электронная
100
печатная A5
319
18+
Забавные рассказы

Бесплатный фрагмент - Забавные рассказы

Рождённый в СССР


Объем:
124 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-4416-3
электронная
от 100
печатная A5
от 319

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Василий Рем

Вместо автобиографии

Василий Рем — это псевдоним, выбранный поэтом из личной скромности. Автор родился 15 июня 1953 года (холодное лето 1953 года) в с. Новоалександровке, Нижнесерогозского района, Херсонской области, УССР.

Этот период отмечен чередой важных в истории страны событий. После смерти Иосифа Сталина объявлена всеобщая амнистия для заключённых, тысячи узников были освобождены из тюрем и лагерей. В высших государственных структурах идёт борьба за власть, на роль вождя претендует Лаврентий Берия. Однако в стране подул ветер перемен, Берию обвинили в предательстве Родины и расстреляли. К власти пришёл Никита Сергеевич Хрущёв, период правления которого получил название «хрущёвской оттепели».

Родители автора, пережившие годы сталинских репрессий, позже рассказывали сыну о тяжёлых событиях и страданиях, которые выпали на долю простого народа. Семья матери попала под раскулачивание, имущество у них отобрали, а отца и четверых братьев сослали в лагерь на Соловки. Вскоре отец на Соловках умер, а братья пошли добровольцами на фронт, воевали в штрафных ротах. В первые же дни войны двое братьев пропали без вести. Один прошёл всю войну, воевал в Берлине и 8-го мая 1945 года умер от ран. Только одному из братьев удалось вернуться с войны.

Отец поэта, 1904 года рождения, личность неординарная и во многом загадочная. В его биографии вместились революция 1917 года, гражданская война, строительство Беломоро-Балтийского канала, Великая Отечественная война. Будучи грамотным, он занимал руководящие должности, работал налоговым инспектором, председателем поселкового совета, завмагом, путевым обходчиком, а после выхода на пенсию — сторожем стадиона.

Выросший в деревне, поэт не понаслышке знал, как живётся простым людям, часто слышал их разговоры о суровой действительности и событиях того времени. Родители тоже рассказывали то, что видели и пережили на самом деле, а не то, что написано в советских учебниках по истории. Всё это рано научило его думать, а правда жизни, увиденная собственными глазами, сформировала характер и предопределила будущее поэта.

Уже став взрослым, отслужив срочную службу в пограничных войсках, он принимает решение посвятить свою жизнь защите Отечества. Окончил пограничное училище, затем служил на границе — не случайно через всё его творчество красной нитью проходит тематика пограничной службы. Одновременно учился на физико-математическом факультете Южно-Сахалинского государственного педагогического института, после окончания которого получил профессию учителя средней школы.

Всё происходящее в стране он переживал как события собственной жизни, что также нашло отражение в его творчестве. Ещё во время службы Василий Рем, как человек отзывчивый и не привыкший стоять в стороне, начал серьёзно заниматься судьбами беспризорников, состоявших на учёте в детской комнате милиции. Уделял большое внимание их патриотическому воспитанию, привлекал к спорту, занятиям в кружках и секциях. Объединив подростков общей идеей, создал детский военно-патриотический клуб «Граница», которым руководил с 1972 по 2010 год. Здесь обучались сотни молодых людей, выросших в нищих или неблагополучных семьях. В их трудной судьбе были драки, наркотики, пьянство. Он вытаскивал их из этого порочного круга и с помощью спорта помогал поверить в себя и идти к намеченной цели.

После выхода на пенсию Василий Рем по-прежнему занимает активную жизненную позицию и продолжает трудиться. Вначале в школе заместителем директора по воспитательной работе и преподавателем математики. Затем сослуживцы пригласили его в частную охрану, где он работал на должностях охранника, заместителя директора и директора охраны. Набравшись опыта, стал заместителем генерального директора по экономической безопасности московской фирмы. Сейчас трудится начальником охраны в одном из подразделений Министерства финансов РФ.

