электронная
360
печатная A5
853
18+
12 моментов грусти

Бесплатный фрагмент - 12 моментов грусти

Книга 1. Июльское утро

Объем:
530 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-8387-8
электронная
от 360
печатная A5
от 853

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Говорят, что любят один раз, а потом ищут похожих. Но иногда не хватает целой жизни, чтобы найти похожего…

ОТ АВТОРА

Описанные в романе события и герои вымышлены, несмотря на то, что в них частично отражено то, что происходило в разное время в моей жизни. Но все же сходство с реальными людьми, совпадение фамилий и фактов их биографии прошу считать случайным и не расценивать как прямое указание на того или иного человека.

Наша жизнь — это длинная дорога. Мы прокладываем ее сами, начиная на рассвете и заканчивая на закате своих дней. И, как на любом пути, нам предстоят подъемы и спуски, движение и остановки, бесчисленные варианты и возможности, препятствия и трудности. Все это дано людям для того, чтобы, делая свой выбор и принимая решения, они могли расти, развиваться и двигаться вперед вместе со временем, отведенным им на этот путь длиною в жизнь. Что из всего этого использует сам человек и какой в конечном итоге получится его дорога — зависит от его собственных желаний и усилий, но в первую очередь — от стремления понять, почему и ради чего он ее строит, то есть ради чего он, собственно, живет.

В начале пути кажется, что все еще впереди, времени полно — иногда не знаешь, как его использовать и чем заполнить. И ты спешишь, подгоняешь, торопишь время, мечтая скорее повзрослеть.

Но потом в жизни неизбежно наступает такой момент, когда с высоты прожитых лет оглядываешься назад и можешь пролистать, словно книгу, свои как миг пролетевшие годы. Осознаешь, что времени на самом деле было не так уж много и что не все, что хотелось, ты успел сделать. И тогда начинаешь анализировать: правильно ли ты поступил в том или ином случае, верен ли был твой выбор? Однако если бы ты принял в тот момент другое решение, то сейчас это был бы не ты, а совсем другой человек, который мучился бы другими вопросами.

Многие люди ждут случая, который бы изменил их жизнь раз и навсегда, но он все никак не наступает, потому что они просто ждут и ничего не делают. На мой взгляд, именно поворотные моменты, как вспышки высокой мощности, ломают и переворачивают жизнь человека, направляют в новое русло, определяют его путь и кем он в итоге станет. У каждого из нас были такие моменты. Именно они являются наиболее яркими воспоминаниями, которые мы прокручиваем в памяти снова и снова, именно они становятся нашей автобиографией и историей. И мы будем помнить их всегда, до самой глубокой старости, и никогда не захотим с ними расстаться.

Я хотела бы сказать огромное спасибо всем людям, которые когда-либо были в моей жизни. Они встречались на моем пути не случайно, а для того, чтобы я могла делать выводы, двигаться вперед и исправлять свои ошибки. От каждого я взяла что-то хорошее или вынесла тот или иной жизненный опыт, чему-то научилась, даже пусть и через неправильно принятые решения. Именно благодаря им я сейчас такая, какая есть. Многие из этих людей тоже изменились, и со временем наша пути разошлись, а некоторые полностью исчезли из поля зрения, потому что их роль в моей жизни уже сыграна.

Что человек знает лучше всего на свете? Что его интересует больше всего? Конечно, его собственная жизнь. Из года в год он пишет свою автобиографию, рассказывая о себе. Автобиографично абсолютно все: улыбка любимого, смех ребенка, яркость солнечных лучей, голубизна неба, запах цветущих деревьев, вкус дождя на губах, ветер, дующий с моря… Каждый соткан из мимолетных чувств, эмоций и ощущений, и я пишу эту историю через призму своего восприятия мира.

С годами ты замечаешь, как идет время, как оно бежит все быстрее: дни сменяются днями, иногда очень похожими один на другой, и ты все больше и больше начинаешь чувствовать вкус и осознавать ценность жизни, и так хочется наверстать упущенное, совершить что-то грандиозное и значимое, сказать нечто очень важное. Все чаще размышляешь об упущенном времени и утраченных возможностях.

