Бесплатный фрагмент - Арена

Жанр: Магический реализм. Сверхъестественное, мистика.

Серия: Посланник …..

Глава 1

После операции всё шло спокойно: никаких астральных приключений, никакой суеты. Я потихоньку восстанавливался, и мысль о том, что обо мне просто забыли, посещала меня не в первый раз. Но в один прекрасный день всё полетело в тартарары.

День не задался с самого утра. Сияющий идиотизм Василия Петровича выбесил меня до белого каления — его умение быть максимально бесполезным и при этом крайне важным было поистине магическим даром. Коллеги, впрочем, не отставали и с удовольствием подливали масла в огонь.

К вечеру выяснилось, что желание попасть под раздачу приобрело массовый характер. У Ани день прошёл по тому же сценарию. К ужину мы оба были взвинчены до предела. Слово за слово, кто прав, кто виноват — в итоге поцапались на совесть.

Вот не знаю почему, но иногда я сам себе кажусь странным: даже в разгар ссоры я ловил себя на мысли, что любуюсь женой. Аня в гневе великолепна: её глаза горят каким-то нереальным, почти электрическим блеском, осанка безупречна — любая венценосная особа сдохла бы от зависти, а голос звучит жёстко и аргументированно. В этой ярости есть что-то завораживающее.

Мир всё-таки наступил, но осадок остался. Дуясь друг на друга и чувствуя себя морально выжатыми, мы легли спать. Я лежал с закрытыми глазами, раздражённый на самого себя и — будем честны — на Аню за испорченный вечер. Тело казалось чужим и тяжёлым, словно меня придавила многотонная могильная плита.

Астральный вызов прошёл незаметно: только что я лежал в кровати, и вот уже стою чёрт-те где.

Во избежание неприятных казусов для собственной самооценки я когда-то уделил немало времени тому, чтобы мой астральный образ был подобающе одет. Мысль вылететь куда-нибудь в одних трусах (или, что еще хуже, вовсе без них) меня не прельщала.

— Ого… — вырвалось у меня.

Я был не один. Вдоль длинной дорожки, ведущей к массивному чёрному трону, вытянулись в две ровные шеренги около двадцати человек. Не демоны, не бесы, а люди. Я оказался в самом центре этого живого ограждения.

— Опаздываешь, — процедила красноглазая демоница. Она восседала в своём чёрном кресле, и в её тоне звучали нотки неприкрытого раздражения.

«Да что за день такой?!» — пронеслось в голове. — «Как вызвала — так и явился, чего тут возмущаться?»

Присутствующие уставились на меня с таким неодобрением, будто я только что надел их любимые тапочки. Они выглядели странно: облачены в тяжёлые балахоны, а на шеях, поверх ткани, висели массивные золотые цепи с огромными амулетами. Те, кто стоял ближе всех, носили разные символы; остальные сливались в единое золотистое марево.

— Госпожа, позвольте? — почтительно попросил кто-то из начала шеренги.

Демоница молча кивнула. Видимо, обращение «Госпожа» льстило её самолюбию. Мне же в голову лезли только пошлые ассоциации, но я вовремя прикусил язык — инстинкт самосохранения сработал быстрее желания что-нибудь ляпнуть.

Из шеренги вышел мужчина лет тридцати. Типичный мажорик: холёный вид, высокомерный взгляд и сверкающий на груди амулет в виде солнца с расходящимися лучами, в центре которого чернел глаз. Удар заклинания был настолько резким и неожиданным, что я не успел даже среагировать — ноги подкосились, и я с глухим стуком грохнулся на колени.

— Понял теперь, как надо приветствовать Госпожу? Или повторить урок? — растягивая слова, протянул мажорик. Презрение в его голосе было почти осязаемым, а на роже и так всё было написано: друзьями мы точно не будем.

— Повтори, туго соображаю, — предложил я. — День сегодня особенный, как раз появился ещё один кандидат на снятие накопленного негатива.

Губы мажорика растянулись в злой усмешке. Я резко бросился на него и с силой впечатал кулак ему по физиономии. Он отлетел к самому подножию трона, приземлившись плашмя к ногам госпожи. Поднялся он почти мгновенно; лицо перекосило от ярости, а глаза налились кровью.

