электронная
72
печатная A5
540
12+
Звезда княгини Ольги

Бесплатный фрагмент - Звезда княгини Ольги

Дочери Руси


4
Объем:
456 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4493-0936-5
электронная
от 72
печатная A5
от 540

ПРОЛОГ

Летописцы говорят, что была на земле русской княгиня в старину глубокую.

Прекрасная, своенравная, строптивая княгиня. Не многие мужья, богатыри да князья славянские могли с ней сравниться и в мудрости и в мужестве.

Вот и в памяти людской осталась она на века вечные.

А было все это так давно, что теперь и разобрать, и узреть те времена трудно.

Но она жила, воевала, любила и ненавидела в те давние времена. То ли жена, то ли воин отважный.

Говорят, с самого начала она готова была ринуться в сражение, и так сложилась ее судьба, что пришлось ей воевать снова и снова.

Она не просто стала княгиней на Руси, она оставалась ею даже после гибели мужа, после того, когда сын ее Святослав занял великий киевский стол.

Какого роду и племени была она, откуда явилась в этот мир, нам не суждено этого узнать и понять, вероятно. Даже имя ее настоящее сокрыто от нас, а Ольгой она назвалась, надеясь защиту и силу князя Олега получить после ухода его в мир иной. Да и вообще была она им тогда очарована, покорена, вот и стала так называться

А после страшной смерти своего мужа, князя Игоря, стала она Великой княгиней, не позволив править чужому князю в Киеве.

Наверное, проще простого было уйти в тень, отдав власть мужу чужому, но не поступила так Ольга — она властвовала, покоряла, побеждала от первых до последних минут своей земной жизни.

Тогда, узнав ее силу и власть, отходили и пасовали мужи, будь то воины или волхвы.

Вот и гордый Византийский император должен был с нею считаться, помня л жестоких набегах Олега, имя которого она носила и прикрывалась им лучше, чем иные щитами.

Немало находилось тех, кто говорил, что Дьявол или бес вел ее в том мире, кто-то помнил о том, что сначала она вместе с Олегом смеялась, а потом все-таки свой взор обратила к Христу, и служила ему верой и правдой.

И те, кто твердит, что никогда она ему не служила, тоже правы оказались.

Но ведь понятно, что ни Бог, ни Дьявол не станут помогать тому, кто сам ничего делать не собирается, человеку пустому и бесцветному, а везет тому, кто сам везет. А милы им самые сильные, чистые и светлые души людские.

Тогда она обратила взор свой к Христу, не понимая еще, что там рабство беспросветное и тьма вечная.

Будь Ольга с самого начала христианкой, разве прожила бы она такую яркую и яростную жизнь? Да никогда, волю сломила религия, заставила ее склонить колени и подчиниться. А бог, следящий за каждым шагом, никогда бы уже не допустил того, чтобы она оставалась смелой и независимой.

Но она пришла к нему, с ним и оставалась до конца, то ли испугавшись своего прошлого, то ли пеклась о грядущем, желая искупить свою вину за загубленные прежде души.

Но разве способен человек знать наверняка, где благо, а где зло, когда он поступает правильно, а когда заблуждается?

Но она с ужасом смотрела на сына Рюрика Игоря, ставшего ее мужем, и потом почувствовала, что и в Святославе столько темного и страшного, что ей придется молиться за его душу.

А сын смеялась над богом ее и внезапной покорностью и никак не мог понять почему и как она стала такой вдруг.

Но можно понять и князя Святослава, знавшего с детства совсем другую матушку, ту, какой он гордился когда-то.

Какое это было испытание, видеть ее смиренной и молящейся чужому богу, который для вечного воина был странным и чужим всегда.

Он ничего не мог понять и принять, когда взирал на чужие лица, нарисованные на кусках дерева.

Она умна, даже мудра, тогда почто она такой сделалась. Как она могла поверить, что бродяга-проповедник, казненный среди разбойников, и есть тот самый бог, который спасет этот мир? Но кроме всего прочего он еще осуждает воинов и сражения, а это уж никуда не годится.

