электронная
90
печатная A5
372
16+
Земля, до востребования

Бесплатный фрагмент - Земля, до востребования


4.7
Объем:
224 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4485-0041-1
электронная
от 90
печатная A5
от 372

1

«Холодно. Как же всё-таки холодно… Наверное, этой ледяной пустыне не будет конца. Снежный покров укутал всё вокруг. Он словно гигантское одеяло из моего детства, так же вспучивается холмами и проседает низинами. Снег. Нет ничего кроме снега. Откуда его так много? Я никогда не видел столько снега. А может быть он не настоящий? А что, если вернуться назад?.. Что там позади? Где же мои следы? Ветер! Этот неистовый ветер гонит меня вперёд и тут же заметает мои следы. Пожалуй, лучше идти вперёд. Не помню… как давно я иду, куда и зачем?.. Вспомнил! Мне надо идти вперёд, к солнцу, там тепло и совсем нет снега. Вон, его красноватый, сплющенный диск висит над горизонтом. Я знаю — он зовёт меня, но я никак не могу его догнать и чем дольше я иду, тем меньше он становится. Я устал. Просто очень устал. Мои ноги больше не слушаются меня. Мне нужно отдохнуть, я очень устал, да и зачем куда-то идти… Какой мягкий снег. Голубое небо… Как красиво. Даже ветер, кажется, стих. Я уже совсем не чувствую холода. Блаженство. Больше ничего не хочу, — только лежать и смотреть на небо. Ну, что там мешает мне смотреть на небо?! Кто это? Чья-то фигура. Странно, он почти без одежды — разве ему не холодно? У него очень странное лицо — оно совсем без эмоций. А эти стеклянные глаза?! Что ему надо? Я не могу пошевелиться. Они всё ближе…»

Тело Макса вздрогнуло, как от электрического разряда. Он чуть-чуть приоткрыл глаза. Мурашки пробежали по коже, словно он на самом деле лежал на снегу. Странный взгляд незнакомца, ещё секунду назад стоявший перед глазами, начал медленно таять и улетучиваться, как утренний туман. «Это всего лишь сон…» — подумал Макс, кутаясь в одеяле. Внутренний голос эхом звучал в голове, вынуждая проснуться. Молодой человек лениво потёр лицо ладонями, окончательно открыл глаза, потянулся и повернул голову к окну. Солнечный зайчик на секунду ослепил его сквозь полуоткрытые жалюзи, и ему сразу стало теплее. «Солнце — как хорошо!» — Макс улыбнулся. Зайчик ещё немного поиграл с ним, но уже через миг перепрыгнул на стену.

— Клаус — время?

— Доброе утро, Макс. Восемь часов, тридцать семь минут, двадцать второе августа две тысячи сто пятого года, суббота, — отрапортовал электронный «домовой», как его называл хозяин.

— Открой жалюзи и смени на них рисунок, он мне уже надоел!

Жалюзи сложились наверх, впуская летнее, набирающее силу утро. Солнечный свет хлынул внутрь сквозь большие, до самого пола, окна, наполняя каждый уголок небольшой квартиры своим теплом. Далеко за окном в парке, лёгкий ветерок резвился в кронах деревьев. Макс сразу представил шелестящий звук ветерка, играющего с листвой. Он заложил за голову с растрёпанными волосами руки и окинул взглядом своё жилище. С картины на противоположной стене прямо на него смотрела девушка-циркачка, балансирующая на большом, серебристом шаре. Стройная, черноволосая с причёской-каре, как из старых японских комиксов, она стояла на одной ноге, раскинув руки в стороны. Было в ней что-то жизнеутверждающее. Макс не помнил, откуда у него эта картина, но она ему очень нравилась. Вытянув руки и смачно зевнув, он припомнил странный сон, взбудораживший его. Сон запечатлелся в его сознании так отчётливо, что даже заставил подумать в первый момент, что это происходит на самом деле. «Кажется я вчера, что-то смотрел про Арктику или Антарктиду. Но кто же был тот — с блестящими глазами? И что бы это могло значить?..» — спросил он сам себя, и, не найдя ответа, окончательно стряхнул с себя остатки сна.