— Довольно! — прозвучал голос Красноглазой демоницы.

Она сказала это негромко, но в её тоне была такая сталь, что все мысли о продолжении драки испарились, а душа ухнула куда-то в район пяток. И не только у меня. Замолчали все.

— Свободны, — бросила она, а затем перевела взгляд на меня. Её глаза яростно сверкнули. — А ты — останься.

Поклонившись почти до земли, остальные испарились. Ни разу мне не приходилось наблюдать за этим процессом со стороны: ткань пространства словно разрывается, и тебя мгновенно всасывает в сингулярность.

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Тишина была тяжёлой и давящей.

— Думаю, следует прояснить текущую ситуацию и условия нашего соглашения, — ледяным тоном произнесла демоница.

Я молча кивнул. Её глаза чуть сузились, и возникло ощущение, будто здоровенная когтистая лапа сжала мне горло.

— Как пожелаете, Госпожа… — придушенно пробормотал я.

Ощущение давления пропало. Она точно не в настроении.

— Я не испытываю недостатка в слугах, — она смерила меня сканирующим взглядом, словно оценивала товар на рынке. — Держать кого-то возле себя из милосердия я не намерена. В первый раз ты меня удивил, и я решила, что ты способен на большее. Но я ошиблась. Ты такая же бездарность, как и все остальные.

В её голосе снова прозвучали нотки раздражения, смешанные с брезгливостью.

«Вот это поворот. Мы-то, оказывается, развитие оцениваем, а сообщить, чего от тебя ждут, не догадались. Видимо, меня ждёт увольнение без выходного пособия. Да пожалуйста, не очень-то и хотелось».

— Следуй за мной, — приказала красноглазка, мгновенно переместившись с трона ко мне.

Пространство перед нами разорвалось, открывая проход. Мы ступили на узкий мост, который тянулся через бездонную пропасть. Снизу поднимались вихри чёрного тумана, а в стенах по бокам были вырублены ниши.

То, что я увидел в этих нишах, заставило меня содрогнуться. Там находились существа, вышедшие из самых жутких кошмаров; фильмы ужасов казались детскими сказками по сравнению с этим. Даже астральное тело пробила крупная дрожь.

— Нравятся? — ехидно поинтересовалась Красноглазка, с маниакальным удовольствием наблюдая за моей реакцией.

— Что… что это? — спросил я, и мой голос предательски дрогнул. «Главное, чтобы она не решила скормить меня этим тварям в качестве выходного пособия прямо сейчас».

— Особо отличившиеся души, — ответила она, кивая в сторону пещер. — Те, кто под тяжестью собственных грехов превратился в это.

Я посмотрел на монстров. Что-то мне подсказывало, что одних только грехов маловато для такой трансформации; тут была замешана какая-то более страшная алхимия. Ну или здесь собрались совсем отборные экземпляры. Интересно, Батори тоже тут? Она, помнится, знатно отличилась. Да и Синяя Борода, и Чёрная… список можно продолжать долго.

Выходы из ниш закрывала прозрачная плёнка, по которой пробегали тёмные искры. Монстры за ними бесновались, скреблись и выли, чувствуя моё присутствие.

— Всё это часть одного очень интересного древнего сооружения. Мы сейчас в его центре, а наверху расположена Арена. Трибуны, зрители — всё как полагается. Поражение здесь означает смерть во всех смыслах. Неважно, кто ты: душа, демон или ангел.

«Позитивно ничего не скажешь», — промелькнула мысль.

— И кто на ней сражается, Госпожа? — спросил я.

— Со стороны Арены выступают представители тех, кого ты здесь видишь, — она махнула рукой в сторону пещер с монстрами. — Арена сама выбирает бойцов. Единственное, что возможно — это предложить своего кандидата. Если Арена сочтёт его достойным, он будет принят.

— А со второй стороны?

— Со второй стороны будут некоторые из тех, кого ты видел в зале… ну, и ты в том числе, — она сделала паузу. — Списки ещё не поданы, я пока не решила окончательно.

