электронная
25
печатная A5
314
16+
Горсть синего овса

Бесплатный фрагмент - Горсть синего овса

Современная повесть о любви

Объем:
154 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-6571-3
электронная
от 25
печатная A5
от 314

«Синий Конь — синее чудо.

Он никого к себе не подпускает.

Но если у вас есть немного синего овса…

Есть у вас хоть горсточка синего овса?»

Имант Зиедонис «Синяя сказка»*

(Здесь и далее «Синяя сказка»

Иманта Зиедониса)

Часть 1.
Лето 2006

Вадим

Тело сладко ныло от удовольствия, каждая клетка кожи трепетала, испытывая блаженство. Глаза, как будто были открыты, но ничего не видели. Кругом была душная чернота, наполненная желанием.

«Я хочу быть с ней всегда» — выплыло откуда-то из подсознания.

«Всегда» шевельнулись его губы, и он проснулся.

Жены рядом не было. За шесть лет супружеской жизни Вадим довольно часто видел этот сон, но никак не мог к нему привыкнуть. Мысль о том, что в своих эротических снах он всё еще мечтает о жене, страшно злила.

Догадывался, что Наташка изменяет ему, и сознание давно поставило крест на их семейных отношениях, но тело… оно всё ещё желало привычного удовольствия. Из прочитанного когда-то романа ему запомнилась фраза: «Он знал её, как руль своей машины». Тогда эта фраза просто запомнилась, теперь она стала исчерпывающей характеристикой его семейной жизни, которую лучше было бы назвать совместным проживанием. Самым положительным моментом в этом проживании было отсутствие детей. Вопрос о ребёнке вставал лишь однажды, в первый год супружества. В то время Наталья считала, что в её возрасте ещё рано обзаводиться потомством, а Вадиму было не до ребёнка, он был слишком увлечен удовлетворением своих желаний. Постепенно жизнь без детей вошла в привычку и устраивала обоих.

Страстью жены стали всевозможные тусовки. Сначала они выходили в свет «семейно», но Вадим совершенно не воспринимал такого времяпровождения, и после нескольких скандалов супруга оставила его в покое. Потом она вошла во вкус «одиночного плавания» по вечеринкам, что и послужило началом их существования отдельно друг от друга. Они по-прежнему жили вместе, но каждый сам по себе. Он целыми днями пропадал на работе, а, когда возвращался вечером, жены уже не было, зато по всей квартире валялась её косметика, вороха колготок, одежды, которую Наталья каждый раз перемеряла, выходя в свет. Она была домохозяйкой, но это не было её призванием, её амплуа было «женщина из общества», поэтому квартира была похожа на гримерку актрисы со всевозможными сценическими атрибутами.

У каждого из них была своя жизнь. Их единственным совместным мероприятием был секс, который устраивал обоих.

— Мы с тобой в постели подходим друг другу, как ключик к замочку, — шутила Наташка еще в начале их семейной жизни.

Все это время механизм «ключик-замочек» работал исправно, почти автоматически, при этом еще доставляя удовольствие обоим. Вадим часто задавал себе вопрос, любил ли он когда-нибудь свою жену. Пытаясь ответить самому себе, погружался в воспоминания об их знакомстве, о начале семейной жизни, да так и застревал в этих воспоминаниях, бродя по закоулкам прошлого, и совершенно забывая, зачем он все это взбудоражил.

Так было и этим утром. Все тот же сон, все те же мысли. Он приподнял голову, часы на тумбочке показывали 6.20. Рука машинально потянулась к телефону. Вадим набрал номер Надежды, единственной подруги жены, и только услышав гудок, подумал о времени.

— Не слишком ли рано я пытаюсь дозвониться? Если они всю ночь веселились, то сейчас я услышу много «приятного» в свой адрес. — Рука уже потянулась, чтобы нажать «отбой», но трубка вдруг ответила наполовину проснувшимся Наташкиным голосом.

— Жива? — спросил Вадим.

— Живее всех живых, — мрачно сказала жена и повесила трубку.