Поэтому в один дождливый зимний день я взяла свой ноутбук, забралась на диван, укутавшись в плед, и решила не откладывать в долгий ящик то, что задумала. Я поняла, что если не сделаю это, то моя жизнь будет неполной. И меня все последующие годы будет преследовать чувство невыполненного долга перед самой собой, чувство, что я не до конца использовала все свои душевные и творческие возможности, не реализовала себя как человек и как личность.

Прежде всего я это делаю ради себя, а также ради других людей, которые любили, любят и будут любить.

_____________

Описанная в книге история могла произойти в любое время и в любом месте. Потому что она — о первой любви. Эти чувства чисты, полны надежд на будущее, и они будут настигать людей вечно. Первая любовь — самый яркий и бесценный, ни с чем не сравнимый опыт, самое начало жизненного пути каждого человека… Это первый урок, который будет запечатлен в нашей памяти на всю оставшуюся жизнь и будет сравниваться с последующими отношениями…

С чистого листа — во взрослую жизнь…

Казалось, лето 1975 года не несет собой ничего примечательного. Поначалу оно было самым обыкновенным: никаких изменений в жизни не намечалось и не предвиделось. Та же череда долгих жарких дней, порой скучных и однообразных, когда время струится сквозь пальцы как вода. Можно спать, не ожидая звонка будильника, гулять, не зная забот и тревог. Да, это лето было очень похоже на все предыдущие, пока не наступило одно июльское утро…

А может, неожиданно подошло время, когда детство загадочным образом превращается во взрослость, все чувства и желания обостряются, все привычное в жизни приобретает совсем иной смысл.

Итак, эта история началась ранним июльским утром одного вроде бы ничем не примечательного дня.

КНИГА 1. ИЮЛЬСКОЕ УТРО

ЛЕТО

Казалось, лето 1975 года не несет в себе ничего примечательного. Поначалу оно было самым обыкновенным: никаких изменений в жизни не намечалось и не предвиделось. Та же череда долгих жарких дней, порой скучных и однообразных, когда время струится сквозь пальцы как вода. Можно спать, не ожидая звонка будильника, гулять, не зная забот и тревог. Да, это лето было очень похоже на все предыдущие, пока не наступило одно июльское утро…

А может, неожиданно подошло время, когда детство загадочным образом превращается во взрослость, все чувства и желания обостряются, все привычное в жизни приобретает совсем иной смысл.

Итак, эта история началась ранним июльским утром одного вроде бы ничем не примечательного дня.

Скука

Июль выдался знойным. Солнце нещадно палило и выжигало любые проявления активности. Казалось, время остановилось, и город застыл в безмолвной неподвижности. Даже птицы не пели, одурев от жары, и бабушки не сидели привычно на лавочках у подъездов. Лишь стрекотали кузнечики, забившиеся в опаленную траву. Асфальт плавился, а над ним плыло шевелящееся маслянистое марево. Ни малейшего дуновения ветерка…

Даже утром в квартире стояла безумная духота, но все же было лучше, чем на улице. Непрерывно работал вентилятор, впрочем, он не спасал положения, становилось немного легче только под холодным душем.

Яна изнывала от жары и скуки, слоняясь из угла в угол по квартире. Родители ушли на работу. Тоскливо, но тащиться к кому-то в гости нет смысла — все разъехались на каникулы. Да и куда идти в такую жару?

По телику ничего примечательного. Пробежалась взглядом по корешкам книг: самые интересные уже давно прочитаны. Да и читать, на самом деле, совсем не хотелось. Открыла крышку пианино, взяла несколько аккордов… Нет, ничего не идет.

Боже, как скучно! Яна внезапно поймала себя на мысли, что время летит невероятно быстро. Остался позади девятый класс, вот ей уже исполнилось шестнадцать. Еще чуть-чуть — и середина июля, а она так нигде и не была, ни с кем не повстречалась и не познакомилась.

В ней томилось какое-то смутное желание. Новые чувства и волнения переполняли, теснили грудь, задевая какие-то струны ее души. Внутри поднимался непонятный жар, заполняя сознание и вытесняя из него все мысли. Неожиданно теплая волна расплылась по всему телу и опустилась в низ живота. Прислушиваясь к своим ощущениям и не понимая, что с ней происходит, девушка только закрыла глаза, вздохнула и потерла виски.