— И за что мне такая честь?

Демоница одарила меня взглядом, словно облила ведром ледяной воды.

— Я должна объяснять? Вы все потенциальные кандидаты. Мне даже становится любопытно, до чего вы дойдёте, дабы не оказаться там, наверху.

Под вуалью лица не было видно, но я почти физически почувствовал её торжествующую усмешку.

— Удиви меня. Докажи, что достоин моего внимания, или сдохни навсегда. Можешь идти.

Она взмахнула рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи, и меня рвануло обратно в тело.

Я лежал на диване; сон как ветром сдуло. Да уж, день не задался, а финал — совсем. Удивить её — это как? Стриптиз станцевать или что-то в этом роде? Хотя думаю, это уже кто-то делает, и я точно первым не буду. Хрен с амулетом: вон как выпрыгнул, демонстрируя преданность госпоже.

Я тяжело вздохнул: «Ну почему у меня всё через одно место?» Да и Красноглазка раньше была вполне нормальной, а теперь злющая, как цербер на стероидах. Опоздал — предъявила. Перед сборищем магов подставила. Агрессия в наш адрес — теперь норма. «Нет справедливости в этом мире», — констатировал я. Чую одним местом, эти козлы-маги будут демонстрировать свои умения именно на мне.

Загадывать, конечно, не буду, всегда можно ошибиться, но в данном случае лучше приятное удивление, чем тычок в спину и разочарование.

«И что мне теперь делать?» — задал я себе риторический вопрос. — «Быть обедом тем тварям совсем не улыбается, а ведь она не шутила». До будильника оставалось пара часов, но ничего в голову не приходило. «Могла бы хотя бы намекнуть, в каком направлении удивлять». Утро вечера мудренее. С этой мыслью я и заснул.

Глава 2

Первым делом я решил заглянуть в прошлые жизни. Кто знает, может, найдется что-нибудь полезное, а может, удастся достучаться до Карающего — он-то точно должен знать, как выкрутиться из этой ситуации и не превратиться в астральный фарш под каблуком Красноглазки.

Туннель закончился, и я оказался на острове с зеркалами, парящем в темном тумане.

— Знатно же его потрепало, — пробормотал я. Приличное число зеркал отсутствовало, но оставшихся всё равно было более чем достаточно. Надеюсь, огненное уцелело.

Я медленно шел мимо стеклянных гладей. Внезапная мысль заставила меня остановиться и осмотреться повнимательней. Что-то в этом было странным: одно зеркало — одна жизнь. Все мои прошлые «я» умирали тихо и мирно, не тревожа это место забвения. Почему же в прошлый раз здесь всё громыхнуло?

Я задумчиво почесал голову, но ничего вразумительного в голову не пришло. И кстати, была еще одна странность: в большинстве зеркал я был лишь сторонним наблюдателем, а в огненном — действующим лицом.

— Может, кто-нибудь объяснит, что это за приколы? — проворчал я вслух. Ответа, естественно, не последовало. Тишина была мертвой; здесь, кроме меня, живых не было.

Огненное зеркало оказалось на месте. Пламя всё так же величаво огибало его, создавая достойное обрамление, а островок, на котором оно стояло, буквально светился от жара. Вот только подойти к нему не получилось. Стоило мне приблизиться к границе островка, как огонь яростно вспыхнул, создав непроницаемую стену. Меня буквально отшвырнуло потоком раскаленного воздуха.

— И как это называется? — поинтересовался я вслух.

В ответ — лишь треск пламени и гул пустоты.

— Ну и сиди там, пока не скопытишься, бобыль огненный! — крикнул я зеркалу напоследок, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Я бесцельно бродил по острову, соображая, что делать. Красноглазка стала непосредственной угрозой, и, по идее, её следовало бы как-нибудь отвлечь. Память услужливо подсунула обрывки книги по экзорцизму, которую я читал в ранней молодости в порыве любопытства. Зародившаяся идея была рискованной: вместо того чтобы изгнать сущность из мира людей, нужно было сделать ровно наоборот — призвать демоницу и заточить её в какой-нибудь подходящей душе.

