электронная
72
печатная A5
394
18+
Я и Орки. Золотая нагиня

Бесплатный фрагмент - Я и Орки. Золотая нагиня

Объем:
260 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-2284-5
электронная
от 72
печатная A5
от 394

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пекур Татьяна

Я и Орки. Золотая нагиня

Любовно — фантастический роман

Жанры: Эротика, Попаданство, Авторские расы, Приключения, Юмор

Примечания: МЖМ, Мужской гарем

Я и Орки. Часть первая: Золотая нагиня

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Всегда переходила дорогу аккуратно и внимательно смотрела по сторонам. И сегодня тоже. Занесла ногу над бордюром. Мимо пробежала девочка лет одиннадцати. Визг тормозов, я вижу, что водитель и сам в шоке, что его старая тарантайка отказывается остановиться. А девочка застыла, как мошка в янтаре. Беги, дурочка! И тогда я в два прыжка добралась до нее и вытолкнула уже буквально из-под колес! « Спасла!» — подумала я и умерла.

Мать твою, как же больно! Я со всей дури шваркнулась на песок, ещё и проехала по нему, сдирая локти. Хорошо хоть колени закрыты плотными джинсами, а то и они стесались бы. Песок? Откуда в городе песок? Нет, не так: откуда песок на дороге, где в меня въехал старый Москвич с перепуганным мужиком? Вместо родного, раскаленного летней жарой асфальта вокруг меня простиралось поле, точнее круглая площадка, усыпанная песком… и камушками. Больно-то как! Я приподнялась на локтях и тут заметила клык. Клык? Подползла к нему, поднесла к глазам. Свежая кровь еще сочилась с него. Свежая? Внутри расползался холодок страха. Где же хозяин этого неслабого такого зубика?

— Р-р-р!

А вот и хозяин. Я поднимала и поднимала голову, потом свело шею, но я успела увидеть здоровенного бугая явно нечеловеческой внешности! Начать с того, что у него были рога! Не закрученые, как у горного козла, но тоже большие. Челюсть тяжелая, полная клыков, одного нет. Нижнего. Кожа кофейного цвета, точнее кофе с молоком. На груди, плечах, спине… дальше не вижу, много татуировок. На бедрах кожаные темные штаны, сапоги предпоследнего размера вполне могли заменить ему ласты, если он вздумает поплавать.

— Человечка! Откуда она? — спрашивали остальные орки, которые окружили площадку. К нам проскрипел суставами шаман. Кем еще мог быть чувак, увешанный амулетами в виде костей, засушенных жаб, мух, тараканов, не разберу остальных?

— Шаррдак! Нан — Гулакх* послал тебе подарок! Твою победу провозгласили сами Предки! Забирай человечку и иди в стойбище!

— Да Ун –Гооро! — орк почесал рогатую макушку и взвалил меня на плечо. Я благоразумно не рыпалась. Да и что я могу сделать? Я не понимаю, почему я здесь, и где это здесь — тоже не понятно!

— Готовь жрать, человечка! Приду — отымею! — кха-кха! Отымею как умею, пришел на ум каламбур собственного производства. Это наверно комплимент по-орочьи! Надеюсь, мне удастся сбежать или отсрочить свою участь. Судя по его габаритам, этот незабываемый акт я могу не пережить!

— С чего готовить-то? — пискнула я, когда орк уже вышел из чума. Чум, кстати, был просторный. Так сказать, вип — чум! Шкурами всё застлано, на огромном ложе тоже шкура, особенно мохнатая. Блох там, наверно!

В ответ на мой писк в проём, обозначающий дверь, влетела тушка то ли зайца, то ли кроля — мутанта. Ну не бывает таких больших зайцев! Как кабан, а может и больше.

— Уй-ё! — взвыла я, когда зад этой туши придавил мне ногу. А она в босоножке, на тонкой подошве! Прыгала минут десять, потом всплакнула, похандрила. Встала, прошлась от шкуры к шкуре, то есть от стенки к стенке. Буду жить! Это радует. Другой мир… тут сложнее. Радовало бы наличие доброго дедушки с высокой шляпой, одним — двумя эльфами и огромным магическим даром в придачу. Но чего нет, того нет!

Возле логова орка валялся исполинских размеров тесак. Им я должна разделать тушу? Да я рожу пять раз под его тяжестью! Делать нечего — подняла железку, помотало меня под его тяжестью из стороны в сторону, но мы справились! И я и тесак, оба благополучно состыковались с кабано — кроликом. Лезвие, несмотря на кажущуюся тупость, вошло в шерсть как в масло. Хлюп! Фонтан крови. Млять… еле удержала желудок. Там и нет — то ничего, но усугублять своё положение осквернением жилья своего владельца не нужно.

