электронная
200
печатная A5
450
18+
Ясное видение

Бесплатный фрагмент - Ясное видение


5
Объем:
218 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0051-3846-0
электронная
от 200
печатная A5
от 450

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

ПРОЛОГ

Говорят, бойтесь своих желаний. Нет, не желаний бойтесь — мыслей своих бойтесь! Бог, или во что вы верите, слышит ваши мысли, ваши эмоции и воспринимает их, как просьбу. Никогда не говорите: «нет счастья», «нет удачи», «я глупая», «нет любви», всё это просьба. Он принимает эту просьбу, и вот, у вас нет счастья, нет удачи, нет любви, и вы делаете глупости. Даже не смейте, ничего такого чувствовать. Когда нахлынет раздражение или разочарование, попытайтесь убедить себя, что это был тяжёлый урок, но в вашей жизни, были и хорошие, добрые моменты, настройтесь на лучшее. А как отпустит, вот тут и начинайте думать, о том, что неудача или беда, закончилась, и вот сейчас, на доброй волне, вы счастливы, благодарите вашу жизнь, за урок, и с этого момента благодарности, вы начинаете новую жизнь, и исходя из всех уроков, теперь вы знаете, что вы достойны счастья. Главное, чтобы ваша благодарность была искренней. Если вы говорите, что благодарны жизни за урок, а в душе клянёте её за жестокость, то вот тут-то и подвох. Бог не слышит ваши слова, он чувствует ваши чувства, и думает ваши мысли. Значит, то, что вы говорили, была ложь. Поэтому, не лгите себе, учитесь избавляться от негативных эмоций. Научитесь — будете счастливы. Нужно запомнить и усвоить, только одну истину: «всё, что вы думаете и чувствуете, это просьба к тому, в кого вы верите, и он, это исполнит, всегда исполняет, именно так, как вы думали и чувствовали».

Жаль, что я сразу это не поняла, может быть мой путь, был бы не таким тяжёлым. Но я благодарна за мой тяжёлый путь. Если бы, я его не прошла, не знаю, что из меня могло бы получиться.

ДЕТСТВО

Моим любимым занятием, в детстве, было стоять у огромного зеркала, прислонившись к нему лбом и разглядывать блики света. Кто знает, о чём это я, тот поймёт, а кто не знает, попробуйте, очень интересное занятие. Моё воображение, рисовало мне всякие истории, блики двигались, плавали, растворялись и снова появлялись. Там, в зеркале, была какая-то особенная жизнь, и она меня очень привлекала. Мама ругала меня за это:

— Рута, ты пачкаешь зеркало, и потом, зеркало — плохая игрушка для маленькой девочки.

— Почему?

— Потому, что с той стороны живёт злой колдун, и он тебя заберёт, а я буду плакать.

Все знают, какие глупости придумывают родители, когда малыш задаёт вопрос «почему». А я, была невозможной почемучкой, и всё задавала вопросы:

— Мам, а почему мы с Неттой двойняшки, а совсем не похожи? Почему я толстая и волосы у меня белые, а у Нетты волосы чёрные, и она, тощая?

— Не знаю, дорогая, так природа распорядилась.

— А почему Илана рыжая, и красивая, а мы с Неттой некрасивые?

— Илана старше вас на пять лет, может потому, что в то время, я была более счастливая. Вот ей и досталась красота, и спокойный характер, а вы с Неттой родились не в лучшие времена, поэтому ты упрямица, а Нетта слабенькая и нервная.

— А почему у нас такие, дурацкие имена?

— У вас не дурацкие имена, вы еврейки, поэтому у вас еврейские имена.

И мама объяснила:

— Илана означает дерево. Красивое, стройное, приносящие плоды. Нетта означает росток, посаженный, который вырастет в красивое дерево.

— А моё имя? Что означает Рута?

— Твоё имя из Торы. Это имя праматери, женщины, которая пришла из дальних стран, и принесла счастье.

Мы с сёстрами, были разными. Внешне, нас объединяла одна черта — наши глаза — абсолютно одинаковые, раскосые с тёмными пятнами, на зелёной радужке. Из далека казалось, что у нас вертикальные зрачки, как у кошек, но вблизи, было понятно, что это рисунок на радужной оболочке. Наша мама, жгучая брюнетка, с совершенно чёрными глазами, была самой красивой и доброй женщиной, из всех, кого я знаю.