Сегодня был выходной, и можно было немного полениться. Неделя выдалась насыщенная: модернизация на работе шла полным ходом. Макс Чемизов — руководитель лаборатории системных разработок в корпорации «Климат», — совсем неплохо для молодого человека в двадцать восемь лет. Когда пять лет назад, ему новоиспечённому выпускнику университета с дипломом магистра в области прикладной информатики предложили работу в корпорации, он даже не раздумывал. Мало кому удавалось сразу заполучить столь выгодное место. Ему даже не пришлось, куда-либо переезжать, так как именно в Метрополисе располагалось Европейское отделение корпорации.

«Климат» — глобальная корпорация, ставшая лидером в области управления земным климатом, довольно успешно внедряла свои разработки по всему миру. А начиналось всё с научно-исследовательского проекта по изучению ионосферы на Аляске в конце ХХ-го века. Потом появились опорные станции на всех континентах. К 2075 году, когда наконец-то было сформировано мировое правительство, вся инфраструктура, включающая ионосферные станции, исследовательские центры и лаборатории перешли под начало, специально учреждённой для этого, глобальной корпорации «Климат». За прошедшие с тех пор тридцать лет человечество получило предсказуемый, управляемый климат: без засух, торнадо, ураганов, внезапных похолоданий и других природных аномалий. Зоны тепла и холода перераспределились. Больше не было изнуряющей жары в районах близких к экватору, и не было сильных морозов в континентальных частях материков. На большинстве территорий, заселённых людьми, поддерживался умеренный климат с незначительными температурными колебаниями и прогнозируемыми осадками. Зоны холода сместились равномерно к полюсам планеты. Управляемый климат, позволил повысить урожайность посевных площадей, которая выросла в несколько раз. К тому же он сделал её предсказуемой, что в свою очередь дало толчок развитию агропромышленности в целом. Это позволило решить проблему обеспечения растущего населения планеты продовольствием.

Макс натянул свой интеллектуальный спортивный комбинезон. Потыкав пальцем в напечатанное на рукаве предплечья табло, ввёл время тренировки, уровень вентиляции и выбежал на улицу. Выходные начинались для него с получасовой пробежки. Макс старался держать себя в форме — как-никак бывший многократный чемпион университета по бегу. Тем более для этого были все условия: хорошая погода и парк рядом с домом, по аллеям, которого он и имел обыкновение бегать. Вот и сейчас его поджарая, мускулистая фигура удалялась вглубь парка, наперегонки с велосипедистами, наполняя атмосферу утреннего города энергией молодости и вызова…

— Клаус! Овсяная каша, тосты и кофе на завтрак! И ещё проверь почту и загрузи газеты, — вошедший бегун уже стягивал с себя комбинезон, глядя на табло.

— Выполняю, — пробулькал домовой, который был везде и одновременно нигде, так как, по сути, сам являлся сложной программой-интегратором, обеспечивавшей полное управление домашним хозяйством. Клаус был детищем Чемизова, чем он втайне гордился. Но, тем не менее, он не останавливался на достигнутом результате, постоянно внося коррективы в эволюционное развитие своего создания.

«Пульс, дыхание, средняя скорость… итого комплексный результат — сто тридцать пять единиц. Не максимум, но тоже неплохо!» — окончательно разоблачившись, он направился в душ. Гидромассаж придал бодрости. Наконец, начисто выбрившись и одевшись, он вышел из ванной комнаты. Завтрак уже ждал в кухонном комбайне, распространяя по квартире аромат свежезаваренного кофе. Макс взял прозрачный сенсорный лист газеты из док-станции и пошёл завтракать. Обычно он просматривал колонки специализированных технических изданий. Его взгляд наткнулся на один из заголовков.

