электронная
216
печатная A5
465
18+
Живые тени

Бесплатный фрагмент - Живые тени

Объем:
258 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-6215-5
электронная
от 216
печатная A5
от 465

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Приступив к расследованию дела об убийстве, которое по своей лёгкости в начале казалось чистой формальностью, оперативники оказываются вовлечены в извечное противостояние добра и зла. Теперь им предстоит узнать о причине и начале этой войны. И самое невероятное — испытать на себе древнейшую способность воюющих сторон. Смогут ли опытные сыщики отличить добрых от злых? Сумеют ли противопоставить себя древнейшим могущественным силам?

Сергей Радужный. Живые тени

Пролог

Дежурный наряд милиции из трёх человек мчался по лестнице дома в квартиру на третьем этаже. Их вызвал житель этого дома. Он услышал звуки брани и борьбы в соседней квартире. 65-ти летний Николай Алексеевич решил, что без милиции здесь не обойтись, когда увидел, как в соседнюю квартиру ворвался молодой парень. Когда же Николай Алексеевич услышал выстрелы, то понял, что поступил верно, сообщив об этом правоохранительным органам.

Вбежав в квартиру, милиционеры увидели довольно странную картину. Отверстия от пуль были повсюду: на стенах, на полу и потолке. Кроме пулевых отверстий в разных частях комнат были воткнуты острые предметы: ножи, вилки, осколки люстр, ваз, зеркал и оконных стёкол. Посреди самой большой комнаты на полу распростёрся труп пожилого мужчины. Тело лежало животом вверх. Из простреленного горла струилась кровь и по шее стекала на ковёр. Рот покойного был приоткрыт.

Из спальной комнаты в зал, где находился труп, вышел молодой человек. Острые, строгие черты лица, большие карие глаза, чёрные, как ночь волосы, казалось, могли застить свечение всех горевших в комнате лампочек. Одежда его была изодрана. На лице явно виднелись следы недавних побоев. Руки, ноги и туловище были изрезаны царапинами, из которых сочилась кровь.

— Стоять, не двигаться! — скомандовал первый милиционер.

— Руки за голову! Лицом к стене! — добавил второй.

— Он убежал: — проговорил парень, послушно выполняя команды блюстителей закона. — Я не смог его остановить. Это он убил старика.

Сами не зная почему, милиционеры завороженно слушали парня.

— Я всё вам расскажу: — продолжал тот. — Вы должны его поймать.

— С ума сошёл, что ли? — опомнился первый милиционер. — Вызывайте наших, скорую и пусть психиатра прихватят: — скомандовал он двум другим.

Остаток вечера, ночь и следующее утро заняли осмотр места происшествия, составление протоколов, опрос жителей дома, работа группы экспертов и прочее, что входило в стандартные процедуры правоохранительных и следственных органов в подобных случаях.

Глава 1

Каждое утро, вот уже 17 лет, Алексей Демидов начинал с зарядки. Приседания, отжимания, сгибания и разгибания туловища, упражнения с гантелями, эспандером, подтягивание на перекладине. Затем душ и лёгкий завтрак. После этого состоявшегося за много лет ритуала Алексей отправился на службу. Местом его службы стал районный отдел милиции.

Прибыв на службу, Алексей зашёл в кабинет начальника отдела. Кроме него в кабинете за столом сидел непосредственный начальник Алексея. Закрыв за собой дверь, Алексей поприветствовал их обоих.

— Здравствуй, Алексей. Проходи, присаживайся, — сказал подполковник-начальник райотдела. Алексей сел рядом со своим начальником.

— Вот, Олег: — продолжил подполковник; — новый сотрудник твоего отдела. Молодой специалист. Только что диплом получил. Окончил школу милиции в Донецке. Там же проходил стажировку. Вводи его в курс дел, знакомь с наставником.… Работайте.

Офицеры молча встали из-за стола, и вышли из кабинета.