— Так, как там Петька учил? — я стала вертеть тесак в ране, пытаясь снять кожу. Кажись… да нифига у меня не получается! Петька, мой друг, был охотником во втором поколении. Его батя по всем окрестным лесам потаскал, они всех животных знают, также как и способы их убиения и разделки. Его советы и пьяные рассказы я пропускала мимо ушей. Что мне там могло быть интересно? Выпить, закусить, пообжиматься — это да, это интересно! А как и когда надо свежевать кабана интересовало меня только в контексте съедения этого самого кабана.

Может, где-то здесь есть ножик поменьше? Я стала ползать по полу, нацепляла на ноги всякого мусора. Он что, здесь с рождения не убирал? Нашла какую-то связку прутиков, кое-как погоняла пыль и шерсть. Это откуда же ее столько? Ложе линяет или хозяин? Я представила себе, как он снимает штаны, и в пространство шатра вырывается огромная куча шерсти в интимных местах! Бр-р! Даже головой помотала, прогоняя видение. А вдруг и правда доведется это самое?

— Помог бы кто! — я выглянула из двери. Мимо прошагали две орчанки. Такие прикольные! Рогатые бестии. Я похихикала, но тихо, ещё примут на свой счет и оставят шепелявить всю жизнь. Девушки замедлили шаг.

— Гри-кха! Смотри — человечка! Это та самая, которую Нан — Гулакх Шаррдаку подарил. Пошли, рассмотрим её!

Так — так! Рыбки сами ко мне плывут, теперь только подсечь! Я задумчиво уставилась вдаль и сказала:

— Как же мне быть? Мой хозяин, доблестный Шаррдак обещал отыметь меня! За то, что я ему приготовлю пожрать! — да простят меня матросы за эти слова, но раз тут так принято.

— Отыметь? — что-то я не пойму? Здесь это норма или нет? Вон эти кофейные мадамы посмотрели на меня так, словно я сказала глупость несусветную.

— Да, так и сказал!

— О-о! Вот тебе не повезло! — нифига себе! Он что, такой страшный? Или у него пять сэмэ в длину? Или метр? Я терялась в догадках.

— Почему? — наконец, взвыла я.

— Он в конце всегда засыпает! — фух, я с облегчением выдохнула, — на девушке!

Я прикинула в уме: его туша весит навскидку кило двести, я вешу пятьдесят пять, итого… хана мне! Я запаниковала, моляще посмотрела на дамочек.

— Нет, тут мы тебе не помощницы! Не приготовишь — по-другому ублажишь! Приготовишь — тоже помрешь!

— Зато хоть быстро, — закивала вторая, вызывая во мне новую волну паники. Не хочу я больше умирать!

— С-спасибо вам… добрые орки!

— Оракхи! Мы — оракхи! Вы, человеки, совсем уже страх потеряли, раз забыли, как нас зовут!

— Извините! Конечно, вы — оракхи, я — человечка. Всё так!

— Прощай! — ноги подкосились, и я съехала на пол.

Ладно! Двум смертям не бывать: пойду, пожарю мяса! Поем перед самой жаркой ночкой в своей уже далеко не девичьей жизни.

— Жрать! — взревел мой повелитель и повёл своим плоским носом. Да, я таки зажарила кабана! Частично, правда, поэтому туша сейчас зияла дырами в тех местах, где я выколупала мясо. Из приправ здесь валялся чеснок. Странно, что в другом мире и чеснок есть. В общем, мясо дало умопомрачительный аромат, я сама уже слюной захлебывалась. Хотела поесть до прихода оракха, но не вышло.

— Вот! — я набросала на лопух самых смачных кусков и поднесла Шаррдаку. Тот набросился на мясо, как голодающий из концлагеря. Смачное чавканье иногда заглушалось жалобным урчанием в моем желудке. Чуткий мужчина! Сыто рыгнув, Шаррдак стал снимать штаны.

— Иди сюда! — он выбил пыль и пару тонн клещей из шкуры, я поморщилась. В столь антисанитарных условиях спать с мужиком мне еще не приходилось. Я не верила, что смогу избежать главного номера в программе. Он здоровый, сытый, а я маленькая (несмотря на рост в метр семьдесят) и голодная. Что я ему сделаю? По морде клыкастой заеду? После этого свет, наверняка, померкнет, чтобы включиться уже на Том свете.

