электронная
36
печатная A5
261
18+
Женщина всегда права

Бесплатный фрагмент - Женщина всегда права

Особенно в стихах

Объем:
68 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-2230-3
электронная
от 36
печатная A5
от 261

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

ГУРЬБА СТРОК

Представь

Без права суеты, без сна, без лёгких снов

Создать спеши последнюю страницу,

И отпустив тебя, закроются ресницы

И ты опустишься в мир сказочных оков…

И будешь спать, доволен и спокоен,

Как после тяжкой битвы сильный воин,

И муза тёплыми губами шепчет явь:

Представь… представь… представь…

* * *

Словами тихими шепчу,

На ухо песни напеваю,

Руками нежно обнимая,

Я так с тобою быть хочу…

Ресниц моих поймала сеть

Твой взгляд. Не выпущу тебя.

Теперь ты сможешь за меня

Без сожалений умереть.

* * *

Гурьбою откровенных строк

Зову я тишину,

Не оставляй меня одну

Ты тоже жутко одинок.

Мой поцелуй

Светлей огня,

О, не испытывай меня

Напором из словесных струй.

Пишу тебе

Который раз

Усталыми клоками фраз

О невостребованном сне.

* * *

Дотронься до моей руки,

Я так в тебе нуждаюсь,

Как пред иконой каюсь,

Мои решенья не легки.

Дотронься до моих плечей,

Горячее услышь дыханье,

Не надо больше состраданья,

Его мне хватит от людей.

Ты — моя сладкая микстура,

Дотронься, излечи меня,

Ни в чём друг друга не виня,

Хотя вела себя как дура,

Но в этом я не признаюсь,

Я гордая и, может быть,

Мне это не даёт любить,

Хотя желаю и стремлюсь.

Дотронься до горячих губ,

Они горят, когда ты рядом,

Не провожай усталым взглядом,

Не будь со мной настолько груб…

Я нежность отдаю тебе,

Прими её, я всё прощаю,

Молчи, ничто не вспоминаю,

Доверься самому себе.

* * *

Свет прозрачный — полуденный свет

Проникает в лазейки и щели,

Но нет счастья и радости нет,

Мы и раньше любить не умели.

Не скучай же, теперь всё как прежде.

Наша жизнь — испытание, дар.

Это просто по нашей надежде

Жизнь наносит контрольный удар.

* * *

Память горькая, я не рыдаю,

Не коробит меня горький вкус,

Я без боли его вспоминаю

И теперь ещё громче смеюсь,

Не гонись словно дикая кошка,

Не страшны мне твои коготки.

Я уже разлюбила немножко,

Но минуты в ночи не легки,

* * *

За глубиною глаз знакомых

Я не ищу ответов новых,

Я не стремлюсь узнать тебя.

Меня устраивает всё,

Ты — одиночество моё

И я боюсь тебя, любя.

Не замечать твоей печали.

Я думала, что мы в начале

Пути, но кажется в конце

И что не миг уходишь дальше.

Я ненавижу лжи и фальши

На сердцу дорогом лице.

Не оттолкни моей любви,

Ты видишь толику меня.

Я жду уже четыре дня,

Ну позвони, ну позвони…

Море внутри

Медленное время утекает,

Капает со стрелок в тишину.

Обоюдно осень с солнцем знают,

Как уметь забыть свою вину.

Шепчет ветер листьями на ивах

И нет слов, в душе сплошное лето,

Кажется всё мирно и красиво

На страницах южного поэта.

Я молчу, метафор нет отныне.

Я смотрю на небо, всё как в море

Переполненное ярко синим

А внутри бездонно голубое.

Я ловлю на щёки бриз отравы,

Той солёной в рваных парусах

Он стекает, обнимая тралы

И щекочет в влажных волосах.

Море благодушное сияет.

На песке, на дне моя душа

И волна, вздыхая, поднимает

Гладкий бок морского голыша.

Я всмотрюсь и словно обнаружу

Новое непознанное чудо…

Перья пены падают и кружат

За кармой потерянного судна.

Никогда я не ходила в море,

Тишиной пучин не наслаждалась,

Но, как шторм во мне бушует горе

И, как штилем счастьем наслаждаюсь.

О девочках

Блуждающее одиночество

От дня ко дну тысячелетий.

На протяжении столетий

Нам всё равно кого-то хочется —

Не половинку, но остаточек

Соей души, пусть неприкаянной

Без сожалений и раскаяний,

Но нам для счастия достаточный.

Окинув взглядом окружающих,

Мы остановимся на главном.

Путём коварным и обманным

Заполучаем провожающих.

И в тёмном переулке кажется,

Что поцелуем на прощание

Он отдаёт нам обещание,

Что навсегда твоим останется.

Скользит рука, неоспоримо,

Сдержать рукой его запястья,

К чьему-то горю или счастью,

Чужие губы метят мимо.

(Не то чтоб стыдно, но волнительно)

Мы взгляд пускаем расточительно

В прогулку по седой луне.

Конечно, если есть она

Или хоть краешком видна.

