электронная
Бесплатно
16+
Академия меча и чар

Бесплатный фрагмент - Академия меча и чар

Первая половина книги (распространяется бесплатно)


Объем:
198 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4490-2050-5
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

(это только первая половина книги, которая распространяется в интернете бесплатно)

Text copyright © 2016 Kira Tigris

All Rights Reserved

Пролог

Ад пуст! Все демоны сюда слетелись!

Уильям Шекспир

В глубине души каждый из нас, конечно же, догадывается, что этот мир не так прост и тривиален, каким кажется на первый взгляд. Земля не такая уж маленькая и обыкновенная планетка, затерянная в космосе, и человечество — далеко не единственная и порой не самая разумная раса, населяющая ее.

Так, после очередного испытания сверхмощного атомного оружия, сопровождавшегося несколькими сильнейшими взрывами, и без того изувеченная и покалеченная человеком Земля твердо решила «Довольно!». В то же мгновение в раскаленном центре планеты, возле самого ее огненного сердца, пробудился древнейший и могущественный страж, неоднократно стиравший с лица Земли целые цивилизации, куда более разумные и развитые, чем человечество.

Страж планеты, преспокойно спавший около ее огромного раскаленного сердца, как единственный сын у матери, в течение нескольких сотен лет, внезапно пробудился в своем самом прескверном настроении и твердо решил, что человечество срочно должно быть наказано, а именно — стерто с лица планеты вместе со своим оружием, амбициями и мусором! Срочно! Раз и навсегда!

Однако, очутившись в хрупком, но отчаянном мире смертных, Страж Земли, которого для краткости стоит звать просто Демон, обнаружил, что люди чрезвычайно забавные, хоть и дольно слабенькие изнеженные создания, чьими судьбами весьма интересно играть, круша и калеча их самыми необычными способами. Так началась одна из самых жестоких и азартных игр в Солнечной системе, где на кон было поставлено существование самого человечества, и у проигравших не было ни единого шанса…

Вскоре сентябрьским дождливым утром в небольшом приморском городке.

Глава 1. Снова в школу

— Но что я сделал не так? — спрашивал снова и снова светловолосый подросток в синей поношенной школьной форме, в руках он сжимал дорогой кожаный портфель, который раньше явно принадлежал кому-то другому — бизнесмену или банкиру, но никак не бледному шестнадцатилетнему мальчишке с белыми, как снег, волосами до плеч и черными, как два уголька, глазами. Их необычная миндальная форма говорила о самых редких кровях из далеких земель. — Я не обязан вам ничего объяснять! Нет, это не сумка моего папочки! А уж целовать вас в…! Это просто противоречит уставу школы!

Все его прямые и серьезные замечания были встречены не менее искренними и громкими взрывами хохота. Вокруг незнакомого, явно новенького в школе, мальчонки собиралась толпа из местных учеников, давно привыкших к тому, что с самого первого дня учебы начинались и приколы над вновь прибывшими наивными новичками, у которых пока не было ни знакомых, ни друзей.

— О! Да ты все делаешь не так! — возразил с притворным ужасом высокий зеленоглазый парень, его каштановая челка была настолько пропитана лаком для волос, что даже капли дождя облетали ее стороной, не смея нарушить форму. Он иронично тяжело вздохнул и добавил с сарказмом. — Ну ничего! Не парься! Самое главное — просто кланяйся, когда я к тебе обращаюсь! Ну, или на совсем крайний случай — делай реверанс! Потренируешься?

Благодарные зрители, некоторые из которых ждали подобных моментов целое лето, взревели от восторга. Такого откровенного хамства они едва ожидали даже от Антона Барсых, даже в первый день нового учебного года.

— И да! Обращайся ко мне Ваше Сиятельство! — поспешно добавил красавчик и важно поправил дорогой малиновый галстук.

— Будь добр заткнуться, Ваше Свинятельство! — спокойно, но вполне громко, чтобы все слышали, ответил новичок. Его совершенно не впечатлили ни фирменные потертые джинсы обидчика, ни дорогой клетчатый пиджак, ни его угрожающе-уверенный тон. Блестящие черные глаза, словно миндалевидные кусочки угля на бледном фарфоровом лице подростка, смотрели твердо и уверенно. В них не было ни капли страха ни отчаяния, как бы того не хотелось обидчику. Белоснежная густая челка, торчащая во все стороны, становилась все тяжелее и от того сильнее сползала на лоб, по мере того, как ее пропитывали мелкие, но надоедливо частые капли дождя.

— Я не желаю разговаривать с человеком, у которого с рождения интеллект ниже среднего на пятьдесят процентов, — тут остроумный новичок выдержал умышленную недлинную паузу — ровно столько, чтобы окружающие смогли оценить его шутку и успели мысленно вычесть из пятидесяти пятьдесят. Не сразу, но в толпе послышались короткие сдавленные смешки.

— …и который в шестнадцать лет не умеет завязывать шнурки, — как бы невзначай добавил новичок, переложив свой новенький портфель из одной руки в другую. Капли дождя спешно соскальзывали с дорогой кожи, словно догадывались о его стоимости. Зато синяя потрепанная школьная форма мальчишки, которая была на пару размеров просторнее его хрупкой фигуры, с каждой каплей становилась все темнее и тяжелее.

— Болван! Да это же оригинальные найки! — возмутился Барсых, топча свои развязанные шнурки, — ты просто…

Но никто так и не расслышал гневную брань Тони, так как в этот момент теперь уже до всех окружающих дошла шутка про его нулевой интеллект. Громче всех смеялись самые симпатичные девчонки, которые традиционно бегали толпами за красавчиком Тони. На этот раз их герою пришлось густо покраснеть, так как разноцветные пары глаз, густо подкрашенных тушью, устремились прямо на его развязанные шнурки. Антон стоял в луже, в прямом и в переносном смысле, но остроумному новичку рано было радоваться. Из неоткуда он, вдруг, получил сильный удар в плечо, отчего едва не потерял свой дорогой кожаный кейс. Следом обрушился второй удар, который бы точно сбил парня с ног, если бы не довольно странное обстоятельство.

— Ай! Моя рука! — взревел громадный, почти на две головы выше новичка, коренастый, не в меру накаченный парень, потирая ушибленные пальцы своего громадного квадратного кулака. Больше, однако, он не произнес ни звука — никто не должен был знать, что плечо новичка каким-то странным образом оказалось для него тверже бетонной стены. Темноволосый и короткостриженый, словно боец, с грубыми выступающими скулами и широким крепким лбом, Денис Спартин, застыл на месте и озадаченно заморгал круглыми, почти как у совы, карими глазами, которые заметно косили. Он не переставал удивляться произошедшему, перебирая свои ноющие от ушиба пальцы:

— Что за дела? Это же обычный задохлик! Ладно, в следующий раз отвешу ему с ноги что ли…

Но тут в его большую глупую голову пришла отличная идея. Он изловчился и вырвал из рук новичка его классный черный кейс. Толпа восхищенно заулюлюкала, а Тони, который сидел на корточках и безуспешно пытался завязать мокрые шнурки, снова вскочил на ноги, предвкушая сладкую месть.

— Дай его мне! — тут же потребовал он, но быстро передумал, — в лужу его! Сюда! Быстрее!

Демон, все это время незаметно, но пристально наблюдающий за происходящим, хмурился все сильнее и сильнее.

— Но я же даже не вмешивался! Я не подстрекал их! Не трогал мысли! Даже их не читал! — удивленно вздыхал он про себя, став невольным зрителем картины, знакомой каждому, кто хоть раз учился в школе. — И это всего-навсего дети смертных! Вот так просто… и уже готовы перегрызть друг другу глотку! Двое на одного! Чего уже говорить о взрослых! Не удивительно, что Земля так устала от человечества — войны, смрад и гниль повсюду!

В этот момент Дэн швырнул черный портфель в руки Тони, да так сильно, что… нечаянно сбил его с ног! Окружающие услышали треск ломающихся веток и отчаянный, почти поросячий визг Барсых — самый модный и красивый мальчик школы угодил в мокрые кусты шиповника. Толпа встретила данное событие так, как и подобает толпе — смехом, охами и ахами. Однако, среди них оставалось четверо, кому было совершенно не до смеха.

Большой Дэн стоял бледный, как его белая футболка, местами мокрая от дождя. От холодного пота она буквально приклеилась к его широкой спине.

— Блин! Я же слабо швырнул ему сумку! Этот дрыщ Барсых теперь достанет меня своим ором! — ворчал под свой широкий нос картошкой Спартин, он тут же решил исправить ситуацию и пробасил, выбрав свой самый вежливый тон, — Тони, дружище, прости! Это все из-за… из-за, — здесь надо было признаться, что это все из-за никудышней спортивной подготовки Антона, но поскольку такое было совершенно нельзя произносить вслух, то Дэн быстро исправился, — это все из-за этого болвана!

И его толстый палец указал прямо на нос белобрысого новичка. Именно он оказался вторым человеком, который не смеялся над неприятностями Тони. Почему? Ну, возможно потому, что в какой-то степени именно он явился причиной их возникновения.

— Это все из-за него! Из-за… седого дрыща!

— Верни мне пою сумку, Спартин! — потребовал черноглазый новичок, — или я сейчас же отправлю тебя в кусты к Барсых!

На что тут же послышались протестующие вопли последнего упомянутого. Тони уже сто раз пожалел, что из всех новичков своей жертвой выбрал именно этого. «Седой» даже не обернулся, быстро смахнул со лба мокрую белоснежную челку и громко потребовал:

— Я жду извинений!

Дэн нахмурился и, уставившись на него своими косыми карими глазами, решил извиниться с помощью правой ноги. Но тут тоже что-то сильно пошло не так, и вместо того, чтобы хорошенько вдарить самоуверенному «дрыщу», Спартин промахнулся, поскользнулся на мокром асфальте и со смачным шлепком плюхнулся прямо лужу. Белая выходная футболка не выдержала напряжения молодых мышц и громко затрещала по швам. Его падение сопровождалось кучей брызг и ругательств, которые были встречены с восторгом очередным смехом и улюлюканьем. Казалось, что толпе было совершенно все-равно, кто страдает и падает, лишь бы представление длилось подольше.

Третьим школьником, кто еще ни разу сегодня не смеялся, был высокий худощавый парень с благородно-бледным лицом и довольно длинными светлыми волосами, зачесанными назад и идеально прилизанными к затылку. Его тонкие бледные губы были плотно сжаты в недовольной усмешке, а между изломленных от удивления бровей темнела глубокая морщина.

