Бесплатный фрагмент - Игрок72

Не знаю, ищешь ли ты меня или давно забыл.

Глава 1

На последнем этаже Башни, развалившись в кресле короля, я смотрел через панорамное окно на Люцион. Так это здание называют местные жители. Его этажи бесконечными рядами тянутся к небу. Оно самое высокое в Союзе Кланов.

Здесь я должен встречаться с лидерами преступных династий. Лидерами, которые с удовольствием избавятся от меня, если я проявлю слабость.

Я никогда не хотел власти. Но родился наследником самого могущественного клана. Так что быстро принял роль будущего короля как свою обязанность. Отец успел поделиться со мной своими планами о том, как воспитает из меня правильного правителя. Он часто напоминал, что я должен защищать невинных и помогать слабым. Что носить белый костюм — это не проявление силы, а символ надежды и мира. Символ чистых намерений и светлого будущего. Очевидно, мой отец был мечтателем. Раз хотел из преступной страны сделать цивилизованное государство. И у него это почти получилось…

Наша семья носила белый. Цвет, на который пролилась кровь отца и матери в день их смерти. Тогда я стоял и смотрел, как они умирают. Тогда я впервые ощутил беспомощность и то, насколько я жалкий. Двенадцатилетний наивный мальчишка. Потерявший все в одно мгновение.

Поначалу я вел себя словно загнанный зверек. Не мог пережить смерть родителей. Не мог забыть их убийцу, которому хотел отомстить. Ненависть пылала в душе, разжигая высокий костер. И черный густой дым от этого костра поглотил мою юношескую душу. И я почти сгорел. Задохнулся ненавистью. Но вспомнил об Энни Эверс. Моей лучшей подруге, с которой я дружил в детстве. Она мой последний родной человек. И ради нее я выбрал иной путь. Возможно, наивный и глупый. Поначалу. Но позже я осознал, какое оружие получил, научившись влиять на события Союза через сеть. Со временем я изменился, и мое сердце похолодело…

Я провел взглядом по крохотным домам внизу и прислушался к звукам за спиной. Позади меня сидели лидеры кланов. Никто не говорил со мной до начала собрания. Сюда я приехал впервые после смерти Роберта. После того как стал королем и унаследовал систему тирана. Кровавую и жестокую. Систему, которую я планирую изменить. И вернуть Союз к спокойным временам. Этого бы хотел мой отец. И, кажется, для этого мне придется стать Белым Королем. Королем преступной страны, в которой Багровые Рыцари убивают людей в черном. Королем, которому придется ради защиты миллионов пожертвовать тысячами. Я сжал челюсть, думая об этом. Как далеко я способен зайти, чтобы построить мир, в котором смогу быть с единственным нужным мне человеком?

На свою первую встречу с лидерами я не надел пиджак с символом королевской власти, зная, что это взбесит некоторых из них. И я хочу увидеть, кого именно. Надел только простую хлопковую рубашку и костюмные молочные брюки.

Я повернулся в кресле цвета слоновой кости к длинному прямоугольному столу из белого мрамора, за которым на одинаковых креслах сидели шестеро.

Изогнутые спинки. Широкие подлокотники. Сиденья, обтянутые тонкой натуральной кожей светло-коричневого цвета.

Лидеры в костюмах из дорогой ткани кремового оттенка с символом верховной власти на манжетах смотрели на меня по-разному. Внимательно. Подозрительно. С любопытством и даже с раздражением.

Я остановил взгляд на седьмом кресле слева. Пустом. Один лидер не соизволил явиться вовремя. И это наталкивало на мысль. Поступил ли он так, потому что не признает мою власть или хочет так привлечь мое внимание к себе?

Виктор, стоящий рядом, взглянул на наручные часы.

Из коридора послышался стук каблуков. Двери распахнулись. В зал вошла Вероника Вердариум. Все обратили на нее внимание. И я тоже обратил.

Выразительный женственный силуэт. Пышная грудь, округлые бедра и тонкая талия. Платье шампанского цвета, плотно обтягивающее фигуру. Открытые плечи и ключицы. Высокий разрез на юбке обнажал бедро при каждом ее шаге. Ткань блестела, отражая мягкий солнечный свет. Золотистые волосы Вероники, завитые в локоны, аккуратно лежали на плечах.

Сейчас ей тридцать один, но лидером она стала еще до совершеннолетия. Последняя в своем роде. Ее клан, в отличие от остальных, управлялся при поддержке духовного совета. Второй по численности после Люсандус. Зная о набожности ее клана, остальные держались от него подальше, не желая иметь дела с религиозными фанатиками. Я бы тоже не хотел. Такие способны промыть мозги и заставить делать, что им угодно.

— Пунктуальность Вердариуму не знакома? — буркнул лидер клана Аурелиан.

Я перевел на него взгляд.

Артур Аурелиан. Русые волосы. Гладко выбритое лицо с острыми чертами. Лидер клана с собственной банковской структурой. Его клан отмывает деньги достаточно умело. Я следил за всеми их транзакциями последние несколько лет и теперь планирую придавить этого Артура, как клопа. Чтобы его грязные деньги перестали распространяться по банковской системе Союза.

— Девушку можно и подождать, — спокойно ответила Вероника, откинув волосы назад.

Артур скривился.

Она прошла к свободному креслу рядом со мной и села. Вероника закинула одну ногу на другую. Ткань соскользнула, оголяя ее бедро. Жест, явно предназначенный мне. Зачем только так явно? Это одновременно взбудоражило и взбесило. Столь бесстыдная демонстрация ее идеальных форм, перед которыми сложно устоять. Но я устоял. Потому что хотел лишь одну женщину…

Я сделал вид, что не заметил жеста Вероники, и продолжил наблюдать за лидерами в ожидании их реакции. Хотел увидеть, кто первым не выдержит моего молчания.

— Ты будешь говорить? — сердито спросил Эдвард Ордарион.

Его неуважительный тон удивил некоторых присутствующих, и они переглянулись. Но я отреагировал спокойно.

— Вы хотите высказаться, Эдвард? — ответил вопросом я и внимательно посмотрел на него.

Плотное телосложение. Аккуратно подстриженная борода и усы. Короткие темно-каштановые волосы. Уверенная поза. Слегка вздернутый подбородок. Широкая, мощная челюсть. Тяжелый взгляд. Эдварду исполнилось сорок пять. Теперь он самый старший из присутствующих. Теперь. Когда Макс убил Роберта.

Его клан Ордарион с собственной военной историей. Своя армия наемников. Свой военный арсенал. В его клане все проходят военную подготовку с малых лет, обучаясь искусству боя и стратегии. Военная академия в Ордарионе лучшая в Союзе. Вот с кем бы я точно не хотел портить отношения. Но, кажется, Эдвард уже проявляет ко мне неприязнь. Судя по его тону.

Он подался вперед и сжал подлокотники. Кожаная обивка тихо скрипнула под его пальцами.

— Что ты планируешь делать? В Союзе творится полный бардак!

— Эдвард, не стоит укорять нашего нового короля, — неожиданно сказал Теодор Меллорис. — Ему понадобилось время, чтобы восстановиться после серьезного ранения.

Я бросил взгляд на Теодора. Высокий. Подтянутый. С аристократичными чертами лица. Светло-русыми волосами и светлыми глазами. Я бы решил, что он скользкий и хитрый, если бы не его добродушная улыбка, брошенная мне в ответ на мой холодный взгляд.

Лидер клана торговцев, предпочитающий решать дела дипломатическим путем и не прибегать к насилию.

— Время? Прошло три месяца! Ему хватило бы и недели, — возмутился Эдвард и отвлек меня от Теодора.

— Возможно, у вас есть предложения? Озвучьте их, — спокойно сказал Теодор.

Эдвард перевел на меня взгляд.

— Роберт обещал…

— Я не Роберт, и его обещания не намерен сдерживать, — перебил его я.

Эдвард нахмурился. В глазах отразилось раздражение.

— Возможно, тогда нам стоит пересмотреть место короля в Союзе.

— Осторожно, Эдвард. Это звучит как переворот, — тут же предостерег его Теодор.

Два молодых лидера переглянулись и зашептались. Я взглянул на них.

