печатная A5
890
16+
Если бы вчера…

Бесплатный фрагмент - Если бы вчера…

Люди, расправьте крылья!!!


4.5
Объем:
510 стр.
Текстовый блок:
бумага офсетная 80 г/м2, печать черно-белая
Возрастное ограничение:
16+
Формат:
145×205 мм
Обложка:
мягкая
Крепление:
клей
ISBN:
978-5-4483-2338-6

Книга I
Если бы вчера…

Объять необъятное невозможно.

То, что я предлагаю вашему вниманию — лишь одна модель из миллионов, один из моих взглядов на видение мира, всего лишь один угол, под которым я могу видеть этот мир, одна из его интерпретаций.

Какую выберете Вы — это Ваше право на выбор.

часть I
Атлантис

В просторной комнате находились два молодых человека. Один из них, небрежно развалившись в кресле, устало поглядывал на мерцающий монитор. Однако вскоре его внимание было полностью поглощено изображением на экране.

— Мне кажется, что этот вариант, пожалуй, будет не самым худшим из всех запасных, — произнес человек, стоявший за его спиной, и многозначительно посмотрел на товарища, который казалось, не заметил и тени иронии в его голосе.


***


Нажав кнопки на щитке входной двери, я вошла внутрь. Добравшись до своей лестничной площадки, достала ключ и отперла дверь. Сбросив туфли с усталых ног и оставив сумочку в коридоре, прошла в зал и включила свет. Прислушиваясь к тишине, я вдруг поняла каким уютным уголком, лучше которого, пожалуй, не было ничего на свете, была моя квартира.

Приглушенный свет ночника мягко ложился на мебель и стены. Он отражался в огромном зеркале посреди комнаты, и от этого в ней становилось еще светлее.

Как только за мной закрылась входная дверь, вся суетная толкотня улиц, все проблемы цивилизованной жизни сразу же остались за моей спиной.

Поэтому, прислушиваясь теперь к тишине, царившей в моей маленькой крепости, я опасалась, что это обманчивое затишье может в любую минуту быть нарушено каким-нибудь неожиданным гостем.

Я упорно оберегала свое маленькое царство тишины и не позволяла проникнуть в него суматохе дня и бесконечному шуму улиц. Я вела довольно-таки замкнутый образ жизни.

Мои родственники были очень далеко, а круг моих знакомых здесь был собственно не очень-то широк. Однако я не спешила его расширять; замкнувшись в себе, и, как ни странно, не ощущая гнетущего одиночества.

Во всяком случае, в данный момент мне это даже нравилось.

Да, меня никто не ждал, когда я возвращалась к себе, но до сих пор я и не задумывалась над тем, чтобы пожалеть об этом.

Вообще-то, сказать, что меня никто не ждал, не было бы совсем верно.

Как только я вошла, с кушетки спрыгнул белый пушистый кот и направился мне на встречу. Это был довольно крепкий, разбалованный увалень, который за какую-то пару месяцев превратился из маленького пушистого комочка в белоснежного красавца.

— Принц, заждался? Как ты тут себя вел? Пойдем, я налью тебе молочка.

Помахивая хвостом, он важно, вразвалочку продефилировал мимо меня к своей миске.

Расслабившись и потягивая стакан холодного сока, я прошла в комнату, где каждая вещь имела свое определенное место, и никто не мог нарушить мой строгий порядок.

Включив телевизор, я уютно устроилась на диване. Бегло просмотрев все каналы, обнаружила, что там не было ничего интересного, что могло бы заслуживать моего внимания. Поэтому, мне ничего не оставалось, как прихватив с собой полотенце, отправиться в душ.

По телу пробежалась прохладная волна, и дышать сразу стало легче, несмотря на тридцатиградусную жару. Кондиционер сегодня почему-то вышел из строя. Я подумала, что нужно было бы вызвать мастера.

Внезапно, словно проснувшись, зазвонил телефон. Завязывая шелковый пояс халата, я присела на кресло и подняла трубку.

— Алло, Эвис, ты не смотришь телевизор? Включи 57-й. Там болтают что-то ужасно интересное о космических пришельцах! — Услышала я щебетание своей подруги.

