электронная
90
печатная A5
556
18+
Юрий Чурбанов +

Бесплатный фрагмент - Юрий Чурбанов +

Галина Брежнева, Борис Буряца и все-все-все

Объем:
300 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-4549-2
электронная
от 90
печатная A5
от 556

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

«Не имей сто баранов,

а женись, как Чурбанов»

(Народная мудрость)

Автор выражает признательность за помощь в работе Марине Леско и своим коллегам – сотрудникам канала «Москва-24».

Фото на обложке: архив МВД Узбекской ССР.

Фото: архив МВД Узбекской ССР, архив Генеральной прокуратуры СССР, Alofok, Arshakyan Mariana, Harry Pot / Anefo, Bert Verhoeff / Anefo, Яков Халип (РИА «Новости»), Sholomovich / Шоломович (РИА «Новости»).

ОТ АВТОРА

Ньюсмейкер № Раз

Он скончался на 77-м году жизни 7 октября 2013, похоронен 10 октября 2013 года на Митинском кладбище.

Ни одна радиостанция, ни один ТВ-канал не сообщили о его смерти даже в день похорон. А ведь Юрий Михайлович Чурбанов был не просто зятем генсека КПСС Леонида Ильича Брежнева, он был ньюсмейкером № Раз в определенный период нашей истории.

Поскольку меня все (не только коллеги) спрашивали, откуда я узнал о смерти Юрия Михайловича Чурбанова, объясню: первоисточник один на всех — сайт «Боевого братства».

Собираем урожай…

Мне ссылку на некролог кинул Виктор Иванович Идоленко, который четверть века назад возглавлял штаб следственной бригады Гдляна (с Тельманом Хореновичем я в ту пору работал над книжками «Пирамида-1» и «Мафия времен беззакония»; дело было в Узбекистане, поэтому и «узбекское»). Я отослал руководителю сайта письмо с единственным вопросом: «Откуда сведения о смерти»? Вопрос получил лаконичный: от вдовы.

Ну, после этого написал пост для «МК». И еще один — для Общественной палаты.

На следующий день посетовал, что ни одно СМИ не отреагировало на кончину государственного деятеля СССР.

Далее по закону снежного кома — инфа хлынула на федеральные каналы.

Но повторюсь — все началось с небольшого сообщения на сайте, хорошо знакомом и бывшим сослуживцам Чурбанова и тем, кто расследовал преступления брежневского клана.

С точки зрения морали, все эти люди были ничуть не хуже предыдущих или нынешних обитателей политолимпа. Да, нарушали закон. Но так было принято. Испокон веков закон писан не для элиты. Люди из брежневского клана стали заложниками межклановой борьбы на Старой площади.

При этом они были по большей части людьми с понятиями. Ни одного из них нельзя назвать законченным мерзавцем, каждый чем-то был хорош. Как заметила моя знакомая, жена барабанщика «Машины времени» Марианнна Ефремова, прочитав мой статус про смерть Чурбанова в Facebook’е: нормальный был мужик. попал под раздачу.

Нет, они не были идеальными с точки зрения канонов нравственности. Однако по-своему были и остались достойными. Достойными хотя бы того, чтобы рассказать про них правду. Без публицистических наездов.

Другое дело, что нелепо выставлять их лишь жертвами следственных придирок. Конечно, крали кремлевские вельможи не отраслями и скважинами, как ныне, а усадьбами и бриллиантами. Да, взятки порой были смешные по сегодняшним стандартам. Вышитая золотом тюбетейка или часы из Гохрана. Сейчас часы за миллион долларов почти любой столичный префект может себе позволить. Однако основы российской коррупции именно тогда и формировались. Изменились масштабы казнокрадства, но нравы-то, увы, те же самые. Современная коррупция, как из гоголевской «Шинели», вышла из чепана (халата), изготовленного на Бухарской золотошвейной фабрике для известного советского чиновника.

Он умер. Его адвокат живее всех живых

Чурбанов отсидел пять лет. 30 декабря 1988 года оглашен был приговор. На скамье подсудимых находились: первый заместитель министра внутренних дел СССР Чурбанов, министр внутренних дел Узбекистана Яхъяев, заместители министра внутренних дел Узбекистана Бегельман и Кахраманов, начальники УВД облисполкомов Узбекской ССР Норов, Сабиров, Джамалов, Махамаджанов, Норбутаев. Председательствовал в суде член Верховного суда СССР, заместитель председателя военной коллегии генерал-майор юстиции М.А.Маров. Народные заседатели — генерал-майоры В.З.Жевагин, В.С.Сизов. Государственное обвинение поддерживал помощник Генерального прокурора СССР А. В. Сбоев.

