Бесплатный фрагмент - 25 лучших верховых болот Подмосковья и не только

Представьте себе утро выходного дня. Вы встречаете в метро знакомого — он бежит куда-то с горящими глазами и рюкзаком за плечами. Вы спрашиваете: «Ты куда?» И, вероятно, оказываетесь не готовы к честному ответу: на болото.

Перспектива попасть на болото не вызывает у обывателя того приятного отзвука в душе, какой рождают лес, горы или степь. Болото в коллективном бессознательном — гиблое место, бесприютная топь, комариная обитель. Если вы до сих пор так считаете — значит, вы держите в руках правильную книгу.

Почерпнув вдохновение в этом путеводителе, вы однажды — а может, и не однажды — побываете на болоте и убедитесь, что в хорошо выбранное время и в хорошей компании оно прекрасно. Прекрасно, как дракон, хранящий сокровища: опасности и трудности на вашем пути никто не отменял, но открывшийся за ними новый мир поражает воображение. Счастлив тот, кому только предстоит это открытие — увидеть вместо «гиблого места» затерянный мир, таинственный остров среди окружающего леса.

Лирик вы или материалист — неважно. Одного пленят пламенные рассветы и закаты, эфирный аромат багульника, волшебные клубы вечернего тумана, звездопады и пёстрый узор болотной растительности. Другой восхитится сложной архитектурой и мозаичностью болотной экосистемы, сочетанием влажности и температурных инверсий, порождающим туманы, а также «климатической летописью» торфа, хранящего в себе тысячи лет меняющейся погоды.

Как биолог (и как человек, неравнодушный к природе), я задаюсь вопросом: а нужно ли «популяризировать» болота, способствуя повышению антропогенного пресса на эти хрупкие экосистемы? Думаю, всё дело в том, КАК это делать. Важно донести до аудитории, что потребительское и небрежное отношение к болоту (как и к природе в целом) недопустимо. Важно поделиться с читателями своей любовью к прекрасному и уязвимому миру. Важно пробудить в человеке желание стать сопричастным болотным приключениям и тайнам, войти в число бережных посетителей — и хранителей — болот.

Несомненно, автору удалось пройти этим сложным путём, сохранив хороший баланс душевности и фактологии. Путеводитель может быть полезен как самой широкой аудитории любителей природы, так и специалистам различных естественнонаучных профилей — биологам, почвоведам, геологам — для планирования школьных и студенческих практик, а также для обоснования необходимости охраны дополнительных природных территорий вблизи Москвы.

P.S. Ходить по болотам — как танцевать с медведем. Трудно, опасно, но невероятно почётно, если знаешь па. А локации, описанные ниже, — лучшие хореографические уроки.

К.б.н.,

Валентина Тамбовцева

---

Сводная схема верховых болот

Упомянутые в путеводителе болота сгруппированы по направлениям электричек. Для каждого в соответствующем разделе указана ближайшая железнодорожная станция и возможные пути подхода.

---

Рижское направление

1 — Масловская лесная дача

2 — Попово болото (Снегири)

3 — Баево болото

4 — Воронино болото

Ленинградское направление

5 — Болото Старое

6 — Кошкино болото

7 — болото Оршинский мох

8 — к болоту Гладкий мох (на Бологое)

Савёловское направление

9 — болото у ст. Морозки

10 — болото у ст. Вербилки

Ярославское направление

11 — озеро Двухкошачье

12 — Романовское (Козловское) болото

Горьковское направление

13 — Захарово и озеро Лесное

14 — болото у ст. Ковригино

15 — болото Стулиха

16 — Лачужские озера

17 — озеро Горбатое

18 — Зеленые карьеры

19 — болото у деревни Борок

20 — озеро Игнатково

Казанское направление

21 — озеро Сольвейг (Петрушинское)

22 — торфяники у ст. Запутная

Киевское направление

23 — болото под Боровском

Белорусское направление

24 — озеро Бельское

25 — карьер Сима

Предисловие ко второму изданию

С момента выхода первого путеводителя по подмосковным верховым болотам прошло более двух лет. Как показала практика, интерес к этой теме только возрастает. С тех пор автором были получены десятки отзывов и сотни вопросов по болотам Подмосковья, а путеводитель успел приобрести определенную известность, в том числе промелькнуть по Центральному Телевидению.

Казалось бы, популярность болотного туризма (который теперь принято называть модным словечком «болотинг») должна только радовать. Но не все так просто: в последнее время как из рога изобилия на автора посыпалась информация о коммерческих турах на болота, а то и предложения поводить подобные группы. И всем приходилось отвечать одно и то же.

Наши подмосковные болота совершенно не подходят для массового коммерческого туризма. В отличие от огромных водно-болотных угодий, к примеру, Северо-Запада, они слишком малы и уязвимы. Размеры каждого из них редко превышают первые сотни метров, да и леса вокруг имеют ограниченную площадь.

Компания из пяти-шести человек, бережно относящихся к природе, вряд ли может нанести существенный ущерб. Но массовые коммерческие походы, где организаторов интересуют в первую очередь не экологические мотивы, а соображения востребованности и рентабельности, способны моментально привести в негодность любое из наших крошечных верховых болот. Это не говоря уже об автомобильных, мото- и квадроциклетных экскурсиях: сплавина после таких повреждений восстанавливается десятилетиями.

Автор совершенно не сторонник репрессивных мер. Как показывает практика, в результате создания некоей инфраструктуры якобы «с целью охраны природы» природе становится только хуже. Если, конечно, не идет речи о строгом заповедном режиме. Возможно, для снижения нагрузки на подмосковные болота стоило бы оборудовать для посещений одно-два, находящиеся в непосредственной близости от города, проложить мостки, построить места для проживания с минимальным комфортом… В этом случае они оттянут на себя львиную долю туристического потока. Девяносто процентов любопытствующих смогут составить представление о верховых болотах с деревянных мостков, не замочив ног. Оставшиеся же десять процентов истинных ценителей верховых болот, идущие по неизвестным топям на свой страх и риск, уже не причинят такого ущерба природе. Да и к окружающей среде они, как правило, относятся куда бережнее.

Поэтому в путеводителе принципиально нет информации о местах, удобных для организации массовых стоянок — только об уютных уголках леса вместимостью до нескольких человек. Кроме того, автор официально заявляет, что не водил, не водит и не собирается водить массовые коммерческие группы на какое-либо из подмосковных болот, а также помогать в этом другим.