— Я есть хочу, — пискнула жалобно. Оракх нахмурился.

— Ешь! — припечатал он и смотрел за мной, отсчитывая минуты до нашего соития. Я же наоборот растягивала удовольствие: и еду, и спокойствие. Но долго так продлиться не могло, мужик выхватил у меня буквально изо рта последний кусок мяса.

— Теперь ложись! — его могучие лапищи подняли меня с пола на ложе, припечатали до хруста в спине. Оказывается, под шкурой жесткие то ли доски, то ли бревна! Ё — моё! Как больно — то! Пока я пыталась вдохнуть, этот орангутанг снял штаны. Что я могу сказать? Не так все страшно с волосатостью… но определенно страшно с размером. Если Это в меня засунуть, то я лопну! Серьезно! Просто как лягушка в пошлом анекдоте.

— Э-э, как бы, хозяин? Это обязательно?

— Да! У меня уже долго не было бабы! — как откровенно и пошло, друзья мои! Я прикинула и так, и этак. Бли-ин! Может, расслаблюсь и всё? Расслабилась, орк лег на меня, засопел, пытаясь сделать то, что делают взрослые люди.

— Р-р-р! Сделай что-нибудь! — скомандовал он.

— Не могу! Это вы должны делать, хозяин!

— Покажи!

Ну, я и показала, и рассказала. Огромный язык на совесть ублажил меня, в конце я кричала, держа быка за рога, то есть оракха за… рога. Отдышавшись, я скомандовала «вперед!», и Шаррдак снова сделал попытку к межрасовому сексу. На этот раз все прошло как по маслу, простите за невольный каламбур! Я не умерла сразу, не умерла и потом, когда орк стал вбивать меня в жесткое ложе. Наоборот, я расслабилась и стала получать удовольствие, следуя философии всех насилуемых. Да и оракх вполне обучаем, глядишь и получится что. Я так размечталась, что чуть не пропустила момент, когда меня будут давить. Мы бурно кончили, и Шаррдак стал обмякать на мне. Я потянула его за рога, уже уяснив, что они — его эрогенная зона. Мутный взгляд, и он скатился с меня! Йес!! Я жива! Утритесь, стервы орчанские! Всю ночь он просыпался. Нащупывал меня, хватал, любил и засыпал. Хорошо хоть приловчилась ловить его желание вовремя и показала ему позу «на боку», теперь он просто засыпал. А не давил любовницу.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Проснулась я поздно, судя по ощущениям, в селении жизнь давно бьёт ключом. Помыться бы! Я оглядела шатер: шкуры, очаг в середине, над ним что-то вроде вытяжки из камней. Ни тазика, ни ванной!

Натянула свою одежду. Зачесалась спина. А-а-а! Блохи! Фу-у! Я извивалась ужом, пытаясь вытряхнуть мерзких тварей, но их цепкие иномирские лапки не хотели отпускать моё тело. У оракхов кожа, наверно, дубовая, и их хрен прокусишь, а я нежная, вкусная. На очередном подлом укусе я взвыла как баньши и полетела прочь от шатра Шаррдака! Если не найду водоём — помру нахрен!

— Она живая?

— Счас помрет, — заявил кто-то таким авторитетным тоном, будто люди у них тут каждый день и помирают в разного рода конвульсиях!

— Помогите! Дайте что-то от блох! — я подбежала к шаману, тот сахнулся в сторону, но я была очень убедительна! По правде, я трясла его бородой, зажатой в кулаке, его мотало, сухарики у него на балахоне звенели. Мы бы так долго мотались, если бы из соседнего чума не вышла пожилая оракха.

— Ун — Гооро? Что это вы тут устроили? У меня внук проснулся!

— Луара-кха! Простите, Мать племени! Человечка выжила после Шаррдака. Теперь вот с ума сошла! — шаман сдал меня без зазрения совести.

— Выжила? — брови взлетели ко лбу, практически поселились на рогах этой матроны, — Расходитесь, я разберусь.

Все понемногу рассосались. Я зверски чесалась и едва не плакала, просто чувствуя, как наглые животные ползают в моих волосах! А они у меня длинные! Ухоженные…

— Стой спокойно! — я послушно замерла, между делом потирая ногу об ногу, стараясь раздавить тех, кто решил покуситься на святое. На меня что-то полилось, вонючее! Едва сдержала рвотный порыв.

— Теперь кусать не будут!

С меня падали блохи. По мере собирания их в курган, мои глаза выпучивались и на все лады подергивались. И это было на мне? Бе-е! Добрая женщина теперь в числе моих друзей! Навсегда!