Кэт очень интересовалась летающими тарелками, пришельцами, полтергейстами, различными аномалиями и прочей подобной чепухой.

В отличие от нее, мне все это было безразлично. Но чтобы сделать ей приятное и поболтать о новостях, пришлось битый час проторчать у телевизора, где ведущий с до смешного глупым лицом пространно изъяснялся на тему летающих тарелок.

Но лично меня это абсолютно не трогало. В этом мире меня ничего не интересовало, пожалуй, кроме…

Да, меня не волновали пришельцы и всякая прочая модная фантастическая чушь. Я была самым земным человеком, и волновала меня самая земная из земных проблем. Хотя мне она казалась самой недосягаемой по сравнению со всеми остальными тайнами Вселенной.

Я не обращала внимания на представителей противоположного пола. Мне было с ними просто скучно.

И тем более, ни один из молодых людей не мог заставить меня даже помечтать о замужестве. О любви я имела свое собственное представление: в 16-ть — это романтика, в 18-ть — это потребность, но за 20-ть — это уже, простите, глупость.

И в то же время… я любила…

Любила беспредельно и беззаветно, впрочем, как и всякий поклонник его творчества, — я любила певца.

Его портрет стоял на моем столе, улыбаясь своей лукавой улыбкой. Вот так, — с моим необщительным характером я оказалась его самой преданной поклонницей.

Нет, прошу обратить внимания, я не была его яростной фанаткой. Я просто любила. Есть разница…

Поболтав с Кэт о разной всячине, о ее новом воздыхателе, о тряпках и других милых женскому сердцу пустяках, я с большим облегчением бросила трубку, едва успев наконец-то пожелать ей спокойной ночи.

Принц ластился, громко мурлыча. Я нежно запустила пальцы в его густую шерсть.

Удивительно — он был совершенно белоснежным, на нем не было ни одного темного волоска.

Повозившись немного с этим пушистым увальнем, я принялась читать, но, по всей видимости, книга была скучной, так как я вскоре уснула.

Проснулась в самом разгаре ночи от навязчивого чувства, что в комнате, кроме меня, находится кто-то еще. Рука машинально потянулась к выключателю. Но в спальне никого не было, а кот мирно посапывал у моих ног.

Я вновь попыталась заснуть, но из этого ничего не получилось. Тогда я поднялась с постели и вышла на кухню. Я выглянула в окно, за которым было черное холодное небо, украшенное такими же холодными и сияющими звездами.

— Неужели и там есть жизнь, на этих далеких бездушных звездах? — Вдруг подумалось мне.

— Не может быть. Нет, чушь какая-то. Явно передачи насмотрелась. — Я усмехнулась, вспомнив давешнюю передачу и ведущего с глуповатым лицом. — Во всяком случае, что уж говорить, у них на TV есть дар обрабатывать доверчивых обывателей.

Затем я достала из холодильника пакет молока.

Иногда, проснувшись ночью, я выходила на кухню — она мне почему-то нравилась больше ночью, чем днем.

Когда солнце вызолотило крыши соседних домов, я открыла глаза, проснувшись от того же самого чувства, что и ночью. Но в комнате было пусто.

Понежившись в постели еще с часок, благо был выходной, я все-таки решила подняться, что мне удалось сделать только после огромных усилий воли, понадобившихся, чтобы сбросить с себя одеяло.

После завтрака и утренних домашних хлопот я собралась поработать над своими рукописями. Обложилась всевозможными папками, блокнотами, записными книжками и просто обрывками бумаги, то есть всем тем, что быстрее всего попадается под руку, когда вам, доморощенному писаке, в совершенно неподходящий момент приходит в голову какая-нибудь сногсшибательная мысль.

И вам необходимо ее наибыстрейшим образом перевести на бумагу, поскольку у вас снова, как назло, в данный момент не оказалось под рукой компьютера. Поэтому вы и хватаете первый попавшийся лист бумаги, и в лихорадочном темпе начинаете писать, боясь, что через некоторое время ваша блестящая идея покажется вам самим заурядной глупостью.

