электронная
72
печатная A5
269
12+
Я вернулся из Крыма...

Бесплатный фрагмент - Я вернулся из Крыма...

Стихи и впечатления

Объем:
54 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-8254-3
электронная
от 72
печатная A5
от 269

Стихи

***

Я вернулся из Крыма! Загар ещё свеж,

И к московскому гомону слух не привык.

А в глазах только горы и море — хоть режь! —

Тянут, словно гонимого жаждой родник.

Я привез кучу фоток на зависть друзьям:

Ни на Кипре, ни в Турции им не видать,

Как полынные степи ползут по горам,

Принимая смиренно жары благодать,

Как оливковым маслом густой синевы

Море дремлет у ног, ожидая восход,

Как волнуется, словно оно, а не вы

Возвращается в каменный город на год.

Где ещё ежевика сладка, словно мёд?

Где так ярок муската янтарного вкус?

Где прохладный инжир так и просится в рот

И, разрезанный, пахнет малиной арбуз?

Это — Крым! Это солнцем пропитанный край,

Он любовью наполнен, как чаша вином.

Это Богом заботливо созданный рай,

Обустроенный долгим и тяжким трудом.

Поезжайте туда налегке, с рюкзачком,

Побродяжить, пожить дикарем — не лежать!

Плавать в синей воде, понимая с трудом

Тех, кто море додумался Чёрным назвать.

Я вернулся, я рад, я скучал по Москве,

Но ещё на пароме всерьёз загадал:

Мы увидимся, Крым! Не одну и не две

Я монеты в кипящие волны бросал…

Хвалят люди Канары, Париж, Сенегал,

Кто в Австралию рвётся, а кто в Таиланд.

Я же камень с прожилкой у Крыма украл,

Не сменяю его даже на бриллиант!

***

Я сижу под огромным тополем,

Рядом с ним я так худ и мал,

Мои ноги полдня все топали,

Он стоит, как сто лет стоял.

В его грубой шершавой корости

Столько мудрости, столько сил!

Столько жизней без всякой корысти

На себе он всю жизнь носил!

Я смотрю снизу вверх, и мнится мне —

Тополь тоже глядит в упор,

Говорит (или это снится?):

«Кто ты? Друг, проходимец, вор?»

Понимаю, что как-то должен бы

Объяснить: «Я хороший, свой,

Что хотел бы обильным дождиком

Напоить всех вас тут водой,

Смыть всю пыль, напитать все корни,

Снова сесть и услышать вдруг

Шёпоток по листве покорной,

Еле слышно: «Спасибо, друг…»

Степная звезда

Маленькая степная колючка,

Как же ты хороша!

Тонкие острые лучики

Глажу, едва дыша.

Ты ведь не роза-красавица,

Что мне в тебе, скажи?

Только и знаю — нравится!

Сердце моё держи.

Наколи его на иголки,

Как инжирину, подсуши

И храни его втихомолку,

Чтоб я помнил тебя всю жизнь.

Крымские помидоры

Вы думаете, я их там мыл? Какое там!

Пока от рынка домой доходил,

Съедал половину поедом.

Ведь они, подлецы, такие тёплые, сладкие,

Как будто фрукты, а не овощи с грядки.

К тому ж продавал их симпатичный дяденька,

Такой же круглый, упругий, гладенький,

Не то, чтобы дёшево очень,

Но и не дорого, впрочем.

Да ведь оно того стоит!

В общем, крымский розовый помидор

Турецким персикам нос утёр!

А о крымских разговор особый:

Не разговаривать — пробовать.

***

Махаон — это явленье

Типа Христа народу,

Оцепененье, остолбененье

Перед игрой природы.

Всегда нежданно, внезапно, вдруг —

Жёлто-чёрная молния,

Сверкнёт и сядет у самых рук,

Как будто молвит: вот он я!

На жухлой траве и серых камнях

Цвета так волшебны и ярки,

Что слов, кроме «Ох…» и «Ах!»,

Нет за такие подарки.

Хоть ты уже грушу откусил,

Но даже жевать страшно.

Держать этот миг из последних сил,

Как будто сон вчерашний!