Чем тогда должен заниматься муж, любой рожденный мужчиной в этом мире? Невыносимо было смотреть вечному воину на такие перемены. Но почему безоговорочно принявшая рабство, она оставалась непоколебима, словно не могла на этот раз ошибиться. Он пытался с ней говорить о том, но она молчала, поджав губы. Они больше не говорили ни о чем.

Наверное, она видела тот рай, который ей был обещан там. Но ведь в этом случае она никогда больше не увидит Олега, она не встретиться с ним в вечности.

Она выбрала покой, но за него придется платить страшную цену и ей, и всем, кто решит пойти за своей княгиней

Нет, судьба не подвластна всем нам, она необъяснима и порой совсем непонятна. Остается только дивиться тому, что творится с нами. И иногда до самого ее финала мы так и не находим объяснения тому, что творится вокруг.

Но хаос и порядок снова и снова сходились в судьбе человека, и вытекали один из другого.

Грозная и могущественная княгиня, преклоняя ноги перед неведомым богом, замученным и снова воскресшим останется в памяти и вернется к нам, она снова и снова будет возвращаться назад.

А за этим стояло отторжение в душе сына, и крещение, которое затеет ее внук князь Владимир.

И вот уже тысячу лет будет длиться то, чему начало было положено в ее суровое и такое нам всем непонятное время.

А мы сегодня переносимся к началу ставных дел княгини Ольги.

Это наше прошлое, но будущее ли это наше? Вот в чем вопрос.

У этой истории есть еще один главный герой, действующее лицо, которое остается с нами до сих пор. У него разные лики и разные имена, его не хотят замечать и признавать многие, кто-то боится даже имя его произносить, потому что суеверия живы и нынче в наших душах. На него мы с легкостью списываем все свои грехи и промахи, просчеты и неудачи. А он спокойно и весело прощает нам все это, потому что спорить бесполезно.

Он появляется рядом с нами, как появлялся с ними когда-то, а ведь надо чем-то заниматься в его бессмертии, чтобы от скуки не помереть.

Но нельзя о нем забыть, потому что без него мало что бы оставалось в этом мире, а жизнь была бы серой и незначительной, скучной и просто пресной, как еда без соли.

Но вместе с ним мы живем и копошимся, совершаем и исправляем свои ошибки, раскаиваемся в грехах, чтобы совершать новые грехи, это и есть реальность.

А еще он хранит все, что было когда-то в своей памяти и нам всего этого не забыть никогда, мы пишем своим книги, после того, когда слышим его истории.

И наши души обращены в прошлое, потому что мы пытаемся узнать и понять, как и что было в те времена.

И только его стараниями и радениями, мы видим лик княгини Ольги из той старины глубокой к нам обращенный.

Только Мефи может рассказать, что было тогда, и какой она была, даже для наглядности во сне ее показать.

Вот он нарисовался снова, садится в кресло, покачивая копытами, закинув одну ногу на другую, и взирает на меня насмешливо и самоуверенно.

Ему не надо заглядывать в мои рукописи, он прекрасно умеет читать мысли и знает, что там написано.

Он снова вмешивается и поправляет меня, если я окажусь не права, особенно сердится он, если я, как и многие кому-то иному приписываю его дела и заслуги,

Так и пишу жития князей, а вернее саги о них.

Конечно, не стоит ему так уж доверять. Ведь что-то он может позабыть или нарочно перепутать. Хотя сам же потом исправит то, что было не так.

Одно только можно сказать наверняка, иногда трудно поверить таким его рассказам, но почему бы и не поверить, ведь доказательств обратного тоже не было.

Сегодня мы с ним начинаем новую сагу или сказ, это как вам будет угодно. Мы попробуем вместе вспомнить и рассказать о княгине Ольге.

Он наморщил лоб, припомнив то время, и решил перенести меня туда, а почему бы и нет.

