Бесплатный фрагмент - Что выберешь ты

Глава 1

«Только бы он ничего не узнал!» — сейчас только эта мысль крутилась в голове у Мари. Она постоянно выглядывала из-за угла невысокого современного здания, сложенного из темно-серого, почти черного кирпича. Из бокового входа должен был выйти сын Мари. Обычно в это время, без четверти двенадцать, у него заканчивались занятия по шахматам, няня встречала его и увозила домой. От волнения Мари без конца покусывала себя за нижнюю губу.

Весеннее солнце светило так ярко, что его лучи, отражаясь в лужах и окнах, ослепляли каждого, кто не успел спрятать свои глаза под обезличивающие темные очки.

На одно мгновение взгляд Мари задержался на двух беззаботно болтающих девушках. Они сидели на скамейке недалеко от нее, под тяжелым раскидистым дубом, на котором уже появились первые листочки. От легкого весеннего ветерка дуб неспешно шевелил ветвями. Он будто качал головой, слушая беседу веселых подруг. Казалось, что дуб недоволен их глупой болтовней. Вероятно, он стоял здесь уже ни одно десятилетие и чего только не слышал от людей на этой скамье, поэтому как мудрец, понимающий жизнь больше других, он просто безмолвно грустил.

Вдруг Мари поймала себя на мысли, что она немного завидует тем девушкам, их беспечности, легкости, которые она сама уже давно не испытывала. Она чувствовала себя тем самым дубом, уставшим и немым. От этого сравнения Мари, кажется, даже рассердилась на солнце, которое играло своими лучами и радовало прохожих. Ей казалось несправедливым, что все вокруг наслаждались жизнью, но только не она. Дрожь пробирала Мари изнутри. И причиной был не ветер, слегка поддувавший под ее легкое бежевое пальто, а пронизывающий насквозь страх.

Мари ждала, когда Эмма подойдет к боковому входу, чтобы встретить Марка. Она работала у них няней недолго, всего пару месяцев. Но среди всего персонала, нанятого Тимом, только Эмма увидела в Мари обычную страдающую девушку, а не психопатку, которой выставлял ее муж. Эмма стала для нее единственным человеком, кому она смогла довериться. Именно Эмма подарила ей надежду, что жизнь можно изменить, обрести свободу от страха и переживаний.

Мари подняла руку и снова взглянула на часы. Было почти двенадцать. Занятие закончилось, значит, Марк скоро выйдет. Но где же Эмма? Она должна была подойти, встретить его и проводить к Мари. Неподалеку в узком неприметном переулке их уже ждал знакомый Эммы, согласившийся увезти Мари и сына в другой город как можно быстрее и не задавая лишних вопросов. Такая осторожность и секретность были важны, поскольку Тим не должен был узнать, куда они направились.

Сбежать от мужа Мари могла только так. У нее не было ни денег, ни паспорта, чтобы купить билеты. Все документы хранились у Тима в сейфе, доступ к которому, естественно, имел только он. Хотя в билетах все равно не было бы смысла, потому как по ним он бы легко отследил, куда они уехали, и отыскал бы их.

Эмма хотела спрятать Мари и Марка в загородном доме своей хорошей подруги. Она обещала дать им на первое время немного своих накопленных денег. Но в назначенный час она просто не пришла…

И теперь Мари не знала, что думать и что делать. Ей вдруг опять стало казаться, что все происходящее вокруг всего лишь сон. Она боялась проснуться и снова оказаться в своей реальности, в которой даже этой маленькой надежды на изменение нет.

Вскоре около бокового входа остановился черный автомобиль. Блик солнца, отразившись от окна открывающейся двери, ударил Мари прямо в глаза, и все тело будто парализовало. В одну секунду она узнала машину. Эта идеальная, новая, до безукоризненности начищенная машина принадлежала ее мужу. Будто тысячи электрических разрядов пробежали по телу Мари, когда она увидела Тима. Выходя из машины, он бросил холодный взгляд на сидевшую там женщину. Даже издали Мари успела увидеть ее красные щеки и заплаканные глаза. В одно мгновение Мари поняла, что ее планам не сбыться. Каким-то образом Тиму стало все известно. Надежда на спасение исчезла из сердца Мари навсегда. Теперь ею овладел еще больший страх. Страх перед его наказанием. Ведь она впервые осмелилась на такой шаг — пойти против него.

Утопая в этом чувстве беспомощности, Мари спряталась за угол здания, будто искала там спасения. Ей хотелось сбежать на край света от этого чувства, но промелькнувшая в голове мысль о сыне остановила ее. Она никогда не сможет бросить Марка, даже понимая, что его здоровью и благополучию ничего не угрожает. В том, что Тим сильно любит сына и никогда не причинит ему зла, Мари точно не сомневалась. Она сделала глубокий вдох, набралась смелости и снова выглянула из-за угла. Она увидела, что воспитательница вывела Марка. При виде папы, так редко встречающего его с занятий, счастливая улыбка озарила лицо Марка. Он подбежал к Тиму и обнял его за ноги. Тим улыбнулся воспитательнице своей безупречной улыбкой, сказал ей, по всей видимости, что-то приятное, от чего та засияла, приобнял сына и попрощался с ней. Тим взял Марка за руку, а другой рукой указал как раз в том направлении, где стояла Мари. Улыбаясь сыну, Тим ледяным взглядом посмотрел на выглянувшую Мари. В его глазах считывалось страшное недовольство ею, как смотрит родитель на сильно провинившегося ребенка.

Марк повернул голову в сторону Мари, улыбнулся, подпрыгнул и побежал к ней. Мари поняла, что ей пора «сдаваться». Она вышла из-за угла здания и пошла им навстречу. Марк подбежал к ней с криком «Мамочка!» и обнял. Мари не оставалось ничего другого, кроме как сказать: «Сюрприз!» Тим подошел к ним, крепко взял Мари за руку и тихо у уха прошептал:

— Ты же понимаешь, что никакие твои сюрпризы без моего ведома не произойдут!

— Марк, идем! Машина уже ждет, — громко скомандовал он и резко потянул Мари за собой.

Водитель держал машину заведенной, готовой сразу ехать. Сквозь плотно затонированные стекла не было видно, сидит ли там еще Эмма. Но Мари очень сильно надеялась увидеть ее и узнать, что случилось. Тим открыл перед Мари дверь, и она поняла, что Эммы в машине нет. Водитель вышел, чтобы пристегнуть Марка в детское автокресло. Мари продвинулась в середину автомобиля, поближе к Марку. Тим сел рядом с ней.

— Домой! — властно приказал Тим водителю, и автомобиль тронулся с места.

Атмосфера внутри была похожа на толщу льда, в которой Мари застыла и не могла сделать глубокий вдох. Только Марк ерзал на сидении в попытках покатать свою машинку по всей двери, куда только мог дотянуться. Тим мрачно смотрел в окно. Затем он начал доставать что-то из внутреннего кармана пиджака. Это был бутылек из темно-коричневого стекла, который Мари сразу узнала.

— Мари, ты не оставляешь мне другого выбора, — произнес он. — Ты же знаешь, что я не хочу этого делать, но ты меня заставляешь!

И он протянул ей две таблетки, которые достал из этого бутылька.

— Тим, прошу тебя, не надо! Давай лучше дома поговорим! — умоляюще прошептала Мари.

— Мы обязательно поговорим, но после того, как тебе станет лучше! Не расстраивай нас с Марком! — холодным тоном произнес он.

Марк повернулся к маме, положил голову ей на плечо и слегка погладил ее. «Мамочка, не болей!» — грустно произнес он, и у Мари навернулись слезы. Она взяла таблетки. Тим подал ей бутылку с водой. Мари проглотила эти ненавистные таблетки и начала ждать, когда ее сознание улетит далеко-далеко, и возможно, там она даже будет счастлива.

Автомобиль ехал очень медленно, трафик на дорогах не позволял проявить ему свою мощь. Опустив голову к Марку, Мари стала наблюдать в окно за прохожими. Кто-то из них куда-то спешил, кто-то, наоборот, болтая по телефону, медленно прогуливался по весеннему проспекту. Пока Мари погружалась в мир грез, мир вокруг жил полной жизнью. В полусне Мари остановилась взглядом на одной парочке, ожидавшей своего автобуса на остановке с противоположной стороны дороги. Высокий молодой парень и худенькая девушка стояли, крепко обнявшись. По ним было видно, что они любят друг друга так, что им мало быть просто рядом, им жизненно необходимо касаться друг друга. Эта милая парочка вызвала легкую улыбку у засыпающей Мари. Но затем она перевела взгляд на других людей на остановке, которые выглядывали свой автобус и с небольшой завистью смотрели на проезжающие мимо автомобили. Ведь чем круче автомобиль, тем больше кажется окружающим, что в нем едет очень успешный, а значит счастливый человек. Но успех не равно счастье. Успех — это результат действий и решений человека, и не всегда эти решения правильные или честные по отношению к себе. Никто не знает, каких сделок с самим собой стоит этот успех и приносит ли он в итоге то самое счастье человеку. Ведь вряд ли ее или Тима сейчас можно назвать счастливыми. Скорее та парочка на остановке сейчас в тысячу раз богаче в своем счастье, нежели Мари и Тим.

Но ведь и они когда-то были также счастливы!

Вдруг Мари захотелось вспомнить, как у них все начиналось. Но с большим трудом ей удавалось пробираться сквозь все свои тяжелые воспоминание к началу их отношений — туда, где было так легко и радостно. Ее сознание медленно погружалось в сон.

Глава 2

Насыщенный крепкий аромат кофе и мягкий, ванильный запах свежеиспеченных булочек идеально сочетались с легкой медитативной мелодией в кофейне со значимым названием «Stay». Дизайнеры хорошо потрудились, чтобы сделать это место в центре мегаполиса настоящим экспонатом биофильного дизайна, создав островок покоя, где можно выдохнуть и услышать свои мысли. Обилие оливково-зеленого с туманно-серым цветом, древесные текстуры и живые растения дарили ощущение покоя и природного равновесия. Каждый посетитель, перешагнувший порог кофейни, начинал оглядываться по сторонам, чувствуя себя так, будто попал из города прямиком в лес, где хочется замедлиться и отпустить все тревоги.

Именно за этим ощущением в то солнечное летнее утро зашел Тим. У него были сложные полуторачасовые переговоры с китайским партнером, которые в итоге зашли в тупик. Тим, как он считал, имел немалый опыт, а главное — чутье на проекты. Но тот проект с искусственным интеллектом, который ему так настойчиво пытался навязать партнер, казался ему бесперспективным и неприбыльным. Цифровые технологии могут быть неиссякаемым источником доходов, если задать им правильный вектор. Но вектор в сторону искусства Тиму явно казался не самым удачным. Китайский партнер поставил ему ультиматум, и чтобы как-то отвлечься от своих мыслей, Тим решил сменить обстановку. Офис его компании располагался на 55-м этаже в одном из самых высоких бизнес-центров города. Иногда взгляд на город сверху отлично помогал Тиму мыслить масштабно, но не в этот раз. Сейчас ему хотелось сменить угол обзора и, вероятно, таким образом найти подходящие аргументы, которые он предоставит Тей Ли и совету, и те откажутся от своей рискованной идеи.