Таким образом, соорудив из подушек подобие трона, на котором когда-то восседали турецкие паши, а может быть, восседают и по сей день, я стала разбирать это скопление ярчайших перл, от которых вкупе, можно было бы ослепнуть, свети они электрическим светом, хотя бы по одному Ватту каждая.

В самом разгаре моей творческой работы в прихожей раздался звонок. Однако когда я открыла дверь, к моему величайшему удивлению и еще большему раздражению, ведь меня отвлекли от работы, за дверями никого не оказалось.

Как вы могли уже понять, я не любительница шуток подобного рода, поэтому никому из моих знакомых не могла прийти в голову такая забава. Постояв в недоумении на пороге, я вернулась к своему занятию.

Ближе к обеду, вжившись в роль одной из своих героинь, так же как и она, я решила приготовить себе салат из кальмаров и отложила бумаги на некоторое время.

Пока готовила, Принц терся у меня под ногами, хотя по своему обыкновению, в это время он лениво лежит, развалившись на кушетке и созерцая оттуда всю презренную окружающую действительность. Однако сегодня он упорно оставался на кухне, рядом со мной.

После обеда я решила прогуляться по набережной и заглянуть в пару маленьких книжных лавок, которые я отыскала в городе накануне.

Возвратиться домой мне удалось только под вечер, когда на темнеющем небе уже стали появляться самые первые звезды. Я постояла немного у подъезда, любуясь их красотой, а на ум вновь пришла мысль о существовании дальних миров. Мне почему-то вдруг стало страшно одиноко под этим сверкающим темным куполом, и я поспешила внутрь.

Войдя в дом, и привычным жестом погладив мурлыкавшего кота, я подошла к окну. Включать свет не хотелось.

Город переливался разноцветными огоньками, как новогодняя елка. На него стремительно надвигались сумерки теплого осеннего вечера.

В голове вновь стали возникать нелепые фантазии, но их останавливал, как всегда, трезвый голос разума, и я попыталась настроиться на реальность. Но сегодня у меня вовсе не было желания уйти от возможности помечтать.

— Да и действительно, какой в том грех, если я немного окунусь в мир грез?

В приоткрытую балконную дверь не проникало ни струйки свежего ветерка, все зависло в неподвижном воздухе, словно в невесомости.

Я закрыла на минуту глаза, а затем нажала привычную кнопку на панели проигрывателя. Из динамика полился до боли знакомый и близкий, но в то же время такой далекий голос.

…Его голос…

…и тут я вспомнила, что еще вчера утром положила в сумочку и все откладывала до удобного момента, чтобы в спокойной обстановке прочитать, письмо, которое пришло от моей подруги, жившей в Гамбурге.

Стела регулярно с пунктуальной немецкой педантичностью присылала мне по два письма в месяц, где рассказывала о новостях, о себе, а потом сообщала мне о Нем.

Мне не хотелось узнавать о нем из пережеванных банальных интернетовских сплетен. Я доверяла только серьезным источникам, одним из которых и являлась моя подруга. Вот поэтому я все пыталась выкроить время, чтобы как можно обстоятельнее, до каждой запятой изучить содержание этого письма.

На этот раз она сообщила, что нового о Нем ничего не удалось узнать. Также Стела написала, что единственное, что услышала — это то, что у Него была какая-то небольшая неприятность, связанная с его собственной студией звукозаписи.

Но, зная, что это меня очень огорчит, она просила не расстраиваться и не волноваться попусту, поскольку это недостоверная информация.

Не могу сказать отчего, но мне почему-то вдруг все-таки захотелось заплакать. У каждого человека бывают такие минуты, минуты, внезапно захлестывающие и также внезапно отступающие.

Можете мне даже не доказывать обратного, все равно не поверю.

Итак, вернемся к тому моему душевному состоянию, когда я, размазывая слезы по щекам, не знала, чем объяснить их внезапное появление.

— Что Вы хотите? Ведь я тоже все-таки человек, а не какой-то там робот или даже бездушный пришелец из космоса, и мне вовсе не чужды человеческие чувства!!!

Но немного погодя мне стало стыдно за эту слабость, и я поспешила смыть свои неожиданные слезы.

И в этот момент моя квартира погрузилась в тишину, словно еще минуту назад не было музыки. Удивленная я вернулась в комнату.

