электронная
100
печатная A5
349
6+
Житейские суждения Стёпы Зайковского

Бесплатный фрагмент - Житейские суждения Стёпы Зайковского

Обитатели Волшебного За́мка

Объем:
182 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-0050-4258-3
электронная
от 100
печатная A5
от 349

Слагательница сказочных историй Ева Барсукова проживает в городе Москве и учится во втором классе ГБОУ СОШ №962

Северо-Восточного административного округа.

Честные истории Зайца Степана Степановича Зайковского, рассказанные Евой, отредактировал и иллюстрировал писатель Ким Барссерг.

Волшебный Замок

Обитатели Волшебного Замка

Обитатели прекрасного двухэтажного Волшебного Замка, стоящего на крутом откосе холма возле самой речки, с которой по утрам и по вечерам главный водяной, по прозвищу Ледяной, напускал на Замок туман, были весьма встревожены. С некоторых пор, давнишний обитатель и кухонный приживальщик Волшебного Замка, Заяц Стёпа из рода Зайковских, вдруг, не с того не с чего, начал рассказывать удивительные истории. И в этих историях каждый житель прекрасного средневекового особняка узнавал себя, что было весьма и весьма неприятно, и попахивало злодейством и шантажом.

Заяц Стёпа Зайковский

О том, как Заяц Стёпа стал знаменитым

Общее Собрание Живых Питомцев и Плюшевых Игрушек

Зимний вечер, подвал Волшебного Замка

Родной куст и зайцу дорог…

(Любимая пословица Степана Зайковского)

Живущих в особняке было не так уж и много, если не учитывать всю плюшевую братию, которая жила отдельно в подвале Замка, в большой картонной коробке из-под хозяйской бытовой техники. Все живущие в Замке из числа друзей хозяйки, маленькой девочки Киры, делились на две категории: это те, которые носили натуральные меха и относили себя к Живым Существам, и те, которые носили меха плюшевые, и относили себя к Игрушкам. Но, к игрушкам непростым, а способным мыслить и даже противостоять тем, кто мог передвигаться по особняку самостоятельно на собственных лапах. Поэтому разделение происходило по показателям живучести и игрушечной активности, и делились на меховых и плюшевых, то есть, просто были питомцами и игрушками. Хотя некоторые плюшевые Игрушки, собравшись вместе, могли спокойно противостоять меховым Питомцам, и вступить с ними в жесточайшую борьбу за свои права перед своей хозяйкой, которая с одинаковым увлечением играла как меховыми Питомцами, так и с плюшевыми Игрушками.

Тигр Безглазый Амур

К настоящим меховым себя прописывали в первую очередь такие питомцы, как Заяц Стёпа, покрытый густым черным заячьим мехом, затем шла абсолютно белая Собака Альба, мелкий грызун Хомяк Клёпа, ну, и конечно, рыжая Кошка Соня, которая была старше всех своих меховых собратьев. Все они составляли единый боевой отряд носящих натуральные меховые изделия, выступавшие единым фронтом против всяких там плюшевых недоразумений, несмотря на то, что между собой они жестоко шутили, а иногда даже дрались, обнажая когти и клыки. Да, в общем-то, по большому счёту, они не ссорились и всё это называли играми, приближенными максимально к боевым действиям. Просто, каждый хотел быть поближе к своей маленькой хозяйке, и получить порцию «вкусняшек», или, на крайний случай, ласковое проглаживание по спинке.

Леопард Блестяшка

Их плюшевые собратья были не настолько воинственными — они лежали в своей картонной коробке, дожидаясь момента игры, и каждый имел собственное имя, на которое покорно отзывался. К плюшевому отряду относились: большой рыжий пёс Сеня, маленький медвежонок Ай-лав-ю, крошечный, изгрызенный собакой Альбой полосатый Тигр по прозвищу Безглазый Амур. Все-все-все, и вальяжная Свинка с красным носом-пятачком, одетая в розовую юбочку по имени Роза, и плюшевый Кролик Кирилл со своей розовой плюшевой Крольчихой Барби с дочкой, длинноногим Крольчонком в жёлтом сарафане, которую звали Маруся, и их приёмный сын, лошадь Вася, состояли в Отряде Плюшевых Игрушек.

