за мужчиной.»

«Если ты ему нужна, пусть покупает билет.»

Подобных советов можно найти тысячи.

Возможно, в них есть доля истины.

Но жизнь очень редко развивается по правилам интернета.

Мне было интересно. Мне хотелось увидеть человека, с которым я разговаривала почти каждый день. И, если честно, мне очень хотелось снова увидеть Италию. Поэтому я не стала думать о том, кто кому и что должен.

Я просто купила билет.

Иногда лучшие решения принимаются именно так — без долгих обсуждений и чужих советов.

В Неаполе мы впервые встретились не на экране телефона, а в аэропорту.

Я немного волновалась.

Он, как позже признался, тоже.

Но уже через несколько минут напряжение исчезло, будто мы были знакомы не несколько месяцев, а несколько лет.

Мы гуляли по городу, спорили о кино и музыке, смеялись над тонкостями перевода, открывали друг в друге новые привычки и совершенно не заметили, как пролетели эти три дня.

Когда я улетала домой, никто из нас не строил громких планов и не произносил красивых обещаний. Мы просто продолжили общаться. Каждый день.

Так прошёл почти год.

А потом я снова купила билет в Италию. На этот раз не на три дня.

На целый месяц.

Именно с этой поездки и начинается моя история.

Я буду называть его в книге: Мой Итальянец. Конечно, у него есть имя, он абсолютно реальный человек, и все мои наблюдения — чистая правда, без намёка на художественный вымысел.

Но мне кажется, что Мой Итальянец — это портрет любого другого итальянского мужчины, с небольшими вариациями. Поэтому в книге я не буду называть его имя. Мне кажется, так интереснее. А, возможно, кто-то узнает в нём своего мужчину!

Опоздать вовремя

В первый день моего путешествия у Итальянца был рабочий день, и я решила побродить самостоятельно по городу, а к вечеру мы договорились встретиться в шесть, и пойти ужинать.

В пять пятьдесят пять я уже стояла возле кафе. В шесть — никого. В шесть десять — тоже. В шесть пятнадцать я начала вспоминать все фильмы про итальянскую мафию и мысленно прикидывать, не закопали ли моего Итальянца где-нибудь между эспрессо и пиццей.

В шесть двадцать пришло сообщение:

— Sto arrivando!

Я открыла переводчик и прочла:

«Я подъезжаю».

Через пятнадцать минут приходит новое сообщение:

— Due minuti.

«Две минуты».

Эти две минуты длились ровно двадцать две!

Когда он наконец появился, сияющий, с безмятежной улыбкой, и в неизменных трениках с вытянутыми коленками, я не выдержала:

— Ты же сказал две минуты!

— Да.

— Но прошло двадцать!

Он искренне удивился:

— Ну… две итальянские минуты.

Позже я поняла, что итальянское время существует в каком-то своем измерении. Оно не связано с часами. Оно связано с внутренним ощущением человека.

Если он еще пьет кофе — значит, две минуты.

Если разговаривает с соседом — тоже две минуты.

Если встретил троюродную тетю своего школьного друга — опять две минуты.

Главное, он действительно собирается прийти. Просто Вселенная пока не согласовала этот момент.

Итальянское «сейчас»

В другой раз, когда мой Итальянец сказал фразу:

— Arrivo subito!

Я честно решила, что через минуту он будет рядом. Я решила дождаться его у входа.

Прошло пять минут.

«Наверное, лифт долго едет», — подумала я.

Через десять минут я уже начала ходить кругами. Через пятнадцать решила проверить, правильно ли поняла перевод. Телефон уверял, что subito означает «немедленно».

Очень смешно.

Ещё через десять минут появился он. Совершенно счастливый. Будто всё идёт по плану.

— Прости.

— Где ты был?

— Да тут…

Самое интересное начинается после слов «да тут». Потому что под ними может скрываться всё что угодно.

Оказалось, по дороге он встретил соседа. Они поговорили.