Занавеска на балконной двери взлетала под сильным напором ветра. Без всяких видимых на то причин проигрыватель молчал, но стоило мне только прикоснуться к нему рукой, как тотчас же снова раздались негромкие звуки.

Мне оставалось только удивляться нелепостям сегодняшнего дня: ведь сегодня поочередно выходили из строя все электроприборы, которыми я пыталась пользоваться.

Отправляясь спать, я захватила из кухни с собой бокал, на дно которого плеснула немного мартини, с помощью чего намеревалась восстановить свое так расшатавшееся душевное равновесие.

Неся его в правой руке, подняла глаза и вздрогнула, увидев человека, сидевшего на моем диване и поглаживающего моего кота, который как ни в чем не бывало, разлегся у незнакомца на коленях и смотрел на меня с нахальной миной, щурясь от удовольствия.

От неожиданности увидеть такую мирную картину я, кажется, потеряла сознание. Одним словом, вырубилась на некоторое время.

Пришла я в себя уже лежа на диване. Рядом на столике стоял почему-то все еще целый бокал с выпивкой, хотя по всем законам физики и в соответствии с моими собственными соображениями, выпав из моих рук, он должен был разбиться вдребезги, ну, или, по крайней мере, на множество мелких осколков, безнадежно испортив белоснежный ковер под ногами.

Я попыталась вспомнить, что же могло так поразить меня до потери сознания.

— Не мог же вид уютно расположившегося на моём диване незнакомого мужчины привести меня в такой ужас. Здесь было что-то еще. Вот только что???

— И так ли уж незнакомого? — Тут же промелькнуло в голове.

Я приподнялась на локте. В кресле, почти незаметный в полумраке, сидел ОН… и улыбался.

— О, Боже… — Я не могла ошибиться, уж что-что, а Его улыбку я знала даже лучше своей собственной.

— Ах, вот оно что! — Теперь все стало предельно понятно. — Изображение с фотографии на столе неожиданно ожило и вот теперь сидело передо мной и мило улыбалось.

После того, как я нашла объяснение своему падению, мне оставалось только найти объяснение появлению этого человека в своей квартире. Первой догадкой была самая простая и гениальная по своей наивности мысль, что это всего лишь безобидный сон. Я провела пальцами по виску, в надежде, что весь этот, пусть даже и самый приятный кошмар вскоре исчезнет.

— Вот сейчас действительно, на самом деле, не помешал бы глоток-другой мартини. — Проскочило в голове.

— Мне следовало предупредить вас. Это моя ошибка. Простите… — Заговорило вдруг мое видение, которое, вопреки всем моим по-детски наивным ожиданиям, вовсе и не собиралось исчезать. — Я никак не предполагал, что мое появление в такой степени повлияет на вас. Я надеялся, что мои проделки со звонком и электрическими приборами хоть как-то немного подготовят вас. Признаюсь, что затея была глупой.

— И даже больше. Идиотской!!! — Подумалось мне, но я выжидающе молчала. Еще ни разу в жизни я не попадала в такое нелепое положение, когда совершенно не знаешь своего собеседника; не знаешь, что ему от тебя нужно, и тем более, не знаешь, как объяснить факт появления этого самого собеседника в твоих собственных апартаментах в тот момент, когда уже перевалило далеко за полночь, а входную дверь (и это ты точно помнишь!!!) ты запирала собственноручно, собираясь отходить ко сну…

— Ха! Прямо как в бессмысленном сценарии трехгрошового фильма.

— Как Вы себя чувствуете? Вам лучше? — Участливо поинтересовался мой нежданный гость. Я утвердительно кивнула, поморщившись от сильной боли, ощущавшейся в висках, и подумав про себя: «Прямо как после рельса по голове».

— Покорнейше прошу Вашего прощения за своё вторжение. Но все же, прежде чем дать какие-либо объяснения, предлагаю сначала познакомиться, чтобы избежать дальнейших недоразумений.

На моем лице появилась легкая натянутая усмешка. Наконец-то ситуация хоть как-то стала проясняться, и к тому же начала очень сильно смахивать на банальное знакомство.