В обновленном путеводителе количество болот увеличено более чем вдвое: теперь их двадцать пять. Значительный объем информации заставил отойти от формата фотопутеводителя в сторону издания-справочника, чтобы проще было найти болото по требуемым критериям. Для удобства поиска информации описания болот сгруппированы по направлениям пригородных поездов, а в пределах каждого направления отсортированы по удаленности от Москвы: от ближайших до самых дальних. Если болото расположено между двумя направлениями железной дороги, оно привязывалось к тому, от которого лучше ходит общественный транспорт.

Добавлена сводная схема расположения верховых болот на карте Московской и соседних областей, а каждая глава проиллюстрирована графическими схемами, на которых отмечено расположение ключевых точек. Дополнены разделы о флоре верховых болот, подготовке к походу, организации болотного лагеря и фотосъемке. Описания некоторых из упомянутых в первом путеводителе болот переработаны в соответствии с информацией, актуальной на 2026 год: такие ландшафты меняются довольно быстро. Полностью переработан и заменен иллюстративный материал: с момента выхода первого издания в архиве автора появилось изрядное количество новых фотографий, лучше характеризующих местность.

Тема единения человека и природы и обилие постановочных фото в первом издании вызвали широкий спектр реакций, от восхищения до почти негодования. Особое недоумение автора вызвала дискуссия о том, столь ли необходимо розовое платье на данном конкретном снимке. Из обновленного путеводителя подобный материал был исключен в пользу более информативных с практической точки зрения фото и расширения текстовых описаний. Автор не оставляет надежды выпустить когда-нибудь отдельный фотоальбом с русалками, кикиморами, болотницами и прочими мифологическими красавицами, находясь в постоянном поиске новых типажей, а соответствующая возрастная маркировка дала бы больше свободы в подборе иллюстраций. Противникам же подобной эстетики можно посоветовать только одно. Оскорбляет — не смотрите.

География путеводителя, как и в первом издании, охватывает не административные границы Московской области, а места, куда можно попасть единственным пригородным поездом из Москвы без пересадок. Это примерно соответствует классическому маршруту похода выходного дня.

Условные обозначения

Чтобы удобнее было ориентироваться во всем многообразии подмосковных верховых болот, каждому из них был присвоен рейтинг по восьми критериям: заброска, простота перемещения, размеры, тишина и уединение, пейзажи, растительное разнообразие, озера и купание, стоянки. Рейтинг этот во многом субъективен. У читателя после посещения той или иной локации почти наверняка сложатся собственные, не совпадающие с выводами автора представления о «звездности» в зависимости от выбранного времени года, конкретного участка (если болото большое), да и просто от стечения обстоятельств. Тем не менее, такой рейтинг будет полезен для создания самой общей картины при беглом пролистывании путеводителя — в поисках, куда бы поехать.

На оценку влияли все этапы добирания — от порога дома до сплавины. Это продолжительность пути общественным транспортом, сложность пешей части, и, наконец, особенности преодоления переходного участка от леса до сплавины. Особо сложный 300-метровый участок, который невозможно обойти, убавлял «звезд» не меньше, чем лишние 50—100 километров на электричке. Точно выразить одной цифрой впечатления от всего путешествия невозможно, но пользы даже в приблизительной оценке будет куда больше, чем в измерении линейкой расстояния на карте.

Оценивалось качество самой сплавины: насколько легко по ней перемещаться, есть ли неприятные «сюрпризы» в виде острых коряг и ям, затрудняющие хождение босиком, рассечена ли сплавина труднопроходимыми протоками. «Качество» переходных лесных участков в этом пункте не оценивалось: оно влияло исключительно на баллы предыдущего пункта.

Как ни странно, этот критерий тоже субъективен. Казалось бы, что может быть проще, чем измерить диаметр сплавины на спутниковом снимке? Но она может быть фрагментирована участками труднопроходимых зарослей, частично непригодна для прогулок, либо разбита на крошечные фрагменты лабиринтом проток и мочажин. В этом случае бралась только «полезная площадь», по которой приятно ходить и откуда открывается обзор. Поэтому данный пункт — не про формальные сотни метров, а про общее ощущение простора.

---

Выходящие иногда на край болота грибники и ягодники если и убавляли «звезд» по этому пункту, то совсем немного. Как правило, это люди тихие и спокойные. А вот находящаяся рядом база отдыха с прокатом квадроциклов, противоположный берег с песчаным пляжем и прямым выходом к населенке (еще и с алкомаркетом в комплекте), либо просто хорошая автодорога вдоль сплавины способны безнадежно испортить любой отдых. Болота, получившие низкий рейтинг, в основном страдают как раз этими проблемами. Они тоже могут быть красивы, но посещать такие места лучше в суровое межсезонье: начале апреля или конце ноября, когда наиболее громкая и наименее культурная часть публики предпочитает шуметь по домам и во дворах.

Некрасивых верховых болот не бывает. А если и бывают, то они просто не попали в этот путеводитель. Но на некоторых можно найти элементы, делающие виды просто фантастическими. Например, растущие прямо на сплавине большие одиночные сосны, особо сложный водный лабиринт, либо просто очень удачные точки обзора. Такие места получали наивысший рейтинг. Получившие же «троечку» можно описать как «просто симпатичные верховые болотца».

---

Здесь учитывалось не только многообразие флоры, но и ее своеобразие. Полный комплекс обычной для верховых болот растительности не единичными кустиками, а площадями — твердая «четверка». Наличие редкостей или произрастание тех или иных видов в нетипичных для них местах — наивысший балл.

Теоретически купаться можно на любом верховом болоте, где есть окна открытой воды. Вопрос в том, как далеко удастся заплыть и насколько чистыми вылезти обратно: водная растительность нередко осложняет и то, и другое. Комфортный подход к воде также влиял на оценку. Одно дело — прыгать в чистое болотное озеро с поросшей голубичником приподнятой над сплавиной гряды, и совсем другое — преодолевать последние метры ползком, если сплавина слишком тонка.