О, как ей хотелось общения, непрерывного движения, чего-то интересного! Она сама не понимала, чего хочет, но однозначно какого-то праздника: больших компаний, танцев, музыки…

В углу на тумбочке возле телевизора стояла ее любимая магнитофонная приставка «Нота-М». Включила музыку: ох, ужасное качество, сто раз переписанные записи группы «ДиП Пёрпл» и «Юрайя Хип». Перемотала бобину и поставила свою любимую песню «Июльское утро», которую обожала, знала наизусть и могла слушать до бесконечности, хотя не все понимала. Слов при таком качестве записи невозможно было разобрать, поэтому Яна пела ее просто на слух…

Покрутилась перед зеркалом, построила рожицы, сделала несколько танцевальных па. Осталась довольна….

В зеркале отразилась миниатюрная девочка с правильными чертами лица, чистой белоснежной кожей, тронутой легким загаром, яркими умными зелеными глазами и совершенно непокорными светло-рыжими кудрями.

«Скорее бы выходные, — подумала Яна. — Хочется поехать с родителями на дачу, позагорать, поплавать в реке. Там будут местные мальчишки, они наловят и сварят раков, вечером — костер, песни под гитару. Вероятно, кто-то из знакомых ребят приедет на моторке, можно будет покататься или поехать в плавни, набрать лилий и кувшинок».

Она мечтательно закрыла глаза: «М-м-м, как хочется к реке!..» Вот ее ровесники садятся на пароходик и отправляются на городской пляж, всего-то в десяти минутах езды. Там весело, там собираются шумные компании. «Но… — Яна вздохнула, — …мама, мама не разрешает…»

Но все же можно ведь всего на пару часиков улизнуть из дома и вернуться к ее приходу? Кому бы позвонить? Одна-то она не поедет… Ох…

Точно, надо позвонить Светке Черкис, вот кто не откажет!

Светка Черкис жила в доме напротив и училась с Яной в одном классе. Её папа бороздил моря-океаны и привозил на продажу заграничные шмотки. Все соседи говорили, а некоторые и с завистью, что дом у них — полная чаша. Присутствовал весь набор дефицита: квартира утопала в коврах и хрустале, а в холодильнике всегда было полно всяких вкусностей.

Светкина мама очень любила Яну и всячески содействовала тому, чтобы девочки дружили. Она, частенько выговаривала дочери:

— Бери пример с подруги. Учится хорошо, не то что ты! — и с умилением и любовью смотрела на нее. — Интельгентная семья! Все образованные. Вот держись рядом с Яной, может, и школу нормально закончишь, а там замуж… — И мечтательно закатывала глаза.

Светка без зазрения совести списывала у Яны домашние задания, поскольку объяснять ей материал было бесполезно, она никогда не вникала. Одноклассники незло называли ее Чучей и иногда над ней посмеивались. Но та вечно была на своей волне, поэтому не обращала на ухмылки никакого внимания и никогда не обижалась.

— Светка, собирайся, поедем на пляж! («Придется терпеть твое общество», — мысленно усмехнулась Яна).

— Неужели тебя мама отпустила? — хихикнула та в ответ.

— Нет, мама не отпустила, но ты ведь не скажешь?

— Ой, нет конечно, я так рада, так жарко. Я не могу дома сидеть, хотела тебе позвонить, пригласить в гости, а ты сама… Сейчас соберусь и прибегу к тебе, — тараторила без остановки Светка.

«Ага, прибегу, ха-ха», — хмыкнула про себя Яна.

Светка была толстой и неповоротливой и вечно ползала как черепаха.

Пляж

Спуститься к реке было минутным делом. Речной трамвайчик пришел быстро и оцарапав борт, с хлюпаньем причалил к старенькому дебаркадеру. Людей было мало и девочки без суеты поднялись по трапу. Через несколько минут матрос убрал швартовые канаты и, пыхтя мотором, кораблик отплыл от застывшего в зное города. Подружки уселись на верхней палубе. Легкий ветерок заиграл в волосах и приятно освежал разгоряченные лица. Светка прикрыла глаза от яркого солнца, а Яна смотрела на воду и любовалась белыми барашками волн, выползавшими из-под киля корабля. С какой-то завороженной радостью девушка наблюдала, как река играет и искрится за бортом, как проплывают мимо дома, деревья и портовые краны. Вот уже виден причал городского пляжа и от нетерпения она считала каждую минуту, скорей бы окунуться в воду.