Франц Контье. Двадцать два года. Самый молодой лидер технологичного клана с собственными разработками. Юношеское лицо и худое телосложение. Внешне сильно отличающийся от присутствующих в зале.

И Оливер Ренарис. Когда-то его клан считался сильнейшим и мог сместить даже Люсандус. Но за последние два десятилетия при Роберте его численность значительно уменьшилась, и теперь этот клан затаился. Роберт постарался, чтобы Ренарис не доставил ему проблем, умело избавляясь от его верхушки.

Эдвард резко откинулся в кресле и продолжил пристально смотреть на меня, не скрывая свое недовольство.

— Мой король, могу я обратиться к вам? — вежливо спросила Вероника.

Я кивнул.

Она поднялась и неспешно прошла к окну, заставляя меня отвернуть кресло от сидящих за столом. Вероника окинула взглядом город. Затем повернулась ко мне и выставила вперед ногу. Бедро оголилось сильнее. Я не опустил взгляд, внимательно смотря ей в глаза. Для этого пришлось задрать подбородок выше. Учитывая, что она смотрела на меня сверху.

— Я хочу обсудить с вами мое предложение, но только лично, — сказала Вероника. — Уверена, вас оно заинтересует, — добавила она и слегка улыбнулась.

— Виктор сообщит вам время и место, — ответил я, поднимаясь с кресла.

— Благодарю, мой король, — сказала она довольным тоном.

— На сегодня хватит, я устал, — кинул я, и по залу прокатилась волна возмущения оттого, что собрание, которого лидеры ждали три месяца, закончилось так быстро.

Я направился к выходу.

— Куда ты пошел? — рявкнул Эдвард.

Он резко встал, и его кресло откатилось назад.

Я ухмыльнулся, увидев его реакцию, и спокойно прошел к дверям. Толкнул их и вышел из зала. Двери плавно закрылись за моей спиной. До меня долетел приглушенный крик Эдварда. Эта ситуация окончательно вывела его из себя.

Для всех них я никто. Появившийся из ниоткуда наследник Люция. Такой же слабый правитель, каким они считали моего отца. Только они не учли одну мелочь. Я Игрок72, прожил годы рядом с Кровавым Королем и собирал данные о лидерах кланов. Я знаю все о тех, кто остался за этими дверями. И готов сыграть с ними в мою небольшую политическую игру.

Я ухмыльнулся, предвкушая день, когда получу абсолютную власть над Союзом.

Глава 2

Я взглянул на густой лес, окружающий белый двухэтажный особняк моего клана. Перед ним раскинулся сад с небольшим фонтаном. Здесь мы играли в детстве с Эн. Тогда этот сад утопал в зелени. А сейчас из-под тающего снега виднелась пожелтевшая прошлогодняя трава. Целая зима прошла с того момента, когда я видел ее в последний раз.

Я отошел от окна и рухнул в белое игровое кресло рядом с компьютерным столом. Откинулся на высокую спинку, опираясь затылком на кожаный подголовник, и взглянул через окно на луну в ясном небе. Подумал, как забавно, что ее можно увидеть не только ночью, но и днем.

Интересно. Эн тоже видит эту луну или она давно умерла?

Грудь сдавило от предположения, что ее больше нет.

Я достал из-под рубашки серебряное кольцо, висящее на тонком хлопковом шнурке с серебряной застежкой, и сжал его пальцами. То самое кольцо, которое я дал ей в день нашей последней встречи в доме клана. Наши кольца соприкоснулись, и я почувствовал давление металла на кожу.

Я тяжело вздохнул. Так устал. Устал искать ее. Я искал Эн все эти три мучительно долгих месяца и с каждым днем все больше верил, что она, скорее всего, погибла от рук Макса. Доказательств, что она жива, я не нашел. В городах Союза она не появлялась. Все возможные убежища Макса оставались пустыми.

Я закрыл глаза, чувствуя нарастающую тревогу.

— Ты сказала, что будешь со мной, но ушла… Чтобы защитить меня? Или ты… Ты ненавидишь меня? Поэтому ушла с ним?

Я даже не знал, что хуже. Потерять ее навсегда, узнав, что Макс убил Эн, или знать, что она ненавидит меня и поэтому не пытается связаться со мной. Эгоистично. Жестоко. Но правда в том, что я не хотел думать о том, что я противен ей. Мне была нужна только она. Все эти годы я наблюдал за ней. Оберегал через сеть. И, наверное, слишком увлекся. Потому что там, в доме клана, осознал, что давно перестал относиться к ней как к подруге.

Я взглянул на монитор. На экране всплывали окна. Система переключалась между городскими камерами и по заданным алгоритмам искала лица Эн и Макса. Через камеры я видел жителей Союза, но хотел найти лишь одного человека. Очень нужного мне. Безумно нужного. Которого не было в Люционе. Эн…

Стук в дверь отвлек меня. В комнату вошел Виктор. Он остался стоять у двери, сохраняя дистанцию. Раньше он говорил со мной открыто и был порой слишком надоедливым. Всегда казался мне легкомысленным и юным. Несмотря на то что старше меня. Но теперь Виктор изменился. Стал серьезным и сдержанным. И даже так только ему я могу доверять, зная его со школьных лет. Совершенно не обращая на него внимания раньше и принимая его присутствие рядом как должное. Никогда не думал об этом, пока не оказался на грани смерти. И только благодаря Виктору выжил.

— У нас проблема с Багровыми Рыцарями, — сказал он.

Я напрягся и пробежал пальцами по клавиатуре. Совсем отвлекся на поиски Эн.

— Несколько рыцарей вырезали семью… — добавил он.

Моя рука замерла. Я смотрел на публичные посты об этом случае. Камер рядом с домом не оказалось. Увидеть случившееся я не мог. Но новость о том, что Багровые Рыцари по приказу короля жестоко убили целую семью, уже гуляла в сети. Чертовы ублюдки.

Я напряженно выдохнул и поднялся с кресла.

— Едем туда.

Я открыл шкаф и вытащил белоснежный пиджак с символом королевской семьи. Похожий носил мой отец. И сегодня я нуждался в этой визуальной демонстрации власти. В признании меня королем среди обычных жителей. Не просто королем. Белым Королем.

Я остановился у зеркала и поправил пиджак. Провел пальцами по серебряной вышивке на лацкане. Двухслойные крылья и корона. Поправил манжеты с серебряными линиями по краям рукавов.

— Кто-то поддержал Эдварда? — спросил я, оглядывая себя в зеркале.

— Артур открыто поддержал его. Франц и Оливер молчали. Вероника почти сразу ушла.

— Теодор Меллорис? — спросил я.

— Он молча наблюдал. А вот Август…

Август. Точно! Август Ферье. На собрании он сидел так тихо, что я даже не обратил на него внимания. Лидер информационного клана. Забавно. Надеюсь, не настолько умелый, как я в сети.

Виктор нахмурился.

— Он ушел с Эдвардом. Они о чем-то говорили, но я не разобрал, о чем именно.

— Понятно.

Значит, против меня два клана. И я очень надеюсь, что Август не заодно с Эдвардом и Артуром.

Стук привлек мое внимание, и я взглянул на дверь.

— Теодор Меллорис ожидает внизу, — сообщила прислуга.

Мы с Виктором переглянулись.

— Зачем он здесь? — насторожился я.

Я направился встретить незваного гостя.

Спустившись по ступеням, заметил Теодора. Он обернулся и, увидев меня, растянул улыбку. Приветливую и дружелюбную.

— Лука! Вам очень идет костюм. Прекрасно выглядите, — сделал он комплимент, продолжая улыбаться.

— Что вам нужно, Теодор?

— Я хочу обсудить с вами наш союз, — ответил он.

— Союз? — переспросил я.

Для меня эти слова звучали неожиданно.

Теодор прошел к дивану, стоявшему в центре холла.

— Позволите? — спросил он, указав на него.

Я кивнул, но сам остался стоять.

Он сел и закинул ногу на ногу. Одну руку положил на спинку дивана. Вторую на колено. Его взгляд стал серьезным.

— Меня обеспокоила позиция Эдварда. И то, что Артур поддерживает его. Вы только пришли к власти, а они уже явно планируют ваш уход.

