Бесплатный фрагмент - Возмездие. Дилогия. Книга вторая

Краткий пересказ первой книги

Маленькая девочка Этель, спасаясь от преследования врагов, погубивших ее родителей, попадает в столицу Патрии, где ее находит Дэниор, один из магов короля. Устраивает ее к госпоже Родерике, которая пытается воспитать из нее послушную жену и рачительную хозяйку. В то, что девочка сильный маг, она не верит, ведь в Патрии считается, что у женщин магии быть не может.

Внезапно к ним приходит Дэниор, проверить, как живет его подопечная, за которую он платит немалые деньги. Выяснив, что из девочки, по сути, готовят прислугу, он зовет на помощь маркизу Оливетти, и та забирает Этель к себе, в свои покои в королевский дворец, где служит главой королевского попечительского совета.

Для Этель начинается новая жизнь. И хотя носить красивые, но страшно неудобные платья ей не нравится, зато магии ее учит сам Платин, королевский маг. Он приглашает ее в поместье супруги, где Этель выводит на чистую воду вора-управляющего и выясняет, почему у сына Платина нет магии.

Помогая Дэниору вызволить заложников из плена кровавых жрецов богини Мрака, уничтожает одну из самых укрепленных цитаделей Горнии. За Этель начинается охота. В это же время дочь короля Патрии принцесса Валери выбирает жениха и собирается ехать к нему в далекую Кардинию. Сопровождать ее отправляют Этель.

Благополучно преодолев все препятствия и интриги, Этель становится свидетелем бракосочетания Валери с королем Кардинии и возвращается обратно в Патрию.

Глава первая

Возмущенный Дэниор с негодованием смотрел на Ионуса Седьмого, стараясь не закричать. Король тоже недовольно щурил серые глаза, с трудом сдерживая гнев. Он знал, кем был его собеседник, но это ничего не значило. Теперь Дэниор, по сути, никто. Сильный маг, не более того. И уж, во всяком случае, не имеет права выставлять подобные условия своему, по сути, сюзерену.

— Тебе не стоит предъявлять мне столь непомерные требования, — сердито указал настойчивому собеседнику король. — Патрия и так делает все, что может. Отвлекать наши и без того немногочисленные силы, чтоб спасти недалекого правителя Флориндии, у меня нет ни возможности, ни желания.

— Речь идет вовсе не о Уилле Первом, как он себя величает. Мне до узурпатора нет никакого дела! — Дэниор постарался успокоиться, несколько раз глубоко вздохнув. — Но Сарис, назвавший себя Быстролетным, пытается уничтожить цвет флориндской аристократии, забрав всех детей, каких смог отнять у родителей. Вот это-то меня тревожит, и очень. Детей необходимо спасти.

Король заложил руки за спину и несколько раз прошелся по комнате, взметая за собой полы плотного слегка запыленного плаща. Он недавно вернулся от сына, обитающего в родовом замке Рдиста, и не успел переодеться. Ему хотелось передохнуть и пообедать, но вместо этого приходилось отбиваться от черт-те что требующего мага.

— А где были эти аристократы, когда Уилл, всего-то родственник матери тогдашнего короля, то есть к правителям королевства никакого отношения не имеющий, решил сместить правящую династию? Кто из них поспешил на помощь кронпринцу после гибели короля? — Ионус с намеком покосился на Дэниора. — Насколько я знаю, жалкие единицы. Основная масса переметнулась на сторону узурпатора. Так что они вполне справедливо получили то, что заслужили. И прости, но мне нужно отдохнуть, в эту ночь мне поспать не довелось.

Король ушел, а Дэниор в раздражении ударил кулаком о раскрытую ладонь. Он тоже не спал вот уже несколько ночей подряд, перемещаясь от одной пограничной крепости к другой. Горнийские маги, решившие взять не умением, так нахальством, то и дело объявлялись то там, то тут. Да еще постоянно звучали мольбы о помощи от поверженных Горнией стран, на которые никто не отвечал.

Этель не было каких-то десять дней, а Дэниор уже замучился, пытаясь выручить всех тех, кого захватывали горнийцы и увозили к себе. Он не мог понять, для чего, ведь они с Этель уничтожили все кровавые алтари вкупе с огромным черным камнем, выданным своим приспешникам самой богиней Мрака. Что задумали власти Горнии? Для чего им столько детей, главным образом мальчиков?

Этот вопрос волновал многих, но даже тайные осведомители Патрии, имевшиеся при дворе самого императора Умбарса Третьего, ничего толкового об этом сообщить не могли.

В свою последнюю вылазку Дэниор попал в засаду, с трудом отбился и был вынужден просить помощи у короля Патрии, но получил отказ. Ионус Седьмой четко обосновал свою позицию.

Как правителя Дэниор его понимал, но как человека — нет. Детей было жаль. По сути, флориндийцы стали виноватыми в том, чего не совершали. Он знал, что многие из тех аристократов, что в свое время не помогли наследнику убитого узурпатором короля, уже горько пожалели о своем выборе и готовы были сделать все, чтобы вернуть его на законный престол, но не видел в возвращении никакого смысла. Пока существовала угроза со стороны Горнии, начинать сопротивление Уиллу было бесполезно.

Эх, если б с ним была Этель, вместе они бы смогли вырвать детей из лап кровожадного Сариса!

Он в глубокой задумчивости широкими шагами шел по коридору дворца и чуть было не наткнулся на внезапно возникшую перед ним даму, лишь в последний момент сумев остановиться и ее не задеть. Подняв взгляд, чуть заметно нахмурился — это была явно неравнодушная к нему графиня Мериди. Ее яркий наряд походил на оперение легкомысленной бабочки, ищущей свою пару.

— О, Дэниор! Как я рада вас видеть! — она кокетливо повела чуть прикрытым шелком плечиком. — Вас так давно не было видно на наших скромных посиделках!

Маг слегка удивился. На каких-таких посиделках? Он никогда не появлялся на придворных сборищах. Похоже, это просто предлог завязать разговор, совершенно ему ненужный.

— Я никогда там и не был, — не стал он юлить, — мне просто некогда. Да и неинтересно.

Графиня несколько растерялась. Такого неприязненного тона она не ожидала, потому и ляпнула вовсе не то, что собиралась:

— Ах, я понимаю, что вы переживаете из-за утраты своей любви. Но ведь есть и другие леди, готовые помочь вам смириться с разлукой! — и она сложила губки призывным бантиком, откровенно давая понять, кто эти «другие».

Дэниор не сразу понял, о какой любви идет речь. О принцессе с ее заморочками он уже забыл. Пока он молча стоял, соображая, что ему ответить, Мериди придвинулась к нему вплотную и положила руку на плечо. К негодованию Дэниора, мимо проходила пара разнаряженных придворных кавалеров, тут же остановившихся и громко посоветовавших ему не терять время понапрасну, а действовать. И даже пообещали показать, что нужно делать.

— Ах, милый, не обращайте внимания на глупые реплики недалеких мужланов, — успокаивающе проворковала графиня, заметившая его недовольство. — Надеюсь, вы придете ко мне этим вечером? Обещаю, жалеть вам не придется!

Дэниору очень хотелось скинуть ее шаловливую ручку со своего плеча, но он сдержался.

— Увы, мне некогда! — он сделал стремительный шаг назад, увеличивая расстояние между ними и вынуждая графиню убрать руку. — Я боевой маг, мне пора на службу!

К своей неудаче один из наблюдавших за ними кавалеров опрометчиво заметил с похотливым смешком:

— Хотел бы я так служить. Каждую ночь — уйма приключений!

Дэниор мрачно кивнул.

— Да как вам будет угодно! Раз хотите служить, значит, будете служить! — и, тут же открыв портал, увлек за собой растерявшегося придворного.

Оставшиеся только охнули, изумленно переглянувшись.

Оказавшись в приграничной крепости, Дэниор подтолкнул опешившего кавалера к коменданту, стоявшему возле бойницы.

— Вот, привел жаждущего ночных приключений мужика, — Дэниор не знал его имени, да и узнавать не хотел. — Это вам в подмогу. Он полон сил, будет дежурить по ночам, давно мечтает об этом.

— Я вовсе не хотел здесь оказаться! — запротестовал было придворный. — Верните меня немедленно обратно во дворец!

Но на его возмущенные вопли никто внимания не обратил. Довольный пополнением комендант велел проводить новобранца в казармы и лукаво подмигнул Дэниору.

— Мы сделаем из него настоящего вояку. Он тебе еще спасибо скажет. Со временем, конечно.

С некоторым злорадством посмеиваясь, Дэниор переместился к жилищу своего наставника. Открывать портал в самом доме Веронимус запретил. Это было вполне оправдано — у старого мага было очень много врагов, включая и самого Ионуса Седьмого, до сих пор не простившего ему свою несчастливую женитьбу.

Войдя, Дэниор поспешил поздороваться с магом. Тот мирно сидел в своем кабинете, читая какой-то потрепанный талмуд. Взглянув на ученика, укоризненно покачал головой.

— Опять не спал несколько дней кряду? Глаза красные, как у летучей мыши.

Дэниор лишь передернул плечами.

— Что поделаешь? Такова жизнь.

Они не обменивались своими проблемами, предпочитая сохранять некую обособленность. Но на этот раз старый маг отложил книгу в сторону и требовательно спросил:

— Ты очень расстроен. Что случилось? — и указал на стул рядом с собой.

Дэниор вынужден был сесть. То и дело нервно взмахивая рукой, пояснил:

— Этель нет, когда вернется, неизвестно, а мне нужно непременно вытащить из Горнии флориндийских детей. Я попросил помощи у Ионаса, он отказал. Платин помочь без разрешения короля не имеет права.

Веронимус согласно кивнул.

— И он прав, ты это прекрасно понимаешь. Присутствие магов из Патрии заставит императора Горнии собрать все свои силы, ныне распыленные по разным странам, в один кулак и ударить по нам. Этого допустить никак нельзя.

Дэниор опустил голову, беспомощно сжав ладони. Старый маг, резко поднявшись, несколько раз прошел из одного угла комнаты в другой.

— Но я тебе помогу. Я так давно отошел от дел, что связать меня с Патрией ни Умбарс, ни этот Быстролетный не смогут. К тому же я кое-что узнал и про исчезновение дочери… — тут маг стиснул зубы и замолчал.

Дэниор в полном изумлении посмотрел на наставника. Тот будто сбросил несколько десятилетий, превратившись из немощной развалины в крепкого полного сил немолодого мужчину.

— Я рад! — Дэниор и впрямь поверил в счастливое везение. — Но как вы это узнали?

— Ты помнишь, была в нашем городке некая госпожа Амелия Берлингтон? Мне помнится, ты ей даже в чем-то помог.

Дэниор тут же вспомнил о той, что отказалась приютить Этель, и у которой в эту же ночь сгорел дом. Он кивнул, приготовившись к неприятным известиям.

— Так вот она оказалась шпионкой горнийского императора. Мой осведомитель случайно услышал, как она хвасталась среди таких же, как она, что помогла моей дочери сбежать из-под опеки деспотичного папаши, причем сделала это по просьбе того, кому нельзя отказать.

Молодой маг недоверчиво приподнял бровь.

— Нельзя отказать? Она назвала имя?

— Нет. Но я это выясню, непременно! — Веронимус свирепо погрозил кому-то кулаком.

Дэниор вернулся к тому, что беспокоило его больше всего:

— Вы сказали, что поможете мне. Но когда?

— Завтра. Когда ты отоспишься и будешь пригоден на большее, чем теперь. Сил нужно будет немеряно, ведь, насколько я знаю, дети из Флориндии уже в императорском дворце Горнии, вернее, в его темницах.

— Но пока я отдыхаю, может случиться что угодно! — воспротивился молодой маг. — Не лучше ли нам поспешить?

— Нет, не лучше. — Веронимус ткнул узловатым пальцем в непослушника. — За эту ночь ничего не случится, не волнуйся. Судьба этих детей наверняка будет решаться на завтрашнем совете императора с новым Верховным магом. Или отдать их жрецам смерти или просить за них огромный выкуп у родителей. Так что время у нас еще есть. Мы появимся там на рассвете. Этот жирный боров, их император, никогда не встает раньше полудня, ну и все остальные следуют его примеру.

