12+
Боевые товарищи

Объем: 46 бумажных стр.

Формат: epub, fb2, pdfRead, mobi

Подробнее

Данное произведение вдохновлено реальными историческими событиями. Тем не менее его сюжет представляет собой художественный вымысел. Описанные здесь конкретные действующие лица, эпизоды из их жизни и любые сходства с реальными происшествиями случайны. Поведение персонажей, описание событий, явлений, будучи результатом личного видения автора, могут в отдельных случаях показаться неправдоподобными и нелогичными.

Глава 1

Кирилл Иванов не мечтал с детства о том, чтобы стать военным. Более того, он до последнего не мог определиться, какой путь в жизни ему выбрать. Однако в предвоенные годы Красная армия активно реформировалась, повышались её мощь и престиж. Поэтому Кирилл принял решение поступать в военное училище и делать карьеру военного.

В итоге, дополнительно пройдя специальные краткосрочные курсы, Великую Отечественную войну Кирилл встретил в звании младшего лейтенанта пехоты РККА, которому предстояло принять под своё командование взвод из тридцати пяти человек.

Прибыв в расположение своей части 21 июня 1941 года, младший лейтенант Иванов первым делом отправился доложить начальству о своём приезде и о готовности принять на себя командование взводом.

— Здравия желаю, товарищ майор! Младший лейтенант Иванов явился для дальнейшего прохождения службы! — отчеканил Кирилл.

— Вольно, младший лейтенант, — сказал майор. — Говорите, прибыли для дальнейшего прохождения службы? Ну что, готовы приступить к своим обязанностям?

— Так точно!

На плацу перед ним стояли, вытянувшись по стойке смирно, тридцать пять человек. Это были молодые ребята, не многим моложе самого Кирилла. Все они были одеты в стандартную форму: стальной шлем, хлопчатобумажная летняя рубаха, летние шаровары с наколенниками, поясной кожаный ремень с тесьмовыми лямками. Через плечо у каждого красноармейца была сумка с противогазом, на ногах — сапоги. Состав взвода был по-настоящему «пёстрым». Из шеренги на нового командира глядели представители практически всех республик Советского Союза.

— Товарищи красноармейцы! С этого момента ваш взвод переходит под командование младшего лейтенанта Иванова, — объявил майор. — Вопросы есть?

— Никак нет! — хором, как один, прокричали бойцы.

— Ну, а теперь слово вам, Иванов, — сказал он уже негромко, глядя Кириллу прямо в глаза. — Такому молодому офицеру, как вы, особенно важно снискать уважение среди подчинённых. Удачи!

Поблагодарив майора, Кирилл обратился к бойцам с небольшой приветственной речью.

Разглядывая этих совсем ещё незнакомых ему людей, Иванов и не подозревал, что буквально через несколько дней ему придётся лежать с ними бок о бок в окопах, укрываясь от постоянных разрывов немецких снарядов, и вести тяжёлые бои против фашистских войск.

Глава 2

Утро 22 июня 1941 года принесло с собой самое большое и тяжёлое испытание в истории советского народа. Войска вермахта перешли границу СССР, и началась Великая Отечественная война.

Сообщение об этом не сразу достигло части, где служили Кирилл и его товарищи, так как расположена она была довольно далеко от границы. Поступила информация, что большое количество наших солдат попало в окружение под Минском. На выручку им было послано десять батальонов. По разведданным, немцев было в два раза больше. Было решено атаковать врага с востока и юга. Два батальона оставили в резерве, а остальные около восьми часов утра вступили в бой. Среди них был и взвод младшего лейтенанта Иванова.

Советские войны сражались храбро, и поначалу им даже удалось застать немцев врасплох. Но когда те перебросили часть своих сил для обороны от противника, наступающего с тыла, началась ожесточённая борьба. Советским солдатам в свою очередь пришлось перейти к обороне.

Младший лейтенант из окопа наблюдал в бинокль за передвижением фашистских войск. Вражеские пулемётные расчёты как раз перезаряжали свои орудия. Отдельные выстрелы раздавались из немецких окопов в ответ на такие же редкие выстрелы бойцов Красной армии. Внезапно Кирилл увидел небольшую группу немецких солдат — не больше десяти человек. Они медленно, стараясь быть как можно незаметнее, пробирались к покрытой плотным кустарником возвышенности, находящейся по левому флангу советских войск. Это были снайперы. Они собирались с удобной позиции точными попаданиями поразить как можно больше офицеров в советских рядах, чтобы основные фашистские силы, воспользовавшись возникшей среди солдат дезорганизацией, предприняли массированную атаку.