Тим знал Тей Ли уже давно. Еще в студенчестве они вместе выиграли главный приз на международном хакатоне, а через пару лет реально воплотили свою разработку в жизнь, запустив полноценный успешный стартап, развившийся до целой группы компаний, охватывающей разные индустрии.

Тим оставил свой офис, вызвал лифт и спустился вниз. Выйдя из здания на воздух, он не мог определиться, в какую сторону ему пойти. Вокруг было очень шумно. Прохожие двигались в разные стороны, создавая хаос на небольшой площади около бизнес-центра. А Тим ненавидел хаос! Поэтому увидев надпись «Stay» на другом конце площади, он, не раздумывая, направился туда.

Зайдя в кофейню, Тим остановился и сделал глубокий вдох. Ему сразу захотелось расслабиться, снять пиджак и расстегнуть верх рубашки, но он сдержался. Он давно уже не заходил в это место, хотя и знал, что здесь особая атмосфера. Гораздо проще и быстрее было получать кофе от своей помощницы, которая, кстати, здесь его и покупала каждое утро. Только вот эту атмосферу нельзя было унести с собой в чашке кофе. Как и нельзя чувство красоты, ощущение прекрасного привить искусственному интеллекту, в чем сегодня пытался убедить он Тей Ли. Тим подошел к барной стойке и начал неспешно просматривать перечень напитков, наслаждаясь спокойствием кофейни. Вдруг дверь открылась, и в кофейню, громко смеясь, вошли несколько девушек. Они тут же ощутили на себе возмущенные взгляды сидевших за столиками умиротворенных людей. Девушки поняли, что это не то место, где можно шуметь, и спокойно встали у барной стойки. На секунду Тим обернулся, чтобы посмотреть, кто нарушил спокойствие кофейни, и замер. Среди четверых шумных подружек одна девушка с длинными русыми волосами и ласковой улыбкой в этот же момент тоже повернула голову в сторону Тима, и их взгляды встретились. Невольно он произнес: «Анна?» и, кажется, потерял дар речи. Девушка, почувствовав легкий разряд во всем теле от этой встречи, быстро ответила: «Нет». Тим понял, как глупо он сейчас выглядел, и решил уйти поскорее.

— Что он спросил? — поинтересовалась одна подружка у Мари.

— Так, ничего. Странно, но он назвал меня так, как зовет меня только папа. Никто в целом мире меня так больше не называет, — ответила Мари.

— Ну а чего ты хотела? — засмеялась Крис. — Твои родители ведь этого и хотели, чтобы каждый называл тебя так, как ему нравится.

Мари вздохнула, вспомнив, что ее имя не раз доставляло ей неудобства. И все потому, что ее родители не смогли определиться, как назвать свою единственную дочь. Мама очень хотела Марию, а папа настаивал на имени Анна, в честь своей бабушки. Вот так с детства девочка привыкла всем объяснять, что имя Мари-Анна пишется через дефис. Только вот полным именем Мари-Анна ее никто никогда так и не называл. Все произносили коротко Мари. И только папа с детства обращался к дочери Анна.

Девушки начали обсуждать, кто что будет заказывать. Только у Мари никак не шел из головы этот незнакомец и то, как он смотрел на нее. Будто он увидел того, кого не могло здесь оказаться. Вероятно, просто ошибся. Мари не сразу, но все же призналась себе, что хотела бы еще раз испытать на себе этот ошеломленный и одновременно влюбленный взгляд.

Глава 3

Тим вышел на улицу и попытался вдохнуть побольше воздуха, как будто он только что вынырнул из глубины моря. Тим мог назвать себя довольно сдержанным человеком, ведь контролировать свои эмоции он научился уже очень давно. Но минуту назад в кофейне его застали врасплох, и эмоции накрыли его огромной волной. Хорошо, что это продлилось всего несколько секунд, и он смог взять себя в руки. Тим спешно направился обратно в офис, лишь однажды обернувшись в тайной надежде, что те девушки будут выходить из кофейни. Но этого не случилось.

По пути Тим пробежался взглядом по стенам соседнего бизнес-центра в поисках камеры видеонаблюдения, и как только заприметил одну, удовлетворенно поспешил дальше.

Проскочив мимо свой ассистентки, он быстро бросил: «Полчаса не беспокоить!» Зайдя в свой кабинет со стеклянными, частично матовыми стенами, он сел за компьютер. Когда-то давно он занимался этичным хакингом — тестировал защитные системы банков для поиска уязвимости и предлагал решения для повышения их уровня безопасности. Этот свой опыт сейчас он как раз и хотел применить, но уже в личных целях. И если сделать все аккуратно и незаметно, не оставляя цифровых следов, то никто никогда не догадается, что кто-то вообще проникал в систему видеонаблюдения бизнес-центра.

«Я думал, это будет сложнее!» — тихо прошептал Тим сам себе. По щелчку мыши у него на экране загрузилось фото с камеры видеонаблюдения напротив кофейни. На нем были изображены те самые девушки, среди которых его интересовала только одна. Он увеличил фото, чтобы разглядеть ее. Тим нежно прикоснулся пальцами к экрану монитора, проведя ими по ее щеке, словно желая почувствовать тепло.

Вернувшись мыслями в реальность, Тим загрузил фото девушки в другую закрытую систему, которая распознает лица и собирает по фото всю доступную в сети информацию о человеке. Процесс немного завис. В это время Тим получил напоминание о встрече с командой в общем зале через пять минут. Ему пришлось выйти из своего кабинета, но никогда раньше ему так сильно не хотелось туда вернуться. Через сорок минут он буквально вбежал в кабинет и плотно закрыл дверь. Он сел за компьютер и начал нервно просматривать всю собранную информацию: документы, персональные данные, родственные связи и, конечно, страницы соцсетей. А это иногда бывает даже более информативно, чем данные из документов, потому что там мы показываем не только кто мы есть, но и какие мы есть. Тим все больше погружался в жизнь Мари, медленно рассматривая ее фото и читая посты к ним.

Вдруг Тим увидел, что опубликовался новый пост. Мари выложила короткое видео с улыбающимися подружками как раз из той самой кофейни и подписала: «Когда заканчивается одна глава, начинается другая».

Детально рассмотрев и изучив все посты, Тим должен был почувствовать облегчение, познакомившись с жизнью Мари. Но произошло ровно обратное тому, что он ожидал. Он стал думать о ней еще больше. После обеда ему пришлось вернуться к своим рабочим делам, но фраза «Когда заканчивается одна глава, начинается другая» не выходила у него из головы. Он понимал лишь одно, что он хочет участвовать в этой новой главе жизни Мари. Никаких намеков на отношения с кем-либо у Мари в соцсетях не прослеживалось, поэтому Тим сделал вывод, что она ни с кем не встречается, хотя и это его не остановило бы, и говоря про новую главу, она имеет ввиду поиск работы после окончания университета. Как только в голове Тима сложились два факта, во-первых, что Мари закончила обучение по направлению искусствоведения и, во-вторых, сейчас находится в поисках работы, ему пришла гениальная идея. Вдруг он понял, как решить конфликт с Тей Ли, и сразу вызвал к себе ассистентку.

Глава 4

Этим летом солнце беспощадно испепеляло каждую капельку влаги, оказавшуюся под его лучами. Люди, вынужденные остаться в городе по работе или другим делам, старались не появляться на улице лишний раз. А все, кто имел возможность уехать за город, конечно же ее воспользовались. За этими почти безлюдными улицами с раскаленными на них зданиями и почти выцветшими газонами Мари наблюдала из окна второго этажа, сидя в прохладном офисе галереи в ожидании собеседования.

Мари была также истощена, как деревья без долгожданного дождя. Уже месяц она ходила по собеседованиям, но без нужного опыта работы ей вежливо отказывали, обещая перезвонить. Конечно, она не планировала сдаваться и идти на работу не по профессии, хотя энтузиазма у нее явно поубавилось. Это было ее седьмое собеседование, так что Мари уже примерно знала, каких вопросов ожидать, и как звучит фраза «При необходимости мы с вами свяжемся».

Размышления Мари об увядании деревьев в городе, как и ее надежд в поисках работы, прервала резко вошедшая в комнату женщина в сером брючном костюме. Мило улыбаясь, она предложила Мари чашечку кофе и начала беседу про должностные обязанности ассистента в их картинной галерее. Разговор с ней у Мари складывался легко и непринужденно. Было видно, что Вера также влюблена в искусство, как и Мари, поэтому они сразу нашли общий язык. После собеседования Мари вышла из офиса одухотворенной, даже не ожидая какого-либо результата от собеседования. Она была просто рада встретить человека, схожего с ней по духу.

Воодушевленная Мари решила заскочить в книжный магазин, находившийся как раз неподалеку. Она любила читать, предпочитая всему классическую литературу. В книгах она находила то, что так часто стало отсутствовать в современном мире: искренность, мудрость, духовность. С детства она обожала приходить в книжный магазин, где царил запах свеженапечатанных книг. Этот тонкий запах ассоциировался у нее с новой историей, в которую она сможет погрузиться. Мари прошла по нескольким рядам с книжными полками в поисках чего-то особенного. Вдруг ее взгляд остановился на романе «Гордость и предубеждение». Когда-то она читала его, будучи еще совсем юной, но вдруг захотелось прочесть его спустя много лет. Она повзрослела, изменилась, а значит и роман для нее откроется с новой стороны. Мари взяла в руки книгу и начала ее пролистывать. Вдруг у нее в сумочке громко зазвонил телефон. От неожиданности Мари вздрогнула и чуть не уронила книгу. Звонок был с той самой картиной галереи, где полчаса назад она закончила собеседование.

— Мари, это Вера! Я с радостью хотела бы сообщить, что мы приняли положительное решение и приглашаем вас выйти в понедельник на стажировку! — прозвучало в телефоне.

Мари даже растерялась от того, что в этот раз ей действительно перезвонили, тем более так быстро.

— Правда? Это замечательно! Я готова! Буду в понедельник! Спасибо! — ответила она Вере, и положила трубку немного опешившая. Минуту спустя Мари осознала происходящее, и от радости ей так захотелось подпрыгнуть и крикнуть «Да!», но она сдержалась, вспомнив, что находится в магазине, где люди тихо погружаются в книжные миры.

Но стоило Мари расплатиться за книгу и выйти из магазина, она проделала желаемое. «Да!» вскрикнула она, подняв руки вверх. Мари захотелось поделиться своей радостью с миром. Но те немногочисленные прохожие, что в поисках спасения от зноя проходили мимо, даже не обратили на нее свое внимание. Довольная она поскорее пошла в метро, в голове придумывая, как вечером отпразднует этот повод с подругами.

