Бесплатный фрагмент - Записки пропавшего программиста

1

— Коленька, почему стоим?

— Елена Андреевна, вы хоть и мой руководитель, но иногда такая недальновидная. Посмотрите пожалуйста на пейзаж впереди.

— Ну и что? Маленькая лужа!

— Это не маленькая лужа, это целое море с неизвестным фарватером. До конца маршрута осталось семьсот метров. Я отсюда вижу эту вашу гостиницу. Предлагаю закончить поездку и пройтись пешком. Ваш чемодан я донесу.

— Коленька, ты хоть и мой подчиненный, но такой недальновидный! Посмотри на мои дорогие туфли. Ты хочешь, чтобы я их окончательно испортила в этой жуткой липкой грязи? Давай, езжай. Крути баранку и не рассуждай.

— Да сядем по самое пузо! Просил же Ниву, нет, вы мне дали эту китайскую «пузотерку»…

— Это просто лужа… Подожди, Даша звонит. Да, моя дорогая… Я уже почти приехала, водитель трусит. Я смотрю прямо на серое здание. Нет, никого не видно. Конечно, я помню о подруге Саши. Это ужасно. Как ты говоришь его зовут? Виктор Летягин. Хорошо, будет в приоритете. Давай, дорогая… Вот видишь, Николай, звонит моя сестра. У нее дочка дружит с некой Олесей, у которой был возлюбленный. Этот возлюбленный уехал в хутор Светлый делать сайт для агрофирмы и пропал. Теперь у Олеси депрессия, и у Саши тоже. На меня давит Серов и сестра звонит каждый день. И не только программист исчез, а весь хутор пропал. Никого не осталось, просто вдруг опустел. На полях стоят брошенные тракторы, двери в пустых домах открыты настежь, не видно ни одной собаки, кошки или курицы и только холодный ветер царит в этом странном месте. Вот такие пироги, Коленька, а ты лужа, лужа…

— Я понял, Елена Андреевна. Но если завязнем — сами будете отвечать.

— Давай под мою ответственность!

Машина медленно двинулась по луже, утопая в грязной мутной воде. И хотя было всего лишь пять вечера, тяжелые мрачные сумерки резко упали на дорогу, укрыв ее плотной пеленой тьмы, было влажно и слишком тихо. В полях клубился плотный туман. Какой-то странный чужой мир был здесь, в этой опустевшей местности. И еще более странной казалась большая двухэтажная гостиница, стоявшая посреди поля. Длинное серое здание, напоминающее барак, было слегка украшено веселой красной крышей. Елена видела фотографии сверху: вокруг несколько чахлых деревьев и что-то вроде озерца, где паслись коровы. Дорога гравийная, которую сейчас не видно под лужей.

Казалось, что никакого смысла в этой гостинице не было. И ее словно не люди построили, а возвел какой-то вселенский всемогущий разум, словно желая посмеяться над нелепостью этого дома посреди полей и лесов. По плану здесь должны были построить трассу, но дорожники не торопились: проект казался невыгодным. Было бы более рационально сделаться трассу южнее на десять километров, там было месторождение нефти и крупная деревня. Но спор шел до сих пор, так что с гостиницей явно поторопились и теперь она стояла полностью заброшенная. Было ощущение, что здесь царил позапрошлый век. С другой стороны дороги в поле стоял трактор Джон Дир и это было единственным подтверждением, что люди тут вообще когда-то были.

Предположим, что жители хутора Светлый решили просто покинуть свои дома и переселиться в город. Необычно, но пока что никакой мистики. Собрались и уехали все разом, бывает. Но остался вопрос об агрофирме «Солнышко», она вполне действовала, закупала трактора и удобрения. Елена вчера видела отчет о хозяйственной деятельности. Фирма не была убыточной, прекрасно выращивала рис и редиску. Напротив, за последние полгода ее доходы возросли в два раза. Видимо редиска была хорошего качества. Мало того, директор пригласил из города программиста, чтобы сделать сайт. Программист прибыл, вселился в гостиницу, сообщил об этом своей девушке Олесе, а далее связь прервалась.

