электронная
108
печатная A5
374
18+
Зачем урагану имя?

Бесплатный фрагмент - Зачем урагану имя?

Случайные люди внутри и снаружи... Ad libitum*

Объем:
142 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-3207-8
электронная
от 108
печатная A5
от 374

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

***

Первая четверть 21 века подходит к концу.

Мир сотрясается от прогресса, цивилизации и новостей.

Колесо истории продолжает вращаться, то разматывая клубок событий, то крепче завязывая и запутывая все нити своих противоречий.

А шоколадку все равно хочется съесть.

К чему это я?

Да ничего такого: просто обозначила «масштаб»…

Глава 1

О том, как Волшебная Таблетка затеяла спор в Академии ощущений

Протокол совещания, как обычно, вели Маленькие Радости.

Их было много, и они всегда спорили о том, кто из них важнее. Также как Маленькие Сюрпризы, они были вынуждены работать в команде, потому что поодиночке их трудно было заметить.

Иногда случалось так, что одна Маленькая Радость отбивалась от коллег, и тогда существовал риск того, что она из категории маленьких радостей перейдет в разряд Нормальной Жизни (обычных событий) и перестанет быть радостью.

Даже маленькой.

Хотя…

В департаменте Нормальной Жизни тоже было не все гладко. Сотрудники департамента постоянно спорили о нормах, и были правы: то, что для одних было нормальной жизнью, для других — «скука и серость», а для третьих — «недосягаемая роскошь». Кроме того, подразделение «Житейских мелочей» постоянно вмешивалось со своими инициативами.

И все нужно было учесть, систематизировать, контролировать, модерировать, анализировать, делать выводы и давать рекомендации.

Одним словом, работы в Академии Ощущений было просто невпроворот.

В зале заседаний, как всегда, царила суматоха.

Эйфория и Фантазия шептались друг с другом, не слушая остальных.

— Простите, Маркиза, вы случайно не знаете, кто разбрызгивает эти капельки счастья, которые висят на каждом дереве во дворе Академии? Кто решает, на какой именно ветке они должны задержаться. И (самое главное!) на кого и в каком случае, они должны упасть? Я уже не говорю о том, сколько именно счастья должно сваливаться на каждого жителя.

— Мне тоже кажется, что пришло время, наконец, навести порядок в этом вопросе. Однозначно, нам не хватает логики и системности. И если уже об этом говорим мы — эйфория и фантазия, а нас всегда обвиняют в отсутствии порядка, считая, что это нам не свойственно, то… Вероятно, время, действительно, пришло.

— Вы — удивительные создания, — проговорила печальная Фея, которая отвечала в Академии за те нюансы, которые омрачали счастье. Ничего не поделаешь, за это тоже должен был кто-то отвечать!

«Непопулярные меры», как говорили за пределами Академии.

***

На кафедре к ответу была призвана Волшебная Таблетка, которая, на первый взгляд, действительно отличалась легкомыслием и поверхностностью, но если присмотреться внимательнее, то приходилось признать: во все времена одни люди ее искали, а другие — спрос-таки всегда рождал предложение — предлагали…

Но то, что творилось сейчас, уже не лезло ни в какие рамки.

— Будьте любезны, объясните, пожалуйста, — начальник отдела Женского Счастья пытался говорить вежливо, — Чем можно объяснить вашу необыкновенную популярность в наше время? Какими инструментами вы пользуетесь? Что является результатом вашей работы? Как я вижу, вы не прилагаете особых усилий для того, чтобы быть востребованной. Чем вы объясняете это?

Волшебная таблетка вела себя достаточно легкомысленно. Выходя на трибуну, вызывающе покачивала бедрами, хлопала ресницами, махала ручкой с маникюром Гормонам Счастья, которые приветствовали ее выход восторженными «ахами» и «охами»… Знала, что она чертовски привлекательна и догадывалась о своей неуязвимости.

Начальник отдела Женского Счастья прочно держался за свое кресло. Находясь на этой должности уже много лет, он хорошо понимал, что предмет его работы настолько зыбкий и непредсказуемый, что отдел могли закрыть в любой момент.