Он замолчал, наблюдая за моей реакцией.

— В ваших словах нет ничего нового. Чего вы хотите? — прямо спросил я.

Теодор ухмыльнулся.

— Двадцать два года назад я только стал лидером своего клана, но успел заключить несколько сделок с вашим отцом. Мне нравилась политика Люция, которая давала мне возможность спокойно вести дела. В стабильные времена люди охотнее торгуют. Я пришел узнать о ваших планах. Каким станет Союз под вашим руководством? Намерены ли вы продолжить дело своего отца?

— Намерен, — коротко ответил я, изучая нового собеседника.

— Это прекрасно, — растянул улыбку Теодор. — Хочу заверить вас, что клан Меллорис будет на вашей стороне.

— Почему вы уверены, что я не спровоцирую Эдварда и не начнется война кланов?

— Я бы хотел избежать войны. Видите ли, Лука, у меня нет особого выбора. Я пришел с огромной надеждой, веря, что вы именно тот, кем я вас представлял себе. Наш Белый Принц, который наведет порядок в Союзе. И если я правильно догадываюсь, вы не просто человек, появившийся внезапно. Вы жили с Робертом все эти годы, а значит, не так просты, как это могло показаться другим. Уверен, вы и обо мне знаете больше, чем я думаю, — неспешно проговорил Теодор.

Я ухмыльнулся. Он оказался весьма сообразительным. И, кажется, даже нравится мне, хоть меня и настораживает эта его дружелюбная манера речи. Про Белого Принца это все, конечно, полнейшая чушь. Но людям нужно во что-то верить.

Теодор на мою ухмылку отреагировал улыбкой. Он явно любил пользоваться своей харизмой.

— Видимо, я прав. Я хочу подробнее обсудить варианты развития событий, возможно, пригласив в наш тесный круг еще лидеров…

— Мне нужно идти. Обсудим позже, — перебил я и направился к выходу.

Взяв пальто, я вышел на улицу.

Теодор остался сидеть на диване с довольным видом, как у себя дома. Но меня это нисколько не смутило. Особняк под моим контролем. К тому же я знаю, что он пришел за своей выгодой. Я следил за кланами долгие годы, и у клана Меллорис всегда было меньше всего тайн. В отличие от Артура Теодор вел дела легально.

Через несколько минут мы с Виктором ехали к дому убитой семьи. Машина плавно скользила по ровной асфальтированной дороге. Я сидел на заднем сиденье кожаного салона. На коленях держал ноутбук. Рядом со мной лежал небольшой мобильный роутер. Я переключался между камерами и искал лидеров Союза. Следил за их передвижениями и встречами. Обратил внимание на Августа, который неожиданно пропал из поля зрения камер. Какого черта? Я начал переключать камеры, но он находился в слепой зоне. Я настроил автоматический скрипт, чтобы, когда Ферье появится, система сразу его распознала. Его скрытность заставила меня напрячься. Я еще и на собрании умудрился не заметить его. Как это вообще произошло? Перебрав в голове момент встречи, понял, что даже не взглянул в его сторону. Хорошо же меня отвлекли Эдвард и Вероника.

Мы остановились у одноэтажного дома. Вышли из машины и подошли ко входу. Я толкнул дверь. В нос ударил резкий запах смерти. Дневное солнце тускло освещало помещение. В коридоре на животе лежал мужчина. Следы от пуль в спине и огромная лужа крови под его телом говорили о жестокой расправе. Я осмотрел его. Оружия при нем не оказалось.

Дальше, в кухонной зоне, лежали еще два тела, женские. На столе стояли миски с едой. На плите кастрюля. Вода полностью выкипела, и в воздухе стоял неприятный запах гари. Я подошел и выключил плиту.

Посмотрел на следы, тянувшиеся по полу от кухни через гостиную в комнату. Я кивнул Виктору, и он пошел проверить эту комнату. Толкнул дверь и заглянул внутрь. Его глаза помрачнели. Виктор закрыл дверь и вернулся.

— Двое детей школьного возраста… убиты, — мрачно сказал он.

Я сжал кулаки. Эти Багровые Рыцари давно перешли черту.

— Собери на площади тех, кто это сделал, — сердито сказал я.

Виктор кивнул. Достал телефон и направился к выходу.

Я и раньше видел подобные случаи, когда Багровые Рыцари убивали местных жителей. При Роберте это не считалось чем-то особенным. Сначала они устраняли агентов и их семьи, а также служащих или офицеров, нарушивших приказ. Но позже стали убивать даже гражданских. Разумеется, когда я стал королем, ничего не изменилось. Рыцари по-прежнему могут спокойно убить человека в черной форме прямо на улице днем. Роберт своей политикой обязательного ношения этой формы дал своим псам удобную добычу.

В этом доме не было признаков того, что семья пыталась хоть как-то защититься. Все говорило о том, что их просто забили, как скот.

— Надо было давно разобраться с ними, — подумал я, чувствуя закипающую злость.

Но даже сейчас, имея власть, я не мог все разом изменить. И это безумно злило.

Я вышел на улицу и взглянул на небо. Ветер подхватил мои волосы и качнул челку в сторону. Я вздернул воротник пальто.

Ко мне подошел Виктор.

— Через час на площади, — доложил он.

Я кивнул, и мы направились к машине.

***

Я взглянул в окно машины. Легкий снег кружился и блестел в лучах солнца, пробивавшихся сквозь облака. Этот завораживающий вид контрастировал с тем, как внутри все кипело. Вся эта ситуация с семьей напомнила мне кошмар, вырывая меня из реальности и затягивая в прошлое.

После окончания информационной академии я год работал на Роберта, а затем поступил в военную академию на переподготовку. Макс поступил вместе со мной, параллельно заканчивая последний курс на факультете кибербезопасности. В первый год учебы он стал офицером моего клана.

Я смог уговорить дядю разрешить мне жить в общежитии при академии. До этого у меня ушло десять лет, чтобы доказать Роберту, что я не планирую мстить за родителей. В итоге он начал доверять мне. Своему бесценному сборщику данных.

Первый год учебы пролетел быстро. Макс постоянно водил девчонок к нам в комнату. Каждое утро очередная подружка, с которой он ночевал после шумных вечеринок. Так случилось и в тот день.

Я редко оставлял ноутбук. Всегда переводил его в режим блокировки, чтобы никто не мог получить доступ к нему. Информации в нем было достаточно. Данные о кланах. Но еще больше данных о спецслужбах, которые Роберт хотел уничтожить. Он был одержим этим желанием. Желанием убить всех агентов до последнего. Агентов, которые когда-то верно служили моему отцу. Роберт собрал целую информационную армию. И душил любое сопротивление, как только узнавал о нем через своих хакеров.

В те дни я только собрал информацию о новых агентах, которые присоединились к подполью. Среди них оказалась Эн.

Звонок телефона в шесть утра отвлек меня. В последние дни я плохо спал после того, как узнал, что моя единственная подруга детства, Энни Эверс, стала агентом. Я был невероятно счастлив, что наконец нашел ее, и одновременно в ужасе. Наши пути разошлись не просто в разные стороны. Теперь для нее я был врагом.

Отчасти хакером я стал из-за нее. Но со временем мои мотивы стали более осознанными. Я хотел использовать свои навыки, чтобы защищать людей. Стать незаменимым для Кровавого Короля. Выжить в его жестокой системе и в нужный момент изменить все. Вот только этот момент никак не наступал. А когда я наконец собрался с духом, увидел, как Эн приехала в дом клана с Максом. Наблюдал через камеры в холле, а после в коридоре, как она виснет на нем и тянется к его губам. Смеется и шепчет что-то на ухо. В тот момент я ощутил новое чувство. Ревность. Которую не испытывал никогда раньше, пока Эн встречалась с кем-то. Но вот с Максом у меня была отдельная история…

Что заставило меня в тот день не заблокировать ноутбук? Возможно, усталость от бессонной ночи. Или я просто расслабился рядом со своим единственным другом. Он часто пытался вытащить меня на вечеринки, выбирая нам девчонок на вечер. Я всегда шел неохотно, но после трех лет дружбы привык к его постоянному присутствию. Макс был невыносимым, но всегда позитивным. Совсем другим. Не таким, каким стал позже. Мрачным и жестоким.