— Так мне что, не мыться что ли? — я снова в панике! Неделю еще кое-как выдержу, но месяц, да еще при активной половой жизни — нет!

— Почему? Мойся себе! — я станцевала ламбаду! Я ее обожаю! А где мыться-то?

— А где?

— Идём, покажу! — Луара — кха повела меня с центра селения, куда я забежала, на околицу. Пара минут, и мы у озера. А нет, пардон, тут два озера!

— Здесь мыться, стирать, а на еду тут берём воду. У Шаррдака есть котелок?

— Нет вроде! Не нашла ничего такого.

— Я дам. Сын все — таки…

Я опешила. Сын? А почему живут не вместе?

— Я с дочкой живу, за внуком ухаживаю. А сыну нужна жена, сколько ему с матерью жить? — и то правда! Ну, теперь-то понятно, почему в чуме грязь и отсутствие помывочных приспособлений!

— А что теперь со мной будет? — решилась я на вопрос, который мне очень хотелось задать практически сразу.

— Живи себе. Раз выжила после Шаррдака, значит, так захотели Предки! Может он тебя женой возьмёт, больше никто и не хочет, — грустно закончила она.

— Но он же сильный и все такое? Завидный жених, или я чего-то не понимаю?

— Завидный. И сильный, это да. Но от него уже три невесты сбежали, а двоих просто утром вынесли из шатра на костёр!

— Костёр?

— Чтобы отойти к Предкам, оракхи проходят по Огненной дороге.

Я залезла в озеро, растерянно оглянулась. Чем намылиться? Оракха подала мне мешочек. Я вытащила из него мыло. Вот вам и дикари! И мыло есть! Вымылась до скрипа, локти саднили, но и их намылила.

— Белые волосы? — что?

— Ну да, белые! Просто немытые были, вот сейчас цвет вернулся, — я не понимала ее удивления. Я заметила, конечно, что все женщины в селении черноволосы, а Шаррдак так и вовсе лысый, как коленка.

— Раньше у нас был не Шаман, а Шаманка! Это ее муж, я не осуждаю его, после смерти Ахэн –ти кто-то должен был занять ее место. Но Ун-Гооро не может того, что могла она. Она предсказала племени много чего… и про тебя она тоже говорила.

Я превратилась в слух. Вот это да! Настоящее пророчество! Да в нашем мире, наводненном шарлатанами всех мастей, потрясающих то куриной лапкой, то зеркалом, то коробком спичек, такого и представить себе нельзя! Я вылезла из воды, разложила на бревнах выстиранную одежду.

— Она сказала, что Вождь уйдет вслед за белыми волосами! — бряк! Это я с бревна навернулась. Как это уйдет? Куда? И это получается, что я сначала уйду?

— Да вы не переживайте! Я пока никуда… — я сникла под её пристальным взглядом. Чуть не ляпнула, что пока останусь, осмотрюсь, а потом сбегу.

— Давай я расскажу тебе о нашем мире?

— Давайте! Ой! — я не сразу поняла, что Луара — кха просто словила меня на слове. Теперь она в курсе, что я не отсюда.

— Я видела человеков, они не похожи на тебя! Они ходят в грязной одежде, редко моются. Но это не главное ваше отличие. Ни у кого из человеков не может быть белых волос. У всех черные!

— Как это? Да у нас все цвета встречаются: чёрный, рыжий, белый, а уж оттенков!

— Здесь только чёрные.

— А может вы были только в одном селении и не видели, что в остальных?

— Я была женой вождя и побывала в двух человечьих селениях. Они большие, зовутся городами. Там дома из камня. А больше человеков в Таараме нет. Таарама — это наш мир.

— А кто есть? — осторожно спросила я.

— Много кто! Белые охотники. У них длинные уши, они прекрасные воины, живут в лесах.

— Эльфы? — недоуменный взгляд, — В наших преданиях их называют эльфами!

— Дальше рассказывать? — я истово закивала, — Ещё есть змеи. Они могут быть как ты, на двух ногах, а могут ползать в змеином виде.

— Наги! А они опасны?

— Да. Услышишь шелест чешуи — беги! Они иногда ловят человеков. И те никогда не возвращаются. В горах живут Зэин — тар. Невысокие, работящие. Делают оружие, продают камешки. Смешные! Нам они не нужны, блестяшки эти! А люди продадут всё за одну такую.

— Да, люди такие, — с сожалением протянула я.