— Объявлен победитель ежегодного, открытого конкурса кодировщиков, — он процитировал вслух, хрустя тостом и запивая его кофе. — Кто, кто? Петровский? Да неужели!

В удивившем Макса газетном сообщении говорилось о его бывшем сокурснике — Леоне Петровском. Коллеги по университету, включая самого Макса, недолюбливали Петровского, считая его зубрилой и человеком, лишённым творческого подхода. Обладая довольно нетривиальной внешностью — белобрысый, с белёсыми ресницами, почти альбинос, да ещё, будучи на голову выше своих сокурсников, — Петровский всегда смотрел на окружающих свысока в прямом и переносном смысле. К чужим успехам он относился ревностно, очевидно, считая себя непризнанным гением. К тому же он никогда не проявлял себя вне рамок обучающего курса, а тут вдруг победитель конкурса. Хотя надо добавить и конкурс то был так себе, — средней руки. Прикончив завтрак и хлопая свёрнутым в трубочку пластиковым листом газеты, Макс пошёл к рабочему столу.

— Клаус, ты проверил почту.

— Макс, у тебя одно новое сообщение. Поступило вчера в двадцать три пятнадцать, — бесстрастно ответил Клаус.

«Надо бы сделать его голос более эмоциональным», — подумал Чемизов.

— Ну-ка, ну-ка. Разверни. Так, — Збышевский, — он развалился в кресле, закинув руки за голову и водрузив ноги на стол. — Давай запускай!

«Макс, пробовал тебя вызвать вчера, но ты уже, наверное, спал, а твой Клаус не стал тебя беспокоить. К большому сожалению, сообщаю, что не смогу появиться на встрече. Планы несколько изменились, навалилась куча дел по работе. Жаль, что не смогу повидаться с ребятами. Передавай им привет. Но есть и хорошие новости. К концу недели, если ничего не изменится, — обещаю быть! В общем, сообщу дополнительно», — краткий сигнал завершил видеозапись от Збышевского.

— Ну вот, а мы надеялись посидеть… — он не успел докончить фразу, как на мониторе появился вызов от Чана.

— Привет Макс! — Дэмиан помахал рукой с экрана монитора и, повернув голову куда-то назад, добавил:

— Ты посмотри, Пол. Опять за него всё Клаус делает!

— Ну… — глубокомысленно начал Чемизов. — Дело в том, что у кого-то есть Клаус, а у кого-то его нет! — при этом он нарочито стал покачиваться в кресле.

— По-моему кто-то хвастается, тебе не кажется, — Чан опять обратился к Кушниру. — Ну что? Договор в силе? Мы тут с Полом все задницы отсидели на этой конференции.

— Конечно, больше-то всё равно там делать нечего было, только задницы и отсиживать, — подхватил Кушнир, выглядывая из-за плеча Чана.

— Спокойно ребята! Встречаемся, как договорились в семь часов в центре Фарадея, наверху, но в усечённом составе. Ян сообщил, что не сможет прилететь на встречу.

— Ну вот! Мог бы и подсуетиться. Уже не в первый раз, да Пол? — Чан повернул голову назад.

— Точно! — лаконично отрезал Пол.

Вечером должна была состояться встреча друзей — команды единомышленников, образовавшейся ещё в студенческие годы. Чемизов, Чан, Кушнир и Збышевский познакомились, когда только поступили в университет. Они все приехали учиться из мест, удалённых друг от друга на тысячи километров. Из них первые двое выбрали информационные технологии, Кушнир робототехнику, а Збышевский пошёл на исторический факультет. Свели их вместе престижные университетские соревнования по бегу, в которых каждый хотел победить, но победителем стал именно Чемизов, который обогнал всех, включая старшекурсника, победителя прошлого года. И если Кушнир со Збышевским хотя бы попытались составить конкуренцию Чемизову, то Чан вообще пришёл к финишу одним из последних. При этом его восторженно-радостное лицо могло ввести в заблуждение человека, не следившего за соревнованиями, оно как бы говорило: «Да это же я чемпион!». Позже они все ещё не раз встречались на беговой дорожке, но победить чемпиона им так и не удалось. Чемизов стал единственным, кто ни разу не проиграл эти соревнования за все годы учёбы. Очевидно, что дух спортивных состязаний сблизил абсолютно разных по темпераменту, но, тем не менее, похожих друг на друга своим упорством молодых людей. Так завязалась дружба четырёх студентов. После окончания университета друзья разъехались кто куда, но постоянно держали связь друг с другом и по возможности встречались. Как раз на этой неделе в Метрополисе проходила всепланетарная конференция по развитию робототехники и систем связи, на которую приехали Чан и Кушнир.