— Его старший сын и наследник Аугур весьма энергичен и практически правит, — кисло заметил Дэниор, — он встает рано и вполне может нам помешать.

Веронимус его поправил:

— Ты слишком увлекся делами Флориндии и не знаешь, что Аугур отстранен от власти и наследником объявлен второй по силе сын императора — Баллис.

— Баллис? — недоверчиво переспросил Дэниор. — Но он же редкостно безмозгл и жутко тщеславен. Я с ним как-то встречался и разговаривал, под личиной, естественно. У него за душой кроме жажды власти нет ничего.

— Да, он полное подобие своего тупого папаши, — согласно усмехнулся Веронимус. — Пока неизвестно, хорошо это для нас или плохо. Но разговоры потом, когда ты отдохнешь.

Дэниор вынужден был плотно поужинать и отправиться спать. Он улегся на свою твердую постель в полной уверенности, что от беспокойства не сможет уснуть, но провалился в сон тут же, едва его голова коснулась подушки. Проснулся от настойчивых слов:

— Вставай, нам пора!

Он рывком сел, оглядываясь вокруг ясными глазами.

— Сразу видно, что ты давно привык подниматься по команде, — с легким сочувствием произнес старый маг, уже одетый в походный костюм — неприметные штаны и теплую широкую тунику, не мешающие движению. — Давай перекуси поскорее и отправляемся. Порталы открывать буду я сам, куда, я знаю.

Дэниор быстро проглотил все, что подала неживая служанка, и они перенеслись сначала в незнакомый ему лес, потом куда-то к южному морю, и только после этого оказались возле сияющего на фоне восходящего солнца огромного дворца.

— Внушительно, — нехотя признал Дэниор, щурясь от слишком ярких пылающих красным заревом окон. — Но не более того. Как мы попадем внутрь?

— Пешком, как обычные люди, только и всего, — Веронимус с непонятным предвкушением потер сухие ладони. — Не станем тревожить местную охрану магическими перемещениями.

Они прошли по мощеной черным камнем дороге, огибающей дворец, и вышли к ровной стене, почти полностью скрытой зеленой изгородью из колючего кустарника.

— Как я и предполагал, ничего не изменилось, — с довольной усмешкой проговорил Веронимус, осторожно раздвинув покрытые острыми иголками ветви и прикладывая руку к одному из камней стены. — Эти императоры из династии Мениеров даже в собственном дворце живут как ничего не ведающие гости.

— Вам приводилось здесь бывать? — Дэниор был поражен.

— Доводилось, доводилось, — Веронимус прошептал какие-то слова, и проявившаяся в стене невысокая дверь бесшумно отворилась. — Давай-ка поскорее пройдем внутрь, а то скоро обход стражи, нас могут заметить.

Дэниор стремительно заскочил внутрь, Веронимус следом за ним, дверь тут же закрылась.

— Ты понял, что я сделал? — старый маг уверенно шел впереди, даже не зажигая светляка.

— Отворяющий камень запомнил, но слов, запускающих его, не слышал, — признал Дэниор.

— Это просто самое обычное заклинание правды, — хихикнул Веронимус. — Забавно, не так ли?

Дэниор удивленно тряхнул головой.

— Заклинание правды для камня? Да, до такого я бы никогда не додумался.

— Это выдумал не я, увы. Этот ход существовал с давних лет и узнал я о нем случайно, во времена бурной молодости. — Дэниор молча ждал пояснений, и Веронимус с тайной печалью уточнил: — Я был влюблен в одну из дочерей тогдашнего императора и приходил к ней по этому тайному пути. Его мне показала одна из прислужниц принцессы.

— И что потом стало с вашей возлюбленной? — Дэниору показалось, что конец этой истории не самый радостный.

— Я ее увез, но не сберег, — Веронимус помрачнел. — Ее отравили по приказу будущего императора Горнии, ее единокровного брата. Не смог сберечь и нашу дочь, она исчезла. И даже отомстить за них не сумел.

Дэниор промолчал. А что на это можно сказать? Сочувствие Веронимусу не нужно, ему нужна месть, которая, вполне возможно, когда-нибудь да и свершится.

Тоннель, по которому они шли, был вполне достаточный для прохода взрослого мужчины в полный рост. Никаких паутины и сырости, обычных для заброшенных тайных ходов, не было и в помине. Пыль была, но немного.

— За ходом кто-то следит? — тихо спросил Дэниор.

— Это просто старое заклинание чистоты, уже развеивается, кстати. Но тихо, смотри и запоминай! — велел старый маг.

Он осторожно отодвинул закрывающую небольшое оконце плотную шторку и Дэниор увидел роскошную комнату с восседающим в глубоком кресле Умбарсом Третьим.

— Это будут послушные воины, — самодовольно говорил тот, обращаясь к кому-то невидимому. — После такого заклинания они забудут все, что было, и без сомнений убьют любого, на кого я укажу, будь то их мать или отец, — он злорадно захихикал, предвкушающе потирая пухлые ладони.

Дэниор закаменел. Речь явно шла о детях, забранных горнийцами из Флориндии.

Невидимый собеседник подошел поближе, и маги одновременно вздрогнули, настолько тот казался зловещим: его слишком белое лицо было искажено омерзительной гримасой.

— Мой император, — это было произнесено невероятно саркастичным тоном, и сразу стало ясно, что он не ставит Умбарса ни в грош, — если я буду накладывать на пленников это заклятье, то и подчиняться они будут только мне.

Толстяк тяжело приподнялся и тут же шлепнулся обратно всей своей огромной тушей, едва не разломав кресло.

— Не забывай, что служишь ты мне! — рявкнул он, желая вразумить собеседника.

Но в ответ тот лишь высокомерно вздернул горбатый нос.

— Это вы так думаете, но я вам подчиняться не собираюсь. Я не старый Верховный, выполнивший ваше повеление и безропотно убравшийся отсюда, я могу и ответить! — по рукам белокожего мага заструились красноватые змеи, враз успокоившие зарвавшегося императора.

— Зачем нам ссориться? — мирным тоном спросил он, но горевшие гневом глаза выдавали его настоящие чувства.

— Вы правы, совершенно незачем, — маг отчего-то внимательно посмотрел по сторонам.

Веронимус тут же отодвинулся от смотрового окошка и быстро его прикрыл.

— Чуткий гад этот Сарис, — прошептал он, увлекая за собой спутника. — Опасный и коварный.

— Но что они задумали! — Дэниор не скрывал своего возмущения. — Они теперь что, будут из наших детей делать манкуртов? Но это ужасно!

— Я таких заклинаний не знаю, — Веронимус стремительно шел куда-то вперед, сердито пыхтя, как рассерженный зверек. — Наверняка это изобретение Сариса. Он несомненно талантлив, но уж слишком зловещий у него дар. Что с ним делать?

— Убить, конечно. Что еще с ним можно сделать? — Дэниор не понимал своего наставника. — Чтоб еще больших бед не натворил.

— Это так, — Веронимус укоризненно качнул седой головой. — Вот только такие мозги редко появляются. Может, раз в тысячу лет. Просто так ими не разбрасываются.

Дэниор с лукавой усмешкой спросил:

— И что вы предлагаете? Посадить его в клетку и использовать так, как нужно?

— В клетку его засадить вряд ли удастся, а вот использовать как нужно — это надо попробовать. — Глянув на недоверчиво лицо спутника, пояснил: — Такие как Сарис зациклены на своей неуязвимости и весьма наивны в том, что не касается магии и их стремления властвовать. Вот на этом и можно сыграть.

Дэниору очень хотелось уточнить, что имеет в виду его наставник, но тот предупреждающе приложил палец к губам. Дэниор замолчал, удивленно глядя по сторонам. Они оказались в нише, оббитой плотным желтым шелком. Здесь стояла низкая тахта с шелковыми подушками красного цвета, беспорядочно разбросанными по ее поверхности.

— Вы встречались с возлюбленной здесь? — потрясенно спросил он.

В ответ Веронимус лишь сердито на него посмотрел, ничего не сказав. Дэниор смутился и замолчал. Ясно же, что наставнику слишком больно вспоминать о прошедших счастливых днях, напрасно он это сказал.

Здесь в стене тоже виднелось небольшое окошко для слежения, и он осторожно его приоткрыл. Перед ним оказалась довольно большая комната сродни роскошно обставленному женскому будуару.

Низкая изящная мебель, красивые тканые обои, ковры на полу. Внезапно в комнату вбежала девушка вся в слезах. Дэниор вздрогнул — она была очень красива. Стоявший сзади Веронимус заметил тихим шепотом:

— Еще одна пленница, явно не из горниек.

Действительно, на девушке было принятое в Сантинии платье: изящно вышитый лиф, рукава до самых пальцев, длинная юбка с выглядывающим из-под нее кружевным подъюбником.

— Откуда здесь сантийка? — поразился Дэниор. — Сантиния же так далеко от Горнии.

— Для сильного мага расстояние не помеха, — Веронимус потянул за собой своего спутника, намереваясь идти дальше.

Но Дэниор остался стоять, глядя на взволнованную девушку.

— Она здесь явно не по своей воле.

— И что? — Веронимус равнодушно пожал плечами. — Здесь почти все женщины не по своей воле. Пошли скорее.

Но Дэниор заупрямился. Ему стало искренне жаль незнакомку. Но он бы послушался наставника и ушел, если б она не сложила руки в отчаянном жесте и не залилась безнадежными слезами.

— А ведь здесь должна быть тайная дверь, — внезапно догадался он. — Иначе для чего здесь стоит эта тахта?

Веронимус сердито на него глянул и ехидно спросил:

— Что выбираешь? Спасение своих соотечественников или эту девицу? То и другое нам не потянуть.

— Отчего не потянуть? — Дэниор почувствовал, что просто обязан выручить девушку. — Возьмем ее с собой и спустимся в подземелье. Или где еще находятся пленники. Возможно, она о них даже что-то знает.

Недовольно сверкнув глазами, Веронимус все-таки повернул почти незаметный рычаг на полу и в стене открылся небольшой, в половину человеческого роста, проход. Не заходя в комнату, старый маг позвал:

— Эй, если хочешь спастись, иди сюда, скорее!

Дэниор ожидал, что придется уговаривать незнакомку, но та, быстро подобрав длинный подол, юркой рыбкой нырнула к ним. Веронимус тут же закрыл проход и ворчливо проговорил:

— Ну вот, теперь ее начнут искать, и откроют тайный ход.

— Начнут, но не прямо сейчас. Я здесь уже два дня, и за все это время ко мне никто не приходил, кроме служанок. А они говорили, что тот, кому я предназначена, очень занят, — возразила незнакомка.

— И кто же это? — Веронимус уже быстро шел вперед, показывая дорогу.

— Некто Сарис, — девушка нервно вздохнула. — Кто это такой, не знаю, я его никогда не видела.

— Похоже, новый Верховный не чужд мужских радостей, — старый маг принахмурился, что-то соображая. — А это значит, что к нему можно кого-то и подослать.

Дэниор тут же понял, кого он имеет в виду и решительно воспротивился:

— Нет! Этель уж никак не сможет здесь появиться. Это слишком опасно.

— Не опаснее, чем то, что она делает сейчас, — Веронимус пренебрежительно взмахнул длинными узловатыми пальцами. — Но решай, что сейчас будешь делать ты. Портал напрямую из дворца не открыть, даже если мы объединим наши силы. Как выводить твоих соотечественников наружу? Тайный ход нам не помощник, такую толпу отследят вмиг.

Внезапно в их беседу вмешалась спасенная пленница:

— Может быть, я смогу чем-нибудь помочь? Меня зовут Зарианна, я из Валентии. И спасибо вам за мое спасение.

Маги удивленно переглянулись.

— Из Валентии? А почему тогда на вас принятое в Сантинии платье? — спросил Дэниор.

Девушка вдруг весело усмехнулась.