И вот я вижу уже поминальные костры — хоронят князя Олега, викинга Одда, совсем юным, прибывшим на наши земли вместе с князем Рюриком, которого позвал домой старый Гостомысл, готовый отправиться к своим предкам в мир иной.

Ковши круговые, запенясь, шипят

На тризне плачевной Олега,

Князь Игорь и Ольга на холме сидят,

Дружина пирует у брега.

— Твой гений неплохо все это передать сумел, но меня там не было, он сам как-то туда проник, — говорит мне Мефи, — наверное, на то и гений.

Я готовлюсь слушать его рассказ, запомнить и рассказать вам все, что мне самой будет ведомо.

Но он вздыхает тяжело и как-то обреченно. Мне хочется узнать, что же случилось. Я даже забываю, что он читает мои мысли, и совсем не нужно произносить вслух какие — то слова.

— Не люблю я эту Ольгу и не понимаю, на кой бес она тебе сдалась, -признается он, — может сразу к Святославу перейдем? Там поинтереснее все будет.

Но я знаю, что он просто капризничает, ломается и набивает цену. Его надо хорошо попросить, желательно три раза, чтобы он согласился со мной.

Хорошо, что я уже научилась с ним управляться.

— Ладно, давай начинать, — соглашается Мефи, но ты убедишься, что это будет только напрасно потраченное время, его у тебя и так немного, а у меня вечность впереди.

В этом он прав, у него впереди целая вечность, но почему-то я не завидую ему, каждый из нас счастлив по-своему.

— Ну что же, тризна, — произнес он торжественно, чувствовался какой-то подвох.

Финал соединился с началом.

— Тризна, — повторила я, словно эхо.

Так с его помощью я и начала вспоминать о небережитом.

ЧАСТЬ 1 УБИЕННЫЕ ДУШИ

ГЛАВА 1 ТРИЗНА

Где-то далеко послышался звон — полночь. Бес не прибыл во время, и свита дрожала в ожидании гнева Князя Тьмы. Но тот оставался спокоен, хотя надо было разобраться с тем, кто так нагло нарушает законы. Он в последнее время много себе позволяет.

К концу приема, когда все уже отчитались о том, что было сделано, он все-таки явился к трону повелителя. Казался тихим, но не из-за того, что испытывал вину за опоздание.

Когда все повернулись к нему, он только буркнул:

— Змей нынче моего Олега укусил, а я опоздал.

— Он сам этого хотел, — спокойно отвечал князь, не обращая внимания на его дерзость.

— А может ты этого хотел, ты же знаешь, как я его любил, души в нем не чаял.

— Это ты меня попрекаешь? — поинтересовался князь, все еще не замечая, как тот себя ведет нагло.

— Он мог бы еще пожить и повевать, я для него Ольгу украл, а не для безголового пацана, — стал ныть тот. Кажется, расстроен он был в первый раз за десятки веков верного служения князю тьмы.

Князь молчал, тогда бес прибавил

— Ты уж не серчай сильно, но змея твоего я Олеговы мечом на десяток кусков порубал..

— Хорошо, что предупредил, — усмехнулся тот, — а не ты ли недавно доказывал с пеной у рта, что свою возлюбленную Европу не променяешь ни на одно место в мире, и уж тем более на славянские земли. Отчего это твои пристрастия так быстро поменялись?

Конечно, все он прекрасно знал, почему да отчего, только хотел немного развлечься. Когда-то бес измывался над его неравнодушием к Рюрику. Но вот уже тот отыгрывается на его трепетном отношении к Олегу. Да что греха таить, бес к нему привязался. Олег искал смерти, Князь ему ее подарил, и вполне приличную ту которая останется потом во всех мифах и сказаниях.

Смерть от укуса змеи была почти безболезненной и немного загадочной. Так что же еще требует от него это исчадие ада, которому, что бы ни сделал, все будет плохо.