Поговорим ещё о ней,

Стараясь сохранить осанку.

Потом о том, что очень жалко,

Что надо распрощаться нам.

Вспех обменявшись телефонами,

С печалью, горячо весёлыми,

Прощаемся на этом там

И разбежимся по домам.

(Всё это в возрасте пятнадцати

Со мною в точности случалось.

Я больше с ними не встречалась,

Прощаясь в десять без пяти.)

С наступающим

Хм, загадочное совершенство…

Я свой одинокий поход

По кромке себя в новый год

С какой-то тоской вспоминаю.

Застыли куранты и жесты.

Секунду, я помню, звенел

В ушах оглушающий «Бэл»,

Роняя в зрачках на ионы

Когда-то прошедшие дни…

В душе люди вечно одни.

Тела как тяжелые шторы

Скрывают хозяев от всех…

Так выпьем за новый успех,

За счастье, за деньги, за нас…

Нет, выпью за будущий «Бэл»,

И чтобы огонь не погас

За шторой, а значится в нас,

Кто бы этого там не хотел!

Два омута

Два омута, две чёрные дыры,

Я неизменно в них, как в бездне.

Два жала, как бесценные дары

И нет от них спасенья, хоть ты тресни.

Как в заговоре, и куда ни глянь,

Меня сверлят они безбожно.

Смотрю в них я как загнанная лань

Пугливо, смирно, страстно, осторожно.

И тянет в них, внутрь пламенных зрачков,

На дно, где жар в борьбе за вечный холод,

Где звонкий визг несломленных оков,

Где жажда жизни — вечный голод.

Ну отведи же взгляд, нет больше сил,

Уже сопротивляться нету мочи,

Ушла, но отпустив, не отпустил,

И в мыслях призрак глаз и дни, и ночи.

И этот взгляд, как камень на душе,

Освободи, я так устала биться.

Я не твоя и не вернусь уже.

Я так хочу заснуть, забыть, забыться.

Бой

Мой бой, который, верь мне,

верь,

я проиграю,

Бессмысленный наш лязг,

лязг

душных лат,

Я выгнала, но дверь,

но дверь

не закрываю,

И в буре наших дрязг

Ты только виноват!

Клокочет пламя ссор —

сор —

никому не надо,

Когда же ты поймёшь,

поймёшь

как важен мне.

Давай дадим отпор.

Злость — вор.

Я буду рада.

И этим ты спасёшь

От злости рай в себе.

Будь со мной

Уйти туда, где белый шелк и розовое небо

Струится нам на плечи лёгкой пеленой,

И мы как облака легки и мы с тобой.

Чтоб трогать тишину и свет, и звёздный блик.

Уйдём туда, где мир тебе не будет тяжким.

Уйдём туда, где нет того, к чему привык.

И всё переиначим, всё начнём с начала.

Давай воздвигнем то о чём давно мечтал,

А я добавлю то, о чём сама мечтала.

Пусть будет этот день всему тому причиной.

И в лёгкости своей конечно ты поймёшь,

Что можно быть собой без должности и чина,

Любить без всяких «но», смотреть только в глаза

И не стеснятся наготы и страха,

И не смиряться с «против» когда хочешь «за»,

И не бояться что-то потерять вовек,

Разрушить, разлюбить, не вспомнить, пренебречь,

Ты рядом будь со мной, ты — просто человек.

Весна

Цвётёт весна дурманами цветочными,

Туманом первых листьев на ветвях,

Росой на переломленных стеблях,

Губами тёплыми, губами сочными.

Целует ночь прохладой ярких звёзд.

И каждый лист — клинок без ножен.

Вьёт новое гнездо крылатый дрозд,

Биением сердца своего встревожен.

Все словно в пульсе трепетно дрожит,

Захватывает дух от наслаждения.

В кипучей красоте новорождения

Весна любовью по крови бежит,

Рвёт вены вдохновением к стихам

И колет сердце жаждой без пощады.

Ждёт сердце окрыляющей награды —

Ожога нежности губами по губам.

Сядь рядом

Что есть толку, скажи, жрать себя,

Укорять в неизменном, бояться и ныть.

Если есть что беречь и кого полюбить,

Значит жизнь прогоняем депрессией зря.

Глянь сюда, на дворе нашем осень.

Видишь, листья опали, но они же красивы.

Да, деревья заснули, но они ещё живы

И цепляют верхушками ясную просинь.

Там, как подарок нам, бледное солнце,

Плечи гладит, к покою тебя призывая,

И в скудном тепле его отзвуки мая.

И яркость луча, словно звёзды в колодце.

Средь тусклых взглядов есть ещё глаза,

Которые горят тебе навстречу

И ждут тебя вновь каждый, каждый вечер,

В твои зрачки, смотрясь как в образа.

И тёплые заботливые руки…

Всё в мире для себя останови,

Сядь рядом и так нежно обними,

Чтоб обесценились проблемы, боль и звуки.