Родители, родом из Одессы, там они познакомились и поженились. После института, отца распределили в город Петрозаводск, в Карелии, и он получил хорошую, большую квартиру. Его должность, позволяла маме не работать, денег хватало, и всё было-бы у нас хорошо, если бы не папин характер. Он был властным, жёстким, и несдержанным. Позволял себе оскорблять и обзывать маму и нас, и не понимал, почему все обижаются, он же правду говорит. Мы с сёстрами его боялись, Илана всегда уходила в детскую, а Нетта плакала, как только отец возвращался домой. Мама пыталась оградить нас от его грубости, и они всё время ссорились. Я всегда хотела защитить маму и сестёр, после чего мне доставалось от обоих родителей. Моя двойняшка Нетта, часто плакала, всего, и всех боялась, а я била тех, кого она боялась, чтобы показать ей, что бояться некого. Мы с Неттой были одно целое, хоть и были непохожи. Я её защищала, а она меня боготворила.

Наша семья хранила тайну, о которой никто, кроме меня, не говорил. Все женщины в нашей семье, знали, что должно произойти, и все мы, знали, что люди думают, но почему-то никто, ничего не предпринимал. Я была возмущена этим, всегда предупреждала маму, а она, делала заговорщический вид и говорила:

— Это тайна, доченька, никому не говори.

— Почему?

— Потому, что ты, дорогая, всё равно ничего не изменишь. Есть вещи, которые должны случиться, и они случаются.

Мне было обидно, но я и правда ничего не могла изменить.

Отец часто уезжал в командировки на несколько дней. Это были тихие, спокойные дни, мама занималась нами, готовила всякие вкусности, и нам было весело.

В одну из таких ночей, когда папы не было дома, мы проснулись вместе, Илана села на край кровати с отрешённым видом, Нетта плакала. Не знаю, что они увидели, но я поняла, что наша счастливая жизнь закончилась, завтра, папа приедет из командировки, и всё будет кончено. Нас ждёт несчастье, и расставание. Я пошла к маме, она сидела на кровати, уставившись в одну точку.

— Мама, — сказала я ей, — папа сердится. Очень. Будет плохо.

— Рута, мы же с тобой договорились, — ответила она, — то, что изменить нельзя, то изменить нельзя.

— Значит, нам будет плохо?

— С нами всё будет хорошо, все к лучшему, не переживай, моё солнышко.

И я поверила маминому обещанию.

На следующий день отец вернулся из командировки. Он кричал, проклинал маму и нас. Скандал закончился тем, что отец порубил топором всю мебель, и уехал к бабушке, оставив нас одних.

Оставшись в Одессе, папа брал нас на всё лето, но нами не занимался, мы жили у бабушки, а он приходил навещать нас по выходным. В тот же год отец женился, на женщине, по имени Ривка. Правду я узнала, когда повзрослела. Папина любовница, распустила сплетни, что мама ему изменяет. Глупо, конечно, жениться на самой красивой и доброй женщине, изменять ей, и безумно ревновать, но не мне судить отца. Мама, была самой красивой, в его жизни, женщиной, и он любил её всю свою жизнь. А Ривка, плела интриги против нас до конца своих дней. Отец и ей изменял, но она терпела, и всех ненавидела.

В то лето, когда мы с Неттой должны были пойти в первый класс, мама приехала за нами, но за день до этого, Нетту увезли. Утром, бабушка зашла в нашу спальню, и сказала, что Нетта больна, и её нужно изолировать от нас. Я смотрела сестре в глаза, и понимала, что больше её не увижу. Она протянула ко мне руки, а я ей сказала:

— Ничего не бойся, я с тобой.

— Хорошо, — ответила Нетта.

И они ушли. Маме сказали, что Нетта больна, и как только она поправится, отец её привезёт. Мы уехали без неё. Я пошла в первый класс одна.

Мама всё время плакала, и я её спросила:

— Мама, ты же знала, что Нетта не вернётся?

— Да, доченька, знала.

— Почему, ты ничего не делаешь?

— Сядь, дорогая, давай поговорим.

Она села рядом, взяв меня за руку, и начала рассказ:

— У вашего папы была сестра, её звали Нетта.

— Как мою Нетту?