Оценив обстановку, Кирилл направился к находившемуся неподалёку пулемётчику.

— Товарищ младший лейтенант, сколько же мы можем так сидеть?! Ведь там в окружении наши ребята гибнут!

— Успокойся, Левченко! Будем, будем атаковать! А пока посмотри-ка в бинокль на те деревья слева от нас. Видишь снайперов?

— Так точно, товарищ младший лейтенант. Что же это они удумали? Хотят нас из-за укрытия перестрелять?!

— Направь-ка туда свой пулемёт и задай фашистам жару!

— Есть!

Длинной очередью из пулемёта повалило несколько небольших деревьев, четверо или пятеро из снайперов остались лежать на земле, а остальные поспешили вернуться к своим. В ответ на пулемётный огонь с немецкой стороны послышалось множество выстрелов — и одиночных из винтовок, и короткими очередями. Кирилл, рядовой Левченко и все, кто был рядом, резко пригнулись. Пули врезались в землю, выбрасывая вверх комья, совсем рядом с их позициями.

— Метко стреляют! Так нам из окопов ещё долго не вылезти, — сказал солдат справа от Иванова.

— Отставить упаднические настроения, рядовой Лесков! Командование вырабатывает план новой атаки. Скоро мы освободим наших товарищей из этого «котла».

Ближе к полудню поступило сообщение, что атака наших войск будет поддержана авиацией. Оно подняло моральный дух бойцов, несколько сникших от длительного бездействия. Уже через полчаса в небе над полем сражения показались советские самолёты. Их было немного, но и такая поддержка с воздуха всё же была лучше, чем никакой, учитывая, что в первый день войны СССР потерял огромное количество самолётов, не успевших даже взлететь со своих аэродромов. Начался обстрел немецких позиций с воздуха. В ответ фашисты открыли огонь из всех видов оружия, какое у них имелось. Слышны были даже отдельные пистолетные выстрелы.

Вслед за атакой авиации на врага храбро бросилась пехота, ведя огонь на бегу. В её рядах были и Кирилл со своими людьми. Младший лейтенант застрелил из своего ТТ четырёх фашистов. Справа и слева вели свой бой его товарищи. Не прекращаясь, звучали выстрелы — одиночно и очередями. Солдаты и с той и с другой стороны падали — кто замертво, кто раненым лежал на земле и стонал от боли.

Добежав до крайних вражеских позиций и прыгнув в окоп, Кирилл Иванов застрелил ещё одного немца. Другой направил на него винтовку, но Кирилл не дал ему выстрелить: он схватился за его оружие, и между ними завязалась борьба. В конце концов он заколол фашиста штыком его же винтовки и только собрался поднять с земли свой оброненный в пылу схватки пистолет, как вдруг увидел, что ему снова целится в голову немецкий солдат. Кирилл покосился на свой пистолет — тот лежал в паре метров, и воспользоваться им не было никакой возможности. Заметив взгляд младшего лейтенанта, немец презрительно ухмыльнулся.

В следующий миг раздался выстрел, и вражеский солдат упал на землю лицом вниз, сжимая винтовку в руках.

Застрелил его рядовой из взвода Иванова, но Кирилл позабыл, как его зовут.

— Как твоя фамилия, боец?

— Рядовой Магомедов, товарищ младший лейтенант.

— А имя?

— Рамиль.

— Спасибо тебе, Рамиль, ты спас мне жизнь. Я этого не забуду!

— Не за что, товарищ младший лейтенант. Все мы здесь как братья, все Родину защищаем. А братьям надо помогать. Сегодня я вам, завтра вы мне.

— Да, ты прав.

— Смотрите, а вот и наши ребята вышли из окружения! — воскликнул подбежавший к ним Лесков. — Всё-таки наша взяла, товарищ младший лейтенант!

Советские воины, бывшие в окружении, прорвали вражеские ряды и теперь вместе со своими товарищами уничтожали оставшиеся силы противника.