— Меня зовут Олег Михайлович: — грозно произнёс начальник Алексея. — В звании майор. Иди за мной. Сейчас я тебя с коллективом познакомлю.

Олег Михайлович Липин был потомственным служителем закона. Его отец работал участковым, дед был уличным регулировщиком. Прадед был сыщиком ещё до революции. По семейному приданию, один из его давних предков служил в тайной канцелярии Его Императорского Величества Николая I, и имел награды за битвы при Севастополе во время Крымской войны. Однако в связи с тайностью своей профессии в истории он остался не известным.

Сам же потомок столь ревностного слуги государева как нельзя, кстати, подходил для роли начальника оперативного отдела уголовного розыска центрально городского отделения милиции, хотя и был назначен всего два месяца назад.

Липин был высок ростом, широк в плечах. Его голос был грубым но не громким, если того не хотел он сам. Однако даже не громким басом он мог убеждать людей в собственной правоте. В сочетании его голос и взгляд оказывали устрашающее, и даже гипнотическое действие на собеседников. Поэтому повышать голос ему приходилось крайне редко.

Исключением не стал и молодой сотрудник Алексей. Лишь поймав взгляд Липина, он понял, что этого человека необходимо слушать очень внимательно и отвечать только когда он потребует ответа.

Пока они вдвоём медленно шли по коридору здания райотдела, Лёша даже не осмеливался идти с Липиным плечом к плечу. Липин шёл впереди, а Алексей, слегка отстав, следовал за ним.

Липин открыл дверь одного из кабинетов на этаже и вошёл внутрь. Вслед за ним проскользнул в дверной проём и Алексей. В этом кабинете располагался малочисленный отдел оперативников, которым теперь руководил Липин.

Кабинет был довольно просторным, так как в один этот кабинет давным-давно были объединены два кабинета. В кабинете стояло шесть столов. Пять из них были рабочими, а шестой был приспособлен под мини-кухню. На нём стояли кружки, банки с чаем, кофе и сахаром. Довершал картину этого натюрморта электрический чайник. Для удобства стол был придвинут к стене рядом с розеткой.

Между рабочими столами стояли, также придвинутые к стенам, большие несгораемые сейфы. Сейфов насчитывалось четыре. Из расчёта один сейф на двух человек. У Липина был отдельный сейф, рядом с его столом.

Стены кабинета были украшены различными плакатами с изображениями лиц, находящихся в розыске, схематическим изображением различных систем оружия (автоматов, пистолетов, пистолетов-пулемётов), листами с лозунгами времён социалистической эпохи и высказываниями различных исторических личностей, и, конечно же, карта города. Всё это предстало взору молодого сыщика Алексея, когда он вошёл в кабинет, который теперь и для него становился рабочим.

В кабинете, кроме только что вошедших Липина и Демидова, за своим столом сидел один из сотрудников оперативников.

— Я не понял: — возмутился Липин; — а где все?

По прибытии на работу, Липин был сразу вызван в кабинет начальника отделения и своих подчинённых сегодня ещё не видел. Так что об их занятости на сегодня он смог осведомится только сейчас.

— Серёга после суток домой пошёл. Костя с Игорем в прокуратуру уехали. Их вчера вызвали: — пояснил оперативник.

— Понятно: — сказал Липин.

— Серёга документы оставил по ночной мокрухе: — оперативник взял со стола папку и протянул её стоящему рядом Липину.

— На словах что-нибудь говорил? — спросил Липин, взяв папку в руки.

— Да так… сказал, что дело быстрое. Молодой пацан ворвался в хату к пенсионеру, разбомбил мебель, окна и застрелил старого. Наряд там его и принял на месте со всеми делами.

Липин перелистывал и просматривал документы в папке, слушая пояснения оперативника. Демидов всё ещё стоял молча недалеко от входной двери в кабинет. Липин резко закрыл папку и положил её на стол подчинённого.

— Ну, если ты настолько в курсе, то ты и займись: — быстро заговорил Липин. — Вот тебе как раз и помощник. Иди сюда: — подозвал он Алексея.