Уж, поверьте, каких только тривиальных фраз и объяснений не приходится иногда слышать от сильных мира сего. А это, похоже, очередное и ничем не отличающееся от других по своей оригинальности.

— Стоило ли вначале накосячить, чтобы потом за это извиняться. — Снова подумалось мне.

От его взгляда не ускользнул ни легкий поворот головы, ни мой мимолетный взгляд на портрет…

— Эвис, — вдруг обратился он ко мне по имени, — от вашего поведения и реакции на то, что я Вам сейчас скажу, зависит моя жизнь и жизни многих других…

— Ого! Это уже что-то новенькое! Во всяком случае, не совсем обычное. Хотя… надо отдать должное — оригинальности не занимать, — подумала я, а вслух произнесла. — Но, я ни в коей мере не хочу причинять кому-нибудь вред, тем более тебе… то есть Вам…

— Вот! Вот оно! В этом то и вся загвоздка!!! Ваша последняя фраза объяснила мне, что Вы принимаете меня за другого человека.

Я должен Вас разочаровать, — кивнул мужчина головой на фото, — я отнюдь не тот, за кого Вы меня принимаете. С Вашего позволения, я все-таки представлюсь. Меня зовут Крис, и живу я очень далеко отсюда. Я и мои товарищи прилетели из другой Звездной Системы, из созвездия Этернии.

Слушая его, я наконец-то догадалась, что кто-то разыгрывает меня и, разузнав о моей слабости, постарался изменить, причем мастерски, свою внешность и устроить вот такое шоу…

— Не хватало только здесь еще скрытой камеры.

Мой гость, словно прочитав эту мысль, попытался разубедить меня.

— Эвис, Вы ошибаетесь, я именно тот, за кого себя выдаю. И нам действительно необходима Ваша помощь.

Простите, Вы разрешите перейти на «Ты»? — Он продолжил, после того, как я кивнула в знак согласия, — тебя пугает моя внешность, но я его двойник.

— Из фабрики двойников?

— Звездный двойник. Я не имею никакого отношения к шоу-бизнесу, — поспешил он поправиться. Затем мой полуночный гость поднялся с кресла и подошел к окну.

— В смысле, вы из шоу двойников?

— А? О, нет… К шоу-бизнесу это не относится ни в коей мере. Я имею в виду планеты, звезды. Я его звездный двойник.

— Чушь какая-то! Что Вы несете? Не верю. Как Вы вошли сюда?! — Задала я немного запоздалый, но всё ещё, как мне показалось, довольно-таки актуальный вопрос.

— Как же мне доказать тебе, что я — это я, а не кто-нибудь другой? — Тут он повернулся ко мне, словно ища поддержки.

— Боюсь, что я должен прибегнуть к другому способу, хотя, честно сказать, мне бы не хотелось делать этого. Но, к сожалению, ты вынуждаешь меня. Извини.

С этими словами мой гость подошел ко мне и, решительным жестом прервав мою попытку встать, склонился надо мной, пристально глядя в мои глаза.

Спустя несколько секунд стены комнаты стали расплываться и вскоре исчезли совсем. В моем сознании стали проноситься отрывки воспоминаний, а затем я неожиданно для самой себя увидела Землю с высоты птичьего полета. Она медленно уменьшалась в размерах, удаляясь, и вскоре совсем исчезла. Мимо стали проплывать целые созвездия, мерцающие холодным светом.

Вдруг на этом фоне стало проявляться лицо до боли близкое, но безгранично далекое. Лицо человека, которого я беспредельно любила и, за которого была готова отдать свою жизнь.

Я открыла глаза, хотя, по правде сказать, совершенно не помню, когда успела их закрыть, и почувствовала, что что-то произошло. Произошла какая-то перемена не то во мне, не то в окружающем мире, не то в моем восприятии этого мира. Но, сколько ни пыталась, я никак не могла определить, в чем, же именно она заключалась.

Мой незваный гость по-прежнему сидел в кресле. Я поднялась на ноги, наверное, для того, чтобы отправиться звонить в полицию, однако в моей голове все резко закружилось, и я инстинктивно постаралась найти хоть какую-нибудь опору. Молодой человек довольно ловко подхватил меня, и я оказалась у него на руках.