Я окинул взглядом безмолвный остров. Место идеальное: тихо, спокойно, соседей нет. Пусть отдохнет эта стерва лет тридцать; видно же, что она выгорела на работе, давно в отпуске не была, нервишки шалят — так чего доброго астральный инфаркт хватит. Не для себя ж стараюсь, всё ради душевного спокойствия любимой Госпожи.

Я мысленно усмехнулся: философию я подогнал. Остался технический вопрос: как это провернуть? Как призвать, как заточить и при этом — желательно — не уничтожить самого себя?

Я снова посмотрел на зеркала. Может, кто-то из моих прошлых воплощений знает ответ? Но если прыгать в каждое по очереди, я до скончания времен буду только этим и заниматься. Попробуем проще. Усевшись в медитативную позу, я сосредоточился и представил, что к каждому стеклу присоединяется тонкий световой канал. Ничего не вышло: энергия впитывалась в зеркала, как бы я ни старался.

Плохо дело. Может, попробовать в интернете поискать? Хотя сомнения насчет этого были очень сильными. Всё-таки придется достучаться до Огненного.

Я медленно пошел в его сторону, обдумывая план действий, как вдруг мой взгляд уловил движение в одном из зеркал. Такого уж точно быть не должно. Твою ж мать… Когти страха ощутимо прошлись по спине, а душа окончательно ушла в пятки.

Я уставился на поверхность: что-то снова промелькнуло.

— Да что за чертовщина тут творится? — не сходя с места, я сформировал в правой руке обоюдоострое световое лезвие. Ощущение опасности стало почти физическим.

Я медленно подошел к странному зеркалу. С виду оно было обычным, а пространство вокруг завалено обломками старых постаментов. Чернильная поверхность начала проясняться, и сквозь пелену проступили очертания богато обставленного зала.

— Ох, не нравится мне всё это, — проворчал я, переступая порог.

Я оказался в огромном помещении, напоминавшем интерьеры какого-нибудь средневекового замка периода его самого мрачного расцвета. Высокие сводчатые потолки терялись в густой тени, а по периметру в массивных кованых подсвечниках горели факелы. Их свет был неровным, желтушным; он создавал длинные пляшущие тени на стенах, которые казались живыми. Повсюду висели тяжелые гобелены с выцветшими сюжетами кровавых охот и жестоких сражений.

И тут я почувствовал запах. Густой, приторно-сладкий аромат свежей крови в смеси с запахом железа и застоялой сырости. Этот смрад буквально пропитывал воздух, вызывая мгновенный рвотный рефлекс.

— Пиздец… Что здесь вообще произошло?! — выдохнул я.

Кровь была везде. Она не просто запятнала стены — она стекала по ним густыми липкими ручьями. В конце зала стоял тяжелый дубовый стол, перед ним на постаменте лежала книга. Я осторожно подошел и заглянул в неё.

— Если я правильно понимаю, это ритуал призыва… Вот только кого тут призывали? И где оно?

В этот момент по коридору прокатились тяжелые шаги с громоподобным эхом. Я вздрогнул. По опыту прошлых посещений, видеть меня никто не должен — для происходящего здесь я был лишь сторонним наблюдателем. Был один случай, когда граница была прорвана, но сомневаюсь, что сейчас ситуация повторится.

Несмотря на мою святую уверенность в собственной неуязвимости, каждый новый шаг, отдававшийся набатом в груди, шептал: контроль над ситуацией теряется.

В зал вошла фигура, закутанная в тяжелый темный балахон. Лицо полностью скрывал глубокий капюшон. Незнакомец был выше меня как минимум на голову и шире раза в полтора. Он молча окинул взглядом зал и уставился прямо на меня. Я бросил взгляд за спину, но там никого не было.

— Пришел? — то ли вопросительно, то ли утвердительно просипел вошедший. Голос был странным, надтреснутым, словно человек переболел тяжелейшей формой ангины или пытался говорить через разорванное горло.

— Это ты мне? — уточнил я, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

— А кому еще? — ответил он. Откровенно говоря, я был в шоке. Меня видно! А это уже совсем не дело. Место и так позитива не добавляло, а тут еще и это.