Защиту осуществляли адвокаты Московской городской коллегии адвокатов. Чурбанова персонально защищал Андрей Макаров, который, спустя четверть века стал телеведущим («Свобода и справедливость»); на ТВ он впервые попал как приятель Влада Листьева, еще в конце 80-х, влиятельный деятель московской гей-тусовки был спален 20 лет назад (в 1993 году) Марком Дейчем, который в радиоэфире рассказал, что Андрей Михалыч — платный осведомитель КГБ: его завербовали как раз по «голубой» линии, ведь в СССР гомосексуалистов преследовали уголовно, по статье 121 УК РСФСР, Александр Невзоров поведал мне, как над Макаровым стебались в Думе: он рефлекторно откликался на имя «Таня» (это была сексотовская кличка Макарова), и порой кто-нибудь из легкомысленных депутатов громко окрикивал коллегу — тот неизменно отзывался. Ну да ладно.

Адвокат Андрей Макаров.

Четыре месяца продолжался судебный процесс, начало которого снимали кинодокументалисты и корреспонденты Гостелерадио СССР. Допрошено было около 200 свидетелей, оглашены десятки протоколов допросов свидетелей, не явившихся в суд по уважительным причинам, просмотрены видеозаписи очных ставок, осмотрены вещественные доказательства, разрешены многочисленные ходатайства участников процесса.

Судом установлено получение Чурбановым взяток на общую сумму 90 960 рублей, а также злоупотребление служебным положением в корыстных целях. Бегельман признан виновным в получении взяток на сумму 45 200 рублей, Норбутаев — 49 008 рублей, Джамалов — 21 000 рублей, Махамаджанов — 16 458 рублей, Норов — 26 470 рублей, Сабиров — 14 000 рублей. Кроме того, Бегельман, Джамалов и Норов признаны виновными в даче взяток, а Норбутаев — в злоупотреблении служебным положением из корыстных соображений. Норов признан также виновным в посредничестве в передаче взяток.

По совокупности совершенных преступлений с учетом тяжести содеянного и данных о личности осужденных суд приговорил: Чурбанова — к 12 годам лишения свободы, Норбутаева — к 10 годам, Норова и Бегельмана — к 9 годам лишения свободы, Джамалова, Махамаджанова и Сабирова — к 8 годам лишения свободы. Всех — к отбыванию наказания в исправительно-трудовой колонии усиленного режима, всех — с конфискацией имущества и взысканием с них в доход государства незаконно полученных в качестве взяток денежных сумм.

Пресс-конференция Гдляна и Иванова.

Ну а выйти на свободу Чурбанову помог неизвестный, но добросовестный адвокат из Нижнего Тагила Владимир Галофеев, который «взялся составить необходимые бумаги, поехал в Верховный суд, встретился с представителями совета ветеранов внутренних войск», организовал письмо тогдашнему президенту Ельцину. А на процессе был у видного подсудимого адвокат не очень компетентный. Зато распиаренный.

Чурбанов вспоминал после своего освобождения:

«Тем адвокатам, которых предлагал я, было отказано следственной группой Гдляна. Миртов — один из следователей группы — порекомендовал моему брату Андрея Макарова. Времени до суда оставалось мало, и я согласился. Я поверил в него при личном знакомстве. Оказалось, что он работал в МВД. Думаю, вроде бы наш брат, поможет. Макаров сделал то, что от него требовалось. Он находился под давлением и контролем. Поэтому от его адвокатского мастерства на процессе почти ничего не зависело… Наши контакты оборвались сразу после вынесения приговора 30 декабря 1987 года. Из колонии я ему послал несколько поздравительных открыток. Надеялся, что он откликнется, продолжит свои адвокатские функции. Ничего подобного. Макаров тоже был озабочен карьерой. Он участвовал в процессе, и это естественно, только как адвокат, но не как человек».

Коррупция forever!