— Так что подумай, девочка, куда ты будешь бежать! И оставайся. Мой сын не так уж плох. Раз ты жива после ночи, значит, станешь ему женой! — вот припечатала! Ладно, немного поживу тут.

Я оделась, и мы вернулись каждый к своему чуму. Я зашла в наш шатер. Фу! И грязно, и блохи. Они, конечно, уже не грызут меня (чудо — средство оказалось несмываемым!), но всё же, всё же.

Собрала шкуры, содрала главную мохнатую гадость с ложа. Блохи и клещи подняли писк.

— На выход! — я указала пальцем на дверь, — Пошли вон! Вы тут больше не живете!

Понуро потянулась вереница беженцев из шатра. Кто тащил остатки шерсти, не иначе как на память. А может, где гнездовье организуют. Некоторые без палева зависли на шкурах. Ну-ну! Счас вам такое цунами организую! Хе! Я стала по одной бросать их в воду. Шкуры понемногу тонули. Я их потом найду: течения здесь нет, вода чистая, почти прозрачная.

— А-а! Не хочется тонуть, да? — мутационные версии наших блох шустро заработали конечностями, выплывая на берег.

— Если ещё хоть раз, хоть пол-раза вы ступите в мой шатер! — я провела ребром ладони по горлу. Главный блох прищурился фасеточными глазками, а потом обреченно кивнул. Возвращались они, кстати, кружным путем, минуя наше с Шаррдаком жилье по широкой дуге.

Шкуры отмокли, я повылавливала их, пораскладывала на бережку. Прилегла на травку. Как солнышко греет, прелесть! И заснула. Проснулась от того, что на меня упала тень. Нет, не придавила, но свет закрыла так, вроде ночь наступила.

— Где мои шкуры? — прорычал мой потенциальный муж.

— Постирала! Были грязные и с блохами, — последние животные обернулись и драпанули так, что только ножки засверкали.

— Сухие! — потрогал орк ближайшую, — Идём!

Он взвалил на могучие плечи все шкуры! Могуч! Ага, а еще вонюч и волосат, как в присказке про настоящего мужика! Я принюхалась. Нет, не воняет! Даже пахнет. Костром, травами. Прикольно! Так мы и шли. Он впереди, я сзади, помахивая беззаботно руками, ветер треплет волосы. Оракхи выпучились и стали шептаться.

— Белые волосы…

Ну, белые, и что с того? А у вас вон… лысые вы все короче!

Мы с Шаррдаком, как настоящая ячейка общества, пришли домой, разбросали шкуры, накрыли постель.

— Жрать?

— А где посуда? — мирно спросила я. Мирно потому, что все еще опасалась этого большого парня.

Он поскрёб макушку. А потом вышел, долго отсутствовал, я уже успела попинать тушу кролика, осмотрела её, обнюхала. Вроде ещё можно пожарить.

— Вот! — зазвенело в ушах, а в глазах зарябило от обилия железа. И котелок тут, и ножи, вилки — ложки. Две тарелки. Мама дала, точно!

— Он тяжелый! И я не умею это, разделывать добычу, — я ткнула в попорченную тушку.

— Сам! — и он утащил ее куда-то. Пришел уже с готовыми кусками мяса, сочащимися кровью. Я загородила вход.

— Нет! Я шкуры постирала! — и выдала ему котелок, предлагая свалить мясо в него. Молча, мой орк утрамбовал его в железную емкость, потом сбегал за водой с маленьким котелком.

— А кроме мяса есть что? — поинтересовалась я, помешивая аппетитное варево.

— Каша…

И скривился так, как будто я о вонючих клопах спросила.

— Неси! И овощи какие-нибудь! — меня одарили хмурым взглядом, но чего не сделаешь ради секса? А он знал! Знал, что ночью снова прижмет меня к стенке, чтоб не вырвалась. Так о чем это я? Фух! Аж в жар кинуло! Это костёр, просто костёр!

Я покидала в котёл и овощи, и кашу. Овощи напоминали нашу морковку и лучок. А каша что-то среднее между гречкой и перловкой. Из шатра плыл такой аромат, что голодные холостяки этак между делом стали прогуливаться мимо.

— Р-р-р! — негромко зарычал мой оракх. Ну как тихо, у меня допустим просто в груди вибрация отдалась. Думаю, зарычи он как вчера на арене… Вот кстати, арена!

— Ты вчера дрался, да?

— Каждый день надо! Я — вождь! Все хотят быть вождём!

— А что делает вождь? — он поскреб между рог.

— Ведёт переговоры, воюет. Всё.

— Мда. Чего ж тогда не хотеть быть вождем? Работа непыльная.