На маленьком обустроенном отрезке береговой линии обитало не так много людей, в основном молодежь. Смех, беготня, брызги, весело, интересно и немного тревожно… Иногда происходили всякие стычки или драки между подростками, мальчишки приставали к девчонкам, хулиганили. Яна старалась обходить шумные незнакомые компании — опасалась, что не сможет постоять за себя, растеряется от грубости и, чего доброго, начнет плакать. Она казалась себе слишком стеснительной и неуверенной и пыталась изо всех сил скрыть это.

Яна бегом спустилась по трапу пароходика и с нетерпением ждала Светку, которая, держась за поручни, спускалась медленно, как маленькая старушка.

— Ну Чуча, точно Чуча, — посмеялась она. Сняв босоножки, нетерпеливо побежала к реке — скорее остудить разгоряченные ноги. Как приятно пройтись босой по кромке воды, чувствуя прохладный песок и набегающие на берег волны! Шла не оглядываясь — Чуча догонит. А сама искала глазами знакомых, может, кто-то из школы или из музыкалки, или танцевальной студии, или просто соседские ребята.

«Никого. Вот невезуха! Неужели так и буду с этой толстухой все время?»

Оглядевшись, Яна нашла свободный тент, бросила там сумку и босоножки, сняла сарафанчик и побежала к реке. С разбегу бросилась в прохладную воду, ощущая, как освежается разгоряченная от жары кожа, и с наслаждением поплыла, жмурясь от удовольствия…

Как хорошо, какая же она умница, что вырвалась из этой душной квартиры!

Поплавав и поплескавшись несколько минут, она вдруг услышала крики и смех. Обернувшись в направлении шума, Яна увидела на берегу Чучу, окруженную несколькими подвыпившими подростками, которые своим поведением и видом напоминали шайку разгулявшейся шантрапы. Пацаны были одеты, кто во что горазд, а скорее всего, просто полураздеты. Бутылка дешевого портвейна ходила по кругу, каждый отпивал из нее и передавал другому. Очевидно, они уже успели нахлебаться спиртного, и их тянуло на «подвиги». Выискав себе подходящую жертву, они решили таким образом развлечься, прицепившись к беззащитной толстушке. Разошедшиеся не на шутку хулиганы, пихали Светку друг к другу, обсыпали песком и злобно смеялись. Вдруг один из них метнул сигарету в сторону Чучи, но промахнулся. Другие, кривляясь и юродствуя, последовали его примеру, и некоторые окурки попали в цель.

От этой ужасной картины у Яны все похолодело внутри, сердце бешено заколотилось. Не успев ни о чем подумать, она выскочила из воды и кинулась к Светкиным обидчикам.

Чуча отбивалась как могла, но не плакала. Яна успела вовремя. Мальчишки сбили Светку с ног, та упала на четвереньки, и теперь они просто явно издевались над ней…

Один из пацанов, долговязый несуразно угловатый с облезлым от солнечного ожога носом, достал складной перочинный нож и наклонился к Светке.

— А давайте порежем ей купальник! Он для нее слишком мал, — прогнусавил наглец ей прямо в лицо.

— Да. И освободим ее толстые сиськи, — с гоготом поддержал другой с идиотским скоморошьим оскалом на лице.

Светка побагровела от услышанного и, вздрогнув всем своим мощным телом, поднялась с четверенек на колени. Вся взъерошенная и напуганная, застывшая в скорбной позе, толстушка в отчаянии возопила, что есть мочи:

— Отцепитесь, отстаньте, пошли вон!!!

— Оставьте ее в покое! — в унисон ей крикнула Яна на бегу и сама испугалась своего сорвавшегося голоса.