— Что здесь случилось? — спросил я первый пришедший в голову вопрос.

— А тебе какая разница? — отрезал хамоватый собеседник. Он вперил в меня такой взгляд из-под капюшона, что стало совсем неуютно. — Ты не похож на остальных и пришел не так, как они.

— И куда они делись?

Он усмехнулся, и этот звук напоминал хруст ломаемых костей. Медленно обведя рукой окровавленные стены, он дал понять: я был далеко не первым посетителем этого места. Видимо, не все мои воплощения были никудышными, но судьба их здесь была незавидная. Судя по всему, этот тип собирался предложить мне ту же участь.

— А ты вообще кто такой? — спросил я, решив всё-таки узнать, что за хрен тут нарисовался.

Он медленно откинул капюшон. Половина его лица была человеческой — изможденной и бледной, а вторая представляла собой гротескный кошмар: вспученная кровавая плоть, один огромный желтый глаз с вертикальным зрачком и ряды острых зубов, выходящих за пределы губ. Он был и призванным монстром, и призывателем в одном флаконе — жертвой собственного ритуала.

Из его пасти показался длинный раздвоенный змеиный язык, который на мгновение облизнул воздух, пробуя меня на вкус. Затем он зарычал. Ну всё, сейчас бросится. Но существо осталось на месте. В ту же секунду из стен начали просачиваться серые тени — призраки с такими искаженными мукой физиономиями, что можно было поседеть мгновенно. Они стремительно заполняли зал, отрезая мне путь назад. Двое с диким визгом кинулись на меня со спины.

Я среагировал инстинктивно: в руке вспыхнуло световое лезвие, одним взмахом рассекшее призраков. Но остальные навалились всей массой, запечатывая меня в холодную серую плоть. Сотни острых зубов вонзились в мою астральную оболочку.

— КРЫЛЬЯ! РАСКРОЙ КРЫЛЬЯ!!! — этот крик прозвучал прямо внутри моего сознания.

Вспышка! Образ пылающих крыльев заполнил всё вокруг. В следующее мгновение за моей спиной с ревом кузнечного горна развернулись два колоссальных крыла из сияющего пламени. Жар был таким, что призраки просто испарились, а уцелевшие с визгом отхлынули к стенам.

Существо-гибрид всё еще стояло на месте, наблюдая за мной с холодным любопытством.

— Слышь ты, мутант хренов! — проорал я в порыве бешенства. — Это моя душа! Я здесь бог, а ты — дохлое воспоминание!

С такими воплощениями можно было общаться только так: засомневаешься в себе на секунду — и тебе хана.

— Боги… нам еще не попадались, — плотоядно облизнулся гибрид. Он снова зарычал, и призраки хлынули в зал бесконечным потоком, словно серая река.

Я швырнул одно лезвие, затем второе, но это была капля в море. Единственным выходом было сжечь всё до основания. Злость и ярость стали моим топливом. Огонь в крыльях загудел, как турбина реактивного самолета. Я направил этот поток во все стороны — огненная волна понеслась по залу, пожирая призраков, мебель и сами стены.

Гибрид, охваченный пламенем, вылетел из эпицентра пожара и резко приземлился передо мной. Его лапа вцепилась мне в горло; я дернулся назад, а зубастая пасть щелкнула в сантиметре от моего лица. Я резко вогнал лезвие сверху вниз, прямо в его череп, добавляя к удару весь запас пламени. В последнее мгновение его человеческий глаз посмотрел на меня с какой-то странной благодарностью.

Огонь яростно пожирал всё вокруг, превращая замок в пепелище. Внезапно меня вышвырнуло из зеркала. Оно вспыхнуло и развеялось черным дымом, оставив после себя лишь оплавленный постамент.

— Твою ж мать! А можно как-нибудь попроще?! — закричал я в пустоту, чувствуя, как меня трясет от пережитого. — Задал вопрос — получил ответ, что тут сложного? Почему всё всегда через одно место?!

Я стоял в темном тумане острова. Злость требовала выхода.