Многие считали, что здесь вообще «не над чем работать». А начальник отдела, будучи мужчиной немолодым и серьезным, застрял на позиции «был бы милый рядом», и поэтому иногда становился предметом насмешек для всяких, как он считал, вертихвосток, типа Волшебной Таблетки.

Вместе с тем, он, как никто другой, понимал, что времена меняются и ему, начальнику отдела, нужно быть в курсе всего, что происходит вокруг. Именно поэтому, он был готов слушать Волшебную таблетку («может, почерпну что-нибудь новенькое?»), несмотря на то, что внутренне он был с ней совершенно не согласен.

Лично с ней самой.

А также с ее методиками и подходами.

Маленькие Радости потирали ладошки.

Ох, сейчас будет потеха!

***

Волшебная Таблетка знала, как поставить на место и Внутреннюю Свободу, и Гармонию и Предназначение. Даже Глубинная Мотивация тихо сидела в сторонке, всей душой презирая Волшебную Таблетку, но, признавая ее востребованность во все времена.

— Ну что ж, — Волшебная таблетка заученным движением опытной соблазнительницы поправила волосы. Просто незаметно провела рукой по волосам. Элемент Игры, который сидел в первом ряду одобрительно кивнул головой — как же, мол, без этого?

А Волшебная Таблетка продолжала:

— Не думаю, что всем, без исключения, понравится то, что я скажу. Точнее, я просто уверена, что всем вам это не понравится. И, тем не менее, я вынуждена говорить правду, которую в работе мне, чаще всего, приходится скрывать…

«Приемчики-то известные, — подумал младший специалист лаборатории Триггеров, — Еще не начала говорить по сути, а уже показала свою сексапильность, пробудила любопытство присутствующих, опередила отрицание — мол, буду говорить о том, что вам не понравится… Естественно, все сделали «ушки на макушке». Хороша, чертовка! А, впрочем, нужно не забывать, с кем имеешь дело… Волшебная таблетка и должна быть такой… Легкой, быстрой, доступной, получаемой и потребляемой без особых усилий. Это вам, господа, не Глубинная мотивация.

Между тем, Волшебная Таблетка продолжала говорить, время от времени аппетитно облизывая нижнюю губу и делая взмах ресницами.

— Коллеги, давайте не будем жить вчерашним днем. Волшебную Таблетку хотят получить все. Вопрос только в том, насколько грамотно ее положат в рот.

Нужны деньги? Отлично! Дураки и лузеры пусть продолжают работать «на дядю» от звонка до звонка, а ты, умный и прекрасный, получи пошаговый план создания своего бизнеса, и — вот оно счастье! — ты уже пьешь коктейль, сидя на пляже в Майами…

Хочешь замуж за миллионера? Великолепно! Дурнушки, зануды и старые девы пусть продолжают плакать в подушку, а ты — умница и красавица — просто регистрируешься на вебинар «Как стать женой миллионера» и через пару недель очередь из миллионеров поет серенаду под твоим окном.

Надоело жить в депрессии? Малышка, ты просто не знала, что как раз сегодня мы проводим мастер-класс для тех, кого не радуют воздушные шарики. Правда, мило? Мы подскажем тебе, какие три шага ты должна сделать, чтобы вновь обрести себя — юную, прекрасную и счастливую.

Запутался в отношениях?

Не беда!

Мы поможем разобраться.

Волшебные таблетки есть на все случаи жизни.

У некоторых.

Для некоторых.

***

— А как, уважаемая, быть с теми, кто пишет в анонсах к своим мероприятиям: «Если вы ищете волшебную таблетку, то вам явно не сюда?» — въедливо спросил заместитель директора Экспериментальной Лаборатории Мужского Счастья.

Этот продвинутый академик в свое время совершил целый переворот в ощущениях, обосновав в своем труде плавный переход мужского счастья от «деньги, сиськи, борщ» к «деньги, деньги, деньги». Не все были согласны с основными постулатами этой работы, но обоснование было очень и очень грамотным.

Волшебная Таблетка, не будучи такой легкомысленной, как ей хотелось казаться, даже глазом не моргнула.