Синоптики сообщали о сильном южном ветре (в двадцати километрах от хутора было море), который подпортил чудесную осеннюю погоду. Разразился ураган и далее связь полностью пропала. Скорее всего был обрыв проводов или что-то вроде того. Примерно месяц от хутора Светлый никаких сообщений не приходило, сайт так и не был сделан, телефоны председателя и директора агрофирмы не отвечали. Несколько любопытных из соседней деревни пытались попасть в хутор, но на дорогу упало большое старое дерево, столетний дуб. Дорогу перекрыло. Дуб убрали только вчера и Серов вызвонил Елену и поставил расследование произошедшего приоритетным делом. Дорожники требовали доклад с пояснением происходящего.

Скорее всего было принято решение о строительстве трассы все-таки в этом месте и следовало наладить связь с местными, привезти персонал в гостиницу и начать работы. Впрочем, в этом деле все строилось на пустых догадках и ни одного рационального объяснения не приходило в голову.

Коленька тихонько матерился, «переплывая» глубокую лужу. Пару раз машина на что-то налетела и было долгое напряженное молчание, казалось, что все, застряли, но все же они добрались до асфальтированного въезда в гостиницу и только тогда водитель облегченно вздохнул.

— Прибыли, Елена Андреевна.

— Ну вот, я же говорила, все хорошо.

— Надо проверить электричество в гостинице, иначе вы тут замерзнете ночью.

— Иди, проверяй.

Она неохотно вышла из машины, ежась на холодном осеннем ветру. Ветер бахал дверью и в этом звуке было какое-то мрачное отчаянье. Не было слышно ни птиц, ни шелеста листьев на деревьях. Как будто они попали в компьютерную игру, чья атмосфера была задумана угнетающей и унылой.

— Как думаешь, что тут могло произойти? — спросила она водителя, оглядываясь вокруг и не спеша заходить в гостиницу.

— Кхм… — отозвался водитель, с усилием втягивая чемодан по ступенькам. — Не знаю, куда они делись, но у меня другой вопрос: как они вообще тут жили? Газа нет, водопровода тоже, только свет, поля и леса. Глушь, тьму таракань…

— Ну не скажи. — Елена указала на брошенный трактор. — Люди обрабатывали поля, продавали рис и овощи, даже получали неплохую прибыль. Единственное, мне непонятно, как этот программист собирался делать сайт, ведь интернета тут нет.

— Вот с программистом все как раз ясно. — Отмахнулся Николай и остановился перед входом, прислонив к двери чемодан. Из-за массивного пуза ему было тяжело дышать. — Приехал, встретился с директором агрофирмы, взял деньги и свалил. Сказал — у вас тут связи нет, я в городе сделаю сайт и все… как ветром сдуло. А бабу свою он просто бросил. Кто его теперь найдет? Сидит где-нибудь в Сочи и пропивает денежки агрофирмы.

Елена пожала плечами. Что-то тут не сходилось. Например, эта самая подружка ее племяшки — Олеся, та была уверена, что программист никогда бы ее не бросил. Любовь и все такое… Его вещи, машина и планшет остались у нее дома. Вряд ли пацан вот так взял и свалил.

— Заходим? — как-то неуверенно спросил водитель.

— Да. Чего ждать?

Они зашли и в коридоре включился свет. Несмотря на неприглядный вид снаружи, внутри гостиница была вполне современная и уютная. На полу даже лежала ковровая дорожка, стены имели отделку декоративной штукатуркой, белые двери приятно освежали, на стенах горели светильники в стиле лофт с натуральной деревяшкой и со свисающими лампами мягкого света. В гостиницу вложили немало денег.

— Хорошо, что свет есть. — Констатировал факт Николай и стал открывать все двери в коридоре. — Выбирайте комнату, Елена Андреевна. А я пожалуй вас покину, мне еще обратно ехать до райцентра.

— Хорошо.