— Так получилось. Просто я путешествую по миру, и последняя страна, в которой мне довелось побывать — это Сантиния. Одежда оттуда.

Тут уже в разговор вступил и пораженный Веронимус:

— Путешествуете по миру? А где ваши сопровождающие?

Зарианна озорно хихикнула.

— Их у меня нет. Я одна. — И предваряя недоуменные вопросы, пояснила: — Я довольно сильный маг, мне они только мешали.

— Я вижу, что вы магианна, леди, но тем не менее вы неосмотрительно попались в лапы не скажу, что сильнейшему, но наглейшему магу нашего времени — Сарису, — Веронимус осуждающе глянул на девушку.

Она помрачнела.

— Да, это моя оплошность. Я не предполагала, что тот странный тип, что смотрел на меня на городском празднике в Сантинии, близок к Верховному магу Горнии.

— А как выглядел этот странный тип?

— Неприятный он очень — слишком белокожий, будто его кожа никогда не видела солнца, да еще и с мерзким багровым шрамом через все лицо. Противный тип.

— Это и есть сам нынешний Верховный Горнии, Сарис, — одновременно воскликнули оба мага.

— Но ведь Верховный Горнии стар, ему уже много лет, — растерянно прошептала Зарианна.

— Бранниан ушел по приказу императора Горнии, на его место был избран Сарис, — пояснил Дэниор и остановился возле наставника, вздевшего вверх указательный палец.

— Тихо! Слушайте! — приказал тот, прикладывая ухо к каменной стене.

Дэниор хотел было последовать его примеру, но тут девушка коснулась одним пальцем камня, и послышался хорошо слышимый разговор:

— Я уверен, что маг золотого огня обязательно прибудет выручать из плена своих соотечественников. Вот тогда мы его и схватим. Будьте начеку!

— А сколько нам еще ждать? — раздался ленивый голос. — Надоело здесь торчать вообще-то,

— Не ной! — возразивший ему мужчина был сильно раздражен. — Меня уже два дня ждет чудная мордашка, а я прохлаждаюсь здесь, потому что без меня все идет наперекосяк.

— Это сам Сарис! — выдохнула Зарианна.

Веронимус сердито на нее прицыкнул, чуть слышно сказав:

— Тихо! Они могут нас услышать!

Она отрицательно тряхнула головой:

— Нет, это заклинание работает только в одну сторону. Но, как я поняла, вы пришли выручить тех малышей, что привезли сюда в железных клетках?

Сжав зубы, Дэниор кивнул. Девушка тихо продолжила:

— Они не во дворце, их разместили в казармах для стражников. Там условия получше, чем в подземелье.

Веронимус зло выругался.

— Уж лучше бы в подземелье. В дворцовые пристрои нам незамеченными не пройти.

Дэниор снова вспомнил Этель. Она приказала бы не замечать их всем встретившимся на пути, и только.

— А разве вы не знаете заклинаний невидимости? — недоуменно спросила девушка.

— Здесь слишком сильное искажение магического поля, заклинания действуют вовсе не так, как полагается, — Веронимус остановился у двери, в которую они вошли, и теперь стоял, задумчиво почесывая подбородок.

— Вот как? — Зарианна удрученно хмыкнула. — Теперь понятно, отчего мне не удалось использовать ни одного заклинания. Впрочем, если мы объединимся, то можем попытаться добраться до детей. Вы же умеете открывать порталы? Я не умею.

— А какого рода у вас магия? — Дэниор ободряюще ей улыбнулся.

— Не знаю. Я получила ее случайно, от погибающего мага. Можно сказать, мне ее навязали.

Веронимус изумленно уставился на нее, пытаясь понять, не выдумка ли это.

— Я о таком только читал в старых книгах, — Дэниор тоже был изрядно удивлен.

Вместо ответа девушка нажала на определенные камни и открыла проход наружу.

— И как вы это сделали? — Веронимус нахмурился, подобного он не ожидал.

— Очень просто — по остаточному следу. — Выйдя наружу, Зарианна прикрыла рукой глаза, после темного перехода яркое солнце слепило.

— Остаточный след магии? — уточнил выходивший за ней следом Веронимус.

— Нет, просто пальцев. Похоже, ваших. — Девушка дождалась Дэниора и уверенно закрыла дверь. — И что дальше?

Веронимус указал на стоящие вдалеке деревянные строения.

— Детей поселили там?

— Не знаю, — озадаченно ответила ему Зарианна. — Я только слышала разговор, но что где располагается, не знаю.

Старый маг нахмурился. Ему казалось, что эта девица — подосланная к ним шпионка. Доверять ей он не собирался. А вот Дэниор, наоборот, с первого взгляда проникся к ней искренним расположением.

— Тише, — вдруг скомандовала она. — Слышите?

От одиноко стоящего приземистого здания донесся испуганный детский крик.

— Что ж, это там! — Веронимус чуть призадумался. — Придется мне отвлечь на себя стражников, а вы быстро перенесете детей куда подальше, отсюда портал открыть можно, это не дворец.

Дэниор воспротивился:

— Но вы сильно рискуете. Вдруг вас сумеют схватить?

— Не сумеют, если вы поторопитесь, — старый маг сердито указал на здание, служившее темницей для пленников. — Давайте быстро! — и пошел по площади, не скрываясь.

Схватив Зарианну за руку, Дэниор накинул полог невидимости и побежал к детям. Полог мерцал и рвался, и ей пришлось сверху накинуть свой, который тоже не слишком-то их защищал. Но, тем не менее, до казармы они добрались беспрепятственно. Позади виднелись вспышки огня и стоял непрерывный грохот, это Веронимус отвлекал стражников на себя.

Возле казармы детей охраняли несколько человек, магов среди них не было. К удивлению Дэниора, Зарианна тут же отправила их в глубокий сон. Распахнув двери, они увидели всю ту же печальную картину: около сотни детей сидели и лежали на грязном полу. Здесь были только мальчики от восьми до пятнадцати лет. Значит, их действительно готовили в манкурты.

Открыв портал, Дэниор по-флориндийски приказал:

— Выходите, быстро!

Дети дружной толпой устремились в окно портала, молча толкаясь. И только старшие старались помочь малышам, оттесненным бегущими подростками. Но вот ушли все, и маги, вышедшие последними, быстро закрыли портал. На последних мгновениях к ним присоединился запыхавшийся Веронимус.

Дети удивленно оглядывались.

— Где мы? — спросил один из них, постарше и посерьезнее. — Мы не сможем здесь жить.

Вокруг шумел темный лес, издалека доносились голодные волчьи песни.

— Здесь жить вы не будете, — Дэниор накинул на толпу пацанят защитный полог. — Сейчас я открою портал в другое место, вы спокойно, не толкаясь, пройдете туда. Старшие берут за руку младших и проходят.

Успокоенные дети встали довольно стройными рядами, и Дэниор открыл портал. И все оказались в широкой неоглядной степи. Вдалеке бродили стада антилоп, а вокруг кружили стаи хищников.

Дети с интересом разглядывали окружающую природу, кто-то даже попытался бежать и посмотреть на антилоп поближе, но защитный полог не дал. Веронимус сердито прикрикнул на смельчаков, те послушно замерли.

— И куда теперь? — спросил Дэниор у наставника. — В имении герцога Аверис и так полно народа. Туда нельзя. Надо было посоветоваться с королем. У него много имений, куда можно отправить детей. Во Флориндию их возвращать нельзя.

— Можно к нам, в Валентию. Имение у родителей не очень большое, но почти в глуши. Там детей из далекой Флориндии искать никто не станет.

— Но мальчишки все разнесут, их же не удержишь приказами! — опасливо предупредил Дэниор.

Но Зарианну это не напугало.

— Сами же и поправят то, что сломают. Родители против не будут. Надеюсь, что и прислугу мы найдем. Желающих поработать у нас всегда хватает.

Она показала путь к родительскому поместью. Дэниор открыл портал, и они всей гурьбой вышли в густом полузаросшем парке. По широкой аллее прошли к большому дому, где их встретил изумленный дворецкий. Зарианна отдала нужные распоряжения и попросила магов перенести ее куда-нибудь подальше от этого места.

— Но почему? — изумился Дэниор. — Это же ваш родной дом?

— У меня очень напряженные отношения со здешним правящим домом, поэтому я стараюсь не показываться в Валентии без особой причины, — туманно пояснила она. [рассказ «Невеста поневоле»]

— Мы можем взять вас с собой в Патрию, — предложил Веронимус. — Поживете в моем доме, места много.

Зарианна просияла.

— О, я буду вам чрезвычайно признательна. Мне в самом деле некуда сейчас идти. Возвращаться в Сантинию нельзя — там меня первым делом будет искать этот мерзкий Сарис. Он думает, что я оттуда.

Кивнув, Веронимус открыл портал прямо в прихожую своего дома. Позвав фантом своей прислужницы, велел поместить гостью в бывшие комнаты дочери.

— Там немного не прибрано, — мрачно пояснил он, — давно никто не живет. Но для вас это не беда?

— О, я знаю довольно много полезных в быту заклинаний, — ничуть не испугалась девушка. — К тому же у меня и руки имеются. Если что-то не смогу сделать магией, сделаю руками, только и всего.

Она убежала вслед за прислужницей, а Веронимус проницательно спросил у своего подопечного:

— Что, здорово понравилась?

Дэниор не стал юлить:

— Да. Но кто она такая, мы так и не узнали.

Устроившись поудобнее в низком мягком кресле, маг вытянул уставшие ноги и принялся рассказывать тоном завзятого сказочника:

— Несколько лет назад до меня донеслась забавная история из жизни королевской семьи Валентии. Кронпринц исключительно для того, чтоб досадить отцу, объявил невестой девушку из довольно простой по меркам короля семьи. Затем помолвку расторг, вовсе не заботясь о том, что после такого позора бедняжке одна дорога — в монастырь. Впоследствии выяснилось, что отвергнутая им невеста — довольно сильный маг, что по меркам весьма скудной на магов Валентии огромнейшая ценность. Принц с королем о поспешном разрыве жутко пожалели и захотели вернуть все обратно. Но законы страны запрещали делать повторное предложение уже отвергнутой девушке. Как из такого положения вышли король со своим наследником, я не знаю. Предполагаю, что об этом нам сможет рассказать наша гостья. Как я разумею, она и есть та самая отвергнутая невеста.

— Невеста наследного принца? — Дэниор изумленно округлил глаза и даже озабоченно почесал затылок, как простолюдин. — Однако. Не похожа Зарианна на особу, желающую стать королевой.

— Почему ты так решил? — в свою очередь удивился Веронимус. — Как-то же невестой она стала. Не думаю, чтоб она отказалась, когда кронпринц предложил ей руку и сердце. Он же не предупредил ее, что это временно. Наверняка она сама многократно искала с ним встреч, раз на такую сложную роль он выбрал именно ее.

Дэниор прикрыл глаза, воссоздавая в памяти облик девушки. Спокойное достоинство и уверенность в каждом движении, благожелательность и обаяние, к тому же настоящая красота — редкое сочетание в столь юной особе. Вряд ли она будет увиваться за принцем в слепой надежде стать принцессой, а потом и королевой.

— Не похоже, — он несколько раз прошелся перед наставником, заложив руки за спину. — Зарианна не из таких.

Веронимус иронично хохотнул.

— Ты слишком пристрастен. Кстати, а как ты будешь оправдываться перед Этель? Она ведь наверняка станет тебя ревновать.

— Этель? Ревновать? — Дэниор небрежным взмахом руки отмел предположения старого мага. — Ей не с чего меня ревновать. Никаких особых чувств между нами нет. Она еще сущая девчонка. У нее на уме лишь приключения да озорство.

Но наставник с ним не согласился:

— Не думаю. Порой она поглядывала на тебя очень даже оценивающе.

Молодой маг с подозрительным прищуром оглядел наставника. Откуда тот может это знать, если безвылазно сидит в своем доме? Или это только создаваемая им видимость? Да, с Веронимусом ни в чем нельзя быть уверенным.