Демидов подошёл и стал рядом с Липиным.

— Вот молодой дипломированный специалист. Будешь у него наставником.

— Пыжов Гена: — представился оперативник, глядя на своего ученика.

— Демидов Алексей: — ответил ученик, и они пожали друг другу руки.

Липин отошёл и сел за свой стол.

— Ну, присаживайся рядом, Алексей, Алёшенька — сынок: — весело приговаривал Пыжов, открывая папку, которую только что листал Липин.

Глава 2

Молодой человек, возрастом не более пятнадцати лет отроду, со снежно белыми густыми волосами, и ярко голубыми выразительными глазами медленно, неуверенно ступая по земле, словно совсем недавно научился ходить, шёл по тротуару одной из центральных улиц огромного города. Его одежда была изодрана, обувь на ногах отсутствовала вовсе. Через лоскуты одежды были видны раны, ссадины, ушибы, кровоподтёки. Он брёл по улице, опустив голову вниз с выражением полной беспомощности и отчаяния. Казалось, этот юноша потерял что-то необычайно важное в своей жизни. Что-то, без чего его жизнь уже сейчас может считаться законченной. Он совершенно не понимал, что ему теперь делать. Ему крайне необходима чья-то помощь. Кого-то очень близкого, надёжного, кому он смог бы доверить абсолютно всё. К счастью для молодого человека у него было к кому пойти. И теперь он, пугливо осматриваясь по сторонам, время от времени резко оглядываясь назад, несколько раз меняя свой маршрут, следовал к своей последней надежде, а именно к человеку, который был способен понять и помочь.

Парень подошёл к подъезду дома и нажал кнопки с цифрами на домофоне. Он услышал длинный гудок электронной системы вместо спасительного голоса. Он снова нажал кнопки и снова гудок. Он отчаянно нажимал кнопки снова и снова, но результат оставался тем же.

Что делать и куда идти дальше, он теперь даже не представлял. Оставалось только ждать своего спасителя возле подъезда его дома.

Глава 3

— Вот такая сказочка с несчастливым кончиком: — закончил Пыжов свои пояснения Демидову. — Понял хоть что-нибудь? — Геннадий откинулся на спинку стула.

— Понял, что надо работать со свидетелем, пока ответы из лаборатории не придут: — ответил Демидов.

Пыжов слегка приподнял брови и округлил глаза, услышав столь профессиональное высказывание из уст неопытного сотрудника. Находясь в лёгкой стадии удивления, он снова приник к столу.

— И зачем же? — спросил Пыжов.

— Для укрепления доказательной базы. Ведь в момент задержания подозреваемого пистолет лежал на полу. И кто из него стрелял не известно.

Липин, сидя за своим столом, слушал начавшуюся дискуссию, пытаясь оценить уровень подготовки и способностей Алексея.

— Секундочку, мой юный коллега: — запротестовал Пыжов. — В квартире двое: один из них — труп, а второй — тот самый подозреваемый. И кто же, по вашему мнению, мог стрелять из пистолета?

— Третий, о котором говорил сосед убитого: — ответил Алексей.

Липин и Пыжов с изумление посмотрели на Демидова. Алексей же выудил из папки бумагу и стал вчитываться в написанный на ней текст. Липин и Пыжов, выпучив глаза, переглянулись.

— Ну, вот же! — радостно воскликнул Алексей. — Это записал дежуривший вчера оперативник со слов соседа.

Алексей положил лист на стол. Пыжов тут же стал внимательно его читать. Алексей продолжал говорить:

— Здесь написано, что он, сосед, видел, как в квартиру к убитому врывался блондин. А задержанный — брюнет.

Пыжов дочитывал лист с показаниями соседа, убеждаясь в правоте Демидова. Липин спокойно смотрел на них обоих. Видимо ожидал реакции Пыжова.