В 2016 году благодаря рекомендациям ведущих поэтов Василий Рем стал членом Российского союза писателей. Участвовал в создании регионального отделения Российского союза писателей в Белгородской области. Четырежды номинирован на Национальную литературную премию «Поэт года» — в 2016, 2017, 2018 и 2019 годах. В 2019 году за литературную деятельность награждён медалью Владимира Маяковского. В 2020 году награждён медалью Анны Ахматовой.

Сейчас, как и на протяжении всей своей жизни, Василий Рем продолжает заниматься творчеством — пишет стихи и прозу. В его произведениях нашла отражение целая эпоха, события, которые нигде не описаны или описаны иначе. Это свидетельство неравнодушного человека, поэта, пережившего вместе со своей страной все её победы и поражения. Книга, которую вы держите в руках, она, как и все произведения Василия Рем, особенная. Читайте, не пожалеете.

Председатель регионального отделения Российского союза писателей по Белгородской области, Дмитрий Чепиков.

Забавные случаи на службе

Предисловие

Где мне только не приходилось служить, Родина бросала меня по стране как мячик для настольного тенниса. Но в каждом кусочке страны были свои плюсы и минусы. О минусах писать не хочется, но вот интересные истории опишу. Тем более, что их не нужно выдумывать, они были взяты с жизни. Может они немного будут мной приукрашены, чтобы не казались скучными.

Сначала о тех случаях, что были в период навигации, когда Родина меня отправляла в разные точки, для оформления иностранных судов на приход и отход. А приходили они к нам, по разным причинам. Некоторые для обслуживания морских буровых установок, некоторые для погрузки леса. Приходили и для погрузки угля. За редким исключением нам что-то привозили.

В основном всё вывозилось. На обслуживании этих судов было задействовано много народа. Команда катера с лоцманом для проводки судна. Экспорт — лес или экспорт — уголь. В зависимости от вида груза. Погрузочная команда из наших рабочих. Фитосанитарный контроль. Карантинный врач. Таможня и конечно мы пограничники.

За судами, стоящими на погрузке, велось круглосуточное наблюдение и не важно где была погрузка, на рейде или у причала. Наблюдение велось с вышки визуальное, с использование оптически приборов, в том числе ночного видения. И конечно с постов технического наблюдения с помощью радиолокационной станции. На пирсе оборудовались для КПП (контрольный пропускной пункт) где проверяли документы у сходящих на берег иностранцев и пропуска у рабочих бригад. Теперь вам в общем уже понятно, как всё здесь крутилось, можно излагать и интересные на мой взгляд случаи.

Фуку-Хру-Минору

В центре фото, Горовой Алим Николаевич

Прислали меня для подмены заболевшего офицера на КП «Шахтерск» — это в небольшом порту с одноименным по названию посёлком, на острове Сахалин. Приехал, доложил, отправил офицера в госпиталь на лечение и приступил к службе. Вот приходит очередное судно из Японии. Я готовлю пограничный наряд, приглашаю членов комиссии по оформлению и на катере выдвигаюсь на рейд для оформления судна на приход с последующей постановкой его под погрузку углём. Первым на борт, как и положено поднимается карантинный врач. По его команде поднимаются на борт и все остальные члены комиссии.

Если судно небольшое к катеру подавали парадный трап, и все спокойно поднимались на борт. Если немного штормило или судно было с высоким бортом, подавали верёвочный штормтрап и все карабкались по нему как матросы для штурма в период аврала. На плавбазах и плав-консервных заводах поднимали комиссию в специальных корзинах с помощью лебёдки — это было прикольно и страшно.

Как только я со своими бойцами поднялся на борт, а это было на кануне Дня пограничника. Нам навстречу выходит пожилой японец и на чисто на русском рапортует:

— Да здравствует славные пограничные войска! Поздравляю вас с наступающим Днем пограничника!»

Не скрою, мы были немного шокированы таким приёмом. Но мы держим ухо востро и не расслабляемся. Я спросил у него, кто он будет по должности согласно судовой роли. Он ответил мне, что переводчик. Я предложил ему провести нас в кают-компанию и пригласить капитана судна для начала работы по оформлению судна на приход.