Это было вполне привычное утреннее общение между супругами.

Сквозь небрежно задернутые шторы, по квартире шарили пыльные лучи солнца.

— Мерзкое летнее утро, — грустно подумал Вадим, вспоминая свой сон.

Он знал, что будет весь день мысленно окунаться в сладкую черноту этого сна, злиться и ругать себя за это.

— Надо потерпеть какое-то время, пока другие заботы не вытеснят из сознания приснившейся эротики, — произнеся мысленно это заклинание, Вадим встал и направился в ванную, он не любил опаздывать на работу.

Арина

Мобильник на тумбочке замурлыкал любимую мелодию. Она открыла глаза и с удовольствием потянулась. Арина всегда ставила будильник с запасом, чтобы было время понежиться в постели, вспомнить что-нибудь приятное, помечтать. Но в это утро не мечталось. Ей предстояла поездка в Москву. Сегодня объявят результаты экзамена по математике.

Когда два дня назад Аришка ездила в институт на вступительный экзамен, она совсем не волновалась. А, пробежав глазами задания в билете, поняла, что с легкостью справится. Но сейчас что-то беспокойное зашевелилось внутри, посылая в мозг писклявый сигнал тревоги. Арина попыталась заглушить его, представив себя уже состоявшейся студенткой московского института, но образ получился грустным и неубедительным. Тогда она просто встала с кровати и побежала под душ.

Прохладная вода окончательно разбудила девушку и прогнала все её сомнения. На кухне звенела чашками мама, квартира наполнялась запахом горячих бутербродов с сыром, жизнь была прекрасной и удивительной. И сев за утренний чай, Аришка уже не вспоминала о мимолетной тревоге, вдруг всколыхнувшейся в душе. Она с удовольствием пила душистый чай и разглядывала бело-розовые пионы, стоящие в вазе на подоконнике. Неожиданно что-то тихонько хрустнуло, звук раздался откуда-то из букета. И вдруг прямо на её глазах стал распускаться маленький нежный бутон. Девушка как завороженная смотрела на это чудо, забыв обо всем на свете.

— Ариша, ты опоздаешь на электричку, — голос мамы прозвучал, словно из другого мира.

— Мамочка, я видела, как он распускается! — восторженно зашептала она, боясь нарушить какую-то необъяснимую гармонию.

— Хорошая примета, малыш. Сбудется всё, о чем мечтаешь.

Теперь Арина была уверена, что непременно станет студенткой. Одевшись и чмокнув маму в щеку, она понеслась вниз по лестнице.

Утренняя прохлада заползла к ней под короткую майку, заставив поёжиться. Но её хорошее настроение уже ничто не могло испортить. Она улыбнулась, вдохнула воздух летнего утра и мысленно закричала «на весь мир»:

— Люди, я люблю вас!!! Я дарю вам это солнце!!!

До вокзала Аришка летела, как на крыльях, улыбаясь всем прохожим. А они смотрели на милую девушку и думали каждый о своем.

В электричке, как всегда по утрам, было многолюдно, народ ехал на работу. Арина удобно устроилась у окна, электричка тронулась, увозя её из уютного мира детства во взрослую жизнь. В её огромных глазах поплыло небо, добавляя нежной голубизны к их серому цвету.

— Синий конь в горохе… — закружились у нее в голове строчки любимой сказки.

В детстве отец часто читал малышке сказку о Синем коне, в которой главный герой был бессмертным и одиноким. Аришка знала эту сказку наизусть. Маленькой девочкой мечтала она приручить Синего коня, чтобы ему не было так грустно и одиноко. А когда повзрослела, часто перебирала в памяти строчки из этой сказки, просто так, словно бусы на нитку нанизывала.

Пыль с московского перрона ворвалась в окна электрички, и народ заспешил к выходу.

До института Арина добралась быстро, и вот она уже в толпе оживленной молодежи, галдящей в вестибюле. Сначала девушка ничего не поняла в списках, развешанных на стене, но, постепенно разобравшись, начала искать свою фамилию.