— Ну, и такое бывает: — отодвигая лист, проговорил Пыжов. — Дедушка старенький. Мало ли что ему сослепу привиделось. Перепутал немного. Смотрел-то через глазок, небось. А на лестничной клетке лампочка горит яркая. Вот и осветила голову брюнету.

— Но вы всё же сходите к этому бдительному старцу: — вступил Липин. — Уточните, что именно он видел, фото задержанного покажите. Заодно и посмотрите, есть в подъезде яркие лампочки или нет. В общем, занимайтесь.

Пыжов недовольно вздохнул. Но приказ начальства надо выполнять. Да и молодого сотрудника надо учить общаться со свидетелями.

Глава 4

Ожидать человека, на которого светловолосый юноша возлагал свои последние спасительные надежды, приходилось мучительно долго. Ослабленный своим смятением, подавленностью, оголодавший и от этого потерявший остатки сил, он, сидя на ступеньках крыльца дома, провалился в сон. От этого его тело расслабилось окончательно, и парень скатился по лестнице на асфальтную дорожку и упал на бок недалеко от лавочки. Никто. Ни один человек, из тех, кто входил в подъезд, или выходил из него, или проходил рядом, словом — все, в чьё поле зрения мог попасть человек, лежащий на земле без признаков жизни, не обратили на него внимания. Пожилые люди, возмущаясь, иногда про себя, а иногда шёпотом, проходили мимо и плевали под ноги. «До чего докатилась наша молодёжь! Пьют без меры и падают спать, не дойдя до дому. В наше время такого не было. Алкаши и наркоманы»: — ворчали они. Молодые люди (ровесники светловолосого), проходя мимо него, фотографировали его на камеры в своих телефонах. Затем, видимо, делились фотографиями с друзьями в интернете, подписывая фото, как им казалось, смешными комментариями. Дети школьного возраста не отказывали себе в удовольствии пнуть беззащитное тело ногой, и, спрятавшись за угол дома, наблюдать за его реакцией. Проделав этот фокус несколько раз, и не дождавшись реакции, они перешли к более изощрённым издевательствам над живым, хоть и находящимся без сознания человеком. Решили проверить, что же будет, если его поджечь. Насобирали по улице обрывков газет и прочей бумаги. Скрутив их в мелкие трубочки, засунули её в ноздри, ушные раковины, под руки, под ноги и между ними. Поджечь бумагу собирались имеющейся у одного из них зажигалкой. Без сомнения малолетние хулиганы уже курили. Не известно, когда бы проснулся светловолосый юноша, и что бы с ним было дальше, если бы эта затея удалась. Но мальчишкам помешал обыкновенный БОМЖ по имени Фёдор.

Фёдор, не имея своего угла, проживал в подвале дома, в который стремился попасть светловолосый парень. Подходя к своей обители, он заметил мальчишек, которые уже подносили к газетам огонь, струящийся из зажигалки.

— Вы что творите, негодники! — закричал Фёдор. И, сменив направление, быстрым шагом подошёл к, лежащему возле лавочки, юноше.

Услышав грозный выкрик бездомного человека, мальчишки без оглядки бросились в бегство, к счастью, так и не успев начать свой инквизиционный эксперимент. Фёдор подошёл к несостоявшейся жертве, приговаривая чуть слышно:

— Вот же бесята. Живого человека поджигать.

Светловолосый парень лежал без движения.

— Господи, Боже ты мой: — продолжал бормотать Фёдор. — Молодой-то какой. Совсем ещё мальчишка.

Фёдор присел рядом с ним на колени. В надежде привести парня в чувство, он принялся расталкивать его, легонько бить по щекам. Парень медленно открыл глаза и резко отшатнулся, увидев перед собой небритое лицо Фёдора, поблёскивающее на солнце от пота.

— Э-э-э… не бойся, не бойся: — успокаивал его Фёдор.

Почувствовав покалывания мятой газетной бумаги, юноша стал отряхивать раздражённые места своего туловища.