Потом бариста. Выпили кофе.

Потом ещё одного знакомого.

Потом зашёл купить воду.

Потом увидел красивую машину.

Потом…

— Но ты же сказал «сейчас»!

Он посмотрел на меня так, словно я спросила, почему солнце светит днём.

— Так я же пришёл.

И вот тут я впервые столкнулась с удивительной особенностью итальянского мышления. Для русского человека «сейчас» — это время. Для итальянца «сейчас» — это намерение. Он действительно собирался прийти. Искренне. Просто по дороге случилась жизнь. И жизнь, надо признаться, всегда выигрывает у часов.

С тех пор, когда он говорил «через пять минут», я спокойно шла покупать мороженое. Потому что успевала не только медленно насладиться превосходным вкусом джелатто, но и заглянуть в пару магазинчиков с одеждой.

Кофе как национальная религия

Я всегда считала себя человеком, который любит кофе.

По утрам я честно варила себе большую кружку, добавляла молоко, иногда сироп, устраивалась с кружкой кофе на диване и думала, что именно так и начинается хороший день.

В Италии выяснилось, что все предыдущие годы я пила какой-то совершенно другой напиток.

В первое утро мой Итальянец бодро объявил:

— Пойдём пить кофе.

Я обрадовалась. Сейчас, думаю, сядем на уютной террасе, будем неспешно завтракать, смотреть на прохожих…

Мы зашли в бар. Он подошёл к стойке:

— Due caffè.

Бариста поставил перед нами две крошечные чашечки. Не чашки. Именно чашечки! Я посмотрела на свою. Потом на него. Потом снова на свою.

— Это пробник? — осторожно поинтересовалась я.

Он не понял вопроса.

— Нет, кофе.

Я сделала один глоток. На втором чашка закончилась. Я даже не успела проснуться, а на дне напёрстка одиноко болтались три крупинки сахара.

— И всё?

— Конечно.

Он уже ставил пустую чашку обратно на стойку.

Вся церемония заняла меньше минуты. Я только успела достать телефон, чтобы сделать фотографию, а кофе уже официально считался выпитым.

— А теперь?

— Теперь можно идти.

— Куда?

— По делам.

Мне понадобилось несколько недель, чтобы понять одну простую вещь. Для итальянца кофе — это не способ сидеть два часа с ноутбуком. Это маленький ежедневный ритуал. Забежал. Поздоровался с баристой. Выпил эспрессо за два глотка. Обсудил новости. Пошёл дальше.

И только туристы продолжают искать свободный столик и спрашивать большой латте на вынос.

Иногда мне кажется, что если попросить в итальянском баре кофе объёмом пол-литра, кто-нибудь тихонько перекрестится.

Да-да, весь мой предыдущий туристический опыт в Италии можно вполне спустить в трубу! Я искренне считала, что чашка кофе должна быть большой! И только мой Итальянец показал мне, что такое — настоящий итальянский эспрессо!

Зашла в ближайший магазин и купила себе гейзерную кофеварку, чтобы варить кофе дома.

Его королева

Однажды утром мой Итальянец, пока был на дежурстве в госпитале, прислал мне сообщение:

«Теперь ты королева моего дома».

Я перечитала.

Потом ещё раз.

Ну что сказать… приятно.

Любая женщина, наверное, хотя бы на секунду почувствует себя особенной, когда мужчина пишет ей что-то подобное. Но не русская женщина! Мы всюду видим подвох!

Я задумалась. «Королева дома»… Звучит красиво. Только оставался один вопрос, что именно входит в обязанности этой самой королевы? Потому что в наших широтах после подобных заявлений иногда неожиданно выясняется, что королева должна ещё и посуду помыть, бельё постирать и развесить, придумать, что приготовить на ужин, вымыть задницы детям и в промежутках между успеть заработать на хлеб насущный.

Я даже представила себе объявление о вакансии:

«Требуется королева.

Обязанности: поддержание порядка в королевстве, приготовление ужина, загрузка посудомоечной машины и периодическое восхищение королём.