Хулиган с ножиком обернулся:

— Это кто там еще пищит?! — И замер, не ожидая увидеть столь хрупкую девушку, выбежавшую на берег. Бесстыжий взгляд прищуренных глаз остановился на лице, опустился ниже и стал медленно ощупывать ее стройную фигуру, завороженно следя за струйками воды, стекавшими по загорелому телу. — О, хорошенькая! Давай к нам, мы тебя не тронем, — он цыкнул зубом, еще раз смерил ее с ног до головы оценивающим взглядом, сморщил облупившийся нос и облизал языком спекшиеся губы.

Яну передернуло от отвращения. Пытаясь преодолеть страх, все же расправила плечи, хотя ее била нервная дрожь, гордо вскинула подбородок и, с трудом выдерживая его наглый взгляд, как можно уверенней произнесла:

— Отпустите ее немедленно, как вам не стыдно?!

Пацаны дружно заржали, но потеряли интерес к Чуче.

Яна попятилась…

— Что? Боишься? — долговязый, поднял ножик на уровень глаз, с прищуром посмотрел на лезвие, потом демонстративно сложил его и медленно убрал в задний карман спортивных штанов. В ту же секунду, он неожиданно сделал выпад в ее сторону и схватил за плечо.

На мгновение Яна внутренне обомлела, но затем инстинктивно отшатнулась и попятилась назад. Долговязый не отступал, за ним последовали и все остальные, загоняя ее к воде.

Вдруг из-за спины она услышала строгий, но очень приятный мужской голос:

— Оставьте ее! — И властно: — Быстро!

Затем голос Юрки Трошина:

— Ребята, кончайте! Броня, слышь? Это моя одноклассница.

Хулиганы расступились и подошли к Юре и незнакомцу. Тот им еще что-то сказал, и пацаны как-то незаметно растворились.

Яна кинулась к Чуче, начала отряхивать ее от песка.

— Ну как ты, Светка?

Толстушка шмыгнула носом:

— В порядке! Спасибо, Яся! Вот козлы!

Подружки направились к реке.

— Светка, ты тут помойся, хорошо? Ты, главное, не расстраивайся! Обсохнем немного — и домой, пока эти придурки не вернулись.

Выходя из воды, Яна с опаской огляделась по сторонам: на всякий случай, если хулиганы все еще ждут их поблизости? И вдруг увидела ЕГО…

Только сейчас она обратила внимание на незнакомца, обладателя того самого властного голоса. Высокий, загорелый парень с хорошо накаченной грудью и плоским, в кубиках, животом стоял вместе с ее одноклассниками — Сережей и Юрой. Ребята рядом с ним смотрелись маленькими и щуплыми. Незнакомец казался значительно старше ее сверстников. Под мышкой он держал транзистор «Спидола», из которого доносилась еле слышная трескучая музыка. Яну поразили его необыкновенные, пронзительно-голубые глаза. Густые светлые волосы спускались до плеч, с лица не сходила белозубая улыбка, держался он уверенно и непринужденно.

Не найдя в себе сил отвести от него глаз, она так и застыла на месте.

Юноша также неотрывно смотрел на нее. Несколько шагов отделяли их друг от друга.

Яна почувствовала, как лицо заливает жгучая волна смущения. Первая опустила глаза. Под его взглядом она ощутила себя обнаженной. Замешкавшись, сделала резкий шаг влево, пытаясь обойти незнакомца, и уже почти прошла мимо, как ее окликнул Юра Трошин:

— Яся, ты можешь подойти?

Она обернулась и замерла в недоумении, почему-то не в силах сделать хотя бы шаг.

Парень был ослепительно красив. Еще несколько секунд он пронизывал ее внимательным взглядом, словно изучал или хотел запомнить. И вдруг направился к ней…

— Меня зовут Роберт, — просто сказал он. — А тебя — Яся, я уже знаю.

— Я…О.. очень приятно, — выдохнула она. — Ясей называют меня только близкие друзья, — добавила, сама не зная почему.

— Значит, будем близкими… Можно тебя на минуточку? — вежливо спросил он и отвел ее чуть в сторону, чтобы никто не мог слышать. — Ты здесь с подругой?

— Она мне не подруга, просто одноклассница, — Яна внезапно застеснялась Чучи.

— Ты смелая девочка, — мягкие нотки его бархатистого голоса словно пронзали ее насквозь.

— Вовсе нет, просто у меня не было времени подумать, — сконфуженно промямлила Яна, ненавидя себя за свое смущение.

