Бесплатный фрагмент - Искра Одина

Глава 1. Память о детстве

Стоял тёплый вечер. В комнате, на потолке, висела небольшая люстра. Это была не простая электрическая люстра, а старинная, со свечами. Свет от нее расходился по всей комнате. Такого света не бывает от свеч. Но здесь он был. Он мягко ложился на мебель и стены, хорошо освещая все вокруг.

В комнате находились трое. На диване сидели мужчина и женщина. Одеты они были по-домашнему. Женщина, в простом платье, держала мужчину под руку. Её волосы, до плеч, завивались к низу в большие букли. На мужчине была рубашка и широкие штаны. Они смотрели на молодого человека, восемнадцати лет, сидящего в кресле напротив. Черные волосы ровно лежали на его красивом загорелом лице. По одежде можно было сразу понять, что он гость в этом доме. Его брови были нахмурены, глаза закрыты. Видимо, юноша пытался что-то вспомнить, но это никак не получалось.

— Ну же, постарайся! — подбадривала женщина. — Ты можешь вспомнить все, если очень этого захочешь.

— Я был слишком маленький, — оправдывался юноша.

— Неправда, — не унималась женщина. — Ты был достаточно взрослым. Во всём виноваты чары. Тебе нужно их преодолеть. И ты можешь сделать это! Я знаю, что у тебя хватит сил! Соберись, пожелай этого всем сердцем!

Прошло еще несколько минут в напряжённом молчании. Затем молодой человек открыл глаза, и в них была радость.

— Да! Я смог! — воскликнул он.

На лицах мужчины и женщины появились улыбки.

— Я знала, мой мальчик, — сказала женщина, — что ты сделаешь это. Ты — очень способный чародей. Поэтому он выбрал тебя. Попробуй рассказать нам, что именно ты вспомнил? Только учти, что сейчас твои воспоминания будут путаться. Постарайся хорошенько подумать: с чего всё началось? А потом построй остальное по порядку. Ну, как? Что ты помнишь?

— Я — маленький мальчик, — начал юноша. — Мне всего лишь пять лет. Я сижу на полу в своей комнате и играю с железной дорогой.

— Хорошо, — подбодрила женщина. — Продолжай.

— Железную дорогу мне подарил отец на день рождения, — молодой человек улыбнулся. — Она была большая. Занимала всю комнату. Я помню эти тяжелые металлические вагоны, покрашенные черной краской. И маленькие окошки, в которые можно было увидеть красный салон со скамеечками. Все мальчишки завидовали мне.

— Хорошо. Что произошло дальше? — спросила женщина.

— Дверь открылась, и в комнату вошла бабушка. На её носу очки с толстыми линзами. О, я помню эти очки. В них её глаза казались такими большими. И мне было всегда смешно смотреть на них. Но когда она снимала очки, я видел в ее глазах столько доброты. Я очень её любил, — слеза прокатилась по щеке молодого человека. — Что с ней? Где она сейчас?

— Мы не знаем, — с грустью в голосе сказал мужчина. — Прости, но мы не следим за миром людей.

— Понимаю, — молодой человек утёр слезу и продолжил. — С бабушкой что-то не так. Она какая-то странная. Следом за ней в комнату входит он. У него приятное лицо, и мне оно почему-то нравится даже больше, чем бабушкино. Бабушка говорит, что мои родители уехали куда-то, и их долго не будет. В это время я должен пожить с моим дядей. Она говорит, что слишком стара, что у нее нет сил, чтобы за мной приглядывать. Я ничего не понимаю. Я никогда не видел этого человека и не знал, что у меня есть дядя. Я хочу к родителям. Но глядя на мужчину, я вдруг понимаю, что теперь хочу только к нему. Я готов идти с ним куда угодно. Он такой добрый. И я кладу свою ладонь в его протянутую руку. Потом мы выходим из дома. Как я мог забыть это? — вдруг спросил молодой человек, глядя на своих собеседников.

— На тебе были чары, — сказал мужчина, — и похоже даже не одни.

— Нет! Он не мог так поступить со мной! — молодой человек подскочил на ноги, стараясь удержать подступающие слезы. — Я не верю во все это! Может, это вы наложили на меня чары?!

— Я понимаю, что у тебя был сегодня трудный день… — начала было женщина.

— Понимаете? — продолжал кричать юноша. — Может, Вы скажете, что тоже такое пережили?

— Нет, не пришлось. Но я прошу тебя: успокойся!

— Не нужно меня успокаивать! — молодой человек хотел пойти в сторону двери, но мужчина быстро встал с дивана и махнул рукой в воздухе.

Юноша остановился, глаза его закрылись, и он упал обратно в кресло. Кажется, он уснул.

Глава 2. Следующее утро

Восходящее солнце заглянуло в окно и протянуло свои лучи к лицу молодого человека, спящего в кровати. Юноша поморщился и нехотя открыл глаза. Он потянулся, и тут вдруг понял, что находится в незнакомой ему комнате.

Здесь было вполне уютно. Большая кровать, на которой он лежал, шкаф, стул, на спинке которого юноша увидел свою одежду. У изголовья кровати находилось большое окно. Длинные, до пола, шторы были убраны к краям окна и перевязаны шнурком.

Молодой человек вскочил на ноги, схватил свои вещи со стула и быстро оделся.

Почти на цыпочках он подошел к двери и приоткрыл ее. За ней он увидел уже знакомую ему гостиную, плавно переходящую в кухню. Женщина средних лет стояла у плиты и пекла оладья. За столом сидел мужчина. Увидев молодого человека, он встал и поставил кружку кофе на стол.

— А вот и ты, мой дорогой мальчик. Как тебе спалось? Ты уж прости меня, голубчик, что пришлось так с тобой обойтись. Но ты так разгорячился, что я просто не знал, что с тобой делать. Надеюсь, ты выспался, и теперь мы можем поговорить спокойно. — Да, да, простите, это я должен извиниться за свое поведение. Просто это было так все неожиданно, — пробормотал молодой человек, входя в комнату. — Не извиняйся, у тебя был трудный день, — с этими словами женщина повернулась и направилась к столу с тарелкой оладий в руках. — Чай или кофе? — Кофе. С молоком, если можно. — Конечно можно, садись, ешь. — Женщина поставила тарелку и направилась обратно, готовить кофе.

Молодой человек сел за стол. Только теперь он почувствовал, что действительно голоден. Он припомнил вчерашний день и понял, что почти ничего не ел. Странно, что голод напомнил о себе только сейчас.

— Ты сегодня удивительно молчалив, — заметил мужчина, — хотя, скорее всего, у тебя есть немало вопросов. Задавай, и мы попробуем во всем разобраться вместе. — Хорошо, — сказал юноша, засовывая кусок оладушка в рот, — вопрос первый: почему я должен доверять вам? Откуда мне знать, что вы не наложили на меня чары? Может, это были вовсе не мои воспоминания?