— Боже мой! Я… у меня закружилась голова. Что происходит?

— Подожди, Эвис. Сейчас ты не в состоянии меня выслушать. Я предупреждал, что это не совсем безболезненно. Мое энергетическое поле сильнее твоего, и ты… ну, ты к нему ещё не привыкла…

Этим и объясняется твое недомогание. Поэтому я вынужден сейчас уйти, чтобы не причинить тебе вреда. Ложись спать, тебе просто необходимо отдохнуть. — С этими словами он перенес меня в спальню и опустил на постель.

— Уже поздно. Я приду завтра. — Пообещал он мне и провел ладонью по моему виску. — Спокойной ночи.

— Ну, да, хорошенькое дельце! Он пожелал мне приятных сновидений, как будто, после такого вообще возможно было заснуть!

Затем он вышел на балкон, что-то неярко сверкнуло, и он исчез.

— Ну, теперь-то я, по крайней мере, узнала, каким образом он очутился у меня в квартире!

Боль почти сразу же утихла, голова стала наливаться свинцовой тяжестью.

У меня едва хватило сил раздеться и лечь, чтобы моментально, вопреки всяким опасениям, уснуть.

Этой ночью я не видела сновидений, просто вокруг была черная мерцающая пустота, окутавшая меня со всех сторон. Да, в принципе, я особо-то и не пыталась вырваться из неё, отдавшись её течению.

Когда на следующее утро принимала душ, а теплые струи воды упруго били по коже, я оглядела себя в зеркале, откуда на меня смотрело смуглое лицо с зелеными глазами, по плечам вились мокрые волосы, с которых стекали струйки воды.

Я привычно натянула джинсы и кофту. Как ни странно, но мне почему-то вовсе не хотелось давать себе какие-нибудь объяснения ночному происшествию, как будто это событие не было из ряда вон выходящим.

Да, я и не придавала ему никакого значения — ведь мы не придаем значения снам, особенно таким нелепым, как этот.

Напевая, налила себе чашку кофе, такого крепкого, что в нём могла бы плавать не только подкова, а их целая связка. Затем накормила кота. Также мурлыча что-то себе под нос, вернулась в комнату, но она, отнюдь, не была пуста, то есть я хочу сказать, что там находился человек.

На сей раз, у стола сидел новый незнакомец и внимательно изучал мой портрет, вернее, Его портрет.

То есть я хочу сказать, что он рассматривал Его портрет, который принадлежал мне.

Когда я вошла, он обернулся, и наши взгляды встретились. Я буквально почувствовала, как моё тело пронзила волна электрического тока, чей разряд излучали его голубые глаза.

— Привет, — улыбнулся он мне, как давней знакомой, и поднялся со своего места.

— Вы, очевидно, тоже воспользовались услугами моего балкона для установления контакта Этернии с Землей? — Спросила я, теперь уже поняв, что все произошедшее предыдущей ночью, к сожалению, не было сном. — Или сегодня Вы просто сменили внешнюю оболочку?

— Сколько сарказма, милая леди, или все-таки лучше Миледи? — Вновь улыбнулся мой гость, с интересом глядя на мою реакцию на последние слова.

— Вы вовсе не гостеприимны. — Продолжил, наконец, он.

— Отнюдь. Но я предпочитаю, когда мои гости входят в дом через дверь, которую открываю им я сама.

Незнакомец посмотрел на меня, а затем совершенно неожиданно произнес: «А, как похожи»! — Кивнув в сторону моей фотографии.

— Кто? — спросила я, сбитая с толку.

— Крис и… ну этот… как его там… — тут блондин замешкался, видимо припоминая имя.

— Я не знаю никакого Криса, — прервала я его размышления, — я и Вас знать не знаю, и знать не хочу. Единственное, чего мне действительно хотелось бы от Вас — это чтобы Вы покинули мою квартиру. Раз и навсегда!!! Иначе мне придется вызвать полицию!

— Успокойся, детка. Как раз этого нам и не нужно. — Он снова посмотрел на меня своими голубыми, как небо, глазами, и вдруг шагнул ко мне.