Метрополис — самый молодой, инновационный и индустриальный центр на евразийском пространстве, стал Меккой для разного рода глобальных промышленных выставок, семинаров и конференций. Такой случай нельзя было упускать, и друзья договорились встретиться субботним вечером. Збышевский, работал в Центральном Историческом Архиве в Новом Амстердаме. Из друзей он жил ближе всех (не считая Чемизова) к Метрополису — городу, который стал для них родным. Поэтому он чаще других встречался с Максом, но не в этот раз.

Макс ещё немного поработал над исходным кодом небольшой программы для Клауса, которая должна была облегчить тому управление домашней техникой, затем потянулся и произнёс вслух:

— Ладно! В конце концов, сегодня суббота, надо же и отдыхать когда-то! — ему явно надоело это скучное занятие.

За окном ярко светило солнце, день был просто замечательный. Макс решил прогуляться и заодно перекусить в одном из многочисленных кафе. К тому же дома совсем не осталось свежей выпечки, которую он так любил, и которая в исполнении домашнего комбайна под управлением Клауса почему-то получалась не такой вкусной. Только он начал собираться, как раздался сигнал домофона. Макс подошёл к двери и посмотрел на дисплей. За дверью стояли двое — молодой человек и девушка, одетые в серебристые комбинезоны с облегающими капюшонами, стилизованные под роботов. Они синхронно помахали руками, изобразив при этом улыбки на пол-лица.

— Ну сколько можно! Опять эти идиоты! — пробубнил он вполголоса и нажал на кнопку.

Когда входная дверь отъехала в сторону, эти двое бесцеремонно промаршировали в квартиру, размахивая руками, очевидно, подражая роботам, повернулись к хозяину лицом и начали:

— Чистый дом к вам пришёл,

— И помощника привёл,

— Наш помощник чистит, драит,

— Никогда не отдыхает!

Читая свою речовку, они размахивали руками вправо-влево, а когда закончили, то одновременно хлопнули в ладоши пару раз.

Макс уныло вздохнул, и начал было:

— Я уже говорил сотрудникам вашей фирмы, что у меня есть робот-уборщик…

— А у вас какая серия? — перебила девушка визгливым голосом.

— Восьмисотая, — ответил Чемизов.

— Ага! — подхватил парень, видя, что есть за что зацепиться. — А мы предлагаем Робота Домашнего Универсального — РДУ 854М, то есть модернизированного!

— Всего за небольшую доплату мы заменим вашего старого робота новым! — опять вступила девушка.

Макса уже начало утомлять это действо, но он, стараясь сохранять спокойствие, продолжил дискуссию:

— У меня как раз самая последняя модель — РДУ 854МУ.

— МУ?.. — с недоумением переспросил молодой человек, явно застигнутый врасплох. — Но мы ничего не слышали про такую модель.

— МУ — значит модернизированный, усовершенствованный, то есть усовершенствованный мной! Я отключил его дребезжащий голос, которым он постоянно спрашивал: «Не нужно ли что-нибудь ещё почистить?» И вообще им сейчас Клаус командует. Так ведь, Клаус?

— Именно так. Программное обеспечение модели РДУ 854М усовершенствовано с целью повышения взаимодействия с интеллектуальной средой дома, — внёс пояснения Клаус.

Сотрудники компании «Чистый дом» огляделись по сторонам и, не увидев никого и ничего, вперили свои взоры в хозяина квартиры.