Те глаза

Непрерывный поток машин,

Пересечь и прервать нет возможности,

Повседневные вроде бы сложности,

Но нет сил сделать первый шаг —

Бессилие без причин…

Тишиной бы окутать день,

Только пение птиц оставить,

Всё убрать, но оставить память,

А иначе моральный крах,

Нет тебя, остаётся тень…

Вот стою до сих пор. Бордюр

Преграждает мои минуты.

На ногах словно тянут путы,

Будто вечность стою, но миг.

Я сама ненавижу дур…

А внутри понимаю — дура.

Что ты плачешь, проходит всё,

Даже это горе твоё

Не смертельно, прочти из книг…

Я шагаю вперёд с бордюра…

Где ты небо? Сквозь скрежет боль,

Рвётся кожа о грубый камень,

Я лицо закрываю руками,

А в глазах затихает пламень,

Жизнь мою превращая в ноль…

Страх — секунда, потом забытье,

Только холод и яркий свет,

Силы нет, ощущений нет…

И глаза, те… или не те?…

Просыпаюсь, больничный покой,

Руки мои в чьей-то руке,

И глаза те или не те?

Нежно следящие за мной…

И тишина, просто слёзы текут,

Боже, прости, я не хотела,

Всё заживает, ведь это лишь тело,

Особенно если тебя берегут.

Девяностые

Мы родились без бога по закону,

Крестили нас по моде во церквях.

Когда Россия новая в цепях

Меняла коммунизм на зону

И на малиновый пиджак.

На танках по камням Москвы

Менялось время, было так,

Без смысла на крови, увы.

И каждый год меняли ложь,

Учебники истории, как грязь,

Писали каждый год и всласть

Искали правду — хрен найдёшь!

Нас научили быть никем,

Чеченский гул подмял мальчишек,

Быть может, их был и излишек,

Так всё, их нет и нет проблем.

И оставалась пустота,

Мы стали верить, что всё можем.

Тот жизни путь уже низложен,

Но не забудем никогда.

Да, где то Бог наверно есть.

Стесняясь, крестимся пред оком.

И нашим душам одиноко

В бреду, где балом правит лесть.

Дыши

Бессмысленность, бездумность без предела,…

Предательство своих первокорней,

И ели это чувствуешь острей,

То это разум побеждает твоё тело.

Пороки в наслаждениях без ума,

Без состраданья взгляды на убогих,

Машина времени стирает многих,

Но тьма не пустота, а просто тьма.

Опомнишься, оправишься, противно.

Всё, больше нету сил на этот сброд.,

И выступает всем своим вперёд

Душа необратимо и массивно.

Уходишь так в себя, что ты пропал,

Для всех кому не нужен ты такой,

Ты тяжко, но находишь мир с собой,

И всё что потерял и что искал.

Ты видишь небо полное души,

Ты рад простой, без пошлости, улыбке,

Ты всё простишь, исправишь все ошибки.

Дыши, как можешь, всей душой дыши.

Полёт

А небо в голубом своём просторе

Лелеет кучевые облака

И медленно, как белый парус в море

Несёт их в «далеко» издалека.

Причудливо им мнёт пушистый бок,

Вздымает горы лёгкого тумана

И вот грядёт, как белоснежный стог

Меняющая форму плоть обмана.

А птицы рвутся ввысь туда, где Бог

Решает когда крыльям надломиться

Чтоб быстрый птах уже летать не смог,

А смог, упав с небес, разбиться.

И вот, всё понимая, с высоты,

Сложив свои поломанные перья,

В плену стремительной лазурной красоты

Он падает к началу возрожденья.

Флейта

В пустыне, где ветры сухие и жар,

В песках белоснежных идёт караван,

Везёт на верблюдах визирю он дар

За венную службу, погонщик же пьян,

Он пьян, так что ноги его не несут,

Угрюмо верблюды его повезут

В песчаное пекло за пыльный бархан,

Где в клочьях песка всё пожрёт ураган.

И в вихре пустыни он будет молить

Аллаха его камышом возродить,

И в быстрой реке, в объятиях вод,

Любимая стебель пусть этот сорвёт,

Пусть флейтою станет он в нежных руках,

Чтоб жизнью дышал он на нежных губах.

Чтоб песня рыдала о буре ночной,

Чтоб горе её он утешил собой.

И каждый год в эту лунную ночь,

По смирным барханам идёт караван,

Погонщик так бледен и кажется пьян.

Рыдает… Он мёртв. Удаляется прочь.

Туда, где шумит в речке стройный камыш,

Туда, где луна и прохлада и тишь.

Туда, где не спит молодая жена,

В звучание флейты своей влюблена.

Повесть

Нет времени ни у тебя, ни у меня.

Спешу. и ты спешишь, мы оба в беге.

Мы друг для друга словно обереги,

Которые храним мы у себя.

Друг друга ищем ясными глазами

Среди чужих и средь своих людей.

Скучаю с ним, а ты скучаешь с ней.

Я не могу справляться со слезами.

Он спрашивал: «Как мне помочь тебе?».

Что может он, когда люблю другого?

Когда мы вместе — мне тебя столь много.

Когда я с ним — я-нищий на земле.

Ты с ней был груб, но не её вина,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 261