Глава 5

«Какое же это счастье иметь возможность заниматься тем, от чего у тебя ликует душа, и при этом зарабатывать. В этом мире определенно стало бы больше счастливых людей, если бы каждый занимался любимым делом. А какая колоссальная польза была бы всему миру от этого! Ведь когда человек любит то, что он делает, он стремиться в этом развиваться, стать настоящим мастером своего дела. Получается, реализуя свой внутренний потенциал, который заложен в каждом с рождения, мы не только радуем свою душу, но и даруем окружающим лучшее, что могли бы сделать.»

— По-моему, это предательство! — произнесла вслух Мари, уже минуту стоявшая в своих размышлениях у окна картинной галереи, где работала около двух недель.

— О чем ты? — переспросила Вера, проверяя почту в ноутбуке.

— Предательство самого себя! — пояснила Мари. — Просто взгляни на них!

— На кого? — все еще недоумевая, продолжала Вера.

— На прохожих. Посмотри на их угрюмые лица! Они спешат на работу, но по потухшим взглядам видно, что они не рады тому, чем занимаются. Если им настолько не нравится то, чем они занимаются, то зачем они это делают? Зачем предают себя? Идут на нелюбимую работу. Тратят свои дни на нее. Они что не понимают, что жизнь одна, и их дни не бесконечны.

— Обстоятельства бывают разные, — тоже начала рассуждать Вера. — Может быть они еще в поисках своего пути к счастью.

— Да в этом и смысл! Что счастье — это не конечный пункт, а сам путь. Зачем тогда выбирать себе несчастный путь.

— Мари, кажется, сегодня у тебя слишком философское настроение! — мягко сказала Вера. — Я знаю, как сделать людей чуточку счастливее — дать им возможность прикоснуться к искусству! Поэтому давай продолжим готовиться к выставке. Я вижу много заявок на регистрацию. Кроме того, сегодня еще нужно связаться с маркетинговым агентством, где мы заказали продвижение. Я подумала, нам нужна пиар-кампания с фокусом на определенный сегмент. Это должно стать самым грандиозным событием лета!

Мари мысленно поблагодарила вселенную, что та подарила ей любимую работу, и отошла от окна.

— В нашей галерее каждая выставка грандиозная! — с гордостью произнесла Мари.

— Да, но эта должна быть особенной! — задумчиво ответила Вера.

— Почему? — удивилась Мари.

— Это будет первая выставка, которую лично посетит наш новый владелец. Если честно, я сама с ним знакома заочно. Поэтому все должно пройти идеально, чтобы он не был разочарован своим приобретением. От этого зависит, насколько он будет заинтересован в дальнейшем инвестировании в наши проекты. А у меня большие планы, как ты знаешь! — заулыбалась Вера.

Вера не была тем руководителем, который зарабатывает на амбициях, чтобы потешить свое эго. Она болела всей душой за галерею, потому что видела своей миссией дать людям возможность прикоснуться к прекрасному. Для нее это значило делать сердца людей чуть мягче и восприимчивее к миру, а души — чуть лучше.

Красота в глазах смотрящего, говорят. Но если глазу предложить увидеть уже заведомо прекрасное, то шанс, что это каким-то образом откликнется в душе, становится намного выше.

Мари была близка эта философия. Она всегда хотела быть проводником между красотой искусства и человеческим сердцем, поэтому выбрала себе такую профессию и готова была без остатка отдаваться своему делу.

Глава 6

Мари взглянула на свое отражение в зеркале, чтобы убедиться, что все идеально. Она была очень взволнована. Сегодня она впервые будет присутствовать на выставке такого уровня, тем более в качестве организатора. Мари раньше даже не представляла, сколько требуется привлечь специалистов из разных областей, чтобы провести подобное мероприятие. Целый месяц Мари с Верой в сотрудничестве с ивент-агентством тщательно продумывали каждую деталь предстоящего вечера, так как ожидали увидеть там важных персон: бизнесменов, политиков, известных артистов, блогеров и прочих медийных личностей. Выставка носила благотворительный характер и ее главной целью было предоставить площадку для общения влиятельных людей, где они смогли бы помериться своей щедростью в покупке произведений искусства, принадлежавших перспективным художникам. Это была своего рода проверка интуиции каждого покупателя в том, насколько он верит, что именно та работа, которую он приобрел, станет первым творением возможно будущего Да Винчи или Ван Гога.

Мари понравилось свое отражение в зеркале. Черный строгий брючный комбинезон, который она купила специально для данного мероприятия, деликатно подчеркивал ее тонкую талию и обнажал плечи, при этом оставляя свободу в движении. В нем она выглядела элегантно и притягательно. Ее длинные светло-русые волосы плавными локонами спускались вдоль спины. Завершали образ длинные серебристые серьги. Мари улыбнулась себе, хотя напряжение все еще читалось в ее глазах, и вышла из дамской комнаты.

Через десять минут выставка должна была начать свою работу. Основная задача Мари заключалась в том, чтобы помогать гостям принимать правильные решения в приобретении картин. Говорить и размышлять об искусстве Мари могла бесконечно. Продавать ей давалось сложнее, особенно озвучивать стоимость, которая порой ошеломляла ее саму.

Мари медленно прошлась по всем залам галереи и проверила визуально, что все идет по плану. Служба кейтеринга уже подготовила официантов, выстроив всех в ряд. В главном зале завершали настройку светового и звукового оборудования, где Вере предстояло провести аукцион и финальное шоу.

Первыми в холле галереи начали появляться журналисты, которые не могли пропустить данное событие после такой масштабной пиар-кампании, которое устроила Вера. Вслед за журналистами постепенно стали прибывать гости. Важно и немного надменно они прогуливались по залам галереи, рассматривая арт-инсталляции, картины и друг друга.

Мари мило улыбалась всем гостям и, замечая у человека интерес к какой-либо из картин, деликатно заводила разговор с предложением о покупке. Многие любили порассуждать, стоят ли эти картины таких денег, и лишь некоторые понимали истинную цену произведений искусства и готовы были платить.

Так Мари продала уже несколько картин и спешила порадовать Веру, когда путь ей преградил один мужчина. Он был достаточно высокий, широкоплечий, с прилизанными назад волосами и небольшими темными усиками. На нем был коричневый кожаный пиджак и темные джинсы. От него издалека несло дорогими сигаретами и парфюмом. Выглядел он довольно солидно, и Мари сразу узнала в нем типичного покупателя, который не очень разбирается в искусстве, но очень хочет принадлежать к числу коллекционеров дорогих картин. Он попросил Мари рассказать об одной картине, затем о другой, при этом не особо внимательно слушал, но нахально глазел. Чтобы сбежать от неприятного общения, которое этот тип ей настойчиво навязывал, Мари, к своему счастью, вспомнила про финальное шоу и пригласила его на фееричное завершение вечера, обещая договориться о самых лучших местах в зале. С этим оправданием она улизнула от него, прекрасно понимая, что до конца вечера ей лучше не попадаться ему на глаза.

Проскользнув в соседний зал, Мари заметила, как один гость в идеальном черном костюме долго рассматривает картину в самом углу. Это была любимая картина Мари, и она в тайне надеялась, что картину никто не купит, чтобы она смогла продолжить любоваться ею. К тому же Вера не делала на эту картину больших ставок. Она казалась ей странной, а Мари же, напротив, находила в ней свои смыслы. Это было изображение капли воды на черном, как ночь, фоне. В этой капле отражался мир: солнечные лучи, трава, небо, деревья, люди где-то вдали. Но вокруг этой капли была темнота, небытие, ничто.

— Жизнь человека — как капля воды в потоке вселенной: слишком мала, чтобы иметь значение для вселенной, но очень ценна для каждого человека по отдельности. Эта картина слишком печальна, не так ли? Можем подобрать другую, — тихо произнесла Мари, подойдя сзади к незнакомцу в черном костюме.

Она намеренно хотела поднять тему быстротечности жизни, заставляющую всех грустить, и тем самым немного отпугнуть от покупки картины. Но незнакомец повернул к ней свою голову и ответил:

— Что, если мне нравится именно эта. Она напоминает, что нужно ценить каждое мгновение, пока эти мгновения у нас есть.

Мари вмиг узнала его лицо и, кажется, на секунду даже потеряла дар речи. Толи от того, что не ожидала увидеть это лицо вновь, толи от того, что не знала, как отреагировать на его слова. Это были те самые глаза, которые многие ночи не оставляли Мари в покое. Она не могла не думать о них и о том, как нежно они смотрели на нее. От этих мыслей ее спасла лишь работа, где она была достаточно загружена, чтобы забыть о них. Но здесь, увидев их вновь, Мари почувствовала, как жар пронесся по ее телу и вспыхнул на щеках. Мари постаралась взять себя в руки, и отвела свой взгляд на картину. Тем временем незнакомец продолжал смотреть на нее, слегка улыбнувшись.

— Я думаю, вы можете найти здесь более жизнеутверждающий предмет искусства, — сказала Мари первое, что пришло на ум.

— Если вы хотите отговорить меня от покупки, то вынужден разочаровать вас. Я никогда не упущу то, что для меня важно, — загадочно произнес он.

— Однако думаю, я нашел здесь что-то более ценное для меня! — тихо добавил он, приблизившись к ней, будто шептал тайну на ушко.

После этих слов знакомый незнакомец медленно развернулся и ушел, а Мари осталась стоять у картины словно в состоянии гипноза, пытаясь вернуться сознанием в реальность. Вдруг громко объявили о начале аукциона, и Мари опомнилась. Она посмотрела по сторонам, незнакомца нигде не было. На секунду Мари даже показалось, что он ей привиделся. Выдохнув, она решила продолжить свою работу, увидев пару, спорившую о картине неподалеку.

Спустя три часа после благотворительного аукциона и многочисленных бесед об искусстве и его стоимости для гостей прозвучало приглашение в главный зал, где их ожидало многообещающее шоу. Когда все гости собрались и расселись по местам, в зале приглушили свет. На небольшую сцену направили прожекторы и объявили речь владельца галереи, с которым так хотела лично познакомиться Вера, и на которого данное мероприятие должно было произвести впечатление.

Прозвучала короткая торжественная мелодия. Мари пыталась глазами найти среди гостей в зале своего незнакомца. Но при таком освещении сложно было узнать лица. Вдруг прозвучавший голос со сцены оказался ей до дрожжи знаком. Она повернула голову в сторону света прожектора и узнала в выступающем его — своего незнакомца с самым приятным голосом на свете. Он поприветствовал гостей и начал свою речь про цели благотворительного вечера, выразив свое уважение щедрым покупателям. Он держался на публике так спокойно и непринужденно, словно сцена — его родная стихия. Тем временем Мари пыталась сложить в голове пазл, какая может быть связь между их странной встречей в кофейне, разговором у картины и их, как теперь стало известно, рабочими отношениями.

— Я его представляла другим! — взволнованно сказала Вера на ухо Мари.

— Да! Я тоже! — в ступоре ответила та.