— Ах, значит, смелые поступки ты совершаешь не подумав? Интересно… — с легкой ухмылкой он смотрел на нее, прищурив глаз. — Что ты еще делаешь не подумав?

Вторая волна смущения окатила Яну. Девушка снова покраснела и опустила голову.

«Он смеется надо мной», — пронеслась мысль.

— Извини, я должна ехать домой, мама будет волноваться, — еле слышно произнесла она, почти не разжимая губ.

— Мама не знает, что ты здесь? Так ты сбежала из дома? — его глаза уже открыто смеялись…

«Он явно издевается», — с досадой подумала Яна, не в силах скрыть растерянность. Кровь хлынула к щекам, придав ее лицу совершенно беспомощное выражение.

— Ты покраснела? Значит, правда, — он, конечно, увидел ее замешательство. — Ну я же шучу, девочка! Улыбнись! Я хочу всего лишь тебя рассмешить. Или… удержать еще несколько минут. Хочешь сегодня встретиться со мной?

От неожиданности она обомлела и не знала что ответить.

Первая мысль: «Надо бы отказаться!»

Вторая мысль: «Знакомства на пляже мне не к лицу!»

Третья мысль, отчаянная: «Но разве можно ему отказать? Это же нереально…»

Дальше мысли совсем запутались.

Ну… я… я не знаю… Сегодня? — сказала просто, чтобы протянуть время.

— Да, сегодня, часиков в восемь тебя устроит? — он внимательно и несколько напряженно наблюдал за ней.

В груди стало мало воздуха, и Яна, выдыхая, вдруг быстро и неожиданно для себя выпалила:

— Нет, в восемь не могу… Но в шесть — да, смогу!

— В шесть так в шесть, — с облегчением вздохнул он. — Где тебе удобно?

— Я не знаю, не знаю… — Тут она вообще растерялась. Ведь у нее никогда не было свиданий с парнями. Мальчишки, ее одноклассники, всегда заходили за ней. — Ну… На Пушкинской, возле центральной аптеки, знаешь? — Яна произнесла первое, что пришло на ум. Это место ей было хорошо знакомо. В эту аптеку они часто заходили с дедушкой, когда он забирал ее из музыкальной школы.

— Можно я уточню? — спросил Роберт. — Дело в том, что я только приехал в ваш город. Я еще не все знаю. Всего лишь три месяца здесь живу.

Яна украдкой любовалась великолепной гладкой загорелой кожей и мощным торсом парня. Властная сила, исходящая от него, словно порабощала ее, наполняя непонятным волнением и тревогой. Она почувствовала, как мурашки побежали по спине, и поспешно отвела взгляд, боясь попасть в плен его обаяния.

— …Я правильно понял? — как будто издалека донеслось до Яны. — Насколько мне известно, это аптека напротив театра? На Пушкинской есть еще две.

До нее не сразу дошел смысл вопроса, она просто упивалась звучанием его голоса. Спохватившись, встряхнула головой и, слегка замявшись, ответила:

— Да, ты все правильно понял, — нервничая, она покусывала нижнюю губу. — А откуда приехал? — все же решилась спросить она.

— Из Новосибирска, — улыбнулся парень. — Так сегодня в шесть? Я буду ждать, — и в глазах его вспыхнули радостные огоньки.

— Пока, — выдохнула Яна, теряясь от жуткого волнения. Преодолевая дрожь в коленках, она направилась к Чуче, которая следила за каждым ее движением издалека, не решаясь подойти.

— Кто это? Какой красавчик! Ты его знаешь? Что он хотел? — толстушка не скрывала своего восхищения.

— Свет, ну чего ты пристала? Собирайся, мы уезжаем, — Яна быстро одевалась. — Пропустим пароход, давай шевелись.

Ее новый знакомый стоял на том же месте, где она его оставила, и по-прежнему внимательно наблюдал за ней. От этого взгляда все валилось из рук. Движения стали неуклюжими, особенно когда надевала сарафан, тряслись руки и сердце почему-то бешено колотилось…

Светка тем временем тоже оделась, и девочки быстро направились к причалу.

Пробегая мимо Роберта, Яна еще раз попрощалась с ним:

— Пока!