— Это элементарно, уважаемый, — передразнила она заместителя директора Лаборатории, — Вы прекрасно знаете, что это пишут специально, чтобы привлечь более серьезных людей. А потом предлагают им ту же самую «таблетку». Нам, волшебным таблеткам, совершенно безразлично, как мы будем представлены. Важна суть. Вы думаете, что клиенты вашего департамента не ищут легких решений трудных проблем? Вы лучше, чем кто бы то ни было, знаете, что времена рыцарских турниров давно позади.

— Никто не говорит о рыцарских турнирах, — заметил академик, — но времена меняются…

— Вот именно, — совершенно беспардонно расхохоталась Волшебная Таблетка, — Времена меняются и не в лучшую сторону, заметьте. Или вы хотите сказать, что не замечаете того, что люди становятся все более поверхностными? Чем вы объясните популярность всех этих «Десять шагов к счастью», «Двадцать нюансов, которые мешают вам почувствовать себя счастливым» или «Восемь с половиной мифов, которые помогут вам понять себя»? Вы все еще надеетесь, что кто-то будет читать философские трактаты? Вместо того, чтобы пробежать глазами «десять шагов» и утвердиться в мысли, что я могу стать счастливее уже прямо сейчас?

— Я не о том, — вздохнул академик, — люди стали, действительно, более рациональными, они не готовы тратить годы жизни на то, что «можно получить за час». Но разве за час они получают то же самое?

— А это уже не моя проблема, — развела руками Волшебная Таблетка, — У каждого продукта есть свой покупатель. Никто не отрицает, что в моем отделе коммерческая составляющая играет главную роль. И, самое главное, запомните получше: даже если вы решите закрыть отдел Волшебных Таблеток, это не изменит ситуацию. Уже сейчас стихийные группы, которые предлагают нас направо и налево, растут как грибы. Уже сейчас вы не можете контролировать этот процесс. Сколько бы вы, как вы любите говорить, серьезные люди, не иронизировали на этот счет, закрытие отдела приведет к еще большему хаосу. Хотя, казалось бы, дальше уже некуда.

Волшебная таблетка сделала грустную гримасу, и, хотя выражение ее хорошенького личика было насквозь фальшивым, все понимали, что она права.

***

— Думаю, на сегодня хватит, — заметил начальник отдела. — Пора разойтись по своим рабочим местам.

— Пора, — сказал Здравый смысл, который хорошо понимал, что навести порядок в ощущениях — дело гиблое, — Единственное, что я хочу сказать… Для того, чтобы окончательно (или не окончательно) убедиться, что мы работаем не зря, что наше присутствие окрашивает жизнь разными красками, как мы считаем, давайте предложим нескольким нашим подопечным написать о себе и своих ощущениях в какой-нибудь период жизни. Будут ли они писать о себе? Будут ли они писать о том, что их беспокоит? Будет ли это книга о самом человеке или о его окружении? Я не знаю. Посмотрим…

— Кого вы считаете подопечными? — скривилась Насмешка, — все человечество?

— Не надо смеяться, — строго заметил Здравый смысл, — пока что люди не научились управлять своими ощущениями. Они только учатся управлять чувствами и эмоциями, да и то, у них это безобразно получается. Многие вообще живут не своей жизнью, а жизнью своего окружения — оставь человека одного и его просто не будет! Мы так и не поняли до сих пор, почему одни клюют на Волшебную Таблетку, другие ищут Панацею-от-всех-бед, а третьи продолжают находиться в унынии или вообще впадают в апатию, сколько ни предлагай им новых средств и способов изменить что-то… И вряд ли когда-нибудь поймем…

— Так все-таки…, — начала докапываться Дотошность, — Кто это будет?

— Просто случайные люди, — ответил Здравый смысл, — Иначе, эксперимент потеряет свою объективность. Учитывая наши условия.

Просто случайные люди…

— А люди бывают случайными? — спросила Дотошность.

— Ах, оставьте, — замахали руками Нетерпеливость и Порывистость, — Все будет понятно в процессе.

— ОК, — хором сказали начальники отделов Женского и Мужского Счастья, — Мы согласны! Проанализировать то, что ощущают разные люди в разных местах в разных обстоятельствах, какие роли они играют или пытаются играть, — это будет полезно в любом случае. Не факт, конечно, что потом мы поймем хоть что-нибудь, но…

— В первую очередь нужно обратиться к маркетологам и лайф-коучам, — заметил Здравый Смысл, — они думают, что собаку съели на ощущениях, — пусть напишут о себе.