— О, боже! Он же теперь может меня уволить! — запаниковала Мари.

— В чем дело? Почему? — недоумевала Вера.

— Я говорила с ним, когда думала, что он хочет купить картину.

— И? — протянула Вера, ожидая окончания признания.

— И я показал себя непрофессионально. Я просто не хотела, чтобы он покупал ту картину.

— О какой картине речь?

— Да неважно, — разочарованно произнесла Мари. В один момент она потеряла возможность мечтать о незнакомце, узнав о его статусе, и вероятно, скоро потеряет возможность работать в уже полюбившейся ей галерее.

Незнакомец начал рассказ о том, что очень ценит свое сотрудничество с партнерами из Китая, и с воодушевлением представил публике их совместную новейшую разработку — робота с искусственным интеллектом, способного в настоящем времени воссоздать при помощи художественных материалов любою величайшую картину или воспроизвести кастомную работу по запросу гостей. Для создания «шедевра» от желающих требовалось лишь предварительное согласие на последующее приобретение этой работы. Целью перформанса было повышение интереса к инвестициям в искусственный интеллект в области искусства. И судя по реакции публики на произведения робота, все были в восторге от него.

Наконец, незнакомец закончил свою речь под щедрые аплодисменты публики и удалился со сцены.

— Мари, пойдем, нам нужно подойти к Тимофею Витальевичу именно сейчас, когда он так воодушевлен выставкой! — спешно произнесла Вера.

— Прости, Вер, мне нужно срочно отойти! — придумала Мари, лишь бы не оказаться еще раз в смущенном положении рядом с ним.

Уходя в сторону выхода, Мари оглянулась назад, о чем потом пожалела еще больше. В этот момент к ее незнакомцу подошла сногсшибательная брюнетка в обтягивающем серебристом платье, приобняла его, шепнула что-то на ухо и поцеловала в щеку. Он улыбнулся. От увиденного Мари поспешила сбежать, чтобы не чувствовать эту раздирающую душу боль.

Она снова стояла перед зеркалом в дамской комнате, но теперь была совсем не довольна своим внешним видом. Ей казалось, что брюки ее слишком полнят. Ее волосы не идут ни в какое сравнение с безупречными прическами богатых посетительниц. Глаза, покрасневшие от усталости, и вовсе придают болезненный вид.

— Вдох-выдох! — сказала Мари сама себе и медленно выдохнула.

— На сегодня с меня хватит! — подумала она, глядя себе в глаза.

Слишком много эмоций для одного вечера дали о себе знать. Но спустя несколько минут Мари взяла себя в руки и вышла. За то короткое время, пока она отсутствовала, галерея почти опустела. Официанты собирали и упаковывали свою посуду. Специалисты по свету и музыке сматывали провода. Мари прошла по холлу, вышла из галереи и ощутила влажный запах дождя. Она хотела прогуляться по стихшему ночному городу, но ливень изменил ее планы. Бежать до места, куда подъезжает такси, без зонта в такой ливень было все равно что сразу вылить на себя ведро воды. Поэтому Мари решила переждать, пока ливень немного прекратится. А до этого ей казалось, что вечер не может быть хуже!

Мари грустно приклонилась к каменной колонне у входа. Реки воды стекали со стен и превращались в единый водяной поток на тротуаре. На удивление на улице было очень тепло, и ничто не указывало на приближающуюся осень. Только зачастившие дожди пытались напитать землю после столь жаркого лета. У Мари возникло желание снять свои высокие каблуки, от которых ноги мечтали отдохнуть, и пойти босой по этим рекам. Жаль зонта не было, иначе она бы точно отправилась на прогулку. Мари решила снять босоножки. Разувшись, Мари с удовольствием встала на прохладные мокрые плиты входного крыльца и начала искать телефон в своей сумочке, чтобы все-таки вызвать такси. Как на зло в такую погоду все ближайшие такси были заняты, оставалось только ждать тех, что едут из отдаленных районов. Мари с грустью вздохнула и засмотрелась вдаль, пытаясь сквозь ливень и ночь разглядеть дорогу.

— Вам помочь? — услышала она позади себя мягкий, но уверенный мужской голос. От неожиданности Мари мгновенно отклонилась от колонны и выпрямилась. Она обернулась и ее глаза встретились с его глазами. Он подошел к ней и встал рядом. В руках у него был зонт, которого Мари сейчас так не хватало.

— Мой водитель сейчас подъедет. Мы можем отвезти вас домой, — предложил он. — И, кажется, мы не успели с вами познакомиться, Мари.

— Тимофей Витальевич, — наконец смогла выдавить из себя Мари, опустив глаза, — заочно мы знакомы, я работаю ассистенткой в вашей галерее. И… сегодня я хотела продать ту картину, но … — начала оправдываться она, прикусывая от волнения нижнюю губу.

— Мари, можете называть меня просто Тим. Мне так привычнее! — он улыбнулся от ее смущения. — А ту картину я, кстати, приобрел. Она стала для меня действительно значимой!

Отпуская ситуацию, Мари тоже улыбнулась.

— Ну так что? Позволите вас довезти? Или планируете пробежаться босиком? — не отступал Тим.

— Разве вы не едете на автопати? — поинтересовалась Мари.

— Нет, все самое важное на этом мероприятие я уже сделал!

— Но ваша спутница, вероятно, будет против того, что вы оставляете ее одну, — беспокоилась Мари.

Тим нахмурил брови, пытаясь понять, о какой спутнице говорит Мари. Затем с улыбкой произнес:

— Если вы о Милане, то она просто моя давняя знакомая. Ничего личного! И беспокоиться вам не о чем! — успокоил ее Тим.

От радости Мари будто засветилась изнутри, но старалась этого не показать Тиму. Она хотела согласиться на его предложение, но как же теперь идти с босыми, мокрыми ногами в его, наверняка, безукоризненный автомобиль.

Тим заметил, что Мари опустила взгляд на свои ноги, и тут же сказал:

— В машине есть полотенце. Вы сможете там высохнуть и обуть туфли. Готовы добежать до машины босиком?

— Ну если дождь не оставляет мне другого выхода, — засмеялась Мари, — то я вынуждена согласиться.

— Да, выбора у вас нет! — загадочно произнес Тим. Он открыл зонт над собой и Мари и протянул ей свою руку. Взяв в одну руку сумочку и босоножки, она положила другую руку в его горячую ладонь. Тим крепко сжал ее прохладную руку, желая согреть и скомандовал: «Вперед!» Так спасаясь от дождя, они вместе под зонтом поспешили в сторону автомобиля.

Усадив Мари на заднее сидение, Тим обошел машину и сел с ней рядом.

— Какой у вас адрес? — спросил он у Мари.

— Набережная, 110.

— Можно ехать, — разрешил он водителю. Тот кивнул и снял переключатель с парковки.

От влажности Мари немного продрогла и обхватила себя руками. Тим сразу отключил кондиционер и спросил у водителя полотенце.

— Давай ноги! — приказал он Мари, неожиданно перейдя на ты. Сначала Мари растерялась от такого дерзкого тона и замерла, но потом развернулась, подняла ноги и положила ступни ему на колени, где лежало полотенце. Он обернул их полотенцем сверху и обхватил обоими ладонями, пытаясь согреть.

В машине тихо играла спокойная музыка. Автомобиль плавно ехал сквозь мокрые улицы города. Свет фонарей медленно мелькал в такт музыке, освещая контур лица Тима, на которого не могла не смотреть сейчас Мари. Он чувствовал ее взгляд и скрывал свои эмоции за еле заметной улыбкой. Он начал нежно сжимать ее ступни. У Мари побежали мурашки по всему телу. Кажется, более соблазнительного момента в ее жизни еще не было.

Мари всеми силами старалась не показать Тиму, что она обезоружена. Но внутренний голос повторял: «Не сдавайся!» И Мари решила к нему прислушаться. Да, он был невероятно привлекателен, уверен в себе, харизматичен. Его голос заставлял биться сердце сильнее. Да и что скрывать, его статус прибавлял ему соблазнительности, хотя понравился он ей еще до того, как она узнала, кто он. Его черные идеальные волосы, темно-карие обольстительные глаза, легкая аккуратная щетина, наверняка, покорили ни одно женское сердце. А быть еще одним трофеем Мари не собиралась!

Когда автомобиль остановился на светофоре, Тим спросил:

— Согрелась?

— Да, спасибо! — еле слышно произнесла Мари.

Тим потянулся и поднял снизу одну из ее босоножек. Он бережно вложил ступню Мари в нее, нежно обвязал ремешок вокруг лодыжки и туго застегнул. Тоже самое он медленно проделал и со второй ногой, затем аккуратно поставил обе ноги Мари на пол.

Мари развернулась и села прямо, в окне она узнала знакомые дома и поняла, что их совместная поездка подходит к концу. Такого окончания вечера она явно не ожидала, но была счастлива, что так все сложилось.

— Мари, выходные я буду проводить за городом, — нарушил молчание Тим. — Я хочу, чтобы ты была со мной! Ты хочешь? — своим мягким тембром спросил он, глядя ей прямо в глаза.

Глава 7

— Стой! Что ты ответила? — воскликнула Крис на все кафе так громко, что соседние столики обернулись в их сторону.

— Я ответила, что не смогу, — смущенно произнесла Мари полушепотом.

— То есть красивый, богатый, сексуальный мужчина зовет тебя провести с ним выходные в его загородном доме, а ты берешь и просто отказываешься?! — не успокаивалась подруга. — Да ты посмотри на всех женщин вокруг. Если бы им хоть раз в жизни выпал такой шанс, ты думаешь, хоть одна бы из них отказалась? Даже если бы это была их единственная ночь вместе, никто бы от такого не отказался! Это же сказка, в которой хоть однажды хочется всем побывать!

— Крис, ты не понимаешь! Я не хочу быть очередной игрушкой в жизни богатенького сыночка, скучающего от того, что перебрал уже все удовольствия. Для которого люди — лишь способ получить новые эмоции, чтобы заполнить ту пустоту в душе, от которой не спасут никакие деньги.

— Мари, — Крис приобняла подругу, — по-моему, ты слишком много думаешь! Живем один раз! Нужно пользоваться возможностями, которые дарит тебе судьба! Вот смотри, сейчас я закажу тот самый вкусный и самый калорийный десерт, который ты видела в меню, и предложу тебе им угоститься. Конечно, после такого количества калорий, тебе нужно будет присесть раз сто, чтобы они не остались на твоих бедрах! И ноги от этого будут болеть! Но момент, когда ты будешь есть со мной этот десерт — это то наслаждение, за которое ты заранее готова заплатить. Так же и в случае с твоим незнакомцем!

— Он уже не незнакомец! — перебила ее Мари.

— Не важно! — отрезала Крис. — Ты бы могла насладиться жизнью, но даже не дала себе шанса.

— Не ценой своих принципов! — промолвила Мари.

— Да, подружка, тяжело тебе будет в этом мире! Но не волнуйся, я с тобой! — подбодрила ее Крис и, увидев официанта, попросила у него счет.