— Ну всё, хватит! — прорычал я. — Я снесу чертовы зеркала и посмотрю, увижу ли я их жизни или нет! Мне похеру на них всех!

В темноте, описывая широкую дугу, развернулось гигантское светящееся лезвие.

— Момент истины! — яростно произнес я, направляя удар в сторону зеркал.

Но не успел я завершить замах, как с небес ударила гигантская молния. Она попала точно в моё лезвие, рассыпав его на миллионы искр. В ту же секунду возник темный смерч, закрутивший меня внутри себя. Еще один разряд — ослепительный и беспощадный — ударил прямо в центр моего существа, вышвыривая обратно в физическое тело.

Я открыл глаза, тяжело дыша. Потряс головой — руки и ноги на месте, значит, живой. Видимо, сработал какой-то защитный механизм острова. Но ответ я всё же получил. Какой «интересный» у меня духовный путь… Оказалось, в моем активе есть даже чернокнижник. Мужик был серьезный, до фига знал всяких черных ритуалов — меня от описания некоторых чуть ли не наизнанку выворачивает. Про аппетит и говорить не стоит. Желательно засунуть весь этот багаж подальше и постараться не вспоминать. Как никак, у меня всё-таки тонкая душевная организация.

А гибрид… он получился случайно: клинок в спину прервал ритуал, и бедняга застрял между мирами, спаянный с пожирателем душ.

— Пиздец какой-то, — прошептал я, закрывая глаза. Я попытался представить что-нибудь хорошее, чтобы стереть видение кровавой бойни.

Глава 3

Несмотря на печальный опыт чернокнижника, мой план казался неплохим — и на первый, и даже на второй взгляд. Во-первых, я не собирался вызывать пожирателя душ. Во-вторых, Красноглазка всё-таки была дамой более-менее адекватной (если не считать её привычки втаптывать людей в грязь). Ну и в-третьих, шансы получить клинок в спину во время вызова — минимальные.

Правда, оставалось одно «но». Вряд ли «наверху» одобрили бы идею засунуть демона в обычную человеческую душу. Так что Василий Петрович и Инесса Игоревна не подходили — очень жаль. Пришлось искать кого-то из темных экстрасенсов, колдунов или ведьм, желательно с сильными способностями медиума. Те чудики с амулетами из тронного зала идеально подошли бы на эту роль, но где они физически обитают, я понятия не имел.

Первым делом я залез в Google и Яндекс. Перелопатив тонны однотипной информации и изучив специфические форумы по оказанию «магических услуг», к концу дня я почувствовал, что моя голова стала квадратной. Двадцать первый век на дворе, а ощущение такое, будто я провалился в дремучее средневековье или темные века.

Итак, что мы имеем? В округе есть несколько магов-экстрасенсов. План был прост: обзвонить их, разузнать детали и уточнить расценки — я всё-таки не миллионер. Я выписал около двадцати телефонов в порядке перспективности. В списке оказались все: от магистров черной и белой магии и членов различных ассоциаций до потомственных ведьм и деревенских бабок с «даром».

Над легендой я долго не раздумывал: несчастная любовь, ссора, обидные слова, уход, хлопнув дверью, автокатастрофа… и вот теперь я пытаюсь загладить вину перед ушедшей. Чувство вины — это лучший магнит для любого темного мага, так что на эту наживку клюнут даже самые привередливые.

Параллельно я наткнулся на чаты совсем уж «темных» специалистов. Чтобы меня туда приняли, пришлось убедить админа, что мне глубоко интересна подобная тема, а мои моральные качества находятся где-то на уровне плинтуса (или даже ниже). И вот тут случилась неожиданность: в одном из чатов на аватарке активного участника сиял знак, в точности повторяющий амулет того мажорика. Глаз в центре солнца и расходящиеся лучи.

«Ну прям Лучезарный, другого названия и не подберешь», — подумал я. — «И чем же ты тут занимаешься?»