---

Этот пункт — вовсе не о качестве и количестве «оборудованных мест отдыха». Зачастую их либо нет вообще, либо автор предпочел не упоминать о стоянках, по тем или иным причинам «секретных». Акцент делался на общих характеристиках окружающего леса: насколько он сухой, густ ли подлесок, много ли комаров, легко ли найти ровные площадки под палатку. В очень редких, почти исключительных случаях лес может расти не на торфянике, а на песчаной или глинистой возвышенности рядом. Тогда нечастая для верховых болот возможность развести огонь (при грамотно сделанном кострище) также шла «в плюс». Но если в описании того или иного болота это не указано специально — значит, никаких костров!

Предупреждение

Болотные ландшафты меняются от года к году или даже от сезона к сезону: за редкими исключениями здесь нет стабильных и гарантированно безопасных троп. По этой причине в путеводителе отсутствуют треки или рекомендации «проходить именно здесь».

Немногочисленные координаты подходов к воде или стоянок носят исключительно информационный характер: вы пользуетесь ими на свой страх и риск. Если вам кажется, что куда-то удобнее подойти с другой стороны или не ходить вовсе — так и делайте. Не стоит в надежде на опыт автора идти напролом к указанной точке: со времени выхода издания ландшафт мог измениться.

Зачем люди ходят на болота?

Прежде всего, давайте определимся с самим термином «болото». Непролазные топи, черная булькающая жижа вместо воды и вообще место, куда лучше не соваться — такое стереотипное представление относится в первую очередь к низинным болотам, питаемым грунтовыми водами. Подобные места интересны скорее со спортивной или научной, чем с эстетической точки зрения. Конечно, низинные болота тоже бывают по-своему красивы: к примеру, один из самых впечатляющих рассветов в жизни автор наблюдал именно на таком болоте, ошибочно принятом при изучении спутниковых снимков за верховое. В таких местах могут гнездиться редкие и исчезающие виды птиц, к которым наличие лодки позволит подобраться и понаблюдать совсем близко. Но для пеших прогулок низинные болота — действительно не самые приятные места.

Наш путеводитель совсем о других болотах, верховых. Они питаются не грунтовыми водами снизу, а атмосферными осадками — сверху. Места, где можно провалиться, здесь тоже могут присутствовать, однако обычно их немного и они хорошо заметны.

Основа верхового болота — сплошной ковер сфагновых мхов, плавающий по поверхности воды и приятно пружинящий под ногами, называемый сплавина или зыбун. По сплавине можно ходить в любых направлениях, практически не встречая препятствий: она мягкая, упругая и, что немаловажно, теплая даже в прохладное время года.

Большие открытые пространства, на которых отдыхает глаз, перемежаются островками причудливо закрученных деревьев. Иногда на сплавине встречаются окна открытой воды и целые озера, имеющие весьма сложную форму. Берегов, как таковых, у них нет («берег» состоит из все той же плавучей подушки сфагнума), но это не мешает осторожно подойти к краю, набрать воды (очень чистой и безопасной, несмотря на темный торфяной оттенок) и даже искупаться. Кстати, такая вода значительно теплее, чем в окрестных незаболоченных водоемах: купальный сезон на верховых болотах можно открывать раньше, а закрывать — позже.

В конце лета и осенью на верховые болота устремляются сборщики ягод. По краям болот и в окружающих лесах можно собирать чернику и голубику, а на самой сплавине, конечно, «королеву» болотных ягод — клюкву. Ближе к соседней Тверской области изредка можно встретить морошку — хотя основной ареал обитания этой ягоды находится значительно севернее. Подмосковные болота слишком малы для сбора ягод в промышленных масштабах, но набрать для себя и угостить друзей — вполне хватит.

Люди, увлеченные резьбой по дереву и лесной скульптурой, нащупают на дне неглубоких торфяных озер и выловят из воды множество драгоценностей. Это топляки — корни и сучья перекрученных скудными условиями деревьев, десятилетия, а то и столетия «мариновавшиеся» под слоем торфа без доступа кислорода. Такая древесина обладает богатейшей цветовой палитрой, выразительным рисунком и настолько насыщена минеральными веществами, что становится исключительно прочна. Охотятся за корягами и аквариумисты: болотный коряжник — один из лучших (и самых дорогих) материалов для декора аквариумов.

Верховое болото — источник повышенной влажности и туманов, особенно эффектных на рассвете. Да и сами пейзажи под стать: извилистые береговые линии, перекрученные скудными условиями сосны, дремучие леса вокруг… В целом, все это больше напоминает Север, чем родное Подмосковье.

Какие болота не попали в путеводитель?

При отборе подмосковных верховых болот автор руководствовался эстетическими и практическими принципами. Если уж приходится терпеть лишения и некоторый риск, хочется, чтобы читатель был хотя бы вознагражден за это — красивыми видами, местами для уединенного купания или, на худой конец, просто приятным лесом вокруг. Болота, имеющие более спортивный, чем эстетический интерес, остались за пределами настоящего издания. О том, как терпеть лишения ради лишений и преодолевать препятствия ради препятствий, написано множество других книг. Автор признает их право на существование, вполне способен понять людей, которым это нужно, однако сам такого подхода не разделяет и потому вряд ли смог бы толково описать подобные места.

За редкими исключениями не вошли и те болота, где отсутствуют открытые окна чистой воды, либо совсем уж крошечные, «на полчасика». Таких только в ближайшем Подмосковье можно найти сотни. Стоит ли каждое из них пытаться запихнуть в ограниченное по объему издание — вопрос риторический.

Не вошли и те, при посещении которых вероятны сложности антропогенного характера и просто нежелательные встречи. В первую очередь это болота, примыкающие вплотную к городам, крупным СНТ, промышленным предприятиям и разного рода объектам, о назначении которых простому путешественнику лучше не знать вообще. Оно вам надо?

Болота, находящиеся в составе государственных заповедников и других мест без возможности свободного посещения также остались за пределами издания. Не рассматривались и частично проходящие через болота «цивилизованные» экотропы с инфраструктурой и информационными щитами. Если болото находилось на территории заказника или иной ООПТ, не запрещающей свободное перемещение, пусть и с рядом ограничений, автор старался это указывать. Но границы ООПТ могут меняться, правила — ужесточаться, поэтому перед планированием путешествия рекомендуется уточнять актуальную информацию на официальных ресурсах.