— Ты правильно сказал, что «они думают», — заметило Недоверие, которое всегда отмечало такие нюансы, — Не факт, что это факт, но… «они думают».

***

В общем, решение было принято, практически, единогласно.

Волшебная Таблетка тут же начала предлагать себя лайф-коучам, при этом она даже не позаботилась от том, чтобы поменять свой наряд. В прошлый раз 79% лайф-коучей уже клюнули на ее предложение, и теперь она хотела «выжать» из своей базы все, что можно.

Эйфория, Фантазия и Богатое Воображение увязались было за Сексом, который уже с середины заседания начал поглядывать на часы. Но Секс, уставший от всяких сопутствующих переживаний, отмахнулся от них.

— Слушайте, дайте людям просто по…, — он запнулся слегка, чем вызвал улыбку у всех присутствующих.

— Позаниматься любовью? — подсказала Горячая Привязанность.

— Позаниматься сексом, — поправила ее Любовь, которая не хотела, чтобы зря трепали ее имя.

— Ну что ж, — хором вздохнули Эйфория, Фантазия и Богатое Воображение, — тогда в кинотеатр или на лавочки в парке? Влюбленность, вроде бы уже там…

Академики вернулись в свои кабинеты, а Маленькие Радости…

Маленькие Радости сдали протокол заседания в канцелярию и полетели над городом в поисках своих объектов.

В отличие от многих других чувств, ощущений и впечатлений, Маленькие Радости нужно еще было заметить и распознать. Слишком незаметными были они на общем фоне.

Глава 2

Книга Эмилии. О рыженькой штучке и ее взрослом мальчике

Ну что ж, начнем…

Таких заданий по жизни мне еще не приходилось выполнять.

Но…

Я — вполне, такой себе, экспериментатор.

Написать книгу?

Да не вопрос!

Так говорит мой взрослый ребенок. Надо — напишем!

Ну что вам сказать?

Как говорила одна из советских героинь одного из советских фильмов, Одесса — это удав. Там, правда, речь шла не об Одессе, а о Париже, но смысл от этого не меняется. Удав — он везде удав. Даже в Одессе.

Несмотря на вполне недетский возраст моего ребенка — 19 лет, он иногда соглашается отдыхать со мной. Правда, при этом часто звучит — «мамочка, найди себе мужика приличного, и оставь меня в покое», но это Фил говорит, я надеюсь, в шутку…

Ну и, в некоторой степени, я с ним согласна. Когда со мной рядом есть «приличный мужик», то я особо не посягаю на внимание сына…

Одним словом, мы дружим.

У него в Одессе есть своя компания, и то, что он едет туда со мной, не делает его инфантильным «маменькиным сыночком».

Мы оба это прекрасно понимаем.

Мы оба живем не по правилам.

Если мы хотим жить по правилам, мы создаем их сами…

Я — в меру сумасшедшая мама. По мере взросления ребенка, моя «чокнутость» приходила в равновесие с его возрастом.

Он делает вид, что спрашивает, я делаю вид, что разрешаю…

Это очень сближает.

Итак, Одесса…

Я обожаю этот город. То же самое, вероятно, могут сказать миллионы людей, которые там живут или побывали. Но… мне кажется, что никто не любит Одессу так, как люблю я…

Еще одно общечеловеческое заблуждение: есть я, и есть все остальные.

Хотя… Может именно это и правильно?

Но, вернемся к Одессе.

Мы туда не поехали, а просто махнули.

Вот просто так взяли и махнули.

В субботу выехали в полтретьего ночи, а в восемь были в Одессе. А в воскресение в четыре выехали и в начале одиннадцатого были в Киеве.

Одесса — это другой мир!

Конечно, все было просто бегом: позагорали, покупались, по Привозу прошвырнулись, по Аркадии прогулялись, Дерибасовскую, Пушкинскую, Дюка, Екатерину — «оптичили».