— Жрать! — плоский нос уже почти макнулся в котелок.

Я взяла черпак и налила нам по миске. Громкое чавканье почти отбило аппетит. Почти, потому что я с утра не ела! К чавканью Шаррдака присоединилось моё хлюпание. Вот это парочка! Скоро облысею и стану оракхой! Буду говорить рубленными фразами, как мой благоверный. Тпру-у! Притормози, Таня! Ты же хотела сбежать? Ну да… проскулила моя подлая женская сущность. Но он такой, а я так… Всё ясно, господа! Они пригрелись! И у огня, и у огромного… вы поняли?

Ото входа донеслось особенно жалобное «Урл!». Это друзья — товарищи моего вождя.

— Несите миски! — скомандовала я, и орков как ветром сдуло. Прямо телепортация! Через минуту у меня зарябило в глазах от мисок. Одна, две, три… десять, двенадцать! Они что, издеваются?

— С вас завтра три туши мяса и мешок с крупой! — буду я еще бесплатно их кормить! Все закивали рогатыми головами, едва не выколов мне глаза. Ели, не отходя от кассы, в смысле от шатра. Сытыми отрыжками отблагодарили хозяйку.

— Моя! — прорычал мой владелец и задернул шкуру — дверь. Мы сыто повалились на ложе. Вот, кстати, еще одна проблема: на этом каменном лежбище полезно спать для спины, но если тебя в него вбивают еженощно, то тогда ещё как вредно! У меня уже весь зад ломит!

— А можно сюда ещё шкуру? — орк подумал, подумал, потом спрыгнул на пол и стал перебирать шкуры на полу.

— Нет! Эти на полу были! Надо чистую!

— Завтра убью гаррату и принесу!

Завтра так завтра. Долгий день подошел к концу, спать охота! Я полезла на шкуру, подбила ее по привычке. В мой зад что-то уперлось. Да епыть же твою… а впрочем?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Утром Шаррак ушел на охоту, а я решила поспрашивать свою свекровь про мир. Пришла к её шатру, постучала в бревно, одно из двух, обозначающих вход. Луара — кха вышла с малышом на руках.

— Какой хорошенький! — я умилилась! Такая лапочка: два зубика сверху и два снизу, махонькие рожки!

— Детей любишь? — прищурилась оракха.

— Люблю, — насторожилась я, — а что?

— Ничего. Вот если…

— А-а! Ну если да, то конечно…

Поговорили, называется. Но эти с первого взгляда непонятные фразы нам сказали очень многое. Моя свекровь теперь знает, что от ребенка я не избавлюсь.

— Чего хотела? Или скучно?

— Спросить. Много о чём.

— Отнесу внука, — и она скрылась внутри.

— Идём к озеру! — и мы пошли вчерашним маршрутом.

— Пора нам сказать свои имена! — такое вот предложение к знакомству.

— Таня, полностью — Татьяна.

— Луара — кха.

— Что значит кха?

— Мать. Мы все матери. Для воинов и для дочерей.

— У вас бывает зима? Ну холод, снег?

— Да, скоро начнется. У нас четыре сезона: лето, осень, зима, весна. Названия тебе знакомы, я вижу! А может, Нан — Гулакх сделал так, чтобы ты быстрее привыкла. Ты слышишь привычные тебе слова.

— Это радует. Так у вас скоро зима! А как вы к ней готовитесь?

— Коптим мясо и рыбу, покупаем зерно и овощи у людей. Воины добывают зверей.

— А в чумах не холодно?

— Нет. Шаман зачарует. Он хоть и слабый, но всё же действенный. И тебе надо к шаману зайти!

— Разве наш шатер не зачарован?

— От холода — да! Но от того, что уже две ночи слышит все селение — нет!

Я покраснела до кончиков волос! Серьезно! Я даже не думала об этом.

— Зайду сегодня. Почему воины вчера пришли ко мне есть? Их что, не кормят?

— Кормят, конечно! У половины есть невесты, у второй — матери. Просто ты вкусно готовишь! — оракха засмеялась.

— Ясно. А чем вы торгуете с другими народами?

— Шкурами горных кошек, горных медведей, — опять вольный перевод от божества? Или тут и правда водятся кошки и медведи?

— А вы дадите мне еще такого мыла? Я моюсь каждый день!

— Мы тоже, — опять смеется, — И Шаррдак, не сомневайся! Дам, дам, не дуйся! Сегодня же и принесу.

— Вы говорили, что живете с дочкой. А где её муж?

— На охоте погиб. Не бойся, я не приду к вам жить!