— Кстати, а как вас зовут? — спросил я.

— Александр Александрович, можно просто Сан Саныч, -ответил он.

— А как вы значитесь в судовой роди? — спросил я.

— Фуку-Харо-Минору — тихо ответил он.

Мы прошли в кают-компанию, оформление прошло без происшествий. Я после сличения паспортов с личностью предъявителя и сверив их с судовой ролью. Объявил капитану через переводчика, что забираю временно все паспорта для оформления пропусков. Такая практика существовала. Заодно мы паспорта проверяли на специальных приборах, чтобы удостовериться, что они подлинные.

Прибыв на КП, я сразу доложил начальнику КПП «Холмск» подполковнику Горовому Алиму Николаевичу о странном переводчике. Он спросил меня как его фамилия имя отчество и услышав, что Фуку-Харо-Минору, сказал:

— Схода на берег иностранцев без меня не производить, я сейчас приеду.

Мне оставалось только ответить:

— Есть! — и выполнить его распоряжение.

Пока я проверял документы иностранцев на наших приборах, приехал начальник КПП. Я встретил его доложил ему обстановку, и мы прошли в канцелярию.

— Показывай его паспорт, — потребовал начальник.

Я естественно показал

— А, мой крестник, — многозначительно произнес он.

— Будем его встречать, — сказал он после небольшой паузы и его лицо расплылось в улыбке.

Как и положено я отвёз паспорта на судно, передал их капитану, как и получал под роспись, и объявил, что всем сход на берег разрешён. После чего отчалил на катере от судна и отправился на пирс.

Возвращение с рейда.

Следующим рейсом катера прибыла группа иностранцев, среди них был и Фуку-Харо-Минору. Увидев Горового Алима, он закричал:

— Налим, Налим, — и зашёл обратно на катер. Налим — это он не выговаривал имя Алим. Начальник мой рассмеялся, и мы вернулись в канцелярию.

Всё произошедшее для меня было по меньшей мере странно. Естественно я попросил своего начальника рассказать мне, что произошло. К этому времени нам подали ужин и за ужином он мне рассказал:

— Это было в городе Находка, я тогда служил там начальником КПП и тоже, как и ты оформлял японское судно на приход. Точно также и ко мне подошёл Фуку-Харо-Минору и также всё отрапортовал. Мне стало интересно, что это за фрукт Фуку-Харо-Минору? Я попросил работников «Интерклуба», где отдыхают иностранцы, подыграть мне. Ребята согласились. Мы разыграли картину, что у меня день рождения и я его отмечаю в «Интерклубе», а ту приходит в клуб и команда с прибывшего судна. Мы им объясняем причину и приглашаем за стол, отведать Российского гостеприимства. Японская команда посовещалась и согласилась. Началось веселье, затем соревнование, кто больше выпьет. Потом мы показали японцам как пью «Кровавый Мэри». Это водка с томатным соком в оном стакане. Короче Фуку-Харо-Минору подвыпил, захмелел и тут началось…

— Я полковник Квантунской армии, — кричал он.

— Я потомственный самурай.

— Всем встать по стойке смирно перед полковником, — кричал он.

— И все японцы вскочили по стойке смирно. Да много чего он тогда наговорил, а мы то всё снимали на плёнку, хорошее кино получилось. Сейчас он возглавляет школу военных переводчиков в Японии и пришёл на судне простым переводчиком, это не спроста, — завершил он свой рассказ.

Мне была поставлена задача смотреть в оба и связаться с территориальными КГБ передать им, что интересный фрукт прибыл, пусть по своей линии поработаю. Естественно я так и сделал. Поставил задачу своим пограничникам, чтобы смотрели в оба и позвонил соседям, изложил суть дела. Они обещали взять всё под свой контроль.