— Ну, если всё же вы… — вяло начал молодой человек, но Чемизов его перебил.

— То я сразу же вас вызову!

Когда дверь за не зваными гостями закрылась, Макс скомандовал:

— Клаус, отправь на информер внизу сообщение о том, что наша квартира не нуждается в усовершенствовании. Далее, закажи моющее средство для нашего друга — РДУ 854МУ и… — он заглянул в холодильное отделение автомата-приёмника, — пищевые наборы номер пять, тринадцать… так, индейка со спагетти у нас какой номер?

— Двадцать четыре, — ответил Клаус.

— Значит, двадцать четыре. Ну и сам посмотри, чего там не хватает. И ещё, я загрузил исправленный блок программы. Пока меня не будет дома, проверь её работоспособность и проведи анализ на наличие багов, а то в прошлый раз автомат-приёмник загрузил моющее средство в холодильный отсек, а молоко в обычный, где оно и скисло! Я хочу знать всё — в общем, всё, что сможешь нарыть, э-э… в смысле узнать! — поправился молодой человек, чтобы не запутать Клауса, который иногда неправильно интерпретировал слова.

Ближе к вечеру Макс уже возвращался домой, когда у лифта встретил своего соседа Виктора Лорье, которого он знал ещё с университетских времён.

— Макс, ты слышал? — Лорье находился в состоянии эйфории и, похоже, повод для этого был серьёзный.

— Не знаю. А что именно?

— Ах, ну да! Официально об этом объявят в понедельник. Зайдём ко мне, это потрясающе! Просто потрясающе! — он вцепился в рукав Чемизова и не собирался его отпускать. Лорье потянул Макса внутрь, продолжая при этом жестикулировать другой рукой, и повторяя:

— Ошеломляюще! Просто удивительно, но ведь именно сейчас…

Впрочем, Макс и не думал сопротивляться — Лорье был настолько убедителен, что отказаться от предложения зайти в гости не представлялось возможным. Он жил двумя этажами ниже, и они частенько с Чемизовым общались по-соседски. Лорье затащил жертву в свою холостяцкую квартиру и побежал к компьютеру. Он был старше Чемизова почти вдвое, но, несмотря на это их можно было назвать друзьями. Хотя старший товарищ относился к младшему, скорее, как к сыну, так как своих детей у Виктора не было. Когда-то он был женат — фотография жены в потёртой рамке всегда была у него на столе. Она погибла в нелепой для того времени авиакатастрофе. Лорье, как говорили в университете (а было это лет тридцать тому назад), сильно горевал и долго не мог прийти в себя. Снова семью он так и не завёл, наверное, он был однолюб. С тех пор Виктор, целиком посвятил себя профессии. В университете Чемизов иногда посещал факультативные лекции по астрономии, которые читал Лорье, хотя для себя выбрал другую профессию. Ещё в детстве Максу нравились книжки, в которых какой-нибудь космический герой спасает мир, а звездолёты курсируют в межзвёздном пространстве, как общественный транспорт. С возрастом детское увлечение космосом трансформировалось в хобби, — даже теперь он мог безошибочно найти в ночном небе многие звёзды, знакомые ему с детства. А пять лет назад, когда Чемизов переехал в этот дом, они уже общались с Лорье, как старые знакомые, тем более что оба были людьми увлечёнными.

Астрофизик вывел на монитор целую кучу спектрограмм, изображение звёздного неба и уже махал рукой.

— Свершилось! — он гордо сложил руки на груди и начал покачиваться на каблуках.

— Да говорите уже! — Максу передалось возбуждение хозяина квартиры.

Астрофизик крутанулся вокруг своей оси, как волчок и, взмахнул руками. Макс улыбнулся — это никак не вязалось с возрастом Виктора и степенью, доктора наук. В такие моменты этот невысокий, кругловатый человек, превращался в мальчишку.

— Сразу две обсерватории зафиксировали сигнал из дальнего космоса! — он указал на остроконечное возмущение на одной из спектрограмм.