Сам он относился к Олегу почти равнодушно. Потому что тот был вторым, а не первым, потому что настоящим князем он не был, а так, скорее заместителем, пока подрастал сын Рюрика. Да и внешне он был слишком красив для князя. Хотя лучшей замены внезапно умершему Рюрику и не найти, но Князь вовсе так не считал.

Но ему все время приходилось следить за Олегом, теперь они с бесом поменялись местами. Его интересовало все, связанное с землями славян, и князь Рюрик, которого он вел от начала до конца, был его любимцем. Да, дерзким, порой несносным, ведь его викинги воспитывали с рождения, да и другого такого в свите его все одно не было.

Со Змеем пакость небольшая вышла, но как же в их мире без промашек. Но Олег и сам по себе уже сходил с дистанции, больше от него нечего было ждать. А за Игоря можно не бояться, потому что с ним рядом навсегда останется княгиня Ольга. Она не позволит ему развалить все, что они охраняли с таким рвением.

Хотя печальная участь несчастного княжеского сына и состоит в том, что жил он сначала за спиной грозного отца, а потом и еще более грозного дяди своего.

Конечно, жаль его немного, но ничего у него не получится. Ольга, именно она станет той княгиней, о которой можно было только мечтать.

Князь решил не появляться больше на земле, он и без того там потрудился больше, чем требуется, а вот настал час для Мефи, он справится со всем, что там творится. Под его присмотром Рюриково княжество развалить Игорь не успеет. А вот Ольга, помня об Олеге, сохранит его и умножит. Это о ней потом будут слагать песни и легенды.

А на славянских землях в то время происходили большие перемены. Утром была назначена тризна по Олегу. И хотя уход его в Киев восприняли не так бурно и яростно, как уход Рюрика в Новгород, но соперником первого князя он был достойным, это признавали и враги его и друзья.

ГЛАВА 2 НА ТРИЗНЕ ПЕЧАЛЬНОЙ ОЛЕГА

Как шумно было в княжеских покоях в те дни, казалось, что весь свет брел сюда, чтобы приблизиться к телу усопшего князя. Живой он вызывал трепет и страх, и любовь и ненависть, а мертвый, сожаление и почтение.

Уже в первый день после его ухода появились легенды одна невероятнее другой. Он, наверное, слышал какие-то сказания. Конечно, если он вообще мог что-то еще слышать.

Но кажется, ему было все равно, что бы там не происходило, он был холоден и безучастен. Они к мертвому не приближались, просто хотели убедиться в том, что он точно мертв.

А потом наступила тишина и пустота, покой, как-то неожиданно свалившийся на него. Как только вынесли его тело к костру, все переменилось.

Ольга бродила по пустой гридне, не понимала, что ей делать и как быть дальше, хотя кто был для нее старый князь. Почему она должна по нему убиваться. Хорошо. Что не отправили вместе с ним к предкам, как было в старые времена.

Его и тайно и явно ненавидел и боялся ее муж, теперь страхи его пропали вместе с известием о смерти князя Олега, стол был свободен, он наконец дождался своего часа. Законный наследник, сын Рюрика, не мог и голоса подать, пока был жив его дядюшка, и правил этим миром единолично, хотя и был только опекуном его и наместником. И она должна была вместе с мужем радоваться его уходу, но в душе оставалась пустота и печаль, и ожидание беды, большой беды, которой теперь, когда нет широкой Олеговой спины, не избежать.

Она помнила первые мгновения их встречи, седовласый красавец взирал на юную деву, и она поняла, что находится в его власти. Усмешка снисходительного превосходства, вот что словно хлыстом ее удалила. И насколько понятен ей был муж, настолько таинственным и непонятным казался он. Уже при жизни и не только для юной девицы, непонятно откуда взявшийся, он был настоящим героем, человеком из другого мира. А сейчас это чувство только усилилось, полонило ее душу. Сначала она хотела оставаться равнодушной, но надолго ли хватит неискушенной девичьей души, когда такой викинг, такой князь рядом.

Она боялась только того, что Игорь узнает о ее чувствах и прогонит ее, не задумываясь.