Глава вторая

Постучав себя по пустому животу, хозяин дома заявил, что ждать любую девицу безнадежное дело, и приказал прислужнице принести еду. Они спокойно перекусили в одиночестве.

Подтверждая слова Веронимуса, Зарианна спустилась только к вечеру, когда маги обсуждали, что предпринять дальше. Горнийцы явно не успокоятся, отнимая для своих ужасающих целей все новых и новых мальчиков в подневольных странах.

Извинившись, Зарианна призналась, что жутко проголодалась. Но пусть они не беспокоятся — готовить она умеет, и ей нужно только показать кухню и что где находится.

— Если хотите, я могу что-нибудь быстренько приготовить и для вас, — с улыбкой предложила она.

— Ну, не настолько уж мы беспомощные, — Веронимус не проникся благодарностью, как это сделал Дэниор, — прислуга у меня имеется. — И он приказал подать еду в комнату.

Фантом служанки расторопно принес только что испеченный пирог с рыбой, чайник с кипящей водой и сладкие пирожки со сливовым и вишневым повидлом. Зарианна разлила чай на всех и принялась с удовольствием уплетать все подряд.

Дэниор с нежностью наблюдал, как она ест, уверенно и изящно пользуясь столовыми приборами. Съев на десерт третий пирожок с повидлом, девушка вытерла салфеткой липкие от повидла руки и с удовольствием вздохнула.

— Жизнь гораздо приятнее, когда сыт.

Эта истина не требовала доказательств, и Веронимус перешел к более интересным для себя вещам:

— Милая девица, а поведайте-ка нам, отчего вы сбежали от своего жениха?

Зарианна чуть принахмурилась. Она-то надеялась что здесь, в Патрии, о ней никто не знает. Ошиблась.

— У меня нет жениха. Принц Эдмонд объявил меня своей невестой, желая избавиться от принцессы Сантинии, которую прочили ему в жены. Цель у него была одна: досадить своему отцу, нашему королю, никаких теплых чувств ко мне он не питал. Более того, он со мной даже и не был знаком. Потом под напором отца он помолвку разорвал, чему я очень рада. Принц мне совершенно не нравится, самовлюбленный и неумный.

Дэниор несколько озадачился, надеясь, что он не заслуживает подобной характеристики. Даже постарался сесть поскромнее, чуть ссутулившись.

— И он не пытался вас преследовать? — недоверчиво предположил старый маг. — Иначе с чего бы у вашего рода были напряженные отношения с правящей династией?

Зарианна поморщилась.

— Родители говорили, что на следующий день после моего отъезда он был у них и заявил, что я должна срочно идти с ним в ближайший храм, дабы провести связующий свадебный ритуал. Он был уверен, что для меня это огромное счастье. Узнав, что меня нет, впал в дикую ярость и заявил, что моя святая обязанность — немедленно стать его женой и не злить его еще больше.

— Однако! — Дэниор не знал, смеяться ему или сердиться. — Умеет парень ухаживать, что еще сказать.

— Да уж. Это именно то, чего ему делать никогда не приходилось, — Зарианна поняла звучащую в словах Дэниора насмешку. — По закону Валентии члену королевской семьи никто ни в чем отказать не вправе. Впрочем, остальные, насколько я знаю, этим сомнительным правом не злоупотребляли. Эдмонд первый.

— Интересные у вас законы, — Веронимус задумчиво рассматривал потолок, видя что-то такое, чего никто из присутствующих не видел. — Если б такие же были у нас, насколько проще бы жилось тому же Теорину.

— Это почему? — вмиг насторожился Дэниор.

— Не пришлось бы обольщать Этель, как того желает Ионус. — Веронимус лукаво подмигнул ученику: — Она же за него замуж не собирается. А вот за кого она собирается?

— Не за меня точно! — Дэниор почувствовал, как насторожилась Зарианна, и быстренько открестился от подобной чести. — Мы с ней просто занимаемся одним делом, и только.

Но Зарианна уже поняла, что дело вовсе не так просто, как кажется.

— А кто такая Этель? — спросила она, подливая чай себе и старому магу.

— Это единственная в этой стране магианна, — хмуро пояснил Дэниор.

— Магианна, не магиня? — Зарианна удивило незнакомое слово.

— Ее здесь зовут так. Тебе не нравится? — Веронимус явно наслаждался этим провокационным разговорчиком.

Девушка пожала плечами.

— Мне все равно. Меня-то звали магиней. Но магианна звучит лучше. Она сильный маг? — это прозвучало с изрядной долей ревности.

— Сильный, но малообученный, хотя и очень активный — Дэниор ласково глядел на ее оживленное лицо, стараясь не опускать взгляд на пышную девичью грудь.

Зарианна слегка смутилось от этого слишком уж пристального взгляда, и нервно потеребила лежащую на столе салфетку.

Все замечавший Веронимус только что не хохотал в голос, то и дело издавая раздражающее ученика покряхтывание. Зарианна об этом тоже догадалась, но виду не подала. Допив чай, поставила чашку на стол и поднялась.

— Извините, но я очень устала. День сегодня удался уж слишком насыщенным, — она посмотрела на грязную посуду. — Ее нужно вымыть?

— Для этого есть прислуга, — махнул рукой хозяин дома. — Ступай, отдыхай.

Девушка ушла, а Веронимус весело заметил недовольному Дэниору:

— Голубчик, если ты будешь прядать ушами, будто осёл, то бишь этот принц, как его? — а, Эдмонд, вспомнил! — То останешься с носом, как он. Если понравилась девица, то тянуть резину нельзя, а в твоем случае особенно. Магианны товар штучный, за них битва настоящая идет, сам знаешь, — последнюю фразу он произнес уже серьезно.

— И что я могу ей предложить? — Дэниор откинулся на спинку кресла и угрюмо склонил голову. — Комнату в вашем доме? Жалованье, как обычного мага Патрии?

— Скромность хороша для других, а вот самому скромнику она здорово мешает жить, — нравоучительно произнес старый маг. — Тебе так не кажется?

— Мне показываться преждевременно, и вы это прекрасно знаете! — Дэниор рывком встал и, пожелав наставнику спокойного отдыха, вышел.

Веронимус посмотрел ему вслед, сочувственно поцокал языком и тоже ушел в свою часть дома.

Дэниору не спалось. Вопрос Веронимуса поднял со дна души давно уснувшие страсти. Захвативший с помощью горнийских магов престол Флориндии двоюродный брат со стороны матери зашел слишком далеко в стремлении уничтожить всех, кто мог хоть как-то помочь наследнику убитого короля.

Со временем Уилл и сам пожалел о своей опрометчивости, ведь жизнь без ушедших из королевства магов стала слишком сложной, но поздно, — Флориндия превратилась в жалкий придаток Горнии, а сам он в ненавидимое всеми ничтожество.

Нужно что-то предпринимать, но что? Если б за Уиллом не стояла Горния, он мог бы попытаться. Но в одиночку ничего сделать невозможно, даже пробовать не стоит. Ну уберет он предателя-кузена, и что дальше? Тому тут же найдется замена, император Горнии вместе с новым Верховным магом ни за что от такого жирного куша не откажутся.

Убеждать Этель отправиться в императорский дворец Горнии шпионить за Сарисом Быстролетным, как вздумал Веронимус, он не станет. Ее и уговаривать-то не придется, стоит только намекнуть. Это же такое невероятное приключение, куда до него ее скромному путешествию в Кардинию с принцессой!

Вспомнив неистребимую тягу Этель к опасным авантюрам, Дэниор нахмурился. Как правило, такие слишком любящие риск маги долго не живут. Появившиеся перед ним неясное лицо скривилось и невежливо показало ему язык. Он лишь вздохнул. И вот в этом вся Этель. Смешная отчаянная девчонка, ей еще взрослеть да взрослеть.

И тут же мысли перескочили на Зарианну. Да, хороша невеста принца Валентии, аж зависть берет. Или ревность? Пусть она себя и не считает ничем с Эдмондом не связанной, но вряд ли это так. На месте кронпринца он бы никогда от такой невесты не отступился. И тот наверняка ищет ее, чтоб повести в храм, неважно, с согласия Зарианны или без.

Эта мысль заставила его с силой сжать кулаки. Что за жизнь у него? Почему он не может ухаживать за понравившейся ему девушкой? Он же чувствует, что она к нему тоже неравнодушна. Но что из того?

Он в самом деле попросту нищий. Ему некуда привести свою супругу. И пусть ему благоволит король Патрии, это ничего не значит. Имения здесь, даже самого лучшего, ему не нужно, это будет предательством своей страны, ибо закон гласит — у правителей Флориндии не может быть имущества в других странах.

Для серьезных отношений с Зарианной нужно вернуть себе престол Флориндии. Но для начала разобраться с Горнией. Вопрос один — как это сделать?

Мысли шли по одному и тому же заколдованному кругу. Уснуть удалось только под утро. Как ни странно, но его никто не будил и проспал он до самого обеда. Это было так непривычно и даже стыдно, что Дэниор вошел в трапезную с видом раскаявшегося грешника. Сидевшая за столом в одиночестве Зарианна с сочувствием на него глянула.

— Вы ужасно утомлены. Постоянно воюете?

Несколько растерявшись от давно им не слышанных приветливых слов, Дэниор сел подле нее, положил на тарелку большой кусок пирога и только потом ответил:

— Случается всякое. Но я просто проспал. Никогда такого со мной не бывало.

— Значит, накопилась усталость, вот вы и спали, сколько было нужно, — она успокаивающе улыбнулась ему. — Это нормально. Никто вас не осудит, мы все люди, все устаем.

От этих простых слов на душе у Дэниора полегчало. Ему отчаянно захотелось взять руку девушки и нежно ее пожать. Этого он себе позволить не мог, но предложил:

— Мы с вами оба маги, причем почти ровесники. Может быть, перейдем на «ты»?

И тут же сконфужено уткнулся носом в тарелку, понимая, что ляпнул что-то не то. Никогда он не чувствовал себя так странно и неуверенно, как рядом с этой милой девушкой. Но услышал неожиданный ответ:

— Хорошо. Я не против.

Резко подняв голову, он встретился с ее ласковым взглядом и улыбнулся. Пусть будущее неопределенно и опасно, но здесь и сейчас он будет наслаждаться общением с Зарианной. И ни о чем другом думать не станет.

Но не получилось. В трапезную вошел мрачный и чем-то расстроенный Веронимус.

— И когда вернется Этель? — он сел за стол и подвинул к себе блюдо с остатками пирога. Начал жевать, уставясь куда-то в пространство и явно не чувствуя вкуса.

Дэниор тихо вздохнул. Вот только он подумает о чем-либо хорошем для себя, как тут же все его планы рушатся.

— Что случилось? — он подобрался, готовясь тут же выполнить любое поручение.

— Пришли неприятные вести из Кардинии. Принц не собирается жениться на нашей принцессе.

Дэниор даже не сразу понял, что сказал наставник. А поняв, даже возмущенно приподнялся.

— Как это не собирается? Он же официально сватался!

— Он это сделал по приказу отца. Видимо, надеялся, что Валери ему откажет. У него фаворитка родила сына и поставила условие: если принц женится, она уходит.

— О, это любовь! — мечтательно протянула Зарианна.

Оба мага осуждающе зыркнули на нее.

— Ох уж эти женщины! — Веронимус даже побелел от негодования. — Если б Праттор был простолюдином, ему бы никто и слова против не сказал. Но выказанное им пренебрежение как наследника престола — это унижение не просто для нашей принцессы, а для нашего короля и всей Патрии! Это недопустимо! Боюсь, что отношения с Кардинией безвозвратно нарушены.

Зарианна потупила взгляд и нервно зарумянилась.

— Ах, извините, я это сказала не подумав.

— Вот именно! — Веронимус разочарованно отвернулся от нее. — Что теперь предпримет наш король?

— А я вот думаю, что сделает Этель? Этого она так не оставит, — Дэниор нервно забарабанил пальцами по столешнице. — Она вполне может взбаламутить всю Кардинию.

Зарианна с затаенной ревностью искоса глянула на молодого мага, заметила проницательный взгляд Веронимуса и быстро опустила глаза, досадуя на свою промашку.