— Я очень хорошо тебя понимаю. И мы не требуем от тебя полного доверия. Но давайте порассуждаем: у тебя есть другие воспоминания о твоем детстве? Я имею ввиду до пяти лет, кроме тех, конечно же, что ты увидел вчера? — молодой человек отрицательно покачал головой. — Пять лет — солидный возраст. Человек может не помнить, что с ним случалось в два года или три, но забыть все начисто до пяти лет. На мой взгляд — это очень странно. Тебе так не кажется? — Да, я уже думал об этом, — признался юноша. — А теперь подумай о том, что случилось вчера: встреча с твоими родными, встреча с нами. Ты не думаешь, что твой так называемый дядя — и мужчина показал в воздухе «кавычки» пальцами, — не был с тобой откровенен на протяжении долгих лет? — У меня просто не укладывается в голове: зачем ему это было нужно? Ведь он заботился обо мне как родной отец! Я уверен, что он любит меня, любит искренне! — Нам тоже интересно: почему? Это теперь и предстоит узнать. К сожалению, мы не смогли его найти вчера, так как он не появлялся у себя дома. Возможно, он уже в курсе случившегося и теперь старается избежать суда. Но это не надолго. Очень скоро мы его найдем и тогда ему придется все объяснить. — Суда??? Но за что? Что вы собираетесь с ним делать? — Понимаешь, мой мальчик, — сказала женщина, которая уже сделала кофе, и теперь сидела вместе со всеми за столом, внимательно слушая разговор мужчин, — у нас есть определенные правила, которым мы должны подчиняться. Так вот эти правила запрещают нам забирать детей из семей. — Но дядя говорил, что чародеи не могут иметь своих детей, а потому забирают их у людей. — Да, мы берем детей, — подтвердила женщина. — Но мы их не забираем из семей. Правила позволяют брать к себе сироток. Так, мы не приносим несчастье в семьи, а бедному сиротке дарим счастливую и более долгую жизнь. Ведь став чародеем, человек увеличивает срок жизни до трехсот лет. Но это, конечно же, тебе известно. Позволь спросить, а что же твой дядя сказал тебе о твоих родителях? — Согласно его рассказам, я потерялся, когда был маленьким. А он нашел меня. Найти моих родителей не удалось. Тогда он решил взять меня к себе и сделать из меня чародея. И все же мне не понятно: почему дядя забрал меня, а не сироту? Ведь так он бы избежал неприятностей. — Не каждый человек может стать чародеем, — мужчина допил свой кофе, поцеловал жену в макушку и пошел относить посуду в мойку. — У людей, как правило, уже при рождении можно обнаружить их способности. Так вот людей со способностями к волшебству на всей планете всего лишь несколько сотен. Большинство из них рождается в семьях с родителями. И только малая часть попадает в детские дома. Мы отслеживаем таких детей и забираем их, наложив на всех, кто знает о их существовании, заклятие забвения. Точно таким же воспользовался твой дядя. — Я все равно не понимаю почему он выбрал меня? Ну, или почему он не забрал меня младенцем? — Как уже было сказано, — ответила женщина, — способности можно выявить при рождении. Но так бывает не всегда. Встречаются случаи, когда способности проявляются спустя месяцы или годы. Но это большая редкость. По-видимому, твой дар проявил себя к пяти годам и твой дядя почувствовал его. — А почему именно ты, — снова присоединился к разговору мужчина, — мы можем только догадываться. Возможно потому, что мы стараемся отследить всех младенцев со способностями и ведем в некотором роде учет таких детей. Так что забрать младенца без нашего ведома невозможно. Тебя мы не обнаружили в раннем возрасте. А к пяти твоим годам твой дядя опередил нас и сразу же скрыл тебя от всех чарами. Твой дядя — безумец, он одержим невероятными идеями, — молодой человек поморщился, ему было неприятно слышать такое о близком человеке, — и скорее всего ему нужна была помощь в осуществлении этих идей. От нас ее он получить не мог, и тогда он решил воспитать собственного помощника. Остается только один вопрос — что он задумал? Но это мы выясним, когда найдем его. — Не сочтите за грубость, — сказал юноша, вставая из-за стола, — но, я, пожалуй, пойду домой. Постараюсь отдохнуть и обдумать все услышанное. — Конечно, конечно, — ответила женщина вставая следом и провожая его до двери, — тебе сейчас не повредит уединение. Ты знаешь как нас найти. А мы будем рады новой встрече. Я уверена, что она очень скоро состоится.

Глава 3. Золотое детство

Молодой человек вышел из бревенчатого дома на улицу. Вдоль неё тянулся ряд таких же домов, покрашенных в разные цвета. Территории возле домов были ухоженными. Везде росли прекрасные, необычного вида цветы и плодовые деревья. Юноша знал, что эти деревья давали урожай круглый год. Заборов не было, так как местные жители были дружелюбны друг к другу и не видели смысла ограждаться от соседа. А посторонние сюда не захаживали.

Юноша проходил по этой улице много раз, знал на ней каждый закоулок. Однако его не знал никто. Никто и никогда не обращал на него внимания. Никто его не видел. Но теперь все было иначе. Проходя по дороге, он ловил на себе взгляды местных жителей. Дети забывали про свои игры и молча провожали его взглядом. Взрослые также прекращали заниматься своими делами и наблюдали за прохожим.

А молодой человек тем временем шел к своему дому, находящемуся в стороне от всех остальных, и предавался воспоминаниям.

Он вспоминал, как в детстве ему хотелось пообщаться и поиграть с другими детьми и он стремился сюда. Из окна дома, где он жил вместе с дядей, было видно как здесь, в поселке играли дети. Как они применяли в своих играх нехитрые магические приемы. Он не слышал этих детей, так как они находились слишком далеко, но знал, что им весело и они смеются.

Но дядя не пускал его сюда. Он говорил, что жители поселка злые и не любят новичков.

И вот однажды, когда дяди не было дома, он решил отправиться в поселение. Но попав сюда, наткнулся на полное безразличие со стороны детей. Когда он подходил к ним и пытался заговорить, дети смотрели в его сторону буквально секунду, затем отворачивались и продолжали играть. С ним никто не разговаривал и не обращал никакого внимания. Взрослые, которые попадались ему в тот день, вели себя точно так же. Даже когда он расплакался от обиды, никто на него даже не взглянул. Так, обиженный всеми, в слезах, он вернулся домой.

Дядя уже ждал его возле двери. Заревев в полный голос, мальчик бросился к нему. Уткнувшись носом в его рубашку, он почувствовал как большие сильные дядины руки обняли его спину и прижали к себе. Это было самое приятное чувство в тот день. Он понял, что не одинок. Что есть человек, который его любит и всегда будет рядом.

Затем дядя отвел его в мир людей, и они посетили парк аттракционов. В парке он познакомился с другими детьми. Те с удовольствием общались с ним и играли. После парка они с дядей сидели в кафе и ели мороженое.