— Это сделали какие-то мальчишки: — пояснял Фёдор. — Вот уж, действительно, нелюди. Это же надо, такое выдумать!

Проснувшись, но, ещё не придя в себя до конца, юноша, слушая своего спасителя, продолжал осматривать себя.

— Они только собирались,… Я успел вовремя. Они не успели тебя поджечь: — сострадательно говорил Фёдор, пытаясь завязать разговор с напуганным мальчиком.

— Спасибо за помощь: — тихо произнёс парень.

— Не за что, сынок.

Парень стал оглядываться по сторонам.

— Ты кого-то ждал? Тебе стало плохо?

Парень утвердительно кивнул головой.

— К кому же ты пришёл? Я здесь всех знаю. Давно в этом доме живу. А тебя здесь первый раз вижу. Тебя как зовут?

— Кирилл: — ответил парень немного смелее, видимо осознав, что от грязного, неприятно пахнущего пожилого человека никакой угрозы не исходит.

— А меня — дядя Федя. Я, видимо, тебе в дедушки гожусь. Сколько тебе годков, сынок?

— Пятнадцать.

— Ну, вот. А мне шестьдесят три. Давай-ка с земли-то поднимемся.

Фёдор встал довольно быстро, в отличие от Кирилла. Как только мальчик попытался подняться, у него сразу же закружилась голова, в глазах потемнело, и он снова упал.

— Осторожнее.

Фёдор подскочил к нему настолько быстро и резво, насколько ему это позволяли годы. Он помог Кириллу подняться, сделать несколько шагов, и усадил на лавочку. Сам же Фёдор сел рядом с ним.

— Что же ты такой слабенький-то. Кушать, наверное, хочешь?

— Хочу: — простонал Кирилл, потирая руками лоб, виски и глаза.

— Ну, это мы мигом исправим: — бодро заговорил Фёдор. — Пойдём-ка.

Фёдор помог Кириллу встать и довел его до места своего обитания.

Жилищем для Фёдора служило одно из подвальных помещений дома. Жители дома использовали их под угольники. Но угольные печки теперь были далеко не в каждой квартире и много таких помещений попросту пустовало. Выбрав одно из них, наиболее удобное для себя и поближе к выходу из дома, Фёдор обосновался там. Со временем обжился, заимел кое-какую мебель: кровать, диван, небольшой столик, пару табуреток, электрическую конфорку и кое-что из посуды, провёл электричество, и даже установил радиоприёмник.

Придя в свой дом вместе с молодым гостем, Фёдор подвёл его к кровати.

— Ложись, отдохни. А я пока покушать приготовлю.

Глава 5

Пыжов и Демидов поднимались на третий этаж дома, где ночью было совершено убийство пожилого мужчины. Подойдя к двери соседа, который вызвал милицию, Пыжов позвонил в дверной звонок. Электрический соловей (звук звонка имитировал его пение) возвестил пенсионеру о прибытии нежданных гостей. Николай Алексеевич, осторожно шагая, подошёл к двери и посмотрел в глазок. Увидев двух молодых крепких мужчин, он спросил:

— Кто там?

Голос его слегка дрожал от пережитого вчера ночью.

— Милиция: — ответил Пыжов и приставил к глазку развёрнутое удостоверение. — Нам нужно уточнить у вас кое-какие детали по поводу вчерашнего убийства.

Старик приоткрыл дверь и выставил голову.

— Молодые люди, я же вчера всё объяснил вашему сотруднику. Неужели…

— Вы вчера разговаривали с дежурившим оперативником: — не дал договорить Пыжов. — А мы ведём следствие по этому делу, и нам необходимо задать вам несколько вопросов, чтобы прояснить некоторые нюансы.

— Ну, тогда проходите, молодые люди: — Николай Алексеевич открыл входную дверь шире и немного посторонился, давая пройти своим гостям.

Милиционеры по очереди вошли в квартиру. Хозяин закрыл за ними дверь на замок.

— Проходите в комнату: — предложил он.