Внимательный взгляд серо-голубых холодных глаз не сходил с невозмутимого новичка, пытаясь прочитать по его одежде и жестам о профессиях и, самое главное, о состоятельности его родителей. Трудно, практически невозможно! Ну что можно сказать о парне в потертой поношенной школьной форме, но с добротным кожаным портфелем?

«Неужели он его где-то украл? — думал про себя Алексей Златоновский, щурясь и пытаясь разглядеть дорогую, и чем-то невероятно знакомую вещь лучше, сейчас портфель тряс в своих руках негодующий Тони, — странно! Словно я раньше его где-то видел. Вроде бы у моего отца такой же. Да! Фирма у них точно одна.»

«Хм… интересно… интересно, — между тем рассуждал про себя Демон, не сводя глаз с изрыгающего проклятия Дэна, парень резко вскочил из лужи на ноги и на радость всем собравшимся, а особенно — девчонкам, снял и швырнул себе под ноги разорванную грязную футболку. Огромная гора стальных мышц под ровным летним дачным загаром. Эх, парню бы мозгов!

Дэн подошел вплотную к белобрысому новичку и склонился над ним, словно тролль над беспомощным эльфом. Демон с интересном продолжал наблюдать за происходящим, хотя уже заведомо знал, что сейчас Дэн налетит на свою жертву с кулаками, но снова промажет и каким-то загадочным образом окажется в луже. — А хотя нет! Хватит! Что-то уж сегодня очень везет этому новенькому! Интересно, неужели они накинутся на него вдвоем? И остальные, кто вполне мог бы оказаться на его месте, будут просто стоять и смотреть? Мда… и это всего-навсего дети смертных!»

Сказано — сделано! И в следующую минуту удача и ловкость внезапно покинули неуязвимого новичка, вследствие чего он быстро очутился в луже, получая удар за ударом от осмелевшего Дэна. Здоровяк был очень рад, что все законы физики снова были на его стороне, а масса и сила его кулаков оставались неизменной. Тони стоял рядом и пытался «внести свою лепту», стараясь пнуть бедолагу со всей своей злости, однако, носки его оригинальных найков постоянно попадали в широкие бока Дэна. В конце концов Барсых в сердцах швырнул в грязь кожаный портфель и принялся пинать его, радуясь, что хоть как-то может отомстить за свой испачканный клетчатый пиджак и промокшие кроссовки.

Троицу постепенно обступало плотное кольцо зевак. Здоровяк буквально смешал с грязью новенького худенького паренька, который уже почти перестал подавать признаки жизни. Никто даже и не попытался помочь бедолаге, опасаясь попасть под горячую руку Дэна и оказаться на месте его беспомощной жертвы. А хотя нет, один из присутствующих все-таки осмелился вмешаться в драку…

— Прекратите! Хватит! Вы же его убьёте! — шипел Демон, однако его никто и не слышал, мокрый асфальт окрасила молодая алая кровь — Дэн разбил новичку нос, а тот в свою очередь укусил его за большой палец. Демон заскрипел зубами, — долго это будет продолжаться? С меня довольно! Еще удар — и на этом месте будет огромная воронка, ведущая прямо в ад! Куда я и отправлю все жалкое человечество!

Мадам Танк, слегка грубоватая и не в меру полноватая женщина, посвятившая всю свою жизнь работе школьным завхозом, в данный момент находилась в школьном сарае и в одиночку ворочала неподъёмные газовые баллоны. Один из которых оказался сильно перекачан и грозился выскользнуть из ее цепких сильных рук. Демон самодовольно улыбнулся — то, что надо! Этот взрыв будет слышен в столице!

— Давай! Мочи его! — визжал Тони, Дэн охотно снова занес кулак, перепачканный в крови и грязи над лицом неподвижного новичка — парень был уже без сознания.

— Только попробуй! — прохрипел Демон, газовый баллон в руках Мадам Танк мгновенно стал тяжелее на несколько килограмм. Как только прозвучит удар — раздастся взрыв. Он унесет с собой жизни почти трети молодого поколения этого приморского городка. Неужели ни один из них не вмешается в драку? И это все, на что способны эти жалкие смертные? Но нет! Выступить против Спартина и Борсых никто не смел — это было настоящее самоубийство! Кулак Дэна засвистел в воздухе и…

— НЕТ! Прекратите! — раздался звонкий голос, в наступившей тишине он звучал весьма громко и уверенно. Все синхронно обернулись на незнакомую темноволосую девочку в страшных толстых очках. Она пришла совсем одна и, кажется, тоже была новенькой в этой школе, раз осмелилась выступить против местной шайки.

— Хм… это уже интересно! — нахмурился Демон, и в то же мгновение решил повременить со взрывом — между тем, Мадам Танк успешно поставила тяжелый газовый баллон к стене, — фейерверк отменяется, однако! Только вот надолго ли? Девчонка либо слишком смелая, либо слишком глупая. Но ее отчаянный благородный поступок только что спас сотни юных жизней и одну из самых старейших и престижных школ в этом городке. У девочки, без сомнения, было огромное доброе сердце, но на это никто никогда не обращал внимания, потому что…

— Ни фига себе какая страшная! — брезгливо скривился Тони, Дэн тоже резко отпрянул назад, — ты это… подружка Седого да? Близко не подходи! Слышишь? Фу! Он предпочел бы умереть!

Девочка молча опустила голову, ее веснушчатые щеки густо покраснели. Но толпа уважительно молчала, каждый словно понимал, каких невероятных усилий стоило новенькой «страшилке» оказаться в центре внимания, чтобы остановить драку.

— Хм… весьма странно! — прищурился Демон, он не переставал удивляться, разглядывая незнакомку, а именно — ее широкий, точно на три размера больше, зеленый плащ-дождевик и страшные роговые очки с толстыми линзами. — Я чувствую сильную магию, если быть точнее — древнейшую черную магию. Что-то скрывается под всем этим маскарадом…

Ответ на вопрос был весьма непрост даже для Демона, чей взгляд, словно капли дождя, никак не мог пробиться сквозь гадкий зеленый дождевик. В руках девочка смущенно сжимала длинный черный зонтик, похожий на старухину трость.

— Это просто школа, мурло! — ехидно заметил Тони, ободренный тем, что никто из присутствующих не горит желанием заступаться за незнакомку. Она пришла сюда одна, а значит, сейчас очень сильно пожалеет об этом. — Фильм ужасов снимают дальше! Это же ведь грим, да?

В толпе раздались сдавленные смешки, к сожалению, с каждой глупой шуткой Тони, они становились все громче и смелее. Дэн все крепче прижимал очнувшегося белобрысого новичка к мокрому асфальту, не давая бедолаге подняться на ноги.

— Отстаньте! Отпустите его! — смело потребовала девочка, толстые линзы очков уродливо искажали ее карие глазенки, делая их неестественно маленькими. Но Дэн лишь ехидно усмехнулся, зачерпнул широкой ладонью воду из лужи и плеснул, целясь ей прямо в лицо. Тони громко заржал и сделал тоже самое. Тогда девочка, сжимая свой черный зонтик, как шпагу, наставила его конец прямо в грудь смазливого обидчика. — Или ты сейчас же извинишься, или…

— Или что? Ты снимешь очки, и я испугаюсь до смерти? — передразнил Тони, его фирменные джинсы и кроссовки, хоть промокшие и измазанные, отлично сидели на своем обладателе, красивом снаружи, но прогнившем внутри. Довольный собой, он продолжал тянуть время, отвлекая внимание девчонки.

— Лучше отпустите его или пожалеете! — серьезно грозила новенькая, бесстрашно тыча острым грязным концом зонта теперь уже в белозубую улыбку парня, — отойди или…

Но никто так и не услышал, что же произойдет со школьной шпаной, так как все вокруг резко потемнело, а на голову девочке вылился почти литр грязной дождевой воды.

Толпа встретила все происходящее громким хохотом и даже аплодисментами. Фокус удался! Дэн, пользуясь тем, что все внимание незнакомки было полностью занято Антоном, подкрался к ней сзади и резко надел на голову грязный, полный воды, кожаный портфель. К счастью, внутри него больше ничего не оказалось — лишь только несколько дорогих шелковых визиток с золотым тиснением блестящими прямоугольниками остались плавать на поверхности лужи.

— Вот болван! — закричала девочка, больше испуганно, чем раздраженно, сняла с головы портфель и швырнула им в хохочущего обидчика.

— Фокус-покус! — заорал Тони прямо в правое ухо бедолаге и церемонно вытащил из громадного капюшона ее плаща, полного воды, маленький прямоугольный кусочек картона. Дорогая бумага с золотым тиснением еще не успела размокнуть.

— Фу! — Тони небрежно швырнул рядом с новиком, который все еще лежал на асфальте, не подавая признаков жизни. Затем что было силы он пнул порванный портфель, целясь, естественно, в девчонку, однако попал совершенно в противоположную сторону, и куча брызг «обрадовала» совсем другого человека.

— Хватит! — вмешался резкий твердый голос, слишком холодный и равнодушный, чтобы принадлежать подростку. После него, как после выстрела пистолета, наступила тишина. Казалось, даже сам дождь теперь выбирал капли помельче, дабы тише стучать о листья и крыши.

Высокий парень с благородной внешностью графа и важностью молодого короля гордо выпрямился — настоящий маленький хозяин большой школы. Обычно он начинал и заканчивал драки легким кивком головы — так же, как и его отец все важнейшие совещания. Равнодушный взгляд его серых глаз, утомленных бессонной ночью, тяжелыми мыслями и этим незаурядным утренним «представлением», гулял по плавающим в луже позолоченным визиткам. Их блеск казался таким знакомым… Но, позже!

Сейчас у него есть дело поважнее — на глазах у всех совершить благородный поступок и стать героем школы, если не на весь учебный год, то хотя бы на первую четверть. Нельзя упускать такую отличную возможность! И к тому же, Дэн уже явно переборщил, вот уже пять минут вытирая новичком лужи с асфальта. Да, в любом человеческом обществе были, есть и будут два крайних полюса — сильные волки и их слабые жертвы-овцы. Но сейчас, кажется, еще немного и одной овцой станет меньше…

Лекс подошел к промокшему грязному новичку, что валялся без движения на асфальте. Неужели уже поздно?

— Эй? Вставай давай! — тихо произнес он, одновременно вспоминая в каком крыле школы располагался медицинский кабинет.

«А ты сам бы встал? — передразнил его Демон, — у парня сотрясение мозга, два сломанных ребра и вывих плеча! Знаешь сколько энергии мне теперь нужно, чтобы его починить?»

Но Алексей, естественно, не слышал никаких упреков, он даже присел на корточки возле пострадавшего. Незаметно для других, он быстро поймал кружившийся в луже блестящий кусочек картона, тот самый, что только что сюда выбросил Тони, и засунул в карман своего серого, под цвет глаз, пиджака. Потом разберется!