Мы редко обсуждали дела клана, но он часто упоминал о совете и хотел скорее войти в него.

Телефон продолжал звонить, и я поднялся, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Макса с его новой подружкой, которую он обнимал, сжимая ладонью ее голую грудь. Я быстро вышел и ответил. Звонил Виктор. Я разговаривал недолго и сразу вернулся в комнату.

Открыв дверь, я увидел то, чего всегда боялся. Макс сидел за моим ноутбуком, а файлы копировались на облачное хранилище клана. Я подбежал и нажал кнопку отмены. У меня было всего несколько минут, чтобы удалить данные. Я схватил ноутбук и выбежал из комнаты. Сел на лестничной площадке.

Никогда не забуду, как пальцы бешено стучали по клавиатуре, так же громко, как мое сердце в тот момент. Как ладони заливал холодный пот. Как все плыло перед глазами от напряжения.

Данные о геолокации всех штабов и о новых агентах уже были загружены в систему клана. Я быстро вошел в нее. Мог бы удалять подряд файлы, спасая больше людей, но искал только один с информацией об Эн. Когда нашел, сразу удалил. Думал лишь о том, что ее убьют из-за моей неосторожности. Геолокацию ее штаба тоже удалил. Попытался удалить анкеты других агентов, но было уже поздно. Система успела распределить данные по внутренним хранилищам, и незаметно удалить их, не раскрыв себя, я уже не мог.

Я увидел сообщение от Макса о загрузке данных. Он подписался своим именем и данными офицера. Вот он, мой лучший и единственный друг. Не упустил возможности быть замеченным. Воспользовавшись мной.

Первое задание Эн.

Я следил за ней через камеры в баре, готовый при необходимости помочь. Даже если для этого мне пришлось бы раскрыть себя. Сара сидела рядом, и я знал, что за ней придут. Я отправил Эн сообщение, достаточно странное, чтобы отвлечь ее и заставить отойти от столика. Она так и сделала. Но после… Я не мог смотреть на ее истерику.

Чувство вины давило на меня, пока я наблюдал, как она страдает из-за смерти напарницы. Но не мог ничего изменить.

После случившегося я не хотел общаться с Максом. По его вине погибло много людей. Мы сильно поссорились. Впервые за все время нашей дружбы. Впервые я не мог оставаться спокойным. Макс решил, что меня разозлило то, что он взял мой ноутбук без разрешения и отправил данные от своего имени. Позже он сообщил в клан, что данные собирал я, а он только отправил их. Но этого оказалось достаточно, чтобы Роберт обратил на него внимание.

Мы не говорили несколько дней. Но долго избегать общения с Максом могло стать подозрительным, и я притворился, что все как раньше. Чтобы не дать ему понять, что я намеренно скрывал важную информацию о подполье.

В итоге он все же попал в совет. Роберт был в восторге. А я спать не мог. Не мог простить себя за случившееся.

Через год агенты узнали о месте и времени собрания совета, на котором присутствовал Роберт, и попытались убить его. Тогда Макс прикрыл его собой, а позже сам захотел стать Багровым Рыцарем, чтобы защищать короля. И стал. Причем самым жестоким. Сильно изменился. Всегда мрачный и раздраженный. Я больше не узнавал своего друга. Он стал другим человеком.

После окончания учебы Макс переехал в дом клана, где иногда появлялась Мари. Вскоре они стали встречаться. И Роберт, угождая дочери, наделил его абсолютной властью над всеми рыцарями. Но причина была не только в ней. Роберт доверял Максу больше, чем кому-либо.

Макс начал проводить все время с рыцарями, своими новыми товарищами. Он выходил с ними на охоту, убивая жестоко, беспощадно, со временем с удовольствием.

После той утечки мой ник впервые появился в открытой сети. Хоть я и старался не оставлять цифровой след, кто-то перехватил часть данных, загруженных в систему клана, и связал их со мной. Я не смог вычислить этого хакера и очень надеялся, что анкета Эн не оказалась у него. Почти сразу появился слух об Игроке72. Смерти агентов повесили на меня. И нарекли правой рукой Роберта. Его эффективным невидимым оружием. Так я стал чудовищем для тех, кого пытался спасти.

Поначалу я переживал из-за этого, но со временем принял свою вынужденную роль. Люди никогда не узнают, сколько жизней я спасаю каждый день. Мне всегда было плевать, что обо мне говорят или думают, но ровно до того момента, пока не встретил Эн в коридоре дома клана.

***

Небо затянуло белой пеленой, и снег закружился в воздухе, опускаясь большими хлопьями на мои черные волосы.

В центре огромной площади стояли шестеро мужчин в багровых пальто. Я подошел и встал напротив. От них тянуло перегаром. Открытое пространство окружали высокие здания и дорога с круговым движением. За дорогой на фасаде висел огромный экран высотой несколько метров. На нем транслировалась реклама.

В момент, когда я подошел к рыцарям, трансляция переключилась. Я увидел себя. Стоял в белоснежном костюме короля. Ткань отражала свет, создавая легкое свечение. Из-под расстегнутого пиджака торчала рукоять пистолета. Глок 17 в плечевой кобуре.

Люди собирались на площади уже некоторое время, но никто не подходил близко. Их лица выражали разные эмоции. Удивление, беспокойство, гнев. Жившие в страхе перед рыцарями больше двух десятилетий, они молча наблюдали.

— Кто из вас решил, что может убивать без моего согласия? — спросил я.

Мой голос разлетелся по открытому пространству через встроенные колонки в столбах.

— Они планировали заговор, и мы устранили проблему, — подавшись чуть вперед, ухмыляясь, сказал один из рыцарей.

Высокий и широкоплечий. В общем-то, они все такие. В прекрасной физической форме, с объемными мышцами.

Мужчина расправил плечи и наклонил голову к одному плечу, а затем к другому, разминая шею и демонстрируя готовность к действиям. Я шагнул к нему ближе и встал на расстоянии метра.

— Без моего одобрения вы не можете убивать никого, даже если это заговор, — сказал я.

Рыцарь усмехнулся. Он явно показывал, что не боится меня и не признает мою власть.

— Ты не хотел спросить разрешения? Собрать доказательства? Не трогать детей, в конце концов?

— При Роберте мы убирали всех без исклю…

— Я не Роберт, — перебил я, сжав кулаки.

Рыцарь рассмеялся.

— Это и видно, — усмехнулся он.

Рыцарь оглядел меня с ног до головы, продолжая усмехаться.

— Вы больше не будете убивать без моего согласия, — повторил я, смотря ему прямо в глаза, и вытащил пистолет.

— Очень страшно… — начал он.

Резкий хлопок оглушил меня. Пуля вошла ему в лоб и вылетела из затылка, заставив замолчать.

Моя рука не дрогнула. Рыцарь рухнул на асфальт.

— Итак, — холодно произнес я. — Кто-то из вас еще хочет решать за меня, кого можно убивать в моем городе? — спросил, направляя пистолет на оцепеневших рыцарей.

Все пятеро опустили взгляд.

— Такое не повторится, — выдавил из себя один.

Его глаза, наполненные страхом, смотрели на бездыханное тело товарища. Другие нахмурились.

— Еще раз подобное случится, и я лично убью каждого из вас, — сказал я, по очереди направляя пистолет на каждого. — Вам понятно?

Я сжал рукоять пистолета сильнее.

Рыцари молча кивнули.

— Уберите его отсюда, — кинул я и направился к машине, у которой меня ждал Виктор.

Смятение из-за того, что мне пришлось убить человека, рвало душу, но внешне я оставался собранным и уверенным.

Вдруг толпа заликовала. Кто-то выкрикнул:

— Белый Король вернулся!

Я замер на мгновение, но сразу продолжил идти.

Люди впервые увидели, что рыцарей кто-то наказал. Они одобрительно кричали мое имя.

Я захлопнул дверцу машины, отрезая шум толпы. Убрав пистолет в кобуру, на белом рукаве пиджака заметил две крохотные капли крови.

— Кажется, люди поддержали твой поступок, — заметил Виктор.

— Если бы можно было поступить иначе, я бы не стал его убивать, — выдохнул я, откидываясь на сиденье.