Мари грустно смотрела в окно и представляла, как стоит на середине больших весов, где на одной чаше лежит эфемерное счастье, а на другой — одинокое, но гордое спокойствие на душе. Мари решила, что душевная честность с самой собой гораздо важнее, и ее выбор был правильным. Но скрытая от всех печаль сжимала ее сердце, ведь спустя неделю после того вечера она больше не слышала, не видела и ничего не знала о Тиме. Вера говорила, что он отправился в какую-то длительную поездку и будет нескоро. Мари так хотелось отключить свои чувства в пользу разума и души, но воспоминания о его темно-карих глазах и нежных руках не отпускали ее.

Глава 8

В город пришла настоящая осень с золотой листвой и частыми дождями. Уже пару недель у Мари было апатично-депрессивное осеннее настроение. Дела в галерее шли хорошо, работы хватало. Но по вечерам и выходным Мари предпочитала оставаться дома одна: читать, смотреть фильмы, наблюдать за прохожими из окна второго этажа своей маленькой съемной квартирки. Она будто поставила свою жизнь на паузу, сама того не замечая.

Как обычно это бывает, к меланхоличному настроению Мари прибавилась еще и простуда. В одно дождливое пасмурное утро она проснулась с жуткой болью в горле и легким ознобом. Мари позвонила Вере и отпросилась на пару дней, чтобы не заразить никого в галерее.

При плохом самочувствии так хочется ощутить заботу и внимание. Поэтому Мари позвонила маме по видеосвязи, но когда мама в одночасье собралась выехать к дочке, Мари тут же ее отговорила.

— Мам, правда, все в порядке! У меня есть все лекарства. Еду я могу заказать через доставку. Пожалуйста, не приезжайте! Я не хочу, чтобы вы тоже заболели, — убеждала Мари маму, показывая ей свою аптечку.

— Хорошо, дорогая! — согласилась мама. — Но обещай, что приедешь к нам в гости, когда выздоровеешь. Мы уже соскучились! Папа будет очень рад!

— Обещаю. Люблю вас! — Мари отправила воздушный поцелуй и закончила звонок.

И действительно, Мари так усердно старалась стать отличным специалистом в галерее, что совсем забыла про семью. Конечно, она часто созванивалась с родителями, чтобы узнать, как у них дела, но вот ехать загород у нее не хватало времени.

Мари выпила лекарство от простуды, которое, если верить рекламе, должно было излечить за один день, взяла книгу и, не дочитав даже одной страницы, уснула. Спустя два часа, примерно около полудня, ее разбудил звонок домофона. В болезненном сонном состоянии Мари не сразу сообразила, что он ей не почудился. После второго звонка она встала, подошла к двери и спросила: «Кто?»

— Доставка! — голос молодого парня прозвучал с другой стороны домофона. Мари машинально открыла, а потом поняла, что скорее всего, доставщик перепутал квартиры, так как она сегодня ничего не заказывала. Мари развернулась и хотела вернуться в постель, как послышался стук в дверь. Мари открыла, чтобы объяснить, что это ошибка, но распахнув двери, она увидела огромный букет красных роз, и опешила.

— Вы, вероятно, перепутали, — промолвила она.

— Доставка для Мари, квартира 8, верно?

Мари кивнула головой, и парень протянул ей букет в одну руку, большую корзину с фруктами — в другую. Все еще недоумевая, что это за букет и корзина, Мари захлопнула дверь и прошла на кухню.

Пока Мари спала, дождь прекратился, и на улице стало солнечно. Яркие лучи падали на красные розы и делали их еще более насыщенными и невероятно красивыми. Мари любовалась букетом и, разглядывая его, наткнулась на маленькую белую открытку. Она поспешила ее открыть.

«Пожалуйста, выздоравливай!» было напечатано в ней. Подписью стояла лишь буква Т.

«Что?» — в голове Мари сразу возникли вопросы. — «Как он узнал, что я заболела? Может быть, Вера сообщила. Но зачем?».

Мари окинула взглядом корзину, где, кажется, были все возможные фрукты, ну разве что кроме редких тропических, еще раз посмотрела на букет и записку, и уже не смогла сдержать улыбку.

Может это сон, и она бредит?! Но как же ей радостно стало на душе от того, что Тим снова объявился в ее жизни! Как бы сама от себя она этого не скрывала, но тосковала последние недели она именно по нему.

Глава 9

Спустя пару дней Мари действительно поправилась. Как и обещала, на выходных она съездила за город к родителям. С погодой повезло, и они устроили пикник во дворе.

С понедельника Мари вернулась к работе. Не привлекая внимания к теме, она как бы между делом хотела разузнать у Веры, знает ли та что-то про Тима. Но как оказалось, Вере ничего нового не было известно, и Мари оставалось только ждать, когда Тим снова объявится в ее жизни.

Одним осенним вечером Мари немного задерживалась на работе. Ей нужно было подобрать фото картин для печати в каталоге. Вера в этот день уехала из галереи пораньше для подписания договора с новым покупателем, и Мари спокойно сидела, не торопясь домой. Вдруг она услышала, как в холле открылась дверь, и тяжелые медленные шаги стали направляться в ее сторону.

— Извините, мы уже закрыты, — спокойно произнесла Мари, встав с диванчика, на котором удобно сидела, окружив себя фотографиями, и пошла на встречу посетителю.

— Я думал, вы заинтересованы в покупателях, — услышала она в ответ.

Перед собой она увидела того самого неприятного мужчину, от которого ей еле удалось отвязаться на благотворительном вечере. От растерянности Мари онемела.

— Вы же не хотите, чтобы о вашей галерее все узнали, что вы не оказываете должного гостеприимства важным людям, — продолжал он, все ближе подходя к Мари.

— Да, вы правы. Мы очень рады нашим гостям! — поспешила исправиться Мари. — Проходите! Все картины представлены в тех залах. Если потребуется помощь, пожалуйста, дайте мне знать.

— Вы здесь одна? — бестактно сразу спросил он.

— Да, ­– робко ответила она.

Вдруг у Мари зазвонил телефон, и гость, не отрывая взгляд от Мари, медленно прошел в другой зал.

Мари увидела, что звонит Вера, немного отошла в угол и тихо ответила ей.

— Мари, ты еще в галерее? Я забыла договор, скоро приеду, — торопливо проговорила Вера.

— Вера, тут у нас посетитель, — начала Мари.

— А почему ты говоришь шепотом? — перебила ее Вера.

— Помнишь, я рассказывала тебе про покупателя с выставки? Он здесь.

— Тот ужасный тип? Старайся держаться от него подальше. Я скоро буду, — дала указание Вера и отключилась.

В тишине галереи Мари слышала, как сильно бьется ее сердце, и как тяжелые шаги медленно шаркают в соседнем зале.

— Мари, — громкий голос донесся оттуда.

— Да, — стараясь не показывать свой страх и скрыть дрожь в голосе, ответила Мари.

— Мари, у меня есть вопрос по этой картине. Не могли бы вы подойти и подсказать, что тут изображено.

Мари не знала, как ей себя вести.

— Мари, вы меня слышите? — настойчиво повторил он.

— Да, минутку, — ответила Мари и, делая вид, что собирает фото в стопку, нервно пыталась оттянуть момент.

— Я жду! — донесся до нее его недовольный тон.

Мари медленно встала и пошла в его сторону. Пока она рассказывала про картину, размещенную в самом углу, Мари чувствовала, как его горящие хитрые глаза обсматривают каждый миллиметр ее тела, будто экспонатом, которым он хотел обладать, была вовсе не картина, а она сама.

Постепенно он подступал к картине все ближе, сдвигая Мари в самый угол, при этом ехидно улыбаясь, довольный как кот, поймавший мышь в свои лапы. Мари рассказывала, а про себя отсчитывала секунды в ожидании Веры, как спасителя.

— А что у нас здесь? — спросил он, ткнув пальцем в край картины так, что Мари осталась зажата между стеной и его рукой. Чтобы разглядеть, на что он указал, Мари нужно было повернуться к нему спиной, чего она очень опасалась делать.

Мари медленно стала поворачиваться к картине. Он был так близко, что через тонкую рубашку на своей прохладной коже Мари ощутила исходящий от него жар.

— Вы же помните меня? — тихо произнес он ей на ухо, резко сменив тему разговора. — В тот вечер вы исчезли. Вы хотели поиграть со мной?

Но Мари не успела хоть что-то ответить, как вдруг он с силой прижал ее к стене. Он вдохнул запах ее волос и прошептал: «Но только игра по моим правилам». Мари хотела закричать, но он одной рукой закрыл ей рот, а другой рукой начал шарить по ее рубашке, чтобы засунуть руку под нее. У него этого не вышло, и он со всей силы дернул рубашку, что пуговицы полетели в разные стороны. Слезы потекли по щекам Мари. Она уже не верила, что Вера успеет и сможет ей хоть как-то помочь. Он уже потянулся к поясу на ее брюках. Как вдруг сквозь слезы Мари услышала быстрые шаги позади. Кто-то оттащил от Мари этого извращенца. Плача, Мари запахнула на себе порванную рубашку и развернулась. Этот «кто-то» уронил подлеца на пол и стал крепко бить ему по лицу. В состоянии шока, сквозь зареванные глаза в полумраке зала Мари не сразу узнала Тима. Тим никак не мог остановится. В нем кипела ярость. Тут к Тиму подбежала Вера и стала уговаривать его прекратить, тем самым спасая жизнь подонка. Тим понял, что бьет уже почти безжизненное тело и опустил руки. Отдышавшись и укротив свой гнев, Тим встал с колен и подошел к Мари.

— Ты как? — спросил он ее, поднимая пальцем ее подбородок.

Мари не смогла ничего произнести и снова громко расплакалась. Тим крепко обнял ее одной рукой, и она уткнулась ему в грудь. Второй рукой Тим достал телефон из кармана пиджака и набрал номер:

— Мне нужна помощь в галерее! Разберись тут! — распорядился Тим.

Затем он посмотрел на зашевелившегося на полу подлеца и добавил: — Нужен частный врач!

Вера стояла рядом и с ужасом смотрела на окровавленное лицо лежавшего на полу человека.

— Вера, ты можешь идти. Спасибо, что предупредила. Я отвезу Мари домой, — сказал Тим Вере и медленно повел Мари к выходу.

— Ты еще пожалеешь обе этом! — услышал Тим вслед от еле говорившего подлеца, пока Мари отходила за своим пальто и сумкой.

— Ты не знаешь, с кем ты связался! — продолжал тот сыпать угрозами, но Тим безмолвно захлопнул дверь галереи, и вместе с Мари они направились к машине.

Глава 10

Тим усадил Мари в машину на переднее пассажирское кресло и крепко пристегнул ее ремнем безопасности. Затем он обошел машину и сел за руль. Из кармана пиджака Тим достал темный стеклянный бутылек, высыпал из него одну таблетку и протянул Мари. Он открыл бутылку воды и тоже дал Мари.