Несчастный новичок широко распахнул свои черные глаза, уставившись прямо на Лекса. Благодаря усилиям Демона, в его правом боку только что срослась пара ребер, сам собой вправился вывих и прошло сотрясение. Перебитая переносица стала ровной, даже капли крови и грязи постепенно исчезали с лица.

— Встаешь? — улыбнулся Алексей и снисходительно протянул ему свою руку. На несколько секунд все вокруг замерли в ожидании — однако нужной реакции не последовало. Новенький всего лишь быстро взглянул на протянутую ладонь — невозможно было прочитать выражение его чёрных глаз — и отвернулся, словно сытый ребенок от утренней манной каши. Он быстро поднялся на ноги без посторонней помощи.

«Где же ты был раньше, о, благородный принц? — усмехнулся Демон, глядя на проваленную, однако, смелую попытку Златоновского уладить ситуацию в свою пользу. Отменная интуиция Алекса не могла ошибаться — с новичком явно было что-то не то и не так. Во-первых, он совершенно никого не боялся, во-вторых, за все десять классов еще никто не смог повалить на лопатки самого Спартина, в-третьих — этот дорогой кожаный портфель… Где он его взял?! Придется выяснить.

План был предельно прост и испытан десятки раз.

— Не надоело валяться в луже? — продолжал Алексей, разглядывая мокрую шевелюру новичка — она была больше похожа на грязную половую тряпку, чем на волосы. Но Златоновский дышал свободно. С его худых острых плеч только что свалился огромный груз — парень пришел в сознание и встал на ноги, а значит — будет жить. Теперь осталось перетянуть его на свою сторону. — Хочешь, такого больше не случится?

Тишина. Лишь только ветер шуршал промокшими кустами роз.

— Я предлагаю тебе свою защиту, — гордо и громко продекламировал Алекс, его сине-серые глаза блестели так, словно он только что спас новичку жизнь. Он все ещё милостиво притягивал свою ладонь, готовую к рукопожатию. — Со мной тебя никто не тронет! Быстрее! Я не предлагаю свою защиту дважды!

Но дальше… совершенно ничего не произошло.

«Ну давай же, болван! Жми мою руку!» думал Лекс, стиснув зубы и отсчитывая про себя долгие секунды. Еще никто никогда не отказывался от «дружбы», а точнее — от «милости» Златоновского. Обычно те, до кого добирался Спартин хватались за руку Лекса, как утопающие за соломинку. «Давай же! Не выставляй меня идиотом перед всей школой! Любой из здесь стоящих отдал бы все за такую возможность! Ну?! Может хотя бы это пугало клюнет?»

Он приветливо улыбнулся новенькой. Тишина. Ни загадочный новичок, ни страшненькая девочка не произнесли ни звука. Ну все! Хватит!

— Ваш выбор! — выдохнул Лекс, изо всех сил стараясь не покраснеть и отдернул руку, словно от горячего чайника. Вы пожалеете! Алекс бросил презрительный взгляд на плавающий в луже портфель. «Сейчас Дэнчик и Тони вас упакуют в него и завяжут бантик! Удачи, идиоты!»

И несомненно так бы и случилось, если бы в этот момент на школьном дворе не появился очередной новичок, третий за сегодняшнее утро. Он уже несколько минут маячил чёрной точкой на горизонте, мчась со страшной скоростью прямо в самый эпицентр событий.

— Это что ещё за шушера? — прищурился Демон, глядя, как по мере приближения, тёмная точка превращается в высокого, плечистого и довольно мускулистого паренька на новеньком блестящем мотоцикле, — нарушаем! Превышаем!

Зеленоглазый, загорелый с непослушным ершиком золотистых волос и широченной улыбкой, мальчишка, кажется, совершенно не собирался тормозить. Вскоре окружающих оглушил рёв мотора, некоторым, кто не успел вовремя отскочить, достались холодные фонтаны брызг. Больше всех «повезло» новенький страшненькой девочке — её с ног до головы окатило дождевой водой. Но пострадавшая не растерялась и в самый ответственный момент — когда нахал проезжал в паре сантиметров от нее — она крепко ударила его своим длинным черным зонтом, словно тростью, прямо поперек спины. Послышался громкий треск, и крепкий импортный зонтик с усиленными металлическими спицами согнулся пополам. Странно, но удар худенькой девочки-подростка оказался настолько сильным, что сбил парня с мотоцикла.

Верный железный конь рванулся вперёд без седока, лихо сокрушив на своём пути новенький школьный забор и взбороздив любовно выращенные Мадам Танк цветочные клумбы с георгинами. На этом его приключения не закончились — и ревущий от радости неожиданной свободы мотоцикл на всей скорости ворвался в школьный склад-сарай.

Послышался жуткий грохот, треск и стук, громче которого оказался только визг, а затем и ругательства самой Мадам Танк — королевы школьных клумб и грозы школьных хулиганов. Взбесившееся неуправляемое транспортное средство лихо подхватило орущую Мадам и, пробив противоположную стену, гордо вынесло свою пассажирку из сарая.

Однако, путешествие побледневшей и охрипшей Мадам закончилось довольно быстро и тривиально. Мотоцикл, встав на дыбы, словно живой конь, стряхнул тяжелую тетку со своего сидения в ближайший кювет и преспокойно поехал дальше. Никто, однако, так и не заметил, как транспортное средство «отряхнулось» от прочего мусора, прицепившегося в сарае, развернулось и отправилось искать своего непутевого хозяина. Все, а особенно девчонки, были так увлечены рассматриванием вновь прибывшего «мачо», что никто из собравшихся и внимания не обратил на самостоятельно уехавший и вновь вернувшийся мотоцикл. И только лишь один…

— Это что ещё за сарафан? — нахмурился Демон, удивлённо разглядывая зеленую, под цвет глаз, рубашку белобрысого новичка. Её рукава были засучены до локтей, обнажая крепкие загорелые руки с большими чёрными татуировками — странными надписями на древнем никому неизвестном среди смертных языке. Однако, Демон с легкостью все прочитал и на всякий случай запомнил.

— Ясон Файерстил, хмм… Магир, светлый, легионер. И что же он мог тут забыть? Видно, совсем плохи дела у Светлого Короля Люксарда.

Ясон же тем временем находился в полном бешенстве и ничем не отличался от любого разъярённого смертного парня. Его изумрудная рубашка была вся в мокрых разводах, а в новеньких серых джинсах на месте колен сияли дырки. Но отнюдь не это сейчас беспокоило парня.

— Да где же она?! Девчонка… блондинка… из-за нее я забыл затормозить, — он лихорадочно озирался вокруг, безуспешно ища кого-то в толпе. Тут взгляд его огромных изумрудных глаз встретился с маленькими карими глазками за толстыми линзами очков. Ясон невольно вздрогнул и отпрянул в сторону. — Ох! Ну и троллиха! Фу!

Молчащая до этого момента толпа одобрительно захихикала, среди девчонок пробежал легкий шепот. Новенькая девочка грустно опустила глаза, глядя на свое не менее страшное отражение, расплывающееся в луже. Ничего другого она и не ожидала услышать, и не слышала вот уже в течение долгих шестнадцати лет…

Глава 2. С чистого листа…

Маргарита

Я снова оказалась в новой стране, в новом городе и, естественно — возле новой школы. Все остальное, к сожалению, было по-прежнему стабильно — очередной учебный год, ранее серое утро понедельника и моросящий надоедливый дождь.

Я долго не решалась войти на школьный двор, где уже давно знакомые между собой ребята толпились небольшими компашками либо, разбившись парами, смеялись и грелись рассказами о пролетевшем лете. К счастью, меня никто не замечал. То, что надо!

«Рита, это твоя десятая по счету школа и сегодня все должно пройти идеально!» — уверенно убеждала я сама себя, потихоньку двигаясь к центру событий. «Ты незаметно встанешь в последние и самые дальние ряды, прослушаешь объявления и быстрее всех уйдешь домой! Никто тебя не увидит, не услышит, а главное — не обзовет и не станет издеваться! Давай же!»

Однако, почему-то именно в этот раз все получилось куда хуже, чем обычно…

Не прошло и десяти минут, как я оказалась в центре внимания, униженная и оскорбленная на глазах у всей школы. И что я сделала? Просто вступилась за новичка, которого месил кулаками в луже здоровенный детина.

Ещё через пару минут… под громкие возгласы толпы я очутилась в кромешной тьме: просто на мою голову какой-то умник надел кожаный портфель, наполненный грязной дождевой водой. Там было не менее двух литров — достаточно, чтобы я промокла насквозь.

Поток грязной воды сбил мои толстенные очки — на несколько секунд мир превратился в пелену цветных пятен. Но к счастью они не разбились — в самый последний момент я смогла их поймать и снова одеть. Зрение вернулось ко мне, хоть все стекла были заляпаны грязью.

Ладно… все равно это не сильно испортило мой внешний вид. Тёмные длинные волосы были такими жидкими и редкими, что всегда казались прилизанными и грязными. Широченный плащ-дождевик из обычного зелёного стал грязно-зеленым. Противные холодные ручьи побежали мне за шиворот на глазах у веселящейся школы.

Я ничего не ответила, только тихо вскрикнула от неожиданности. Честно, я никогда не умела защищаться. Во-первых, это было совершенно бесполезно и только раззадоривало моих обидчиков — казалось, они только этого и ждут!

Во-вторых, совершенно не нужно! Каким-то странным образом, со всеми, кто когда-либо имел глупость поиздеваться надо мной, вскоре происходили ужасные вещи. Кто-то обливался горячим кофе, кто-то попадал в автокатастрофу, а кто-то просто-напросто исчезал без следа.

Сначала я очень винила себя в происходящем, но со временем поняла, что как бы я ни прощала и ни оправдывала своих обидчиков, от меня совершенно ничего не зависело. Какая-то страшная неведомая сила продолжала «мстить» моим врагам, при этом мне подобная «месть» совершенно не приносила никакой пользы. Словно моим ангелом-хранителем был назначен демон…

Однажды, одна из самых боевых и потому популярных девчонок в классе сдернула с меня очки и вышвырнула их в окно с третьего этажа. Мир вокруг меня мгновенно превратился в расплывчатые цветные пятна, я не могла разглядеть ни лиц, ни лестниц, ни дверей. Беспомощная, я просто забилась в угол — лишь бы меня никто не видел, и от горя и отчаяния принялась тихонько плакать. Моя обидчица, смеясь, побежала в класс на урок, совершенно позабыв про мои очки, а меня за руку на школьный двор вывел какой-то неизвестный мальчишка.