— Кажется, это я, — она набрала побольше воздуха, как перед прыжком в воду, — «Неудовлетворительно»…

В её ярком и жизнерадостном мире словно выключили свет. Она медленно отошла в сторону и остановилась. Замешательство длилось одно мгновение, которое понадобилось для того, чтобы всё горе, чернотой растекшееся внутри, собралось в один комок и выплеснулось из её глаз.

Потом Аришка медленно брела куда-то, совсем не воспринимая окружающий её мир. Потом сидела на автобусной остановке и тихо плакала. Люди осторожно бросали взгляды на плачущую девушку, но каждого из них больше волновал автобус, который почему-то задерживался.

Растекался по асфальту летний зной, Москва пахла пылью и выхлопными газами.

Вадим

Вадим Городецкий работал в земельной инвестиционной компании, генеральным директором которой был его лучший друг Сашка. Компания занималась не только продажами, но и предоставляла весь спектр услуг по юридическому оформлению и благоустройству земель. Начать свое дело ему предложил всё тот же неугомонный друг. Когда они, выпускники экономического института совершенно не знали, куда приложить полученное высшее образование, на глаза попался журнал «Недвижимость». Он и послужил отправной точкой к созданию инвестиционной компании. Главным вдохновителем этого проекта, конечно же, был Сашка, он вообще был главным вдохновителем всего, что происходило в жизни Вадима.

Их дружба началась в школе. Тогда семья двенадцатилетнего Вадима переехала в другой микрорайон, и ему пришлось распрощаться со своими прежними школьными друзьями. Сашка был первым, кто подошел к нему в новом классе и по-мужски протянул руку для знакомства. Вадиму он сразу понравился своей деловитостью и основательностью, именно за это впоследствии к Сашке приклеилось прозвище «Директор».

Сашка много читал, был замечательным рассказчиком. Не заметив как, Вадим тоже увлекся книгами. То, чего не могли добиться родители и учителя, у Директора получилось с легкостью. Обсуждать прочитанную книгу они могли часами, придумывали её продолжение, представляли героев своими современниками. Сашка обладал таким воображением, что у Городецкого просто захватывало дух. Им вдвоем никогда не было скучно.

Шло время, они взрослели, их дружба взрослела вместе с ними, и когда встал вопрос о поступлении в институт, они не раздумывая, вместе подали документы. Все пять лет в институте Директор был движущей силой, толкающей и направляющей Вадима по жизни. Именно Сашке он был обязан успешной защитой диплома.

— Окончи институт, и я лично отведу тебя под венец с твоей Наташкой, — орал тогда Директор на одуревшего от нахлынувших гормонов Вадима.

Обещание свое Сашка сдержал. На свадьбе, которая состоялась почти сразу же после окончания института, он был неотразим в трёх ролях: свидетеля, администратора и тамады. Впоследствии Директор с лёгкостью справлялся с ролью «луча света» в беспросветной семейной жизни Вадима.

В своей холостяцкой жизни Сашка всегда был окружен женщинами. Они порхали возле него, как бабочки у яркого огня. Материальное благополучие и веселый нрав Директора вполне компенсировали заурядность его внешности. Подружки появлялись стихийно, потом так же неожиданно исчезали, не оставляя глубоких ран в его душе. Он сравнивал их с разноцветными стёклышками калейдоскопа и шутливо называл: «милашки-стекляшки».

Компания, на благо которой они трудились, была любимым детищем обоих друзей. И, благодаря их стараниям, занимала не последнее место на рынке недвижимости. Работать приходилось много, но это их не пугало, оба были трудоголиками по своей натуре и могли просиживать до поздней ночи, в поисках оптимального решения проблемы.

Приезжая на работу, Вадим всегда успокаивался, окружающая деловая атмосфера действовала на него положительно.

Припарковав машину, он вошел в прохладный вестибюль, поздоровался с охранником и, не спеша, направился к лестнице. Впереди поднималась главный бухгалтер Нина Николаевна, женщина бальзаковского возраста с короткой молодежной стрижкой.