Я принялся активно изучать его сообщения. Оказалось, парень балуется приворотами. В этом деле есть разные градации: от легкого влечения до полного подчинения объекта. Финальный этап — подселение сущности, обычно беса, который берет чувства жертвы под контроль, исполняя желания заказчика. Психика в таких случаях разлетается в щепки; о любви и настоящих чувствах тут речь не идет. Заказчики здесь тоже специфические: озлобленные люди, вымещающие свои комплексы на объекте приворота. Вот кого надо отправлять на Арену — уверен, пару секунд они повизжат, а большего от них и не требуется.

Лучезарный давал гарантии, но тут он откровенно приврал. Гарантий нет: если жертва сильна духом или осознает, что ей подсовывают ложные чувства, приворот не сработает. Но если бахвальство Лучезарного имело хоть какую-то основу, то разбитых судеб в его активе было предостаточно. Сейчас у него в подчинении несколько человек. Однако доставить хлопот этот гад мог. Правда, меня надо было еще найти — не думаю, что Красноглазка будет устраивать слет знакомств, хотя кто знает, вдруг ей покажется, что драйва недостаточно.

Остальные из той шеренги тоже здесь обитают? Жаль, амулеты не запомнил.

Первой в моем списке шла какая-то потомственная бабка из пригорода. Принимала в порядке живой очереди, и желающих было столько, что люди занимали места чуть ли не с четырех утра: кто на удачу, кто на бизнес, кто за мужем. Судя по всему, у неё был свой «потолок цен». Позвонил — к бабке не пробиться, если только в твоем кармане нет пятизначной суммы. Там целый семейный клан по восьмое колено окопался. От цены за первичный прием я откровенно офигел. И ведь платят! Сколько же идиотов в этом мире. Этот номер я вычеркнул.

С другой потомственной ведьмой договориться удалось. В назначенное время я подъехал к неприглядному двухэтажному домику старого фонда. Просевшие полы противно заскрипели, когда я вошел в подъезд. Над дверью на втором этаже висело круглое зеркало — знак того, что сюда.

Дверь открыла девушка лет тридцати. Она окинула меня оценивающим взглядом и молча пропустила в небольшую комнату. Не любитель я таких ситуаций, но, осмотревшись, успокоился: решеток нет, в случае осложнений можно выйти через окно — второй этаж, невысоко.

— Садись, — приказала она, указав на стул.

Стул стоял напротив небольшого алтаря. На полу мелом были начертаны символы, а посредине дымилась эмалированная чаша, больше похожая на обычный тазик, чем на магический артефакт. Дым не поднимался вверх, а медленно стекал по полу легким туманом. «Сухой лед, что ли?» — предположил я. Но садиться всё равно не хотелось.

— Это я с вами разговаривал? — уточнил я.

Она молча кивнула, продолжая меня рассматривать.

— А ты хорош, — наконец вынесла вердикт ведьма. — Зачем мертвеца хочешь потревожить?

Она встала напротив меня. На ней было платье с запахом на пуговицах, и, судя по всему, под ним не было абсолютно ничего.

— Чувство вины, — я сделал паузу, изображая глубокие переживания. — Несчастная любовь… Хочу сказать ей то, что не успел при жизни.

Последние слова я произнес, опустив глаза и проведя рукой по лицу, словно смахивая слезы.

— Как мило, — произнесла ведьма с абсолютным отсутствием милоты в голосе. — Чем платить будешь?

Я вопросительно посмотрел на неё: по телефону она озвучила конкретную сумму.

— Несчастная любовь — это другой уровень, — пояснила она. — Потребуется усиленная защита, иначе мертвец может привязаться.

— А что ты хочешь? — мне стало интересно, куда её заведет эта жадность.

— Садись, — снова кивнула она на стул. — Высшие силы сами решат, какая плата нужна, я всего лишь посредник.

«Бля…» — чувствую, стерва что-то задумала. Я осторожно сел, максимально усиливая свою астральную оболочку. Астральный удар последовал незамедлительно. Резко вскочив, я отпрыгнул в сторону.

— Крадник! На всё сразу! Сука, мы об этом не договаривались! — прошипел я.

Она ласково улыбнулась.

— Милый мальчик, не плачь, я тебя пожалею.

Она принялась расстегивать платье. Как я и подозревал, под ним ничего не было. Платье отлетело в сторону, и ведьма сладострастно потянулась в предвкушении.