— Да, моё солнышко, не перебивай, — мама продолжила, — мы были подругами, я её очень любила. Это она нас с папой познакомила. К сожалению, Нетта вышла замуж за плохого человека, и он бросил её, ещё до того, как у неё родилась дочка, а когда девочка родилась, Нетта умерла.

— Как жалко, мамочка! Ты, наверное, скучаешь?

— Рута, эта девочка и есть твоя сестра, мы дали ей имя её мамы. Вы с Неттой не родные, она твоя двоюродная сестра. Родной отец от неё отказался, и никто не пришёл её забирать из роддома. Я очень хотела ей помочь. Несмотря на то, что папа мне запретил, грозил, что разведётся со мной, я, всё же её, забрала. Молока у меня было достаточно, и я кормила её, и любила, так же как тебя. А теперь, бабушке Нетта роднее всех на свете, поэтому, нам придётся уступить. Доченька, ты понимаешь?

— Да, мамочка, я понимаю, но Нетта — часть меня, как же я? Ты же сама говорила, что мы — одно целое.

— Девочка моя, ты привыкнешь. Твоя сестра Илана, и больше никто. Крепись, ты же сильная.

Мама меня поцеловала, и я пошла в свою комнату, пытаясь убедить себя, что я сильная. Но, мне очень не хватало сестры. Я не думала об учёбе, я думала только о Нетте. Переживала, как она там без меня, я всегда была ей нужна. Но время, шло, я никогда не забывала сестру, училась, из рук вон — плохо, меня ничего не интересовало. Ждала только каникулы, надеясь, что скоро с ней встречусь. И вот пришло лето и нас отвезли к бабушке, мы были рады встрече, но Нетта ничего не помнила. Она была зла на нас, сказала, что мама её бросила, а я её предала. В то — же лето меня обвинили в том, что я назвала папу — «жидом вонючим». Я даже не знала тогда, что значит это слово, и я очень любила папу, но отец от меня отказался. Больше, нас на каникулы никогда не брали. Мы не видели его по много лет, и не понимали, как он мог верить глупым интригам, но ничего не могли с этим поделать.

В школе меня не любили, к необычной внешности невероятно толстой и непривлекательной девочки, прилагался нетерпимый к несправедливости характер. Я всё время отстаивала свои права и права своих друзей. Молчать и терпеть, было не для меня, но зато, у меня было открытое и дружелюбное сердце, хотя приближаться ко мне осмеливались только изгои, вроде меня. С трудом закончив восемь классов, я поступила в ПТУ, где я тоже не училась. Хотя, и там у меня было много друзей.

Со временем моя внешность преобразилась из толстой, некрасивой девочки, в полноватую девушку с приятным лицом, и необычными, выделяющимися глазами. Время шло, я взрослела, но у меня всегда было чувство, что это не моя жизнь, а моя жизнь, вот — вот начнётся, нужно только немного потерпеть, и я терпела.

ИЛАНА

Я была полной противоположностью своей сестры, которая училась на отлично. Илане нравилось учиться, она с огромным удовольствием сидела над книгами, пока я носилась во дворе с друзьями. Будучи очень любознательной, она всё время задавала вопросы, люди с удовольствием ей отвечали. Это способствовало её желанию поступить на факультет журналистики, ей нравилось писать, она любила книги, и всё время читала. Однажды, со своими подругами, Илана пошла к цыганке, погадать, ради интереса. Цыганка разложила карты, осмотрела руки, ещё раз разложила карты, как будто что-то проверяла, а потом сказала:

— Ты выйдешь замуж, за хорошего еврейского парня, но ты и так, это знаешь. Я должна тебе сказать другое, ты за этим сюда пришла. Если не сделаешь, как скажу, то жизнь твоя, не пойдёт, как предназначено. Тебе нужно научиться использовать то, что у тебя внутри, то, что природа дала всему твоему роду, а иначе будешь несчастной, как твоя мать.

— Мои родители из-за этого развелись? Я не хочу разводиться, моя мечта, выйти замуж на всю жизнь.

— Твой дед, был коммунистом, — продолжила цыганка, как будто не слыша, — и твоя бабушка, скрывала от него свою силу, и мать твою, ничему не научила. А та, в свою очередь, не научила вас. Теперь, каждая из вас, должна самостоятельно искать знания. Такая сила даётся не просто так, и, если её не использовать по назначению, она задавит тебя.