Нередки ситуации, когда на ограниченной площади расположено сразу несколько верховых болот. В этом случае описывалось либо наиболее крупное и интересное из них, либо болота объединялись и описывались как участки единого целого, либо «опциональные» локации в непосредственной близости упоминались вскользь в той же главе. Ни к чему сверх меры плодить сущности и загромождать без того довольно плотную сводную карту.

Хотя для указанных локаций описаны пути подъезда автотранспортом, в первую очередь автор ориентировался на тех туристов и путешественников, кто привык добираться до начальной точки пешего маршрута старым-добрым способом: на электричке. Если болото расположено настолько неудобно, что заброска общественным транспортом превращается в целое путешествие на полдня или больше, оно также отбраковывалось.

Из оставшихся верховых болот окончательная выборка делалась в пользу разнообразия. Не только в плане экстерьера и флористического состава (чтобы одно болото не было как две капли воды похожим на другое), но и в плане направлений железной дороги и удаленности от Москвы, а также общей сложности. Так, пара совсем скромных на общем фоне верховых болот (в окрестностях станций Снегири и Морозки) была специально добавлена в путеводитель в качестве «песочницы для начинающих»: добраться до них очень легко, прогуляться приятно, а тонуть особо негде.

Готовимся к походу на болото

Большинство описанных в путеводителе болот имеет хорошую транспортную доступность: ехать недалеко, а пешая часть пути редко превышает первые километры. Поэтому снаряжение будет мало отличаться от обычного набора для похода выходного дня. Можно съездить и на один день, но в этом случае вы лишаете себя главного зрелища — рассвета на болоте. Кроме того, подход к открытой части и выход обратно все же займут некоторое количество времени и сил. Если есть возможность — лучше пойти с ночевкой и никуда не торопиться.

Ставить палатку на крепкой сплавине возможно, но удовольствие это ниже среднего: придется постоянно контролировать положение тела, причем исключительно лежа на спине или животе. Уже через несколько минут после того, как вы встанете на колени, сядете или просто повернетесь на бок, снизу начнет сочиться вода. Поэтому лагерь лучше ставить на самом краю сухого леса, а к болоту ходить налегке.

Лес от сплавины может быть отделен несколькими десятками или сотнями метров болота переходного типа — с корягами, кочками и многочисленными глубокими лужами. Этот ландшафт для постановки лагеря уже непригоден.

О недопустимости костров на торфяниках написано много. Но строго соблюдают это правило лишь те, кто хоть раз в жизни видел загорающийся торф. «Ну, я же его залью, что тут такого?» — думают многие и ошибаются. Болотные пожары почти никогда не начинаются с открытого горения. Торф начинает медленно тлеть под кострищем в полостях между корнями деревьев, которых вы даже не видите. Когда костер, казалось бы, полность потушен, над кострищем может подниматься (а может и не подниматься) слабый дымок. Тем временем торф продолжает тлеть на глубине до полуметра и более, температура увеличивается, очаг расширяется — и, в конце концов, языки пламени начинают вырываться наружу. Произойти это может через несколько часов, когда вы уже мирно спите в палатке или ушли. Очаг горения в этом случае столь обширен, что потушить пожар своими силами, даже перекопав все вокруг, будет затруднительно.

Если непременно хочется вечерней романтики у костра — берите с собой мангал (разумеется, не в пожароопасное время). В остальных случаях лучше использовать газовые горелки или портативные печки-щепочницы. Последний вариант — замечательный компромисс между газовой горелкой и костром. С одной стороны, не нужно везти с собой баллоны дорогого и не везде разрешенного к перевозке газа. С другой — практически нет необходимости заботиться о качественных дровах. В ход может пойти все, что валяется под ногами на расстоянии вытянутой руки: мелкие палочки, ветки, шишки… По пожарной безопасности щепочница ближе к газовой горелке, а по теплоотдаче — к костру: над ней можно даже просушить промокшие вещи.

Вопреки расхожему мнению, опытные любители болот ходят по сплавине не в сапогах, а босиком. Здесь нет ни острых предметов, ни неровностей рельефа, и уже через час-другой ваша походка станет уверенной. Если разуваться по каким-то причинам не хочется, возьмите с собой коралловые тапочки или кроксы. Хорошо показали себя неопреновые носки, особенно в прохладное время: неопрен, даже мокрый, продолжает согревать. Правда, только пока вы активно двигаетесь: находиться на стоянке в мокром неопрене — не лучшая идея. Лучше оставить в лагере и ботинки, чтобы не начерпать в них воды. Сапоги могут быть полезны на походах к болоту, а на сплавине пригодятся только в холодное время года. Для осенне-зимних походов лучше подойдут не резиновые, а из ЭВА — пористого материала, гораздо более теплые и легкие.

---

Непромокаемые брюки и мембранные куртки хороши в лесном лагере, но не на открытой сплавине. Дело даже не в риске провалиться (хотя и в нем тоже). Просто от сидения на неудачно выбранной кочке или сбора клюквы на коленях никакая мембрана не спасет. Поэтому чем меньше будет на вас одежды и чем быстрее она будет высыхать — тем лучше. Оптимальный вариант — шорты, футболка и что-нибудь на голову. А вот смену сухой одежды на стоянке стоит иметь обязательно.

Многие ходят по болотам с шестом (как правило, подходящая палка подбирается уже на месте). Если болото большое и незнакомое, в этом есть смысл: шест позволяет прощупать прочность сплавины перед тем, как сделать шаг. В случае ЧП шест можно бросить перед собой и выбраться из болотного «окна», оперевшись на него, либо протянуть конец провалившемуся рядом. От трекинговых палок в классическом «летнем» исполнении толку мало: наконечники будут сразу же погружаться в сплавину чуть ли не на всю длину. А вот с надетыми широкими кольцами для зимних походов палки становятся прекрасной альтернативой традиционному шесту.

Случаи, когда человек проваливается через сплавину — явление очень редкое, если соблюдать простое правило: места, где сильно колышется, лучше обойти. С минимальным опытом приходит понимание таких мест уже издалека, по оттенку сфагнума. Провалиться тоже не так страшно, как кажется. Если это вдруг случилось — не раздумывая, падайте на живот. Вытягивайте руки перед собой и начинайте спокойно, без паники, выползать. Большинство неприятных моментов было связано с тем, что провалившиеся совершали лихорадочные движения, пытаясь не испачкать одежду и технику, и в результате погружались глубже.