— Куда дальше?

— Встречусь с Вероникой.

Я взглянул через стекло на экран, где видеофрагменты сменяли друг друга: тело рыцаря, мрачные лица его товарищей, довольная, ликующая толпа.

Глава 3

Пустота. Идеальное слово, точно описывающее все внутри. Ни эмоций. Ни жизни. Ни света. Лишь пустота.

Минуты сложились в часы, часы в дни, а дни в недели. Я давно перестала считать. Перестала надеяться. Перестала верить. Перестала помнить, зачем вообще здесь, рядом с ним.

Когда все внутри изменилось настолько, что я стала пустой оболочкой? Сдалась. Перестала чувствовать что-либо.

Три месяца. Целых. Три. Месяца. В холодных руках убийцы.

Поначалу я убеждала себя, что осталась здесь из-за Лу. Что спасала ему жизнь, убегая с Максом в тот вечер. Что у меня не было иного выбора. Но в глубине души знала, что выбор был всегда.

Я сидела в маленькой спальне, в которой стояли кровать, прикроватная тумбочка, письменный стол и шкаф. Квадратное крохотное окно впускало недостаточно дневного света, освещая пространство лишь наполовину. На самом деле это окно стандартного размера, но мне всегда казалось, что оно намного меньше. Я часами сидела в этой клетке.

Сидя на кровати, я взглянула через окно на небо. Птица пролетела мимо окна, и я моргнула, на мгновение вернувшись в потухшее сознание.

— Я тоже птица. Только живу в клетке… Взять и, разбежавшись, прыгнуть. Смогу ли я полететь?

Все внутри кричало. Ныло. Уже почти не страдало. Почти смирилось.

— Мы больше не увидимся? Ты называл меня отчаянной, и сейчас я наконец-то понимаю, о чем ты говорил… Лу…

Ресницы дрогнули, когда я вспомнила его имя. Я произносила его в мыслях слишком редко. Обычно мыслила образами. Не словами.

— Лу… — повторила я, и сердце кольнуло.

— Кажется, я еще могу что-то чувствовать, но… Почти неощутимо. Не могу дотянуться до этого чувства. Уже почти забыла… Потеряла… Я потеряла тебя, Лу!

Зачем я здесь? Так устала. Так сильно устала жить… бороться…

— Эгоистка! — что-то внутри дернуло и крикнуло на меня. Глаза наполнились влагой.

— Трусиха, — последовало шепотом.

— Зачем мне жить без тебя? У меня ничего не осталось. Ничего.

Ты, наверное, презираешь меня.

Я оставила тебя умирать. Ушла с ним. Выкинула кольцо, которое ты дал мне, чтобы защитить…

Предала тебя…

Ты знаешь, с кем я сейчас? Думаешь об этом? Ненавидишь меня? Считаешь омерзительной? Правда, Лу?

Ответь мне.

Лу.

Ты слышишь меня?

Веки налились тяжестью и закрылись.

Боль почти не ощущалась. Лишь невыносимая сжирающая пустота внутри. Ломающая. Поглощающая. Уничтожающая.

Громкие шаги за дверью простучали по деревянному полу, разрезая мертвую тишину. Но я не вздрогнула, не напряглась, не спряталась. Казалось, что меня давно нет. Уже нет.

Дверь распахнулась, и вошел Макс, жадно ища меня глазами.

Свет фар за окном отвлек его. Он выглянул в окно.

— Малыш, надень платье, — бросил он и вышел обратно. Но даже резкий хлопок двери не разбудил мое сознание.

Я покорно поднялась. Подошла к шкафу, открыла дверцу и потянула за платье. Оно соскользнуло с вешалки в мои холодные руки. Я сняла с себя черные брюки и рубашку. Натянула платье. Двигаясь плавно. Неспеша. Механически.

Переодевшись, я вышла из комнаты.

В маленькой гостиной, размером чуть больше спальни, на диване в центре сидели Макс и Август. Они обсуждали последние события. С тех пор как я и Макс приехали в это убежище, скрытое в густом лесу, именно Август привозил нам все необходимое. Поначалу я пыталась анализировать, подслушивать разговоры. Думала, как убраться из этой чертовой тюрьмы. Сбежать. Но когда услышала, что Лу выжил и они планируют убить его, решила остаться. Чтобы в нужный момент помешать их планам. Сейчас же мне казалось, что это случилось так давно, словно несколько лет назад.

Мое пламя борьбы. Моя воля. Давно погасли. Ничего не осталось…

Я села в кресло рядом с диваном. В голове шумела тишина, наглухо перекрывая слова Августа. Мои глаза смотрели в одну точку на стене.

— …Эдвард был в ярости от его выходки. Но когда Лука ушел, Артур поддержал слова Эдварда, — сказал Август. — …Эдвард передал, что предоставит территорию для сбора Багровых Рыцарей. Но он хочет обсудить все лично, встретившись с тобой в городе.

Грудь сдавило, когда я услышала полное имя Лу. Что-то внутри дрогнуло. Имя, которое было названо не в мыслях, а кем-то извне моего разума. Чужой голос говорил о том, что он есть и он жив. Он настоящий.

Но следом ударила другая мысль. Все изменилось. Теперь к ним присоединился Артур. Их стало больше.

— Что ты наделал, Лу? — вздохнула я.

Сознание чуть прояснилось, и я тут же пожалела об этом. Даже не заметила, что Август уже уехал. А надо мной с жадной ухмылкой навис Макс. Он опустился на колени передо мной. Я ощутила его горячее дыхание на своих ногах. Его руки, задирающие юбку, стягивающие с меня белье и раздвигающие ноги. Его обжигающие губы. Его ладони, трущиеся об кожу, которую хотелось содрать.

Ладонь Макса скользила по внутренней поверхности бедра. Углубляясь. Настойчиво и требовательно.

Он подтянул меня к краю. Резко вторгаясь. Сдавливая мою шею пальцами.

Я привыкла к его грубости, но в этот раз оказалась в моменте, в сознании. Я зажмурилась, пытаясь исправить свою ошибку. Не вышло. Тело напрягалось, и от этого стало больнее. Тогда я представила Лу. Единственную нашу ночь вместе. Его прикосновения. Его губы. Наш первый поцелуй. Наш первый и единственный раз. И расслабилась.

Но мысль о том, что Лу убьют, резала изнутри.

— Нужно предупредить его, — мелькнула мысль.

Макс уже зашел в душ. Вода за дверью шумела, а я лежала на кресле. Волосы спутались на лице. Юбка осталась задранной. Я вещь, не более. Просто кукла для развлечения.

Сев, я взглянула в окно. Взгляд застыл. Слеза стекла по щеке, проскользнула по губам и задержалась в уголке рта. Стекла по подбородку к шее, оставив влажный след. Я не двинулась.

— Нужно идти к нему, — услышала я голос.

Опираясь на подлокотники, я с усилием поднялась с кресла. Ноги двигались сами. Деревянные доски скрипнули подо мной.

Босая нога переступила порог, и пальцы, а затем и пятка утонули в снегу. Я шагнула второй ногой и оказалась в лесу. Снег кружился хлопьями, падая на мои длинные распущенные волосы. Несколько снежинок упало на лицо и плечи. Я смотрела вперед. Взгляд провалился в пустоту. Веки оставались неподвижными. Кожа на руках и стопах покраснела, щеки и кончик носа налились румянцем.

Я брела по дорожке, занесенной снегом, оставляя позади себя бесшумные следы.

Несколько снежинок упали на мои ресницы, и я моргнула.

— Что я здесь делаю…

На секунду сознание вернулось.

— Как же холодно.

Мороз обжег кожу. Но я тут же ощутила обманчивое тепло, растекающееся по телу.

Я остановилась и подняла лицо к небу. Ветер хлестко ударил меня по красным, уже белеющим щекам. Но я не обратила внимания.

Закрыла глаза и смиренно улыбнулась, принимая свою судьбу.

— Вот и все…

Меня шатнуло в сторону. Тело потянуло к земле.

Макс что-то крикнул за моей спиной, выбежав из дома.

Я едва стояла на ногах. Босая. В синем коротком платье. С поднятой вверх головой. Белый снег кружился и падал на мои черные волосы, достигающие талии.