На следующий день примерно в десять утра прибывает катер с группой японцев от судна. Мне доложили от этом бойцы с пирса, я прибыл лично для встречи. Выходит, на пирс Фуку-Харо-Минору. Такой дедушка, в левой руке узелок, в правой посох, на голове косынка в виде «бандана» завязана. Ну настоящий Дерсу — Зала. Первое, что он меня спросил:

— Налима нет? — это он про моего начальника спрашивает.

— Как видите нет, — ответил я. И проводил его длинным взглядом. Когда я увидел, что его приняли под контроль территориальное КГБ, занялся своими делами.

Через тридцать минут звонят нем соседи и говорят:

— Помоги, Фуку-Харо-Минору ушёл из под наблюдения, и мы не знаем куда он исчез, может твои с вышки видели?

Я-то уже тёртый калач, у меня ДНД в посёлке, уже дано его под наблюдение взяло и ведёт. Но конечно я об этом, соседям не говорю, пусть помучаются, раз такие лопухи.

— А как получилось, что ваши его упустили? — спросил я сотрудников КГБ.

— Да ты знаешь, шёл вдоль забора, потом отодвинул одну доску, шмыгнул в дырку и доску изнутри гвоздями прибил. Ну, не будут же наши отрывать доску выдавая себя. Пока обошли забор по периметру, его и след простыл.

— Хорошо, поработаю со своими «источниками», если узнаю, подскажу где его искать, — сказал я.

В запасе у начальника КП было много «оружия» против японцев

Естественно через какое-то время мне ДНД (добровольная народная дружина) доложила, что он по такому-то адресу, у своей женщины. Я им поставил задачу по очереди вести наблюдение за домом, что бы не ушёл, но как появятся соседи из КГБ, чтобы уходили, дальше их работа, мешать нельзя.

Сам позвонил соседям и доложил полученную информацию. Они естественно были рады и взяли дом под наблюдение. Дальше уже не моя работа.

Индийское судно

Судно из Индии

В этот раз я прибыл на КП «Углегорск» портовый посёлок с одноименным названием. На рейде стояло судно из Индии. Мне нужно было его оформить на приход и контролировать пока оно будет грузиться углём. Затем оформить на отход и ждать следующего судна. В этот КП суда иностранные приходили редко и поэтому портовый режим был никудышный. В заборах дырки, на КПП вахтеры пропускали всех подряд, не спрашивая пропусков. Одним словом — деревня. Решил я начать с наведения порядка в порту и поднятие портового режима до нужного уровня. Тогда Сахалин — это была пограничная зона и права пограничников были велики.

Поднял я своих бойцов по команде «В ружьё!». Перекрыл все дыры в заборах и на КПП, поставив туда своих бойцов. Утром на работу не вышло половина рабочих порта, поскольку были задержаны моими бойцами при попытке проникнуть в порт незаконно.

Вызвал начальника порта, предъявил ему всех задержанных и дал сутки на устранения недостатков. В противном случае пригрозил составить официальный рапорт и отправить в Москву вместе с фотографиями, сделанными мной, всех этих нарушений.

Начальник порта человек оказался понятливый и все задержанные были отправлены с мастерками, песком, цементом и кирпичами на заделывание всех дыр в заборе. Начальник отдела кадров занялся фотографированием работников и выписывание им пропусков в порт. Через сутки, всё было готово и начальник порта сообщил мне об этом. Заодно пригласил меня к себе заместителем по режиму.

— Как уволишься, приходи. Квартиру дадим сразу, работа не пыльная, главное держать дисциплину, а это ты умеешь, — сказал он мне.

— Непременно, как уволюсь, так и приду, — ответил ему я.

Пришло время оформлять Индийское судно на приход. Я в составе комиссии поднялся на борт судна. Любопытные индусы лезли из каждого иллюминатора, выглядывали из каждых дверей. Складывалось такое впечатление, что к ним приехали диковинные существа, которых они никогда не видели. Я попросил переводчика провести нас в каюту капитана, и мы приступим к оформлению судна на приход.