Я так и не смогла отчетливо разглядеть его лицо, но навсегда запомнила имя — Антон. Он был очень вежлив и внимателен — что большая редкость среди мальчишек, особенно по отношению ко мне. Обычно, самое лучшее, что могут сделать для меня представители сильного пола, это не замечать. А этот же постоянно твердил, какая я красивая, и даже напоследок спросил разрешения и… поцеловал меня в щеку. Просто невероятно!

Но как только я нашла свои очки — к счастью или, может быть, к несчастью, при падении они совершенно не пострадали, моего «волшебного принца» как ветром сдуло. Антон сбежал на следующий урок быстрее, чем я смогла разглядеть его лицо.

В этот же вечер моя обидчица отправилась… прямо в ад, точнее — провалилась в открытый канализационный люк и проплавала полтора часа там — в вонючей жиже из городских туалетов, куда сама всех отправляла. Здоровье девочки не сильно пострадало, а вот ее чрезмерное самолюбие и школьная репутация — сполна.

Но на следующий день, как бы я его не искала и не спрашивала у остальных, Антон куда-то пропал, как сквозь землю провалился, — друзья, учителя, родители, полиция — так и не смогли его найти.

И что-то мне подсказывало, что без моего «демона-хранителя» тут не обошлось. В таинственном исчезновении своего «прекрасного принца на час» я могла винить только себя. В тот день я дала себе твердое обещание — почти кровную клятву, что теперь буду всячески избегать контакты с окружающими — и у не меня не будет ни врагов, ни друзей. Здравствуй, вечное одиночество длиною в жизнь!

Родителей я не видела с раннего детства и мало что знала об их существовании. По слухам, они погибли в автокатастрофе — стандартная история полной сироты. Но в душе я была уверена, что скорее всего, они просто ничего не хотели знать о моем существовании, и забыть обо мне, как о страшном сне. Ведь судя по выцветшим черно-белым фотографиям, они были самыми обычными людьми с приятной человеческой внешностью.

Мои приемные родители — пожилая супружеская пара, у которых никогда не было детей, но они их очень хотели, объяснили, что меня им просто-напросто подбросили маленьким ребенком. Ни записки, ни документов в коляске не было. Они не стали выяснять мое происхождение и причины отказа, а просто назвали меня Маргарита, что значит «жемчужина» и стали воспитывать, как собственную дочь. За что я им была безмерно благодарна!

С самого раннего детства я была вынуждена носить очки, и, насколько я помню, с каждым месяцем они становились все толще и страшнее. Затем, когда мне едва исполнилось десять лет, моя спокойная и ничем не примечательная жизнь, вдруг, круто изменилась…

Во всем оказался виноват мой дорогой двадцатипятилетний кузен Леонид, который в один прекрасный день появился у калитки нашего скромного домика и представился моим единственным дальним родственником, пожелавшим взять надо мной опекунство.

Высокий, смуглый, черноволосый и кареглазый, Лео выглядел, как настоящий восточный принц. Он отлично владел своими природными способностями — даром очарования и убеждения. И если иногда его белозубой улыбки оказывалось недостаточно, то все вопросы тут же решались при помощи денег. Понятия не имею откуда, но этих цветных бумажек у Лео было сполна — вроде, ему посчастливилось внезапно получить огромное наследство, которое он теперь усердно тратил на путешествия и был всерьез готов заняться моим воспитанием.

За шесть лет, что мы счастливо и безмятежно прожили вместе, мне так ничего и не удалось о нем толком узнать. Сплошные переезды, дорогие отели, новые мотоциклы и бесконечные частные школы. Надо отдать должное, что кузен тратил на меня кучу сил и средств, исполняя любое мое желание — мог достать самую редкую книгу или неожиданно организовать путешествие в другой конец страны, чтобы я могла увидеть что-то собственными глазами. Он относился ко мне, как паж к дочери короля, частенько называя меня принцесса. Очевидно, дабы скрасить мое одинокое существование и хоть как-то поднять самооценку…

При всей своей внимательности и заботе, Лео, видите ли, был постоянно «слишком занят» для долгих задушевных разговоров со мной — он куда-то вечно спешил — деловые встречи и сделки, ночные прогулки и командировки. Он частенько делал вид, что просто не понимает моих вопросов о родителях, и начинал разговаривать со мной на всех иностранных языках одновременно, отдавая особенное предпочтение латыни. Например, наше сегодняшнее утро прошло примерно так…

— ЛЕО! Что это за парашют?! Я ни за что не одену на себя эту тряпку! — разлетались мои вопли по уютному загородному домику, который мы недавно приобрели и уже кое-как успели обжить. Вот почему так всегда? — А это что за шлагбаум?

Из-за двери в мою комнату просунулась кудрявая с черными, как смоль, волосами. Он был, как всегда, в безупречной наглаженной рубашке и дорогом костюме. Пока еще не успел нацепить галстук. Ох, Лео! Как будто ты спешишь на работу! Темно-карие, как крепкий кофе, глаза остановились на мне, насмешливо блестя.

— Это не парашют, принцесса, а ваш плащ-дождевик! — подмигнул он. Само очарование и благородность! — И не шлагбаум, а зонтик! Только вчера купил! Volens nolens! Не гневайтесь, других не было!

— Опять всю ночь гулял, да? — пытаясь прочитать ответ в его шоколадных глазах. И как обычно, словно с чистого листа бумаги, ничего нового я в них не прочитала. — Только вернулся? Катался на своем мотоцикле?

— О, сестренка! Irasci non! Не гневайся! — виновато пробормотал он с видом притворного сожаления, и тут же перевел тему, — собирайся в школу! Не опаздывай!

— Сам иди в этом в школу! Лицемер! — огрызнулась я, приходя в бешенство от того, что уголки его рта быстро поползли вверх в самодовольной улыбке. Что это такое? Он смеется надо мной? Я девочка! А он покупает мне тряпки на огородное пугало! Он что не в курсе, через какие муки я пройду в новой школе? Целясь прямо в нос, я швырнула в него зеленый дождевик. Это бунт! — Ты нашел эту тряпку в магазине «Все для беременных»? Или для бегемотов? Где ты вообще умудряешься покупать мне такой хлам?! Это даже не сэконд хэнд! Ты специально? У меня и так самые страшные очки в мире! Это что, бывший бинокль? Нет уж! Одевай-ка этот парашют сам! А я пойду в школу в твоем дизайнерском костюмчике! И зонтик этот тебе в…!

Но увы и ах! Каким-то невероятным, совершенно мистическим образом я отправилась на школьное собрание именно в этом самом хламье. Возможно, где-то в глубине души я и сама этого хотела — быть как можно неприметнее и уйти с собрания быстрее всех. Ну а если честно, то я заметила рядом с черными безупречными туфлями кузена маленький блестящий кусочек картона, размером не больше визитки. Она, должно быть выпала из его не менее черного кожаного плаща. Отлично!

Пользуясь моментом, пока Лео задергивал шикарные и очень плотные шторы на окнах — это была его странная привычка, я спрятала визитку в карман своего необъемного дождевика. Попался, кузен! Скоро тайное станет явным!

Странно, и как этот обеспеченный молодой человек умудрялся покупать самые лучшие вещи в мою комнату — отличную мебель, навороченные плазменные телевизоры и ноутбуки — и при этом на людях заставлял меня носить самый настоящий хлам? Возмутительно! Мне и без того было страшно смотреться на себя в зеркало! Что я только не делала со своими жуткими очками — они не бились, не терялись и не топились в реке! В последних двух случаях Лео умудрялся… находить мои «бинокли» и приносить их обратно!

Но стоя перед хохочущей школьной толпой, я совершенно не думала ни о своем испачканном безразмерном парашюте-дождевике, ни о сломанном зонте-шлагбауме… У меня были самые наихудшие предчувствия.

— Фокус-покус! — заорал Тони прямо мне в правое ухо и церемонно вытащил из громадного капюшона моего плаща прямоугольный кусочек картона. Золотое тиснение указывало на солидный статус владельца данной визитки.

«О, нет! И этот здоровяк… как его там… Дэн!» — паниковала я про себя, мысленно моля его прекратить громко смеяться над моими проблемами — скоро они превратятся в его. — «С ними теперь произойдет что-то ужасное! Я… я должна предупредить их, но как…? После школы?»

Однако, как бы сильно я не торопилась — все-равно опоздала.

И самое страшное — на этом мои утренние злоключения только начинались…

Неожиданно появившийся белобрысый парень в зеленой рубашке оказался еще большим хамом, чем Тони и Дэн. Он едва не сбил меня на своем мотоцикле, окатив грязью с ног до головы. Машинально я шлепнула его по спине своим громадным черным зонтом. Раздался треск, от удара мальчишка слетел на асфальт. Ой! Я не специально!

Но он, казалось, совершенно не заметил, как из-под него выпрыгнул мотоцикл и самостоятельно покатился дальше. Новичок кого-то лихорадочно искал в толпе, его изумрудные глаза разочарованно метались от лица к лицу, пока, наконец, не остановились на мне.

— Ох! Ну и троллиха! Ой! — парень невольно отскочил в сторону, я прекрасно поняла его испуг. Должно быть, этот красавчик никогда не встречал девчонку страшнее.

— Ты, должно быть, ищешь меня, — раздался уверенный мальчишечий голос, толпа мгновенно расступилась и перед растерянным новичком оказался высокий худощавый парень со светлыми зачесанными назад волосами. Златоновский младший вел себя так, будто являлся полноправным директором школы. Пристальный оценивающий взгляд серо-голубых глаз оглядел новичка с головы до ног. И только после этого Лекс решил протянуть ему свою руку:

— Алексей Златоновский. Рад знакомству.

В ответ новичок посмотрел на него так, будто ему предлагали не рукопожатие, а дохлую крысу на веревочке. Он нахмурился и спрятал руки в карманы своих стильных недавно разодранных об асфальт и свежеперепачканных джинсов. Рукава рубашки были засучены до локтей, так что завороженные взгляды окружающих тут же устремились на его мускулистые загорелые руки, сплошь покрытые шрамами. Но это было далеко не самое странное! Поверх загара и еле заметных заживших рубцов были огромные черные татуировки, похожие на древне-греческий орнамент.

Он кто — модель или звезда? Очередной избалованный сынок какого-нибудь богатенького папочки. Странно, но я смогла без труда «прочитать» эти извилистые закорючки и неведомые узоры.