Теряя равновесие, я падала на землю. С облегчением, что все наконец-то закончится.

Макс рванул ко мне. Мокрый от горячего душа. Он подхватил мое обмякшее тело. Дышал часто и громко. От него исходил пар. Жар его тела обжег мою ледяную кожу.

— Эн! Зачем ты вышла? Эн! — выкрикнул Макс, но я не ответила.

Кажется, он впервые позвал меня по имени.

Макс занес меня в дом. Положил на кровать и накрыл одеялом. Лег рядом.

— Прости меня, Эн, — прозвучало где-то далеко.

Все погрузилось в темноту.

Глава 4

Стеклянные стены приватной комнаты элитного клуба приглушали звуки громыхающей музыки на первом этаже. Я развалился на большом кожаном диване. И смотрел через стекло вниз. На танцующую и выпивающую толпу в синем. Это место мне нравилось, и последние дни я часто его посещал. Стеклянные стены позволяли видеть происходящее в клубе, а снаружи затонированные стекла не давали никому увидеть меня.

Я перебирал кольцо, висящее на шее, думая об Эн.

Отвлекся, взглянув на стакан. Покрутил его в руке. Цвет виски напомнил о другой женщине. Уверенной. Властной. Сексуальной. Ее клан, следующий по численности после моего. Такая сила тревожит и восхищает одновременно. Я бы очень не хотел, чтобы Вероника заняла позицию противника. К счастью, она оказалась заинтересована во мне, и я ожидал ее прихода.

Отпив виски, я поставил стакан на столик. Кубики льда ударились об стекло, возвращая мое внимание к происходящему в клубе. Через стеклянную дверь я заметил Виктора, который поднимался по черной металлической лестнице.

— Она здесь, — доложил он, открыв дверь.

Я кивнул. Виктор вышел обратно, очевидно, чтобы встретить Веронику.

Через пару минут она неспешно поднималась по лестнице.

Вероника закрыла за собой дверь. Ее каблуки простучали по каменному полу.

Я взглянул на нее. Светлое струящееся платье золотого оттенка с острым треугольным вырезом. Распущенные кудри, рассыпанные по голой спине. Запах дорогих духов, притягательно манящий. Глубокий разрез на юбке.

— Мой король, позволите мне сесть рядом с вами? — мягко спросила она.

Я кивнул. Смотрел на нее сдержанно, не позволяя взгляду скользить по ее фигуре. Уже догадывался о ее предложении, учитывая статус лидера клана и то, что она женщина. Впрочем, ее внешний вид говорил сам за себя.

— Вы только начали вести дела, а некоторые лидеры уже проявили такое неуважение к вам. Вас это не тревожит?

— Для них я человек, появившийся внезапно с правами на власть, которую они так хотят, — спокойно ответил я.

Вероника улыбнулась. Она закинула одну ногу на другую, и ткань соскользнула, оголяя бедро. Я не мог не заметить. Но взял стакан в руку и, погрузив все внимание вглубь карамельного напитка, отпил немного.

— Могу я озвучить свое предложение? — спросила она.

— Можете, но я вынужден отказать вам, Вероника, — спокойно ответил я и взглянул в ее глаза, которые выдали удивление от моих слов. — Место спутницы рядом со мной занято.

Я покрутил кольцо на пальце. Вероника обратила внимание на мой жест.

— Я не сомневалась в вашей проницательности, мой король, — улыбнулась она. — Но если у вас есть невеста или жена, то где же она? Насколько я знаю, вы одиноки с первого дня правления.

Я откинулся на спинку дивана и уставился в потолок. Так много мыслей и сожалений было в голове. Отчего-то сейчас мне не захотелось надевать свою привычную маску.

— Обстоятельства не позволяют нам быть вместе.

— Уверена, я могла бы вас утешить, мой король, — мягко сказала Вероника.

— Я не поменяю своего решения, — уверенно сказал я.

Перевел взгляд на Веронику и посмотрел ей в глаза.

— В таком случае вам будет сложно удержать власть в Союзе, учитывая, что Эдвард устроил на собрании, открыто выразив свое недовольство. Мое предложение могло бы укрепить вашу власть.

Вероника смотрела на меня, не отводя взгляда.

— Если это все… — начал я.

— Мой клан все равно заинтересован в союзе с вами. Даже если вы не примете предложение о свадьбе. Мой духовный совет рассчитывает, что вы продолжите то, что начал ваш отец. Люций помог нам восстановить церкви по всему Союзу, и мы хотим узнать вашу позицию по этому поводу, — мягко и неспешно проговорила Вероника.

— Это я могу вам дать, Вероника, но не брак.

Она улыбнулась.

— Тогда можете рассчитывать на поддержку Вердариума. Нам не нужен очередной узурпатор у власти, и мы постараемся помочь вам удержаться во главе Союза.

— И я благодарен вам за это, — сказал я, вызвав в ее глазах любопытство.

— Слышала, Теодор Меллорис посещал вас. Мы давно ведем торговые дела с ним. Если позволите, я бы хотела встретиться втроем и обсудить ваши планы по управлению Союзом. Мы заинтересованы в вашей власти, и если вы гарантируете нам поддержку и строительство новых духовных зданий…

— Я поддержу вас, — коротко ответил я, обрывая ее речь.

Уголки ее губ приподнялись.

— Я рада это слышать, мой король. Не буду отвлекать вас.

Вероника не спеша поднялась и направилась к двери.

— Вероника, — сказал я, заставляя ее остановиться.

— Да, — замерла она в ожидании, слегка повернувшись ко мне.

— Прекрасное платье.

Она улыбнулась и вышла.

***

Яркий утренний свет ворвался через окно в кабинет. Я сидел за компьютером. Продолжал наблюдать за лидерами кланов. Все мое внимание сосредоточилось на Августе, который не торопился уезжать из Люциона. При этом ничего особенного он не делал. Меня насторожило, что Август иногда пропадал из поля зрения камер. И тот факт, что он тесно общается с Эдвардом, тоже не давал покоя.

Через камеры в особняке я заметил Мари, собирающуюся куда-то.

После смерти Роберта она осталась жить со мной. Идти ей теперь некуда, учитывая ее статус. Она потеряла власть вместе с покровительством убитого отца. Ей осталось только рассчитывать на мою защиту. Нрав у сестры всегда был отвратительным, и сделала она немало плохого. Впрочем, сейчас ее характер стал еще невыносимее.

Всю зиму я следил за ее передвижениями, зная, что она ищет Макса. Очевидно, и Эн тоже, чтобы отомстить им обоим.

В особняке, как и в доме клана, Роберт установил камеры, только в меньшем количестве, и не такие явные. Он постарался сделать особняк охраняемой крепостью с лучшей системой безопасности. Нежеланный гость, вошедший сюда, может уже и не выйти. Так что сестра проводила все свое время здесь.

Я посмотрел через камеру в холле на Мари, которая стояла у зеркала. Оттолкнулся руками от стола и откатился в кресле назад. Резиновые колесики издали приглушенный звук трения об пол. Я поднялся и подхватил со стола брелок со встроенным устройством для прослушки. Вышел в коридор и направился к холлу. Быстро спустившись по массивной деревянной лестнице, подошел к Мари.

— Доброе утро, сестра. Куда-то собралась? — улыбнулся я.

— Не твое дело, — огрызнулась она.

Резкий запах духов, нанесенных с явным перебором, врезался в нос. Синее платье на ней выглядело слишком просто. Светлые волосы небрежно лежали на плечах. Отдельные пряди непослушно торчали, изгибаясь в волнистые линии.

Мари достала помаду из сумочки, которую поставила на столик. Я стоял в паре метров от нее, просчитывая свои движения, чтобы закинуть брелок внутрь.

Она провела помадой по нижней губе. Контур вышел кривым. Мари пальцем начала стирать выбившуюся красную линию. Я шагнул к ней и обнял, вызвав негодование сестры, но успел закинуть брелок в сумочку.

— Отвали от меня! — оттолкнула меня Мари.

— Что я сделал не так, что ты злишься на меня? — усмехнулся я.

Она фыркнула, кинув мне острый взгляд.