— Серьёзно! Вот это да! — Макс действительно был удивлён. — И что теперь?

— Ну… — Лорье почесал рыжую шевелюру, потом бородку, — теперь предстоит кропотливая работа по расшифровке сигнала. Он ненадолго задумался, а затем снова оживился:

— А самое главное, мы сразу поняли — сигнал искусственного происхождения!

— Надеюсь, после этого в Космическом Бюро начнут шевелиться?.. Марс, Юпитер, Плутон… выхожу за пределы солнечной системы… — Чемизов расставил руки, изображая ракету и покачиваясь из стороны в сторону начал кружить по квартире.

Лорье сел на стул и с сомнением покачал головой.

— Эх, времена уже не те. Когда я ещё учился в школе, все мальчишки мечтали работать в Космическом Бюро, — память Виктора понесла его на много лет назад. — После объединения космических отраслей всех стран, Бюро стало центром притяжения учёных со всего мира. Сначала всё шло неплохо — вторая лунная программа, экспедиции на Марс, Венеру, Европу. Но со временем, там, — он указал большим пальцем правой руки, куда-то позади себя, очевидно, имея в виду Новый Амстердам, столицу мира, — приоритеты стали меняться. Они решили, что выгоднее сначала разобраться с делами на планете, а уж потом лезть в космос. Только за последние годы было свёрнуто несколько программ освоения планет солнечной системы, я уже не говорю о дальнем космосе. Одна надежда осталась на третью лунную программу. Ведь она сулит нам почти неиссякаемый источник энергии на многие тысячелетия вперёд, — он снова вскочил. — Где ещё, скажите мне, имеется почти под носом гелий-3. Тем более начало уже заложено второй лунной программой, — на Луне есть постоянно действующая база. Эх! В детстве я зачитывался историей первых лунных и марсианских экспедиций… Хотел бы я жить в то время. Какие были энтузиасты, — люди мечтали покорить вселенную, а сейчас нам говорят, что космос подождёт! — Лорье опять покачал головой.

— А что с базой на Марсе?

— С Марсом всё тоже не просто. Пока там работают экспедиции вахтовым методом, хотя работы непочатый край. Но то ли с финансированием какие-то проблемы, то ли ещё что. Даже у нас в Космическом Бюро нет чёткого представления, о будущем космической отрасли. Орбитальная группировка не обновляется, ну может быть за исключением спутников связи. Многим челнокам уже нужен капитальный ремонт. А про космическую станцию слышал?

— Вы про «Альфа-17», где челнок не мог отстыковаться?

— Нет! — Лорье махнул рукой, как будто упомянутое Максом событие было сущей ерундой. — Я про «Зевс». Там произошла полная разгерметизация одного из отсеков, потому что приводной механизм створок шлюза вышел из строя. Вопрос — а почему? Ответ — а потому что морально устарел, а новый собирались поставить только в следующем году. Хорошо, что отсек был пустой, и с другой стороны включилась аварийная защита. Так ведь это же — «Зевс»! — он многозначительно потряс указательным пальцем правой руки над головой. — С него осуществляются все экспедиции в пределах солнечной системы. Нет! Не понимаю!

Было видно, что Лорье принимает всё это близко к сердцу — долгие годы работы связывали его с Космическим Бюро. Он представлял собой классического учёного-идеалиста, который и сам мечтал когда-то вырваться за пределы Земли.

Когда Макс поднялся к себе, Клаус уже закончил с заданием, судя, по информационному сообщению, на мониторе. Но ему не хотелось сейчас вдаваться в подробности, тем более что нужно было подготовиться к вечерней встрече друзей. Отдав домовому последние распоряжения, и быстро собравшись, он выскочил на улицу и зашагал в сторону остановки электробуса.

Трёхсекционный электробус бесшумно подъехал к остановке и, раздвинув двери, вобрал в себя всех ожидающих. Приятный голос оповестил о маршруте движения и следующей остановке. Максу нужно было в центр города — это всего четверть часа наземным транспортом от его места проживания. Он поднялся на второй ярус, откуда открывался лучший вид, и занял место у окна.