Отдохнули хорошо, дорога была легкая, правда, на обратном пути, пробка была у въезда в Киев. Поэтому последние 40 км ехали два часа.

***

Фил так сгорел за первые два дня, что на третий день мы на море вообще не пошли… Это при том, что он еще какое-то время провел с друзьями…

Монетки в море опять не удосужились бросить.

Фил говорит — а что, это нам мешает?

Мы подумали и решили, что-таки совсем не мешает. В прошлый раз уезжали из Одессы — не бросили.

Потом были в Прибалтике, опять на море. Опять не бросили.

И снова приехали в Одессу.

Так что эта примета не работает!

В субботу я была в Одесском оперном театре. Фил отказался идти со мной и просто бродил по Дерибасовской, Ришельевской и Пушкинской с друзьями… А я смотрела балет «Щелкунчик».

Одесский театр просто великолепен. Как и все в этом городе — выше всяких похвал. Фил встретил меня после театра, а я вспомнила, что я тут была лет так 25 назад, в свадебном путешествии. И тоже одна!

Нашему браку с папой Филиппа на тот момент было ровно две недели, и мы умудрились разругаться в пух-и-прах, и я, оставив его в гостинице, пошла одна в театр.

Он тоже встречал меня после оперы…

Ах, эти смешные воспоминания о первых размолвках, которые казались концом света…

Но об этом — позже…

Вернемся, мой читатель, в наши дни…

Ха-ха…

Мой наряд в оперном театре Одессы — это отдельная история. Мы же просто ушли с пляжа и гуляли по центру, потом наткнулись на театр, и я решила туда сходить.

До начала спектакля оставалось уже часа полтора, т.е. ехать в гостиницу было некогда. И я пошла, в чем была — в полотняной юбочке едва прикрывающей колени, маечка такая, что и на пляже хорошо подумаешь, не слишком ли нахально.

Ну и шлепанцы. Очень удобные.

Но я — девушка сообразительная: в сумке было парео, поэтому я так небрежно набросила его на плечи, и получилось некое подобие вечернего наряда…

Кстати, в театре яблоку негде было упасть. Было много таких, как я, то есть, прямо с пляжа — в труселях в цветочек. Но были и бабушки чуть ли не с моноклем, и, кажется, итальянские моряки.

Народу — тьма. Я балет не очень люблю, но все вместе — музыка, сам театр, Одесса — это класс.

На обратном пути мы с Филом заехали на Привоз, я (умничка такая!) не купила ни единой тряпки.

Зато мы купили несколько арбузов, две дыни, слив дешевых и три кило кизила.

Сделаю небольшое отступление.

Мой мальчик очень умный, талантливый и продвинутый. Я уже не говорю о том, что он очень красивый и неординарный.

Единственный нюанс — он ужасно бесхозяйственный. Некоторое время я считала, что это моя вина, но потом поняла, что Фил (в этом вопросе) — копия своего папочки, и слегка перестала переживать по этому поводу.

С генами и наследственностью мало что можно сделать.

А чего переживать, если уже все равно ничего не сделаешь?

Короче говоря, Фил в машине на кизил положил обе дыньки…

И, естественно, когда мы приехали в Киев, я поняла, что я просто обязана ну хоть что-нибудь сделать с этим гребаным кизилом, иначе его придется выбросить.

Воды горячей все равно не было, поэтому, вместо того, чтобы мыться, отдыхать и готовиться к работе, я начала варить этот кизил, потом протирать его сквозь дуршлаг (а там две третьих ягоды — косточка), ну а потом закручивать…

Отдохнула после дороги, одним словом.

И что я при этом чувствовала? — спросите вы, о мой читатель.

Было обидно, и душила злость. Остальные нюансы насчет того, что мальчик мой в это время, помывшись из чайника, усвистел на свидание с новой барышней, опустим.

А что он, должен был со мной у плиты толкаться что ли?

***

Даже не знаю, почему именно я начала с поездки в Одессу.

Но… поскольку задача стоит именно так — писать обо всем, что касается моей жизни, все, что приходит в голову, что я чувствую или наоборот, то… нужно было же с чего-то начать.

Такое начало ничем не хуже, чем любое другое.

Наверное, нужно сказать несколько слов о себе. Это трудно.