«Я… сон… Какой еще сон? Ясон Файер… стил? Что еще за Файерстил?» — нахмурилась я про себя, прищуриваясь и разглядывая его руки. — «Наверное, это переводится с латыни, как „девчонки и вечеринки“. Именно на таких смазливо-мужественных парней, словно героев из голливудских сериалов, девчонки вешаются пачками. Но увы, Ясон, каким бы ты ни был крутым, я никогда-никогда не попадусь в твои сети. Обманывай и улыбайся накрашенным дурочкам на каблуках. Я не взгляну на тебя дважды! Впрочем… как и ты на меня!»

— Ты кто и откуда? — деловито спросил Алекс, поправляя свой наглаженный костюм металлического цвета. Поздно ты приехал, парень! Он опустил руку и торжественно поклялся про себя, что больше никому ее сегодня не протянет. Да и вообще! Что за сброд собрался возле школы? «Надоело раздавать неблагодарным „холопам“ щедрые царские рукопожатия. Хватит! Теперь их заменят королевские пинки!»

— Яс… Я — Тимофей! Э… Тим, короче, — быстро ответил новенький, на ходу раскатывая рукава своей дизайнерской рубашки дабы скорее спрятать причудливые татуировки. Должно быть, он заметил приближающегося учителя или просто засмущался под любопытными взглядами окружающих, особенно тех, что были щедро подкрашены тушью.

Я оказалась права — «красавчик» даже не обернулся в мою сторону! Ну и замечательно! Тут Тимофея, вдруг, заинтересовал побитый белобрысый новичок, а именно — его грязный растрепанный вид. Еще пару минут назад у него была сломана переносица, а затем он просто взял и синим рукавом стер кровь со своего бледного лица. И никто из присутствующих не заметил, как темно бордовые пятна исчезли с костюма — просто испарились, словно дождевые капли. Черные глаза, как пустые дула двух пистолетов, не отрываясь, следили за Ясоном, точнее сказать — новоиспеченным Тимофеем.

Белые волосы, хоть грязные и запутанные, превратились в копну тончайших серебряных нитей, блестящую от дождя.

— Что здесь происходит? — спросил Тимофей, блестящие зеленые глаза потускнели, заметив на мокром асфальте кровь рядом с разорванным черным портфелем. — За что ты его так?

Он бесстрашно и твердо смотрел в косые карие глаза ухмылявшегося Дэна, несмотря на то, что тот был выше на целую голову и раза в два шире в плечах.

— Стоп! Тут все вопросы задаю я! — перебил Алекс и как можно беспечнее взглянул на свои дорогие часы — дабы продемонстрировать присутствующим их наличие, нежели узнать, который час. Он никогда никуда не спешил, у него, как и у отца, на все было достаточно времени. Лекс презрительно кивнул в сторону «седого» новичка, который всего пару минут назад каким-то чудом пришел в сознание и теперь растерянно озирался вокруг. — И все, кто напрасно тратит мое время, потом об этом долго жалеют.

— И как же это? — криво улыбнулся Тим. Он пока еще не понял, или просто не хотел признавать, кто тут хозяин.

— Лучше тебе не знать, друг! — совершенно не по-дружески посоветовал Тони, внутри которого все кипело… от зависти. «У этого пижона джинсы круче моих, да и кроссовки дороже! Как так вышло? А этот мотоцикл? Отец никогда не купит мне такой!»

Но это было не самым главным, что раздражало первого красавчика школы, который, кажется, теперь всегда будет только вторым. «Как он сделал себе такую челку? А глаза? Это что линзы?». Но тут Тони быстро взял себя в руки, внезапно осознав, что уже долго и пристально пялится на Тима.

— Кто не с нами, тот против!

— Или что? — грубо огрызнулся Тимофей, резко развернувшись. На мочке его правого уха блеснула маленькая круглая серьга, полностью сделанная из блестящего драгоценного камня. Что-то вроде алмаза, но играющего всеми цветами радуги. Наверное, очень дорого! Еще один удар по самолюбию Барсых…

— Или Дэн! — хмыкнул Тони.

— Ты что, бессмертный что ли? — услышав свое имя, подлетел к новичку здоровяк, и как обычно, не дожидаясь ответа, зарядил по нему кулаком. Для улучшения настроения сегодня было просто необходимо хоть кого-нибудь побить!

Но что это случилось с обладателем кубка по борьбе? Чемпионом области по боксу? Капитаном школьной команды? Дэн промахнулся, и кулак просвистел в воздухе, так и не принеся зеленоглазому выскочке никакого вреда. Спартин попробовал еще раз — мимо! А затем снова и снова… Каждый раз Тимофей профессионально уворачивался, избегая удара. Его противник выглядел все нелепее и глупее. Толпа ликовала, многие из зрителей были неоднократно избиты Дэном и сейчас искренне желали ему того же! Девчонки хором считали, сколько раз увернулся новичок. Пять, шесть, семь…

— Ты че такой дерзкий, а? — пыхтел Спартин, мокрый, как свинья и разъяренный, как бык.

Тимофею очень быстро надоело подобное представление, он выбрал момент и легонько, как ему самому показалось — почти нежно, толкнул хулигана в грудь. Отчего Дэн отлетел назад так, будто его сбил товарный поезд. Здоровяк потерял равновесие и, падая, ударился головой о школьную ограду. Он тут же затих, распластавшись на мокром асфальте.

Вот и месть за издевательство надо мной! Так быстро и просто! На каждого сильного найдется еще более сильный!

В наступившей тишине я тихо считала секунды, недоумевая:

«Давай вставай! Не притворяйся, дурачок! О, нет! Неужели ли это действительно из-за меня?»

Двадцать секунд, сорок… минута. Дэн не двигался, несмотря на то, что Тони и Алекс усиленно трясли его за плечи и громко звали по имени, при этом ругаясь еще громче.

«И… это все потому, что Дэн перевернул на мою голову портфель! Интересно, что теперь произойдет с Тони и Лексом?» вздохнула я, закрывая глаза и тут же с ужасом их широко распахнула. «Неужели это ОН?! Этот напыщенный парень на мотоцикле и есть мой демон-хранитель? Нет! Не может быть! Это он тайно мстил моим обидчикам? Никогда! Да он скорее мои очки съест, чем меня заметит. Ну хорошо! Может быть и не съест, но разобьет — это точно! Так кто же он?!»

Глава 3. Ну начинается!

Тимофей

— Дубина! Ты просто безмозглый тролль! — ревел голос в моем правом ухе, да так громко, словно он исходил не из крошечной серьги, миниатюрного эльфийского производства, а из рупора гоблина. Он «пилил» меня вот уже как целую минуту. И поверьте, это чувствовалось вечностью. — Какого тролля ты не затормозил? В следующий раз пойдешь пешком, Яс! Ты наказан!

— Макс! Я не виноват! Тут была девчонка… блондинка… красивее, чем сама принцесса Елизавета! Клянусь мечом! Ты ее видел?

— Кто?! Где?! Сам ты девчонка! Это был всего лишь вон тот грязный мокрый седой парень! Во что она была одета хоть?

— Что-то зеленое вроде и… огромное, — я в сотый раз оглядел разношерстную, промокшую толпу — ни единого намека на белокурую красавицу. Но я же видел ее своими глазами!

И это была чистая правда! Всего на миг! Всего каких-то десять секунд! На Земле таких красивых точно не бывает! Я бы мог поверить, что подобный «мираж» устроили эльфы. Но мы сейчас были в обычном сером мире смертных. Где действуют законы физики, и не случается чудес! Или же все-таки случается?

— Да где же она? Девчонка… блондинка… из-за нее я забыл затормозить…

Вдруг, краем глаза я заметил что-то зеленое и резко обернулся, наткнувшись на «принцессу» всех страшилок — волосы прилизаны, маленькие глазки за толстенными заляпанными очками, огромные щеки и лоб. Я не удержался и выпалил вслух:

— Фу! Ну и троллиха! Ой!

Для извинений не было ни времени, ни желания. Дальше события понеслись одно за другим.

— Ты убил его! — заорал Макс, как только я отшвырнул от себя этого недалекого переростка Дэна. Возможно тоже самое подумали все окружающие, когда здоровяк остался валяться в луже возле школьной ограды.

— Эти смертные такие хрупкие! — оправдывался я, чувствуя, как сожаление и вина начинают сдавливать мою грудь. Я действительно не желал ему смерти — меня просто очень раздражало, что он машет кулаками перед моим носом. — Макс! И что теперь?

— Теперь придется искать новую школу! — возмутился искуственный голос, искаженный электроникой. Макс не был человеком и даже не был одним из магиров, как я, и потому он совсем не понимал цену жизни, пусть даже такого никчемного смертного, как Спартин. — Уноси ноги, Яс! Из этой школы и из города смертных! Миссия провалена!

Но уже было слишком поздно… Надо мной нависла чья-то огромная темная тень.

По привычке я быстро принял боевую позу, словно на меня нападал орк или особенно упитанный тролль. В такой позиции я мог ловко увернуться от орочьего кулака или увесистой дубины.

Однако, дело оказалось гораздо сложнее…

— Это твой мотоциклет, поганец? Отвечай! — гремел в моих ушах суровый басовитый голос. Надо мной склонилась объемная увесистая женщина сорока лет с орочьей фигурой и, вероятно прескверным гоблинским характером. Злобные карие глаза на выкате, толстые пухлые губы и светлые крашенные волосы, собранные на затылке в пучок.

— Да! Это его мотоцикл! — выкрикнул Тони, улыбаясь, крайне довольный тем, что не только смог оказать неоценимую услугу Мадам Танк, но и подпортить мне жизнь.

— Что ты такое?! — нелепо пролепетал я, хлопая глазами.

«Кто-кто! Тролль-смотритель местного заведения!» — отозвался эхом в моей правом ухе Макс.

— Чудненько! — воскликнула заслуженный завхоз школы, поправляя на себе традиционный синий халат, местами порванный и испачканный грязью из кювета, — порча школьного имущества в особо крупном размере! Сломан новый сарай! Лестница, два стула, стол… И вообще где он? Где твой мотоциклет? Ух, хулиган!

При последних словах Мадам Танк ловко применила свой излюбленный прием, который, естественно был запрещен в Люксарде. Своими толстыми пальцами она крепко схватила меня за ухо и дернула так, что едва его не оторвала. К такому жизнь меня не готовила, я вскрикнул от боли и тут же признался.

— Ай!! Макс за деревом!

— Макс?

— Я ой… мой мотоцикл! Ай! Больно же! Ай!

Довольная Мадам Танк тут же потащила меня к старому толстому дубу, за которым прятался Макс. Да-да! Там был мой высокоинтеллектуальный особо разговорчивый мотоцикл — продукт магирской технологии и магии. Он мог читать мои мысли (к счастью, не все (!), а только те, которые я мог позволить) и разговаривал со мной через маленькую серьгу в моем ухе.