«У неё красивые ноги» — это была первая пришедшая в голову мысль.

«Еще парочка эротических снов, таких, как этой ночью, и я уже не смогу справляться со своими кобелиными инстинктами» — это была мысль вторая, совершенно безрадостная.

Поднявшись на второй этаж и пройдя по коридору, Вадим открыл дверь кабинета с надписью «Генеральный директор». Он знал, что Сашка уже на рабочем месте.

— Привет, Директор, пообещай, что нас сегодня ожидают одни приятности,

— Обещаю, одна из «приятностей», у меня уже спрашивала о тебе.

— Катька, что ли?

— Уборщица Надежда, она не смогла открыть дверь твоего кабинета. А Катька, между прочим, сегодня в сногсшибательном кутюрьёвом костюме.

— И это радует, — мрачно ответил Вадим и направился к двери.

Его кабинет с табличкой «Коммерческий директор» был расположен дальше по коридору. Пока он открывал ключом дверь, за спиной возникла Надежда с неизменным пылесосом в руках.

— Вадим Сергеевич, вы бы погуляли где-нибудь, я ведь у вас еще не убиралась, — извиняющимся тоном сказала она.

В кабинете стоял запах пепельницы, до краев наполненной окурками.

— Какое счастье, что на свете существуют уборщицы, — улыбнулся Вадим и пропустил Надежду в открытую дверь кабинета.

Арина

Прошло время, слёзы кончились, и к Аришке вернулась способность воспринимать пространство и время. Она медленно брела по многолюдной улице грустная и растерянная.

— Что делать дальше? Ехать домой, значит заставить маму пережить то, что пережила сама.

Сразу вспомнилось сегодняшнее утро, завтрак с мамиными бутербродами, её взгляд, полный тревоги. Почему-то вспомнилась электричка с солнечными бликами на стеклах. Она попыталась снова окунуться в то утро, оставшееся дома. Арина достала свой мобильный телефон, который машинально отключила, выйдя из института, но включить его сейчас она не могла.

— Что я отвечу маме, если она вдруг позвонит?

Подержав в руке телефон, девушка, уже хотела спрятать его снова в сумку, но неожиданно вспомнила, что у нее есть, кому позвонить в Москве.

Алёшку она знала всё своё детство. Они жили в одном дворе и их матери дружили. Малышами они играли на одной детской площадке, потом ходили вместе в школу. Алешка был старше и в подростковом возрасте просто забыл о её существовании. Когда подросткового возраста достигла Арина, они снова стали общаться, как старые знакомые. Окончив школу, Алексей уехал работать в Москву, и почти совсем перестал приезжать домой.

Девушка набрала номер их домашнего телефона, лихорадочно соображая, что сказать тёте Вере, но неожиданно услышала в трубке голос Алешкиного отца. Она поспешно объяснила ему, что находится в Москве и ей срочно нужен номер мобильника их сына.

— Только бы ни о чем не спрашивал, — мысленно заклинала Аришка. Но на другом конце провода было совсем не до неё, Сергей Петрович просто продиктовал номер телефона и, простившись, повесил трубку.

Не очень уверенная в успехе задуманного мероприятия, она набрала нужную комбинацию цифр. Алешка ответил сразу. Услышав его голос, девушка растерялась. Надо было как-то объяснить причину, по которой она звонит, но сказав в трубку: «Привет, это Арина», ощутила, как к горлу снова подступили слёзы.

— Что ты делаешь в Москве? — радостно и удивленно спросил он.

Закрыв трубку рукой, она заплакала.

— Где ты находишься? — заволновался Алешка, почувствовав неладное.

Проходившая мимо девочка-подросток остановила взгляд на плачущей девушке. Поймав на себе этот взгляд, Арина протянула ей свой мобильник.

— Где ты находишься? — «орала трубка» голосом Алексея.

— Пожалуйста, скажите ему, где я нахожусь, — попросила она, вытирая слёзы.