Еще один стереотип о болотах — кровососущие насекомые, которые якобы достигают здесь невиданных размеров и покрывают человека ровным слоем. На самом деле, на сплавине комаров меньше, чем в лесу, либо нет совсем: с большого открытого пространства их сдувает ветром. В лесу перед болотом ситуация может быть разной: где-то их действительно очень много, где-то — незначительное количество. В любом случае, репеллент от насекомых будет полезен. Автор предпочитает вариант крема, а не аэрозоля: он дольше держится, не сдувается ветром и медленнее стирается влажным сфагнумом.

Идеальная болотная стоянка

А теперь давайте немного пофантазируем и представим, как могла бы выглядеть идеальная стоянка на краю верхового болота — место, куда хочется приезжать снова и снова. Приезжать за творчеством, за вдохновением, или просто передохнуть от городской рутины. Скажу сразу: такой стоянки пока не существует в природе, хотя несколько обустроенных нами почти приблизились к недостижимому идеалу. Вы тоже можете попробовать создать что-то подобное, если захотите.

Находится это волшебное место у северо-западного берега торфяного озера причудливой формы. Озеро разделено грядами на несколько отдельных заводей, каждая со своим «характером». В одной летом цветут белые кувшинки, другая — поглубже и с чистой водой — идеально подходит для плавания, в третьей — самой ближней, вдающейся в сплавину длинным изогнутым языком — быстрее всего зачерпнуть воды…

Расположение стоянки выбрано не случайно: стоит пройти на рассвете от палатки менее сотни метров, и вы оказываетесь в лабиринте крошечных заводей и островков, над которыми клубится утренний туман. А еще через несколько минут темная торфяная вода отразит первые лучи восходящего солнца.

Строители стоянки не стали перекраивать природу по своему вкусу, а с умом использовали то, что было. Здесь нет ни дощатых столов, ни стационарных мангалов, ни даже навеса или шалаша: на время постановки лагеря от дождя неплохо защищает огромная разлапистая ель, а тент растянуть недолго. Удобные места для оттяжек уже известны. Центральный шест, чтобы поднять тент выше, стоит здесь же, прислоненный к развилке дерева. Разумеется, отсутствует в лагере и помойка. Все, что горит — сжигается в печке до состояния золы и топится под сплавиной, а все, что не горит, уносится с собой.

Пара поваленных бурей больших сосен легли когда-то крест-накрест. В таком виде их и нашли обустроители стоянки. Всего-то осталось убрать лишние сучки, собрать ветки — и можно с комфортом сидеть. Нижние сучки на стоящих вокруг деревьях аккуратно спилены, но не до конца, и слегка пришлифованы: на таких импровизированных вешалках удобно размещать одежду, пакеты с едой или кофры с техникой. Несколько подгнивших у корня толстых сухостойных деревьев, грозивших в неподходящий момент упасть прямо на палатку, пришлось все же завалить и распилить. Получившиеся пеньки заменили стол (или, скорее, столики). Они не собраны кучей, а хаотично расставлены у больших бревен и легко переносятся туда, куда потребуется.

Под палатки здесь три ровные площадки: не впритирку, а на расстоянии пары десятков метров друг от друга, разбросанные по лесу. Уединение людям иногда необходимо, и даже если компания очень дружная, нет никакой необходимости ставить лагерь кучнее. Именно на выравнивание этих трех площадок строителям пришлось затратить наибольшие усилия: нужно было убрать множество мешающих корней погибших деревьев, заполнить выемки дерном и мхом, хорошенько утрамбовать…

Лес вокруг — труднопроходимый, буреломный. Зато с обилием брусники и живописными вересковыми полянками. Тропу сюда знают только те, кто обустраивал секретное место. Тропой она даже не выглядит: просто маршрут, которым можно пройти без особых препятствий от самой станции до болота, в обход поваленных деревьев и совсем уж мокрых участков. Лес этот первооткрыватели места знают, как свои пять пальцев — поэтому идут не след в след, а каждый чуть своим маршрутом: так путь до стоянки не вытаптывается и не превращается в «слоновью тропу», хорошо заметную случайным посетителям.

Когда-то рядом проходила размешенная и хлюпающая после каждого дождя квадроциклетная колея к соседнему, активно посещаемому озеру. Но слишком уж часто стали валиться поперек нее огромные сучковатые стволы отживших свой век деревьев. Почему именно на колею — кто ж знает? Квадроциклисты поломились-поломились, да и проложили свой путь восточнее — с тех пор в лагере стало совсем тихо.

На небольшой возвышенности, где расположена стоянка, почва уже не торфяная, а песчаная. Поэтому строители сочли возможным сделать место для костра, обложенное принесенными из леса небольшими ледниковыми валунами. Такие иногда можно встретить в окрестных лесах. Понемногу, по камушку, по два, их подбирали по пути и приносили сюда в рюкзаках, пока не обложили все кострище.

Сплавина отделена от леса узкой полосой переходного болота, по которой проброшена гать из толстых березовых бревен, заканчивающаяся в зарослях багульника. Дальше до самого озера мостки не нужны: сплавина прочная, а мочажины в этой части отсутствуют. От лагеря до ближайших заводей не потребуется и обувь: все ветки и сучья по пути давным-давно собраны и сожжены.

А перед закатом вокруг лагеря растягивают гирлянду со светодиодами теплого спектра, которая горит всю ночь. Так не только уютнее, но и проще вернуться в сумерках после вечерней прогулки. А если к рассвету ожидаются гости (бывает и такое), гирлянда поможет им не промахнуться.

Выходные на верховом болоте

Представим себе среднестатистический выезд на верховое болото на выходные. Как он обычно проходит? В нашей компании любителей верховых болот не принято преодолевать, достигать или бороться. Скорее наслаждаться единением с природой, привезти красивые фотографии и больше наблюдать происходящее вокруг, чем контролировать друг друга. Трудности, конечно, встречаются, и иногда немалые. Но их никто не ставит самоцелью. Нужно пройти рискованный участок ради красивого вида или чистой воды? Значит, пройдем. Не нужно? Обойдемся без него, тут и так интересно.