— Мари, выпей! Это сейчас поможет тебе! — строгим голосом сказал он.

Находясь еще в шоковом состоянии, Мари беспрекословно выполнила, что требовал Тим.

Автомобиль заревел от резкого старта и из-под колес повалил дым.

Они ехали так быстро, насколько это позволял вечерний городской трафик. Мари, склонив голову в сторону окна, смотрела на медленно укатывающиеся по стеклу от скорости капельки дождя. Тим не нарушал тишины. Ему не хотелось словами сделать еще хуже. Он все еще был в ярости и мог быть груб, сам того не желая. Периодически он поглядывал на Мари с огромной жалостью в глазах, жалея лишь о том, что не успел вовремя. Хорошо, что он вообще прилетел вчера в город, иначе… Но он не хотел даже думать об этом «иначе».

Через двадцать минут они подъехали к дому Мари. Тим помог ей выйти из машины и подняться до второго этажа. Войдя в квартиру, Тим прошел по всем комнатам и включил свет. Мари была под действием успокоительного, что дал Тим, очень медленно мыслила и двигалась. Застежка на туфлях давалась ей с большим трудом. Заметив, что Мари не справляется, Тим помог ей разуться и снять пальто. Затем он проводил ее в спальню и аккуратно стянул с нее порванную рубашку. Мари оставалась в брюках и кружевном белом топе. Тим нежно провел рукой по ее плечам и медленно уложил ее на бок на постель. Он прошел в ванну, чтобы отмыть руки от крови, а вернувшись, обнаружил, что Мари уже заснула. Тим снова прошел по всем комнатам и погасил свет. Он выпустил рубашку из брюк, расстегнул ее и лег рядом с Мари, крепко приобняв ее со спины.

— Не бойся! Я больше никогда и никому не дам тебя в обиду! — прошептал он, поцеловал ее в волосы и заснул.

Утро разбудило Мари своими яркими осенними лучами. Она открыла глаза и почувствовала жуткую головную боль. Потом к ней пришли воспоминания вчерашнего дня и на душе стало противно ко всему прочему. От того что она проспала всю ночь на одном боку, все тело у нее затекло. Она захотела развернуться на спину, но поворачиваясь, уперлась во что-то. Она повернула голову и увидела спящего рядом Тима.

Его лицо было идеальным. Короткая щетина подчеркивала его угловатые скулы и подбородок. Темные, почти черные волосы были слегка взъерошены ото сна. Мари хотелось прикоснуться к его лицу, но она боялась его разбудить и разрушить этот момент. Сквозь головную боль она не могла припомнить, как она попала домой, и почему Тим спит у нее в постели. Но кажется, это было и неважно. Она совсем его не знала: какой он, кто его родители, как он стал тем, кем стал. Она смотрела на него и осознавала лишь одно — ее тянет к нему, как к магниту. И в этом чувстве она тонула, не пытаясь сопротивляться. С ним она чувствовала себя не просто в безопасности. Рядом с ним она ощущала себя на своем месте. Будто они всегда были вместе, возможно, в прошлой жизни, но забыли об этом, и только это внутреннее чувство напоминало об единстве их душ.

Тим начал просыпаться. Он открыл глаза и, увидев Мари, улыбнулся своей безупречной улыбкой.

— Ты как? — спросил он.

— Лучше, — прошептала Мари, улыбнувшись в ответ.

Они лежали, глядя в глаза друг другу, и время будто замерло. Во всем мире существовали только они. А между ними зарождался их новый мир, в котором никому другому не будет места.

Лишь головная боль вернула Мари в реальность. Она приложила руку к своему виску. Тим прикоснулся своей рукой к ее руке.

— Болит?

Мари кивнула. Тим тут же поднялся с постели и встал лицом к окну под солнечные лучи.

— Я знаю, что тебе нужно, — произнес он и повернул голову в сторону Мари. — Но сначала душ! — и отправился в сторону ванны.

Мари лежала и не верила, что все это происходит с ней. Тот, в кого, надо признаться, она влюбилась, сейчас мылся у нее в душе. И это всепоглощающее чувство напрочь стерло весь ужас вчерашнего вечера. Вдруг ее осенило, что Тиму понадобится чистое полотенце. Она встала, подошла к шкафу и взяла самое большое полотенце. Мари постучалась в дверь ванной, но от шума воды Тим не слышал стука. Тогда Мари решила оставить полотенце на полке с зеркалом. Она приоткрыла дверь и шагнула одной ногой. Этого шага было достаточно, чтобы дотянуться до полки. Положив полотенце, она мельком взглянула в зеркало, которое висело напротив душа. В отражении сквозь частично запотевшее стекло душевой кабины она увидела широкую рельефную спину, по которой медленно стекала пена. Тим мылся и не замечал Мари. Спустя пару секунд Мари взяла себя в руки и тихонько вышла.

После увиденного Мари забыла о головной боли. Жгучее желание наполнило ее всю. Перед глазами стояла картина полуобнаженного Тима. Чтобы успокоиться, Мари пошла на кухню сварить кофе.

Тим выключил воду и вышел из душа. Он заметил полотенце у зеркала, которого явно раньше там не было, и улыбнулся. Он вытерся, повязал полотенце на пояс и вышел.

Увидев Тима в одном полотенце, Мари смутилась. Она не знала, как смотреть на него, не выдавая своего желания, и отвернулась в сторону турки с кофе.

— Кофе? — спросила она.

— Давай я приготовлю. Ты можешь тоже сходить в душ, и мы поедем.

— Куда? — с удивлением спросила Мари.

— На свежий воздух, — загадочно произнес он. Но что бы он сейчас не сказал Мари, она была готова поехать с ним хоть на край света.

Мари проскочила мимо Тима и исчезла в ванне. Ей потребовалось минут тридцать, чтобы выйти из ванны, готовой к любому повороту событий. Она успела вымыть и высушить волосы, привести тело в порядок, сделать легкий мейкап. Когда она вышла из ванны, Тим уже был одет в свои брюки и рубашку и сидел за столом, задумавшись о чем-то. Он поднял глаза на вошедшую на кухню Мари, и его нахмуренные брови расправились, а в глазах читалось удовольствие от увиденного. Мягкий шелковый халат струился по ее вкусно пахнущему телу. Он представил, как легко этот халат может соскользнуть вниз, но решил продлить это приятное чувство предвкушения.

— Кофе готов. А когда будешь готова ты? — мягко спросил он.

— Скоро. Мне нужно еще минут пятнадцать. А что мне брать с собой? Ты же не сказал, куда мы.

— Надень то, в чем тебе будет удобно гулять. И возьми что-то из одежды на пару дней вперед.

Мари лишь улыбнулась, все еще не веря, что проведет с Тимом несколько дней вместе, и ушла в спальню.

Глава 11

Этот субботний день был таким солнечным, будто отражал счастье Мари в себе. Она любовалась красно-золотым лесом, начинающимся рядом с шоссе, по которому они ехали, и уходящим в горизонт. Природа с жадностью впитывала последние теплые солнечные лучи перед тем, как придет зима, и все вокруг погрузится в сон.

Тим спокойно вел машину, в этот раз никуда не спеша. На фоне шума двигателя тихо играла спокойная музыка. Они просто смотрели иногда друг на друга и улыбались. Им не нужны были слова. В этой тишине они были счастливы.

Через сорок минут они въехали в закрытый коттеджный поселок. Добравшись до дома на окраине в заметной дали от других домов, Тим заглушил двигатель.

— Мы дома! — произнес он.

— Это твой дом? — удивилась Мари. «Скорее не дом, а целый отель», — подумала она про себя, разглядывая в окно верхние практически полностью стеклянные этажи, которые немного виднелись над высоченными елями.

Тим открыл Мари дверь машины и подал руку. Они прошли на территорию дома через высокие ворота, такие же грузные, как и каменное ограждение по периметру. Это ограждение больше напоминало крепость, внутри которой был прекраснейший сад из роз, причудливо подстриженных деревьев и огромных елей.

— Здесь невероятно красиво! — произнесла Мари, залюбовавшись садом.

— Спасибо! Моя мама очень любила цветы. В память о ней я создал этот сад, — с ноткой грусти произнес Тим. — То есть не я, конечно, мои флористы, — с улыбкой исправился он, чтобы не вызвать жалости у Мари.

— Мне очень жаль, — с сочувствием произнесла Мари, взяла Тима за руку и добавила, — он, правда, великолепен!

— Пойдем, — Тим потянул ее в сторону дома.

Когда перед Мари открылся полный вид на дом, то ее душа художника не смогла не отметить его выдающуюся красоту. Широкие окна в пол, чередовавшиеся со стенами из серого камня и вставками из темно-коричневого дерева в сочетании со стеклянным ограждением террасы на втором этаже — все это выглядело стильно, при этом чувствовалась неразрывная связь с природой вокруг.

Войдя в дом, Мари была поражена, как светло и просторно оказалось внутри за счет обилия окон. В доме царил совершенный порядок. И какой же это создавало контраст с неидеальной маленькой, наполненной кучей мелких милых вещиц и сувениров, квартиркой Мари. Мари казалось, что она попала на космический корабль будущего с минимализмом и простыми понятными формами в декоре.

— Я думаю, нам надо позавтракать, а потом я покажу тебе кое-что, — сказал Тим, потянув Мари за руку в сторону столовой.

— Виктория! Чем ты нас побалуешь? — крикнул он почти на весь дом.

— Тимофей Витальевич, вы уже дома, — суматошно вбегая в столовую проговорила пожилая женщина. — Почему вы меня не предупредили, что у вас будут гости? Все было бы уже готово. Я быстро! — по-доброму взглянула она на Мари и начала суетиться около холодильника. Буквально через десять минут, она уже подала им первые готовые блинчики, которые очень напомнили Мари о своей бабушке.

После такого вкусного позднего завтрака Тим провел для Мари экскурсию по дому. Они прошли почти по всем комнатам, вышли на террасу, открывающую удивительный вид на лес. Неподалеку от террасы Мари увидела одну дверь, в которую они еще не заходили.

— А что там? — спросила Мари, указывая на дверь.

— Там мой кабинет. Ничего особенного, но туда никто кроме меня не должен заходить, — строго предупредил он ее.

Впрочем, Мари и не собиралась нарушать личные границы Тима и спокойно восприняла этот запрет. Затем они прошли в спальню Тима. Войдя в нее, Мари сразу обратила внимание на огромную кровать в центре комнаты и улыбнулась.

— Что-то не так? — увидев улыбку Мари, спросил Тим.

— Интересно, скольким гостям женского пола ты проводил экскурсию в свою спальню? — немного с упреком сказала она.

Тим взял Мари за руку, подвел к своей кровати и усадил на нее. Он встал перед ней на колени, положив руки вдоль ее бедер, посмотрел ей в глаза и произнес: «Ты первая». Если бы он сказал ей это, бросив слова между прочим, она бы никогда и ни за что не поверила ему. Но сидя перед ним и смотря ему в глаза, она поверила ему безоговорочно.

