электронная
360
печатная A5
387
12+
Живи, танцуя!

Бесплатный фрагмент - Живи, танцуя!

Творческая автобиография

Объем:
44 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-4050-5
электронная
от 360
печатная A5
от 387

Танцевать я научилась раньше, чем ходить

Я совершенно не помню, когда начала танцевать. Моя бабушка рассказывала, что танцевать я научилась раньше, чем ходить. Родители не знали сладу с непоседливым ребенком, которого невозможно было просто так уложить спать. Да и погулять молодым родителям тоже хотелось! Выход был найден неожиданно. Меня укладывали спать в детской кроватке с деревянными перильцами и ставили мне пластинку. Детских сказок тогда не было, зато были «Лебединое озеро» и «Щелкунчик» П. И. Чайковского, его же «Спящая красавица» и «Пиковая дама». Как только за родителями закрывалась дверь, шестимесячная Аленка поднималась на ножки, держать за спинку кроватки, и начинала выделывать свои первые па под музыку Чайковского. Мои первые арабески были сделаны в то самое время. Бабушка тихонько приоткрывала дверь и молча наблюдала за моими «художествами». Пластинка заканчивалась, и утомленный ребенок засыпал с ногами на подушке.

В детском саду я замучила маму просьбами отдать меня «на балет». Насмотревшись на фотографии балерин (а у меня их был целый альбом!), я пыталась сама сшить себе первую пачку из бабушкиного тюля. И была поймана с поличным за этим творческим процессом. В подмосковных Люберцах, где я родилась, была единственная на то время студия хореографии при дворце культуры. Помню зимой, гуляя с дедом по заснеженному парку, я заглядывала через большие окна в зал со станком и завидовала девочкам, которые там занимались. Лет в пять или в шесть, устав от моих просьб, мама сшила мне белую юбочку и отвела меня за руку на пробное занятие в хореографическую студию. Не помню, как звали педагога, помню только, что это была высокая худощавая женщина, одетая во все черное, с очень громким и резким голосом. Я в детстве была далеко не худеньким ребенком, этакой пышечкой с белокурыми кудряшками. Помню нас поставили на середину и сказали что-то делать. Я старалась изо всех сил повторять движения за старшими девочками, но, видимо, не совсем удачно у меня все это выходило. И тут я услышала за спиной разговор аккомпаниатора с хореографом. «И ты хочешь из этого пончика сделать балерину?!» Меня как змея ужалила от этих слов! Я расплакалась в раздевалке и заявила маме, что больше в эту студию не пойду никогда! Бедные родители, они никак понять не могли, что заставило меня так резко изменить свое решение. Никакие уговоры на меня не подействовали, я твердо стояла на своем. Характер уже тогда у меня был просто железный.

Я продолжала танцевать дома, в бабушкиной комнате, вокруг стола. Все носки у тапок были продырявлены — это Лена вставала «на пуанты». Квартира была коммунальная, в каждой из комнат жило по семье и я очень любила ходить «в гости» к соседям и «выступать». Возвращалась домой с честно заработанной конфетой или печеньем.

В Люберцы приезжало много цыган, они толпились на станции, ходили по квартирам, предлагая мед в трехлитровых банках и еще что-то. Мать категорически запретила мне открывать им дверь и вообще пугала, что отдаст меня цыганам за непослушание. Но все взрослые днем были на работе, а я была предоставлена сама себе. Гуляла с утра до ночи во дворе, лазала по заборам и деревьям, играла с мальчишками в «вышибалы» и «казаки-разбойники». А когда забегала на станцию, тайком наблюдала на цыганками в разноцветных юбках и шалях, слушала их гортанную речь и мне все это казалось необычайно интересным и привлекательным. Не знаю уж, что меня так в них покорило, но факт остается фактом, это была любовь с первого взгляда. А уж когда на экраны вышел фильм «Табор уходит в небо..», я на полном серьезе собрала узелок и заявила маме, что уйду кочевать с табором. Зная характер своей дочери, с тех пор пугать цыганами меня перестали. По иронии судьбы я сейчас танцую цыганские танцы на международных фестивалях и конкурсах, и танцы эти пользуются неизменным успехом у публики. Все в один голос утверждают, что у меня есть цыганские корни. Трудно сказать так ли это? Мои дед с бабушкой по материнской линии были из под Пензы, родом из деревни Старая Кутля и в Москву приехали на заработки. Дед выучился на шофера, а бабушка начала зарабатывать мытьем автобусов. На первое время им дали комнату в бараке в Капотне, где и родилась моя мать. Комнату в коммуналке дед получил от завода, в этой квартире я и родилась. А родственников по линии отца я не знаю, во время войны они все погибли и отец в трехлетнем возрасте попал в детский дом. Его потом усыновили приемные родители и дали ему новое имя и свою фамилию.

С родителями и с младшей сестрой.
Мне шестнадцать!