Он ответил:

— В шесть буду ждать! — и повернул голову ей вслед, провожая ее взглядом..

Светка просто обалдела:

— Боже, Яська, это что, свидание??? О боже, вот это да!

— Так, если ты кому-то скажешь, я тебя просто убью и не буду с тобой разговаривать, поняла? — пригрозила ей Яна.

Толстушка, закатив глаза, засмеялась:

— Сначала убьешь, а потом не будешь разговаривать, или наоборот? Ну что ты, никому вообще, могила… Клянусь.

Когда подружки подошли к причалу, речной трамвайчик отдавал свой последний гудок и готовился к отплытию. Народ толпился на верхней палубе, и сидячих мест уже не было, а вниз спускаться не хотелось — душно. Пришлось стоять. Кораблик тронулся и поплыл в направлении города.

И вдруг кто-то дотронулся до ее плеча. Яна вздрогнула.

— Девчонка, повернись ко мне лицом, я не могу смотреть на твою голую спину.

Янины щеки снова мгновенно стали пунцово-красными. Она повернулась к Роберту, не смея поднять голову.

Парень прикоснулся к ее подбородку очень осторожно, как к чему-то драгоценному и хрупкому, приподнял лицо и посмотрел прямо в глаза:

— Не прячь глаза, Яна, — произнес он, не отрывая от нее взгляда, — они у тебя цвета моря и я не могу насмотреться в них. — При этом лицо его приняло выражение невыразимой нежности.

Девичье сердце пропустило удар и упало куда-то вниз, ноги стали ватными, она пошатнулась. Он подхватил ее за локоть, и очень вовремя.

— Качает, — в смущении опустила глаза, пытаясь улыбнуться. На нее еще никто и никогда так не смотрел и не говорил с ней так проникновенно. Потом все же решилась спросить: — Как ты успел? Катер уже отходил.

— Я сильно старался, — улыбнулся Роберт, продолжая рассматривать ее с явным интересом. — Сколько тебе лет?

— Мне только исполнилось шестнадцать, — девушка по-прежнему испытывала стеснение. и неловкость.

— Я так и предполагал. Но боялся, что ты младше, — задумчиво произнес он.

Яне, в свою очередь, очень хотелось узнать его возраст. И только собиралась спросить, как он сказал сам:

— Мне в апреле стукнуло девятнадцать.

Верхняя палуба была переполнена, и им пришлось стоять очень близко друг к другу. Роберт бережно поддерживал Яну под локоть, почти не прикасаясь, ограждая от толпы и следил, чтобы ее никто случайно не задел.

Парень был высоким и крепким, и Яна ощущала себя маленькой девочкой рядом с ним. С отцом она тоже всегда казалась себе маленькой, но новое чувство было каким-то совсем другим, особенным, непонятным и очень-очень приятным.

Время остановилось. Хотелось, чтобы этот кораблик плыл к пристани бесконечно долго. Светка несколько раз пыталась прорваться сквозь толпу к Яне, но катерок качало, и толстушка, боясь упасть, вынуждена была каждый раз цепляться за поручень. Ей оставалось только с любопытством наблюдать за ними.

Яна обратила внимание на удивленные глаза ее одноклассников, Юры и Сережи. Они будто видели ее впервые.

Кораблик пристал к пристани, и новые знакомые вместе с толпой сошли на берег.

— Я провожу? — спросил разрешения Роберт.

— Нет, не надо, — поспешно ответила девушка. — Вот мой двор. Я живу вон там, — и показала рукой в сторону своего дома.

Роберт внимательно проследил за ее движением.

— Хорошо, я жду тебя в шесть.

Яна побежала к дому. Ей хотелось как можно быстрее отделаться от ковылявшей за ней Чучи.

— Яна, ну подожди ты, не так быстро, я за тобой не успеваю.

— Света, мне надо успеть, пока мама не пришла, она сразу поймет, что я была на пляже. Меня накажут, ты же знаешь, никуда не отпустят, — двигаясь быстрым шагом, на ходу объясняла подруге Яна.

— У тебя каникулы, за что тебя наказывать? А почему ты не хотела, чтобы Роберт тебя проводил к дому? — сыпала вопросами Светка.