Но он был равнодушен, и заботило его только собственное место при Олеге, а если он что-то и знал, то словом не обмолвился, словно ничего не было и быть не могло.

Теперь, когда Олега больше не было, он совсем забыл про Ольгу, и думал только о мире, доставшемся ему в наследство. Она могла делать что угодно, его вечно не было во дворце, и она даже пару слов сказать ему не могла.

Когда она увидела Олега впервые, она поняла, что полностью находится в его власти. Он мог с ней делать, что ему вздумается, такова была его невероятная сила и власть над ней

Ум, красота, сила, обаяние — это все было у старика, и не было этого всего у ее юного мужа, да и откуда ему было взяться, человек рождается с этими качествами, их нельзя получить потом.

Игорь ждал момента, когда Олега не станет, и вот тогда, но она понимала, сколько бы лет ему не исполнилось, таким он никогда не станет. И тогда и случилось то, что случилось. Это была ночь на Купалу, когда она оказалась в его объятиях, кажется, даже он сам не знал, как это получилось, а Ольга ни о чем не думала и бежать от объятий старого князя не собиралась.

Хлебнувший медовухи Игорь забыл о ней и тоже был с кем-то и где-то.

В эту ночь, когда миром начинал править молодой и прекрасный бог, все было возможно, все дозволено.

И потом ей мечталось стать его женой, но он словно забыл обо всем, и женой ее делать не собирался, хотя мог бы. Он даже не узнал о ребенке, которого она носила под сердцем, о своем ребенке.

Ей оставалось только тосковать и горевать, и понимать, что больше никогда ничего не случится. Но у нее была эта восхитительная ночь, больше и не надо, потому что тогда она разрушит все, чего добилась, что смогла получить, внезапно на лесной тропе встретив Игоря, и еще не ведая, кто он такой.

Но ей пришлось быстро смириться с тем, что происходило с ними потом. О наследнике Игорю она сказала в тот день, когда Олег отправился на ловы, и вернулся оттуда уже на плаще княжеском мёртвым.

А если вспомнить то, что рассказывали о женах и девах Олега, то старухи говорили шепотом только об одной — которая погибла при загадочных обстоятельствах, и любил ли он ее при жизни, как знать. А вот после смерти никто не мог ее заменить. Говорят, князь часто уходил на лесное озеро, туда, где она должна была, судя по всему оставаться.

Так ли это было, кто его знает, но не было девиц, которые бы убивались и провожали его в тот путь в вечность.

Вот и она любила его мертвого больше чем живого Игоря, и с этим придется как — то жить

ГЛАВА 3 ТРИЗНА ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Еще при Олеге, а особенно после его ухода, Ольга оставалась проницательно и невозмутимой. Она была даже мудрой по-своему, если мудрой может быть такая юная девица.

И только однажды при Олеге Ольга чуть не выдала себя и не погубила, когда он о чем — то ее спросил, а она никак не могла понять, что же он от нее хочет. Вот тут она испытала дикую панику, и металась так, что стали оглядываться вельможи, которые так и не поняли, что собственно произошло.

Она немного успокоилась, когда осталась, наконец, одна. И разум стал брать верх над чувствами. Она должна была жить, родить наследника и стать княгиней, больше ничего от нее не требовалось.

Та, которая находилась на дне озера должна была остановить ее, ее судьба будет совсем иной.

Но она верила в то, что могучий Олег будет с ней всегда, что с ним просто ничего не может случиться и не случится. Стремление стать рабыней, пусть и такого властелина ей было чуждо и дико.

Она навсегда запомнила тот закат, когда привезли тело Олега. Она впервые так близко видела мертвеца, и он совсем не было на себя похож.

Торжество Игоря, молчание всех остальных — она запомнила это и почувствовала начало конца, неизбежное и вечное.

Исчезла хрупкая надежда на то, что она станет его княгиней, что он будет защищать ее и ее ребенка всегда, что он воспитает настоящего князя

Пустота заполонила ее душу надолго, она просыпалась и ждала, пока услышит его голос в переходах, его шаги, но ничего больше не слышала.