В пионерском лагере, куда меня отправили родители, проводился какой-то конкурс. Нашему отряду досталась республика Узбекистан с ее песнями и танцами. Мне нужно было изображать узбечку. Волосы у меня всегда были длинные и пол отряда заплетало мне узбекские косички. Выступление наше имело большой успех, а вот расплетала я потом и расчесывала свои волосы со слезами на глазах — быстро путающиеся, они с трудом поддавались расчесыванию.

Следующий мой танцевальный опыт был уже в старшей школе, где я танцевала цыганский танец на каком-то концерте. Учиться цыганскому танцу тогда было негде, все приходилось либо брать из спектаклей театра «Ромэн», либо из кинофильмов, многое придумывала сама, конечно. Страсть к импровизации всегда была у меня в крови!


Во время учебы в МГУ им. М. В. Ломоносова, я увлеклась бальными танцами. Помню, по воскресеньям у нас были занятия в доме аспиранта и студента на проспекте Вернадского. Вальс, танго, фокстрот, квик степ, румба и ча-ча-ча не могли оставить меня равнодушными! В первый раз я увидела профессиональных танцоров на конкурсе в Лужниках. Поразило все — гармония движений, пластика, музыка и необычайно яркие костюмы. Все это вихрем пролетело в моей голове и оставило неизгладимый отпечаток на всю жизнь. Но для бальных танцев нужен был партнер, а с этим у нас всегда были проблемы. Поэтому от бальных танцев я ушла, но всегда смотрю их с интересом.

После окончания университета я попала на работу в академический институт металлургии им. А.А, Байкова. Волею судеб я и там оказалась в водовороте событий. Вместе с новыми друзьями мы организовали театральный кружок. Наше первое выступление состоялось под Новый год, где мы с сестрой танцевали дуэтом опять же цыганский танец. Костюмы шили сами, для мониста нам ребята в цеху нарезали кучу кружков из медной пластины (к слову сказать, я на репетиции чуть не задохнулась под тяжестью этого самодельного «мониста»! ). Успех был ошеломляющий! А потом были концерты в подшефном ДЭЗе и на других площадках. Публика всегда хорошо принимала, несмотря на явно любительский уровень и самодельные костюмы.

Восток — дело тонкое!

Мне всегда везло в жизни. Заниматься восточными танцами я начала совершенно случайно. Пришла на занятия в фитнес клуб и с огорчением узнала, что тренер заболел и тренироваться мне сегодня придется самостоятельно. Встала на эллипс и начала уныло крутить педали. Знакомые девчата, видя мою кислую физиономию, буквально за руки затащили меня на занятия восточными танцами. К тому моменту занятия шли уже несколько месяцев, были разучены базовые движения и группа начинала учить самый простенький танец к Новогоднему концерту. Вела занятия Светлана Фефилова — выпускница Свердловского хореографического училища. Меня поразила красота и грация девушки, совершенно заворожила непривычная восточная музыка. Я начала повторять движения как могла, стараясь угнаться за группой. Светлана особенное внимание уделяла работе рук, каждое занятие обязательно заканчивалось работой над руками. Не помню, кому принадлежат эти слова: «Руки — это лицо танца, а пальцы — его глаза!»

Работу над руками я веду всю свою танцевальную жизнь. Просматриваю видео, стараюсь поймать и передать характер танца различными движениями рук, выразить мельчайшие интонации и оттенки.

С Самехом и Ольгой Лесиной на вечеринке TerraBellyParty.

Я занималась у многих педагогов, в школе «Фараоник» Самеха, совсем недолго ходила на занятия к Айде Хассан и Наталье Стрельченко (Фадде), очень много занималась по учебным видео Самиры, Евгении Коптевой и т. д. Но знаковым для себя я считаю тот момент, когда я пришла на занятия к Андрею Туркину (Ратхану). Считаю, что каждому нужно найти своего педагога. В лице Андрея я нашла своего преподавателя. Необычайная точность музыкальной фразировки, тонкость и выразительность в исполнении, разнообразие хореографии — вот что отличает этого артиста. Больше всего мне нравятся занятия, когда мы вместе начинаем придумывать новый танец. Две головы работают в унисон, мы слышим одинаково, понимаем друг друга с полуслова, импровизируем и берем друг у друга лучшее. Никто не работал со мной так, как работал и работает Ратхан. Если это подготовка к конкурсу, то будь готова танцевать до седьмого пота и никого не волнует, что ты устала, голова кружится или ноги уже двигаются с трудом. Пришла в зал — работай!

Мы постоянно общаемся, делимся друг с другом новостями, стараемся поддержать в трудные моменты. С гордостью говорю, что это мой педагог и без него не было бы меня теперешней. Я плачу своей училке сторицей, и от всей души желаю ему дальнейших успехов, способных и благодарных учениц!

Мы часто танцуем на одних и тех же концертах и не упускаем возможности сфотографироваться на память.

С Ратханом на одном из концертов.
На вечеринке «Алессандрия»

«Каторга в цветах»

Увлечение балетом красной нитью проходит через всю мою жизнь. Вы можете заниматься народными танцами или востоком, но чистоту линий и выразительность дают занятия только классическим танцем, в этом я твердо убеждена.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 387