— Ты вынуждаешь меня проделать с тобой, то же самое, что и Крис. — Он усадил меня в кресло и стал пристально вглядываться в мое лицо.

И повторился вчерашний фокус — передо мной поплыли вновь звезды различной окраски и величины. Когда сеанс этого гипноза закончился, он спросил: «Ты и теперь не веришь мне»?

— Ладно, ладно. Хорошо, — поспешно согласилась я, опасаясь, что эта процедура может повториться снова. Дело не в том, что она была какой-нибудь отталкивающей или неприятной.

Наоборот, то, что я видела, было зрелищем довольно захватывающим и неординарным. Но за этим следовала такая головная боль, что я бы предпочла не нарываться на её продолжение.

— Хорошо, я верю, что вы пришельцы из космоса, с далекой системы Этернии, как, насколько я помню, представился ваш товарищ. И вы прилетели, чтобы установить контакт с нашей планетой, — произнесла я, — но я не желаю быть избранником для такого рода контакта. Я не хочу.

— Погоди немного. Ты не поняла!!! Мы, как раз наоборот, избегаем широкого контакта с Землянами. Вот поэтому мы и обратились именно к тебе.

— Вы хотите сказать, что заранее знали, что я буду против, и всё ж таки пришли! — Тут я уже стала просто раздражаться. — Что вам от меня нужно?

Тут я заметила, что блондин на секунду замялся: «Как бы это тебе объяснить»…

— Да уж, объясняй, как есть, — решила я разом покончить со всем этим бредовым делом.

— Хорошо, начну с самого начала. Прежде всего, дай мне возможность все-таки представиться.

Меня зовут Ален. Я — командир космического разведывательного корабля «Atlantis». И вся загвоздка в том, что я пришел сюда сейчас втайне от своего экипажа. Инкогнито…

— И Крис тоже?

— Что Крис?

— Он тоже приходил сюда тайком?

— Нет. В том-то и дело, что он выполнял свое поручение, установить контакт с тобой, чтобы попросить твоей помощи.

— Он что, не мог остановить меня и заговорить со мной где угодно на улице? Обязательно было являться ко мне домой ночью и пугать меня до полусмерти?!

— А ты бы заговорила с ним на улице?

— Нет, — затем я вспомнила внешность того, о ком шла речь и развела руками. — Да… Возможно… Нет… Впрочем, не знаю. Боюсь, что из этого просто ничего бы не вышло.

— То-то же. Теперь ты сама видишь, почему он пришел к тебе домой. На самом деле, он даже и не подозревает, зачем он был сюда послан.

— Если до этого я ещё хоть что-то понимала, то теперь после твоих объяснений я вообще запуталась, — заверила его с детской непосредственностью я.

— Да, нет же! Всё, как раз, очень просто — дело не в его задании, а только в Вас.

— Во мне? — Удивленно переспросила я.

— В вас обоих. Я нахожусь здесь неофициально для того, чтобы попросить Вас не отказываться помочь выполнить ту просьбу, с которой придет к Вам сегодня вечером Крис.

— Господи! Что? Это еще не конец? Он придет сюда опять?! Это невыносимо! Я думала, что больше его не увижу.

— Напрасно. Он еще нанесет тебе визит позднее, вечером.

— И какую же просьбу? О чем вообще идет речь?

— О, нет. Об этом расскажет он сам, иначе ты не будешь его слушать с надлежащим вниманием, и он почувствует подвох.

— Подвох? Какой? Вы что, хотите его обмануть?

— В некоторой степени мы его уже обманули. Но, поверьте, ради его же блага.

— Послушайте, вот что я вам сейчас скажу: мне совершенно наплевать жители вы Земли или нет, и на чье благо работаете, но я вовсе не собираюсь принимать участие в ваших аферах.

Он нетерпеливо прервал мои гневные излияния, приподняв руку: «Дайте же мне договорить. Вы не понимаете, о чем идет речь, так как не дослушали меня до конца».

Он постоянно прыгал с «Вы» на «Ты». Видимо, тоже не меньше меня волновался.

— Ладно. — Махнула я бессильно рукой, видя, что его легче выслушать, чем отделаться. — Валяйте, только учтите, что я заранее против всех Ваших проектов, какими бы они ни были.