— Подожди меня здесь, я на минутку. Переоденусь, и мы пойдем, — сказал Тим и скрылся в гардеробной.

Мари огляделась вокруг и разрешила себе откинуться назад на кровать. Она лежала и смотрела в потолок, потом с улыбкой прикрыла глаза, не веря своему счастью. Разве такое вообще возможно? Тим был ее идеальным мужчиной. И он хотел быть рядом с ней!

Тим переоделся, вышел и увидел Мари, лежащую на кровати. Он тихо подошел к кровати и навалился на нее сверху. Мари резко открыла глаза от неожиданности и обнаружила рядом со своим лицом лицо Тима. Он не смог больше сдерживать себя и, чувствуя губы Мари рядом, нежно поцеловал ее. Она закрыла глаза, ощутив, как волна желания прокатилась по ее телу. Но тут Тим также резко поднялся и сказал: «Идем!»

У Мари от таких эмоциональных качель даже голова закружилась. Она приподнялась. Тим протянул ей руку, чтобы помочь встать.

Они прошли через просторную территорию внутреннего двора и остановились у неприметной металлической двери в каменной ограде. Тим достал из кармана ключ и открыл дверь. За дверью начиналась тропинка, сильно поросшая травой.

«Хорошо, что я обула кроссовки», — подумала Мари, аккуратно наступая на высокую траву.

— И далеко нам идти? — поинтересовалась Мари.

Тим, шедший впереди, оглянулся на нее и ответил:

— А ты уже устала?

— Нет, но хочу рассчитать силы, — улыбнулась Мари.

— Не волнуйся, это недалеко.

Минут через десять тропинка по полю закончилась, и они вошли в густой лес, в который сверху пробивались лучи солнца. Тим взял Мари за руку, чтобы та не отставала, и повел ее дальше. Еще через десять минут Тим замедлил свой шаг.

— Ну вот и пришли, — сказал он, — смотри!

Мари подняла голову, глядя до этого только под ноги, и увидела, что перед ними прямо в гуще леса простирается небольшое тихое озеро. Вид был удивительно живописным, как на картинах великих художников. Вдали плавали утки. Неподалеку от небольшого старого пирса, на который Тим и Мари вышли, цвели кувшинки вопреки осенней поре. Солнце играло лучами на волнах озерца.

— Это мое тайное место, — сказал Тим. — Я прихожу сюда, чтобы успокоиться.

— Тебе сейчас нужно успокоиться? — переспросила Мари. — Это из-за вчерашнего? Он сказал, что ты пожалеешь…

— Нет, — улыбнулся Тим. — Поверь, меня не было бы в бизнесе, если бы я боялся каждой такой угрозы.

Тим обнял Мари сзади и прошептал на ухо:

— Кажется, теперь у меня есть еще одно место, где мне спокойно.

— Какое?

— Это ты.

От этих слов сердце Мари заликовало. Какое-то время они простояли на пирсе, любуясь озером в его осенней красе и молча оберегая этот счастливый момент, словно боясь его спугнуть.

— Идем, — сказал Тим, потянув Мари за руку. — У меня есть еще один сюрприз.

— Еще? — с удивлением произнесла Мари.

Они направились в сторону дома, где Тим взял с собой рюкзак, после чего они сели в машину и поехали. Дорога заняла около получаса и вела в основном по лесу. Подъезжая, Мари увидела указатель на ферму лошадей.

— Я надеюсь, тебе понравится мой сюрприз, — сказал Тим, заглушив двигатель.

— Тим, откуда ты узнал, что я обожаю лошадей? — спросила его тут же Мари.

— Обожаешь? Я бы назвал это манией, — подшутил Тим. — Любой бы догадался, побывав у тебя дома, — добавил он, вспомнив сколько фигурок и изображений лошадей он видел у Мари дома.

— Можно маленькую просьбу, — немного смущенно спросил он.

— Да, — робко ответила Мари.

— Надень это. Чтобы не замерзнуть.

И он достал из своего рюкзака вязанную голубую женскую шапку.

Просьба была странной, но безобидной, и Мари, чтобы не обидеть его, согласилась. Она взяла шапку и аккуратно надела ее.

— Ну как? — спросила она.

— Идеально, — произнес он.

Тим смотрел на Мари таким обожающим взглядом, что у нее мурашки побежали по телу. Это напомнило ей тот момент, когда впервые их взгляды встретились в кофейне.

— Идем? — спросила Мари, и они вышли из машины.

— О, боже, это восторг! — пропищала Мари, увидев издали лошадей на выгуле.

— А можно будет их погладить? — спросила она.

— Я бы сказал, даже больше…

— Что?

— Мы поедем кататься на них. Скажи, ты умеешь? — поинтересовался Тим.

— Я? Нет, никогда, — с грустью сказала она. — Но это не мешает мне любить их.

У конюшни их встретила очень приятная женщина.

— Добрый день! Меня зовут Анастасия. Я тренер по конному спорту. Я вас ждала! Готовы прокатиться верхом? — с доброй улыбкой произнесла она. — Умеете держаться в седле?

— Да, не так профессионально, как вы, разумеется, — поспешил очаровать ее Тим.

— Совсем нет, — сказала Мари.

— Ничего страшного. Сейчас я вам все расскажу. Пойдемте.

Тренер указала жестом в конюшню. Там она рассказала, как управлять лошадью, как себя вести с ней, предупредила, чего делать нельзя. Затем двое молодых девушек подвели ей лошадей. Тиму досталась угольно-черная лошадь по прозвищу Мгла, а Мари — удивительной красоты серебристо-серый конь Сильвер.

— Знаете, — с улыбкой произнесла тренер, подтягивая ремни седла у Мари, — этот жеребец очень избирателен и подпускает к себе только избранных.

— Да? Кажется, он мне кого-то напоминает, — весело сказала Мари, посмотрев на Тима.

— Значит, помните, вы идете вдоль той дорожки, она там одна, доходите до водопада и разворачиваетесь обратно, — громко скомандовала тренер и отпустила поводья Сильвера, доверив управление конем Мари.

Тим шел уверенно, то ускоряясь вперед, то возвращаясь к Мари. Мари пыталась управлять Сильвером, но, кажется, тот имел свое мнение по поводу того, как быстро и куда им идти, то останавливаясь пожевать травы, то сворачивая вбок. Мари устала с ним бороться и решила наслаждаться моментом так же, как и Сильвер. Она любовалась осенней красотой леса в эти последние теплые дни, глубоко вдыхая свежий аромат опавшей листвы.

Вернувшись после конной прогулки, Тим с Мари сильно проголодались. Тим заранее попросил Викторию приготовить и накрыть ужин на террасе. В центре большого круглого стола, на котором их ждал ужин, горел огонь, создавая особую уютную атмосферу. Со второго этажа, на котором располагалась терраса, открывался невероятный вид на закат. Сумерки, панорама леса, огонь, вкусная еда, близкий человек рядом — кажется, в этом вечере все было идеально. Искорки счастья блестели в глазах Мари, и, глядя на Мари, Тим становился счастливым. После ужина они долго сидели за бокалом вина и болтали обо всем и ни о чем, как будто встретились две родственные души, давно не видевшие друг друга.

Уже давно стемнело, и небо украсилось россыпью звезд. Мари вспомнила, что видела на террасе телескоп.

— Скажи, а уже можно понаблюдать за звездами? — спросила она Тима.

— Да, сегодня небо чистое, можно рассмотреть много звезд, — сказал Тим и поднялся с кресла. Они подошли к телескопу, и Тим стал его настраивать.

— Вот! Смотри! Там ты можешь увидеть сейчас двойную звезду! — сказал Тим.

— Такие бывают? — удивилась Мари.

— Да, это две звезды, которые вращаются каждая по своей орбите, но при этом их орбиты неразрывно связаны друг с другом гравитацией, — пояснил Тим.

— Как у людей, — заметила Мари и начала смотреть в телескоп.

— Как красиво! — прокомментировала она через несколько секунд.

— Да, иногда взгляд во вселенную помогает понять, как ничтожны проблемы, которые для нас кажутся колоссальными, — с некой тяжелой грустью в голосе произнес Тим, и Мари печально посмотрела на него, будто переняв эту боль.

Стало довольно прохладно на улице. Даже плед на плечах у Мари не спасал от холода. Тим заметил, что Мари пытается согреться, растирая себе ладони.

— Ты замерзла? — спросил он. — Дай руки.

Он взял ее руки, сложил вместе и поцеловал. Губами он почувствовал холод рук.

— Скорей идем внутрь греться, — скомандовал Тим и потянул ее в дом.

Они прошли в спальню, и он начал искать что-то в гардеробной. Он достал свой большой теплый серый халат и протянул Мари:

— Иди в ванну под горячий душ. Халат, конечно, не твоего размера, но зато тебе будет тепло.

Мари кивнула и отправилась в ванну, прихватив свою сумку с вещами. Ванная комната поразила Мари своими размерами. С одной стороны стояли стеклянные стены душевой, с другой — ванна. Стены и пол были полностью выполнены из серого мрамора. Огромное зеркало и ниши подсвечивались изнутри приятным светом.

Мари разделась и встала под горячий душ. Пар от воды поднимался все выше к потолку. Пару минут Мари просто стояла и думала о том, какой прекрасный день случился в ее жизни, но небольшое волнение по поводу предстоящей ночи не покидало ее.

В жизни Мари уже были одни не столь длительные, как планировалось, но серьезные отношения. Он учился на параллельном курсе в художественном отделении. Их отношения начинались очень красиво. Но как полагается, художнику для творчества требовалась драма, которую он легко сам себе создавал: ревновал, требовал публичных признаний, доводил возлюбленную речами о своей ничтожности. Однажды Мари устала быть музой его страданий и ушла от него, что пошло на пользу его творческим поискам и нервной системе Мари. Все последующие отношения с представителями мужского пола у Мари дальше одного свидания не заходили. Крис даже выдвигала теорию, что это бывший Мари сглазил ее. Мари в это, конечно, не верила, но пока факты были на стороне Крис. Поэтому Мари переживала не только потому, что это будет их первая ночь, но и потому, что не хотела, чтобы эти отношения стали только очередным аргументом в поддержку теории Крис.

Пока Мари обо всем этом размышляла, покрывая гелем для душа все свое тело, Тим вошел к ней в душ. От неожиданности Мари растерялась, но он так быстро обнял ее начал целовать, что она даже не подумала возмутиться. Он крепко прижал ее к мраморной стене, продолжая целовать. Медленно он стал спускаться вниз, целуя шею, плечи и грудь. Затем выпрямился, взял Мари за бедра и поднял руками на свой уровень, упирая ее к стене. Мари обнимала его и чувствовала руками, как капли душа падали ему на спину. Это было так горячо и страстно, что Мари забыла все нормы приличия и стонала так сильно, как только позволял ей это делать голос. Их мокрые тела энергично двигались друг к другу, и от блаженства Мари просто растворилась в моменте. Весь ее скромный опыт занятий любовью не шел ни в какое сравнение с тем, что она испытывала сейчас.