В отличие от многих знакомых, я знаю, что такое декаданс. Да-да, это, между прочим, не только уныние и пресыщенность, это — эстетизм, индивидуализм и имморализм.

Наверное, это будет видно далее по тексту… Особенно, последний пункт…

Мне начинает нравиться писать книгу!

Это-же-моя-книга!!!

Что хочу, то и пишу.

В любом случае, она будет абсолютно уникальна.

И не придерешься!

Сегодня у Фила предварительная защита, накануне я предупредила всех, чтобы «держали кулачки», и вчера он решил прорепетировать передо мной свое выступление.

О, Боже…

Он учится на химико-технологическом факультет по специальности «информационные технологии».

Начал «выступать» передо мной.

Так складненько все рассказывает, мне понравилось. И все — сплошная химия… Я уже пыталась его как-то остановить — ну просто ничего не понимаю, а он мне говорит — нет, мамулик, послушай еще этого говна, которое я четыре года учу.

И смех и грех.

Да, химия — это не его конек, но он сам принял решение поступать, в свое время, именно на этот факультет. Там только открылась кафедра кибернетики, и поступить было легче, чем на другие, сугубо «программистские» факультеты.

Словечко, конечно, не ахти какое, но слово «компьютрщик» — еще ужаснее. Программистов, как я теперь вижу, несмотря на внешнюю неэмоциональность, аж трясти начинает от этого слова.

Короче, ребенок хотел заниматься программированием и принял решение поступать на химико-технологический факультет, с уклоном в программирование.

«С уклоном» звучит тоже как-то не очень, но, поскольку это-же-моя-книга, то пусть будет так.

В день предварительной защиты диплома сильно похолодало: самое время надеть костюм в институт. Ну, вы понимаете, как мальчики любят сейчас ходить в костюмах. Мальчики вообще, и программисты, — в частности.

Пошел в рубашке и брюках. Костюм оставил на саму защиту. Выступил хорошо.

Было 10 вопросов, на девять из них он ответил.

На одном (от его руководительницы, с его слов) — пришлось выкручиваться. Но это (опять же, с его слов) не испортило впечатления. Она ему потом рассказала, как нужно было отвечать. Один из принимающих потом пожал ему руку и сказал, что он молодец. Потом, естественно, было празднование в парке КПИ.

Но я теперь к празднованиям отношусь спокойно. Когда знаю, что он сам не пьет — все же легче.

***

Был у нас период, когда день не проходил без литра пива, а иногда и чего-то покрепче. И, когда эта детская родная мордаха, извините, воняла перегаром, то маме, разумеется, трудно было удержаться от претензий.

Сейчас, вроде, дите мое поумнело и не пьет совсем.

На предзащите перенервничал, конечно.

Я, уходя утром, подготовила ему одежку, и спрашиваю — знаешь, где туфли? Мы вместе с костюмом купили ему такие добротные деловые туфли. Он, как всегда, не слушая, говорит, — знаю. Вечером прихожу и вижу, что он был в старых кроссовках.

Но — понимаю, что это мелочи.

Главное — без пяти минут бакалавр! Мне слово это очень нравится!

И, правда, что такое какие-то туфли?

Главное — у меня глубокий, мыслящий мальчик. Парень. Мужчина!

***

Недавно в магазине со мной произошла странная история. Я купила все, что нужно и решила зайти в галерею бутиков — поглазеть. Захожу в один из магазинчиков — и, уходя, врезаюсь лицом в стеклянную стену.

То есть, рядом дверь — тоже стеклянная, а я думаю, что это все открытое пространство.

Ужас…

Хорошо, что витрина осталась цела и очки. Из носа потекла кровь (чего у меня сроду не было).

Девчонки-продавцы перепугались, завели меня в примерочную, какие-то салфетки мокрые носят…

Дома начал проявляться сине-желтый синяк. Замазываю его всем, чем только можно. Но нос дышит и голова не болит, так что, оно конечно пройдет, но зло берет — что называется, «на ровном месте».

А Фил, выслушав историю, говорит — это пространство тебя предупреждает, что ты идешь не в том направлении по жизни.

Может, конечно, и не в том.

Работаю над этим.