— Ты вообще ничего не сделал! — кинула мне сестра, хватая сумочку со столика.

Она откинула волосы назад, оглядывая себя в зеркале, висящем на стене.

— Ты же знаешь, что я ищу его, — ответил я на ее колкое замечание.

— Ищешь?!

Мари повернулась ко мне и скривила лицо.

— Целая зима прошла! Я начинаю думать, что ты специально укрываешь его! Невозможно… — прервала она свои слова. — Я сама найду его. И буду медленно и долго убивать, отрезая по сантиметру его плоти.

Она задрала подбородок и направилась к выходу, громко стуча каблуками, словно хотела, чтобы пространство содрогнулось от ее шага.

Я остался стоять в холле, наблюдая через распахнувшуюся дверь, как Мари идет к машине.

— Расскажи мне, что ты задумала, — подумал я, представляя, как позже прослушаю запись.

Ко мне подошел Виктор.

— Что ты положил ей в сумку?

— Прослушку, — сказал я, не оборачиваясь.

— Умно, — кивнул Виктор. — Я искал тебя в кабинете. Кое-что случилось, — настороженно добавил он.

Я взглянул на него, ожидая продолжения.

— Клан Аурелиан не заплатил налог.

Я нахмурился. Только этого сейчас не хватало. Клан, который не платит налог… серьезная угроза для моей власти. Раньше, при Роберте, на территорию клана вторглись бы Багровые Рыцари и заставили заплатить. Все знали об этом. И ведь Роберт мог и не посмотреть на то, что это один из восьми кланов Союза. Он бы с большим наслаждением лично продемонстрировал то, что бывает с теми, кто идет против него.

— Понятно, — коротко ответил я, перебирая в голове варианты своих действий, которые отличаются от стратегии предыдущего лидера. — Собери всех в Башне, — добавил я.

Виктор кивнул.

Я вернулся в кабинет и взял со стола ноутбук.

Через пару часов я сидел на заднем сиденье в машине. Виктор сидел за рулем.

Я открыл ноутбук и посмотрел, где Мари. Она ехала по городу в сторону центра. Я сразу подумал, что она направляется к Башне.

Неожиданное сообщение с неизвестного номера, пришедшее на ее телефон, заставило меня нахмуриться. Я прочитал его: «Сейчас не могу. Встретимся позже».

Мысль, возникшая в эту секунду, казалась безумной. Именно сейчас будет встреча лидеров Союза.

— Ты ведь не настолько безумная, чтобы встречаться с одним из лидеров.

Я не верил, что у сестры хватит духа встретиться с кем-то из них, учитывая ее шаткое положение. Она дочь убитого Кровавого Короля, который нажил немало врагов.

***

В зале для совещаний у окна стояла Вероника. Как всегда, выглядела превосходно. Изысканное струящееся платье. Волосы, собранные в аккуратный пучок. Легкий макияж. Она задумчиво смотрела через окно на Люцион. Ее лицо не выдавало эмоций. Спокойная и сдержанная. Она восхищала меня своей выдержкой. С юности Вероника не только смогла удержать власть, но и мудро руководила своим кланом. И, возможно, при других обстоятельствах я бы хотел разделить жизнь с этой женщиной. Но мои разум и сердце были заняты другой.

Я окинул взглядом пространство. Остальные лидеры еще не приехали.

Вероника обернулась.

— Мой король, — слегка поклонилась она.

— Вероника.

Я подошел, встал рядом с ней и взглянул на город.

— Уже здесь? И давно? — подумал я, чувствуя знакомый запах духов.

Я поймал себя на мысли, что мне нравится этот аромат, и невольно подумал о другом запахе духов, от которого хотелось избавиться и никогда больше не вдыхать. Духи Мари. Я насторожился, вспомнив про сообщение в ее телефоне.

Дверь открылась. Я обернулся.

В зал вошел Теодор. Встретившись со мной взглядом, он растянул улыбку. Глаза блеснули от восторга, словно он смотрит на своего старого друга, которого не видел долгое время.

— Лука! — произнес он, двигаясь ко мне слишком быстро. Отчего я замер. Теодор подошел и крепко обнял меня.

Я немного отстранился, с удивлением посмотрев на него, не ожидая такого дружественного жеста от лидера клана.

Он взглянул на Веронику и, обойдя меня, поцеловал ее руку.

— Нам обязательно нужно пообщаться втроем, — улыбнулся он, глядя ей в глаза. Она слегка улыбнулась. Затем он перевел взгляд на меня. Видимо, ожидая моего ответа.

Я не знал, как реагировать на Теодора. Он всегда оставался позитивным рядом со мной и даже сейчас рядом с Вероникой. А вот на собрании он не позволял себе проявлять эмоции.

— Мы встретимся, но позже, — ответил я.

Теодор одобрительно похлопал меня по плечу. Его действия выбивали меня из привычного спокойствия. Столько дружеского внимания в мой адрес мне было непривычно наблюдать. За всю жизнь я подпустил к себе близко только одного человека. Который предал меня. Я напрягся от дружелюбия Теодора, но не показал этого. Прошел и сел на свое место.

Теодор сел в кресло справа от меня. Явно показывая свою поддержку. Вероника села слева и повернула кресло ко входу. Она наблюдала за тем, как остальные лидеры заходят в зал.

Первым зашел Артур Аурелиан.

— Господа… и дама, — сухо произнес он.

Затем вошли и остальные лидеры кланов. Эдвард вошел последним. Он сел у выхода на противоположной стороне стола, впиваясь в меня взглядом.

Я посмотрел на Августа. На его лице застыла ухмылка. Это настораживало. Кто вообще такой этот Август Ферье? О нем я знал меньше, чем об остальных. Клан Ферье сильнейший в Союзе по киберзащите, а может, даже во всем мире. Словно непроницаемая стена, чтобы пробить которую нужно приложить немало усилий.

Я отвлекся на Артура, который, потянувшись, зевнул. Серьезно? Всем своим видом он показывал, что ему плевать на меня.

Виктор вошел и закрыл за собой дверь. Встал у стены.

Я достал ноутбук из портфеля, положил на стол. Франц и Оливер переглянулись. Я обратил на них внимание.

Территориально их города находятся близко. Они часто выступают партнерами в сделках.

Для моей власти их кланы не представляют угрозы, но именно их голоса сейчас могут стать решающими. К счастью, Франц и Оливер занимают нейтральную позицию. Пока что. Рано или поздно им придется сделать выбор.

Я подался вперед, упираясь локтями в стол, и окинул всех взглядом.

— В связи с возникшей проблемой с уплатой налога я вынужден внести небольшие изменения, — спокойно сказал я.

Я открыл крышку ноутбука и простучал пальцами по клавишам.

— Ты не можешь самовольно менять условия договора без согласия всех лидеров, — рявкнул Эдвард.

— Вы так считаете, Эдвард? — спросил я, не отрываясь от экрана и заканчивая вводить команду.

— В глаза смотри, когда говоришь со мной, — прорычал он.

Но я поднял взгляд и посмотрел на Артура, который сел чуть ровнее.

— Как вы знаете, уплата налогов обязательна со времен формирования Союза Кланов. Раньше не было повода вносить изменения в эту систему…

Артур так громко усмехнулся, что перебил мои слова.

— Вы хотите что-то сказать, Артур? Возможно, объясниться?

Но он лишь молча махнул рукой в мою сторону, чем вызвал изумление сидящих за столом. За такую дерзость Роберт убил бы его на глазах у всех.

— Тогда продолжу, — невозмутимо сказал я.

Теодор и Вероника внимательно слушали меня. Очевидно, до них уже дошел слух о том, что клан Аурелиан наплевал на обязательства и не заплатил налог, нарушив многолетний договор.

— Вы сами дали мне повод вносить изменения, которые непременно вступят в силу сегодня же, — добавил я.

Эдвард хотел возразить, но в этот момент я повернул ноутбук к лидерам, и их внимание сосредоточилось на экране.

— Клан Аурелиан решил, что ему необязательно платить налог, нарушая договоренности Союза, поэтому…

Артур, прищурившись, разглядел на экране банковские счета своего клана, да что уж клана, всего своего города, которыми управляет его внутренний банк. Он сглотнул слюну и уставился на меня.