Компания собралась, как всегда, небольшая: четверо друзей. Больше и не нужно: большие группы либо требуют жесткой дисциплины и наличия руководителя, что никак не вяжется с болотной свободой, либо передвигаются совсем уж медленно, предваряя каждое простейшее действие долгим консилиумом. Здесь же никто ни от кого ничего не требует — лишь те, кто на болоте в первый раз, иногда уточняют какие-то моменты у более опытных товарищей.

Болото это новое, никому из участников неизвестное. Поэтому заранее намечены в навигаторах лишь точки, которые показались удобными или чем-то интересными со спутника. Помимо навигатора у каждого в кармане обычный магнитный компас. А в голове — представление о том, как выглядит местность и на каком берегу предполагается поставить лагерь. Так, на всякий случай.

Лес на пути нашей группы становится все ниже и реже, кое-где начинают появляться первые лужи… Ни сплавины, ни озера пока не видно: они отделены от светлого соснового бора полосой кустов и чахлых березок. У этой полосы, на последнем совершенно сухом пятачке, группа сбрасывает рюкзаки. Каждый отмечает точку в навигаторе и начинается разведка налегке. Друзья разделяются на две пары и уходят в противоположных направлениях — посмотреть, где удобно поставить лагерь. Предварительно договариваются о контрольном сроке: полчаса.

Наконец, подходящее место найдено, а заодно протестирован проход по сплавине к воде. В качестве подтверждения один из участников приносит в лагерь канистру, полную темной, но вполне прозрачной воды без посторонних примесей. Этот момент важен: встречаются места, где воду со сплавины можно зачерпнуть только вместе с мутной торфяной взвесью, а чтобы набрать чистой, приходится отплывать несколько метров от берега. Некритично, но не слишком удобно.

Стоянка эта временная, на один раз. Поэтому особых усилий на обустройство лагеря никто не тратит. Всего-то остается — собрать небольшую кучку мешающих веток, которые будут использованы для растопки щепочницы. Тент в этот раз никто брать не стал: погоду обещают хорошую, а если что — можно и в палатках недолго отсидеться. Установив палатки, водрузив на предварительно расчищенное место печку и перекусив наскоро бутербродами с чаем, участники отправляются изучать вновь «открытое» болото.

Идут ни в коем случае не гуськом (сплавина не терпит хождения строем), но и не разбредаясь слишком далеко — чтобы вовремя прийти на помощь товарищу, если что-то произойдет. Те, кто поопытнее, идут чуть впереди, окриками и жестами предупреждая новичков о потенциально опасных участках. Никакой общей программы нет: каждый занимается тем, что больше по душе. Кто-то изучает болотную растительность, кто-то устраивает фотосессию, а кто-то уже успел окунуться в озеро и зовет остальных последовать примеру.

Клюква в конце августа созрела еще не до конца, но урожай в этом году хороший: после обеда можно прийти с канистрами для сбора. А потом — закат. Да такой, что не может устоять никто: солнце садится в рваные перистые облака. Все берут кто фотокамеры, кто телефоны, и идут снимать. Предварительно вывесив в лагере гирлянду для ориентира и захватив перекус прямо на сплавину. А заодно и полотенца: окунуться снова хочется, но становится уже довольно прохладно.

Остаток вечера и ужин проходят у живого огня — конечно, в формате не костра, а горящей печки. Говорят о разном: об искусстве, живописи, фотографии, науке… В перерывах — рассказывают друг другу байки из походов и читают по ролям книжку сказок про вежливого карельского лося. Почти никогда — о политике, здоровье, бытовых или рабочих проблемах: болото — такое место, где хочется все, что неприятно, оставить за его пределами хотя бы на время. Но засиживаться никто не собирается: в пять утра — рассвет. И уже за полчаса до его начала хорошо бы оказаться на видовой точке.

Перед сном сварен и залит в термосы горячий кофе — утром можно не тратить время на его приготовление, а сразу пойти с термосом на сплавину и уже там проснуться окончательно.

Ночь перед рассветом прохладная, и босиком уже никто не идет: кто-то надевает неопреновые носки, кто-то сапоги… Но это ненадолго: уже через час после рассвета сфагнум прогреется настолько, что снова захочется разуться. Прогнозы на свет хорошие: над озером клубится густой туман, а на небе кое-где еще видны последние, самые яркие звезды. Скоро начнется. Фотографы рассчитывают положение солнца, в котором оно должно оказаться, когда первый луч пробьется над верхушками деревьев дальнего леса и подыскивают подходящие островки для съемок. Примерно все это было рассчитано и прикинуто еще вечером, но особенности рельефа, как всегда, внесли небольшие коррективы. Остальные просто наслаждаются туманным пейзажем и начавшим розоветь небом. И вот он, первый луч! У тех, кто в первый раз, тихонько вырываются восторженные междометия: литературным русским языком описывать картину слишком долго, да и ни к чему.

Внезапно свет из очень мягкого становится максимально жестким. Длинные, резко очерченные тени деревьев ложатся не только на сплавину, но и на парящий над самым озером тонкий слой тумана. Кое-где туман многослойный: в таких местах картинка становится совсем причудливой. Но видение длится недолго: еще несколько минут, солнце поднимается чуть выше, остатки тумана тают… И начинается обычный, умеренно жаркий августовский день.

Вдали, у края сплавины, показываются четыре фигурки. Наши путешественники машут им: сюда! И показывают жестами, где лучше пройти. Сегодня на один день к компании решила присоединиться еще и семья с двумя детьми. К рассвету они приехать не успели, а заезжать с вечера все же лучше было малой «взрослой» группой: болото новое, кто знает заранее, как там? Зато теперь вся местность разведана, а вновь прибывшим накануне даны подробные инструкции — с какой стороны лучше подходить и где искать лагерь. Заодно предупредили, что опасных корней и незаметных окон воды в этой части болота нет. Дети, конечно, сразу купаться: кто же откажется попрыгать на сплавине, как на батуте и занырнуть оттуда в воду с только что начавшими раскрываться кувшинками?

Растительный мир верховых болот

Растительный мир верховых болот и примыкающих к ним участков леса во многом уникален для Средней полосы: он напоминает скорее приполярные лесотундры, но со своей спецификой. На бедном минеральными веществами и, в первую очередь, соединениями азота грунте способны выжить далеко не все. Растения, которые смогли приспособиться, создали очень необычную экосистему из ограниченного числа видов. Некоторые чрезвычайно интересны внешне или образом жизни.

