Бесплатный фрагмент - Чем дальше в дебри мирозданья…

С неизбывной любовью!

Бабушке —

Духовой Наталье Фоминичне

Деду —

Духову Валериану Петровичу

Маме —

Супруновой Жанне Валериановне

Лучшая из сказок

Сказочное время —

Детство на Кубани:

Бронзовое племя,

Солнце под ногами…

Зной, в песке увязший,

Ровное теченье,

Звон весёлый пляжный,

Синих губ свеченье.

К вечеру — мурашки

С головы до пяток…

В выцветшей рубашке

Сон безумно сладок.

День вдруг смежил глазки,

Ломоть не доеден,

Хорошо, хоть в сказке

Не бываешь беден!

Curriculum vitae

Как судьбу я доводил до бела каления,

И подковы из неё гнул без лени я,

Закалял подковы те неудачами,

За коней же лет лихих переплачивал.

В кабаках несчётно раз околпачен был,

У врагов и у друзей простофилей слыл.

Знавал женскую любовь и утрачивал,

Но, прощаясь, ничего не переиначивал.

Церкви мимо проезжал бесполезные,

Солнцем с ветром врачевал дни болезные.

И начало всех начал осознал в конце:

Все, кого ни повстречал, каждый был в венце.

И пусть в Мекке сало есть — сверхпорок,

Каждый — бог. И судия. И пророк.

Эх! На терновом на кусте веток вдосталь,

А до нимба нам дожить просто ль?

Атеист

Не хочу разбираться в чуши —

Православный, буддист, иудей…

И могучее древо иссушит

Непосильное бремя ветвей.

Отрекаюсь от дряхлых религий,

Пьём ведь соки единых корней!

Равно смертны, и равно велики —

Православный, буддист, иудей…

Пленники сказок

Утята гадкие, про гадких же утят

Листаем с детства

Мы зачитанные книжки,

Вот только шеек тощих перья не хотят

Вдруг превращаться в белоснежные манишки.

В калейдоскопе жизни,

Где мало что понятно,

Всё не случается волшебная подвижка,

А жажда счастья и тревожна, и приятна…

Ах, как прекрасна замусоленная книжка!

Три хлыста

Нас погоняют непрестанно

От колыбели до креста:

Несостоявшихся мечтаний

Обетованные места,

И неосознанных желаний

В грехе святая простота,

И необузданных деяний,

В конечном счёте, пустота…

Одиночки

Не прилепляяся душою,

Не прикипая наугад,

Сады обходим стороною,

Польстясь на дикий виноград.

Хлебая киснущую брагу,

Заместо доброго вина,

Клянём бездумную отвагу,

Что никуда не привела.

С свечой беседуя безгласно

Во мраке скучного жилья,

Клянёмся — будущим — напрасно,

На груде грязного белья.

Галеры цепь, дневная норма,

И на волнах то вверх, то вниз…

Сквозь рёв пожизненного шторма

Судьбы посвистывает хлыст.

Месть

Идёт охота на волков,

Идёт охота!..

В. Высоцкий

Человек развратил собаку —

Научил любить многих сучек,

За одну не бросаясь в драку,

Предпочесть групповуху случек.

Одиночки — любимцы воли,

Гордецы — от хвоста до холки,

Однолюбы — до капли крови,

Человеку укором — волки.

Им Шекспира не ведома повесть,

И в Христианстве не знают толка.

Как бродячую злую совесть,

Человек убивает волка.

Риторическое

Который век вопрос один и тот же

Решаем мы, и всё не разрешим,

«Святую» ложь оправдываем ложью

И на крови веками ворожим.

Который век богов ревнивых распри

Нет-нет, да взбудоражат белый свет,

Который век в единстве биомассы,

Как водится, единства духа нет.

А что Господь?

И в чём же триединость?