Домой вернулись поздно, и дядя сразу же уложил его спать. Поцеловав племянника на ночь в щеку, дядя пообещал тогда, что они будут как можно чаще наведываться к людям.

Но в ту ночь ему не спалось. Он лежал и размышлял над одним: почему дети людей такие хорошие и добрые, а дети чародеев злые? А еще он не мог понять, почему они с дядей живут рядом с плохими чародеями, а не с добрыми людьми?

Дядя рассказал потом, что такая разница между чародеями и людьми из-за воспитания. Чародеев учат тому, что они — самые могущественные существа на планете, что им нет равных, а потому животные и люди должны подчиняться и служить им. Чародеи смогли даже подчинить себе других менее сильных магических существ, таких как лешие и русалки.

Молодой человек часто встречал этих лесных жителей на границе между миром людей и чародеев. Они были призваны охранять это поселение от людей, заманивая случайных путников подальше от поселения.

Дядя говорил, что русалки даже порой топили несчастных людишек, случайно забредших близко к чародеям. А лешие заводили таких бедолаг так далеко в лес, что они больше не могли оттуда выбраться. И все это они творили по приказу чародеев.

Дядя не разделял их взгляды, и поэтому жители поселения невзлюбили его и тех, кто был с ним.

Но дядя не мог отправиться жить в мир людей, поскольку должен был обучить мальчика чародейству. В мире людей это сделать было невозможно.

А обещание свое дядя сдержал. Каждый раз, когда мальчику удавалось хорошо заучить что-нибудь новое, дядя брал его на прогулку к людям. Также для них стало традицией праздновать все большие события, посещая всевозможные развлекательные заведения людей.

И хотя у мальчика на протяжении всей его жизни так и не появилось настоящих друзей, он не считал себя обделенным или обиженным. Благодаря дяде, его воспоминания о детстве вызывали только самые радостные чувства.

Погрузившись в воспоминания, молодой человек и не заметил, как дошел до дома. Юноша поднял глаза и оглядел свой дом сверху донизу. Дом, в котором он прожил всю свою сознательную жизнь теперь показался ему таким чужим и странным.

Вздохнув, он вошел внутрь. Пройдя небольшой бревенчатый коридор со странными картинами на стенах, молодой человек очутился в большой светлой гостиной.

Посмотрев на нее, он вдруг почувствовал себя героем сказки, неким гномом, проживающим в лесной хижине. Потолок в комнате был настолько низким, что достать до него можно было рукой. Посреди комнаты стоял низкий стол. На нем стояла керосиновая лампа. Дядя приобрел ее у людей. Каждый вечер он поднимал ее под самый потолок с помощью чар и заставлял светить ярче, чем она могла делать это в людском мире.

Молодой человек прошел вдоль стены, разглядывая фотографии так, как будто он видел их впервые, обращая внимание на каждую мелочь. Вот дядя с тортом в руках. А рядом за столом он увидел себя маленького. В тот день они с дядей как всегда посетили мир людей. После прогулки и аттракционов они заехали в кондитерский магазин. Дядя оставил именинника в машине, а сам зашел внутрь здания и через некоторое время вышел оттуда с большой коробкой. Эту коробку он открыл только дома. «С днем рождения, О́дин!!!» — гласила надпись на торте, а посередине свеча в виде цифры 10.

Глава 4. С чего все началось

О́дин… Как странно теперь для него звучало это имя. Молодой человек знал, что чародеи, забирая детей из мира людей, давали им новые имена. Эти имена отличались от человеческих.

Когда-то, давным-давно, люди трепетали перед этими именами. Они принимали чародеев за богов, совершали обряды в их честь и приносили различные дары. За это чародеи помогали людям, насылая в засуху дождь или излечивая скот от болезней.

Теперь времена изменились. Люди стали поклоняться другим богам, а чародеи были вынуждены уйти в самую чащу леса, чтобы не сеять хаос и панику в мире людей. Их имена превратились в традицию, напоминающую здесь всем о былых славных деньках.

Изменилось и значение этих имён. Раньше вместе с именем чародею давали и его род занятий. Но теперь каждый выбирал дело по душе. Дядю О́дина, к примеру, звали Велесом. Это имя некогда принадлежало славянскому богу скота. Но О́дину всегда было смешно представлять своего дядю, заботящимся о коровах и свинках. Дядя был больше похож на бога-громовержца. Иногда казалось, что из дядиных глаз вот-вот полетят молнии. Особенно, когда тот был очень чем-нибудь недоволен.

Наверное, О́дин так и прожил бы всю свою жизнь с этим именем, не задумываясь, что его могли звать и по-другому. Но вчерашний случай изменил всё.

А произошло следующее: дяде срочно понадобилось что-то в мире людей, и он, дав О́дину ценные указания того, что нужно сделать в его отсутствие, удалился. Юноша очень хотел отправиться с дядей, но тот ответил отказом. Однако оставаться в одиночестве здесь ему очень не хотелось. И вот, впервые после того случая в детстве, О́дин решил ослушаться.

В конце концов, он уже взрослый человек и может сам решать, что и когда ему делать. В мире людей он уже считался бы взрослым и сам решал бы, что ему делать, а что нет.

Твердо решив поступить по-своему, О́дин вышел из дома. Он благополучно пересек лес и вышел на шоссе. И, хотя дядя возил его в город на машине, которую он оставлял в гараже недалеко от леса, молодой человек запомнил каждый поворот, каждый сантиметр дороги, которая вела в самое лучшее для него место на свете.

О́дин направился в огромный универмаг в самом центре города. Здесь он решил посетить кинотеатр. Пробежав мимо многочисленных магазинов, он поднялся по эскалатору и направился к кассам. Он стоял и смотрел на список фильмов и сеансов, как вдруг внимание его привлекли рядом стоящие люди. В них не было ничего необычного. Это была обыкновенная семья — мама, папа и девочка лет двенадцати. Но О́дин никак не мог оторвать от них взгляд. Точнее он не мог оторвать взгляда от взрослых. Девочка его нисколько не заинтересовала.

Мужчина и женщина обсуждали, какой сеанс выбрать, чтобы было интересно всем. Девочка просто стояла и ждала, когда родители сделают свой выбор. О́дин смотрел на них и ему казалось, что он знает этих людей. И какое-то тёплое чувство растекалось у него в груди.

Слушая их, О́дин понял, что не только внешность этих людей ему знакома. Он знает их голоса. Он уже слышал их. Молодой человек стоял, как заворожённый. Грудь его сдавило странное чувство, все мышцы сковало. Он просто стоял и смотрел.

Вдруг мужчина заметил бесцеремонно смотревшего в их сторону юношу и обратился к нему:

— Что-нибудь не так? Я могу вам помочь?

Встретившись взглядом с мужчиной, О́дин вдруг всё понял.

— Папа! — выдавил из себя молодой человек и тут же почувствовал как снова овладел своим телом.

