Бесплатный фрагмент - 40 дней

Глава 1 Наследство

Бабушка умерла в четверг, двенадцатого марта. Ночью у неё остановилось сердце. Кирилл узнал об этом от соседки. Он приехал на похороны, бросил горсть земли в яму и поехал к юристу. Юрист сказал: квартира переходит к нему по наследству.

Но было одно «но». Юрист достал серый конверт. На нем было написано: «Кириллу. Лично». Внутри был лист бумаги и старый ключ, обмотанный синей изолентой. Бабушка писала: «Кирюша. Я знаю, что ты захочешь продать квартиру. Но сначала отсиди в ней сорок дней. Один. Никого не приводи. Дверь не запирай на ночь. Еду, которую найдёшь на столе, не выбрасывай, а выноси птицам. И не спи в моей спальне. Спи в большой комнате. В тумбочке у меня тетрадь. Прочитай её в первый же вечер. Всё, что там написано, — не выдумки. Просто сделай, как я прошу».

Кирилл приехал на Рыночную, 5. В подъезде пахло сыростью. На кухне, на столе, стояла тарелка с гречневой кашей. Масло блестело. Он потрогал тарелку — она была тёплой. Он не варил кашу. Он вообще не заходил на кухню. В бабушкиной спальне на покрывале темнело пятно. Кирилл приложил ладонь. Покрывало было тёплым, как человеческое тело. Как будто кто-то только что встал с кровати.

В тумбочке лежала школьная тетрадь. На первой странице были правила:

1. Не садиться на мою кровать. Ни днём, ни ночью.

2. Еду ставить до полуночи. Убирать после рассвета. Не выбрасывать — отдавать птицам.

3. Не отвечать на стук в дверь спальни после полуночи.

4. Не называть вслух имя того, кто жил здесь раньше.

5. Если в одной комнате холодно, а в другой тепло — не переходить из тёплой в холодную.

6. На сороковой день — не открывать.

7. Если нарушил хоть одно — оно узнает, что ты его видишь.

Внизу была приписка: «Оно не злое. Оно голодное. Просто корми и не зови».

Кирилл остался. Ночью он проснулся от холода. В коридоре было морозно, а из спальни шло тепло. Он перешёл в спальню и сел на кровать. Нарушил первое правило. Среди ночи его разбудил стук. Тук. Пауза. Тук. Пауза. Он не ответил. Утром на столе стояли две тарелки. Одна с кашей, вторая пустая — напротив.

Кирилл узнал историю. Нина Петровна получила эту квартиру в шестьдесят восьмом. Она жила здесь одна с сыном Дмитрием. Дома его звали Митей. Мальчик много болел и умер в двадцать три года. Остановилось сердце. Нина Петровна ставила ему еду каждый день. А потом перестала выходить из дома. Её увезли. Квартиру отдали бабушке Кирилла. Бабушка кормила его тридцать восемь лет.

Кирилл вернулся в квартиру. Сел на кухне.

— Митя, — сказал он вслух.

В спальне скрипнула кровать.

Шли дни. Стук повторялся каждую ночь. Голоса менялись. Сначала мальчишеский: «Мам? Это я. Открой». Потом бабушкин: «Кирюша, поешь». На тридцать девятый день в дверь ударило с такой силой, что задребезжала посуда. А потом голос сказал его собственным голосом:

— Кирилл. Открой. Мне холодно.

Кирилл просидел до рассвета. Он открыл дверь спальни. Кровать была пуста. На тумбочке лежала тетрадь. Открытая на последней странице. Там было написано: «Спасибо, что покормил. Теперь я знаю, как тебя зовут».

Кирилл уехал. Но и в другом городе на столе появилась каша. Ночью кто-то стучал в дверь. Он позвонил тёте Вале. Она сказала: «Ты его назвал. Вернись и отдай ему то, что оно просит». Кирилл вернулся на сорок первый день. Он сел за стол и съел кашу. Он сказал: «Я останусь. Я буду ставить еду. Но ты не будешь стучать».

Через полгода тётя Валя спросила: «Продал квартиру?». Кирилл ответил: «Привык». Зимой из-за его двери раздался скрип и мальчишеский голос: «Мам? Это я. Открой». Весной в квартире сменили замок. Кирилл уехал. В квартире на столе осталась тарелка с кашей. А в тетради появился новый, восьмой пункт: «Если услышишь, как оно зовёт тебя по имени, — не отвечай. Оно уже не голодное. Оно учится». А внизу, мелко, будто дописано другой рукой: «Кирюша, поешь».

Конец 1 главы

Глава 2 Сестра