На выходные я ездила на дачу. Сыночек уже давно эту радость игнорирует. Единственный его совет по поводу того, что нужно сделать на даче, звучит так: «Закатать асфальтом»…

В некоторых случаях, мы бываем очень категоричны…

За что я люблю институт Филиппа — это за полное отсутствие всякого порядка. Иначе, как я понимаю, мой гениальный ребенок, вообще не смог бы нигде учиться.

Фил наслаждается каникулами, встает в два часа дня, ложится в три часа ночи, но я потакаю и «не возникаю».

Думаю — заслужил.

Боюсь сглазить, но очень хочется сформулировать это так: насколько в мелочах все у него неправильно, неаккуратно и кувырком, настолько два (пока что, по его возрасту) важных события в жизни — поступление в институт и переход от бакалавриата в магистратуру — прошли для меня, практически, без какой-либо нервотрепки, и мое участие не потребовалось…

Дай Бог, чтоб и дальше так было. Лучше будем трястись и нервничать по мелочам, а в главном пусть все достается полегче.

Еще раз нужно сплюнуть много раз.

Могу плевать сколько хочу!

Это-же-моя-книга!

Сейчас Фил ищет работу на лето. Я, как могла, задала направление.

В прошлый понедельник он проработал ровно полдня: с обеда его отпустили — ему не понравилось. Все-таки продажи — это не его стихия.

Позвонил, извинился, я была не против, чтобы он туда больше не ходил. Задевает меня только то, что у него не возникло никакого смущения от того, что это мои знакомые, и я, вроде, приложила руку к его трудоустройству.

То, что мне нужно будет как-то говорить с этими людьми, его не волнует.

Конечно, главное, — чтобы ему было хорошо, но его позиция уж очень сильно напоминает позицию его папы по жизни — там где нужно поднапрячься и потерпеть, вообще, там где НУЖНО и ДОЛЖЕН — это — «не то» место.

А ТО — это там где ХОЧЕТСЯ и СПОКОЙНО. А таких мест, как мы знаем — нет. В общем, сидит дома, сходил на пару собеседований, встречается с друзьями…

***

Фил злит меня уже несколько дней. В субботу он в 11 утра ушел на день рождения, пришел в 12 ночи. В воскресение встал в 12, в два ушел гулять.

А я в эти выходные, кроме консервирования, съездила на мойку, помыла машину и мотор, потом съездила к бабушке, потом сдала машину на ТО, потом забрала, нашла в 11-й (по счету) аптеке (в первых десяти не было) маме лекарство, которое у нее заканчивается, а бабушке — чесночные капсулы, которые она теперь пьет. Плюс разобрала шмотки, сострочила джинсовую юбку, провела анализ осенне-зимних вещей…

Короче утром оказалось, что у меня немыта голова, не накрашены ногти, не вставлены линзы и все неглаженное…

Утром экспресс-методом привела себя в порядок и помчалась на работу… Вот теперь сижу — отдыхаю.

Фил сегодня ездил в институт — посмотреть, может что-то новое вывесили про магистратуру. Но… там все закрыто и никого нет. А ему еще нужно окончательно донести документы.

Чувствую, что они что-нибудь объявят 31 августа, чтобы к 1-му сентября никто не успел, как это уже не раз бывало…

Но он съездил, «галочку себе поставил» в список добрых дел, сделанных ДЛЯ ЧОКНУТОЙ МАМЫ, которая «парится» по пустякам, потому что серьезных проблем у нее нет.

Сейчас приехал домой. Отдыхает после визита в институт.

***

А я вчера встречалась с подружкой.

Живут вместе с семьей сына — она, сын, невестка, внучок 3 года.

Рая — вся в расстроенных чувствах: сын начал перестраивать дачу и делать из нее дом, чтобы жить. За перестройку им насчитали около 60 тысяч долларов. Раиса отдает все свои накопления (25 тыс.) за всю жизнь, чтобы достроить этот дом и, наконец, разъехаться. А молодежь на фоне этого — покупает путевку в Турцию за 2500 долларов и едет отдохнуть.

Какие-то у них, конечно, сбережения есть, но сейчас, по моему мнению, и, по мнению Раи, совершенно не время для этой поездки.