— Что же мне делать?

— Я дам тебе адрес своей бабушки, пойди к ней, если она тебя примет, то твоя удача, если нет, то ищи сама.

Старуха оказалась маленькой, скрюченной, с совершенно седыми волосами, выглядывающими из-под цыганского платка. Один глаз, у неё, был белый, как видно слепой, а второй, был чёрный. Весь её вид, наводил мистический страх.

— Здравствуйте, — сказала Илана, — я пришла…

— Знаю, зачем пришла, как зовут?

— Илана.

— Можешь звать меня, баба Марфа. Ты не боишься?

— Не знаю, я боюсь того, что внутри меня. Мне неприятно знать, что люди думают, страшно видеть их будущее. Когда спрашиваешь человека о чём-то, он говорит одно, а думает другое. Это ужасно, знать, что все врут. Я не знаю, как мне с этим жить. Вы можете снять с меня это?

— Ну уж нет, дорогая, — Марфа разозлилась, — если ты пришла ко мне, чтобы научиться, то я научу тебя, как с этим управляться, а если ты, хочешь от этого избавиться, то не надейся. Эту силу, тебе господь подарил, ему и забирать.

— Да, бабушка Марфа, тогда, я хочу научиться, я заплачу, сколько скажете.

— Не нужны мне твои деньги. Будешь приходить, каждый день, помогать мне по дому, а я тебе передам, всё, что знаю. Согласна?

— Конечно! Огромное вам спасибо, — обрадовалась Илана.

— Ну, вот и ладно. Завтра после учёбы приходи. А теперь иди.

На следующий день, пока Илана вытирала пыль, баба Марфа её спросила:

— Скажи-ка мне девочка, что-то я не чувствую креста на тебе, ты не крещёная?

— Нет, бабушка, моя семья, другой веры.

— Ага, значит вера-то, всё-таки есть?

— Нет, не воспитали в нас это, — Илана засмущалась.

— Да ладно, что ты оправдываешься, в нашем деле, не так уж плохо это, может и к лучшему даже. Я вот, что тебе скажу, главное, чтобы ты верила в себя, в свою силу, и в то, что господь дал тебе эту силу, чтобы ты, помогала людям, и могла управлять своей жизнью. То, что я тебе дам, знания древние, намного древней, чем всё, что ты знаешь, поэтому, думаю, к лучшему, что ты неверующая, не нужно тебя переучивать.

На следующий день, Марфа сказала:

— Я продиктую тебе, сейчас, один заговор, это базовый заговор, с помощью него, ты сможешь сделать всё, что угодно, не выходя из дома. Возьми тетрадь, и записывай.

Илана принесла тетрадь и ручку.

— Раньше, это было на старорусском, но со временем заговоры изменились, не важно, как говорено, важно, как сделано, понимаешь?

— Понимаю, важно, чтобы я понимала, что делаю.

— Умница, так вот, пиши:

«Встала, не помолясь,

Вышла не перекрестясь,

Из дома, не в двери,

Из двора, не в ворота,

Пришла в чисто поле, не дорогой,

Призвала…»

Тут поставь многоточие, дальше будем учиться, кого призывать, и за чем.

— Поняла, но мне страшно — не помолясь, не перекрестясь, похоже, на чёрную магию.

— У нас, девочка, нет ни чёрной, ни белой магии, так же как в мире нет чистого добра, и чистого зла, всё это сказки. Как нет, вечной борьбы добра со злом. Человек состоит из добра и зла. Тот, кто состоит из чистого добра, он ангел, а кто из зла, он демон, но, это тоже образно.

— Наверное, я понимаю, бабушка, — ответила Илана.

— Так вот, завтра, я начну тебя учить, к кому обращаться. Существуют древние, славянские боги, но на самом деле, люди, просто, называли их богами, из-за того, что они исполняли желания, и помогали людям. Если рассмотреть точнее, это духи, которые, приходят, и помогают.

На следующий день, Марфа начала свой рассказ:

— Начнём со Сварога. Сварог — творец, он научил людей земледелию, животноводству, и многому другому. К нему ты можешь обращаться с любой просьбой, но есть боги, к которым принято обращаться по отдельным случаям. Лада, была мать богов, супруга Сварога, помощница в вопросах семьи, любви, и дома.

Белобог и Чернобог — близнецы, их имена, говорят сами за себя.