Рысь Блестящик

Маленькая плюшевая Кошечка по имени Бантик и ее подруга Леопард Блестяшка со своим братом Рысью Блестящиком, также составляли костяк Плюшевого братства. В домике «Картонная коробка» лежало много различной плюшевой воинственности, готовой в любой момент, по зову велюрового сердца, встать на защиту девочки Киры, но, сегодня, мы хотели бы внимательно остановиться и рассмотреть житейские взгляды Зайца Степана Зайковского, особенно после того случая, когда Стёпа, объевшись морковки, заявил:

— Я больше не хочу делить всех по двум признакам — Живые и Мёртвые, всё, хватит! Теперь я буду делить всех по роду: род Зайцев Зайковских и Кроликов Бесфамильных, род Собак Альбатросовых, Кошек Сонниковых, Грызунов Клёпиковых, и, неважно, живые они или плюшевые, потому что все мы относимся к одной семье. Наш самый сильный и древний род Зайцев и братьев Кроликов должен объединиться в одну семью Зайковских!

Медвежонок Ай-лав-ю

— Как так? — Возразила вечно сонная Кошка Соня. — Вот, вы собираетесь живые Зайцы объединиться с плюшевыми Кроликами, а, между прочим, там не всё так гладко в их семье. Когда Собака Альба, будучи не в себе, отгрызла голову их плюшевому сыну маленькому Кролику, я уже не помню, как его зовут, по-моему, Тёма, старший Кролик Кирилл взял себе в пасынки лошадь Васю. И что? Для какой цели они взяли лошадь и называют его своим сынком? Я думаю, что здесь не всё так просто!

— Конечно, гав-гав, — прокашлялась молодая псина, которую некоторые домочадцы звали Альба, а если проще, между собой, то Собака Грызука. — Не будем говорить что, а скажем кто, — это некоторые неприятные плюшевые личности! — С логикой и поступками у Альбы не всегда было всё гладко, и за глаза её иногда называли Альба Тросова или просто — Трос, но тут она превзошла саму себя, — Я думаю, они не просто так взяли себе пасынка лошадь, даже назвали красивым именем Вася, потому-то он и есть Вася — когда вырастет, будет пахать на этот кроликовый плюшевый Рай. Всё «шито белыми нитками»…

Свинка Роза

— Мулине, — сказала розовая Свинка Роза, — мулине!

— А Вас, я бы попросил помолчать, уважаемая Свинка-копилка, — сказал Заяц Стёпа, грозно сверкнув своим заячьим оком. — Вы всё превратно понимаете, семья кроликов не такие меркантильные, чтобы из своего сына-пасынка, Лошади Васи, делать вьючное животное или гужевой транспорт, когда он вырастет. И, почему Вы называете его лошадью? Он же сын, а не дочь. Надо правильно называть Васю не лошадью, а конем! Он, Вася-Конь, и вот, что я думаю, всё это происходит от того, что вы перестали по четвергам посещать нашу Школу Грамотности для зайцев, которую после ужина проводит Заслуженная Учительница и наша хозяйка девочка Кира. Надо будет как-то ей подсказать, чтобы она строже относилась к тем, кто прогуливает уроки, — Заяц Стёпа задумался, почесал лапой за длинным ухом и добавил, — тех, кто получит плохие оценки, мы будем ставить в угол и не будем кормить морковкой.

— Ха-ха-ха-гав, — пролаяла Собака Альба из рода Тросовых, — к чему мне твоя морковка? Я и без морковки прекрасно себя чувствую! А в углу, я и так, правда не стою, а лежу, потому, что там хорошо и никто не наступает на тело, лежи себе и лежи. На Соню Сонникову все постоянно наступают, то на лапу, то на хвост, потому, что, она как ляжет посередине комнаты, так и спит, и, я думаю, нет, точно знаю, она тоже не будет сильно огорчена, если ей не дадут морковку.

— Да, — сказал Заяц Стёпа, — что-то я тут немного «перегнул корнеплод»! Да-нет, же, морковка — это великое лакомство и просто так разбрасываться им нельзя. «Хрум-хрум» — это два великих словосочетания! Да будет велик тот Заяц из рода Зайковских, который придумал есть морковку! Это сладкое слово «хрум-хрум» — наше родовое приветствие!

— Хрум-хрум-хрум, — троекратно прокатилось приветствие по плюшевым кроличьим рядам, воодушевленным речью их предводителя — Зайца Стёпы. Кролики вскочили, отдавая честь друг другу сжимаемыми в лапах красными корнеплодами.

— Слушай, Зайковский, — мягким бархатным голосом решила высказаться сонная Кошка Соня, — ну что ты всё заладил: «хрум-хрум», да «хрум-хрум», нагнетаешь обстановку? Не о том речь, ты не о том ведаешь нам. Я предлагаю, раз мы хотим объединиться по родам, то надо выбрать делегатов в Объединительный Совет, и пусть Стёпа будет Председатель Родового Совета, несмотря на то, что он Заяц, а не Кот.