Гости сняли обувь и прошли в комнату вслед за Николаем Алексеевичем. Пыжов сел на диван, не дожидаясь предложения хозяина. Демидов последовал его примеру.

— И всё же, я не понимаю: — снова начал возмущаться пенсионер; — какие ко мне опять могут быть вопросы?

— Да вы не волнуйтесь: — говорил Пыжов. — Поймите, это наша работа. Мы должны выяснить всё до мельчайших подробностей. Это же не допрос. Это просто беседа. Тем более что вы проходите по делу, как свидетель.

— Но, ведь убийцу уже поймали.

— Совершенно верно. И, чтобы он понёс заслуженное наказание в полной мере, вы и должны нам помочь. Вы же не хотите, чтобы убийца вашего соседа всего через пару лет снова вышел на свободу?

— Конечно, конечно: — покорно ответил старик.

Не теряя момента, Пыжов приступил к дознанию.

— Как давно вы знали убитого?

— Да уж около двадцати лет, как соседями стали.

— В гости, наверное, друг к другу заглядывали частенько?

— Бывало, конечно…: — замялся старик.

— Он жил один?

— Один. Мы когда познакомились, он с женой разводился. После развода она двоих детишек забрала и уехала. Егорович говорил, будто бы в родной город вернулась. С того времени он один жил. Больше так и не женился. Видно любил сильно, жену-то.

«Если любил, то чего же тогда развёлся?» — подумал Демидов, но сказать ничего не успел. Пыжов продолжал задавать свои вопросы.

— А в последнее время к нему кто-нибудь приходил? Кто-то из не знакомых вам людей:– спросил Пыжов, чувствуя, что старик повернул разговор не в то русло. — Или, может быть, он о ком-то или о чём-то в разговорах упоминал?

— Да нет. Никто к нему не приходил. А разговаривали мы с ним не часто. А если и говорили о чем, то не долго. Особенно в последние годы.

— Это сколько? Ну, хотя бы примерно: — заинтересованно спросил Пыжов.

— Около пяти лет.

— Так-так, и что…?

— Какой-то странный Егорович стал. Угрюмый, пугливый. По квартире ходит и сам с собой разговаривает.

— Секундочку: — остановил пенсионера Пыжов, увидев в его словах явное не соответствие. — Вы же только что сказали, что с убитым почти не общались. Значит и в квартире у него давно не были?

— Всё так: — убеждал Николай Алексеевич.

— Тогда, откуда же вы можете знать, что он в квартире разговаривал?

— Так ведь квартиры-то у нас с ним через стенку. Дом уж старенький. Через стенку хорошо слышно телевизор или радио. Я хоть и глуховат от старости, а через стенку нет-нет, да и услышу вдруг ворчуна старого. Прости Господи. Уйдёт куда-нибудь (в магазин там, или ещё куда), а телевизор не выключает. А то и того хуже. И сам уйдёт, и всё, вроде бы, выключит, а по квартире ходит кто-то.

— Кто же мог там ходить, если хозяина нет, а живёт он один?

— Понятно, что некому. А слышно, как кто-то ходит: — слегка испуганным тоном отвечал Николай Алексеевич.

Демидов с азартом в глазах посмотрел на Пыжова. Геннадий поймал глазами взгляд молодого коллеги, и по нему понял, что у Алёши появилась какая-то идея или догадка. Ему стало интересно, какая именно мысль озарила голову Демидова.

— Что думаешь? — спросил Пыжов.

— По-моему, нужно поговорить с другими соседями из смежных квартир.

Пыжов разочаровался, услышав эти слова. Ведь сам он не поверил в мистические рассказы пожилого мужчины. Но в то же время не хотел притуплять служебное рвение Демидова своим неверием.

— Вот ты этим и займись. Прямо сейчас. А мы с Николаем Алексеевичем пока ещё немного пообщаемся.

Демидов умчался в подъезд по другим квартирам проверять информацию. А Пыжов решил в это время перейти к главной теме разговора со свидетелем.