Чур — дух — охранник, он охраняет, как самого человека, так и всё, что ему принадлежит.

Жива — дочь богини Лады, супруга Даждьбога, от неё зависит, дарование жизни, любовь, жизненные силы. При обращении к Живе, лечатся тяжёлые болезни, затягиваются раны. Жива, это богиня, несущая жизнь.

Даждьбог — бог, который даёт, бог плодородия и благосостояния, бог солнечного света.

Славянская мифология, продолжалась несколько месяцев, после которых, Илана поняла, когда и к кому обращаться.

Через пару лет учёбы баба Марфа заболела, и сказала Илане:

— Илана, девочка, я дала тебе, всё, что знала, теперь, я могу уйти, а ты распоряжайся твоей силой и знанием, как знаешь. Не скрывай от своих дочерей, пусть им будет легче, чем тебе с сёстрами. И Марфа умерла, у Иланы на руках.

На последнем курсе Илана познакомилась со своим будущим мужем. Давид, красиво ухаживал, он хорошо играл на гитаре, писал стихи, и пел ей свои песни. Внешне ничем, особенно не примечательный, худенький, не очень высокий, он обладал харизмой, его хотелось слушать и слушать.

Они встречались несколько месяцев, после чего, Давид сделал предложение руки и сердца. Илана, была рада этому предложению, Давид, был честным и надёжным, было сразу понятно, что этот человек, никогда не оставит её в трудной ситуации, всегда будет поддержкой и опорой.

ДЕТСТВО ЗАКОНЧИЛОСЬ

Перед свадьбой все нервничали, мы с Иланой поссорились, и я, сгоряча, сказала ей:

— А что ты нос задрала? Что твой жених из себя представляет? Тощий, маленький, что ты думаешь, он тебе всю жизнь петь будет?

— Да ладно, — сказала Илана, — у тебя, такого не будет.

— Конечно, не такой у меня будет, я выйду замуж за высокого и красивого парня.

Как же я была глупа, мне нужен был, ни надёжный, ни верный, ни сильный, мне нужен был высокий и красивый.

Свадьба была красивой, достойной моей сестры, умницы и красавицы. Давид не отрывал от неё влюблённых глаз. Весь день, у меня было чувство, что я в гостях у самого счастья, и теперь знаю, как должно быть.

Они зажили спокойной и размеренной жизнью.

Илана была счастлива и готовилась стать матерью. А я закончила ПТУ и решила уехать из дома. Нашла работу в деревенской столовой, в полутора часах езды от города. Мне дали комнату в общежитии, и я неплохо устроилась.

Людмила Васильевна, директор столовой, оказалась странной женщиной, я не могла разобрать, о чём она думает, и она была единственным человеком, кроме моей мамы и сестёр, которого я не понимала. Она улыбнулась мне на собеседовании, и сказала:

— Я очень рада, Рута, что нашла тебя. Думаю, мы сработаемся. Завтра ты приступаешь к работе, надеюсь комната тебе понравилась.

— Да, спасибо, — ответила я, — комната отличная, мне всё нравится.

Сначала, я месила тесто на кухне, но через пару дней уволили буфетчицу, и меня перевели в буфет.

— Ты умная девочка, — сказала Людмила Васильевна, — я решила, что тебе лучше будет в буфете, работа с людьми, на виду. Я хочу, чтобы ты осталась у нас. Девочки, которые приезжают из города, месят тесто на кухне пару месяцев, и уезжают. Может, если я тебя продвину, ты выйдешь замуж, и останешься. Надоело искать работников.

— Спасибо, мне всё нравиться, я не хочу уезжать. Надеюсь, я оправдаю ваши ожидания, — ответила я.

В буфете, кроме всяких плюшек, было ещё и пиво по вечерам. Почти каждый вечер приходил парень, который мне сразу понравился, он был высоким, широкоплечим с зелёными глазами, и русыми кудрями. Каждый раз, когда он ко мне подходил, думал, что у меня странные, завораживающие, кошачие глаза. Обычно, люди ничего хорошего обо мне не думали, я была для них странной девицей с жуткими глазами. Чаще, они меня боялись. Люди всегда боятся того, чего они не понимают. Этот парень не хотел уходить, садился в углу столовой, пил пиво, и смотрел на меня из далека. Я пыталась разобрать, о чём он думает там, но я была на работе, меня всё время отвлекали. И вот в один вечер, он ко мне подошёл, и сказал:

— Меня зовут Макс. У тебя странные, но очень красивые глаза, я прихожу сюда, только ради тебя. Как тебя зовут?