Для удобства они разбиты на несколько смысловых групп. Конечно, такое деление в значительной степени условно и не имеет никакого отношения к научной классификации. Однако быстро сориентироваться и составить общее представление о флоре верховых болот должно помочь.

Столпы болота

Эти растения формируют и скрепляют «каркас» верхового болота — сплавину и кочки, на которых уже растет все остальное. Именно они создают верховое болото, как таковое. Благодаря их взаимодействию шаткая и ненадежная с виду сплавина легко выдерживает вес человека. А то и медведя…

Сфагновые мхи (Sphagnopsida) — основа любого верхового болота. Не имея ризоидов (аналогов корневой системы), они свободно плавают в воде, непрерывно нарастая сверху и отмирая снизу. Отмершие части сфагнума вместе с корнями немногочисленных деревьев и корневищами травянистых растений образуют сплавину — упругий ковер, в большинстве случаев легко выдерживающий вес человека. На верховых болотах Подмосковья можно встретить несколько десятков видов рода Sphagnum. Одни существенно отличаются окраской или формой, другие практически неопределимы без помощи специалиста. Сфагнум — замечательный природный антисептик, в больших объемах выполняющий, к тому же, роль биофильтра. Поэтому воду верховых болот можно смело пить (лучше, конечно, предварительно прокипятив).

---

Шейхцерия болотная (Scheuchzeria palustris) — эта невзрачная травка играет существенную роль в закреплении сфагнового покрова верховых болот — или, иначе говоря, в становлении сплавины, как таковой. Она «цементирует» сплавину своими длинными разветвленными корневищами.

В цветущем виде шейхцерию заметить нелегко: невзрачные соцветия почти не возвышаются над сфагновыми мхами. Гораздо заметнее плоды в виде соединенных друг с другом «орешков», появляющиеся в июне-июле.

---

Клюква обыкновенная, или болотная (Oxycoccus palustris) — настоящий символ верховых болот. Именно за ней отправляются в конце осени даже те, кому в остальное время болота безразличны. Если болото урожайное, ее собирают целыми ведрами. Длинные, тонкие, но очень прочные укореняющиеся стебли клюквы оплетают сфагновую подушку густой сетью, добавляя сплавине прочности и упругости.

Как выглядит ягода — знают, наверное, все, но далеко не все видели, как цветет клюква. А цветет она очень очень необычно — розовыми, будто вырезанными из воска цветами. Происходит это в самом конце мая-июне.

---

Осока (Carex sp.) — представлена в Средней полосе большим разнообразием видов. Для болот особенно характерна Carex limosa, или осока топяная. На верховых болотах, как правило, растет не равномерно, а образует кочки. Те самые, по которым удобно передвигаться, если сплавина слишком тонка, и куда можно положить вещи, чтобы те остались сухими.

Стражи границы

Сплавина за редкими исключениями обрамлена переходными участками, которые «уже не совсем лес, но еще не совсем болото». Обычно это самая неприятная и труднопроходимая часть пути. Но, если остановиться на минуту и отвлечься от преодоления острых коряг, причудливого переплетения ветвей и луж непредсказуемой глубины, можно увидеть много интересного.

Белокрыльник болотный (Calla palustris) — ближайший родственник садовых калл, относящийся к тому же подсемейству Calloideae. Его чрезвычайно эффектные белые цветы можно встретить вблизи сплавины (а иногда и на самой сплавине) в конце весны и начале лета. Не менее красив цветок в конце августа, когда поднимает удлиненные початки ярко-красных плодов. Довольно редок, хотя местами образует пышные заросли. Растение сильно ядовито.

---

Вахта трехлистная (Menyanthes trifoliata) — ярко-белые, чуть розоватые, будто светящиеся на фоне черной торфяной воды соцветия этого растения трудно не заметить. Они действительно будто «охраняют» окна мочажин и прибрежные части торфяных озер, предупреждая путника, что туда лезть не надо. Любопытно, что цветы вахты остаются раскрытыми не только днем, но и ночью, при лунном свете. В народной медицине листья вахты используются в качестве тонизирующего, заживляющего и жаропонижающего средства. Цветет вахта в мае — начале июня.

---

Вербейник кистецветный (Lysimachia thyrsifora) украшает сплавину вблизи воды ярко-желтыми соцветиями. Несмотря на то, что относится к семейству первоцветных (Primulaceae), цветет не весной, а большую часть лета, с июня по август.

---

Сабельник болотный (Comarum palustre) — звездочки его темно-красных цветов хорошо заметны издалека: перепутать с чем-либо сложно. Сабельник — растение скорее низинных болот, чем верховых, однако в изобилии встречается на переходных участках — там, где уже не совсем лес, но еще не совсем сплавина. Цветет в середине лета, используется в народной медицине.

Беззубые хищники

С недостатком минеральных веществ растения справляются по-разному. Некоторые стали это делать совсем экзотическим способом: они научились… охотиться! Конечно, не на отбившихся от группы путников, а на «дичь» помельче. В основном на насекомых и крошечных ракообразных.

Росянка (Drosera sp.) — самое известное хищное растение Средней полосы. На подмосковных болотах можно встретить несколько видов, наиболее распространена росянка круглолистная (Drosera rotundifolia).

Поверхность листа росянки покрыта множеством ресничек, каждая из которых заканчивается липкой капелькой. Мелкое насекомое, попав на такой лист, моментально приклеивается, реснички смыкаются, а росянка разнообразит таким образом скудный рацион питательных веществ, которые можно получить из болотного субстрата. Через несколько дней, когда насекомое переварено, реснички вновь раскроются в ожидании добычи.

Листья большинства подмосковных росянок очень мелкие, всего несколько миллиметров. Чтобы найти первую росянку, придется встать на колени и подолгу вглядываться в ковер сфагнума. Впрочем, попадаются и настоящие гиганты, с листьями до 1,5—2 сантиметров — их видно сразу.

---

---

Пузырчатка (Utricularia sp.) — пожалуй, самое странное насекомоядное растение. Оно лишено корней и листьев и свободно парит в толще воды. Точнее, листья есть — но превращенные в ловчие пузырьки на тонких нитях. Каждый пузырек снабжен чувствительными ресничками. Как только насекомое, рачок или другой мелкий подводный обитатель касается их, пузырек открывается. За счет разницы давлений существо молниеносно засасывается внутрь, где уже понемногу переваривается растением, восполняющим таким образом недостаток азота. Цветет пузырчатка в июне-сентябре небольшими желтыми цветами, поднимающимися над поверхностью воды на длинном прямом стебле.