В 2013 году, когда кремлевской элите так важно было замять дело Сердюкова, очень важным казалось реабилитировать брежневского зятя Чурбанова. Это еще и хитрое напоминание тем из прокурорских, кто все еще чтит дело бескорыстных бойцов с коррупцией — Тельмана Гдляна & Николая Иванова: есть уровень, который не-под-су-ден. Тех перегибов, которые возникли на волне Перестройки — более не допустят. Кесарю — кесарево, а слесарю — слесарево.

Учитывая то влияние, которое те чекисты, что 30 лет назад сдали страну, имеют ныне — не сомневался, что начнется кампания по реабилитации Чурбанова. Так и произошло. Я помню, как энтузиасты из КГБ СССР в 1988 году громили группу Гдляна — Иванова, когда Генпрокуратура вплотную подобралась к ожиревшему от взяток Кремлю.

Здесь в полный рост встаёт вопрос: как быть со стандартной установкой «О мертвых либо хорошо, либо ничего»?

Ведь «лицемерие — последнее прибежище добродетели», и эту максиму никто не отменял.

Однако о Гитлере и/или Чикатило — или плохо, или ничего. Все ровно наоборот. И это никого не удивляет.

Удивляет другое: электорат не отдает себе отчет в том, что стандарт и тут двойной. Как дно. Везет же некоторым. Я про журналистское везение, уточню. Повезло съемочной группе НТВ. Готовившей сюжет для итогового выпуска новостей Кирилла Позднякова. Они меня попросили рассказать о доме на 2-й Новоостанкинской, где я в конце 60-х соседствовал с Юрием Чурбановым. Когда мы подошли к подъезду №3 (на фото), в него заходила женщина в шерстяном берете + розовой куртке.

«…мы подошли к подъезду №3».

Я спросил:

— А вы знаете, что здесь когда-то жил Чурбанов?

И ее просто прорвало. Оказалось, что она живет в той самой квартире на пятом этаже этой «хрущобы», из коей съехал майор МВД (мы, младшеклассники «восьмилетки» №280 помнили его как добродушного «дядю Юру») после знакомства с дочерью генсека Брежнева — Галиной Милаевой.

Он оставил «двушку» в ужасном состоянии и по словам Тамары Васильевны, живущей в этой квартире уже 43 года, даже не закрыл долги по квартплате. Мать-одиночку, подымавшую детей, долго преследовал ЖЭК с требованием погасить задолженность. Она, в свою очередь, звонила и писала в МВД, пока к ней наконец не приехала мать вельможного милиционера и не сказала, что ее сын, теперь, мол «с Галиной». Но с ЖЭКом вроде договорились.

На мой вопрос, не расстроилась ли она, узнав о смерти предыдущего жильца, Тамара Васильевна ответила, что весь дом (ну, из тех, кто помнит, конечно) терпеть не мог пьяницу-гуляку.

И дамы особенно: ему не могли простить, что он выгнал из квартиры молодую жену с маленьким ребенком (кстати, мальчика назвали в честь дедушки, Чурбанова-старшего — Мишенькой).

Рассказывала она темпераментно и очень складно (все-таки образование советские инженеры получали добротное) и очень жаль, что новостной формат не позволил НТВ-коллегам ее рассказ выдать в эфир в достаточном объеме.

Хотя все равно — повезло коллегам.

На всякий случай взял у нее телефон, потому что уже два издательства попросили меня оперативно сделать полумемуарную вещь. Хотя, право, все, что я помнил об усопшем, уже напечатано: в книгах «Процессы. Гласность и мафия, противостояния», «Пирамида-1», «Мафия времён беззакония», «Галина Брежнева. Жизнь советской принцессы», «Дело Галины Брежневой. Бриллианты для принцессы» биография Юрия Чурбанова описана детально. Ну, не вся био, лишь до момента его освобождения из колонии ИТК №13, где я его видел воочию в последний раз.

Кстати, его общегражданский паспорт, хранившийся у меня с 1988 года, остался вместе с массой документов в офисе, который был в 1992 году рейдерски захвачен известным сейчас госчиновником, фотографии я кое-какие опубликовал в «Новом Взгляде», ну а его постлагерная биография интереса на представляла… До 7 октября 2013.

Порой надо умереть, чтобы стать ньюсмейкером.

И порой нужно везение, чтобы сделать репортаж.

КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ

1951. В КОМСОМОЛ! И ЗАМУЖ

С Юрием Чурбановым я жил в одном доме. Пятиэтажная «хрущоба» на 2-й Новоостанкинской улице.