— Рута, — я смутилась.

— Странное имя.

— Ничего странного, оно еврейское.

— Понял. Рута, давай сходим в кино, у нас, больше не куда пригласить девушку.

— Давай, я ничего не имею против кино.

Это был какой-то ужастик в духе конца восьмидесятых, начала девяностых. Я запомнила только, что он держал меня за руку, и больше ничего.

— Прости, я надеялся, что будет больше романтики, — сказал Макс, когда мы вышли.

— Ерунда, — ответила я, — у нас нет выбора, что дали, то и смотрим. Только, это будет не всегда. Время быстро всё изменит, не успеешь оглянуться, а жизнь изменилась.

— Ты говоришь, как моя мама.

— Твоя мама, наверное, мудрая женщина, — сказала я, просто для поддержания разговора.

— Да, ты её знаешь, она директор столовой.

— О боже, Макс, это нехорошо, что она подумает!

— Да не переживай ты так, я ей сказал, ещё до того, как к тебе подошёл. Думаешь, я не понимаю? Она меня поддержала.

— Ладно, но мне, всё равно, теперь будет неловко.

— Рута, серьёзно, всё в порядке.

На следующий день, ко мне подошла Людмила Васильевна.

— Дорогая, — сказала она, — я хочу пригласить тебя к нам на ужин, в субботу.

— Спасибо, я приду, — я покраснела.

— Макс сказал, что ты очень смущена. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя неудобно, поэтому, скажу тебе, у нас в деревне, нет ни одной девушки, которая подходит моему сыну, как только я тебя увидела, сразу подумала, вот бы, он тебе понравился. Я хорошо знаю своего мальчика, прости, но, только с этой надеждой, я перевела тебя в буфет, зная, что Макс туда захаживает, как в бар, в городе. Но я не хочу, чтобы ты думала, что я пытаюсь играть судьбами, это всё, что я могла предпринять, остальное, в руках господа. Стараюсь быть с тобой максимально честной, и надеюсь, что ты всё правильно поняла.

— Да, Людмила Васильевна, спасибо за откровенность, я оценила, и я с удовольствием приду в субботу.

— Отлично, ты умная девочка.

Ужин в субботу, прошёл в семейной обстановке. Мне показывали фотографии в альбоме. На многих фотографиях, рядом с маленьким Максом, была девочка, и я спросила:

— А кто это?

— Это сестра Макса, её зовут Лариса, они в ссоре сейчас, но, надеюсь, ты с ней познакомишься.

— А почему поссорились?

— Мама, давай опустим эту тему, — сказал Макс.

— Ну почему же, пусть Рута всё знает, зачем скрывать глупости? Понимаешь, дорогая, Лариса живёт одна с двумя детьми, ей тяжело. Она несколько лет копила на бензопилу, и когда наконец-то купила, Макс, заказал много дров, и попросил её попользоваться, Лариса дала, но пила, совершенно случайно взорвалась, одному богу известно, как это получилось.

— У меня есть сестра, — сказала я, — мы часто портили друг другу вещи, иногда дорогие, но мы никогда из-за вещей не ссорились. В нашей жизни бывали потери побольней.

— Это хорошо, моя девочка, это значит, что ты понимаешь цену жизни, ты мудра не по годам, я это ценю.

Оставшись довольной проведённым вечером, я позвонила маме, и всё рассказала ей, на что она ответила:

— Доченька, как-то это странно, всё происходит слишком быстро, он скоро сделает тебе предложение, раз за это взялась его мать.

— Мамочка, я только этого и хочу.

— Но ты, моё солнышко, совсем не знаешь Макса, боюсь, есть тут, какой-то подвох.

— Мам, ну почему ты везде ищешь подвох?

— О чём он думает?

— Он меня обожает, и торопит время, мамочка, он хочет на мне жениться, но боится меня спугнуть, поэтому ждёт.

— А Людмила Васильевна, о чём думает?

— Вот этого, я не могу сказать, я не чувствую её, как тебя.

— Понятно. Я хочу с ней познакомиться, срочно.