Капитан через переводчика поприветствовал нас на борту судна. Мы ему ответили обратной вежливостью.

Я попросил капитана, чтобы он отдал команду всем, кроме тех, кто на вахте, разойтись по каютам и ждать нас для проверки документов. Индия была для нас дружественная страна и каких-то жёстких мер предосторожности мы не применяли. Совместно с таможней и моими бойцами мы прошлись по каютам, таможня проверяет своё, я документы и моряков.

Завершив обход, проверив тех, кто был на вахте, я согласно судовой роли обнаружил, что мне не предъявили двух человек, числившихся там. Естественно через переводчика я обратился к капитану судна, чтобы мне предъявили данных людей. Переводчик выслушал слова капитана и перевёл, что эти люди, его жена и дочь. А по их законам заходить в каюту жены и дочери капитана, может только он и еще стюард, привезённый им из Индии.

Я объяснил капитану судна, что он находится на территории СССР и подчиняется законам СССР. По нашим законам, я имею право проверять документы и сличать их с личностью предъявителя не зависимо от того, какие существую порядки у них в Индии.

Конечно с нами в комиссии был и сотрудник территориального КГБ под видом одно из сотрудников порта. Естественно он тоже хорошо владел английским и понимал, что отвечает мне капитан. От услышанного он стоял и улыбался, поскольку переводчик слишком дипломатично переводил, то, что говорил капитан судна. Но поскольку я пригрозил приостановить оформление судна и отправить его на дальний рейд на отстой. А такое право я имел. Он пошёл на попятную.

Капитан судна вызвал своего стюарда, и я со своими «Орлами» проследовал за стюардом сличать паспорта с личность предъявителя. Благо идти далеко не пришлось, каюта где находились его жена и дочь были рядом.

Стюард постучал в дверь. От туда тишина. Минут через тридцать из-за двери раздался женский голос. Стюард переговорил с ней на английском, и мы стали ждать. Прошло ещё минут двадцать пока дверь открылась и в ней появилась женщина в сабо. Она была огромная и жирная, просто слои жира свисали по бокам и на животе. Тройной подбородок не красил и без того не красивое лицо.

Я сверил фото в паспорте с личностью предъявителя и попросил стюарда, чтобы он пригласил её дочь для сличения с паспортом. Они говорили минут пять на английском, затем женщина исчезла за дверью и ещё через примерно пять минут в отрывающихся дверях показалась фигура девушки в сабо.

Скажу сразу, она была похожа на отца. И фигура, и лицо идеально сочетались под красивым голубым сабо. Ну просто вылитая Зита из фильма «Зита и Гита». На лбу стояла розовая точка, глаза она не поднимала, мои бойцы просто съедали её взглядом. Но после сличения личности с фото в паспорте мы откланялись и удалились в каюту капитана.

У капитана судна и так было не очень весёлое настроение из-за моего посещения его жены и дочери. А тут сотрудник КГБ под прикрытием, решил ещё и пошутить. Он, обращаясь к капитану сказал такую фразу на английском:

— Господин капитан, что-то больно долго пограничник сверял документы с личностями твоих девочек. Вам не кажется это подозрительным? (Это мне потом переводчик перевёл его фразу).

Смотрю капитан побагровел и уже смотрит на меня не совсем дружественными глазами. Я на всякий случай расстегнул защёлку кобуры с пистолетом. Мало ли что взбредёт в голову ревнивому «Мавру». Но капитан немного успокоился, и мы покинули судно, закончив оформление на приход.

Конечно сотрудник КГБ долго смеялся над своей удачной шуткой. Но мне было не до смеха, ведь ещё после погрузки нужно будет идти на оформление на отход и снова сличать паспорта с личностью предъявителя.

Но слава Богу, мой сменщик вернулся раньше, я рассказал ему всю обстановку, передал документы и людей. После чего быстренько уехал в Холмск, к месту дислокации. Пусть он теперь любуется на жирную индуску и выдерживает взгляды ревнивого капитана судна.

Плавучие буровые установки

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 100
печатная A5
от 319