Давящее чувство в груди сменилось другим, которое молодой человек также не мог объяснить. В этом чувстве как будто смешалось сразу несколько противоречивых чувств: здесь были грусть и радость, обида и любовь и что-то еще, что щекотало ему горло. Слезы появились на глазах и потекли по щекам.

— Простите, молодой человек, но вы ошиблись. — Мужчина обхватил дочь, как будто пытаясь защитить ее от незнакомца и потянул ее назад, чтобы уйти. Женщина, не понимая что происходит, испуганно смотрела то на юношу, то на своего мужа.

— Папа, посмотри на меня, это я — Алексей. — назвав это имя, О́дин испугался собственного голоса. Он не понимал почему он себя так назвал, но в то же время точно знал, что он говорит правду.

— Что здесь происходит? — изумленно спросила женщина, глядя на мужа.

— Я не знаю, он — просто сумасшедший, — проговорил мужчина.

О́дин посмотрел на женщину.

— Мама, неужели ты не помнишь меня?

После этих слов женщина также как и ее муж приобняла девочку, развернув ее спиной к странному незнакомцу и сделала шаг в сторону, намереваясь поскорее уйти.

— Пойдем отсюда, дорогой, посмотрим кино в другой раз. — и все трое поспешили к эскалатору, время от времени испуганно оглядываясь на странного незнакомца.

О́дин остался стоять, где стоял. Глядя вслед уходящей троице, он попытался осмыслить, что сейчас произошло и не мог найти всему этому объяснения.

Оставаться здесь он больше не мог, а потому, немного придя в себя, направился к выходу. Ему хотелось скорей оказаться дома, чтобы поговорить о случившемся с дядей. О́дин был уверен, что дядя сможет дать ответы на все его вопросы.

Глава 5. Старое новое знакомство

Стоя возле стены с фотографиями и вспоминая вчерашний вечер, О́дин снова прокрутил в своей голове свое возвращение в поселение. Он не помнил как добрался до леса. Всю дорогу думал только о том, что с случилось в кинотеатре. Юноша пытался объяснить самому себе, что произошло, но не мог.

Пришел в себя молодой человек только в поселении, услышав женский голос:

— Юноша, я к Вам обращаюсь!

О́дин повернулся и увидел женщину средних лет. Она стояла возле одного из домов поселения и смотрела прямо на него. О́дин не мог поверить своим глазам. Первый раз за все годы проживания здесь на него кто-то обратил внимание и заговорил. Он оглянулся, ожидая увидеть другого юношу, к которому, вероятнее всего, и обращалась женщина. Но никого не было.

— Вы кого-то потеряли? — спросила женщина, по-прежнему глядя прямо в глаза О́дину.

— Н-нет, — промямлил тот, все еще не понимая как могло случится так, что с ним заговорила чародейка.

— Как Вы здесь оказались? — лицо женщины было сурово, а от ее голоса холодело внутри.

— Пришел, — молодой человек не знал, как еще можно ответить на этот вопрос.

— Ничего не понимаю. Кто Вы? И что Вы здесь делаете?

— Я — О́дин. И я иду домой.

— Вы вероятно заблудились, здесь нет Вашего дома. Как Вы проникли сюда? Кто Вас пропустил?

— Нет, я не заблудился. Я живу со своим дядей в том доме, что находится в конце поселения, — и О́дин показал рукой в сторону дома.

Дверь за спиной женщины открылась, и из дома вышел мужчина. Увидев О́дина, он с изумлением начал его разглядывать. Женщина повернулась к нему и рассказала то, о чем только что говорила с О́дином.

— Как зовут Вашего дядю? — спросил мужчина.

— Велес.

— Поразительно! — мужчина засмеялся.

— Не вижу ничего смешного! — по-прежнему строго сказала женщина, но теперь обращаясь к мужу, — Ты вообще представляешь, что это может означать???

— Несомненно, это скандал! — ответил мужчина все также смеясь и обнимая за плечи женщину. — И все же это забавно. Интересно, как долго нас водят за нос?

Женщина сердито убрала руку мужчины с плеча. Но мужчина на это только рассмеялся еще больше.

— Молодой человек, будьте добры, зайдите к нам на чашечку чая, — обратилась женщина к О́дину, но теперь ее голос уже не был так холоден. Хотя еще оставались сердитые нотки.

О́дину были хорошо знакомы эти чародеи. Женщину звали Макошь, а ее мужа — Хорс. Юноше не раз приходилось с ними сталкиваться, когда он проходил по этой улице один или с дядей. И каждый раз их взгляды проскальзывали мимо. С дядей они только здоровались. О́дин знал, что они не любили его дядю за то, что он не был похож на всех чародеев. Он был лучше и добрее их всех и не стремился к могуществу.

И вдруг эти суровые чародеи мало того, что заговорили с ним, да еще и приглашают на чай.

— Поверьте мне на слово, мы удивлены не меньше Вашего, — заговорила снова женщина, видя, что О́дин стоит в растерянности, не зная, что делать. — Давайте все же пройдем в дом и постараемся разобраться во всем происходящем вместе.

О́дин послушно последовал за супругами в дом. Здесь он вошел в гостиную комнату и сел в кресло перед небольшим столиком. Пока молодой человек осматривался, хозяйка принесла чай и сладости и предложила гостю угощаться.

Несмотря на теплый прием, О́дин был все еще немного напряжен. Хозяева сели напротив него на диван. Макошь разлила чай по чашкам. О́дин взял чашку и сделал глоток.

— Как давно Вы здесь живете, юноша? — спросила его Макошь.

— Сколько себя помню.

Хорс снова засмеялся, а Макошь не обращая внимания на мужа, продолжила.

— Вы знаете кто мы?

— Да, конечно. Я не раз встречался с вами. Но вы же сами никогда не говорили со мной, — последнее О́дин произнес немного неуверенно, боясь обидеть хозяев. — Я не понимаю. Мне кто-нибудь уже объяснит, что происходит?

— Хотелось бы нам самим это знать, — ответил Хорс. — Но нам кажется, что тот человек, которого вы называете дядей, сыграл с нами всеми очень злую шутку. Он и раньше нарушал правила. Но это были мелкие нарушения. Мы закрывали на это глаза, учитывая его непростой характер. Но теперь он перешел все границы! Сколько вам лет? — обратился он вдруг к О́дину.

— Восемнадцать, — ответил юноша. — Но я ничего не понял из того, что вы сказали. Объясните, пожалуйста.

— Восемнадцать, — повторила женщина, не обращая внимания на последние слова. — Немыслимо! Мы не знаем почему, — ответила она, наконец, О́дину, — но Велес тайно привел Вас в наше поселение и скрывал все эти годы от всех чародеев.

— Скрывал?

— Да, да, — подтвердила Макошь, — не удивляйтесь так. Он именно скрывал. И делал это с помощью очень сильных чар. О, боги, как же мы могли не заметить этого? Восемнадцать лет он водил нас всех за нос, а мы ничего не подозревали.

— И что же случилось с чарами? — недоверчиво спросил молодой человек. — Насколько я понимаю, их больше нет?