У ее подъездов проводили свои «брифинги» пытливые дамы пенсионного заката, ведавшие про обитателей дома всю подноготную. Об эффектном и статном брюнете из третьего подъезда судачили, в общем-то, дежурно: бросил-де жену с младенцем на руках, как и положено холостому красавцу, погуливает. Короче, банальная молва. Без малейшего криминального привкуса грядущих коррупционных скандалов. Все дома вокруг звались комсомольской деревней: их возводили «под ЦК ВЛКСМ». Мой отец работал корреспондентом «Комсомолки», которая в ту пору официально была органом Центрального комитета комсомола, поэтому я и оказался соседом Юрия, заведовавшего сектором отдела пропаганды и агитации в этом самом ЦК.

Я часто гостил в соседнем, третьем подъезде, где обитала семья писателя Альберта Лиханова, с чьим сыном Дмитрием мы тусили. И постоянно сталкивался на лестничной клетке с будущим мужем Галины Брежневой. Который мне, школьнику младших классов, казался почти что пожилым мужчиной (разницы между статным соседом и своими родителями мы с Митей не видели). А ведь на самом-то деле был тогда Михалыч совсем молодым красавцем богатырем.

В Узбекистане уже на "Чайке"...

Помню, отправляясь по утрам в расположенную по соседству с 23-й «хрущобой» школу №280, часто видел праздничного Юр Михалыча, выходящего из соседнего подъезда и по-ковбойски лихо плюхающегося на заднее кресло чернильно-поблескивающей «волжанки». Как я сейчас понимаю, по тогдашнему скромному чину Чурбанову эта вельможная автороскошь вовсе не была положена. Но Юрий — и это я тоже знаю теперь — умел дружить. Ведь важно не сколько получаешь, а где работаешь и с кем (и главное как) приятельствуешь. Эта валюта тверже любой другой. Особенно в рамках бедного нашего «совка».

Тамара Викторовна Баясанова, первая жена Чурбанова (спустя 22 года после развода с Юрием):

— По характеру Чурбанов карьерист. Это в нем было заложено, как мне думается, с рождения. Главной его целью было стремление достичь служебных высот, сделать карьеру, «вырваться в люди». Он стремился иметь в своем окружении лиц из более высокого ранга, вращался в кругу людей с положением.

Происхождение у Чурбанова — номенклатурное, Юр Михалыч сам, рассказывая об отце, отмечал, что тот — «старый партийный и советский работник»:

— Когда я кончал школу, он работал председателем райисполкома Тимирязевского района Москвы, в районе было четыре института, в том числе и знаменитая Сельскохозяйственная академия, мать очень просила устроить меня хоть куда-нибудь, но отец наотрез отказался.

Вице-шеф советской милиции веселой эпохи позднего брежневизма родился в Москве 11 ноября 1936 года (по иронии судьбы, в ночь с 10 ноября, Дня Советской милиции). В 1945 году родилась младшая сестра — Света. В том же, победном, Юра поступил в среднюю школу №706 своего родного Ленинградского района. Учился неплохо. Главное, что поведение примерное. Самое, наверное, знаменательное событие в школьной биографии будущего зятя — «в 1951 году вступил в ряды Ленинского комсомола». И между прочим, надолго вступил. «Не расстанусь с комсомолом, буду вечно выездным».

Открытка.

А его будущая супруга Галина Брежнева в этом году познакомилось с акробатом, который умел держать на себе пирамиду из дюжины циркачей. Евгений Милаев, ставший первым мужем Галины, был моложе Леонид-Ильича Брежнева всего на четыре года. Для него этот брак, разумеется, не был первым: его дети жили сначала в детдоме, потом стали гастролировать с папой и мачехой Галиной, которую оформили костюмером в цирке (пишут, что гримером, но так, возможно, было по факту, а не по записи в трудовой книжке).

Юрий, как и положено, закончил школу. Отгулял последние, «абитуриентские» каникулы. И с осени 1955 года Юрий по категоричному настоянию правоверного отца — «нужен, понимаешь, рабочий стаж для хорошего рывка на руководящую работу» — идет, что называется, вкалывать. Простым — я узнавал — механиком. В один из закрытых НИИ, что зовутся «ящиками», завод «Знамя труда». При «ящике» было базовое ремесленное училище, где Юрий освоил ремесло слесаря-сборщика авиационных узлов. Он вспоминал:

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 90
печатная A5
от 556