— Хамство должно быть наказано! — ревела, как сирена, Мадам Танк, — порча школьной собственности в особо крупном размере! Мало того! Какой стресс! Сколько нервов потрачено у одного из заслуженных работников школы! Только посмотрите во что превратился мой новенький халат! Срам!

Но это, опять же, было не самое главное мое обвинение за сегодняшнее утро.

— Мадам Та… Элеонора Павловна! — быстро исправился Тони, блестящие зеленые глаза казались болотно-карими на загорелом лице. Вьющаяся каштановая челка намокла и прилипла ко лбу. Он указал пальцем на неподвижно лежащего на асфальте Дэна — все это парень ни разу не сдвинулся с места. — А Спартин не дышит! И это сделал с ним ОН!

Тут все снова посмотрели на меня — пристально и долго.

— Батюшки мои! — запричитала Элеонора и рванула к Дэну, при этом совершенно позабыв отпустить мое ухо, — сынок! Ты чего?

— Ай! Ухо мое! — заорал я, корчась от боли, — ведьма страшная! Отпусти…

— Так, Яс, я за деревом! — напомнил о себе Макс, стараясь перекричать причитания и вопли Мадам Танк, — быстро ставь ей подножку и беги! Тролль с ним, с ухом! Новое отрастишь! Эльфы помогут!

Но это было проще сказать, чем сделать…

— Ах ведьма, да? Ах страшная, да? — на мой затылок градом посыпались затрещины, да такие «щедрые», что в моих глазах заплясали яркие искры, и я тут же забыл про полу-оторванное ухо. — К директору на ковер! Живо! Вместе с мотоциклетом!

Глава 4. Странности

Маргарита

Однако, директор школы, статный седовласый мужчина в темном деловом костюме, вскоре появился сам. Не успела я оглянуться, как приехала карета скорой помощи, и санитары на носилках унесли Дэна в школьный медпункт. Туда же отправились директор и Мадам Танк, волоча за ухо несчастного Тимофея. Парень все время озирался… на меня. Я стояла возле высокого толстого дерева, кажется, старого дуба.

— Неужели он и правда сожалеет о том, что меня обрызгал? — вертелась в моей голове неправдоподобная мысль. Грязная и униженная, я шаг за шагом медленно, но верно отступала к дереву, чтобы за ним спрятаться и незаметно улизнуть домой — придется долго и упорно упрашивать Лео, чтобы он нашел для меня новую школу.

— А это-то откуда? — невольно вырвалось у меня — мое место для пряток за толстым морщинистым стволом было уже занято. Там стоял мотоцикл Тимофея, тот самый на котором он едва не врезался в меня. — Странности! Он же вроде выскочил из-под хама и уехал в неизвестном направлении, как только я сбила с него хозяина своим зонтиком. И как он снова оказался здесь?

— И куда это ты собралась, а? — Этот важный надменный голос нельзя было не узнать. — Ты же все видела! Пошли, будешь третьим свидетелем!

Я так резко развернулась, что едва не задела локтем Алексея Знатоновского. Несмотря на ситуацию, он оставался совершенно невозмутим и хладнокровен, будто бы его друг Спартин, а точнее — лучший «вышибала» школы, не валялся сейчас без сознания.

«Думаешь, что сможешь заменить Дэна на Тимура? Да, Алекс? — комментировал происходящее Демон, — уже строишь планы? О, да! Хотел бы я на это посмотреть! И как же ты думаешь перетянуть на свою сторону одного из Файерстилов? Заставишь магира выполнять твои детские капризы? Ха! Клянусь крыльями! Никогда!»

Алексей быстро оглянулся вокруг, словно чувствовал, что за ним пристально наблюдали, и добавил на полтона ниже:

— Этот, что на байке, обрызгал тебя грязью с ног до головы! Забыла? И зонт твой сломал! Пошли, расскажешь сама директору! Ничего не бойся!

«Он обрызгал меня с ног до головы? Да! Но гораздо больше грязи на мне именно из-за вас!» тут же вспомнила я, жалея про себя, что мой шанс незаметно улизнусь уже был навсегда потерян.

— Стой! — резко скомандовал Алексей.

Он протянул руку и, как искусный фокусник, достал у меня из-за шиворота уже хорошо знакомый «позолоченный» прямоугольник картона, промокший насквозь.

— Что это?! — воскликнул Алекс, доставая второй такой же из своего кармана. Его серо-голубые глаза расширились от удивления и… испуга, — откуда это у тебя?

— Должно быть, это было в том кожаном портфеле, который… — тут я замялась, совсем не хотелось продолжать «мне на голову одел Спартин». Это была чья-то красивая дорогая визитка, которая со струями воды попала мне за шиворот и так там и осталась. Честно, на меня так редко обращали внимание, что если бы на моей голове стояла урна, то вряд ли бы кто-то заметил. Ну, если бы только ему, вдруг, не потребовалось срочно что-то выкинуть.

— Это было в том кожаном портфеле? — недоумевая, повторил Алексей, болезненно хмуря тонкие брови, на бледном лбу проступила единственная, но глубокая морщина, — но откуда там визитка моего отца?

— От верблюда! — усмехнулся про себя демон, — ты лучше спроси, откуда у новичка портфель твоего отца!

Алекс молча убрал визитку в карман своего металлического костюма, быстро схватил меня за руку и потащил к директору.

Глава 5. Обыкновенная магия

Ясон

— Он жив, но без сознания! Наверное, сотрясение мозга! Скорую вызвала! Родителям сообщила! Все в пути! — доложила школьная медсестра, высокая худая женщина с кудрявыми рыжими волосами, больше известная в школе, как тетя Клизма.

— Вот видишь, что ты натворил? — накинулась на меня Мадам Танк, за все это время она ни разу не отпустила мое несчастное ухо. Я жалобно заскулил — не помогло.

Мы стояли в просторном светлом кабинете возле массивного письменного стола, заваленного всевозможными бумагами.

— Фамилия и класс! Живо! — строго потребовал от меня директор, представительный седовласый джентльмен в строгом темном костюме.

Я глупо моргал глазами. Ой! Смертное имя? И фамилия? Я же их еще не придумал!

— Я же тебе говорил, что надо бежать! Меня едва не спалила эта страшненькая… в зеленом плаще! — жаловался в моей голове Макс, — класс у тебя десятый! Фамилия — Огонев!

— Тимофей Огонев, десятый класс! — выпалил я, честно глядя в проницательные серые глаза директора.

Он быстро надел узкие очки в золотой оправе и склонился над бумагами. На пару минут наступила абсолютная тишина — я слышал, как шаркает минутная стрелка старинных настенных часов и стучит мое сердце. Наконец, директор оторвал взгляд от списков и нахмурился:

— Нет ни Огонева, ни Тимофея — ни в А, ни в Б, ни в В классе! И как это понимать, молодой человек?

Я тяжело вздохнул, внезапно заинтересовавшись узором ламината на полу. «Как-как?! Просто я еще не успел добавить себя в список класса! Ничего необычного!»

— Ни смей так отвечать смертным! — вопил Макс в моем ухе, — просто твои родители еще не пришли! Они придут сегодня, дадут серебра и твое имя запишут в свиток!

Именно так я и ответил, естественно все, кроме серебра и свитка.

— Аай… мои родители… ой! — Мадам Танк свернула мое ухо в трубочку, я слышал, как оно жалобно захрустело, — придут только сегодня! Ай! Прекрати… аа… те!

— Прекрасно, Огонев! — воскликнул директор, доставая сотовый из кармана пиджака, — диктуй мне номер своего отца! Живо!

— Мы теряем время! Чем дольше ты тут торчишь, тем больше сведений вынюхивают смертные! Их повозка с лекарями уже в пути! Быстро лягай эту… тетку Тролля и беги!

В общем, я все так и сделал, только не лягнул Мадам Танк, а ущипнул за бок и побежал…

— Да не туда!! — заорал Макс.

…но я уже выскочил в распахнутое окно… третьего этажа. Меня догнали вопли Мадам Танк и громкий стук захлопнувшейся двери в кабинете директора. Нет, это была вовсе не древнейшая магия, а обыкновенная физика. Дверь закрылась от обыкновенного сквозняка.

Прыжок оказался весьма удачным, а приземление — мягким. В Академии я срывался с гораздо большей высоты, чем третий этаж. Самое главное, что я быстро очутился рядом с окном школьного медпункта — он находился на первом этаже ровно под кабинетом директора. К счастью, оно оказалось открыто — видимо школьные лекари решили, что Спартину сейчас необходим кислород.

Я очутился в небольшом просторном кабинете, обставленном светлой мебелью — стол, больничная кушетка, шкафы, заполненные разноцветными пузырьками и коробочками. Их количеству и ярким краскам позавидовал бы любой гоблин-алхимик!

На кушетке неподвижно лежал хорошо знакомый мне парень в грязных мокрых джинсах и раздетый до пояса. Его глаза были плотно закрыты, а лицо казалось бледнее простыни. Мое сердце екнуло — кажется, Дэн уже не дышал. Его опухшая разбитая голова была обмотана мокрым полотенцем. На белоснежной махровой ткани местами проступили розовые пятна.

— Беги, пока не поздно! Дубина! — ворчал мне на ухо Макс, — что для тебя никчемная жизнь этого смертного? Он только и умел, что есть и издеваться над слабыми! Если его не станет, то все только вздохнут с облегчением!

Я упрямо зашагал к кушетке, всячески игнорируя голос в моей голове.

— Понимаешь, Макс, — прошептал я себе под нос, тяжело было убедить рационального, но холодного робота, — любая земная жизнь важна, какой бы напрасной и бесполезной она не казалась. Даже если это короткая и никчемная жизнь обычного смертного! Может быть, от него одного будет зависеть чья-то судьба. Кто знает? Может быть, это будет судьба всего человечества…

Тогда я и представить не мог, как сильно я окажусь прав!

— Прекрасно! Скоро мы будет спасать орков и демонов! — ворчал Макс. Ему было можно — ведь у роботов нет сердца.

Я быстро подошел к окну, опустил жалюзи и обернулся на дверь — она была плотно закрыта.

— Не хватало, чтобы тебя заметил кто-то из смертных!

— Тихо! — зашипел я, снимая с шеи тонкую серебряную цепочку — ювелирная работа эльфов, на которой висело старое золотое кольцо с ромбовидным фиолетовым камнем. Своим мистическим блеском оно вновь напомнило мне о Розалин из древнейшего рода Драгонвуд, дочери Амадеуса Драгонвуда, старейшего и сильнейшего мага Люксарда. Ох, и надерет же он мне уши, если узнает, на что трачу я его магию!