— Совершенно верно, — подтвердил Хорс, — чар больше нет. Но мы не можем пока понять, почему они рассеялись?

— И почему чары рассеялись только здесь, — добавил юноша, — а в мире людей они еще действуют?

— Что вы имеете ввиду? — спросил Хорс.

— Мои родители…

— Родители??? — удивленно вскрикнули Хорс и Макошь в один голос.

— Да, — несколько расстерявшись пробормотал О́дин. — Мои родители. Они не узнали меня.

— Ну, это уже ни в какие ворота! — возмутилась женщина.

— Зато теперь мы знаем, почему он прятал мальчика, — обратился к своей жене Хорс, затем снова повернулся к О́дину и перешел на «ты», — ты сказал, что живешь здесь, сколько себя помнишь. Сколько лет тебе в твоих самых первых воспоминаниях?

— Ну, не знаю. Может, пять.

— Пять лет, — задумчиво подпирая рукой подбородок проговорил мужчина. — И ты помнил себя только в поселении? — молодой человек кивнул в знак согласия. — То есть ты все забыл о мире людей. Впрочем мы можем помочь тебе вспомнить. Во всяком случае последний день, проведенный в мире людей. Если только ты сам этого хочешь.

О́дин посмотрел на Хорса, потом на Макошь. Он все еще никак не мог понять, можно ли им верить. Но все случившееся в этот день никак не давало ему покоя.

— Давайте попробуем, — немного нерешительно сказал он.

— Не переживай, это не больно. Дорогая, прибери здесь, пожалуйста, — обратился Хорс к жене.

И уже через секунду вся посуда со столика оказалась на подносе, который Макошь уносила на кухню. А еще через мнгновение хозяйка дома снова сидела рядом со своим мужем.

Глава 6. Свидание с дядей

— О́дин! — голос дяди прозвучал где-то совсем близко, прервав воспоминания молодого человека.

Он оглянулся и понял, что по-прежнему стоит возле стены с фотографиями. Солнце уже садилось за горизонт, заливая комнату розовым светом.

— О́дин! — снова прозвучал голос дяди, но откуда он шел, юноша понять не мог.

— Дядя? — спросил молодой человек в пустоту.

— Да, мой дорогой, это я.

— Дядя, где ты?

— Я плохо слышу тебя. К сожалению, я не успел обучить тебя трюку общения на расстоянии. Поэтому слушай меня внимательно: мне нужна твоя помощь. Завтра утром, как можно раньше, ты должен отправиться в мир людей. Иди к парку аттракционов, я сам тебя найду там. Только помни одно: ты никому не должен говорить о том, что я с тобой связался. Это очень важно. Надеюсь на тебя. До завтра.

— До завтра, дядя, — сказал О́дин, хотя понимал, что дядя вряд ли его уже услышит.

Немного побродив по дому, он решил отправиться спать, чтобы завтра встать пораньше. Но быстро заснуть ему так и не удалось. Сердце сильно колотилось в преддверии завтрашней встречи с дядей. В голове крутилось множество вопросов, на которые он сам не мог найти ответа. Несколько часов юноша проворочался в кровати, пока наконец не заснул.

Проснулся он еще до восхода солнца, и, так как спать ему не хотелось, встал с кровати, собрался, позавтракал и отправился в мир людей. В поселении похоже все еще спали, и О́дину удалось пройти незамеченным. До места встречи он добрался довольно быстро. Солнце к этому времени уже поднялось, но людей на улицах было немного. Часть парка с аттракционами была закрыта. Зато можно было пройти по другой его части, где среди пестреющих осенними красками деревьев стояли лавочки. В центре располагалась большая детская площадка, на которой О́дин любил играть в детстве. Здесь он нашел немало приятелей для своих игр. Оглядывая парк, он обратил внимание на мужчину средних лет, сидящего на одной из лавочек. На нем был темно-синий плащ, черные брюки и ботинки, в руке — трость с серебряным набалдашником в виде головы медведя. Это был Велес.

О́дин подошел к нему и сел рядом. И вдруг все то, что он обдумывал ночью, все слова, которые он приготовил для своего дяди, куда-то улетучились. Молодой человек не знал теперь даже как приветствовать Велеса. Но дядя заговорил первым.

— Здравствуй, О́дин.

— Ты знаешь, что тебя разыскивают? — спросил юноша, так и не подобрав приветствие.

— Конечно. Иначе я бы пришел домой. И не вытаскивал тебя сюда. Не волнуйся, я сильнее их всех, они не смогут пробиться через мои чары.

— Зачем ты это сделал?

— Сделал что? — совершенно спокойно и даже с улыбкой спросил Велес.

— Зачем ты забрал меня у родителей?

— Правильнее было бы мне сейчас спрашивать у тебя, почему ты ослушался и пришел в мир людей без моего ведома? А ведь я тебе доверял.

— Я — взрослый человек.

— Нет, милый мой, ты — не человек, а чародей. И взрослым ты будешь, когда я тебе скажу, что ты уже достаточно взрослый! — глаза Велеса мгновенно потеряли свою веселость и засверкали от негодования.

— Ты лишил меня семьи и теперь хочешь лишить воли. Это я доверял тебе, а ты обманывал меня всю мою жизнь.

— Ой, не драматизируй, — голос Велеса снова стал спокойным. — Я дал тебе лучшую жизнь. Благодаря мне ты переживешь не только своих родителей, но, возможно, и их правнуков. Подумай сам, кем бы ты был, если бы остался со своими родителями? Ну пошел бы сейчас учиться в институт. Потом что? Стал бы каким-нибудь важным человеком и прожил бы свою короткую никчемную жизнь, просиживая штаны в офисе и перебирая никому не нужные бумажки. А я дал тебе настоящую жизнь. Я подарил тебе магию. Не думал, что тебе есть на что жаловаться. Я окружил тебя заботой и любовью, которые еще не всякая мать способна дать своему ребенку. Я воспитал тебя образованным человеком и образованным чародеем. Чего же еще тебе нужно?

— Ты прав. Мне не на что жаловаться, — голос О́дина теперь также был спокоен. — Но ты обманул меня, лишил меня друзей, оболгал чародеев.

— Ой, ой, ой, не торопись с выводами. Если тебя привели в дом, накормили, напоили да обласкали… — О́дин поднял на дядю удивленный взгляд, и тот заметил его. — Конечно, я проследил за тобой. Я же волнуюсь. Так вот, это еще не значит, что тебя приняли в свою большую семью чародеев. Эти лицемеры будут с тобой любезны до тех пор, пока ты будешь послушным и помогать им во всем. Но если вдруг ты посмеешь не согласиться, если посмеешь возразить, вот тогда ты увидишь их истинные лица. И поверь, тебе они не понравятся.

О́дин сидел молча. Вместо ответов на вопросы, в его голове появилась еще бóльшая сумятица. Теперь он запутался окончательно и не знал кому и во что верить. И Велес, кажется, заметил это.