Зарплата: любовь и объятия.

Испытательный срок: бессрочный.»

К счастью, оказалось, что Итальянец вкладывал в эти слова совсем другой смысл. Для него это было не про обязанности. Это было про то, что теперь я могу чувствовать себя в его доме своей. Без церемоний. Без разрешения открыть холодильник. Без вечного «Можно я…?».

И всё же, признаюсь честно, первое, что пришло мне в голову после его сообщения, было совсем не романтичным:

«Интересно… а посуду теперь тоже я, как королева, должна мыть?»

Второй мужчина в доме

К третьему дню мне уже начало казаться, что я неплохо справляюсь с новой жизнью. Я почти перестала путать итальянские и английские слова, научилась ориентироваться на кухне, запомнила, где лежат чашки, и даже начала привыкать к тому, что мой Итальянец может совершенно спокойно выйти в город в любимых спортивных штанах.

Казалось бы, адаптация шла успешно.

Но в доме был ещё один член семьи, который обладал, помимо внушительных габаритов, абсолютно неуправляемым характером.

Его звали Рико.

Рико был огромным чёрным псом. Настолько огромным, что первое время я не понимала, кто передо мной — собака или небольшой пони. Жил он на просторной террасе и, как мне объяснили, прекрасно себя там чувствовал.

Как выяснилось позже, прекрасно он чувствовал себя исключительно по версии хозяина. Судя по тому, что Рико регулярно пытался вломиться в дом с террасы, и захватить диван, на террасе ему явно было некомфортно.

Шёл дождь, на улице было достаточно сыро. После завтрака я, как примерная будущая… ну, пусть будет «королева дома», пошла кормить Рико. Он вежливо съел всё, что было в миске, посмотрел на меня самым невинным взглядом и вдруг схватил пластиковый таз, в котором лежала еда. И начал гонять его по террасе. С грохотом. Из одного конца террасы в другой, и обратно. Шум стоял невероятный!

Я посмотрела на это безобразие и подумала:

«Ну уж нет. Сейчас я у тебя этот тазик заберу.»

Я сделала шаг вперёд.

Рико отскочил.

Ещё шаг.

Он снова отбежал.

Так продолжалось секунд тридцать.

И только потом до меня дошло.

Меня… разводят!

Пока я, как последняя наивная туристка, пыталась отобрать у него пластиковый тазик, этот хвостатый стратег молнией проскочил мимо меня прямо в дом.

Дальше всё произошло настолько быстро, что я даже не успела испугаться.

Чико носился по гостиной с таким вдохновением, словно именно этого момента ждал всю жизнь. Стулья разъезжались в стороны. Стол норовил перевернуться. Половина ковра съехала куда-то на стену. На столе лежало всё самое интересное, что только можно найти в доме художника: кисти, краски, какие-то баночки… И выражение морды у него было абсолютно однозначным.

«Сейчас проверим, что из этого съедобное.»

— Рико! — в ужасе закричала я.

Пёс даже ухом не повёл. Он вообще производил впечатление важной особы, который прекрасно знает, что его любят, а значит, серьёзного наказания не последует.

Но он не учитывал одного: он никогда раньше не встречал русскую женщину. А я была непреклонна в своём намерении выпроводить собаку на террасу. Сделать это было не так-то просто — он здоровущий и хочет быть a dentro, потому что снаружи льёт дождь. Чисто по-русски объяснила этому невоспитанному четвероногому итальянскому мужику, что будет по-моему, и с облегчением закрыла за ним дверь.

Картина, конечно, получилась впечатляющая:

С той стороны стекла стоял огромный чёрный пёс, и смотрел на меня с таким искренним недоумением, словно пытался понять, что сейчас произошло.

Дождь продолжал лить как из ведра. Рико явно считал, что в такую погоду любой порядочный пёс должен находиться дома. Желательно на диване. И уж точно не под дождём.