Это так очевидно?

— А мне надо как-то помогать вам, ну с заготовками?

— Приходи завтра ко мне, мы подберем тебе занятие. А что ты умеешь?

Я наморщила лоб. А что я умею? Вышивкой одно время увлекалась, люблю выращивать что-то из садово — огородного. Так и не вспомнишь. А! Готовить люблю!

— Вышиваю крестиком и гладью, готовить люблю, — я с надеждой посмотрела на Луару — кха.

— Хорошо! Ты можешь вышивать платья, рубахи, скатерти.

Я вытаращила глаза:

— А где они у вас? У вождя вон одни шкуры в чуме! А из одежды только штаны.

— Мы не всегда так одеты, приедут посланники — увидишь! А скатерти мы продаём, некоторые делают стол, как у людей и на нём едят.

— Я тоже такой хочу! И стулья, и шкаф для одежды! — я вскочила и стала бегать по бережку.

— Проси у Шаррдака! — и я сразу сдулась. Не то чтобы он был жадным, нет. Просто, это ж сколько мне надо… М-да.

— Иди к шаману, Таини — кха!

— Таини — кха? Вы дали мне имя! Это что-то значит, да?

— Значит. Я приняла тебя! И племя примет!

— Спасибо…

Я пошла в чум к шаману. Ожидала увидеть пыльные чучела, горки костей и котёл с вонючим варевом. Ошиблась только в одном: котла не было!

— Ун — Гооро! Шаман! — я запнулась о что-то и стала падать. Какие-то миски, плошки, все посыпалось горохом, шума наделала! Похоже, дед ушел. Значит? Значит, надо все тут посмотреть! Интересно же: колдунская хата!

Шкуры. Вонючие, бе-е! Склянки. Рассмотрела подробно, впервые в этом мире стекло вижу. Напоминают обычные гранёные стаканы. Потому что пьёт пират! Небось, какую-то настойку из местных грибов для лучшего камлания попивает! Портки раз, портки два, три, а любит себя дед! Вон сколько барахла! У моего — то только одни. Пошью ему ещё! И вышью… сердечками! На самом видном месте!

— Убираешь, человечка? Правильно! И шкуры вытряхни, пойди к озеру! — это сухарик наш пришел. С чего это он решил, что я тут прибираю? Наивный. Хотя… за воровство тут по головке не погладят. Я конечно, не воровка, но ведь подумают!

— Ун — Гооро, я к вам с просьбой! Потом уберу! Сделайте нам на чум защиту какую-то, чтоб звуки из шатра не выходили…

— Дело молодое! Понравилась ты молодому Вождю, понравилась! Уже два дня молодежь ходит кругами возле вас! Идем, поставлю. А ты придёшь потом, приберёшь у меня!

— Идёт! В смысле, договорились!

Дед поскакал вокруг чума, потряс посохом, какая-то пленка окутала наше жилье. А я должна её видеть?

— Шаман, а я ее вижу!

— Кого, человечка?

— Плёнку защитную! Меня Лаура — кха назвала! Теперь я Таини — кха!

— Вшу, шу, мушу-шу! Видишь? Странно… — примерно так колдовал дед, прыгая вокруг меня.

— А чего это вы делаете?

— Теперь ты — часть племени! Даю тебе духа — защитника! Ну и благословляю твоё чрево, конечно!

Где-то с минуту я тупила. Чрево… чрево. Чрево? Э-э, мы еще не женаты! Давай дед, назад всё открути!

— Ун — Гооро! Но мы же ещё не женаты!

— Шаррдак уже заходил ко мне утром и просил провести обряд на закате!

— К-как это? А я? А меня спросить?

— Так он сказал, ты согласна! — это когда я? Мля! То есть мои крики, ну вы понимаете какие, он принял за согласие? А так ли уж я против? Жильё жених имеет? Имеет. В постели крут? Крут! Еще слабо сказано… Свекровь не монстр? Нет, наоборот! Послушный? Ну пока вроде да…

— Так ты согласна?

— Да! Но ему пока ни слова! Хочу поговорить сначала.

— Да о чём говорить? Ты выжила? Выжила! Ты — подарок от Нан — Гулакха? Подарок!

Нет, логика в его словах есть. Но, я хочу предложения, как в романах! Или хоть вопроса типа: « Ну это, пойдем что ли в Загс?»!

Я быстро прибрала шатер шамана, повыкидывала и крыс, и пауков, и жаб, а блох так и вовсе с садистским удовольствием выгнала! Их предводитель так на меня глянул, что я даже поёжилась.