— Хорошо, думаю, она будет рада.

Людмила Васильевна, разумеется, очень обрадовалась, и пригласила маму в гости на выходные. Вечер следующей субботы прошёл примерно также как в первый раз. Наши с Максом мамы мало разговаривали, но всё время переглядывались, казалось, они друг друга и так понимают. И моя мама смягчилась. Уезжая, она мне сказала:

— Доченька, будь внимательной, присматривайся ко всему, но я точно знаю, что этот опыт, тебе нужен, что бы не произошло, а по сему, я тебя благословляю.

— Спасибо, мамочка.

Мы были влюблены, ничего не замечали вокруг, хотелось побыстрей сыграть свадьбу, и тогда он мой, а я его.

Примерно через два месяца, мы с Максом поженились. Я была на седьмом небе от счастья. Нам дали маленькую квартирку в неблагоустроенном доме, мы сделали ремонт, и после свадьбы, сразу там поселились. Строили планы, но всё пошло наперекосяк. Макс стал пропадать по вечерам, приходил пьяным, бывало, что и не приходил вовсе. Мой муж, оказался алкоголиком, и я не знала, как мне поступить. В нашей семье не было алкоголиков, а всё, что я знала об алкоголизме, не имело отношения к моей реальности. В надежде, что Макс перестанет пить, я пыталась с ним поговорить, но не знала, как подступиться, он думал, что не может терпеть упрёки и разговоры, раздражался, и я откладывала разговор на удобный момент.

Тогда, выяснилось, что я беременна, и больше ничего уже не имело значения. Макс был счастлив, пытался бросить пить, постоянно срывался, но потом снова пытался. Я ценила эти попытки и надеялась, что всё наладится.

Однажды, когда он был в очередном запое, я была одна дома, в дверь постучали. Это была его сестра, Лариса:

— Привет. — Она вошла, не дожидаясь приглашения — Я знаю, что ты ведьма, я тоже.

— Я не ведьма, — сказала я, пытаясь разобрать, о чём она думает.

— Ну да, добрая волшебница, — она ухмыльнулась, — Не лезь ко мне в голову, у тебя не получиться.

Я таращилась на неё, раскрыв рот.

— Не делай вид, что, не понимаешь, — она выглядела раздражённой, — мне тебя жаль. Я знаю, как сделать, чтобы Макс не пил. Хочешь, научу?

— Если знаешь, то почему не сделаешь?

— Я не могу, а у тебя с ним связь, сильная.

Она сунула мне в руки листок бумаги, повернулась и ушла, больше ничего не сказав. Мне не хотелось его открывать, даже жутковато было, и я положила его на полку, так и не прочитав.

Макс явился под утро, и проспавшись, ушел. Его не было четыре дня. Первую ночь я думала об этом листке, вторую ночь я ходила вокруг него, убеждая себя, что в моих интересах его открыть, но так и не смогла. На третий день я настроила себя, что я должна хотя бы прочитать. Я же не обязана ничего делать, но вдруг, мне это поможет. Придя с работы, я сразу подошла к этому листку, взяла его и прочитала, там было написано:

 «Принеси с кладбища землю, брось её так, чтобы Макс, точно на неё наступил, и скажи:

— Старая жизнь заканчивается, новая начинается. Аминь».

Я так поняла, что старая жизнь моего мужа закончится, а новая начнётся, хорошо, но к какой новой жизни приведёт могильная земля? Наверное, Лариса думала, что я совсем глупая. На следующий день, после работы, я сразу пошла к свекрови. Рассказала ей всё, она взяла листок прочитала и очень разозлилась:

— Ах, ты ж стерва такая! Родного брата в могилу!

Я оторопела. Тут что, все сумасшедшие?

— А это ничего, что мы тут все ведьмы? — спрашиваю.

— Это неправильно, что мать вас не учила.

— Мама ничего такого мне не говорила.

— У вас в роду все ведьмы. Она, наверное, думает, что может оградить вас от этого, но это бесполезно.

— Мама и сестра тоже ведьмы?

— Не сестра, а сёстры, если бы твоя мать ту девочку не взяла, у неё, ещё одна дочка родилась бы. У вас по женской линии, у всех по три девочки. Та малышка, тоже силу получила, с молоком ведьмы. У твоей матери тоже было две сестры, только не уберегли их.