Но она так долго притворялась, являя свое равнодушие к нему, что теперь больше не могла этого показывать.

И хорошо, что Игорю не было до нее дела, что он упивался властью и обрушившейся на него свободой.

— Без Олега нам будет худо, — говорила она верной служанке своей Малуше, и девица эта только молча кивала. Она знала, что останется при княгине только если будет молчать и соглашаться.

№№№№№№№№

Во время тризны она стояла перед костром спокойная и прямая, можно подумать, что это совсем ее не волновало.

Маска стала ее лицом, она приросла к коже, и стала сутью княгини, только с ней она и могла выжить в этом суровом мире, теперь, когда не было Олега.

Она повторяла это в сотый раз и не могла поверить в то, что так все и есть.

Никто, кроме беса не заметил бурь, теснившихся в ее груди. Многие из собравшихся говорили о ее красоте, гадали о том, откуда она взялась, жалели, потому что в мужья ей достался только Игорь, а значит быть беде.

Ольга сразу же почувствовала отношение к новому князю, и стала думать, как ей все изменить.

Вот уже появился огромный курган рядом с Рюриковым, а они все несли и несли к нему землю, чтобы он стал выше и выше.

Говорили, что вместе с Рюриком хоронили и его жену, будто был у них такой обычай. Олег не позволил бы никого убивать, может быть какая-то служанка, только он уходил в одиночестве, полном одиночестве.

Ольга не собиралась умирать не то, что с Олегом, но и с Игорем, если с ним что-то случится, она позаботится о том, чтобы уцелеть.

Много чего вспомнили потом на Олеговых поминках, которые длились неделю. Кто-то невидимый то выл, то рыл, говорят, на околице за дворцом слышался плач Домовых и не один вечер. Это приводило в трепет даже самые мужественные и отчаянные души.

Говорили, что все волхвы собрались около кургана в одну из ночей, и о чем-то говорили с князем, уверяли, что он пока еще остается с ними. Кто-то посадил там голубые цветы, которые тут же начали цвести. Их потом стали называть незабудками.

Говорили, что цветы заколдованы, потому что никто прежде таких не видел.

Другие уверяли, что это Перун в отместку за то, что слава князя превзошла его собственную, сделал цветы такими.

Среди ночи так грохотал гром, так сверкала молния, что, наверное, не один черт повержен был, да и люди видно погибли.

Потом говорили о том, что в ночной тьме голубые цветы сажала сама Ольга в память об Олеге, именем которого ее и стали называть тогда, а каким было ее настоящее имя, никто уже не помнил.

Именно эта последняя легенда о голубых цветах на Олеговом кургане и осталась, и пережила все остальные.

Игорь сам ее услышал последним и отправился на рассвете взглянуть на эти цветы окаянные.

Они синели среди зеленой травы, и вырвать их он не решился, боялся нарушить покой своего дядюшки, или не хотел, чтобы тот взял, да и вернулся назад внезапно.

Да и бес не позволил бы ему совершить этого, уж если есть эти цветы, то пусть они и остаются там. Самое главное, он не чувствовал, что Олег покинул их, казалось, что оглянешься внезапно, а он стоит за спиной и усмехается.

Говорят, он всегда был связан с духами, смог с ними с самого начала договориться, а самому Игорю это никогда не удавалось. Не потому ли они и мстили ему такими мелкими пакостями, как эти голубые цветы на кургане.

От таких помыслов сердце его готово было разорваться на кусочки.

Он схватил меч и рубанул по цветам, но с ними ничего не произошло, меч отскочил от них, тогда князь в ужасе отшатнулся и чуть на свой меч не напоролся.

Происходило что-то дикое и страшное, необъяснимое.

Игорь отступил и решил больше сюда не приходить. Хорошо, что никто не видел всего этого.

Олег смеялся над ним, так как умел это делать он один. Он навсегда остается победителем, на том и этом свете.