Но тот сделал вид, что ничего не заметил, заявив Дэниору:

— Не выдумывай! Этель не такая дурочка, чтоб сделать что-то неумное. Она слишком порывистая, это так, но вместе с тем осмотрительная. Вся беда в том, что она не знает предела своим возможностям. И вполне может попасть в такую заварушку, из которой не сможет выбраться.

— Вот это-то меня и тревожит. — Дэниор посмотрел на Зарианну и вздохнул. — Может, мне стоит переместиться к Этель?

— Это совершенно лишнее! — отказался от этого предложения старый маг. — И даже если тебя к принцессе отправит сам Ионус Седьмой, откажись.

Дэниор отрицательно мотнул головой.

— Ради принцессы не отправит, он приказал Этель в случае неприятностей спасать свою персону, бросив всех остальных.

Веронимус чуток помолчал, потом сделал совершенно верный вывод:

— Понятно. Желает усилить свой род с помощью сильной магианны.

Недовольный Дэниор сердито посмотрел на наставника.

— Вряд ли у него что выйдет. Этель не собирается замуж.

Веронимус скептически поджал губы и уточнил:

— Пока не собирается. Но это дело будущего. А вот что станет с Валери, мне сейчас очень даже интересно. Не началась бы из-за нее еще одна война. Тогда нам не сдюжить. До меня доходили неприятные вести, что Кардиния давно продалась Горнии, но я в это не верил. Но если это так, то не усилили ли мы ее, сами того не желая?

— Как Патрия могла усилить Горнию, выдав замуж свою принцессу за наследника Кардинии? — поразился Дэниор. — Или я чего-то не знаю?

Веронимус покосился на смирно сидевшую Зарианну и с опаской произнес:

— С Валери ушел артефакт огромной мощности. Его принцессе передала бывшая королева. Я узнал об этом слишком поздно.

— Артефакт? Но для чего она это сделала? — Зарианна удивленно приподняла черные брови. — Чтобы защитить принцессу? Я знаю, что королеву отправили в монастырь, чем-то она не угодила своему супругу. — Эти слова у нее прозвучали с осуждением.

— Если супружескую измену и организацию переворота с убийством собственного мужа считать за мелкую мелочь, то да, не угодила, — сухо ответил Веронимус и желчно добавил: — На месте нашего короля я вообще приговорил бы ее к смерти. Не публичной, естественно, а тихой, в собственной постели.

Зарианна совсем неблагородно шмыгнула носом.

— Извините, таких подробностей я не знала.

Веронимус так глянул на нее, что стало ясно — нечего было и рот открывать, если не знаешь, о чем идет речь. Дэниор сочувственно ей улыбнулся, и сказал старому магу:

— Никакого артефакта не было. При встрече матери с дочерью присутствовал и я. Неявно, конечно. А если учесть, что при отправке Октивии в монастырь ей позволили взять с собой лишь проверенные лично Платином вещи, то понятно, что все разговоры об артефакте просто пустая болтовня.

Веронимус недоуменно покачал седой головой.

— Вот как? Но кому надо, чтоб все думали об этом исключительном артефакте? Ведь не зря же пущен подобный слух?

Дэниор небрежно пожал плечами.

— Чего не знаю, того не знаю.

Девушка озаренно предположила:

— Это исключительно для того, чтоб повысить ценность принцессы. Если у нее есть в приданом подобная вещь, то насколько значимее она будет в глазах жениха!

Молодой маг скрыл одобрительную усмешку. Да, девушка умна, что очень ценно.

— Возможно и так. Но и проблем у принцессы появится немало. Сколько отвергнутых женихов пожелают захватить ее приданое, пусть и с ненужной супругой в придачу? — Веронимуса не обмануло серьезное лицо ученика. — Это слишком опасно для Валери.

— Если б я не знал ее манеры обращать себе на пользу все вокруг, я бы ей даже посочувствовал. — Дэниор припомнил слащавую физиономию прилипчивой принцессы и чуть заметно поморщился. — Но я прекрасно знаю, что Валери думает лишь о себе и своих удовольствиях.

— А разве не все члены королевских семей такие? — тихо проговорила Зарианна. Ее вопрос не требовал ответа, она была уверена, что так и есть.

— Здорово тебе досталось от твоего женишка, — Веронимус говорил это без малейшего сочувствия, просто констатируя факт, — раз ты меряешь всех под одну гребенку. Но ты ошибаешься, все королевские династии разные. Точно так же как и люди. Даже в одной семье вырастают разные дети.

Девушка недоверчиво махнула рукой. Маги переглянулись, и Дэниор перевел разговор на другое, не желая обсуждать столь щекотливую тему.

— Когда вернется Этель, мы все узнаем, — он произнес это имя с мягкой улыбкой, и Зарианна испытала прилив нешуточной ревности. — Надеюсь, это произойдет достаточно быстро. У меня на нее обширные планы.

— А уж столько поручений накопилось для нее у меня! — старый маг предвкушающе потер ладони.

— Что-то мы с вами размечтались, — Дэниору не понравился раж, с которым Веронимус говорил про Этель. — Вряд ли Платин да и сам король разрешат нам использовать ее способности так, как нам хочется.

— А кто их будет спрашивать? — непритворно удивился Веронимус. — Не я точно. Да и ты, насколько я знаю, не слишком торопишься просить у них позволения, отправляясь с ней на очередные подвиги.

— Мы с Этель не патрийцы и ничего Ионусу не должны, — Дэниор не заметил, что противоречил сам себе.

— Насчет долгов я бы с тобой поспорил, но не сейчас, — Веронимус выразительно глянул на Зарианну, — сейчас у нас другие задачи.

— И какие же? — Дэниор тоже посмотрел на девушку, но в его глазах было лишь восхищение.

Поняв, что Дэниор попросту не понимает, на что он ему намекает, Веронимус решил действовать напрямик, ведь Зарианна все равно ничего и никому передать не сможет, пока находится в его доме. Сейчас он не думал, что она шпионка, но лучше поостеречься, чем потом кусать свои локти.

— Нам стоит подобрать кого-то для засылки во дворец императора Горнии. У меня там есть свои человечки, но мало. К тому же их постоянно меняют, Аугур не позволяет людям задерживаться там более полугода.

— Он отнюдь не дурак в отличие от своего не самого умного папаши и младшего брата, — Дэниор наконец оторвался от созерцания хорошенького девичьего личика и осознанно вступил в разговор. — Но его отодвинули от престола. Хорошо это или плохо, будет видно.

— Этот Сарис, для которого меня предназначали, просто ужасен, — Зарианна невольно передернулась, представив его наглый взгляд. — Мне кажется, он очень злой.

— А не могла ли бы ты вернуться, чтоб разведать, что к чему? — Веронимус спросил это наугад, в полной уверенности, что она тотчас откажется.

Он не ошибся, она непременно бы отказалась, если б ее не опередил Дэниор:

— Какой смысл был вытаскивать ее оттуда, чтоб посылать обратно? Я вообще не вижу смысла в ее там пребывании. Ее разоблачат тут же.

Девушка испуганно добавила:

— Я там себя чувствовала ужасно беспомощной. Магия почти не откликалась, это страшно, — она с трепетом смотрела на старого мага, боясь, что он все-таки настоит на ее возвращении в тот жуткий дворец.

Но тот лишь произнес:

— Что ж, ничего иного я и не ожидал. Будем думать, как быть.

— И Этель туда посылать не стоит, — Дэниор сердито сжал кулаки. — Пусть она и сильнее Зарианны, но все равно опасность провала слишком велика. Не стоит так рисковать.

Девушка свела ровные брови в одну темную линию. Кто же это такая — Этель? Интересно бы на нее посмотреть. Неужто она так красива, что Дэниор боится ее потерять? Или он беспокоится о Патрии? Ей-то отчаянно хотелось, что он думал только о ней, Зарианне. Ну, хотя бы иногда.

Тишина, наступившая после каких-то слов Веронимуса, отвлекла ее от собственных мыслей.

— Вы что-то сказали? — встрепенулась она.

— Я спросил, где вы учились магии, — терпеливо повторил старый маг.

Он слегка смутилась, но ответила прямо:

— Нигде не училась. Дело в том, что моя магия не родовая. Я ее случайно получила от одного умирающего мага. Просто оказалась там, где он покидал этот мир.

— То-то мне казалось, что ваша магия другая по структуре! — Веронимус довольно качнул головой. — Я как-то слыхал о таком феномене. Но это огромная редкость.

— Этот маг признался, что делал много плохого после получения дара. Он тоже, как и я, в свое время получил дар случайно, от умирающего мага. И от полученных непомерных возможностей у него закружилась голова. Перед смертью он сказал, что его все-таки достали.

— Преступник? — Дэниор вопросительно повернулся к наставнику. — Я ничего о таких магах не слышал. Он явно не из Патрии и не из Флориндии. Откуда он может быть?

— Сложно сказать, — Веронимус потер лоб суховатой ладонью. — Магия необычная, мне незнакомая.

— Я забыла сказать, что применяю ее не осознанно, а инстинктивно, — Зарианна отчего-то виновато посмотрела на Дэниора. — Если меня спросить, как и что нужно делать в какой-то ситуации, я не отвечу.

— Магия передана вместе с навыками? — у Веронимуса загорелись глаза. — Как интересно!

— Наставник, только не нужно опасных экспериментов! — жестко даже не попросил, а приказал Дэниор. — Это может плохо кончиться!

Старый маг помрачнел. Он видел, что ученик серьезно увлекся спасенной ими девушкой. Но не считал, что влюбиться в невесту кронпринца чужой страны такая уж хорошая затея. И пусть сама Зарианна себя ничем обязанной Эдмонду не считала, но у того-то на этот счет явно другое мнение. А ссориться с правителями Валентии Патрии не с руки, пусть даже у них с Патрией и нет общих границ.

Решив дать возможность ученику проветрить затуманенные страстью мозги, Веронимус сказал:

— Ты давно не был во дворце, а тебя искал король. Сходи, узнай, в чем дело. Да пройди ногами, ты слишком давно не был на улицах Патирии. Может, увидишь что интересное.

Дэниор с сомнением посмотрел на девушку. Зарианна слегка опечалилась, но ответила ему понимающей улыбкой.

— Хорошо, пойду пройдусь, — согласился он с наставником, зная, что тот ничего не делает просто так.

Встал, попрощался и вышел. Дождавшись, когда хлопнет входная дверь, Веронимус строго спросил у Зарианны:

— Милая девица, — эти слова прозвучали с откровенной укоризной, — зачем ты морочишь парню голову?

Та озадаченно заморгала.

— Морочу? С чего вы это взяли?

— Глазки строишь, улыбаешься завлекательно. Зачем?

Зарианна вспыхнула.

— А если он мне нравится? Это же не запрещено? Он ведь не женат?

— Он-то свободен, а вот ты? — маг вперился в нее суровым обвинительным взглядом.

Девушка поежилась. Она впервые столкнулась со столь сильным недоверием и не знала, что нужно делать.

— Я тоже! — постаралась ответить как можно тверже.

— Это ты так думаешь, а вот у кронпринца Валенсии другое мнение. Он считает тебя своей невестой и тут же отведет в храм, как только узнает, где ты.

Она отшатнулась.

— Он сам расторг помолвку и новую со мной заключать не вправе! — вскликнула она, выставив вперед руку в защитном жесте.

— Эдмонд и не собирается заключать никаких помолвок. Он просто сочетается с тобой браком, и только. Отказать ты ему не имеешь права, разве не так?

Законы Валентии действительно не предполагали отказов членам королевской семьи, вот только Зарианна не собиралась их выполнять. Веронимус понял это без слов по ее нахмуренным бровям.

— И что ты можешь сделать? Если откажешься, то принц имеет право провести обряд и насильно. К тому же твои родственники ведь остались в Валенсии? — она угнетенно кивнула. — Чем им грозит твое непослушание, ты прекрасно знаешь.