Он пропустил мои последние слова мимо ушей и продолжил: «Эвис, Вы должны знать, что у каждого живого существа в этом мире есть своя звезда, которая своими излучениями влияет на него и его судьбу.

Вот, Вы, например, имеете звезду голубоватую и холодную, что накладывает отпечаток на Ваш образ жизни, на Ваш характер — Вы холодны. Но Вы и прекрасны, так же как и Ваша звезда. Её почти невозможно увидеть с Земли, так она далека, но она хорошо видна с нашей родной планеты.

Однажды, готовясь к предстоящему полету на Землю, я просматривал информационные файлы и совершенно случайно натолкнулся на Ваш гороскоп, чей графический рисунок показался мне подозрительно знакомым.

Но я никак не мог вспомнить, где я видел подобный. Эта мысль запала мне в голову и продолжала мучить до тех пор, пока я не стал проверять еще раз личные файлы экипажа. И тут я обнаружил, что звездная карта Криса совпадает с вашей! Представляете»?!

Я кивнула, показывая, что представляю, хотя вообще не имела понятия, о чем идет речь. Он вдохновленный моим вниманием продолжил.

— Тогда, ради простого интереса, я обратился в наш Космический Научно-Вычислительный Центр по Аэронавтике и Исследованию космического пространства. И тот подтвердил мою догадку. Идеальной парой для Вас является Крис, в то время как Вы — его идеальная половинка. Впервые за все время, что я знаю, — это первая межгалактическая пара, подтвержденная самим Центром!!!

Вы представляете?

— И вы, что же, прилетели сюда свататься? — Засмеялась я.

— Ну… В некотором роде, да. Об этом знают только несколько членов нашего экипажа. Помимо нашего основного задания, которое мы уже выполнили, мы всё-таки решили попытать счастья и проверить — действительно ли прав наш Центр.

Поэтому под вымышленным предлогом мы отправили ничего не подозревающего Криса к Вам. Его задание просто, и может даже показаться Вам глупым. Но для него это прежде всего — задание. И для его выполнения он будет делать всё, что в его силах.

— Но причем, же здесь я?

— Как Вы не понимаете! Его задание — это только предлог, чтобы он смог встретиться с Вами. На самом деле ему нужны только Вы, а не что-нибудь иное. Те чувства, которые должны развиться из Вашей встречи, — вот, что важно.

И поэтому я, опасаясь, что если Вы не дадите Крису шанса, выгнав его сегодня, Вы не дадите возможности не только ему, но и самой себе.

Вот я и, пришёл сегодня сюда, не сказав ни слова своим друзьям, только чтобы уговорить Вас принять участие в этом… — тут он замолчал, пытаясь подобрать подходящее слово.

— …эксперименте, — подсказала я.

— Это не эксперимент, но называйте, как хотите. Только не отказывайтесь. Наш КНВЦ ещё никогда не ошибался. Поэтому через некоторое время Вы оба почувствуете, что не сможете жить друг без друга. Это написано в Ваших звездах, и Вы оба не в силах что-либо изменить.

Вся проблема в том, чтобы дать Вам возможность встретить друг друга. Поверьте, Вы ещё не раз будите благодарить Небо за результат этого «эксперимента», как Вы выразились.

— Выходит, наши с Крисом роли — это роли подопытных кроликов, на которых Вы собираетесь убедиться в правоте вашего Центра?

— О, Черные и Голубые Небеса! Эвис, у Вас удивительная способность переворачивать всё с ног на голову…

— Нет. У меня просто удивительная способность трезво смотреть на вещи. Если Вам не нравится формулировка, то я сформулирую по-другому. Иными словами, Вы хотите узнать, что произойдет после того, как мы с Крисом будем общаться некоторое время?

— Ну… пусть будет так. Но результат я уже знаю. Хотите Вы того или нет, но Звезды поставят всё на свои места.

— Насколько я могла понять, Крис и не подозревает обо всей вашей авантюре?

— Нет.

— От меня потребуется только побыть с ним некоторое время, помогая выполнять «задание», которое Вы ему поручили?

— Да.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.