Т.е. куда ни ткнись — везде одно и то же: детки поступают так, как им удобно и выгодно, а родители должны все отдать и потом еще голову поломать, как жить дальше…

Позавчера вечером я занималась интеллектуальной работой.

Переставляла холодильник из кухни в комнату. Идея возникла давно, Фил даже хотел привести мальчишек своих, чтобы помогли перетаскивать. Но «свободная и самостоятельная женщина» способна на многое — я пришла с работы и решила, что Я ЭТО СДЕЛАЮ.

Ну что вам сказать?

Кресло из большой комнаты перетянула в комнату Фила, холодильник с кухни перетолкала на место кресла, книжную этажерку поставила так, что холодильник совсем не видно — не комната, а картинка.

И на кухне свободно…

И никто под руки не лез с советами и идеями…

Сыночек, конечно, ругал меня последними словами (почти), очень возмущался, что я его не дождалась.

А вчера ему, наконец, выдали диплом бакалавра (саму корочку). Мы за это выпили: он — колы, а я — водички минеральной.

Скучные мы все-таки стали люди…

А сегодня «мы», видите ли, гуляем с Ирой. Пришел домой в полвторого ночи. Ира — это девочка из лицея, давно возле него крутится.

Он тоже какое-то время пытался с ней встречаться, потом прошло.

И опять пошли на прогулку.

Приходит — довольный как слон. Я — сонная и уставшая — начинаю орать все подряд — и поздно пришел, и ногти грязные, и волосы не расчесаны…

А он говорит, что она ему стихи написала — вот такому, с грязными ногтями и волосами…

Ну что тут скажешь…

Может, так и нужно?

А сегодня Филюша мне сообщил, что его папа (соответственно, мой бывший муж) просит в долг тысячу гривен.

В принципе — это не вопрос.

Но почему это нужно Филу говорить, а не мне? Я, конечно, дам, но сама постановка вопроса меня просто бесит… Интересно, насколько ему этой тысячи хватит? Я так понимаю, возвращать будет, когда на работу устроится, а это значит — после дождичка в четверг. Вы ж понимаете, это не Бог весть, какая сумма, но, называется «дожили»…

Какие чувства я при этом испытываю?

Презрение и жалость. Как это может уживаться?

Фил меня тоже разочаровывает каждый день… Вот уже и сентябрь начался, а работы все нет. Ходит по собеседованиям, где-то что-то обещают, но пока ничего серьезного.

Но не в этом дело.

Просто дома — ну хоть бы тарелку за собой вымыл!

Такое впечатление, что ему лишь бы было где переночевать, а остальное — вообще не волнует. Грязными носками забит весь диван — отделение, куда он складывает постель. Просто как бомж какой-то… Иногда я могу и пошутить по этому поводу, но иногда просто визжать хочется…

И потом мне очень жалко его времени, которое он просто теряет.

***

Папа Фила приходил позавчера, взял тысячу гривен.

Оказывается, он собирается продавать гараж, вроде был уже покупатель, деньги ему нужны были на всякий случай, если что-то нужно будет заплатить у нотариуса (так он сказал).

Мне, вообще-то, наплевать, как там и что, просто опять же — здоровый мужик распродает то, что его родители нажили за всю жизнь.

Вчера звонит, рассказывает — покупатель сорвался, ищет других…

Хрен с тобой, ищи…

Говорю — может, дай объявление в интернете, там сейчас все продают и покупают…

Ответ с сарказмом: да, вот дашь объявление в интернете, а потом придут с пистолетом… Ну как, кроме паранойи это можно назвать?

В довершение всего «хорошего», на работе вывернула на себя чашку горячего крепкого растворимого кофе. А я сегодня в белой кофточке и белых брюках. Хорошо, что ожога не было, но мне пришлось в туалете снять с себя все до трусов — и застирывать. Трусы тоже.

Потом выжала все и надела на себя назад. Вот сижу и вспоминаю детство — во всем мокром.

Включила кондиционер на тепло — задыхаюсь, а все остальное мерзнет.

В общем, классический осенний депрессняк. Апатия какая-то…

Давненько уже такого не было.

***

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 374