Надо было позвонить Серову и доложить о прибытии, но Елена решила сперва осмотреться. Связь работала, она только что говорила с сестрой, так что торопиться было некуда. Сначала надо составить первое впечатление и осмотреть место преступления. Впрочем, она не была уверена, что все произошло в гостинице. И вообще, что именно произошло? Докладывать пока было не о чем.

Дверь за Николемзахлопнулась и Елена ощутила странное чувство одиночества. Сейчас водитель уедет и она останется совсем одна, в месте, где недавно пропало около тысячи человек, пропало без следа, словно растворилось во мгле. Странное было ощущение, ведь она давно не боялась одиночества. Но не здесь. Здесь хотелось везде включить свет и позвать людей, чтобы не оставаться наедине с этим тихим и коварным местом.

— Ладно…

Она оставила чемодан в одном из номеров. Обычный номер на две кровати, никаких изысков, столик и тумбочка у окна, ваза для цветов и безвкусные зеленые занавески. Пошла по коридору. Чуть дальше на ковровой дорожке валялся синий сланец большого размера. Она наклонилась и рассмотрела его. Просто обувь для купания в душе. Скорее всего принадлежит программисту. Или принадлежала…

Комната этого Виктора Летягина была недалеко от входа. Дверь была приоткрыта. Внутри четыре узкие кровати и множество вещей. Если бы пацан смылся с деньгами, как говорил Николай, то почему он оставил свой ноутбук? На кровати лежал рюкзак, набитый вещами, из него торчала красная куртка и черный шерстяной шарф. На столике возле ноута был стакан с недопитым чаем, засохший бутерброд и кошелек. В кошельке были деньги, не очень много, но даже такую сумму вряд ли бы кто-то бросил по собственной воле. Водительские права на имя Виктора Анатольевича Летягина, паспорт, карточки.

Надежда на побег программиста растаяла как дым. Не мог он свалить без паспорта и своего ноутбука. Ноутбук для программиста был важнее жизни, это Елена точно знала. Значит, все-таки преступление. Жуткое, непостижимое, чудовищное, мрачное и просто адски загадочное.

— Проклятье!

Она хотела красиво уйти на пенсию. Возраст уже позволял, работа смертельно надоела, внуки скучали на даче в Подмосковье. Серов вроде согласился, только вот взял и подсунул ей этот хутор Светлый на Юге. Особое задание, последнее дело, романтика, на море сгоняешь… И что теперь у нее есть? Непроницаемый туман за окном, пронзающий холод и тишина, пустая гостиница, чертов синий сланец и вещи программиста.

Надо было включить ноут и посмотреть, что там, но почему-то не было сил. Вздохнув, она пошла осмотреть душ. Пять кабинок, белый кафель, повсюду зеркала. На скамейке в тамбуре странный пучок трав, почти усохшие полевые цветы. Программиста одолела романтика и он нарвал травки в поле?

Тысяча пять человек, включая семеро грудных детей, одного долгожителя ста пяти лет и еще около ста человек приезжих — работников агрофирмы. Все они были здесь еще месяц назад, жили, строили планы, ругались, болели, любовались закатами, разводили кур и коров, работали, любили, мечтали, ходили в лес и покупали пиво в местном магазине. Теперь их нет.

Серов конечно подгадил напоследок. Тут все было ясно, как белый день, потому как Серов был тайным воздыхателем Дашки, а Дашка его игнорировала все время. Спасибо тебе, сестричка, могла бы просто улыбнуться пару раз. Серов был в том возрасте, когда достаточно просто доброго слова. Но ее возмутило, что старый прокурор смотрит в ее сторону. Вертихвостка! Теперь вот мы имеем пустой хутор и эти чёртовы вещи в номере. Елена с грустью осознала, что застряла тут на неопределённый срок.

Проверила душ — все работает, вода есть, а ведь по отчетам здесь нет водопровода? Ладно, это несущественно. Она вышла в коридор и вдруг услышала чей-то смешок. Будто кто-то где-то далеко хихикнул, тайно за ней наблюдая. Елена вздрогнула и поспешила в свой номер. Показалось, игры разума. Нет здесь никого и быть не может.

Расстелила сырую кровать и укуталась в плед, выпила протеиновый коктейль и легла спать. Ветер снаружи завывал, как раненный зверь и злобно стучался в крышу и окна. Было ощущение, что невидимый огромный зверь сожалеет о том, что остался один и отчаянно стучит в двери и окна, умоляя пустить его и согреть. Только вот люди его не видят, а он не видит людей. Она провалилась в беспокойный сон, где Николай застрял в луже и весь грязный и злой отчаянно толкал «китайца», а сама Елена парила над лужей, не желая запачкать брендовые туфли. Краем глаза она увидела в поле быстро бегущее странное существо, не похожее ни на зверя, ни на человека и тут же проснулась, задыхаясь.

Утром туман расселся и выглянуло солнце, стало намного радостнее. Оказывается, из окна открывался потрясающий вид на желтое поле и зеленый лес вдали.

2

Елена проснулась поздно, была уже половина одиннадцатого. Разбудил ее телефон, щурясь от яркого света, она взглянула на экран телефона и спрятала его под подушку. Пусть себе звонит и дальше. Ее потревожил Лев Матвеевич, отец Макса. Два года назад, когда Макс сгорел от неизвестной болезни буквально за пару месяцев, она сдружилась со Львом. Старый профессор философии на пенсии, он был прекрасным собеседником, учтивым, умным и чуть печальным. Горе объединило их, они могли болтать часами по телефону. Лев вспоминал, каким забавным был Максимка в детстве, сколько птичьих гнезд разорил и сколько девичьих сердечек разбил, вытянувшись выше всех в шестнадцать лет. Иногда они просто молча плакали. Это неожиданная поддержка была для Елены бесценной. Даже Дашка отнеслась к смерти Макса равнодушно, он ей всегда не нравился, тут уж ничего не поделаешь.

Но прошел год и потом еще один, связь со Львом потерялась, доходили слухи, что он стал пить, а потом вроде как попал в больницу. Нужно было сходить проведать, но тогда на Елену повесили глухарь — знаменитое дело тринадцати попугаев. В этом деле все было изначально неправильно, веяло от него гнильцой и грязью. Тогда она погрузилась в пучины мрака, лишь бы не думать о Максе. Какое-то время это работало, но потом холодная пустая постель и мертвая тишина в доме все же зажали ее в тисках одиночества. Дочка жила в Москве, но часто уезжала по работе за границу, внуки остались с зятем и сейчас поговорить было не с кем.

Не понимая почему, она тогда сама позвонила Льву Матвеевичу. Он обрадовался звонку и вдруг спросил, как там Максимка и почему они давно не приходили в гости. Наполненная жутким ужасом, она оборвала звонок. И сейчас он звонил снова. Телефон под подушкой просто разрывался.

Решительно сорвав с себя одеяло и накинув сверху на майку куртку и домашние брюки, нырнув в свои дорогие туфли, Елена вышла из комнатыа. Прошлась до конца коридора, рассматривая замысловатые лампы в стиле лофт: необработанное дерево, лампы как будто висят на верёвках. Странное решение, если остальной стиль вообще никак сюда не подходит. В холодильнике нашлась еда.

— Молодец, Николай!

Буженина, семга, батон, масло, колбасы разные всякие, фрукты, особенно много бананов, кефир и молоко, сыр Маасдам, паштет из индюшки, свежие огурчики. И даже банка икры. Настоящее пиршество. А она вчера даже не видела, как он загрузил все это богатство в холодильник. Ножа не нашлось и она отломила хлеб и взяла с собой банку паштета. В каждом номере был набор тарелок и вилок.

Еще раз оглядела номер Летягина. Вещи оставлены, но не брошены, как бывает при быстрых сборах. Он не убегал, не торопился, просто как будто потерял интерес к своей жизни и куда-то испарился. Если это и было похищение, то жертва явно была знакома с похитителем. Не было следов борьбы, все оставалось в застывшем порядке.

Вскрыв банку с паштетом, она села на кровать и открыла ноутбук. Намазала паштет на хлеб — потрясающий вкус, еще бы кто-нибудь сделал кофе…

— Ладно, какой у тебя пароль?

Она уставилась на экран ноутбука. Программист вряд ли возьмет простой пароль типа 1111 или 9999. И не свой год рождения, но в то же время что-то родное, что нельзя забыть. Например год рождения его девочки, как там ее? Олеся? Набрала Дашку, та испуганно прошептала «Да?» в трубку.

— На совещании? — догадалась Елена. — Не беспокою, просто скажи, в каком году родилась подруга твоей дочери?

— Они одногодки. 2001 год. Прости, не могу говорить.

— Спасибо. — Она отложила бутерброд с паштетом и потерла руки: — Ну, с богом!

Это было чудо, но пароль подошел. Елена слабо улыбнулась. Повезло… Раньше такие маленькие счастливые случаи ее сильно радовали. Многие дела она щелкала как орешки благодаря именно такому везению. Но сегодня это показалось закономерным. А может быть разозлил звонок Льва, или точнее испугал. Она вернулась в свой номер, вытащила телефон из под подушки. Два пропущенных: Лев и Серов. Серову придется ответить, только позже, этот старец любит факты, а вот фактов пока маловато.

Снова пошла в комнату программиста. Взгляд случайно упал на окно. Елена застыла в восхищении: оказывается, там было невероятно красиво. Желтое поле было похоже на золотое озеро, по краям стояли высокие южные деревья со свисающими стручками, еще дальше виднелись сине-зеленые горы. Картина маслом…

Елена распахнула окно и вдохнула свежий теплый воздух. Пахло зеленью и прелой травой. Почему-то от этого воздуха пришло умиротворение. Несколько минут она просто стояла возле окна, закрыв глаза и ощущая мир вокруг через запахи и ветер. Подумала: Максу бы тут понравилось. В последнее время он хотел тишины и покоя, и вот место идеальное для медитации и отдыха. Только непонятно, почему все покинули этот рай.

— Пора поработать.

Она надела очки и уткнулась в экран ноутбука. В папке «Работа» были сайты и счета для клиентов. Программист был педантом: вел бухгалтерию и все тщательно записывал. Файлы хранились в строгом порядке. В сайтах не было ничего интересного или личного.

В другой папке «Наш дом» она нашла проекты будущего дома и даже его визуализацию, где на фоне красивого двухэтажного домика в Фотошопе были вклеены фото самого Летягина и его подружки. Рыжая девчонка вся в конопушках не была красоткой, но в глазах блестели искорки. Видимо характер у нее был еще тот. Сам программист был обычной внешности, только немного смущали русые волосы до плеч и серьга в ухе. Впрочем, следующая папка с названием «Хард рок» все объясняла. Эта фотография с подписью «наш будущий дом для меня и Леськи» окончательно уничтожила версию о побеге программиста. Не хотел он бросать свою Леську, это очевидно. Значит криминал. Кто-то обманом или силой похитил этого человека и еще около тысячи жителей хутора.

— Вот тебе и пенсия, Лена…

Она вздохнула и продолжила искать информацию в ноутбуке. Опять позвонил Серов.

— Привет, босс.

— Елена прекрасная, моя самая быстрая птичка. Ты уже прибыла на место?

— Уже разбираюсь. Взломала ноутбук программиста.

— Моя ты умничка! Я в тебе не сомневался.

Серов был в хорошем настроении, даже шамкал меньше, чем обычно. Но чем больше елея он выливал в уши, тем жёстче потом требовал готовое решение.

— Есть уже какие-то выводы? Милая, на меня давят сверху, ты же понимаешь…

Никто на него не давил, ну кроме может дорожников и тех можно было легко послать куда подальше. Просто Серов хотел знать подробности, потому что кроме этих загадочных дел у него больше не было ничего интересного в жизни. Сам он никуда из дома и кабинета на работе не выходил. Еду ему доставляли, так повелось еще со времен карантина. Он жил глазами и мыслями своих следователей. Чем больше пикантных подробностей, тем лучше. Чем больше интриги и скользких личностей, тем интересней. Старик, который подглядывает в замочную скважину — так ощущала Елена своего начальника. Но он выбил ей хорошую прибавку к зарплате и потому она выполняла все его причудливы просьбы.

— Следов борьбы нет, — медленно стала погружаться в подробности Елена, — в комнате синий рюкзак с теплыми вещами, на стуле висит костюм, на столике ноутбук и кошелек. Паспорт и деньги тут.

— Отлично, — она практически увидела, как Серов сгибается и потирает свои старые сухие руки, — что в ноуте?

— Работа… — вздохнула Елена, — сайты, интерфейсы. Нашла еще его мечту: он собирался строить дом для своей девушки.

— Красотка?

— Нет, такой милый рыжик с глазами лисички. На любителя барышня, но кажется у них была настоящая любовь. Я бы на его месте никогда бы не сбежала. Знаешь, так бывает, судьба, встретились два человека, слепились в одного и разлипнуться не могут…

— Как у тебя с Максом?

— Наверное…

— Ага. И что еще?

— Пока все.

— Похищение?

— Я тоже так подумала. Но где мотив? Кому нужен этот пацан? И где остальные люди с хутора? Я сегодня дождусь Николая и поеду посмотрю, есть ли там кто-нибудь в самом хуторе или на агрофирме.

— Ну хорошо… — Серов был слегка разочарован, так мало деталей. — Вечером там будут дорожники, не пугайся. Только помни, моя дорогая, сроки поджимают. Закончишь дело и отпущу на пенсию.

— А ты сам не собираешься?

— Ты же знаешь, я на пенсии сразу помру…

Ну, когда босс начинает прибедняться, пора заканчивать разговор. Она молча выслушала жалобы Серова на невостребованность пенсионеров и вежливо попрощалась. Противный все-таки старикан, не разговаривает, а просто жилы вытягивает. Макса еще зачем-то вспомнил.

Чтобы немного развеяться, Елена вышла на улицу. Только сейчас она заметила, что на входе в гостиницу стоят высокие резиновые сапоги с засохшими комьями грязи. Здравый смысл подсказывал, что это и есть наилучший вариант обуви для этой местности, но надевать чужие сапоги очень не хотелось. Елена решила все-таки пойти в туфлях. Довольно сухая и твердая дорожка вела справа от гостиницы и поворачивала в поле. Она пошла, стараясь обходить грязь. В поле была тишина, как и везде в этом месте, едва колыхались на слабом ветру колосья и тихо шумела ива, которую она видела из окна комнаты программиста.

— Что-то я упускаю…

Ива зашумела ветвями, словно соглашаясь с гостьей. Осмотрев дерево, следователь убедилась, что оно довольно необычное. Ствол такой гладкий, как будто предназначенный для обнимашек с людьми. Но чуть выше он изгибался почти под девяносто градусов, создавая нечто вроде удобной скамеечки. Было ощущение, что эта ива не выросла тут сама собой, а как будто появилась по чьей-то прихоти. Возле дерева были следы сапогов, тут явно кто-то топтался и еще были мягкие следы какой-то странной обуви, может быть детских балеток.

Осмотрев дерево, она хотела вернуться обратно, когда резко подул ветер и что-то с громким шелестом соскользнуло с веток. Елена вздрогнула, застыв на секунду. Показалось, что это ящерица… ящериц она панически боялась. Сразу показалось, что что-то мелкое и скользкое быстро передвигается в траве, шуршит и сейчас прикоснется к ее ногам. Все-таки надо было не выделываться, а надеть сапоги.

— Это не ящерица. — В этом месте ей хотелось говорить вслух, несмотря на то, что рядом никого не было. Слишком тут пусто…

Пересилив себя, Елена наклонилась и пошарила рукой в траве. Представила Серова, который наблюдает за ней в магическую замочную скважину и старчески хихикает, потирая руки. В траве лежала золотистая медалька с красной шелковой лентой. На ней было выгравирована английская буква «B», расчерченная линиями. Медаль изображала Биткоин, не иначе. Такую вещичку мог сюда принести только программист Летягин. Она представила паренька, который зачем то вышел в поле, нашёл иву и повесил на нее свой талисман.

— Странно.

Она поспешно вернулась и перед тем, как открыть дверь в гостиницу, обнаружила, что туфли обросли увесистыми комками грязи. Черт! Вторую пару обуви она не догадалась взять. Придется переобуться в общественные тряпочные тапочки, что были в номере гостиницы. Медальон с биткоином она взяла с собой. То, что пацан мечтал разбогатеть, это понятно, но зачем же он оставил свой амулет на улице в тридцати метрах от гостиницы? Видимо ответ надо было искать в ноутбуке.

После обеда приехал Николай, привез еще пакет еды и они поехали вместе осматривать хутор.

Это оказалось довольно близко, хотя дорога была разбитая, с лужами и нагромождениями грязи. Было ощущение, что по ней ездили только тракторы из агрофирмы. Местная власть вообще ничего не делала. Хутор выглядел вполне живописным, поля пшеницы прилегали прямо к низеньким саманным домишкам, возле частокола был даже древний колодец. Кое-где деревья поросли плющом, хотя огороды были ухожены, а возле одного из домиков даже стояла корзина с яблоками.

— Красивый пейзаж, — отметила Елена.

— Позапрошлый век, словно на машине времени прокатились, — хмыкнул Николай и бесцеремонно выбрал два самых красных яблока из корзины и протянул начальнице. — В дома заходить будем?

— Будем, — вздохнула Елена и от яблок отказалась, — надо понять, они ушли, исчезли или бежали в панике.

В первом доме двери были закрыты, во втором нет, но Елена туда не пошла, слишком грязно. Сапоги она опять не надела. Впрочем, у нее был Николай. Хрустя осенним яблочком, он лениво заглянул в первые три дома и вернулся с безразличным видом.

— Нет там никого, Елена Андреевна. Вещи все на месте, кострюли всякие да сковородки, в том дальнем доме даже телевизор работает, а людей как корова языком слизала.

— Проедемся по хутору.

Николай только грустно вздохнул. Дороги тут не было, так, одно направление. Колесили они минут десять, но ничего нового не увидели. Дома в центре были чуть побогаче, один даже был двухэтажный с красивой новенькой крышей изумрудного цвета. Животных тоже не было, в одном из домов вроде бы сидел кот, но как только водитель открыл дверь, он забился в угол и издавал оттуда странные звуки.

— Это не кот, стопудово! — возбужденно голосил Коленька и давил на газ, удаляясь от хутора, — это енот, я вам точно говорю. Эх, хороши яблочки, надо было больше взять… Кот, он тут за месяц с голодухи бы опух, вышел бы к человеку, а этот в темный угол метнулся.

— Может он мышей ловил, — Елена устала и хотела вернуться обратно. Прыгать по кочкам было неприятно, вернулась старая боль в спине. — А вот енот возможно бешеный, так что придется вам, Николай, пройти медицинское освидетельствование, анализы там всякие сдать.

— Не, кот это был, точно. — Замычал Коленька, упрямо мотая головой. — Да и не трогал же я его!

Они подъехали к зданию агрофирмы, трехэтажному аккуратному офису с гордо развивающимся флагом. Чуть подальше был большой амбар и производство редиски. Стояло несколько КАМАЗов, полностью загруженных рисом и пшеницей. Было ощущение, что сотрудники фирмы временно куда-то вышли, например на собрание или в бухгалтерию за зарплатой и скоро вернуться назад. Но офис был пустым. Елена смогла наконец то очистить туфли от земли и яростно ими топала на ступеньках. Ладно жители деревни пропали, но куда делся персонал процветающей фирмы? И почему в соседних деревнях жизнь продолжается в обычном ритме? Вопросов было намного больше, чем ответов.

Внутри было все в порядке, на столах в кабинетах лежали кипы бумаг, некоторые мониторы компьютеров были включены, горел свет в коридоре. Ощущение возникло то же, что и в гостинице. Все просто встали и ушли, потеряв интерес к работе, выращиванию зерновых культур и привычным делам. На одном из столов Елена увидела шоколадный батончик и потянула к нему руку.

— Вам нельзя, — напомнил Николай и выкинул батончик в мусорку.

Ну да, вместе с Максом ушла и сладость жизни, врачи нашли у нее лишний сахар в крови. Теперь вот нельзя съесть даже конфетку.

— Давай вернемся, — попросила Елена, — как-то все грустно.

— А может они открыли портал в другие миры и всей деревней туда переселились? — попробовал пошутить Николай, но ответа не получил и замолк.

После перекуса бужениной, Елена проводила водителя и вернулась к ноутбуку программиста. Надо искать зацепку, хоть что-то намекающее на происходящие загадочные события.

В паке «Дом» она нашла несколько документов с личными записками, что-то вроде отчета о том, с кем общался программист Летягин. Одна начиналась с описания директора агрофирмы, не очень лестного. Было много эпитетов типа «квадратный», «мрачный», «недружелюбный», «с тяжелым взглядом». В конце этого текста была странная фраза «Добавить в общие З».

Она вышла из папки и просмотрела «Рабочий стол» компьютера.

— Твою ж мать…

Стара ты стала, Елена, не видишь очевидного. Вот оно, то, что необходимо. Прямо на «Рабочем столе» на фоне закатного моря и пальмы спряталась папка, названная «Мои записки. Агрофирма». Это же ответы на все вопросы! Ай да Летягин, молодец — все записал. Она кликнула на папку, в которой был единственный документы с именем «З», что видимо означало «Записки» и хотела начать чтение, испытывая естественное нетерпение, когда в коридоре раздались шумы и звуки шагов. Кто-то громко рассмеялся. Елена ощутила неприятный холод и сжала пальцы до боли. Пришла мысль о том, что с закатом гостиница наполнилась призраками. Вдруг все жители умерли и сейчас вернулись в виде духов… Господи, откуда такие мысли? Тут от одиночества можно сойти с ума!

Она выглянула в коридор, собрав остатки мужества, и натолкнулась на широкого человека с румяными щеками.

— Мамочкин, — басом сказал тот и протянул руку Елене, видя ее недоразумение, добавил — дорожное управление. Вас должны были предупредить.

— Ну да. — Елена вспомнила, что Серов говорил о дорожниках. Руку пожимать не стала, не любила грязь под ногтями, а у этого мужика руки были просто черные. — Вы тут надолго?

— На разведку. Пару дней и съедем. Пожрать у вас что-то есть?

Он не стал дожидаться ответа и сразу направился к холодильнику, переваливаясь с ноги на ногу, как медведь, только что вышедший из спячки. Елене он совсем не понравился.

— Сколько вас?

— Что?

— Я веду тут расследование, первый этаж является местом преступления, — крикнула ему вслед Елена. Располагайтесь на втором этаже.

— Да без проблем, — гаркнул Мамочкин, как будто Елена была глухой, при этом он споткнулся о синий сланец посреди коридора и с непонятной злобой пнул его ногой.

Вернувшись в комнату программиста, Елена вдруг поняла, как хорошо было в полной тишине.

3

Дорожники топали как слоны, потолок ходил ходуном, ржали как лошади и матерились… впрочем, таких животных нет на планете. Их было всего пятеро, но шума была как от полка солдат. Через два часа они покинули гостиницу и ушли обследовать дорогу. Только тогда Елена, потирая виски и проглотив вторую таблетку анальгина, села за стол Летягина и открыла ноутбук. Сердце её учащенно билось. Не то чтобы она надеялась на мгновенное раскрытие тайны и окончание расследования, но все же, намеки там должны быть. Хорошо, мальчишка был педантом и записывал чуть ли ни каждую свою мысль. Сейчас это было просто замечательно.

Читать сидя оказалось не очень удобно и Елена аккуратно прилегла на кровать Литягина и положила ноутбук на колени. Первая дата в записках была 17 сентября, ровно месяц назад, видимо как раз в то время, когда программист Виктор прибыл в эти таинственные земли.