— Может, мне было лучше остаться наложницей Сариса Быстролетного? — вызывающе спросила она. — Тогда бы Эдмонд злился уже на Горнию.

— Это было бы лучше всего, — Веронимус оценивающе оглядел девушку, будто примериваясь, как отправить ее обратно в императорский дворец Горнии прямо в объятия Верховного мага.

Зарианна испугалась. Она могла бы в этом случае сопротивляться, но что бы в этом случае осталось от этого дома? Да и она была уверена, что старый маг куда сильнее ее. Без Дэниора она чувствовала себя маленькой и беззащитной.

— Вы же не собираетесь этого делать? — спросила чуть подрагивающим голоском.

— Вот этим ты и отличаешься от Этель, — Веронимус покачал седой головой. — Та была бы только рада очередному приключению.

— Я не авантюристка и не люблю опасные приключения, — Зарианна встала из-за стола. — Извините, я устала, пойду отдохну! — и она торопливо покинула трапезную.

Веронимус проводил ее тяжелым взглядом.

— Да, все неприятности из-за женщин! — вынес он нелицеприятный вердикт и тоже поднялся. — Знать бы, кто она такая еще там, во дворце императора Горнии, повесил бы на нее маяк и сообщил о ее пленении в Валенсию. Интересно, попытался бы кронпринц ее вызволить или сделал вид, что его это не касается?

***

Дэниор шел по столице Патрии, удивленно поглядывая вокруг. Как давно он не ходил здесь! Похоже, с той самой поры, как, истратив почти всю магию, был вынужден временно отказаться от использования порталов. Именно в ту ночь он и нашел Этель. Ему повезло, что она оказалась сильной магианной, да к тому же еще и из Флориндии. Они вместе многое сделали для своей страны, да и для приютившей их Патрии тоже.

Случайно глянув направо, удивленно присвистнул: на месте сгоревшего дома Амелии Берлингтон стоял красивый особнячок, возвышаясь над соседними домами на добрых пару этажей. И кто же это такой тщеславный, что не постеснялся выставить свое богатство на всеобщее обозрение?

Дверь открылась, и из дома вышел важный человечек в дорогом шелковом кафтане с зонтом под мышкой, хотя небо было чистым. Вглядевшись, Дэниор изумленно присвистнул: да это же господин Леонтас!

Тот, обернувшись к провожавшей его женщине в скромном платье служанки, назидательно выговаривал:

— Дверь закрой на засов, никому не отворяй, только мне! И приготовь пирог с телятиной понежнее, лука много в него не клади, ты же знаешь, я его не люблю! Лук и капуста вообще еда жалкой бедноты! Я приду через пару часов, чтоб к моему приходу все было готово.

Выговорив все это, он, не глядя по сторонам, неторопливо сошел с высоких ступенек и двинулся по улице, высокомерно задрав подбородок.

— Однако! — Дэниор коротко хохотнул. — Вот это перемена! Неужто он сумел на деньги, полученные им за донос на соседа, так разжиться? Недурно, недурно.

Он пошел дальше, рассматривая изменившийся город. Вот еще один новый дом, выросший на месте старого. Или его просто перестроили? На городской площади радужными брызгами играл высокий фонтан. Надо же, как расщедрилась мэрия столицы. Или это приказ Ионуса?

Королевский дворец показался как-то уж слишком быстро. Дэниор даже пожалел, что ему редко приходилось неторопливо бродить по городским улицам. Стража, стоявшая у ворот королевского парка, пропустила его молча — во дворце его все знали если не по имени, то в лицо.

Дэниор шел через парк, любуясь цветущими кустами и с удовольствием вдыхая их чарующий аромат, когда перед ним от вылетевшего неведомо откуда файера запылали вековые дубы, тут же перебив мерзкой гарью нежный запах цветов. Дэниор кинулся к фонтану, откуда слышались громкие хлопки, но, когда он там оказался, все уже было кончено — деревья потушены, на площади перед разрушенным фонтаном разместился отряд стражников, отправленных с принцессой в Кардинию.

Дэниор обрадовано присвистнул — Этель вернулась?

Быстро огляделся. Группа магов во главе с Сунгсом стояла чуть поодаль, вместе с приветствовавшим их довольным Платином. К удивлению Дэниора, уехавшая с принцессой графиня Воддини тоже была здесь, громко возмущаясь сотворенным с ней ужасным произволом.

А вот Этель нигде не было видно.

Дэниор обеспокоенно покрутил головой и широкими шагами подошел к королевскому магу.

— Где Этель? — спросил, чуть понизив голос.

— У короля, — кратко ответил Платин.

— Это Этель изображала глуповатую служанку? — с неприязненной ехидцей в хрипловатом голосе спросил Сунгс.

— Это был возлюбленный Валери Дэниор! — графиня Воддини вмешалась, полностью уверенная в своей правоте.

Дэниор вскипел.

— Какого дьявола я стал бы прикидываться глуповатой служанкой! — он так свирепо глянул на мнящую себя все знающей графиню, что та сжалась и проблеяла уже гораздо с меньшим запалом:

— Но вы же ее любите…

— Я принцессу терпеть не могу! — не стал скрывать своего отношения к королевской дочке Дэниор. — Отвратительная особа!

Платин предупреждающе кашлянул, призывая мага к порядку. Столь небрежно отзываться о персонах королевской крови не дозволялось никому. Но Дэниор упрямо повторил:

— Терпеть не могу эту скверную девчонку!

— Похоже, вы решили покинуть наше королевство, раз высказываетесь столь нелицеприятно о нашей принцессе? — Сунгс приподнял кончики тонких губ в насмешливой гримасе.

— Вряд ли Дэниора отпустит его величество Ионус Седьмой, — королевский маг решительно прекратил препирания.

— Но кто тогда ехал с принцессой? — графиня Воддини все равно с подозрением глядела на Дэниора.

— Вам же уже было сказано, что это была Этель, наша единственная магианна! — Платин тоже повысил голос, ему изрядно надоела назойливость и самоуверенность графини.

К ним подошел один из приближенных короля. С откровенным презрением оглядел графиню и пренебрежительно прищелкнул пальцами.

— За предательство интересов короны графиня Воддини отправляется в опалу. Жить ей приказано в своем поместье без права его покидания! — огласил он приказ короля. — Переписка с кем бы то ни было также категорически запрещена!

Женщина побагровела.

— Но я всегда радела за интересы короны! — она никак не могла понять, за что ее столь сурово наказали. — Я любимица принцессы, можно сказать, ее наперсница.

— Вот и подумайте, за что вы впали в немилость у короля, да и у принцессы, — Сунгс со злорадством повернулся к Платину. — Как ее отправлять? Своим ходом или порталом?

Королевский маг, не раздумывая, приказал:

— Дэниор, открой портал в поместье графини. Вещей во дворце у нее не осталось, пусть перебирается немедленно. Меньше будет нелепых слухов.

Кивнув, Дэниор взмахнул рукой. В открывшийся портал вынесло рьяно возмущающуюся королевской несправедливостью графиню.

— Какая вздорная бабенка! — Сунгс погрозил ей вслед кулаком. — Она доводила нас всю дорогу, а то, что устроила в Кардинии, ни в какие ворота не лезет. Глупа как пробка.

— Она вовсе не глупа, — вздохнул Платин. — Наоборот, очень хитра. Думаете, она просто так говорила гадости про королевскую семью Патрии?

— Выслуживалась перед новыми хозяевами, — догадался Сунгс. — Но хорошо, что все кончилось более-менее прилично. И для нашей страны даже лучше, чем предполагалось. Теперь Валери королева.

Дэниор поразился.

— Как это случилось?

Сунгс кратко пояснил:

— На ней женился сам Алиас Великолепный. Так что для нас это даже лучше. Надеюсь.

Платин с Дэниором хотели задать еще множество вопросов, но тут прибежал запыхавшийся паж короля и передал им приказание Ионаса обоим немедля явиться к нему.

Это было весьма кстати, Дэниор и сам хотел увидеться с королем Патрии. Они с Платином быстро прошли по дворцу и остановились перед малым королевским кабинетом. Паж побежал вперед и доложил об их прибытии. Дэниор удивленно прошептал королевскому магу:

— Как странно. Что бы это значило? Прежде о нашем приходе никогда не докладывали, особенно если нас звал сам король.

Платин ответил так же тихо:

— Скорее всего, Ионус не один. Иначе к чему такие церемонии?

Выскочивший паж распахнул перед ними двери, и маги вошли в кабинет. Там за широким столом сидела Этель, посредине комнаты стояли Ионус и незнакомый молодой мужчина с капризным выражением красивого породистого лица. Дэниора пронзила неприятная догадка — похоже, это кронпринц королевства Валерии. И явился он за Зарианной.

Ионус Седьмой с непроницаемым выражением объявил пришедшим магам:

— А, вот и вы! — и, повернувшись к гостю, суховато проговорил: — Это мой маг Платин и его помощник Дэниор. — Больше ничего добавлено не было.

— И с кем мы имеем честь познакомиться? — Платин не любил игр в кошки-мышки.

— Это неважно, — надменно заявил гость. — Я здесь инкогнито и раскрывать свою личность не собираюсь.

— Ее и раскрывать не нужно, — Дэниор подошел к креслу и сел, введя этим в ступор стоящего гостя, — вас здесь все знают. Но поскольку вы инкогнито и мы как бы все равны, то позвольте узнать, для чего вы тут?

Кронпринц пораженно посмотрел на тоже опустившихся в кресло короля и королевского мага. Поняв, что стоять остался он один, тоже быстро сел, закинув ногу на ногу. Немного помолчав, хмуро сказал:

— Я ищу магиню по имени Зарианна. Это невеста наследного принца Валентии. Она попала в плен к правителю Горнии, но на предложение выкупить ее император заявил, что она была украдена какими-то наглыми магами. Предполагаю, это были ваши люди, ваше величество. — И он сердито уставился на короля.

Тот лишь пожал плечами.

— Ничего об этом не знаю. Может быть, тебе что-то известно, Дэниор?

Тот скопировал жест короля и равнодушно бросил:

— Я не самоубийца, бродить по императорскому дворцу Горнии. Насколько я знаю, там глушится любая чужеземная магия.

— Это так, — подтвердил его слова Платин. — Но мне интересно, кто же там был такой смелый. И на месте его высочества Эдмонда я бы словам императора Горнии не верил, уж очень он скользкий тип.

Гость вздрогнул, но постарался принять независимый вид. Посмотрел на скромно сидевшую за столом Этель и ядовито заметил:

— Эта ваша магианна, как мне ее представили, похоже, не умеет ничего. Для чего она здесь?

Все мужчины внимательно посмотрели на нахмурившуюся девушку. Ей ужасно не нравился этот дурно воспитанный, отчего-то считающий, что ему все дозволено, тип. Она ехидно усмехнулась и предложила:

— Странно, и чего ваш принц привязался к какой-то девчонке? Неужто нельзя найти другую, которой его титул будет более по нраву?

— Да как ты смеешь, жалкая амара! — принц даже вскочил от негодования. — Да я тебя прикажу… — тут он осекся, вспомнив, что он здесь никто, к тому же даже потребовать удовлетворения не может, поскольку здесь инкогнито.

Ну и что, что его, как ни странно, здесь все знают? Он-то никаких верительных грамот с собой не привез. Следовательно, никто ему почтение как кронпринцу оказывать не обязан.

Король сердито привстал, гневно сжав челюсти. Дэниор тоже напрягся, не зная, как ему поступить. Был бы этот невежа простым дворянином, он бы просто двинул ему в зубы, но теперь это может вызвать настоящий скандал. Платин же предостерегающе погрозил указательным пальцем Этель, предвкушающе похлопывающей в ладони.

Но она проигнорировала его предупреждение.

— Здорово! Теперь я в своем праве и могу ответить этому хаму по достоинству. — Этель неожиданно спросила: — Кто из наших знакомых правителей чтит этикет больше всех?

Дэниор успокоено откинулся на спинку кресла и довольно подсказал:

— Ты же была в Кардинии, видела, что делается в Берентии, про Сурдию ничего не известно.

Этель радостно хлопнула в ладоши.