Глава 12

После бурной ночи Тим с Мари проспали до обеда, а проснувшись, поняли, что больше всего хотят есть, и отправились вниз, где с готовым завтраком их давно ожидала Виктория.

— Любовь требует сил, — с улыбкой в глазах проговорила Виктория, подавая блюдо Мари. Мари немного смутилась и взяла Тима за руку. Он нежно поцеловал ей руку.

После завтрака они снова отправились в постель. Этот день был только их. Они занимались любовью, ели, болтали, смотрели комедии, еще занимались любовью, снова ели. Это было так легко и естественно, будто они всегда были вместе.

Но ничто не длится вечно, и их счастливые выходные также закончились, чтобы смениться не менее счастливыми буднями.

В понедельник Мари вышла в галерею окрыленная счастьем, чего не могла не заметить Вера.

— Мари, ты просто светишься! Видимо, у тебя все очень хорошо в личном плане. Я так рада, что то, что произошло в пятницу, тебя не ранило так сильно. Прости, что я задержалась, — виновато сказала Вера.

Но Мари подошла к ней и обняла.

— Вера, слава богу, что все закончилось хорошо. А не случись того плохого, может, и этого хорошего не было бы, — успокоила она Веру.

— Ты хочешь сказать, не было бы счастья…

— Я хочу сказать, что все складывается так, как должно. Нужно доверять жизни, — сказала Мари мечтательно.

— Да, главное, чтобы твою жизнь не строили под себя, — тихо произнесла Вера, но Мари этого уже не слышала.

Дни влюбленных омрачены разлуками, но какой же всплеск эндорфинов вызывают встречи друг с другом. Иногда Тим не мог дождаться вечера и приезжал за Мари в обеденный перерыв. Тогда они ехали в ее уютную квартирку, занимались любовью, после чего быстро перекусывали в кафе на первом этаже ее дома, и снова отправлялись на работу. Они не могли насытиться друг другом так, чтобы утолить этот голод хотя бы на день.

В одно ноябрьское утро перед работой, сидя на своей маленькой кухне, Мари включила телевизор за завтраком и, листая каналы, вдруг остановилась на одном. Она узнала наглое лицо того мерзавца, который чуть не изнасиловал ее. В новостях показывали, как его арестовывает полиция с обвинениями в многочисленных домогательствах и насилии. Анонимные видеозаписи с его участием давали неоспоримые доказательства для ареста. По мнению юристов, даже лучшие адвокаты не смогут смягчить его приговор.

В этот момент на кухню после душа вошел Тим и, заметив беспокойство на лице Мари, спросил:

— Что случилось?

— Ты знал, что против того насильника предъявили анонимные доказательства и его арестовали, — спросила Мари.

— Нет, но разве это не хорошая новость?! Кажется, в правильном мире так и должно быть, — ответил Тим.

— Да. Просто увидела его, и стало не по себе.

— Теперь он никого и пальцем не тронет, — улыбнулся Тим и поцеловал Мари, в глубине души радуясь, что его возмездие восторжествовало.

— Знаешь, скоро новогодние праздники. Ты уже думал, где их провести? — решила сменить тему Мари. — Мои родители очень хотят познакомиться с тобой и приглашают нас к себе на праздничный ужин. Ты же не против?

— Буду только рад.

Тим снова поцеловал Мари и начал снимать с нее халат.

— Тим постой, мы же опоздаем на работу, — пыталась остановить его Мари, но эти попытки были слабыми.

— Не волнуйся, кажется, я знаком с владельцем галереи и смогу с ним договориться, — посмеялся он.

— Тим, но мне будет не удобно перед Верой, — сказала Мари, когда Тим уже усадил ее на кухонный стол. Но Тим закрыл ей рот поцелуем и придвинул ее к себе.

В то утро Мари опоздала на полчаса, но чтобы извиниться перед Верой, заскочила за ее любимым кофе в соседнюю кофейню.

Глава 13

В этих нежных поцелуях и страстных ночах прошла их первая осень. Снег укрыл дома и улицы. Город принарядился праздничными огнями. У всех вокруг начался новогодний марафон: украсить дом, купить подарки, выбрать наряды, продумать меню. Тим решил, что после праздничного ужина с родителями, они улетят на пару дней из города, но не говорил Мари, куда именно. Кроме этой интриги у Мари было еще несколько поводов для волнения. Во-первых, она переживала о том, как пройдет знакомство с родителями. Во-вторых, Мари ломала голову, какой подарок приготовить тому, у кого есть все, что пожелаешь. В-третьих, она не представляла, что надеть на праздничный новогодний вечер, куда Тим пригласил ее в качестве своей спутницы, где соберутся важные для бизнеса Тима люди.

— Тим, я хочу тебе кое-что показать, — вспомнила Мари, когда одним декабрьским вечером они лежали на диване перед камином в уютном, теплом, заснеженном доме Тима.

— Я наконец купила платье для вечера! Сейчас примерю, — протараторила Мари и убежала наверх в спальню. Через десять минут Мари медленно спустилась по лестнице, держась за стеклянные перила, чтобы не упасть в туфлях с очень высокими каблуками, которые носила нечасто и не сразу могла к ним привыкнуть. На ней было надето длинное шелковое платье молочного цвета, широкие рукава которого мягко струились по ее плечам. Волосы она убрала назад, подчеркнув свою шею.

— Ну как тебе? Не представляешь, как долго мы с Крис выбирали его, — сказала Мари, спустившись к Тиму.

Тим некоторое время молчал, но потом мягко произнес:

— Это, конечно, неплохо, но я думаю, это платье не раскрывает всей твоей красоты. Я знаю кое-кого, кто может помочь. И кстати, давно хотел тебе сказать, что Крис — не тот человек, которого стоит слушать.

Мари столько сил потратила на поиски платья и, перемерив десятки вариантов, думала, что нашла идеальное платье. Но не удовлетворив ожидания Тима, Мари расстроилась. Она развернулась и пошла наверх аккуратно снимать платье в надежде, что его можно вернуть, хотя очень не хотелось, потому что оно ей нравилось. Еще и этот комментарий про Крис. По непонятной ей причине Тим с первой встречи невзлюбил подругу Мари и не скрывал своего отношения к ней.

«Что она ему сделала?» — размышляла Мари над словами Тима, стоя в одном нижнем белье и застегивая чехол на платье, когда в комнату вошел Тим. Он заметила, что расстроил Мари, поэтому подошел и нежно обнял ее сзади.

— Я просто хочу, чтобы при виде тебя все вокруг завидовали, что ты моя, а не их, — спокойно сказал Тим, затем развернул ее лицом к себе и поцеловал, чтобы успокоить. Как всегда, это сработало, и Мари обвила руками его шею, отвечая на его поцелуй.

Наступил день, из-за которого Мари так волновалась. Ей предстояло оказаться в центре внимания, так как все вокруг будут обсуждать спутницу такого статусного человека как Тим. А всеобщее внимание к себе Мари не очень любила. Но быть избранницей Тима налагало на нее свои обязанности, например, сопровождать на подобного рода мероприятиях. Поэтому сегодня рядом с Тимом она должна была выглядеть не просто роскошно, а сногсшибательно.

Тим предупредил Мари, что для подготовки ее к вечеру пригласил своего хваленого профи, которого она с волнением теперь ждала. Гоша с целой командой своих подручных появился в их доме ровно в полдень. Пока он знакомился с Мари, еще три девушки заносили в дом чемоданчики с рабочими инструментами.

— Не волнуйся, Тим, — сказал Гоша, разглядывая кончики волос Мари, — сделаем из твоей принцессы королеву. Только оставь нас! Ты должен увидеть контраст между «было» и «стало».

— Хорошо, я буду наверху, — ответил Тим и поднялся по лестнице.

— Ну что, девочки?! Работаем! — скомандовал он своим помощницам.

Они усадили Мари на стул и начали творить свою магию красоты. Одна девушка занималась маникюром, другая — подготавливала лицо к макияжу, третья — доставала из чемоданов наряды и отпаривала те, что помялись. Гоша тем временем достал ножницы.

— Пожалуйста, только не коротко, — с мольбой в глазах попросила его Мари.

— Дорогая, мастер знает свое дело, — пошутил он.

— Да не волнуйся, я не лишу тебя твоих шикарных локонов, только придам им лоска, — тут же успокоил он Мари, заметив, как она напряглась.

Спустя два часа они закончили преображение Мари. Теперь ей предстояло померить пару нарядов в новом образе. При этом посмотреть в зеркало Мари не разрешали. Она должна была увидеть себя только уже переодевшись. Гоша позвал Тима оценить их работу и выбрать желаемый образ.

Первым вариантом, который они предложили Мари, было черное атласное платье. Недостаток этого платья был в том, что короче и придумать было невозможно. Оно оголяло не только плечи, но и полностью ноги. В этом платье Мари чувствовала себя эскортницей. Второй образ — длинное полупрозрачное песочное платье с золотой вышивкой и открытым лифом совершенно не скрывал нижнее белье Мари. Только третий вариант на фоне других двух уже выигрывал только потому, что не был столь откровенным. Это было красное длинное платье из пайеток с большим вырезом по бедру и глубоким декольте. К нему идеально подошли длинные голливудские локоны, которые создал Гоша. В таком виде Мари выглядела так, словно только сошла с красной дорожки известной премии.

Во время дефилирования всех трех образов Тим смотрел на Мари с таким обожанием, будто она была самой красивой женщиной на свете. Мари нравился его взгляд, но ей хотелось, чтобы он смотрел на нее так и без всей этой гламурной обертки. Ведь этот яркий образ не отражал ее саму, она лишь приняла форму, к которой, вероятно, он привык. Зато теперь Мари полностью соответствовала безупречному стилю Тима, идеально сочетаясь с его черным смокингом.

Водитель остановил автомобиль точно у красной бархатной дорожки. Когда Мари вышла из машины и взяла Тима под руку, она окинула взглядом здание, в котором проводилось мероприятие. Это был не просто коттедж, как называл его Тим, это был настоящий замок. Они шли вслед за другими прибывающими гостями, ослепляемые вспышками фотокамер.

Внутри гостей встречал оркестр с приятной музыкой. Официанты в белых костюмах предлагали высокие бокалы с шампанским. Тим уверенно проходил внутрь, приветствуя знакомые лица. Он вел себя так, будто он был рожден для светских вечеров. Мари же при всей ее тщательной подготовке чувствовала себя скованно. Идеальные девушки с однотипной красотой, мужчины в дорогих костюмах с тщеславными улыбками, богато украшенные залы с прислугой — все это было для нее слишком пафосным и ненастоящим. Она не хотела быть частью этой фальшивой, неискренней картинки. Но ради Тима она была готова всем улыбаться, мило беседовать и терпеть оценивающие взгляды окружающий.