Только наклонившись над неподвижным Дэном, я заметил, что из-под его торчащего во все стороны жесткого ежика волос на белые простыни стекали алые капли крови. Только бы не было слишком поздно!

— Смотри, Яс! Пожалеешь, что влез в мир смертных! Ты не знаешь его правил и не тебе их менять!

Никого не слушая, я быстро надел кольцо на указательный палец и поднес руку к голове парня. Драгоценный камень, добытый гномами в глубочайших пещерах у самого сердца Земли, тут же вспыхнул загадочным фиолетово-синеватым светом, по стенам заплясали причудливые тени. Алые капли крови на простыне постепенно стали бледнеть и через несколько мгновений совсем исчезли.

— Поздравляю! Ваше время и магия потрачены зря!

— Да хватит тебе, Макс! — прошептал я, быстро снимая кольцо и вешая его обратно на цепочку, — может быть, кто-то из его потомков спасет миллионы! Может быть, он и сам изменит историю!

— Как?! Съест всех врагов?

Загорелое лицо Дэна расплылось в широченной улыбке, как у ребенка после сладкого сна. И, едва я успел спрятать волшебное кольцо, он потянулся и открыл свои карие глаза. Они больше не косили! Надо признаться, это было первое, что я заметил. Кажется, пришло время уносить ноги.

— Слепая горгулья! — ревел Макс. — Ты опять опоздал!

— Да замолчи ты! — огрызнулся я и тут же вздрогнул — получилось вслух и довольно громко.

Дэн вскочил, как ужаленный, и уселся на кушетке, уставившись на меня, как на орка в юбке.

— Я… э-э… молча лежал!

Карие глаза остекленели в недоумении на грубом, словно вытесанном из камня, лице с широченными скулами. Больше он мне ничего не успел сказать, так как в медицинский кабинет, не желая пропускать друг друга, всей толпой ворвались медсестра, директор и Мадам Танк. На пару секунд секунд наступила тишина, но потом…

«Мальчик наш! Ты очнулся!» — Мадам Танк.

«Спартин! Не двигайся! Тебе надо лежать!» — медсестра.

«Его родители уже в пути!» — директор.

«Сгиньте все к троллям!» — Макс.

— Я нечаянно…, — неуверенно зазвучал мой голос, затем ложь полилась сама собой, –… забрел в медицинский кабинет случайно, чтобы проведать своего пострадавшего товарища. Как видите, он жив и здоров! Хвала горгульям!

— Хвала первой медицинской помощи! — поправила медсестра, гордо качнув своей рыжей шевелюрой, и одернула полы идеально наглаженного белого халата.

— У парня теперь даже глаза не косят! — заметил Макс.

Эту фразу я тут же повторил вслух для всех присутствующих. И да! Волшебное кольцо не только исцелило сотрясение мозга, но и исправило парню косоглазие. Еще чуть-чуть магии, и он бы превратился в красавца! Жаль, что кольцо улучшило только внешность Дэна, и совершенно не коснулось его внутренних качеств — он не стал ни умнее, ни добрее.

Три пары удивленных глаз уставились на Дэна. Тот, воспользовавшись суматохой, достал из полотенца небольшой кусочек льда и, не придумав ничего лучше, быстро засунул его за щеку, как карамельку.

И все шло хорошо, и мой проступок был великодушно прощен и почти забыт, пока…

— Сегодня же чтобы были родители! У обоих! — строго объявил директор, его внимательные серые глаза недвусмысленно остановились на мне, — Огонев! Мы не за кончили! Диктуй телефон своего отца! Живо!

Нужно было что-нибудь соврать и «живо». Мой настоящий отец был сейчас за тридевять земель совершенно в другом мире и не имел ни малейшего желания обсуждать мое поведение с каким-то смертным. Начнем с того, что он вообще никогда не хотел говорить обо мне…

— Девятьсот восемьдесят три…, — внезапно Макс стал диктовать мне какие-то цифры.

— Это что?! — спросил я.

— Это номер твоего подставного папаши! Диктуй его! Я попробую подключиться к телефону этого смертного и изобразить твоего отца! Повторяй дальше… четыреста тридцать пять…

Я шумно сглотнул и послушно продолжил диктовать липовый номер. Ох, клянусь щитом, кажется сегодня что-то будет… Тогда я и представить себе не мог, что самые невероятные и мистические события уже давно произошли… семь часов… и два часа назад.

Глава 6. Семь часов назад…

Мастер

Знойное лето кончилось, а значит и моя беззаботная жизнь у моря. Сегодня в полночь сменилась не только дата, но и время года, наступил сентябрь. В роскошном просторном трехэтажном особняке, гордо стоящем в конце улицы за высоким резным забором, в одном из окон мелькнул свет — луч карманного фонаря, не более. Где-то далеко на полную луну завыла одинокая собака, затем снова наступила тишина, изредка нарушаемая лишь стрекотом кузнечиков.

Состоятельные владельцы особняка спали крепко и спокойно, совершенно не подозревая, как легко можно было обойти их суперсовременную систему безопасности, и что с каждой минутой их состояние стремительно уменьшается.

Ловкому воришке едва исполнилось шестнадцать лет, цепкие загорелые руки проворно загребали золотые украшения и разноцветные купюры. Дом великом был наполнен ими, как спелый арбуз семечками.

— Круто! — выдохнул себе под нос мальчишка, примеряя на запястье правой руки массивные золотые часы — дорогой браслет легонько щелкнул. На позолоченном циферблате с крупными римскими цифрами — без пятнадцати три. Мальчишка замер и прислушался — все тихо.

Серебряный диск полной луны снова выплыл из-за туч, заглянув в распахнутое окно, словно проверяя, как дела. Он так ярко осветил комнату, что карманный фонарик стал тут же не нужен. Воришка быстро взглянул в зеркало на двери массивного шкафа-купе. Все отлично! Старая черная кепка, одетая козырьком назад, крепко держала под собой копну темных, но сильно выгоревших на солнце волос. Маска, сделанная из куска черной ткани, скрывала нижнюю половину лица, почти находя на большие медово-карие глаза. Никита Колтин, сын местного рыбака, совершенно отказался идти по стопам отца и сейчас успешно осваивал новую профессию — весьма прибыльную, но куда более рискованнее старой.

— Да чтоб тебя! — тихо выругался Ник, пытаясь снять золотые часы — замок браслета не поддавался, крепко схватив худое запястье мальчишки, — ладно! Потом сниму эту дрянь! Луна зашла!

Он осторожно подошел к окну и выглянул на улицу. Тишина, покой, порядок. Широкий чистый двор освещался разноцветными садовыми фонариками и зеленоватой подсветкой бассейна. У пары новых дорогих машин под лобовым стеклом мирно мерцала сигнализация.

Ник затянул узел потуже, хорошенько прицелился и швырнул из окна черную сумку из парусины, в которую были аккуратно сложены все украденные ценные вещи. Сверток благополучно перелетел забор и бесшумно угодил в руки соучастников ограбления — двоих взрослых мужчин, тщательно организовавших и спланировавших это, далеко не первое для них, преступление.

— Пацан такой же олух, как и его папаня! Тот нырял за жемчугом, пока не утоп! — усмехнулся шепотом один, худой и высокий, — этот нас озолотит ценой собственной шкуры! Тут целое состояние! — он засунул пачку купюр обратно в парусиновую сумку и достал из кармана прямоугольный кусочек картона. Корявый палец с отбитым ногтем указал на номер телефона, что блестел золотым тиснением при свете луны. — Звони Златоновским, и сваливаем отсюда!

Где-то в глубине дома знакомой классической мелодией запиликал сотовый телефон. Ник вздрогнул и бросился под письменный стол, крепко ударившись плечом о его тяжелую дубовую крышку.

Но в этот раз ночному воришке крупно повезло — вызов быстро прекратился, словно кто-то вовремя одумался и решил отложить разговор до утра. Ник облегченно выдохнул и, внимательно прислушиваясь к каждому шороху, выполз из-под стола. Полная луна снова посеребрила все вокруг.

Миссия выполнена! Теперь Нику предстояло через окно выбраться на крышу, оттуда, вися на руках, добраться по кабелю до старой березы, спуститься на пару веток вниз и спрыгнуть за забор. Там его ждут сообщники. И все было бы хорошо, если бы у них не было совершенно другого плана. Преступники не собирались оставаться в городе — слишком опасно, и потому они заведомо взяли два билета на ночной поезд. До его отправления оставалось чуть более часа. Придется поспешить!

— Набери еще! Щенок, должно быть, дрыхнет, как убитый! Они должны сцапать Ника! Нужен переполох! Иначе у нас не будет времени уйти! О! Это еще что за…

Тут хриплый шёпот резко оборвался, лицо говорящего, перекошенное ужасом, накрыла черная тень…

Ник, ругаясь себе под нос, безуспешно пытался расстегнуть браслет золотых часов — оставлять такую улику на руке было самоубийством. Как назло, у него совершенно ничего не выходило.

— Помочь? — за спиной молодого воришки раздался знакомый подростковый голос, пропитанный ненавистью и презрением.

Ник вздрогнул и резко обернулся, хотя он и так без труда узнал говорящего и едва не заорал на весь дом «Лекс?!». Сердце колотило так, будто собиралось выпрыгнуть наружу. Жестокая правда ударила его в лицо, как высокая волна.

«Мы что… грабим дом Златоновских?! Почему ни Джокер, ни Пит мне ничего не сказали?! Я же мог наткнуться на спящую Анжелику!»

Из-за лунного света бледное лицо Алексея Златоновского, одноклассника и основной головной боли Ника, казалось вылитым из серебра. Блестящие глаза, что при дневном свете были серо-голубыми, теперь казалось почти черными. Довольно длинные светлые волосы были идеально зачесаны и прилизаны к затылку.

«Интересно, Лекс спит сидя? Ну раз его шевелюра совсем не растрепалась! Или он делал укладку перед тем, как сюда зайти?» подумал Ник и тут же лишился всех мыслей. — Что это?! Пушка?!

— А это что, часы моего отца?! — процедил сквозь зубы Лекс, целясь прямо в грудь воришки серебряным дулом подарочного револьвера, — руки вверх! Выше! Кто ты?!

«Хвала небесам! Он пока не видит моего лица!» сообразил Ник, стоя против лунного света — спиной к окну. «Если этот нервный не выстрелит, и каким-то чудом я смогу сбежать… То он меня никогда не опознает!»

— Ты кто? Кажется, … кажется я тебя где-то видел… — нахмурился маленький хозяин, стоя в байховой пижаме с причудливым золотым узором. — Ты здесь один? Отвечай!