— Николай Алексеевич: — нежно, как сын к отцу, обратился Пыжов к старику; — вспомните, пожалуйста, как в точности выглядел человек, который ворвался в квартиру вашего соседа этой ночью.

— Так, я же говорил и об этом. И слова мои записаны на бумаге. Я в ней-то и расписался тогда.

Подобные фразы резали слух, пожалуй, каждому оперативнику. Пыжов также раздражался всякий раз, когда слышал подобное. Однако он заставил себя сдержать эмоции. Не стоило грубить испуганному старику, и тем более повышать на него голос.

— Я вас понимаю: — сочувственно говорил Пыжов. — Но и вы меня тоже поймите. Вы говорите, что в квартиру ворвался блондин. А в квартире дежурный наряд задержал брюнета. Ведь не мог же он за этот короткий промежуток времени убить человека: — Пыжов стал загибать пальцы на руке; — разгромить квартиру и перекрасить волосы. Да и зачем? А если их было двое, и второго вы не заметили. Тогда где этот второй?

— Нет. Я видел только одного: — монотонно проговорил старик. — И волосы у него точно были белые.

— Вы абсолютно уверены?

— Абсолютно. Я не мог перепутать. Волосы у него настолько белые и чистые, что если во всём подъезде выключить свет, то его голова будет вместо лампочек светить.

Пыжов нервно выдохнул. Николай Алексеевич, словно находясь под гипнозом, смотрел сквозь него и всё вокруг. В таком состоянии он медленно подошёл к стулу и опустился на него.

— Николай Алексеевич, дорогой, расскажите мне, как всё это происходило в подробностях.

— Я ночью проснулся от того, что в мою дверь кто-то сильно чем-то ударил. Поначалу я решил, что мне это приснилось. И тут же слышу хлопок двери Егоровича. И сразу же стук в неё, в дверь-то. Я вышел в прихожую и посмотрел в глазок. А этот мальчишка руками и ногами в дверь колотит. Вышибить пытается. Я хотел усмирить его. Ночь ведь на дворе. Людям отдыхать надо. Вышел я, значит, из квартиры и говорю ему: — «Перестань хулиганить. Сейчас вот милицию вызову, а они тебя в кутузку и посадят». А он мне как закричит: — «Вызывайте! Скорее вызывайте!» А глаза у него синие-синие, как небо чистое. Ну, я назад в квартиру к телефону, вызывать милицию. А пока я звонил, он уже дверь и высадил. А потом и стрельба началась.

Когда Николай Алексеевич произносил последние слова своей речи, в квартиру вернулся Демидов.

— Справился? — игриво спросил у него Пыжов. И, не дав ответить, продолжил: — Я тоже закончил. Поехали в отдел. Пора бы уже и с задержанным пообщаться. А то мы что-то о нём совсем забыли. Ещё обидится, и чистуху нам не напишет.

Пыжов встал с дивана и направился в прихожую.

— До свидания, Николай Алексеевич. Всего вам доброго. Вы нам очень помогли, только я ещё не понял в чём именно.

С этими словами Пыжов обулся, и они с Демидовым вышли из квартиры. Сухой щелчок закрывшегося дверного замка сталь для них прощальным звуком.

Глава 6

Фёдор накормил своего молодого гостя довольно аппетитным и сытным обедом. Кирилл ощутил себя, как в советской столовой, хотя в свои годы мог знать о ней только понаслышке. Но, как бы там ни было, Фёдор угостил юношу первым, вторым и третьим блюдами. На первое хозяин приготовил суп с макаронами. Кирилл довольно сильно удивился, когда обнаружил в своей тарелке свиное рёбрышко, хоть и не большого размера. На второе Фёдор подал макароны, такие же, как и в супе, и такого же размера свиное рёбрышко с подливой. На столе также присутствовали овощи и хлеб. На третье был заварен чёрный чай. Жадно проглотив предложенные угощения, Кирилл вернулся на диван. Фёдор остался за столом и потягивал чай из своей кружки.