«Надоело носить с собой кучу электронных устройств? Цените компактность? Хотите всегда оставаться на связи и быть в курсе событий? Тогда новый флокс пятисотой серии с голографическим экраном — ваш выбор! Теперь доступен в новом цвете!» — вещал голос из информационных головизоров, нависавших над головами пассажиров.

Общественный транспорт, существовал в Метрополисе, как собственно и везде, в виде трёх модификаций: наземный — электробусы, подземный — метробусы и высотный — аэробусы. Весь наземный транспорт использовал шасси с генератором антигравитации — гравициклом, принцип действия которого основан на вращении кольца из сверхпроводника в магнитном поле мощных неодимовых магнитов. Изобретённый ещё в первой половине ХХ-го века, он по какой-то причине не получил своего дальнейшего развития и только спустя сто с лишним лет стал основой всех транспортных средств. Полностью заменив собой, двигатель внутреннего сгорания, гравицикл напрямую способствовал значительному сокращению уровня парниковых газов в атмосфере и как следствие улучшению экологии окружающей среды. Именно гравициклу, а не его создателю даже поставили несколько памятников, так как авторство было спорным. Теперь в разных модификациях, — одиночный или парный, он стоял в чреве любого электробуса, грузовика или бесколёсного потомка мотоцикла, которого так и назвали именем двигателя — гравицикл. Наземный транспорт передвигался по обычным дорогам, а более скоростной — подземный и высотный скользили на магнитной подушке по монорельсам, уходящим в тоннели под землёй и взмывающим наверх по виадукам. Весь общественный транспорт к тому же был полностью роботизирован.

«Культурно-информационный центр Фарадея», — доложил электронный кондуктор.

Макс вышел из электробуса и направился в кафе наверху центра Фарадея под самым куполом из стекла. Он прибыл как раз вовремя — Кушнир и Чан уже поджидали его за столом. Друзья вышли навстречу поздороваться с ним.

Каштановые волосы, аккуратная стрижка с чёлкой, зачёсанной назад, тонкий нос и чёрные изогнутые брови на овальном лице — Чемизов всегда излучал какую-то уверенность. А умный взгляд его тёмно-синих глаз и улыбка, всегда притягивали к нему людей.

— Всех приветствую! Ян, обещал быть через неделю.

— Ну, это уже без нас. Опять он изменил нам со своей исторической наукой, — пошутил Пол Кушнир.

— Смеёшься? А может быть, как раз он и будет писать историю! — возразил Дэмиан Чан.

— Хорошо умники, я ему передам. — Макс вместе с друзьями уселся за столик. — Сколько же мы не виделись?

— Наверное, с полгода, а то и больше, — Кушнир почесал гладковыбритый затылок. Он начал лысеть ещё в университете, но нисколько от этого не страдал, хотя и подвергался насмешкам со стороны друзей.

Они выпили местного зелёного метроэля и стали обсуждать свои дела.

— Ну что? Я слышал, среди нас есть суперпапаша, — Макс сделал вид, что не знает, о ком он говорит.

— Уже третий, — прошептал Пол.

— Эх, Дэмиан, он же Демин, — Макс похлопал друга по плечу. — И кто на этот раз?

— Мальчик, опять мальчик, — невинно ответил Чан, ставя портфель на стол, — хотите увидеть?

— Конечно, хотим, — Макс придвинулся поближе.

Дэмиан активировал с флокса на руке боковую плоскость портфеля, которая одновременно являлась печатным экраном, и связался с домом:

— Линь посмотри, кто тут у нас!

— Привет Макс, здравствуй Пол! — она широко улыбнулась с экрана.

— Эй, кого я вижу! Линь! Прекрасно выглядишь! А где малыш? — Макс давно не видел жену Чана.