Я же была непреклонна. Во-первых, потому что порядок в доме должен был кто-то навести. Во-вторых, потому что стол с красками каким-то чудом остался цел.

Мы несколько секунд молча смотрели друг на друга через стеклянную дверь. Мне показалось, что в этот момент Рико впервые задумался: «Что это вообще за русская женщина появилась в моём доме?»

И знаете, что самое смешное?

Мне кажется, именно тогда он понял, что в доме появился человек, который не собирается играть по его правилам. И теперь он ходит в полном недоумении, как же так вышло, что эта русская самозванка его победила.

Душ по-итальянски

Есть вещи, к которым русский человек оказывается совершенно не готов. Например, к итальянской экономии.

В первый же вечер Итальянец очень деликатно решил объяснить мне местные правила пользования душем.

— Смотри, — сказал он, — сначала намыливаешься…

Я кивнула.

Пока всё логично.

— Потом выключаешь воду.

Я снова кивнула.

— Потом спокойно моешься.

Тут я уже начала что-то подозревать.

— А потом снова включаешь воду и смываешь.

Я несколько секунд молчала.

Мне показалось, что где-то в этой инструкции потерялся самый приятный момент — просто постоять под горячими струями воды и подумать о жизни.

— В смысле… Берёшь и выключаешь?

— Ну да.

Он посмотрел на меня так, будто это совершенно очевидно.

— Зачем вода должна течь, если ты в этот момент ей не пользуешься?

Логично. До невозможности логично. Настолько логично, что даже спорить трудно. Но есть одна проблема. Я выросла в стране, где душ — это почти психотерапия. Можно стоять под горячей водой, строить планы на будущее, вспоминать школьных подруг, мысленно выиграть спор, который случился три года назад, и только потом вспомнить, что вообще-то пришла мыть голову.

Итальянец же относился к этому процессу исключительно с инженерной точки зрения. Вода должна работать. Вода и медитация — разные вещи.

Через несколько дней он показал мне счета за коммунальные услуги.

— Вот, смотри.

Я посмотрела.

Потом ещё раз.

Потом ещё внимательнее посмотрела на цифры.

Оказалось, что вода и электричество в Италии — это не те вещи, о которых забываешь до конца месяца. Счета приходят регулярно, и суммы способны быстро отбить желание принимать получасовые водные процедуры. Неудивительно, что многие семьи внимательно следят за расходом ресурсов.

— Теперь понимаешь? — спросил Итальянец.

Я понимала. Но на то, чтобы искренне принят это, понадобилось какое-то время.

В тот вечер я честно попыталась следовать инструкции. Открыла воду. Намылилась. Выключила воду. Начала растирать тело мочалкой. И всё время испытывала странное чувство, будто кто-то поставил фильм на паузу. Я даже несколько раз машинально тянулась к крану, чтобы снова включить воду. Не потому, что было нужно. А потому что так привычнее.

Через неделю я поймала себя на том, что автоматически закрываю воду, пока намыливаю голову.

Ещё через несколько дней начала выключать её во время чистки зубов.

Италия понемногу начала меня перевоспитывать?

Когда я сказала об этом Итальянцу, он довольно улыбнулся.

— Видишь? Это совсем не сложно.

Я посмотрела на него и рассмеялась.

— Не обольщайся. Вернусь домой — снова буду стоять под душем двадцать минут.

— Двадцать минут?!

В его голосе прозвучал такой ужас, словно я призналась, что собираюсь отапливать квартиру, открыв все окна.

В тот момент я окончательно поняла одну вещь. Русский человек экономит воду, потому что надо. Итальянец — потому что не понимает, зачем тратить её зря. И это, как мне кажется, очень точно описывает разницу наших характеров.

После этой поездки у меня появилась привычка выключать воду тогда, когда в ней нет необходимости. Но постоять под тёплым душем — это осталось неизменным!