— Вон! И в селение не возвращайтесь! — одно хорошее в их уходе таки было: они утащили с собой весь мусор! Класс! Теперь пойду домой! Спрошу у жениха, когда это я согласилась на свадьбу.

— Где была?

— У шамана! Защиту на дом ставили.

— Сегодня обряд! — и так многозначительно замолчал.

Я подошла к нему, села на колени.

— Ты меня не спросил! — сказала тихо.

— Спросил! Ночью.

— Не помню! — я требовательно уставилась в его глаза. Поёрзал. Я погладила литую грудь. Огромный! И совсем не волосатый…

— Будь…

— Ну-у!

— Моей…

— Смелее!

— Ж-женой… — мы оба облегченно выдохнули.

— Ты же понимаешь, что я захочу многое поменять? Не только в чуме, а и в твоей жизни тоже! Не пожалеешь?

— Нет. Ты — светлячок! — не поняла. Я кто?

— Светлячок? Это из-за волос что ли? Так называй по имени, мама твоя меня уже приняла в племя. Таини — кха!

— Ты — светлячок… — вот заладил!

— Чего…

Этот… этот голодающий из Таарамы накинулся на меня и давай ублажать! Я тянула его за рога и кричала, кричала! Теперь можно, шаман сделал щит! Шаррдак поднялся ко мне, взял мои волосы и показал мне. Что? Я не сразу поняла, ведь в крови еще бурлили эндорфины пополам с адреналином. А у вас бы не было адреналина, видя такие клыки?

— Светлячок…

Вот это да! Мои волосы светятся! Сама в шоке. Теперь понятно, почему он меня так назвал.

— А когда они стали светиться?

— Сразу же! — последовал ответ. Значит, как только я… мм, испытываю удовольствие, так сразу же и волосы светятся?

— И всё? Из-за этого ты готов на мне жениться? — но на меня так посмотрели! Такая тоска по сильному, то есть слабому женскому плечу там была! Мамма-миа! Я прижала к себе рогатую макушку, умиротворенно вздохнула. Да какая разница, как выглядит мой муж? Любит меня? Любит! Светлячком вон назвал, ласково так! У меня все мужики были козлы и придурки. То жадный, то гулящий, то пьёт как лошадь!

— Я согласна! Только потом не говори, что не знал, кого взял!

— Хр-хр-хр, — это басовитый смех оракха, — Никогда!

Целоваться оракх не умел, пришлось учить.

— Спокойно! Сейчас я научу тебя целоваться. Это очень приятно, есть много видов поцелуев: с языком, без языка… — пока говорила, глазки Шаррдака странно поблескивали.

Я наклонилась к нему. Один клык воинственно торчал снизу. Куда ж его целовать? Прижалась губами к той части рта, где клыка нету. А вот и… дура! Знал он, как целуются! Ну пусть в теории или опыт весьма невелик, но всё же! М-м-м, и клыки совсем не мешают!

— Фух! Раз это ты умеешь, тогда научу ласковому обращению с женщиной. Всё мое тело можно гладить, целовать, ясно?

Конечно, ясно! До заката мы закрепляли уроки. Хорошо, что каша с вечера стоит. Разогрела, мы поели.

— А что за Ритуал? То есть Обряд?

— Нан — Гулакх придёт. Соединит.

— Я вот так пойду? — непонимание в глазах, — Ничего, говорю, что у меня одежда неподходящая?

— Спрошу маму…

Натянул штаны и ушел. Я расслабленно вытянулась на шкуре. Какой-то шум за шкурой — дверью. Натянула джинсы и майку, отдёрнула полотнище. А к нам шла целая процессия! Впереди моя свекровь, за ней все остальные девицы рогатые! Зашли в шатер и задёрнули вход наглухо. Я сглотнула. Только не пытки! Не люблю боли.

— Ты — причеши её! Ты — одень. А я буду спрашивать.

Меня вертели как куклу! Сняли одежду. Вытерли мокрой тряпкой, смачивая её в пахучей воде. Натянули белое платье со скромной вышивкой. Так я могу такие платья вышивать!

— Да, можешь! — подтвердила свекровь, — Теперь спрошу три раза! Первый! Ты согласна на Обряд? — я кивнула, — Хорошо. Второй вопрос! Ты собираешься бежать или останешься с нами?

— Останусь…

Да и куда бежать? Мира я не знаю, совершенно не представляю, как живут мои сородичи.

— Третий вопрос! Ты будешь следовать заветам Предков и подчинятся Матери племени?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 394