Бесплатный фрагмент - Другое

Мне пришлось покинуть родной город. С возрастом он начал душить меня.

Я решил бросить всё, повесить офисный пиджак на гвоздь и уехать в глушь. Продал квартиру и прикупил тихий домик в небольшом посёлке. Близкие долго не могли понять моего рвения. В юности я ведь так отчаянно рвался в мегаполис… Но, видимо, все мы в молодости хотим откусить больше, чем способны проглотить. Амбиции, амбиции, а потом — бах, и ты осознаёшь, что ты самый заурядный клерк. Человек, чья жизнь сжалась до размеров бетонной коробки. Глухие, слепые стены одинокой квартиры давили меня до состояния точки, заставляя чувствовать себя букашкой перед холодным и беспощадным миром.

И вот я оказался здесь. Живой. Каждый день я видел приветливые лица, выучил имена всех соседей, стал захаживать к ним по вечерам на чай. Настоящая идиллия, которой мне так не хватало.

Тогда почему сейчас я сижу за столом, а моя правая рука судорожно сжимает холодную рукоять пистолета? Палец застыл на спусковом крючке, ствол просится к виску, а ладонь так вспотела, что оружие едва не выскальзывает. Как я докатился до этого?

Оно стоит там. За стеклом. Смотрит на меня сквозь ночную темноту и беззвучно насмехается. Я уже не могу думать ни о чём другом. Мой разум просто сдаётся.

А ведь всё началось с обычного силуэта, промелькнувшего в окне. В ту пятницу я, как обычно, гостил у соседа. Он выставил на стол бутыль домашнего самогона. Мы выпили. И вдруг в темноте за стеклом что-то резко дёрнулось — с коротким, противным скрипом. Тогда я не разглядел деталей. Списал всё на хмель и плохую погоду. Господи, как же я ошибался.

С тех пор тишина посёлка испарилась. Ночами дом наполнялся чужими звуками: знакомый скрип теперь постоянно сменялся странным, утробным бульканьем, будто кто-то захлёбывался прямо под моими окнами. Тяжёлый, липкий взгляд преследовал меня даже сквозь запертые ставни. Оно засело рядом. Оно выжидало.

Развязка наступила недели через две. Я вышел на крыльцо покурить перед сном и в кромешной тьме обо что-то споткнулся. Обо что-то податливое, мягкое и подозрительно мокрое.

Щёлкнул уличный фонарь. Меня тут же вывернуло наизнанку прямо на деревянный настил.

На пороге лежал мой сосед. Его грудь и живот превратились в сплошное месиво — одежда и плоть были разъедены до самых рёбер какой-то дымящейся дрянью. А из того, что ещё минуту назад было ртом, лениво пузырилась густая пена неестественного, черничного цвета.

Я вскинул голову и лицом к лицу столкнулся с ним.

Оно сидело на ветке старой яблони у самого крыльца. Сгорбленное, асимметричное, с неестественно длинными конечностями, которые плетями свисали до земли. На спине уродливо вздымался огромный горб. Но страшнее всего были глаза — огромные, залитые лихорадочным, влажным голодом. Они пришпилили меня к месту. Мы замерли друг напротив друга на бесконечные пару секунд.

А потом тварь открыла пасть. Из её горла вырвался хриплый, сдавленный звук, в котором я с холодной, тошнотворной ясностью разобрал отчаянное:

— По-мо-ги… мне.