Девчушка, быстро сообразив, взяла трубку и начала объяснять их местонахождение. Потом, вернув телефон хозяйке, улыбнулась.

— Всё будет хорошо, — сказала она, — теперь всё будет хорошо.

Алешка приехал на такси и, увидев Арину, не смог скрыть удивление. Он помнил её юной нескладной девочкой, а сейчас перед ним стояла очаровательная девушка. На её лице еще сохранились следы слёз, поэтому Алексей постарался добавить жизнерадостных интонаций в свой голос.

— Привет, соседка, можешь начинать свой рассказ с самого ужасного, я подготовился, пока ехал в такси.

Он взял её за руку, и они медленно пошли по улице. Рядом с ним Аришка почувствовала себя защищенной, и ей вдруг захотелось рассказать ему всё-всё про сегодняшнее утро.

Катя

Вадим медленно шел по коридору, никуда не направляясь. Просто нужно было где-то быть, пока Надежда убиралась в его кабинете. Справа от него открылась дверь с табличкой «Старший юрист», и в коридор вышла девушка. На её лице была такая обворожительная улыбка, что он, как мужчина, обязан был как-то отреагировать.

— Привет, Катюха, так улыбаться вас учили в юридическом или ты самоучка?

— Природный талант. А тебя кто учил такому изощренному утреннему хамству? — совсем не обидевшись, ответила она.

— Ну, если его сравнить с моим вечерним хамством, то оно не выходит за рамки обычного трепа.

— Ты что серьезно решил испортить мне настроение?

— Нет. Когда женщина в таком костюме, — Вадим смерил фигуру юриста с головы до ног, — её настроение под надежной защитой.

— А вот эта фраза мне понравилась, можно я буду считать её комплиментом?

— Можно, — просто сказал он и пошел дальше по коридору.

Тонкие, как гвоздики, каблучки собеседницы застучали в противоположную сторону.

Перспективный юрист Екатерина Андреевна Власова, которую друзья между собой называли Катькой, была молодой привлекательной девушкой, пришедшей в компанию два года назад после института. Она была в том возрасте, когда её подруги-ровесницы уже вышли замуж, и если раньше у них был один общий круг интересов, то сейчас в этом круге осталась только она. Собственно говоря, и во всей Москве у неё никого не было. Мама перебралась в Подмосковье, где после смерти бабушки пустовал дом. Отец ушел от них, когда Кате было тринадцать. Просто влюбился. Та другая была яркой, дерзкой и знающей себе цену. В общем, полной противоположностью её мамы. Катя несколько раз приходила к ним в гости. Отец пытался наладить отношения с дочерью, но возраст юношеского максимализма, не позволил Кате сблизиться с его новой семьей. А после того, как у них родился ребенок, пропасть между отцом и дочерью увеличилась. Катя сожгла все мосты. Отношения с мамой стали ухудшаться, дочь бунтовала и во всём обвиняла её, тихую и покорную женщину, никогда не перечившую отцу. Именно тогда будущий юрист Екатерина Андреевна нарисовала в своих фантазиях образ женщины, которой она станет. Она решила, что будет такой же яркой и дерзкой, как та другая, разрушившая её уютный детский мир. Все свои последующие поступки она тщательно сверяла с этим образом, не допуская отклонения от него. Шаг за шагом она влезала в эту модель, словно в чужой костюм, до тех пор, пока однажды, не поняла, что она уже и есть та самая женщина из детских фантазий, уверенная, самовлюбленная и решительная.

Одиночество, свалившееся на неё теперь, Катя ассоциировала с собственной исключительностью. Оно стало её образом жизни, ненавязчиво подстроившись к её характеру и привычкам.

У неё, конечно же, был мужчина. Отношения с ним Катя считала «черновиком» будущих светлых отношений с тем «Единственным», которого она непременно встретит. А Славик был всего лишь тренажером, на котором она оттачивала своё мастерство.