— Рядовой Мгеладзе, рядовой Сулейменов! — окрикнул Кирилл двух бойцов из своего взвода. — Осмотрите местность и выясните, сколько человек из личного состава осталось в живых, сколько у нас раненых. Приказ ясен?

— Так точно, товарищ младший лейтенант!

В этом сражении советским воинам удалось одержать победу и вывести из окружения около тысячи своих товарищей. Однако при этом из десяти батальонов было потеряно более половины. Во взводе Кирилла осталось лишь пятнадцать человек из тридцати пяти.

Так прошло их первое боевое крещение.

Глава 3

Наступила ночь, но бойцам не спалось. Сидя у костров, они вполголоса переговаривались между собой, кто-то тихонько напевал незамысловатую песенку, а кто-то просто смотрел на огонь. Мысли их были заняты воспоминаниями о сегодняшнем сражении и его жертвах, о родных и близких, живущих в разных уголках огромной страны. И, конечно же, думами о том великом испытании, которое легло на их плечи. Сколько ещё продлится эта война? Сколько ещё будет смертей?

Лишь немногие спали, но и их сон не был спокойным: то тут, то там слышалось бормотание, стоны. Очень много было раненых. А убитых ещё больше. Братские могилы рыли прямо в поле, где ещё днём шло кровопролитное сражение.

Кирилл молча смотрел на огонь. Пережитое днём не отпускало. Сегодня он чуть было не погиб. Доли секунды оставалось ему жить на этом свете — не подоспей его товарищ. И за это он будет вечно ему благодарен.

Спаситель его сидел неподалёку, о чём-то разговаривая с Моисеем Гольдманом — молодым еврейским парнем, также входившим во взвод Иванова. Здесь же у костра были и пулемётчик Игорь Левченко, и Вадим Лесков. И рядовые Мгеладзе и Сулейменов тут были. А с ними ещё один их сослуживец — Алексей Ковальчук. Взгляд у него был какой-то отрешённый: парень смотрел перед собой и как будто никого и ничего не замечал.

— Что это с ним? — спросил шёпотом Кирилл у Лескова.

— Да дело в том, товарищ младший лейтенант, — зашептал в ответ Лесков, — что он сам родом из этих мест. Семья его — мать, отец и две сестры — в Минске жили. Вот он и не знает теперь, где они да что с ними — то ли их эвакуировали, то ли…

Он осёкся и поглядел на Ковальчука. Кирилл встал и подошёл к Алексею.

— Держись, боец, держись! Обязательно надо верить, что всё будет хорошо и ты ещё увидишь своих родных.

— Я всё сделаю, чтобы приблизить этот момент, — ответил тот. — Всё, чтобы изгнать врага с нашей Родины!

— Вот это правильно, Алексей! Так и никак иначе!

При слове «Родина» Кирилл вновь задумался о том, скольких людей затронула эта война. Людей таких разных, но всё же делающих одно великое дело. Сейчас перед ним сидели молодые ребята лет восемнадцати-девятнадцати, которые ещё толком не пожили и которые готовы отдать жизнь за это правое дело.

— Расскажи о себе, Серго, — обратился Кирилл к сидящему рядом с ним рядовому Мгеладзе. — Откуда ты? Как прошло твоё детство?

Все, кто сидел вокруг костра, посмотрели на грузина.

— Вы же наверняка читали это в личном деле, товарищ младший лейтенант.

— Читал, но ты расскажи сам.

— Хорошо. Родился я в 1922 году в городе Гори…

— Ого! Да ты, Серго, земляк самого товарища Сталина! — воскликнули несколько голосов.

— Я этим горжусь. Так вот: родился в городе Гори. Отец был плотником…

— А почему был? Его уже нет? — спросил Левченко.

— Слушай, ты дашь мне сказать или нет? Не перебивай! Отец умер пять лет назад от воспаления лёгких. Мать осталась одна с нами — со мной и сестрой Нино. Они сейчас у родственников живут, в Тбилиси. А я здесь.

— Сестра младше тебя или старше? — спросил Кирилл.

— Младше: ей пятнадцать лет всего. Такая красавица! В маму пошла. Как хочется их увидеть!