— Да, Берентия — это то, что надо. И маяки там у меня есть. Дэниор, поможешь?

Наследный принц Валентии непонимающе слушал эти странные речи. Но мигом обо всем догадавшийся Платин возмутился:

— И не думайте даже! Нам не нужны недоразумения с королем Валентии!

Но тут вмешался король:

— Какое-такое недоразумение? Ну пришел к нам крайне невоспитанный неизвестный мужлан, оскорбил нашу магианну, она вспылила и отправила этого типа куда-то вдаль. Король-то Валентии тут при чем? — внезапная речь Ионуса повергла в ступор и Платина, и Эдмонда.

Дэниор весело рассмеялся и предложил Этель:

— Давай вместе! — и они дружно открыли портал. Кронпринц и понять ничего не успел, как оказался посреди тронного зала королевского дворца Берентии. Портал за ним тут же захлопнулся.

— И что это было? — обратился королевский маг к своему королю. — Вы же понимаете, что это непременная разборка с правящим домом Валентии?

— Ничего не знаю, ничего не видел! — пропел довольный король. — Был тут у нас один странный господин, требовал невесть что, получил по заслугам. Ни один король не придерется. Мы же не знаем, кто это такой, не так ли? Он же прямо заявил, что он здесь инкогнито. И не представился, кстати.

Этель радостно заболтала ногами.

— Забавно было бы на него сейчас посмотреть. Король Берентии не из тех, кто спустит неуважение от кого бы то ни было. И заявлениям, что перед ним наследный принц Валентии, без соответствующего подтверждения верить не станет.

— На редкость противный тип, — Дэниор ушел в себя и говорил вовсе не то, что было нужно: — понятно, отчего Зарианна не собирается становиться королевой Валентии.

— Ты видел его невесту? — тут же насторожился Платин.

Поморщившись и мысленно попеняв себе на непредусмотрительность, Дэниор признал:

— Видел. Красивая особа.

Этель чуток принахмурилась.

— А когда ты ее видел?

Дэниор знал, что король, да и Этель распознают его ложь, но тем не менее откровенно соврал:

— В прошлом году, случайно. Она путешествовала по странам, и я столкнулся с ней. В Календии.

Этель придирчиво на него уставилась, враз разгадав неправду. Но Платин, которому и кронпринц Валентии, и его невеста были совершенно безразличны, укоризненно заметил, обращаясь к королю:

— Никогда не замечал в вас подобного легкомыслия, ваше величество. Как ни крути, это государственное дело. Отправление наследника чужого королевства невесть куда может нам выйти весьма острым боком.

Но Ионус лишь отмахнулся. Его больше интересовала Валери. Как следует расспросив Этель, он скупо констатировал:

— Надеюсь, дорогая дочурка не будет столь глупа и недальновидна, как ее любимица графиня Воддини, и слишком много болтать о своей семье не станет.

— Да, я все хотела узнать, что за таинственный артефакт вы дали принцессе в приданое? Из-за него готовы были передраться все окрестные правители, — Этель с подозрением уставилась на короля.

Тот весело расхохотался.

— Да ничего такого я ей с собой не давал. Но слух пустил, чтоб больше ценили. И не прогадал. Думаю, именно поэтому Алиас Великолепный и женился на ней, исправляя содеянное своим безответственным сыном.

Этель аж подпрыгнула.

— Ничего себе! А я-то голову сломала, раздумывая, что бы это могло быть. А это просто блеф. Забавно.

Глава третья

В кабинет осторожно заглянул королевский секретарь.

— Ваше величество, пришло донесение от коменданта Рдисты. Прикажете его вам передать? Я его прочесть не имею права.

— Вот еще секреты, дьявол их побери! — тихо выругался король.

Этель с Дэниором переглянулись. Похоже, что наследничек что-то снова натворил. Дэниор предполагал, что бедокурство принца связано с милыми дамами, но Этель об этом знать было вовсе не обязательно, не для дамских ушей подобные подвиги.

— Давай его сюда! — Ионас протянул руку и взял плотно запечатанный конверт. Повертев в пальцах, посмотрел на магов и предложил: — В принципе, мы все обсудили, вы свободны. — И тут же, подкинув пакет в руке, попросил Этель: — Останьтесь, есть небольшой разговор.

Приподняв брови в молчаливом недоумении, та посмотрела вслед уходившим магам, но снова опустилась на прежнее место. Оставшись наедине, король попросил:

— Этель, очень вас прошу съездить в мой родовой замок и поближе познакомиться с моим наследником. Думаю, это будет очень полезно для вас обоих.

Девушка умильно округлила губки и капризно произнесла:

— Мне ваш наследник не нравится, и это вряд ли можно изменить.

Но Ионус настойчиво предложил:

— Вы его просто не знаете. Он хороший мальчик, но еще не осознал всей полноты ответственности, что ляжет на него со временем. К тому же я никаких обязательств на вас не накладываю. Просто прошу.

— Хорошо, я подумаю, ваше величество, — Этель коротко поклонилась и выскочила из помещения, бурча себе под нос: — Буду я еще о всяких подглядывателях переживать, вот еще! Надейтесь!

Она пробежала до конца королевской части, никого не встретив. Но у входа, где стояли стражники, ее ждал Дэниор. Этель сердито фыркнула, увидев его.

— Зачем ждешь? Дело есть?

— Ты напрасно на меня сердишься, — с чувством вины произнес он. — Пошли, я объясню, что случилось в твое отсутствие.

Они вышли из дворца, и подошли к уже отремонтированному фонтану в парке. Как обычно, там толпился дворцовый народ, начиная от придворных и кончая скромными служащими. Здесь было на редкость приятно, красиво и тихо. Звонко журчал фонтан, заглушая негромкие разговоры.

Дэниор указал на свободную скамейку, на которой они и устроились.

— Ты права, я солгал, говоря про Зарианну. Я видел ее несколько часов назад, она живет у моего учителя.

И он рассказал, что с ним случилось за последнее время. Этель нахмурилась. Ей вовсе не понравилась нежность, с которой Дэниор говорил о какой-то там спасенной им магине, вот уж противное какое словцо! Что она за маг, если не смогла освободиться из плена сама? Или в императорском дворце Горнии в самом деле такая уж крутая магическая защита?

Ей ужасно захотелось испробовать все самой, и она почти прослушала слова Дэниора:

— Вот познакомишься с ней сама и поймешь, какая она славная девушка!

Этель почувствовала сильнейшую неприязнь к незнакомой девице и удивилась. Что это с ней? Никогда она так странно не реагировала на предложение познакомиться с кем бы то ни было. Ревность? Но с чего бы это? Она же вовсе не влюблена в Дэниора. Или она ошибается и в ней говорит предчувствие чего-то нехорошего, связанное именно с этой Зарианной? В любом случае гадать на редкость глупо. Нужно посмотреть на эту особу, и тогда все станет ясно.

— Хорошо, с удовольствием! — с неожиданной для Дэниора вежливостью согласилась она. — Когда это можно будет сделать?

Несколько удивленный ее покладистостью маг заверил:

— Да хоть сейчас. Зарианна будет рада, я уверен.

А вот у Этель в этом никакой уверенности не было. Ей казалось, что Зарианна, так же как и она сама, никакой радости от знакомства с ней испытывать не будет. Можно было, конечно, согласиться с предложением Дэниора о немедленной встрече, но душа к этому совершенно не лежала, и Этель отказалась под предлогом крайней усталости:

— Не забывай, я только что вернулась из тяжелого похода. И устала я не столько от дороги, сколько от глупых капризов дурно воспитанной принцессочки. Так что знакомиться с твоей протеже я буду завтра после обеда, не раньше.

Внимательно посмотрев на нее и не обнаружив никаких проблесков ни радости от возвращения, ни удовольствия от хорошо выполненного королевского поручения, Дэниор решил, что она в самом деле здорово утомилась. Пообещав зайти за ней завтра, он исчез, и Этель ушла к себе.

Какой же маленькой и невзрачной показалась ей ее комнатка! Может, все-таки попросить себе более пристойное пристанище? Вряд ли его величество Ионус Седьмой знает, в каких условиях приходится ютиться его единственной магианне?

Едва она успела привести себя в порядок и надеть приличное платье вместо изрядно надоевших штанов, как в комнату без стука залетела маркиза Оливетти в сопровождении обожающей совать свой длинный нос во все дыры Кристи. Впрочем, маркиза была любопытной не менее ее, а, возможно, и поболее.

Этель приветствовала ее с некоторым напряжением, все-таки усталость давала себя знать. К тому же она хотела обдумать все то, что произошло, спокойно и без спешки.

— Как я рада тебя видеть, моя дорогая! — маркиза умилилась, видя свою подопечную здоровой и невредимой. — Я переживала.

Это было правдой, и Этель слегка растрогалась. Как же здорово, когда за тебя волнуются и ждут.

— Было довольно трудно, — ответила она на последовавшие градом вопросы о поездке, — но мы справились. — И она рассказала весьма упрощенную версию своего путешествия.

Маркиза кивала и улыбалась, ей вторила Кристи.

— Ты скрыла как минимум половину, — с легкой укоризной заметила маркиза после окончания рассказа. — Но я понимаю, обо всем говорить нельзя. Если в ответ ты хочешь услышать дворцовые новости, то должна тебя разочаровать: не произошло ничего интересного. Пара состоявшихся дуэлей из-за легкомыслия некоторых дам тебе вряд ли будут интересны.

Этель подтвердила, что да, такими вещами она не интересуется, и, не удержавшись, зевнула.

— О, моя дорогая, прости меня за столь вопиющую бесцеремонность! — тут же принялась извиняться маркиза. — Ты устала, а я тебе досаждаю. Но я уже ухожу. — И она упорхнула с горящими вдохновением глазами, чтобы донести потрясающие новости своим заклятым подругам — гофместерине герцогине Сатурской с бывшими фрейлинами королевы, да и вообще всем, кто окажется поблизости.

Кристи же осталась, чтобы помочь Этель приготовиться ко сну. И хотя ложиться спать было рановато, но Этель решила, что лучше поваляться и спокойно подумать, чем ждать бесконечных визитов любопытствующих придворных. Уже в постели дождалась, когда выйдет камеристка и закрыла двери на магический замок. Закуталась в одеяло, собираясь поразмышлять, и нечаянно заснула.

Проснулась от яркого солнечного света. Уже день! Неплохо же она поспала! Интересно, прошел ли завтрак или король снова приказал ее ждать, не начиная без нее трапезы? Это было так неприятно, что она мигом соскочила с постели и принялась собираться, сняв с двери замок.

Осторожно заглянувшая в комнату Кристи успокоила ее, сказав, что завтрак давно прошел и что его величество лично приказал ее не тревожить, чтоб магианна как следует отдохнула.

— Представляете, он так и сказал: чтоб как следует отдохнула! — взахлеб повторила она в полном восторге.

Вот это-то как раз Этель и не понравилось. Что за двусмысленность? Ведь многие не знают, что ей пришлось сопровождать обоз с принцессой и, по сути, сделать все, чтоб та благополучно вышла замуж. А значит, по дворцу опять будут ходить нелепые слухи. Но теперь-то она спускать грязные мысли глупцам не станет. Пусть поберегутся те, кто посмеет думать о ней дурно!

Приведя себя в порядок, то есть натянув неудобное, но красивое платье и украсив голову совершенно не нужными локонами, Этель вышла из комнаты. К ней тут же подошел один из придворных короля. Поклонившись, вежливо произнес:

— Его величество просит вас посетить его, как только вы будете готовы.

Этель с грустью подумала, что лучше б она пошла в трапезную для магов, там по крайней мере еду дают сразу, как придешь. А вот удостоит ли ее король хотя бы печенюшкой, тот еще вопрос.

Как она и предполагала, в королевском кабинете съестным и не пахло. Зато Ионус тут же пригласил ее присесть. Этель порадовало, что они были не наедине — за письменным столом восседали два господина с очень умным выражением удлиненных лиц. Немного напрягшись, она вспомнила, что это королевские секретари по особо важным делам. Ну и что сейчас будет? Ее будут награждать или ругать?