И пусть зачехлён фотоаппарат,

Смотри, впечатывай в душу —

Богаче станешь во сто крат!

Потом уже съешь грушу…

Тутовник

Кому шелковица, а мне — тутовник,

Резные листья, сквозная тень.

За ним не ухаживал садовник,

А щиплет всякий, кому не лень.

Весь низ оборван, ветки смяты,

Коль хочешь ягод — надо лезть.

Хватаю сук обратным хватом,

Подтягиваюсь, умудряюсь сесть.

А дальше всё легко и просто,

Ведь я же когда-то мальчишкой был.

Теперь даже легче — прибавил росту,

Чуть больше веса, но больше сил.

Поставить ногу, сказать чуть слышно:

«Пожалуйста, ветка, не обломись!»

Рукой вцепиться, рвануться выше,

И даже взгляда не бросить вниз.

Смотреть на крыши, на тополь рядом,

И только вниз нельзя смотреть.

Рука задрожит — и вслед за взглядом

Сорвёшься сам, а это — смерть.

И — вот они, ягоды! Них же ради

Рискуешь, лезешь, футболку рвёшь,

Чёрные капли медовой слади,

Не торопясь, на язык кладешь.

Сок — по нёбу, взгляд — по небу,

А от земли отвести глаза.

Ну что, последнюю? Где бы… где бы…

Пожалуй, хватит — пора слезать.

Но вниз, как всегда, стократ труднее!

Тут где-то сучок удобный был?

А-а-а, вот он! Чуточку левее…

Тянуться к нему из последних сил!

Такой гимнастики хватит на год —

Растёт напряжение, как в бою!

Спружинил ковер из опавших ягод,

И вот на земле я опять стою.

Футболка в дырах, шишка над бровью,

Язык — точно парень наелся чернил,

А руки лиловой запачканы кровью

(Да он ещё зверски кого-то убил!)

Спасибо, тутовник, до будущей встречи,

А память сегодняшний день сбережёт.

Стихи про тебя сочиню я под вечер…

Смотри ж, как всегда, плодонось через год!

Чёрное море

Представьте синее оливковое масло…

Поверьте — это красиво!

В нем тысячи солнц, утонув, не погасли,

Мерцают сквозь толщу лениво.

Представили? Только не смейте

Смеяться! Потом мы поспорим…

До горизонта его разлейте —

И будет Вам Чёрное море!

Утро в Крыму

Крымское утро — это рассвет,

Небо светлеет, меняет цвет,

Медленно, микродозами,

От серого — к густо-розовому.

Ни ветерка, ни дуновения…

Это последние мгновения

Тайком уходящей ночи.

И тишина… А впрочем…

Слышишь, горлинки нежно стонут,

Горестно-сладостно, до истомы?

А в серости петухи кричали

И — помнишь? — тишине не мешали…

Смотри! За горой двуглавой

Уже кипит золотая лава,

Подымается выше и выше,

Освещает сонные крыши.

И ровно в пять сорок пять — как раз! —

Появляется солнца весёлый глаз,

А ещё через четыре минуты

Наступает настоящее утро.

Небо становится голубым,

Первое облачко — белый дым…

Завтракать, умываться, бриться

И — уже торопиться!

Все, кому надо, разбужены,

Солнце — раскалённая жемчужина —

Тяжкий зной обещает вскоре.

Шесть восемнадцать — пора на море!

Крымский полдень

«Итальянский полдень» сегодня вспомнил —

Дамочка тянется за виноградом.

Красиво, не не спорю, но с Крымским Полднем

Его никак не поставить рядом.

…Иду по горной крутой дороге,

Захочешь — блины на ней можно печь.

Ещё чуть-чуть, и устанут ноги,

А здесь вам не там — ни присесть, ни прилечь.

Там тень и прохлада, румяные щёчки

И вдоволь воды, бьюсь об заклад.

А мне бы сейчас — хоть два глоточка…

Всю выпил вначале, сам виноват!

Пуста дорога… Поводишь взглядом:

Лишь я да слепень — хоть кто-то рядом.

Да ещё кузнечики, что им сделается?

Сидят на асфальте — балдеют, греются.

Ну, хоть бы облачко — было б легче…

Ну, хоть бы ветер… А вот и он,

Как будто из горячей печи,

Помчался трепать верхушки волн.