Они познакомились еще в институте, мудрая девушка сразу решила иметь его на скамейке запасных. И не ошиблась, робкий Славик справлялся с этой ролью на «отлично». Ни упреков, ни выяснения отношений с его стороны никогда не было, зато, сколько немого обожания в грустных глазах.

Начав работать в компании штатным юристом, Екатерина довольно успешно продвинулась по служебной лестнице. Помня о том, что карьера зависит не от тех, кому ты симпатичен, а от тех, кого ты не раздражаешь, она старалась особо не выпячиваться, но работала грамотно, без суеты. Руководство не преминуло отметить ее профессионализм. Назначение недавней выпускницы на вакантную должность старшего юриста никого не удивило, и было достойно отпраздновано всем юридическим отделом.

Катины внешние данные плюс то, что она была не дура, делали ее достойной партией для любого мужчины. Коллектив решил, что холостой генеральный директор и красавица юрист должны непременно обратить друг на друга внимание, и терпеливо ждали бурного развития любовного романа, как в бразильском сериале. Но время шло, а роман так и не начинался.

Кате генеральный директор был не интересен. Да, он был оригинален, но его внешние данные никак не подходили к её романтическому идеалу. С уверенностью Дианы-охотницы она окрестила его «легкой добычей» и тут же вычеркнула из кандидатов на «руку и сердце»

Своего избранника она смутно представляла в мечтах. Но чем дольше она работала в фирме, тем ярче вырисовывался его образ, приобретая черты коммерческого директора, Вадима Сергеевича. Задача усложнялась тем, что выбранный ею объект, был женат, но не безнадежно. Женское чутье подсказывало, что «глубоко женатым человеком» Вадим не был. Катя была твердо убеждена в том, что настоящая женщина, приложив минимум усилий, может заинтересовать любого мужчину, потратив чуть больше усилий, влюбить его в себя, и, наконец, максимально постаравшись, сделать его своим рабом.

На первый взгляд отношения с коммерческим директором были вялотекущими. На самом деле, это была лишь тактика, направленная на то, чтобы не спугнуть «объект охоты» и плавно подвести его к первой стадии.

Вадим смутно ощущал какое-то движение чувств, исходящее от старшего юриста, но это было так призрачно и едва уловимо, что особого внимания он на это не обращал. Что поделать, ему были не знакомы правила утонченного флирта.

Арина

Пока Арина рассказывала свою грустную историю, её спутник мысленно перебирал в уме возможные варианты решения её проблемы. Он уже знал, что обязательно поможет девушке.

Алексей жил в Москве уже три года. Первое время он еще скучал по свой провинциальной родине. Потом укоренился в столице и почти совсем перестал ездить домой, ограничиваясь лишь телефонными звонками.

Родители привыкли к тому, что сын в конце недели подает сигнал о своем существовании, и не настаивали на его обязательном присутствии. Освободив единственное чадо от тягот армейской жизни, они решили, что теперь он сам должен пробивать себе дорогу в жизни и старались не вмешиваться в этот процесс.

Работу в Москве Алексей нашел сразу. Провинциальному жителю в этом плане легче, он руководствуется совершенно другими правилами при трудоустройстве. Его основная цель — зацепиться в большом городе. Алешка устроился грузчиком в магазин, торгующий электроникой и бытовой техникой. Но в этой должности поработал недолго. Его общительность и кое-какие технические знания способствовали быстрому продвижению по службе. И вскоре из «гадкого утенка»» он превратился в «прекрасного лебедя», сменив синий комбинезон на приличный костюм менеджера. Это превращение, произошедшее быстро и безболезненно, повлекло за собой смену круга знакомых.

Его теперешние приятели были исключительно «деловыми людьми» и имели талант выделяться из окружающей среды. Это была категория молодых людей, еще не достигших впечатляющих высот в бизнесе, но уверенно протаптывающих свою дорогу. Алексей многому учился у них и не стеснялся обращаться за советом или помощью.