Ник невольно перевел удивленный взгляд с мягких розовых тапочек Лекса на безжалостное дуло револьвера. Рука юного Златоновского совершенно не дрожала, держа оружие ровно и твердо, как матерый убийца.

«Нет, ты не выстрелишь!» — думал про себя Ник, чувствуя на своей спине мурашки, а на лбу — холодный пот. — «Девчачьи тапки и пижама! Да ты просто не сможешь нажать курок! К тому же… О! Какой же позор! Если об этом узнает Анжелика! Что я грабил ее дом! Что меня спалил ее брат! Нет, тогда уж лучше пусть меня убьют!»

— Я один! — громко прошептал воришка, твердо решив не выдавать остальных соучастников. Он совершенно ничего не знал о двух, купленных заранее билетах на поезд, и потому был твердо уверен, что они не просто его сообщники, а его настоящие преданные друзья. Других у него все-равно никогда не было.

— Врешь! — зло прошипел Лекс, переводя презрительный взгляд с протертых джинсов незнакомца на его потрепанную черную рубашку, всю в белых разводах от соленой морской воды, — снимай кепку! Покажи лицо! И отдай часы моего отца!

— Опусти ствол! — шепотом потребовал Ник, он боялся, что Лекс тут же узнает его по голосу. Ведь они же завтра… то есть уже сегодня пойдут вместе в одну школу и в один и тот же десятый класс. — Опусти пушку! Ты не сможешь… Ты никогда не…

Но тут Лекс нажал на курок. Он целился прямо в сердце, нисколько не боясь отнять молодую жизнь. Но выстрела не последовало. Худой костлявый палец снова и снова спускал курок. Ответом было только негромкое щелканье металла.

— Он же был заряжен! Он всегда с патронами! — недоумевал Лекс, недовольно тряся дорогое, красивое, но совершенно бесполезное оружие. Ник, облегченно улыбнулся под маской — на его лбу блестел холодный пот, и смело двинулся на своего одноклассника, дабы дать ему крепких тумаков. Лекс неуверенно попятился к двери. — Стой на месте! Стой… или я закричу!

Но Ник и так резко остановился, как вкопанный. Его янтарнокарие глаза расширились от ужаса, и он сам во второй раз едва сдержался, чтобы не заорать на весь дом. Затем последовал едва слышимый, но крепкий удар, и обмякшее тело Лекса с глухим стуком упало на мягкий персидский ковер. Красивый подарочный револьвер выскользнул из рук и докатился прямо до драных кроссовок воришки. Благо, дорогой ковер отлично смягчал удары, иначе проснулся бы весь дом. Рядом с лежащим на полу Лексом откуда-то, словно из-под земли, вырос темный высокий силуэт.

Полная луна быстро зашла за тучу, совершенно отказываясь освещать лицо незнакомца, одетого во все черное.

— Кто здесь? — шепотом произнес Ник, быстро поднял револьвер с пола и, зажав его обеими руками, направил дуло на черный силуэт. — Пит? Джокер? Это вы?

Ответом было молчание. Незнакомец, легко перешагнув через Лекса, быстро и бесшумно направился к Нику.

— Да где эта проклятая луна! — нервничал мальчишка, пятясь к окну и пытаясь вспомнить имя отчество отца Златоновского. — Виктор, кажется, Федорович… это вы? Стойте или… я стреляю!

Незнакомец остановился в паре метров от остолбеневшего Ника и молча протянул вперед руку в черной перчатке. На широкой ладони лежало шесть небольших металлических капсул — патроны от револьвера.

— Никита! Люди, как оружие — эффектные снаружи, почти всегда без патронов внутри! — раздался мягкий шепот незнакомца. Нику даже показалось, что он улыбается.

Но воришке, у которого колени подкашивались и зуб на зуб не попадал от страха, было совершенно не до смеха. «Да кто же он? Откуда он знает мое имя? Как сюда приперся? Может у Златоновских гости? Только этот странный тип больше похож на наемного убийцу-ниндзя, чем на дядюшку Лекса!»

А самое главное — Ник сейчас сильно недоумевал, почему при словах «красивые снаружи — всегда без патронов внутри» он вновь вспомнил эффектную красотку Анжелику — сестру-близняшку Лекса? По этой сногсшибательной сероглазой блондинке с короткой стрижкой и очаровательной улыбкой сохла половина школы, a вторая половина — эй тихо завидовала. Но внутри у холодной красотки будто не было ни сердца, ни самой души. Она прекрасно знала о чувствах многих парней, в том числе несчастного Ника, и потому беспощадно их мучала.

Самый главный вопрос — как и когда незнакомец успел вытащить все патроны из револьвера и тем самым спасти Нику жизнь? Однако, молодого воришку сейчас мучали совершенно иные, но куда более важные вопросы.

— Как ты обошел сигнализацию? И… ты вообще кто? Я не боюсь тебя, будь ты сам дьявол!

— О, я не демон, Ник! — усмехнулся незнакомец, по-прежнему говоря шепотом, так как не желал выдавать свой голос. Он быстро убрал руку с патронами и протянул вперед другую. В ней была зажата пара одинаковых цветных бумажек.

— Покажи мне свое лицо, а не этот хлам! — выпалил Ник, однако, хватая бумажки и пытаясь их разглядеть — на них было явно не только что-то нарисовано, но и написано. Однако, в комнате было по-прежнему абсолютно темно и потому ничего не видно. Но вскоре ситуация поменялась — в окно снова заглянула полная луна.

— Это билеты! Билеты на поезд! Джокера и… и Пита! — воскликнул Ник почти в полный голос, но вовремя спохватился и прошептал, — их… только два! А где… где мой билет?

Незнакомец только пожал плечами. Он уже успел повернуться к Нику спиной, дабы тот увидел лишь черный кожаный плащ, а не разглядывал его лицо при свете луны.

— А для тебя этой ночью был только один билет — в полицейский участок! — преспокойно заметил он и холодно повторил, — запомни! Люди, как револьверы — самые нужные всегда без патронов!

Ник нахмурился, уставившись в стройную спину незнакомца, точнее в черный кожаный плащ с капюшоном. Он только что осознал горькую правду.

— Джо и Пит… они хотели меня подставить… надеялись смыться под шумиху, пока меня цапают копы! — выдохнул он себе под нос, кусая обветренные губы. Карие глаза блестели от слез, внезапного гнева и безысходности. — Да кто ты?! Я устал болтать с твоим… твоей спиной! Покажи свою рожу!

— О, на твоем месте, Никит, я бы не стал просить меня показать свою «рожу»! — раздражающе спокойно ответил незнакомец, — дело в том, что мое лицо можно увидеть всего один раз! И те, кто это сделал, уже давно покинули мир смертных!

— Ой, ну все! — выдохнул Ник, закатывая глаза и вытирая холодный пот с «черного» от грязи и загара лба. Его самые близкие, самые надежные «друзья» оказались, как револьверы — те, на которых в самый ответственный момент надеешься больше всего — всегда без патронов. Они его предали, бросили. И если бы не этот самодовольный незнакомец, то Ник сейчас уже сидел бы в наручниках в полицейской машине… на пути в участок. Завтра бы обо всем узнала Анжелика, а потом и вся школа, и город, и отец… Какой позор!

«Нужно срочно валить! Пока этот чудик стоит ко мне спиной!» — вертелось в нечёсаной голове Ника. — «Если уж меня кинули Джо и Пит, то почему я должен ему доверять?! Так! Мне нужно просто неожиданно отпихнуть его в сторону и выскочить в окно! Только бы бульдог Лекса еще дрых! Вперед!»

С этими мыслями Ник резко, что было силы толкнул незнакомца в сторону, как раз по направлению к мягкому кожаному дивану — как никак тот спас ему жизнь. Но нет, Ник никого не толкнул — неизвестный ловко отошел в сторону, словно у него были глаза на затылке или же он умел читать чужие мысли. И Никитка, злобно крякнув, по инерции сам полетел на злополучный диван, потерял равновесие и смачно на него плюхнулся.

— Доволен? — спросил человек в черном, так и не поворачиваясь к воришке лицом, — и что теперь мне с тобой делать? Сдать Златоновскому?

Ник буквально был готов разреветься от своей беспомощности, но был научен горьким опытом, что слезы все сделают только хуже. Этот тип в черном плаще обладал не только железными нервами, но и каким-то боевым искусством. И у Ника не было ни единого шанса выбраться отсюда живым, если только…

— Чего ты хочешь? Я готов работать на тебя! — прошептал мальчишка, у него все-равно не было ни семьи, ни друзей, — я все сделаю, только не сдавай меня!

Неизвестный, молча, замер на месте — явно задумался о судьбе голодранца. Судя по его стройной, худощавой фигуре, как у гибкого гимнаста, ему было не больше тридцати лет. Наконец, он глубоко вздохнул и произнес:

— Может быть, ты мне пригодишься. Почему бы и нет! Завтра покажешь, на что ты способен. А пока вот твое первое задание!

Тут он, не утруждая себя тем, чтобы повернуться лицом к собеседнику, швырнул в руки парня небольшой, но тяжелый черный сверток — парусиновую сумку, внутри которого что-то звякнуло. Ник тут же узнал его — да это же все то, что он награбил за сегодняшнюю ночь!

— Разложишь все на свои места, умник! Пошевеливайся!

Воришка нехотя послушно вскочил с мягкого дивана — другого выбора у него не было.

— Как мне тебя звать? Босс? Хозяин?

— Мастер, — еле слышно прошептал незнакомец, подошел к окну и, так и не обернувшись, добавил, — после того, как все разложишь, возвращайся домой! Джо и Пит уже больше никогда не вернутся!

— Э-э! А… эй! Куда? Стой! — выпал Ник, но было уже поздно. Мастер грациозно запрыгнул на подоконник и, будто в раскрытую дверь, шагнул в распахнутое окно, растворившись в ночи, словно сахар в чае.

Ник невольно кинулся за ним, едва не уронив свой пакет с ценностями. Каждую секунду он ожидал услышать треск, лай бульдога Златоновских, крики и сигнализацию. Но, как ни странно, за окном была лишь безмятежная ночная тишина.

Ник быстро и как мог бесшумно разложил награбленное из пакета по комнате, как ему показалось — каждое на свое место. И даже зарядил дорогой револьвер! Только положил он его рядом с неподвижным Лексом, очень надеясь, что парню завтра хорошенько влетит от отца.

— Расскажешь папашке, что за сон тебе приснился, Лелик! — самодовольно усмехнулся Ник, — ты не видел моего лица и не слышал голоса! Удачи!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: