электронная
144
печатная A5
594
12+
Законотворческий процесс

Бесплатный фрагмент - Законотворческий процесс

Научное и учебное пособие (курс лекций)

Объем:
504 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0050-4286-6
электронная
от 144
печатная A5
от 594

Хачатурян Б. Г. Законотворческий процесс: научное и практическое пособие (курс лекций). Изд. 3-е обнавл. и дораб. 2019.

Лекция 1 и вопрос 1 лекции 6 написаны совместно с преподавателем истории Хабаровского технического колледжа Е. Б. Шишкиной.

Таблиц — 17, фотографий — 14, схем — 11, карт — 1.


© Хачатурян Б. Г., 2019.

От автора

Последние десятилетие XX и два первых десятилетия XXI столетий Россия несёт на своих плечах тяжёлое бремя реформирования, что требует интенсивного законотворчества. В связи с этим становится ясно, насколько важен процесс создания нормативного правового акта и, прежде всего закона, выработки его первоначальной концепции, составление и обсуждение проекта, учёта мнений и интересов различных социальных групп, соотношение с другими нормативными актами, способность будущего закона «вписаться» в уже существующую правовую систему, способность адаптироваться новому закону, экономические основы его существования и реального применения.

Понимание роли и места современного законотворческого процесса в субъекте Российской Федерации невозможно без всестороннего осмысления многовековой истории законодательных учреждений от дореволюционной и советской России, зарубежных государств — до современных форм парламентской демократии.

Как показывает мировая практика, процесс создания правовых норм начинается с возникновения объективных общественных закономерностей, требующих правового регулирования, проходит через институты общества и государства, реализуется законодательной, исполнительной и судебной властями в присущих им формах. Но процесс создания правовых норм не может быть произвольным, субъективным, он базируется на принятых и закреплённых конституционно и нормативно правилах, которые государство обязано соблюдать. Оно связано собственной правовой системой, и эта зависимость закрепляется, как правило, в конституции страны.

Поэтому одним из важных условий совершенствования законодательства является овладение системой определённых требований, предъявляемых к процессу создания законов и подзаконных актов. Эти требования, выработанные в течение веков различными государствами, концентрированно формулируются в отрасли знания, именуемой законотворческой техникой.

Законотворчество является, прежде всего, созидательной и социально обусловленной деятельностью, а, следовательно, живо реагирует на любые социальные, политические и иные изменения в обществе. Сегодня, находясь на качественно новом этапе развития, Россия нуждается в обновлённой правовой системе, призванной обеспечить укрепление государственности, дальнейшее развитие экономики, эффективное функционирование демократических институтов, охрану прав и свобод человека и гражданина. В связи с грандиозностью стоящих перед ней задач Россия переживает неизвестный ранее правотворческий, в том числе законотворческий, всплеск.

Но, практика постсоветского законотворчества в России показывает, что российскими специалистами в области права явно недостаточно внимания уделяется отрасли теории и практики законотворчества. На наш взгляд именно этим и объясняется то печальное обстоятельство, что российское законодательство страдает множеством недостатков технического порядка, особенно тех законов и иных правовых актов, которые были приняты в последнее десятилетие XX столетия. И вполне оправдано предположение о том, что это обстоятельство (в числе иных) стало одной из причин несовершенства действующего законодательства, сложившегося в массовом сознании впечатления о необязательности исполнения закона, о возможности безнаказанного его нарушения, о допустимости «борьбы законов» и использовании «телефонного права».

В быту существует мнение, что знание основ законотворчества полезно и нужно только тем, кто им занимается (депутатам, членам правительства и так далее), но, как показывает жизнь, это не так, ибо это «удел» не только государственных органов всех уровней, а общества в целом и, прежде всего юристов, выпускников юридических вузов, будущих государственные служащие, то есть людей, которые могут принять непосредственное участие в законотворческом процессе.

Просвещению граждан России в сфере законотворчества и посвящён данный курс лекций. В связи с тем, что в российской юридической литературе законотворческий процесс на уровне Федерации рассмотрен достаточно подробно, в данном учебном пособии значительный объем посвящён рассмотрению законотворческого процесса в субъекте Российской Федерации на примере Хабаровского края.

Пособие подготовлено с использованием личного опыта автора, работавшего в течение четырёх лет депутатом Хабаровской краевой Думы, двух лет начальником отдела по экспертизе нормативных правовых актов субъектов Федерации и регистрации уставов муниципальных образований Главного управления Минюста России по Дальневосточному федеральному округу, многолетнего опыта преподавания данной дисциплины в вузах Хабаровского края и новейших достижений юридической науки в области законотворчества.

Пособие состоит из введения, шести лекций и глоссария.


Кандидат исторических наук, доцент,

советник юстиции 1 класса Б. Г. Хачатурян

Лекция 1 История законодательных (представительных) органов власти в России и её субъектах

Вопросы:

Дореволюционная история возникновения законодательных (представительных) органов власти в России. Формирование представительных органов на Дальнем Востоке России в конце XIX начале XX столетия и участие представителей Дальнего Востока России в работе Государственной Думы.

Представительные органы на российском Дальнем Востоке в период «революционной демократии» и Гражданской войны (февраль 1917 ― октябрь 1922 гг.). Советская система представительных органов и социалистическое право в СССР в 1920 начале 1990 гг. Советские представительные органы на Дальнем Востоке России.

1 Дореволюционная история возникновения законодательных (представительных) органов власти в России

К народному представительству люди стремились с глубокой древности. Под звон колоколов в Новгороде и Пскове, Москве и Рязани, в Киеве и Владимире собиралось народное вече в Древней Руси, чтобы решить, кого призывать на княжение, собирать ли в поход дружину, увеличивать ли подати и т. д. В известной степени продолжением этой формы представительства позднее был Земский собор. Правда, вначале он походил на «парламент чиновников» из представителей высшей администрации — руководителей приказов, церкви, столичного и провинциального дворянства. Но постепенно в обществе вызрела идея выборности соборов: к концу XVI в. Земские соборы стали выбирать по сословиям. Именно выборный Земский собор избрал на царство в 1613 г. князя Михаила Романова, с которого началось 300-летие царствование в России рода Романовых.

К концу XVII в. деятельность соборов отмирает. На смену им приходит Сенат Петра I, который взял на себя функции законодательного органа. Через Сенат Пётр проводил все свои реформы. Столь же самодержавно правила и Екатерина II, хотя, будучи человеком для своего времени передовым, с ориентацией на европейские страны, она предприняла некоторые шаги в сторону формирования выборных общественных органов, в первую очередь в лице «Уложенных комиссий». Попытка поставить страну на конституционный путь была предпринята при Александре I. На 1 сентября 1810 г. было даже запланировано отрыть Государственную Думу, созданную, согласно идеям, М. М. Сперанского, по образу и подобию европейских парламентов. В дальнейшем активное конституционное брожение в кругах дворянства после победного марша в 1813 г. по Европе испугали царя. Его последователи тоже не пошли на решительные реформы политической системы. Активный поиск конкретных форм конституционного устройства был отложен до начала XX в.

Первое десятилетие нового века открыло политический кризис в стране. О приближении социальных катаклизмов в России свидетельствовали грандиозные демонстрации, впервые вынесшие на улицу лозунг борьбы против государственной системы управления: «Долой самодержавие!». Невиданных размахов в первые годы ХХ в. достигло крестьянское движение с десятками разгромленных помещичьих имений. Значительным становится стачечное движение рабочих, в котором участвовало четверть миллиона человек. Появляются политические партии, требующие созыва Земского собора с представителями от народа, задачей которого была бы выработка конституции, что фактически означало разрушение самодержавного строя. К осени 1904 г. идея созыва Земского собора была заменена лозунгом Учредительного собрания. Об этом писали листовки социал-демократов и эсеров.

Тогда же в Петербурге состоялся общеимперский съезд представителей местного самоуправления — земств. Сто наиболее влиятельных и активных земцев относились с неприязнью к лозунгу Учредительного собрания. Четыре дня в октябре земцы бурно требовали от правительства закона о правах личности и созыва представительного, выборного от населения, органа власти. Съезду земцев сопутствовала так называемая «банкетная кампания», в ходе которой представители интеллигентных профессий — врачи, адвокаты, журналисты, юристы, инженеры и т. д. — собираясь чаше всего по ресторанам, произносили речи; некоторые из них заканчивались лозунгом: «Да здравствует конституция!». Более 50 тыс. российских интеллигентов, участвовавших в этой кампании не менее чем в 120 собраниях, состоявшихся в 34 городах России, также требовали политических свобод и законосовещательного представительного учреждения.

Начавшаяся в январе 1905 г. революция ещё более обострила проблему политических реформ в России. Солдатские залпы уже почти полгода разгоняли народ, но проблема реформ так и не была снята. Под давлением революции самодержавие вынуждено было пойти на уступки. 6 августа 1905 г. Николай II подписал манифест, которым в системе державной власти учреждалась законосовещательная Государственная Дума, названная «булыгинской» по имени тогдашнего министра внутренних дел А. Г. Булыгина, разработавшего её проект. Но самодержавие явно плелось в хвосте общенародных настроений. Проект законосовещательной думы уже никого не удовлетворял, тем более что революция ширилась, на её сторону начали переходить воинские части. В октябре в стране началась Всероссийская политическая забастовка, встали железные дороги, была парализована работа промышленных предприятий, а Николай II фактически оказался изолированным в Царском Селе под Петербургом. В обстановке, когда трудно было определить, в какую сторону склонится политическая чаша весов, ему не осталось ничего другого, как принять «второй вариант» председателя Совета министров гр. С. Ю. Витте — объявить Манифест 17.10.1905 г., которым прочёркивался конституционный путь развития страны и предоставление гражданских свобод. («Первый вариант», выдвинутый Витте, предлагал назначение военного диктатора, который осуществил бы успокоение страны путем массовых репрессий, пролития крови; однако недавний расстрел у Зимнего дворца 9 января и другие «кровопускания», усилившие революционные выступления, не позволяли принять этот испытанный, казалось бы, веками путь борьбы с непокорными подданными).

В разгар вооружённых столкновений в Москве 11.12.1905 г. был издан закон о выборах в 1 Государственную Думу. По этому закону выборы были не прямые, не равные, не всеобщие и не демократические. Разные слои российского общества были представлены в Думе разным количеством депутатов. Целые слои населения — женщины, военнослужащие, так называемые «бродячие инородцы» (т.е. кочевники-скотоводы) — лишались права выбирать и быть избранными. Выборы не были прямыми, шли по так называемой «куриальной системе», когда выборщики, объединённые по цензовому или социальному признаку (рабочие, крестьяне-общинники), выбирали каждый по своей курии. Не были они и равными, так как курии не были одночисленны. Так, в первой курии (земельные собственники, т.е. в основном помещики) выборы шли по двухстепенной системе (выбранные в губернские выборщики выбирали сразу членов Думы), а для мелких собственников-общинников они были даже четырехстепенные (сход — волость — уезд — губерния — Дума). Один голос в первой курии приравнивался к трём голосам богатых горожан второй курии, 15 голосам крестьянской третьей курии, 45 голосам рабочих, объединившихся в четвертой, так называемой рабочей курии.

Дума не имела права касаться целого ряд важнейших вопросов государственного управления: пересмотра основных государственных законов, внешней политики, а также дел, связанных с вооружёнными силами. Все это оставалось прерогативой только царя. Даже бюджетные права Думы оказывались урезанными: она, например, не имела права контролировать бюджет Синода, расходы, связанные с содержанием царского двора. Не подлежала огласке в Думе статья «На известные Его Императорскому Величеству употребления». Она включала средства на военную разведку, подкуп иностранной и отечественной прессы, разумеется, правого направления.

Самым главным ограничением Государственной Думы в России было то, что исполнительная власть в государстве — правительство — подчинялось только царю и ни в малейшей степени не зависела от Думы, последняя могла сколько угодно разглагольствовать на законодательные темы, а правительство, назначаемое только царём, поступало по его указаниям. Мало того, над Думой была поставлена верхняя законодательная палата — Государственный Совет. Половина его членов назначалась прямо царём, а другая половина выбиралась от крупных землевладельцев, представителей промышленности и торговли, Академии наук и других элитарных сфер общества. Государственный Совет призван был играть роль фильтра, не пропускавшего законопроекты, которые проходили через Думу, но не были приемлемы для самодержавия. В «Свод основных государственных законов» был введён специальный параграф 87, который разрешал императору всероссийскому в перерывах между сессиями Думы (а как показала практика последующих лет, они длились по нескольку месяцев в году) издавать законы от своего имени. Царь мог (и, как известно, без колебаний в нужный ему момент использовал эту возможность) распустить Думу. (Даже на один день, чтобы принять закон, который Дума могла не пропустить по тем или иным причинам.) Но, несмотря на все эти оговорки, введение в России законодательной выборной Думы было важнейшим в её истории событием и крупнейшим завоеванием народа, достигнутым в годы первой российской революции. Теперь без одобрения Думы нельзя было, например, вводить новых налогов, новых расходных статей в государственном бюджете. Если Дума не утверждала бюджета на текущий год, правительство вынуждено было пользоваться прошлогодним бюджетом, что, естественно, стесняло правительство, особенно в вопросе о денежных затратах на развитие вооружённых сил и т. д.

И, тем не менее, открытие в Петербурге 27.04.1906 г. I Государственной Думы было событием огромной исторической важности не только в нашей стране, но и во всем цивилизованном мире. Оно состоялось в самом крупном в столице Тронном зале Зимнего дворца и было обставлено весьма торжественно. Прибыло огромное число приглашённых, журналистов и дипломатических представителей из многих стран. Ждали царя, и он приехал. Однако «тронная» речь Николая II, в общем-то, тусклая и бесцветная, лишённая глубокого содержания, разочаровала присутствовавших. В довольно смятенном настроении депутаты Думы в тот же день отправились в построенный когда-то Потёмкиным при Екатерине II Таврический дворец для деловых заседаний.

Фото 1. Заседание Государственной Думы

Вследствие неодновременности выборов работа I Государственной Думы проходила при неполном составе. Но вообще в неё из 478 Депутатов было выбрано 179 кадетов, 63 «автономиста» (польское коло, украинцы, эстонцы, латыши, литовцы и др. национальные группы буржуазии), 16 октябристов, 97 трудовиком, 105 беспартийных и 18 социал-демократов (м) (большевики в выборах не участвовали, бойкотируя их). Председателем был избран кадет С. А. Муромцев. Заседание Думы см. фото 1.

Заняв первенствующее положение в думе, кадеты 5 мая в письменном ответе на «тронную» речь царя дружно включили требование отмены смертной казни и амнистии политическим заключённым, установления ответственности министров перед народным представительством, упразднения Государственного Совета, реального осуществления политических свобод, всеобщего равенства, ликвидации казённых, удельных, монастырских земель и принудительного выкупа частновладельческих для ликвидации земельного голода русского крестьянина. Думцы надеялись на то, что с этими требованиями царь примет С. А. Муромцева, но Николай II не удостоил его этой чести. Ответ думцев был отдан в обычном порядке для «монаршего прочтения» председателю Совета министров И. Л. Горемыкину. 13 мая 67-летний премьер с трудом поднялся на трибуну и на все требования послания ответил категорическим «Нет!». Даже консерваторы были обескуражены. «Ответ правительства — сплошная политическая ошибка», — написал об этом лидер октябристов А. И. Гучков.

Левые либералы, назвав новое учреждение в структуре самодержавия «Думой народного гнева», начали, как они говорили, «штурм правительства». Дума приняла резолюцию о полном недоверии правительству и потребовала его отставки. За все созывы десятилетней истории таких резолюций было множество, но все они, как и в этот раз, оставались без последствий. Теперь, зная настроение царя, некоторые министры объявили бойкот Думе, они перестали посещать её заседания. Известного рода унижением новоявленных законодателей был присланный в Думу первый законопроект об ассигновании 40 тыс. руб. на постройку пальмовой оранжереи и сооружение прачечной при Юрьевском университете.

Но за стенами Таврического дворца, а тем более далеко за пределами России, начавшиеся столкновения депутатов с правительством в Думе не были известны. Появление первого законодательного представительного учреждения в России, за что боролись десятки лет лучшие представители русского общества, вызвало подлинный шквал приветствий от групп россиян, учёных советов университетов, городских дум и земств. Новый парламент приветствовали парламенты других стран. Так, 30.06.1906 г. в I Думе была оглашена телеграмма от членов старейшего парламента — лондонского. От российской Думы была даже выбрана делегация для посылки в Лондон, но она не успела туда отбыть, так как I Дума была распущена царём.

С начала 1906 по февраль 1917 гг. в России действовали Государственные Думы четырёх созывов. Деятельность их представляет особый интерес, поскольку это были при всей их ограниченности выбранные народом органы власти, имевшие право контроля за некоторыми сторонами управления государством, которые до этого времени безраздельно принадлежали исключительно царю-самодержцу.

I Государственная Дума просуществовала в России 72 дня. Все это время она находилась под обстрелом реакционных сил, и, прежде всего — придворной клики. В «Правительственном вестнике» из номера в номер печатались довольно однотипные «всеподданнейшие письма», подписанные группами лиц, в которых Дума называлась «инородной выдумкой», «чужеродным изобретением», которому не суждено «привиться на истинно русской почве», доказывалось, что она всегда будет вредным учреждением. При этом предлагалось «пока не поздно» Думу разогнать. Дума даже сделала специальный запрос, на каком основании в официальном органе правительства ведётся антидумская пропаганда. Однако тогдашний министр внутренних дел П. А. Столыпин ответил довольно однозначно: подданные монарха вправе печатать свои письма к нему где угодно.

С самых первых заседаний I Дума изнутри раздиралась массой «нестыковок», всякого рода противоречий, спорами, возникающими между партийными блоками, возникшими в ходе первых дней её работы. Заметим, что ещё во время предвыборной борьбы подавляющее большинство депутатов в Думе оказались представителями либеральных партий различных оттенков, объявивших себя «ответственной оппозицией», которую не удовлетворяли порядки, сложившиеся после издания Манифеста 17 октября. Главной партией в этой оппозиции были кадеты, к ним примыкали октябристы и «автономисты», надеявшиеся в Думе получить поддержку своим национальным программам, в основном — в предоставлении культурно-национальной автономии. В то время как либералы выражали свою готовность сотрудничать с правительством, левые партии, и, прежде всего социал-демократы, последовательно поднимали острые социальные вопросы — аграрный, о помощи безработным (многие из которых попали в эту категорию в результате увольнений за революционные выступления), о помощи голодающим (весной 1906 г. голод охватил 26 губерний и 2 области, 20 млн. человек) и т. п.

Под давлением своих избирателей социал-демократы, трудовики, а также социалисты-революционеры, народные социалисты, увлекая многих беспартийных, проводили тактику «левого блока», противопоставляя её объединению правых и кадетов. Именно по предложению трудовиков Дума вынесла резолюции о полном недоверии правительству Горемыкина. Всего же Дума сделала 391 запрос о противозаконных действиях властей. Она обсудила на 38 пленарных заседаниях и 18 заседаниях комиссий огромное число вопросов. Среди них — об отмене смертной казни и амнистии политических заключённых, о черносотенном погроме в Белостоке, о профсоюзах и многие другие, но практически не достигла успеха. Однако нельзя сбрасывать со счетов, что критические выступления депутатов становились достоянием широкой общественности.

Центральным в I Думе был аграрный вопрос. Трудовики требовали, чтобы помещичья земля была отдана им, но правительство стояло на стороне помещиков. 8 мая кадеты за подписью 42 депутатов внесли аграрный законопроект, а 19 мая 104 депутата Трудовой группы внесли свой. Суть аграрной реформы обоими проектами сводилась к образованию «государственного земельного запаса» (записка 42-х) или «общественного земельного фонда» (проект 104-х) для обеспечения безземельного и малоземельного крестьянства путём отвода ему не в собственность, а в пользование участков в пределах определённой «трудовой» или «потребительской» нормы. Оба проекта включали делёж казённых, удельных и монастырских земель. Что касается помещиков, то трудовики предлагали оставить им лишь «трудовую норму», а кадеты предусматривали возможность сохранения нетронутыми тех крупных поместий, которые велись «образцово», т.е. где урожайность была выше, чем в крестьянских хозяйствах. Конфискация земли у помещиков должна была, по мнению авторов проектов, компенсироваться вознаграждением помещиков за изъятые земли. 6 июня появился ещё более радикальный эсеровский (проект 33-х). Он предусматривал немедленное и полное уничтожение частной собственности на землю и объявление её со всеми недрами и водами общей собственностью всего Населения России.

Обсуждение аграрного вопроса в Думе вызвало рост общественного возбуждения в широких массах и революционные выступления в стране. Желая укрепить положение правительства, отдельные его представители — П. П. Извольский, В. Н. Коковцев, Ф. Ф. Трепов, М. П. Кауфман — выступили с проектом обновления правительства путём включения туда кадетов (П. Н. Милюкова и др.). Однако это предложение было встречено в штыки консерваторами. Некоторые из них считали, что лучше избавиться от Думы вообще, чем обсуждать эту проблему. Они взяли верх. Тем не менее «кость» депутатам была брошена: 6 июля председатель Совета министров вялый и безынициативный Горемыкин был заменён энергичным Столыпиным.

Сделано это было для того, чтобы смягчить «горькую пилюлю», деморализовать оппозицию для проведения в жизнь манифеста о роспуске I Думы. 09.07.1906 г. депутаты Думы пришли в Таврический дворец на очередное заседание и наткнулись на запертые двери; рядом на стол висел манифест за подписью царя о прекращении работы I Думы, так как она, призванная «вносить спокойствие» в общество, лишь «разжигает смуту».

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 594