— Он ещё маленький и много спит. Кстати, мы назвали его Никки, Дэмиан не сказал? — она посмотрела с экрана в сторону мужа.

— Да, его зовут Ник Чан. По-моему, неплохо звучит, — Дэмиан сделал вид, что советуется с женой, за спиной которой бегали взад-вперёд старшие сыновья.

Невысокий, худощавый паренёк родом из Шанхая завёл семью, только поступив в университет, то есть Чемизов знал его исключительно семейным человеком.

— Ладно, ребята не буду вам мешать, тем более у меня ещё есть дела, — Линь помахала рукой.

Друзья Чана попрощались с его женой, и он убрал портфель.

— Макс, посмотри-ка на этого хитреца, — Пол Кушнир потрепал рукой жёсткую шевелюру Чана. — Мало того, что он уже трижды отец, так он ещё и работает на ту же корпорацию что и ты. Ты в курсе?

— Это, правда, Дэмиан? И где же?

— В Азиатском отделении, в Гонконге Мне просто повезло — им срочно нужен был аналитик, — скромно поделился Чан, почёсывая затылок, — а я как раз искал новую работу.

— А ты Пол?

— А что я? Работаю сейчас на небольшую компанию. Кстати у нас много заказов, разъезжаю по всему миру. Занимаемся монтажом и программированием роботизированных систем, а также средств идентификации личности.

— Ко мне, кстати, опять приходили сегодня из компании «Чистый дом», предлагали своё изделие, — Макс улыбнулся, припомнив сегодняшний концерт.

— Робокот — не доставит вам хлопот! — Дэмиан с иронией в голосе пропел рекламный слоган и повернул своё невинное лицо к Полу.

— Ха-ха-ха! Мы такой ерундой не занимаемся! — Пол передразнил Чана и продолжил:

— Мы можно сказать, на передовой, роботостроения! Хотя стало сложнее получить доступ к новейшим технологиям, да ещё эти из «Стража» на пятки наступают.

— Мой сосед, доктор Лорье, надеюсь, помните такого? Так вот, он тоже сегодня жаловался, что у них в Бюро проблемы: оборудование изнашивается, космические программы сворачиваются.

— Пожалуй, в этом что-то есть, — вставил Дэмиан, — акцент явно сместился из космоса в сторону климата и сельского хозяйства.

— Да с космосом, что-то явно неладное, — подхватил Пол. — Я слышал, станции изучения дальнего космоса собираются законсервировать на неопределённый срок. Странно всё это как-то.

— Но ведь это происходит не только с космосом. Вы задумывались о том, что компьютерная индустрия, да и робототехника давно топчутся на месте. Все революционные идеи откладываются в долгий ящик, под разными предлогами — не выгодно, бесперспективно, нет средств и так далее, — продолжил Чемизов. — Помните исследования по ускоренному переносу информации в мозг человека.

— Как не помнить, — перебил Пол, — ты же был волонтёром в тех экспериментах, кажется на первом курсе. Один шлем с проводами чего стоил!

— Вот именно! Это же революционная технология! Только представьте себе, насколько ускорился бы процесс обучения, используй её с самого детства.

— Но ведь программу как-то быстро закрыли.

— И формулировка — дескать, технология оказалась неработоспособной! А я как сейчас помню тот единственный сеанс переноса и уверен на сто процентов, что она рабочая. Ведь я после этого выиграл олимпиаду по математике.

— Друзья, я думаю, вы сгущаете краски, — Чан был неисправимым оптимистом. — Не забывайте, сколько усилий было потрачено на всеобщую глобализацию, инфраструктуру, изменение климата. Ещё полвека назад в Северо-восточной Сибири температура зимой опускалась ниже минус пятидесяти градусов по Цельсию, а сейчас минимум — плюс пять! Территория тундры превратилась в посевные площади. Да, сегодня на гиперзвуковых ракетопланах за пару часов можно добраться в любую точку планеты. А торговля и услуги?! Сегодня человек обеспечен почти всем! Так что друзья не всё так печально.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 90
печатная A5
от 372