Он, как губка, впитывал всю полезную информацию и с успехом использовал её в жизни. Кроме того, полученные знания Алексей объединил в некую систему, назвав её «Система Успешно Складывающейся Личной Карьеры» (сокращенно «СУСЛИК»). Под словом карьера подразумевалось нечто большее, чем продвижение по служебной лестнице, скорее продвижение по жизни вообще. Один из главных постулатов «СУСЛИКА» гласил: Всякая задача имеет решение. На его пути вставало множество, казалось бы, неразрешимых проблем, которые, в конце концов, успешно решались. «СУСЛИК» работал.

Сейчас, слушая Арину, он, даже не напрягаясь, знал несколько способов решения её проблемы.

— Какой информацией ты располагаешь о своем институте, — спросил Алексей, когда девушка закончила свой рассказ.

— У меня с собой брошюра для абитуриентов.

Полистав брошюру, Алешка, набрал на мобильнике номер телефона платного отделения института.

Арина, затаив дыхание, следила за его действиями. Когда она услышала, как он произнес: «Платное обучение», её охватил ужас.

— Где я возьму деньги? — еле слышно спросила она, и её глаза снова наполнились слёзами.

Закончив разговор по телефону, Алексей взял Аришку за руку и повел по улице, успокаивая, словно маленького ребенка.

— Деньги нужны будут только в конце августа, так что у нас еще есть время подумать над этим вопросом, а пока давай зайдем в это уютное заведение. — С этими словами он повернул ручку оказавшейся рядом двери.

И они нырнули в душистый сумрак, наполненный ароматом кофе и ванильных булочек. Пройдя через маленький зал, молодые люди уселись у окна на высокие стулья. Народу было немного, но Алексей заметил, что все мужчины, находящиеся в кафе, обратили внимание на его стройную спутницу. Это было приятно.

Только сейчас Арина почувствовала, что проголодалась. Они сделали заказ и стали обсуждать план дальнейших действий. Говорил Алешка, а она просто слушала его и кивала. Девушка чувствовала себя песчинкой в этом огромном городе-океане, и совершенно потерявшись в нём, она просто отдала свою судьбу в руки этого парня.

Они договорились, что через день Арина снова приедет в Москву, как бы для сдачи очередного вступительного экзамена, и привезёт паспорт мамы. Алексей обещал уговорить свою знакомую выступить в роли родительницы и оформить необходимые документы на платное обучение.

— Где же мы возьмем деньги? — снова заволновалась девушка.

— Давай, сначала выполним первый этап нашего плана, а потом будем думать о следующем. Пойми, с любой задачей легче справляться поэтапно, — это был «СУСЛИК», о котором Алешка никогда не забывал.

Он был уверенным в себе молодым человеком. Это помогало ему в жизни, и чем больше это помогало, тем увереннее он становился.

Аришка интуитивно чувствовала эту уверенность Алексея и старалась успокоиться, но сумбурность происходящего продолжала её тревожить.

Её спутник, догадываясь о душевных переживаниях девушки, пытался хоть чем-то отвлечь Арину от грустных мыслей. Он начал расспрашивать об их родном городе, вспоминать общих знакомых. Постепенно она успокоилась и даже развеселилась. Они пили душистый кофе с ароматными булочками и болтали о всякой ерунде. А посетители кафе, сидевшие за соседними столиками, восхищенно смотрели на них, пытаясь заразиться их жизнерадостностью.

Потом Алешка проводил её на электричку, и они расстались до следующей встречи.

Вадим

Окунувшись с головой в работу, Вадим, как и предполагал, совершенно забыл о своем скверном утреннем настроении. Обедать они с Сашкой отправились в их любимый ресторан, недалеко от офиса. Видимо, раньше (в ХХ веке) он назывался «Ода», но потом это название стало немодным. Появившаяся после буквы «О» запятая придала старому названию некий тайный смысл и загадочность.

Друзья любили это заведение за его дневную немноголюдность, вкусную кухню и приветливость официанток. Здесь уважали постоянных клиентов и старались исполнять все их гастрономические прихоти в лучшем виде.