— Я понимаю твое состояние, но пойми и ты меня. Я не мог сказать маленькому мальчику о том, что я забрал его от его же собственных родителей. Не думаю, что ты понял бы меня тогда. А раз не смог рассказать о родителях, значит не мог рассказать всю правду о чародеях. Как бы я объяснил тебе то, что я наложил чары на все поселение? Но я люблю тебя, люблю как родного сына. Вот правда! И я воспитаю из тебя настоящего чародея. Я сделаю тебя самым могущественным на свете! Я дам тебе такие знания, которые не способны дать другие. И не потому, что они слабее меня, хотя это действительно так, но и потому, что они служат только своим мелким интересам. Я же дам тебе такое могущество, что горы вырвут из земли свои основания и склоняться перед тобой.

О́дин улыбнулся.

— Зачем оно мне? Что я с ним буду делать?

— Этому я тебя тоже научу, — Велес засмеялся и хлопнул О́дина по колену, — Надеюсь, ты больше не злишься на меня?

— Я не знаю. Сейчас я ничего утвердительно сказать не могу.

— Ну, меня пока что устроит и такой ответ. Ты обдумай все спокойно. Если решишь остаться со мной и продолжить обучение — свяжись со мной. Кстати, надо научить тебя этому. А пока я тебя попрошу, никому не рассказывать о нашей встрече, — О́дин кивнул в знак согласия. — И не пытайся связаться со своей семьей, это ни к чему хорошему не приведет.

— Но почему?

— Они тебя все равно не вспомнят. К сожалению, на людей чары очень легко наложить, но очень сложно снять. Это может сделать только действительно сильный чародей.

— Например, ты?

— Да, я могу, но не стану этого делать. Подумай сам, что будет когда я их сниму. Смогут ли они пережить то, что у них когда-то отняли сына, и что они пропустили тринадцать лет его жизни? Каково им будет видеть вместо маленького мальчика огромного детину, коим ты стал? Как по-твоему они будут себя чувствовать?

— Что ж, снова вынужден признать, что ты прав. Я не буду искать встречи с ними. Объясни мне только, почему ты поступил так со мной и моей семьей? Почему не мог забрать сиротку, как делают остальные чародеи? Ведь тогда бы тебе не пришлось сейчас скрываться.

— Все не так просто, как тебе кажется. Во-первых, как ты знаешь, я не очень то лажу с остальными чародеями. А потому просить у них милости и разрешения взять себе ребенка не собираюсь, — О́дин хотел было перебить дядю, но тот поднял руку вверх, давая понять, что он намерен продолжить. — Во-вторых, даже если бы я смирил свою гордыню, одаренные дети не так часто рождаются, и мне пришлось бы ждать годы, может даже столетия, когда мне позволили бы наконец взять малыша. А у меня совершенно нет на это времени и желания. Да и то не факт, что я дождался бы своего часа.

— Почему я?

— Ты — особенный! Ты — очень особенный мальчик, и когда-нибудь ты обязательно об этом узнаешь. И это честь для меня: воспитывать такого особенного чародея.

— Ради такой чести ты сделал несчастными людей?

— Опять ты за свое! Кого я сделал несчастными? Твои родители пребывают в блаженном неведении. Они вполне счастливы. Да и ты был бы счастлив, если бы слушался меня. Ну что ты от меня хочешь? Повернуть время вспять не могу ни я, ни кто-либо другой из ныне живущих чародеев. Что сделано, то сделано. Разве что ты хочешь поссориться со мной? Ну, твое дело, валяй.

— Нет, не хочу. Я просто хочу узнать про себя всю правду.

— Ты ее узнал. Что еще? — О́дин молчал. — Я знал, что ты поймешь. Что ж пойдем, я покажу тебе, как ты можешь со мной связываться.

Они оба встали со скамьи и отправились на детскую площадку неподалеку. Здесь никого не было и Велес мог спокойно научить племянника чарам для общения на расстоянии.

После этого они еще побродили по аллеям парка, разговаривая о пустяках. Ближе к полудню Велес попрощался с О́дином, и они разошлись в разные стороны.

Глава 7. Сестра

После встречи с дядей, О́дин бродил по улицам, размышляя над их разговором. Всю свою жизнь он всецело доверял дяде, ни разу не усомнившись в его словах. Всю жизнь он считал Велеса своим единственным родным и близким человеком. А теперь он не знал как ему быть. Слова дяди, сказанные утром в парке, были довольно убедительными. Однако были вопросы, которые не давали юноше покоя: зачем Велес забрал его из мира людей? Что он задумал? Насколько искренен в своих чувствах Велес с ним? Неужели вся забота и ласка, которую Велес дарил ему все эти годы, были только для того, чтобы добиться каких-то своих целей, о которых он ни разу не обмолвился с молодым человеком? Нет, не может этого быть! Разве можно изображать любовь? Да еще на протяжении стольких лет?

Думая обо всем этом, О́дин шел по обычной улице, вдоль которой стояли самые обычные дома. Сначала юноша проходил мимо небольших, в три-четыре этажа, домов. Затем они сменились современными высотками. За одной из них находилось здание школы, окруженное забором.

Молодой человек машинально посмотрел на выходящих из нее учеников, радостно шагавших после уроков домой. И тут впервые он задумался над тем, каково быть человеком, а точнее человеческим ребенком? Как выглядит школа изнутри? Чему и как там учат детей?

Пытаясь представить все то, чего лишил его Велес, он вдруг заметил среди прочих детей знакомую фигуру. Это была та самая девочка, что накануне встретилась ему с его родителями — его родная сестра.

О́дин остановился и стал за ней наблюдать. Она выходила из школы, весело беседуя о чем-то с подругой. Выйдя из калитки школьной ограды, девочка вдруг встретилась взглядом с О́дином. Улыбка быстро сошла с ее лица. Она быстро отвернулась и ускорила шаг. Подхватив подругу под руку, девочка склонилась к ней, что-то нашептывая. Подруга обернулась, ища кого-то глазами, но сестра О́дина одернула ее за рукав, и они зашагали дальше.

О́дин остался стоять на месте, провожая сестру взглядом. Ему очень хотелось подойти к ней и поговорить. Но он понимал, что этого делать нельзя. Девочка наверняка думает, что она сумасшедший и только испугается его. Здесь нужна была особая тактика. Но зато теперь он знает, где она учится и может прийти сюда снова.

Девочки тем временем завернули за угол дома и скрылись из виду. Постояв еще немного О́дин пошел дальше, не имея никакой цели. Он обошел все парки города, зашел на набережную и, там, увидев розовеющее небо, окрашенного закатным солнцем, решил возвращаться домой.

По пути он решил зайти к своим новым знакомым — Макоши и Хорсу. И хотя молодой человек еще не очень сильно им доверял, хотелось все же услышать противоположную дяде точку зрения. Может, еще один разговор с ними поможет во всем разобраться.