— За просрочку платежа все банковские счета клана будут заморожены, и любые безналичные операции станут невозможны. Я продемонстрирую вам это на примере клана Аурелиан, который просрочил платеж.

Я нажал лишь одну кнопку на клавиатуре, и все счета заблокировались разом. Целого города. На экране высветилось предупреждение. Денежные потоки остановились. Начали появляться сообщения о попытках провести транзакции, но все операции отклонялись.

Артур вскочил с кресла.

— Итак, Артур, теперь вам нужно поискать другой способ расплатиться с центральным банком Союза, но очень советую вам поторопиться, потому что ваша задолженность будет увеличиваться в два раза каждый день. — Я взглянул на наручные часы. — У вас осталось не так много времени до момента, когда долг станет в четыре раза больше.

Закрыв крышку ноутбука, я посмотрел на побледневшего Артура. Капли пота скатились с его лба на густые черные брови.

— Возражения? — спросил я, окинув взглядом лидеров, но все молча наблюдали.

Еще бы. В их представлении я одной кнопкой парализовал целый клан, целый город. Отрезал их от цивилизации. Теперь многие жители Аурелиона не смогут получать зарплату, не смогут купить необходимые вещи, одежду, еду, лекарства. Сам клан не сможет проводить расчеты по сделкам. Да, у них есть какой-то запас наличных, но в Союзе люди привыкли к расчету в безналичной форме, а значит, у многих просто не будет теперь денег, чтобы купить себе даже хлеб. Все это приведет к быстрому разрушению клана изнутри, провоцируя людей на бунты и подталкивая к мародерству. Судя по лицу Артура, он хорошо осознавал последствия своей выходки.

— Не стоило тебе начинать играть со мной, — злорадно ухмыльнулся я про себя.

— Можете ли вы дать нам время, чтобы мы могли собрать необходимую сумму налога? — тихо спросил Артур.

— Артур, вы плохо расслышали? — холодно ответил я. — Вы уже должны в два раза больше, и советую вам поторопиться, потому что завтра сегодняшняя сумма удвоится, и так будет происходить до тех пор, пока вы не оплатите ее целиком.

Артур побледнел сильнее и отступил к дверям.

— Артур, разве я разрешал уходить?

Он медленно повернулся ко мне и склонил голову. Его взгляд заметался по полу.

— Я только хотел быстрее вернуться к себе и собрать нужную сумму, мой король, — выдавил он, выслуживаясь.

— Молодец, знай свое место…

— Можете идти, — бросил я, и Артур пулей вылетел за дверь.

Я взглянул на Эдварда. Он внимательно наблюдал за мной. Взгляд его по-прежнему оставался хмурым. Я перевел взгляд на Августа. Он сидел спокойно. Слишком спокойно, словно ожидал подобного.

Оливер и Франц выглядели встревоженными подобной демонстрацией власти. А вот Теодор слегка ухмыльнулся, но сделал это, отвернувшись в кресле от других лидеров, и они не могли видеть выражение его лица. Зато это прекрасно видел я. Вероника, как всегда, оставалась спокойной.

Все сидели молча. Минуту. Вторую. Я выжидал, наблюдал, оценивал, но никто так и не осмелился возразить.

— Вижу, новые условия по налогам вам ясны и вопросов нет. Можете идти, — махнул я рукой в сторону дверей и развалился в кресле, наслаждаясь победой в этой партии.

Эдвард встал и протопал к выходу. Август поднялся и пошел следом. Я взглянул ему в спину. Мой глаз слегка дернулся. Этого лидера я не мог прочитать. Словно смотрел в свое отражение…

Франц и Оливер поклонились и вышли.

В комнате осталось четверо. Виктор продолжал стоять у стены.

Теодор похлопал в ладоши и рассмеялся.

— Вот такой политики я и ожидал от вас, Лука. Прекрасно, очень хороший ход, — восхищенно сказал он.

— Мой король, вы были великолепны, — мягко улыбнулась Вероника.

Мне стало неожиданно приятно находиться рядом с ними. Но я сразу напомнил себе, что они ведут себя так только потому, что им это выгодно. В чистые намерения людей я давно не верил. Точнее, никогда. Мир слишком серый, чтобы в нем было лишь черное и белое…

Глава 5

Я почувствовала теплый свет на лице. И одеяло, стягивающее мое тело. Приоткрыла веки и взглянула на знакомое до боли квадратное окошко.

— Я все еще здесь… — вздохнула я. — Точно! Я вышла на холод… Какое безумие! Я жива? Макс занес меня в дом…

Я мысленно заглянула внутрь себя и не почувствовала гнетущую пустоту. Нет. Я почувствовала нарастающую надежду, которая теплом растекалась внутри.

— Встреча в городе… Так он сказал? Макс ни за что не оставит меня дома одну.

Мысль приободрила меня, и я попыталась освободиться от одеяла, которое кто-то тщательно подоткнул со всех сторон. Неужели Макс?

— Испугался, что потеряет свою куклу, — злорадно ухмыльнулась я, вспоминая сквозь туманную пелену его обеспокоенный взгляд. То, как он звал меня по имени и, возможно, просил прощения. Хотя этот момент больше походил на фантазию в моей голове.

Я осознавала, что мой поступок был безумным, но, кажется, только так я смогла выдернуть себя из забвения и перезагрузиться. Впервые за долгие недели в этой клетке я захотела бороться. Готова бороться. Что-то внутри щелкнуло, и я снова казалась себе той самой Эн, решительной и смелой, как когда-то.

— Не сдамся. Ни за что! Сначала помогу Лу, а затем прикончу эту тварь, — твердо решила я, планируя в любом случае сдержать данное себе обещание.

Я давно могла убить Макса ночью, пока он спал. Но Август и Эдвард все усложняли. И только из-за Лу я откладывала этот момент. А позже все начало распадаться в сознании.

Я поднялась, чувствуя прилив сил в груди, но при этом слабость в ногах. Медленно подошла к окну.

— Наконец-то весна, — выдохнула я и слегка улыбнулась.

Мне захотелось выйти на улицу и вдохнуть весенний воздух, гуляя под солнцем.

Мысли резко оборвались. В комнату вошел Макс. Я перевела на него взгляд и сильно удивилась. Его улыбке. Нет. Макс не просто улыбался. Он выглядел счастливым.

— Малыш, проснулась?

Он подошел и, подхватив меня на руки, понес к кровати.

— Ты меня так напугала, с тобой все хорошо? — обеспокоенно спросил он.

От этого мне стало сложнее его ненавидеть. Зачем он так говорит со мной? Где его безразличие и холод? Куда делось кровожадное чудовище? А главное, что вообще, черт возьми, происходит, что он так добр?

Макс аккуратно посадил меня на постель и укрыл одеялом.

— Ты в порядке, Малыш? — снова спросил он, прижимая ладонь к моей щеке.

Я кивнула.

— Не вставай, я принесу завтрак.

Он поцеловал меня в лоб и вышел из комнаты.

— Какого черта?!

Шок. Все, что я испытала. Никакой ностальгии по парню из школы. Никаких сожалений. Это его перевоплощение настораживало. Шокировало. Ужасало.

— Насколько тебя хватит, Макс? — подумала я, понимая, что это его временное изменение.

С кухни донеслись звуки посуды. Макс и правда что-то готовил для меня.

— Встреча в городе… Смогу ли я увидеть Лу? — подумала я, сидя на постели и смотря через окошко на ясное небо. — Нет, увидеть я его точно не смогу, а передать сообщение? Это я могу! — улыбнулась я.

Но теперь нужно придумать, как написать письмо…

Взгляд скользнул по комнате и остановился на письменном столе рядом со шкафом у окна.

Я медленно поднялась. Переступая босыми ногами, бесшумно направилась к столу. Одна из досок тихонько скрипнула, и я замерла, вслушиваясь в происходящее за дверью. Мне оставалось пару шагов до стола, и я быстро сделала их.

Потянув за круглую черную ручку выдвижного ящика, открыла его. Внутри лежали белые листы и шариковая ручка. Я взяла ее и провела по листам. Металлический стержень оставил бесцветную линию на бумаге. Чернила засохли.