И чувствую я, как кровь густеет,

Как сердцу трудно её качать,

Я даже, кажется, не потею,

А мне ещё шагать и шагать…

«Эй, друг, подвезти?» — на «тойоте» ковбой,

Упрямо мотаю в ответ головой.

«Как хочешь…» И вновь я, шатаясь, бреду

По горной дороге, как грешник в аду.

А зной всё сильнее давит на плечи,

Как будто чувствует слабину,

И мне идти уже просто нечем,

Я, как говорится, иду ко дну.

Время сломанной стрелкой замерло,

И тишина — аж звенит в ушах!

Куцые тени падают замертво,

И заползает в душу страх.

А вдруг через год как-нибудь поутру

Найдут на обочине высохший труп,

И специалисты, туристов кляня,

По пломбам с трудом опознают меня.

И родичи будут у гроба рыдать

И кто-нибудь скажет: «Умел отдыхать!»

Я всё же дошел и вернулся назад,

Два дня только пил и ел виноград.

Картину Брюллова теперь вспоминаю —

Как будто по горной дороге шагаю.

Звёзды Морского

Ночь в Морском — это прежде всего звёзды,

Всё остальное — понемножку:

Благоухание, ужин поздний,

Караоке, лунная дорожка…

А выйди к морю, туда, где не видны посёлка огни,

Голову запрокинь, и увидишь: главное — это они!

Звёзды!

Их столько, сколько нет ни в одном атласе,

Кроме того, все Аполлоны, Восходы, Шаттлы все —

Мерцают, пылают, светятся,

Нет нужды ни в луне, ни в месяце.

Вот бредёт Большая Медведица —

Где ещё так придётся встретиться?

Млечный Путь на полнеба тянется —

Посмотреть хоть, какой он, оказывается!

А прилечь — точно в глаза кому-то

Смотришь час, как одну минуту,

И в какой-то миг понимаешь вдруг:

ЗЕМЛЯ ЛЕТИТ!

Этот звёздный круг,

Эта вечная карусель —

Не причина, не средство, не цель,

Это мир, который ВСЕГДА БУДЕТ

И без нас, несмотря на то, что мы — люди.

Немного о котах

Коты Морского — крутые парни:

Один — соперник, другой — напарник;

Один — безухий, другой — без глаза,

А есть такие, к которым сразу

Протянешь руку скорей погладить.

Да только не просто с такими ладить!

Уставится наглым, холодным взглядом —

И даром ласки твоей не надо,

А чуть шагнёшь — он уже на ветке

И — р-р-раз! — через забор к соседке.

Сегодня опять сидит на заборе,

Презренья море в зеленом взоре,

Мурчит: «Чего тебе надо, прохожий?

Не нравится что-то твоя мне рожа,

В кармане камень небось припрятал.

Ну, мне на помойку — уже полпятого!»

Стою и думаю: «Дома Тишка,

Такой хороший, что даже слишком;

Такой породистый, длинноногий,

А рядом с этим — такой убогий!»

Янтарный мускат

Село Морское, кричат петухи.

Пять часов вечера…

Лежу, пытаюсь писать стихи,

На море пока делать нечего.

Потому что — жа-а-р-р-ра… И я очень рад,

Что лежу не совсем один:

Рядом со мной — янтарный мускат,

Влиятельный господин.

Он на меня так влияет,

Что ничего другого я не хочу.

Два килограмма все тают, тают…

Может, мне обратиться к врачу?

Может, это вроде болезни?

Но я-то знаю, что скажет врач:

«Есть виноград весьма полезно,

Другого кого иди дурачь!»

Осталось немного, чуть-чуть совсем,

В меня уже больше не влезть.

И все равно я его съем,

Потому что мускат нельзя не съесть!

У моего господина янтарный вкус,

У него благородный зелёный цвет,

В виноградной колоде — козырный туз.

Винограда вкуснее просто нет!

Морские камешки

Камешков на берегу морском

Больше, чем звёзд на небе!

Лучше, чем пляж с золотым песком,

Тот не поймёт, кто не был.

Сядешь, начнёшь перебирать,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 269