Глава 8. История велеса

Когда О́дин вошел в поселок, было уже темно. Он решил зайти в гости к Макоши и Хорсу в том случае, если в их окнах будет свет. Но как только он поравнялся с домом, увидел прогуливающуюся пару, неспешной походкой направляющуюся в его сторону.

— Тоже решил прогуляться? — услышал О́дин уже знакомый ему голос Хорса. — Что ж, дело хорошее. Погода нынче чудесная! Можем мы пригласить тебя в гости? Макошь приготовила сегодня вкуснейший чай. — Не откажусь от чая, — улыбаясь ответил О́дин, — если сейчас не слишком поздно. — Мы с мужем ложимся поздно, — ответила Макошь и жестом пригласила О́дина в дом. — А уж тебе мы рады в любое время.

О́дин зашел в дом и прошел в гостиную. Макошь, как обычно, быстро приготовила чай и накрыла на стол.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? — спросила она О́дина. — Даже не знаю, что ответить. Я запутался окончательно в случившемся. Чем больше размышляю, тем больше появляется вопросов, ответов на которые я не в состоянии найти. — Это не удивительно, — сказал Хорс, вставая с дивана и подходя к окну, — на твою несчастную голову так много взвалилось за каких-то пару дней. Скажи, а твой дядя не пытался с тобой как-нибудь связаться? — Н-нет, — О́дин не ожидал такого прямого вопроса. Он предполагал, что о Велесе будут расспрашивать, но думал, что это будет сделано более скрытно, и потому немного растерялся, — полагаю, он уже знает о происшедшем и не хочет рисковать. — Несомненно, знает, — спокойно ответил Хорс, глядя в окно, как будто ожидая, что Велес пройдет мимо, — Велес очень умен и неприятности он чует еще до их появления. — Скажите, что за человек мой дядя, я имею ввиду с вашей точки зрения? — для этого вопроса О́дин планировал подождать подходящего момента, но впечатлившись искренностью Хорса, решил действовать более прямолинейно. — Сильный чародей, но это тебе и так известно, — Хорс повернулся к молодому человеку и посмотрел ему прямо в глаза, — но в то же время упрям и несговорчив. Возможно, в этом его беда. Он требует, чтобы все было так, как он хочет. И ты тому прямое доказательство. Его упрямство мешает ему жить в мире с остальными чародеями. И он очень скрытен. Всегда было трудно понять, что у него на уме, даже когда он жил с нами рядом. — Рядом? Разве он не всегда жил в отдалении? — О́дин искренне был изумлен. Хотя он не говорил никогда об этом с дядей, ему почему-то казалось, что Велес всегда был не в ладах с остальными чародеями и жил отдельно от всех. — Нет, — вмешалась в разговор Макошь, — когда-то он жил в доме, напротив нашего.

И Макошь рассказала, что давным-давно в этом доме жила очень милая пара, Улль и Лея. Эта пара долгое время хотела ребенка, но никак не могли найти подходящего.

И вот, когда они уже было совсем отчаялись, Улль почувствовал могущественный дар в мире людей. Вместе с супругой он отправился туда и нашел источник этого дара. Это был Велес. Его настоящая мать умерла во время родов. Отца и других родственников не было. Ребенка собирались везти в детский дом. Улль и Лея наложили на всех, кто так или иначе знал о младенце, чары и забрали его сюда.

Их радости не было предела. Мало того, что они, наконец, осуществили свою мечту и обзавелись сыном, так еще и таким могущественным чародеем. Они очень гордились им, ни у кого в поселке не было таких сил. Стараясь подарить ему всю свою любовь и заботу, они, к сожалению, часто баловали его, шли на поводу у его капризов. Возможно, именно это и повлияло на его будущий характер.

Хотя учился он прилежно. Его увлекали как науки людей, так и магические премудрости. В чародействе он добился особых успехов. Он не только изучил все, что ему преподавали учителя, но и знакомился самостоятельно с чарами по книгам. Велес был чуть ли не единственным чародеем, изучившим все книги библиотеки поселения и овладевшим почти всеми видами чародейства.

Конечно, это стало возможным и благодаря его врожденному дару. Многие из чародеев, даже если захотят изучить все, что изложено в книгах, не смогут этого сделать из-за слабости внутреннего магического дара.

Мальчик вырос и стал замечательным умным и воспитанным во всех отношениях молодым человеком. Тогда его упрямство многими расценивалось как положительная черта характера. Он был честен и справедлив.

Когда ему было тридцать, он решил отправиться в путешествие по миру, а вернулся не один, а с девушкой.

Эта часть рассказа очень удивила О́дина. Он так привык видеть дядю одиноким, что даже никогда не задумывался о том, что у него, возможно, когда-то была возлюбленная.

Макошь сказала, что это была чародейка из другого поселения, находящегося в Италии. Они стали жить в доме родителей Велеса. И долгое время все шло хорошо. Но вдруг Велес стал интересоваться низшими существами, такими как лешие и русалки. Он вбил себе в голову, что эти существа должны быть свободными. Что когда-то, в доисторические времена, они не были зависимы от чародеев.

Он созывал собрания, обращался в Совет. Но все попытки убедить Велеса в том, что эти существа хуже диких животных и свободными могут быть опасны, были тщетны.

Когда он понял, что в поселении его никто не поддерживает, то начал изучать древние книги, пытаясь найти средство снятия заклятия с этих тварей. И ему это почти удалось. Но Веста, его девушка, стала опасаться за него. Она боялась, что Велес может совершить самую большую ошибку, эта ошибка повлечет за собой серьезные последствия. Велес не послушал ее. Тогда она рассказала о готовящемся ритуале нашему старосте. Велес был осужден и строго наказан: на пятьдесят лет он был заточен в оковы бессилия, которые не давали ему чародействовать. Также ему пожизненно запретили пользоваться книгами библиотеки. В его доме был проведен обыск и изъяты все записи и книги, которые содержали сведения о магических приемах.

Он так и не смог простить Весте ее предательства и озлобился на все поселение. Покинув свой дом, он построил себе новый, вдали от всех, и поселился там. А Веста уехала обратно в Италию.

Макошь замолчала, давая возможность О́дину осмыслить услышанное.

— Мы думали, что Велес успокоился и осознал свою ошибку, — после паузы сказал Хорс. Но похоже мы ошиблись. И ты — явное доказательство этому. Страшно представить что он может сотворить и какие будут последствия и для нас и для людей. Наши судьбы в твоих руках. Только ты можешь остановить Велеса. Я уверен, что рано или поздно он попытается с тобой связаться. И тогда ты должен будешь сказать об этом нам. Ты понимаешь это? — О́дин кивнул, — И не вздумай встречаться с ним наедине. Это может быть для тебя опасным.

— Но почему ему так важны эти существа? — О́дин слышал не раз от дяди о том, как чародеи несправедливо удерживают каким-то древним заклятием леших и русалок на границах своего поселения.