Итальянская зима, или Почему адвокат работает в пальто

Когда я собиралась в Италию, был март. Март в Италии в моем представлении выглядел примерно так: солнце, цветущие деревья, кофе на террасе и люди в легких куртках. В конце концов, это же Неаполь. Юг Италии. Какие могут быть сюрпризы?

Сюрприз пришел вместе с холодным фронтом. По телевизору показывали заснеженный Турин, потом Венецию. Ведущий с очень серьезным лицом рассказывал о необычном похолодании.

Я сначала даже обрадовалась: «Ну надо же! Снег в Италии! Интересно посмотреть!» Ровно до того момента, пока не поняла одну маленькую деталь: я ведь тоже в Италии! И если холод добрался сюда… Значит, добрался и до меня. На улице было градусов двенадцать. Для человека из России это вообще не повод застегивать куртку. Но существовала одна проблема. В России при плюс двенадцати ты заходишь домой, где есть центральное отопление и всегда тепло, и через пять минут уже ходишь по квартире в футболке.

В Италии всё работает немного иначе. Дом снаружи выглядит так, будто в нем живут герцоги. Толстые стены. Красивые ставни. Кованые балконы. Но внутри… Мне казалось, что кто-то забыл включить весну. Мы со старым уставшим газовым обогревателем очень быстро стали неразлучны. Он честно старался. Очень честно. Но между ним и ста квадратными метрами дома силы были слишком неравны. Иногда мне даже хотелось подойти к нему, похлопать по корпусу и сказать:

— Не переживай. Я тоже не знаю, как мы отсюда выберемся.

Каждое утро я начинала одинаково: просыпалась, высовывала руку из-под одеяла. И сразу понимала настроение дня. Если рука мгновенно ныряла обратно, значит, весна опять передумала приходить.

Помню, как написала друзьям:

«Можете сколько угодно смеяться над Европой, но мне сейчас реально тревожно. Если завтра в Неаполе выпадет снег, как сегодня в Турине и Венеции, я не знаю, что мы будем делать. Я уже при плюс двенадцати живу в обнимку с газовым обогревателем. Попробуйте прогреть этой штукой сто квадратных метров! А если завтра будет минус?»

Сообщение получилось смешным, но тревога была совершенно настоящей.

Самое удивительное заключалось в другом. Итальянцы, кажется, совершенно не страдали. Да, они тоже надевали свитера. Закутывались в шарфы. Жаловались на холод. Но при этом продолжали жить так, будто всё происходящее абсолютно нормально.

В один из дней Итальянцу понадобилось посетить офис адвоката, и он взял меня с собой.

Мы вошли в офис. За столом сидел адвокат. В пальто. Рядом работала секретарша. Тоже в пальто.

В офисе стоял просто-таки могильный холод! Здание, в котором располагался офис, было почти средневековым, с толстыми стенами, и казалось, что на улице гораздо теплее, чем в офисе адвоката.

Но и адвокат, и его секретарша чувствовали себя абсолютно комфортно в пальто — как если бы это был обычный пиджак.

И, в отличие от меня, они не мёрзли!

И в этот момент у меня родилась теория. Очень научная.

Мне кажется, итальянцы настолько устают за лето от своей сорокаградусной жары, что потом всю зиму спокойно расходуют накопленные запасы тепла. Как верблюды расходуют воду. Другого объяснения у меня до сих пор нет.

Потому что русский человек начинает мёрзнуть не тогда, когда на улице холодно, а тогда, когда холодно дома.

А вот итальянцы, похоже, с этим давно договорились.

Надень ещё один свитер

Через несколько дней после приезда я окончательно поняла одну простую вещь: мёрзнуть в Италии можно гораздо сильнее, чем в России.

Звучит как плохая шутка. Я бы и сама не поверила, если бы не прожила это на собственном опыте. На улице было около двенадцати градусов. По российским меркам — почти весна. В такой день многие уже расстёгивают куртки, а самые смелые начинают сезон шашлыков.

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Бесплатный фрагмент закончился.

Купите книгу, чтобы продолжить чтение.