— С какой Лушей? А, слушай, понял-понял! Я же не против, — выкрикнул Заяц Стёпа, — можно и без голосования. И вот, моя первая директива: «Я, от имени всех-всех-всех объявляю Войну Компьютерному Хаосу и этим Виртуальным Общностям, подобиям, которые прячутся под нашими масками Зайцев, Кроликов, домашних Кошек и Собак. Они живут в своём Виртуальном Мире, и заманивают девочку Киру в свой Компьютерный Хаос. А на самом деле они, нет, даже не хочу говорить это слово…

— Говори, Заяц Стёпа, говори! Раз уже сказал: «А», то надо говорить: «Б». Мы хотим узнать, кто это такие, и что это такое? Нам надо знать, за что и против кого воюем! — Наперебой загалдело плюшевое Собрание.

Овца-Маца

— Зайцу две сливы — заяц трусливый! — Пропела вдруг ни с того ни с сего паршивая Овца под номером 24. Никто не знал, как зовут её на самом деле, все так и звали ее:

— «Овца», — и добавляли, — «Маца!»

Овца-Маца ни на кого не обижалась, она была великим философом:

— «Раз я такая овца, то ничего не поделаешь, придется как-то с этим жить».

Только, иногда, в тоскливый Зимний вечер, когда она на кухне выпивала из тетрапака газированный кумыс, грустила, и пыталась вылезти из своей овечьей шкуры, чтобы побыть просто каким-нибудь другим животным, пусть даже гладкошёрстным. Но, её всё равно узнавали и говорили:

— «Овца, она и в Африке овца», — и громко смеялись обидным, раздражающим барабанные перепонки хохотом.

— Так, что это мы все, взаправду? — Смущённо высказался Заяц Стёпа, сосредоточившись на ком-то в среднем ряду и добавил, — Спасибо за доверие, друзья!

— Филин усатый тебе друг, господин Зайковский! — Пропищал кто-то с задних рядов.

Филин усатый

— Наверное, так и поступим, — не обращая внимания на выкрики, продолжил Заяц, — первыми шагами нашего Совета Рода Игрушек и Живых Друзей, я предлагаю сделать шаги к всеобщему примирению, поэтому, лично я, после собрания, пойду знакомиться со своими плюшевыми собратьями Кроликами Бесфамильными. Но, меня не только как Зайца и друга Кроликов, волнует ещё один очень серьезный вопрос — наша хозяйка девочка Кира стала меньше внимания обращать на нас Живых и Плюшевых, и я сильно негодую по этому поводу. А вы не догадываетесь, уважаемое Собрание, почему это происходит?

— Нет-нет-нет, не догадываемся, откуда нам это знать? — Громко пролаяла собака Альба, проскрипел грызун Клёпа и проблеяла Овца под номером 24 из породы Курдючных.

— Нэт, я дажэ нэ знаю, — добавил протяжно маленький медведь Ай-лав-ю, — я продолжаю видэть такую ситуацию, что никто ничего нэ знаэт, — чувствовалось, что Ай-лав-ю говорил с аглицким акцентом, с трудом подбирая малознакомые русские слова, — у нас появились конкурэнты?

— Конкуренты? Что, это ещё какие-нибудь плюшевые внеземные игрушки? И почему сразу говорят, что плюшевые игрушки глупые и неразвитые? Может быть, как раз наоборот — меховые примитивные и недоразвитые? — Громко проскрипел зубами Кролик Кирилл, глава семейства Кроликового Рода.

— Нет, подожди брат Кролик с обвинениями, — сказал Заяц Стёпа, — я разузнал и довожу до всех слушателей нашего Собрания, что у маленькой девочки Киры появились друзья в виртуальном мире и она с ними проводит гораздо больше времени, чем с нами, живыми и плюшевыми. Вот так, дорогие мои и, может быть, это было бы и не так страшно, но, я боюсь, наступит такое время, когда она настолько подружится со своими Виртуальными Друзьями, что забудет совсем про нас, Живых и Плюшевых. А нам каждый день надо есть нашу любимую морковку, «хрум-хрум».

— Хрум-хрум, — ответил зал, — хрум-хрум, — понеслось по рядам Собрания, а также и из картонной коробки для книг и игрушек.

— Я, Заяц Степан Зайковский, повторяю, эти Сущности живут в Виртуальном Мире, заманивая девочку Киру в свой Компьютерный Хаос. А на самом деле они, нет, даже не хочу говорить это слово…

— Говори, Заяц Стёпа, говори! Мы тебе ещё раз говорим, если сказал: «А», то говори: «Б». Говори, Стёпа, не бойся! — загудели обитатели подвала.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 100
печатная A5
от 349