Хотя, если быть до конца откровенным, он никогда не испытывал сочувствия ко всей этой нечисти. Он видел не раз леших, правда издалека. Это были жалкие на вид существа, всегда грязные и лохматые. Их кожа была похожа на кору дерева. Они умело имитировали голоса лесных животных и птиц, с помощью чего и завлекали людей в глубь леса. А вот русалку вблизи он видел только один раз. Еще никогда О́дину не встречались существа ужасней этих. Зато они обладали чудесными женскими голосами. От дяди О́дин знал, что разговаривать по-человечески они не умеют. Могут только напевать мелодии. Завидев путника в лесу, русалки своим пением заманивали его к воде, набрасывались и топили бедолагу. Зная все это, О́дин никак не мог понять, почему эти существа так волнуют дядю?

— Велес считал, что все должны быть свободными, — слегка улыбаясь сказал Хорс. — Говорил, что мы порабощаем нечисть. Он ставил в пример людей, которые когда-то делали друг из друга рабов. Но теперь они цивилизованы и не обращаются так с другими. Так, по его мнению, следует поступить и нам. На заседаниях Совета он читал целые лекции по человеческой истории. Говорил об уничтожении народов по причине того, что одни люди ставили себя выше других. Однако, он не мог понять, что здесь идет речь не о равных нам. Это животные! Дикие животные, которые вырвутся из леса и натворят немало бед, если дать им свободу.

— Откуда Вы знаете? Вы же не видели их свободными! — вдруг сказал О́дин. 
— Хорошо же тебе дядя мозги прополоскал, — сказал Хорс. — Я изучал историю. Тебе дядя не преподавал такой предмет? — Преподавал. Вот только учебников не было, и дядя рассказывал мне то, что знал сам. Если уж мы заговорили об этом… Скажите, я могу воспользоваться местной библиотекой? Или для меня она тоже под запретом?

Только сейчас Хорс и Макошь поняли, что все эти годы Велес образовывал мальчика сам, вкладывая в него свои знания и свое понимание вещей. Только сейчас они поняли, что этот молодой человек может оказаться для них бомбой замедленного действия. Надо было срочно что-то предпринять и очень осторожно.

— Не пойми меня неправильно, — начал Хорс, — но мы считаем, что доступ к книгам тебе необходимо ограничить. Во всяком случае пока. — Пока что? — голос О́дина становился все резче.

Он жаждал получить то, чего был лишен все эти годы, а именно знаний. Знаний, которые могли стать для него ответами на его многочисленные вопросы. Он хотел найти выход из сложившейся ситуации в книгах. И конечно ему не нравилось, что его хотят ограничить в его стремлении.

— Пока мы не поймем, что нам следует ждать от тебя, — ответил Хорс твердым голосом. — Что ж, справедливо. Но хотя бы какие-нибудь книги я могу получить сейчас? — Если хочешь, то я прямо завтра утром схожу в библиотеку и подберу для тебя книги, которые нужны в первую очередь для всестороннего образования. — Буду очень благодарен. Я могу попросить Вас взять для меня книгу, в которой есть что-нибудь о взаимоотношениях людей и чародеев? — Зачем тебе такая книга? Я надеюсь, ты не собираешься установить связь со своими родителями? — Нет, — соврал О́дин, именно об этом он и думал.

Точнее, для начала он хотел наладить отношения с сестрой, а потом уже и с родителями. И получается, что он просто немного слукавил. Во всяком случае именно такое оправдание придумал себе О́дин.

— Хочу только проверить всю ту информацию, которую получил за все годы от дяди, — добавил он. — Я посмотрю, что могу для тебя сделать. Приходи к нам завтра к полудню. Думаю, что к этому времени я соберу всю необходимую литературу. — Договорились, — немного развеселившись ответил О́дин, вставая с дивана и направляясь к выходу, — спасибо за чай, было действительно очень вкусно, — повернулся он к Макоши, та ответила ему кивком. — До завтра, — обратился он к Хорсу и вышел за дверь.

Этой ночью О́дин долго не мог заснуть. Он думал о сестре. Сейчас ему было особенно одиноко. Его дядя, единственный близкий ему человек, был далеко. Хорс и Макошь, хоть и были добры к нему, пока не вызывали особенного доверия. А его настоящая семья не помнила, кто он такой. Все это, несмотря на все запреты, вызывало желание сблизиться с сестрой. Но как это сделать, ведь она наверняка считает его сумасшедшим? Он вспомнил, как девочка, заметив его, постаралась быстрей скрыться из вида. Надо что-то придумать. Размышляя над тем, как познакомится с собственной сестрой, он не заметил как уснул.

Глава 9. Знакомство с сестрой

На следующий день О́дин к полудню отправился в дом Хорса и Макоши. В его груди приятно щекотало радостное чувство: сегодня он наконец познакомится с магическими книгами. Ему не терпелось увидеть их, подержать в руках. А главное, у него появилась возможность найти ответы на многочисленные вопросы, появившиеся в последнее время.

Дверь открыла Макошь, и со своей обыкновенной улыбкой, с которой она всегда встречала О́дина, впустила его в дом. Молодой человек прошел в гостиную и тут же увидел на столе стопку книг. Стопка была довольно большой и О́дину даже пришло в голову, что эти книги не для него. Во всяком случае не все.

— Здравствуй, О́дин, — услышал он голос и, повернувшись, увидел добродушное лицо Хорса, стоявшего возле окна. — Вот обещанные книги. Надеюсь, они будут тебе интересны. Я старался подобрать книги на разные темы. Прочти их и выскажи свое мнение. Учитывая его, я подберу тебе следующую партию.

— Я могу забрать их все? — О́дин все еще не верил своему счастью.

Хорс засмеялся.

— Конечно.

Юноша подошел к столу, провел по корешкам книг, сотворив при этом заклинание невесомости, и без особых усилий поднял всю стопку.

— Я никого не обижу, если пойду домой? — спросил он.

Лицо его выражало такую радость, что Хорс с Макошью не могли не улыбаться.

Распрощавшись с хозяевами, он отправился домой. Встречающиеся по пути чародеи с любопытством разглядывали загадочного новичка своего поселения. Но О́дин не обращал на них никакого внимания: все его мысли были о книгах.

Придя домой, он разложил книги на столе, снял заклинание и начал изучать каждую по отдельности. Книги были большие, тяжелые и пахли старой бумагой. Страницы были коричневого от времени цвета, названия на обложках многих книг были стерты. Здесь были книги по истории чародеев и других магических существ, книги заклинаний для начинающих, ясновидение, телепатия и многое другое. О́дин пролистал несколько книг с заклинаниями и сделал вывод, что многие из них он уже знает. Хотя было в них и что-то достойное его внимания. Книги по истории чародеев заинтересовали больше всего.

Но как бы не хотелось сейчас же приступить к чтению, он должен был идти в мир людей. Мысли о сестре не давали покоя. Он еще не знал как именно он подойдет к ней, как заведет разговор, но твердо решил, что должен попробовать. Надо было только дождаться ее возле школы, а там будь что будет.