— Хочешь сказать, я недостаточно ценная награда за каплю удачи?

Алтарь тем временем жил своей жизнью: удары наносились один за другим. Я ответил резким астральным ударом по алтарю и одним движением ноги запустил чашу в ближайшую стену.

— Ублюдок! — прорычала ведьма. — Да я тебе нахрен всё оторву, евнухом будешь!

Мой удар она почувствовала. В её глазах мелькнуло удивление. Когтистая лапа мгновенно обхватила её астральное горло; признаться, я немного переборщил. Удивление сменилось страхом.

— Отпусти, прошу! — пропыхтела ведьма.

— Поговорим?

Она покорно кивнула. Я ослабил хватку. Несмотря на то что всё происходило в астрале, боль ощущалась и физически.

— Давно ты этим занимаешься? — спросил я из чистого любопытства.

— А тебе-то что? — огрызнулась она, плюхнувшись на стул. Я промолчал: никаких новых астральных проявлений не наблюдалось, можно было немного расслабиться.

— Долго еще пялиться будешь? — проворчала ведьма. — Трахай давай, вот твоя награда. Раком встать или лечь — сверху не буду, обойдешься.

— Не возбуждаешь, — отрезал я.

— А ты часом не импотент? А-а… Я тут голая, если ты не заметил! — она ядовито усмехнулась.

Она меня окончательно достала. Астральная рука снова сжала её горло.

— Ладно, расслабься. Я не настаиваю, дело обоюдное.

— Так что с моим делом?

— Я таким не занимаюсь, и тебе не советую, — ответила ведьма, развалившись на стуле.

— Это я уже понял. Знаешь, кто этим занимается?

Она пожала плечами с видом «может знаю, а может нет».

Ну что ж. Я приподнял руку, чуть согнув пальцы; в астрале моя кисть выглядела иначе.

— Откуда начать? — спросил я, опустив руку на уровень её груди.

Она видела всё, что происходит в астрале, и буквально вжалась в спинку стула, пытаясь отодвинуться подальше.

— Есть одна… Агриппиной зовут, — выдохнула ведьма.

— Где её найти?

— В салоне принимает, — она назвала адрес; я вспомнил, что видел рекламу этого места.

— Можешь ведь, если захочешь? — съязвил я.

— Не совался бы ты к ней, её клиенты долго не живут, — посоветовала ведьма, поправляя волосы.

Она медленно встала и надела платье.

— Импотент… — пробурчала она себе под нос.

— Что-нибудь еще знаешь об этой Агриппине?

Ведьма молча покачала головой.

— Счастливо оставаться! — съязвил я на прощание.

— Проваливай уже! — пробормотала она вдогонку, обкладывая меня многоэтажным матом.

Глава 4

Обеденный перерыв подошел к концу, но я решил, что черт с ним. Не каждый день выпадает шанс пообщаться с обнаженной ведьмой, даже если всё это закончилось многоэтажным матом в мой адрес.

«Агриппина». Псевдонимчик, конечно, огонь. Я быстро набросал имя и адрес её салона на желтом стикере и засунул его под клавиатуру, чтобы ничего не перепутать. В этот момент монитор мигнул — пришло уведомление из чата темных магов.

Сообщение было от Лучезарного. Написано в его излюбленном стиле: грубо, высокомерно и с таким количеством пассивной агрессии, что желание послать его возникло с первой же буквы. Суть была проста: он подозревал, что я что-то вынюхиваю. Что ж, тут он был абсолютно прав. Но почему нельзя было просто спросить? Нет, этот тип предпочитал общаться в режиме «я — бог, а ты где-то там, в канализации».

Вторым сообщением пришло приглашение в медитационный круг — своего рода астральный Zoom для избранных. Ультиматум был краток: «Приходи или бан навечно». Вот напугал! Мне, по большому счету, было пофигу на этот чат. Закрыл уведомление и забыл.

Я достал стикер из-под клавиатуры и набрал номер салона Агриппины. Трубку долго не снимали, но когда это наконец случилось, голос в аппарате заставил меня напрячься.