— Значит, у меня девочка будет?

— Нет, у тебя будет мальчик, он нашей породы, а девочек своих, ты не убережёшь. Это твоя удача, что ты за Макса вышла, иначе, не видать бы тебе детей.

— Как это, не уберегу?

— Хватит вопросов. Сила ведьме дана не для того, чтобы прятаться от неё, тебе дали её для того, чтобы людям помогать. Иначе, она тебя убьёт. Мы её не выбираем, она нас выбирает. Нелёгкая это судьба, и даётся только тем, кто помощь людям, вперёд себя поставить может. Запомни это. Иди домой, и ничего такого не делай, ребёночку навредишь. Когда родишь, я тебя всему научу.

Придя домой, я решила, что не буду брать в голову весь этот дурдом, мне нужно думать о малыше. Беременность была очень тяжёлой. Я сильно располнела, болели спина и ноги, еле ходила. Работать не могла, и с пятого месяца сидела на больничном.

МОЯ ЖИЗНЬ, ИЛИ НЕ МОЯ?

Сыночек мой родился точно в срок, здоровеньким, крупным мальчиком. Мы назвали его Даниил, Даня. Несмотря на незавидное положение, я была счастлива.

Макс держался, не пил уже несколько месяцев, казалось, чёрная полоса моей жизни закончилась. Но, как и следовало ожидать, настроение моего мужа падало с каждым днём. Если бы, он претерпел тогда, может, так мы и жили бы, но он сорвался.

А я снова была беременна, срок был маленький, и я пыталась, как можно деликатно, его убедить. Но он только раздражался, стал невыносимым, разговаривать было невозможно, он становился агрессивным. Молчать было нельзя, муж начинал меня задевать:

— Что ты молчишь? Язык проглотила? Или тебя всё устраивает?

Но я молчала, понимая о чём он думает.

Лариса пыталась проявить участие, но я, помня историю с кладбищенской землёй, не доверяла ей.

Эта беременность была ещё тяжелей, бывали дни, когда я очень уставала, меня тошнило, и я отпрашивалась с работы. Меня отпускали, никто не ждал от беременной, кормящей женщины, что она станет хорошим работником. В один из таких дней, вернувшись домой, увидела Ларису, она стояла у меня на кухне, и водила рукой над ведром с водой из колодца.

— Что ты делаешь? И как ты вошла? — возмутилась я.

— Привет, извини, не думала, что ты сейчас придёшь, — она выглядела испуганной, — Макс сказал, что ты плохо себя чувствуешь, ему тяжело на это смотреть, вот я и решила тебе помочь.

— Мне не нужна ничья помощь, через несколько месяцев, мои страдания разрешаться счастливыми родами. Уходи, и не смей заходить в мой дом, без моего ведома.

В тот же вечер я сказала мужу:

— Я тебя очень прошу, не жалуйся на меня Ларисе, я не хочу, чтобы она лезла в нашу жизнь.

— Ты что, спятила? Я уже давно с ней не общаюсь. Мы с Ларисой, уже давно в ссоре. Прости, но я не хочу на эту тему разговаривать. И я не стала больше ничего говорить. Только, с того дня, всё стало ещё хуже. Макс всё время пил, домой заходил редко, кричал на меня, говорил, что видеть меня не может, а я только молчала и терпела.

Первый раз, он меня ударил за моё терпение, второй — за молчание. А когда моё терпение закончилось, и я высказала, свою обиду, он меня избил. Я была уже на шестом месяце.

Очнулась в больнице, рядом моя мама. Первое, что я спросила:

— Где Даня?

— Даня у меня дома. Сейчас с ним Илана, он в порядке, не переживай. К сожалению, доченька, ты потеряла ребёнка, но с тобой и с Данечкой всё будет хорошо.

— Мама, это была девочка?

— Да, моё солнышко, это была девочка. Ты поплачь, доченька. Поплачь и отпусти.

Но я не могла плакать. В моём сердце образовалась огромная дыра, и я думала, как же мне дальше жить.

На следующий день, пришла свекровь. Опустилась передо мной на колени:

— Прости его, Рута, — я молчала, — хотя бы в тюрьму его не сажай.

— Уходи — сказала я.

Она положила мне на кровать, какую-то толстенную тетрадь:

— Это то, что я тебе обещала.

— Уходи — снова сказала я.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 450