ГЛАВА 4 БЕСПЛОДИЕ УСИЛИЙ

Игорь чувствовал, что в схватке, в которую втянула его невидимая сила. Он был совсем один. Какие там драконы и люди, когда даже с малюсенькими цветками на кургане он не мог справиться.

Через несколько часов он узнал, что сплетни о его войне с незабудками уже летели по всему Киеву со скоростью молнии, но кто же мог видеть то, что творилось около кургана. После пересудов и насмешек, которые плодились и множились, они возникали снова и приносили Игорю много разочарований.

Он торжественно обещал себе самому больше не поддаваться своим чувствам, и ничего такого не делать, даже если черт будет толкать его на что-то подобное.

Обо всем, что случилось у кургана, тут же рассказали княгине. Она только усмехнулась в ответ. Она не собиралась со служанками обсуждать своего безрассудного мужа, но понимала, что он причинит ей немало хлопот. Представить в подобной ситуации Олега она просто не могла, а ведь тот даже князем по крови не был. Она едва сдержалась, чтобы не сказать ему все, что об этом думает.

Она не садила никаких голубых цветов, но ей очень хотелось, чтобы так было на самом деле. Кто-то угадал ее желание и сделал за нее то, что ей хотелось самой, и даже слух потом пустили, что это была она.

Ольга надеялась, что тот самый тип будет ей и дальше помогать во всем. Пусть потом за все придется расплачиваться, она не боялась этого, но пока она молода и осталась одна, пусть сбывается то, что ей хочется.

Игорь не сказал больше ни слова, меньше всего ему хотелось выглядеть жалким и бессильным в глазах жены.

Ольга ему ни о чем не напоминала. Но тогда оба они поняли одно: мертвый, казалось навсегда ушедший, Олег всю жизнь будет рядом с ними. Только в первый миг им могло показаться, что он простился и ушел навсегда. Но он оставался рядом, и так будет до конца, возможно, он просто останется хранителем рода, будет хранить и тревожить их души.

Уход человека, то, что они не видят его зримо, еще ничего не значит. Тень была с ними, память все время к нему возвращала. Он жил на земле, пока были живы они. Потому Ольга ничего не говорила о цветах. Игорь полагал, что она причастна к происшествию, стал в чем-то ее подозревать. Хотя подозрения эти теперь уже были смешны, но и успокоиться он никак не мог.

Так с нелепости началось его княжение в этом мире, и он снова убедился, что весь мир был настроен против него, ни одна живая душа ему не сочувствовала, никто ни в чем ему не помогал. А если люди стремились, то они хотели только унизить его, показать, что он ни на что не способен.

№№№№№№

Происшествие с голубыми цветами на следующее утро обсуждали в тронном зале Хранителя Тьмы

— Это что за издевательства? — не удержался он

— Я их Олегу вывел. А что нельзя что ли они навсегда останутся. Чтобы не вздумали моего князя забывать, — твердил бес, — я же не знал, что этот безголовый мои цветки рубить станет, вот князька какого вырастили, глаза бы мои на него не смотрели. Я дурацкие его выходки терпеть не намерен, так и знай, хоть он и сын Рюрика, но такую заварушку устрою, что мало не покажется. Ничего, цветки мои синие стоят и ничего он им не сделает.

Мессир усмехнулся, а черт был странно серьезен, казалось, даже не шутил, когда он говорил о незабудках.

— Но зачем слухи распустил, что это дело рук княгини? — поинтересовался он, проявив странную осведомленность во всем, что там творится.

— Чтобы князьку досадить, да и не далек я был от правды, можно сказать, что желание ее исполнял.

Хитрая и коварная искра мелькнула в его меленьких глазах.

— Он сын Рюрика, — напомнил ему еще раз Властелин.

Ничего не ответил бес, только копытом топнул от досады.

На этом прием и завершился.

ГЛАВА 5 ТОСКА ЗЕЛЕНАЯ

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 540