Директор ресторана Альбина Михайловна была женщиной средних лет и обладала фигурой для истинных ценителей периода «архитектурных излишеств». Она была строга с подчиненными и требовала неукоснительного соблюдения правил ресторанного обслуживания. Также как и она, её подчиненные должны были знать в лицо завсегдатаев ресторана и обращаться к ним исключительно по имени-отчеству.

Официанты делились на две смены: дневную и вечернюю. Коллектив дневной смены состоял из замужних молодых женщин. Все они уже давно работали в этом ресторане, и постоянные клиенты знали их по именам. Вечерняя смена состояла из студенток всевозможных институтов, желающих подработать. Как правило, это были приезжие из других городов, которых достала общежительская тоска и нехватка денег. Днём «О, да» был благопристойным тихим местом, зато по вечерам в нём кипели нешуточные страсти, о которых официантки дневной смены перешептывались между собой.

Сегодня всё было, как обычно. Приятели сели за свой столик, но к ним почему-то никто не торопился подходить. Официантки порхали между столиками, улыбались, здоровались, но обслуживать их не спешили.

— Послушайте, прелестные создания, а где наша Ирина? — не выдержал Сашка.

Вопрос повис в воздухе, и тут друзья увидели некую фигуру, приближающуюся к ним. Это была совсем молодая девушка лет восемнадцати, с большими испуганными глазами и по-детски поджатой нижней губой. Она робко остановилась около их столика и уже приготовилась что-то сказать, но Директор её опередил.

— Здравствуйте, — мурлыкнул он исключительно бархатным голосом.

По лицу официантки пополз нежно-робкий румянец.

— Здравствуйте, — растерянно полушепнула она.

Наступила неловкая пауза, во время которой щеки девушки несколько раз успели сменить цвет: от бледного, к насыщенно-розовому и обратно.

— Как вас зовут? — решил спасти официантку Вадим.

— Женя, — смущенно ответила девушка и тут же спохватилась — что будете заказывать?

Они заказали свой обычный обед, но потом Директор все же спросил про Ирину, к которой друзья уже успели привыкнуть.

— Они уехали в Прибалтику, к родителям мужа, — ответила Женя, почему-то снова краснея,

— А вы в ближайшее время в Прибалтику не собираетесь? — серьёзно спросил Сашка.

— Нет, — совсем растерялась она.

— Хорошо, тогда мы начнём привыкать к вам, — улыбнулся он, — прямо с этого момента.

Лицо девушки расцвело улыбкой.

«Какая красивая у неё улыбка», — одновременно подумали друзья и многозначительно переглянулись.

Оба отобедали в прекрасном расположении духа.

Из ресторана они шли медленно, с удовольствием покуривая и щурясь от солнца.

— Помнится, кто-то из великих писателей сказал, что мужикам нужно совершенно противоположное тому, что женщина им предлагает, — улыбнулся Сашка, — девчонка — само воплощение скромности, а мне, веришь, так захотелось рвануть с неё одежду и прямо там, на столике заняться любовью.

— Да, со стороны мы, наверное, оба выглядели, как два перевозбудившихся самца. И что это на нас нашло?

— А я тебе серьезно говорю, что женская скромность действует исключительно возбуждающе на мужчин. Если бы я работал в женском глянцевом журнале, я бы пропагандировал именно такой способ привлечения мужского внимания.

— А по-моему, чтобы привлечь мужское внимание большого ума не надо. С этим без труда справляется любая женщина. И совершенно неважно, какую роль она при этом играет: скромницу или развратницу.

— Ну не скажи, слишком навязчивое предложение секса меня, например, даже отпугивает.

— Да видел я, как тебя на прошлой неделе в стриптиз-баре «отпугивали» полуголые красотки.

— Слушай, а девчонки были, что надо, — заулыбался Директор, — как на подбор, милашки — стройняшки. Интересно, и где же такую породу выводят?

— В каком-нибудь племенном хозяйстве. Но тебе в это хозяйство даже на экскурсию нельзя. Слишком необуздан в желаниях.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 25
печатная A5
от 314