— Вот ты глупая, а если бы мы столкнулись с бабушкой у подъезда? — Яну раздражала Светкина несообразительность. Бабушка с дедушкой жили в соседнем дворе. — Свет, я скажу маме, что мы с тобой вечером идем гулять и потом в кафе кушать мороженое? Не сдашь?

— Ну когда я тебя сдавала? — совершенно искренне удивилась Чуча.

«Да постоянно, по своей глупости», — хмыкнула про себя Яна. А вслух сказала: — Спасибо, Свет. Пока!

Первое свидание

Что надеть? Как накраситься? Как улизнуть из дома? Или все же сказать правду?!

Мысли пролетали с бешеной скоростью. Яна посмотрела на часы: уже почти пять.

— Боже, я ничего не успею, а главное, не знаю, что же мне надеть… — в отчаянии вздохнула Яна. Она была в панике, на грани истерики.

Вдруг она услышала, как открывается входная дверь. Мама вернулась с работы раньше.

— Яночка, ты дома?

— Мамочка, мама, у меня сегодня свидание с парнем, который мне безумно понравился, — в порыве девушка кинулась к ней.

— Когда у тебя свидание, во сколько? — с нежностью смотря на дочь, спросила мама. — А что за мальчик? Из твоей школы?

Упс… Вот и прокололась, теперь сама не знает, что ответить. Как сказать, что он ее старше на три года? Ага. Теперь только правду…

— Нет, мам, он не из моей школы, он только три месяца назад приехал из Новосибирска…

— Вот как? — удивилась мать. — А когда же ты с ним успела познакомиться? — и внимательно смерила ее взглядом.

Яна закусила губу… Вот черт!

— На пляже, мама, за мной зашли ребята из класса, и Чуча была, ну, в общем, я на два часика всего съездила…

— Почему ты мне не позвонила, не предупредила? — Женщина напустила на себя строгий вид, но Яна поняла, что она не сердится, и с улыбкой обняла ее.

— Мам, у меня совсем мало времени, что мне надеть?

— Например, сиреневое платье в разводах, оно тебе очень идет, и белые босоножки на платформе.

Платье действительно сидело отлично, коротенькая юбочка подчеркивала стройные ноги. Яна наложила сиреневые тени, которые оттенили ее зеленые глаза, и подкрасила ресницы. Губы она не красила.

Мама вообще-то не разрешала ей пользоваться косметикой, но ради такого случая промолчала.

— Ты хорошо выглядишь, доченька! Самая красивая, не волнуйся, главное, держись уверенно и не подавай виду, что он тебе нравится… — и улыбнулась, любуясь дочкой. — Как мальчика зовут?

— Роберт, — с восхищением выдохнула та. — Такое красивое имя, и он тоже такой красивый, мам, даже красивее Олега Видова! И такой вежливый и галантный…

— Надо же, — мама засмеялась. — Скажи этому артисту, что в следующий раз он должен прийти за тобой и попросить разрешения у родителей, чтобы тебя отпустили к нему на свидание, иначе ты никуда не пойдешь. И сегодня чтобы не позже девяти была дома! — строго добавила она.

— Ма, ну все девчонки гуляют позже, — взмолилась Яна.

— Ты не все! — оборвала ее мать. — Где вы встречаетесь?

— На Пушкинской, возле аптеки, что напротив театра.

— Гуляйте по Пушкинской, в парк с ним не ходи. Будьте только в людных местах. Ты меня поняла? — напутствовала мама. — И пока я его сама не увижу…

Яна выскочила за дверь, испугавшись, что ее могут вдруг не отпустить. Пока бежала к площади, думала, проехать ли одну остановку на троллейбусе или идти пешком. Все же решила пройтись. Она представила себе, как всякие там тетки с осуждением будут пялиться на ее короткую юбку, и от этой неприглядной картины ей стало не по себе.

Солнце еще не село, утомленный зноем город не успел остыть, днем температура зашкаливала за тридцать пять, и от асфальта тянуло жаром. Яна вспотела от жары и от того, что почти бежала. Приостановилась, стараясь успокоиться и идти умеренным шагом, но ничего не могла с собой поделать. Сердце бешено колотилось, и ноги сами несли ее вперед. Кроме всего, она опаздывала.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 853