— Наелся? — заботливо спросил Фёдор.

— Да. Спасибо.

— Ну, и, слава Богу. Если захочешь ещё — говори.

— Нет, спасибо. Я и так уже много съел. Вам ничего не останется.

— Ты обо мне не беспокойся. Мне-то уже старику много и не надо. А то, что ты скушал — это не много. Ты ведь молодой. Глядишь, через пару часов снова проголодаешься.

— Я сейчас ещё чуть — чуть отдохну и пойду.

— Куда же это ты пойдёшь? — с тревогой спросил Фёдор.

Кирилл молчал. Он не знал, стоит ли куда-то идти теперь. Последняя надежда в нём угасла. Теперь ему оставалось перенимать образ жизни Фёдора.

— Молчишь? — Фёдор потянул из кружки чай.

Кириллу нечего было сказать. Он не хотел уходить от Фёдора. Но ему было стыдно вновь повиснуть на чьей-то шее.

— Ну, вот и правильно: — продолжал Фёдор. — Полежи, отдохни. И мне старику радость за последние годы. Своих детей и внуков у меня нет. Так хоть за чужим пригляжу.

— У вас совсем нет семьи?

— Была. И семья была, и работа, и квартира, и друзья. Супругу давно уж похоронил. Дочка с сыном выросли. По другим городам разъехались, там теперь и живут. Обо мне не вспоминают. Остался я один в своём доме. Стал я приезжим студентам комнату сдавать. Не плохая прибавка к пенсии была. Но главное — общение с молодёжью было. Я же в школе учителем истории работал. Через пару месяцев милиционеры пришли. Говорят мне, мол, ты квартирой торгуешь, а государству ни шиша. Оно, государство-то, тебе эту квартиру дало, а ты на ней деньгу зашибаешь. Платить я им не стал. Ни этим, ни другим, которые приходили. А за что? И тут мне мой квартирант и говорит: — «Давайте мы с вами официальный договор составим. Всё будет по закону оформлено, и никто мзду требовать не будет». И стал он мне рассказывать, как это делается. Такого мне наговорил, голова чуть не лопнула. И половины его слов не понял. Но эти милиционеры — взяточники мне уже так надоели, что я и согласился на договор. Стал своего студента расспрашивать куда идти и что писать. А он мне говорит: — «Давайте мне свой паспорт, и я сам всё сделаю. Вам только документы для подписи принесу». Дал я ему свой паспорт, а вечером он мне уже и документы принёс. Я ив них тоже ничего не понял. Так подписал. А он мне говорит: — «Паспорт ещё нужен будет. Завтра принесу». А «завтра» пришли те же милиционеры и бумажку мне какую-то в лицо тычут. Говорят. Что квартира не моя, и я в ней не прописан. А я чем докажу? Паспорта нет. Так и остался я без квартиры. Думал, помру с голоду. Пенсия есть, а паспорта нет. А как же без документа? Но нашёлся хороший человек. Ученик мой. Тоже в милиции служит. Он и помог паспорт восстановить. И то, что меня отсюда ещё не выгнал, тоже его старания. Да и жители меня ещё помнят. Правда, не все теперь здороваются.

Слушая Фёдора, Кирилл вспомнил своих родных, свой дом и своего недавнего опекуна.

— А почему этот ученик не помог вам квартиру вернуть?

— Да предлагал он мне и заявление на мошенников подать и квартиру через суд вернуть. Да я не захотел. Не эти, так другие заберут. Да я уж смерился. Бог им судья.

Кирилл принял сидячее положение на диване.

— Ну, как, полегчало тебе хоть немножко?

— Да, спасибо. Я, наверное, уже пойду.

С этими словами Кирилл встал, выпрямился и всё с той же медленной и неуверенной походкой, как и раньше, добрёл до стола и опёрся на него руками.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 216
печатная A5
от 465