Северные гости

Говорить «подмосковная тундра» как-то не принято, да и не совсем корректно. Звучит, почти как «деревянная железка». С другой стороны, есть же железное дерево… А некоторые растения, характерные для Заполярья, неплохо себя чувствуют на наших верховых болотах. Именно здесь можно с ними познакомиться, не уезжая на Кольский полуостров или Таймыр.

Голубика (Vaccinium uliginosum) — очень распространенная болотная ягода. Традиционно почему-то считается северной, хотя на многих подмосковных болотах, особенно ближе к лесу, образует целые заросли, иногда затрудняющие передвижение. Ягоду можно употреблять в свежем виде, либо делать из нее вино.

---

Морошка (Rubus chamaemorus) — эта северная ягода принадлежит к тому же роду, что малина и ежевика. Массово встречается в арктических тундрах, а наиболее подходящее местообитание в наших широтах — верховые болота и обрамляющее их редколесье. Южная граница ареала морошки проходит примерно по Тверской области. В более северных местах массового сбора цветет в июне-июле, но в наших краях может зацветать уже в начале мая, а к концу июня можно ждать первых плодов. Собирают морошку чуть недозрелой: иначе ягоду просто не довезти.

---

Багульник болотный, или Рододендрон войлочный (Rhododendron tomentosum) украшает верховые болота пышными белыми соцветиями в самом конце весны и первой половине лета. Именно он создает тот самый самый чарующий аромат верховых болот, которым многие восхищаются. Растение имеет отхаркивающее и противокашлевое действие, в больших количествах считается ядовитым (впрочем, чтобы надышаться им до головной боли, нужно приложить специальные усилия).

---

Водяника, вороника, шикша (Empetrum sp.) и еще с десяток менее употребительных названий относятся к одному и тому же кустарничку семейства вересковых (Ericaceae). Его характерные, похожие на хвойные веточки украшают северные и альпийские тундры, альпийские горки на садовых участках… И изредка подмосковные верховые болота. Более массовой шикша становится с Тверской области и севернее. Синевато-черные ягоды очень сочны, но пресноваты на вкус. Хотя есть ценители этой ягоды в чистом виде, обычно она идет на настойки, а также используется в народной медицине в качество тонизирующего и даже противоцинготного средства.

Болотное многоцветье

Цветущие луга, цветущие степи… А многим ли доводилось видеть, как цветет болото? Не в контексте «водоем зацвел и покрылся чем-то склизким и зеленоватым», а по-настоящему — так, чтобы вся сплавина была в цветах. Кто видел, уже не забудет: красота редкостная!

Вереск обыкновенный (Calluna vulgaris) — крошечный кустарничек, в кожистых, напоминающих иголочки листьях которого не так просто опознать цветковое растение: визуально он напоминает то ли мох, то ли плаун. Тем не менее, в конце лета вереск цветет, и цветет красиво. Хотя и встречается не на каждом верховом болоте.

---

Мирт болотный (Chamaedaphne calyculata), называемый также Кассандра или Хамедафне — невысокий вечнозеленый кустарник, часто покрывающий поверхность сплавины густым ковром. Цветет небольшими, но очень изящными колокольчиками, обычно в самом конце мая. Используется в народной медицине. Растение ядовито.

---

Подбел обыкновенный (Andromeda polifolia) — близкий родственник мирта болотного, ранее относимый к тому же роду Chamaedaphne. Кустики его значительно меньше, чем у последнего, листья более узкие и кожистые, а нижние стороны листьев белесые, за что он и получил русское название. Цветет он очень долго. Нежно-розовые (иногда ярко-розовые) цветки подбела — одно из лучших украшений верховых болот с конца апреля по начало июня. Растение ядовито, используется в народной медицине.

---

Пушица (Eriophorum sp.) — род многолетних травянистых растений, также добавляющий привлекательности верховым болотам в конце весны и летом, когда белоснежные «заячьи хвостики» в изобилии поднимаются над кочками.

---

Кувшинка белая (Nymphaea alba), также часто неверно называемая белой лилией — не уникальное для верховых болот растение, но очень для них характерное. Встречается там, где есть большие участки открытой воды. Время цветения может различаться от водоема к водоему, но обычно это середина лета. Вечером цветы смыкаются в бутоны и уходят под воду, а вновь распускаются только к середине дня.

Карлики и гиганты

Деревья чувствуют себя на верховых болотах по-разному. Одни виды вовсе не приживаются. Другие остаются карликами на долгие десятилетия и приобретают причудливые формы в стиле японских бонсаев. А третьи — как ни в чем не бывало вырастают настоящими гигантами. И смотрятся даже внушительнее, чем в окрестных лесах.

Береза (Betula sp.) представлена в Подмосковье несколькими видами. Именно березовый лес быстрее всего заполняет переходные участки и даже саму сплавину. Постепенно деревья разрастаются, корни укрепляются в торфе, стволы забирают избыточную влагу… И вот уже через несколько десятков лет вместо болота поднимается сухая и светлая березовая роща. Но так происходит не всегда: чаще березки на сплавине так и остаются карликовыми, иногда закручиваясь причудливыми узлами.

---

Сосна обыкновенная (Pinus sylvestris) примечательна тем, что может достигать гигантских размеров и оставаться прямой, даже поднимаясь непосредственно из сплавины. Если условия совсем уж суровые, форма кроны может становиться менее правильной, дерево — чуть приземистее, а нижние сучья — причудливо изгибаться. Бывает и так, что и корень, и ствол целиком погружены в сплавину, а наружу торчит лишь несколько верхних веточек, которые легко принять за молодые ростки — но такие формы встречаются уже севернее.

Ель европейская (Picea abies) почти никогда не растет на самой сплавине. Но попала она в этот список вовсе не по недоразумению. Дело в том, что высокие ели — замечательный «индикатор» сухих островков посреди болота. Если негде ставить палатку и видите их впереди, смело двигайтесь в этом направлении. Даже если островок окажется всего несколько метров в поперечнике, почти наверняка там будет твердый грунт. И ровные площадки: ель не терпит густого подлеска.