И парень замолчал, погрузившись в свои мысли.

— Ты, Игорь, всё рвался своё слово вставить, — обратился командир к рядовому Левченко. — Ну так поведай нам о себе.

— А что, охотно! — с воодушевлением подхватил беседу любитель поговорить Левченко. — Сам я из-под Сталино. Родился в деревне, вырос тоже там. Отец с матерью — крестьяне. Три сестры у меня и брат. И увидеть их я хочу не меньше твоего, Серго! В общем, решил я в город перебраться, в институт поступать…

Слова эти были встречены дружным хохотом товарищей, не смеялись только Кирилл и Алексей Ковальчук.

— Чего вы? Решил я поступать в институт, и что — думаете, я слишком глупый для этого, раз вырос в деревне? Я, между прочим, в школе учился хорошо! — обиженным тоном произнёс Левченко.

— Да успокойся! Продолжай, продолжай, — дружно ответили ребята.

— Ну ладно. Думал, отслужу я в армии и пойду учиться. Да не тут-то было…

Теперь уже никто не смеялся, потому что все понимали, о чём речь. Повисло молчание, которое нарушил через пару минут рядовой Магомедов:

— А я родом из Набережных Челнов. Семья моя вся там: отец с матерью, братья, сестры, бабушки, дедушки, родные наши… Я шестой ребёнок в семье. Отец — рабочий на заводе, мать — учительница. А военным я решил стать с самого детства, лет с четырёх. Тогда, помню, жил по соседству с нами один офицер. Высокий, красивый. Герой Гражданской войны. Добрый был: нам, ребятам, мороженое всегда покупал, конфеты… Собирались мы всем двором послушать его рассказы о войне. И я решил стать таким же, как он…

— И обязательно станешь, — сказал Кирилл и обратился к следующему: — Теперь ты, Моисей, расскажи свою историю.

— Я из Одессы. Отец у меня часовщик, а мать ведёт домашнее хозяйство. Она бы тоже пошла работать, да здоровье слабое. Болеет часто. Младшему брату Изе десять лет. Он неплохо играет на скрипке, хочет стать знаменитым артистом. Я с двенадцати лет помогал отцу в мастерской. Он давал мне старые неработающие часы и показывал, как заставить их снова ходить. Мы с моей невестой Сарой решили, что, как только я вернусь из армии, мы сразу поженимся. Да теперь не знаю, вернусь ли…

— А мой родной город — Новосибирск! — бодро перевёл Лесков разговор с очередной грустной паузы.

— Значит, родные все там остались? — перебил его словоохотливый Левченко.

— Нет у меня родных. Вырос в детдоме. С четырнадцати лет стал подрабатывать грузчиком в порту на Оби. Потом армия — и вот я здесь.

— Да-а… Негусто. Мало мы, ребята, ещё видели в жизни, — подытожил Нургали Сулейменов. — Я вот хочу, как война закончится, тоже поступить в институт, учёным стать…

— А сам ты откуда? — спросил Кирилл.

— Из Алма-Аты. Это в Казахстане.

— Товарищ младший лейтенант, расскажите и вы нам о себе.

Взоры всех бойцов устремились на командира. Им было интересно слушать друг друга, но узнать что-нибудь о своём начальнике было вдвойне интересно.

— Ну что тут особенно рассказывать… Родился я в Москве в 1916 году. Отец мой работал всю жизнь, да и сейчас работает машинистом на железной дороге, а мать — медсестра в больнице. Так уж получилось, что я единственный ребёнок в семье. После окончания школы решил поступить в военное училище, стать бравым военным… — Кирилл словно бы виновато улыбнулся.

— А я думал, что вы потомственный военный, товарищ младший лейтенант, — вступил наконец в разговор Ковальчук. — Вы всегда держитесь так уверенно, так бесстрашно.

— Нет, Алексей, я до окончания школы ни о чём таком и не думал. Даже понятия не имел, кем стать хочу.

— Знайте, товарищ младший лейтенант, мы — я уверен, так думают все здесь сидящие, — мы считаем вас отличным командиром и гордимся, что служим под вашим началом.

— Да, да! Верно, гордимся! — подтвердили бойцы слова товарища.

Бесплатный фрагмент закончился.

Купите книгу, чтобы продолжить чтение.