— Дорогая Этель! — велеречиво обратился к ней король. — Чем вас наградить за столь успешно выполненное задание?

Секретари одновременно с большим подозрением глянули на девушку, у них даже носы заострились от скабрезного любопытства.

— Это вовсе не то, о чем вы сейчас подумали, — насмешливо обратилась она к ним. — Его величество со мной вовсе не спит!

Ионус сердито повернулся к своим служащим. Те мгновенно уткнулись в свои бумаги, делая вид, что совершенно ни о чем подобном не думают.

— Я разберусь с ними позже! — с глухой угрозой заверил Ионус неизвестно кого. — Но чего бы желали вы, моя дорогая магианна? Титулов, наград, денег?

— Ничего подобного мне не надо. А вот от нормальных покоев я бы не отказалась. Надоело мыться в углу за ширмочкой, знаете ли.

— Вы живете в таких стесненных условиях? — король был в самом деле шокирован. — Но почему?

— Понятия не имею, почему всем все равно, как я живу! — Этель несколько разозлилась. — Я не считала нужным просить, а те, кто должен был этим заниматься, на меня никогда внимания не обращали.

— Немедля позвать мне дворцового распорядителя! — рявкнул Ионус.

Один из секретарей, тот, что сидел ближе к двери, тут же исчез выполнять поручение короля. Второй тоже был бы не прочь исчезнуть из столь опасной близости от магианны, но не успел и с чуть слышным вздохом остался сидеть, где сидел.

Распорядитель появился уже через пару минут, не иначе как ошивался где-то поблизости. Едва он успел поклониться, как король сквозь зубы недовольно приказал:

— Немедля перевести магианну в бывшие покои моей дочери. Надеюсь, там все убрано?

Подавились сразу все — и распорядитель, и секретари, и сама Этель.

— Это не чересчур? — виновато переспросила она, понимая, что теперь о ней заговорят не только во дворце, но и по всей стране, а то и за ее пределами. Нужно ли ей это? — Меня вполне устроила бы пара комнат побольше моей, зачем мне такие жуткие просторы?

— В самый раз! — король не пожелал менять апартаменты магианны на что-то менее помпезное. — Но и у меня к вам небольшая просьба: вас приглашает погостить у него мой сын. Как вы знаете, он сейчас в замке Рдист. Для обычной девушки такое приглашение было бы невозможно, но для магианны в этом ничего неожиданного и порочащего нет. Очень прошу вас принять это приглашение и посетить замок. Там много интересного, это же наш родовой оплот.

Этель мрачно подумала, что напрасно она обратилась к королю, могла бы и в своей скромной комнатке пожить, или попросить о помощи маркизу. Тогда бы все обошлось тихо-мирно парой уютных комнаток. А теперь еще нужно как-то отвертеться от приглашения принца. Эх, ей еще учиться да учиться жить рядом с королями.

— Я подумаю, ваше величество, — она послушно склонила голову, понимая, что пригласил ее вовсе не принц, это было распоряжение самого Ионуса. — А сейчас можно мне удалиться? Если честно, я очень голодна и собираюсь сходить в столовую для магов.

Тот скривился, но настаивать не стал, милостиво разрешив ей уйти.

Вышедший исполнять волю короля распорядитель наткнулся в коридоре на медленно прогуливавшуюся маркизу Оливетти. Та рассеянно смотрела по сторонам, не ожидая от жизни ничего дурного. Распорядитель подошел к ней поближе и ехидно провозгласил:

— Поздравляю вас, маркиза!

Та нервно вздрогнула, не понимая, с чем ее можно поздравить, и только потом уточнила:

— Вы это о чем?

Развязно ей подмигнув, он уточнил:

— Ваша протеже получила в награду за свои заслуги, — эти слова прозвучали с весьма неприличным намеком, — апартаменты ее высочества Валери!

Маркиза флегматично ответила:

— Валери уже ее величество, и живет не здесь. Что касается Этель, то я за нее рада. Я все гадала, когда же у его величества Ионуса проснется совесть, и он подарит моей подопечной что-то существенное.

— Вы знаете что-то, чего не знаю я? — подозрительно прищурился распорядитель.

— Сведения у нас с вами одни и те же, — загадочно усмехнулась маркиза, — только вот выводы разные! Но пойду, помогу моей девочке, без меня ей придется трудно! — и она уплыла, оставив рассерженного мужчину пыхтеть от досады.

Как Этель и предполагала, скоро весь дворец гудел от потрясающей новости — какую-то почти простолюдинку поселили в покоях самой принцессы! Это породило еще больше предположений и самых извращенных слухов.

Услышавший об этом Дэниор тоже несколько растерялся. Но когда он пришел к Этель в новые покои и спросил об этом у нее самой, та ответила странной фразой:

— Его величество заявил, что я этого достойна. Мне же столько огромных комнат с чуждой мне обстановкой вовсе не нужно.

— А что там такое? — Дэниор никогда не бывал у Валери, и не представлял, что может не нравиться Этель.

— Здесь столько позолоты, что у меня в глазах рябит! — пожаловалась она, обведя рукой будуар, где они стояли. — Все комнаты, а их пятнадцать, такие помпезные, просто кричащие о роскоши и ужасно неудобные! Не знаю, что делать.

— Так выбери самые удобные комнаты и обустрой их по своему вкусу, только и всего, — Дэниор не понимал подобных мучений, считая их полной ерундой. — Во дворце столько разной мебели, заменить одну на другую не проблема.

Но Этель отчаянно замотала головой.

— Мне вовсе не хочется терять время на такие пустяки. Это ужасно скучно. Столько серьезного нужно сделать, а я буду мотаться по дворцу, выбирая какие-то жалкие деревяшки с совершенно ненужными мне тряпками.

— Тогда поручи это кому-то, кому доверяешь.

— Точно! — Этель обрадовалась. — Попрошу помочь мне маркизу. Ей это в радость. К тому же у нее покои небольшие, а мне совершенно не нужен этот дворец во дворце. Предложу ей занять несколько комнат, она как-то жаловалась, что в ее кабинете слишком темно из-за маленьких окон. Надеюсь, она не откажет мне в помощи.

Дэниор подумал о ждущей его в доме Веронимуса Зарианне и торопливо предложил:

— Тогда поспеши. Времени у нас немного, с тобой хотел переговорить мой наставник, маг Веронимус.

Чуть приостановившись, Этель изумленно глянула на собеседника.

— Серьезно? А как он узнал о моем возвращении, он же живет анахоретом? Это ты ему рассказывал?

— Он не нуждается в осведомителях. Не знаю, каким образом, но он обо всем узнает раньше меня.

Девушка поежилась.

— Знаешь, мне совершенно не хочется с ним знакомиться. Может быть, ты и сам знаешь, о чем он хочет со мной говорить?

— Могу только предполагать, это не точно. Он хотел просить тебя появиться в императорском дворце Горнии.

Этель невольно насторожилась. Она любила опасные приключения, но подобное было за пределом ее желаний.

— В качестве кого я там появлюсь?

— Как наложница одного из сыновей императора. Их столько — и сыновей, и их наложниц, что понять, кто есть кто, невозможно.

— Забавно. То есть я должна буду шпионить? — такое предложение Этель было не по душе.

— Веронимус никогда так мелко не плавает. Думаю, что соглядатаев он там имеет вполне достаточно. У него какие-то более крупные цели. Какие, не знаю.

Этель задумалась.

— Что же, это может быть интересно.

— Вот другого ответа я от тебя и не ждал! — Дэниор был и озабочен, и рассержен. — Что за тяга к ненужному риску?

Девушка удивилась.

— Какая разница, где рисковать? Ни одна наша с тобой затея не была безопасной, скорее уж наоборот, с чего ты так разволновался?

— Во-первых, рядом с тобой не будет меня, во-вторых, дворец это не чистое поле, защита там стоит сильнейшая, уйти будет крайне сложно. В-третьих, я не думаю, что ты сможешь без помех пользоваться своей магией. — И сказал, как припечатал: — Вообще, будь моя воля, я бы тебя туда не пустил.

Этель слегка прищурилась.

— А Зарианну бы ты пустил? — последовал коварный вопрос.

— При чем тут Зарианна? — Дэниор не понял столь резкой перемены разговора. — Если хочешь знать, она довольно сильная магианна, но в императорском дворце не могла ничего!

— Ага! — Этель чуть приподняла бровь, что-то соображая. — Тогда нам с ней нужно сверить уровни магии. Если я попаду в горнийский дворец, то нужно хотя бы знать, что там меня может ожидать.

Этот выверт женской логики оказался мужчине не по зубам, и он молча открыл портал во двор дома своего наставника. Сам дом, большой и мрачный, высился перед ними мрачным темно-серым монолитом. Зайдя внутрь, миновали темноватый холл и оказались в гостиной, заставленной основательной дубовой мебелью.

Этель принялась удивленно озираться.

— Что с тобой? — заметил ее нервозность Дэниор.

— Это очень странно, но мне здесь все напоминает замок моих родителей во Флориндии.

— Вот как? — Дэниор хотел что-то добавить, но не успел.

Из коридора в комнату ворвалась самая прелестная девушка, когда-либо виденная Этель. Она подбежала к Дэниору, совершенно не замечая его спутницу, и едва не повисла на его шее.

— О, как ты долго! — воскликнула она с нежным укором. — Мне было так тоскливо здесь одной!

Несколько смущенный Дэниор взял ее за руку и повернул к Этель.

— Девушки, знакомьтесь! Это Этель, а это Зарианна.

Обе смерили друг друга неприязненными взглядами. Но выросшая под непрерывным наблюдением требовательных дам из пансиона благородных девиц Зарианна растянула губы в фальшивой улыбке и вежливо проговорила:

— Мне очень приятно.

Вытянув указательный палец вверх, Этель потрясла им в отрицающем жесте.

— Вранье! Вовсе ты мне не рада. По-твоему, я твоя соперница. — И, колко глянув на спутника, небрежно поинтересовалась: — Она уже считает себя твоей невестой. Это что, правда?

Дэниор сконфуженно закашлялся. В таких переделках он еще не бывал. Что ему ответить? Он не знал.

— Мы никогда не говорили ни о чем подобном! — запротестовала Зарианна. — Откуда ты это взяла?

— Из твоей головы, естественно! — задиристо пояснила Этель.

— Ты что, менталист? — пренебрежительно поинтересовалась соперница, уверенная, что таких магов не бывает.

— Представь себе, да! — Этель все больше злилась.

Внезапно что-то почти беззвучно щелкнуло, и мысли Зарианны стали недоступны.

— Это что сейчас было? — Этель поразилась. — Как ты закрылась? Еще никто так не делал. Интересно бы знать, как.

— Не знаю, — слегка смутилась та, — это получается само собой. Я никаких усилий для этого не прикладываю.

Дэниор наконец отмер и предложил:

— Давайте спокойно сядем и поговорим. Думаю, нам всем будет интересно.

Он даже не скрывал своей радости от появившейся новой темы разговора. Ему ужасно не хотелось ничего и никому объяснять. Да и что объяснять? Да, ему очень нравится Зарианна, но ни к чему серьезному его интерес все равно не приведет.

Они устроились за длинным столом, причем девушки сели друг против друга, хотя Дэниор хотел сесть между ними. Внимательно отслеживая эмоции на лицах визави, они выслушали догадки Дэниора о полученной Зарианной магии. К его удивлению, Этель ничуть не удивилась.

— Что-то я о подобном уже слышала, — она потерла лоб, — но вот где, не вспомню. Мне рассказывали, что парень, таким же образом получивший довольно сильную магию, принялся жить в собственное удовольствие, не считаясь ни с кем и ни с чем, и стал преступником. Но вот что с ним случилось дальше, не знаю. Но похоже, что это именно он и передал тебе свою магию. Как говорится, тесен мир.

Зарианна помахала перед собой рукой, будто разгоняя возникший перед ней туман, и опасливо подумала, что соперница использует какое-то заклинание для отвода глаз. Но она-то видела, что та просто красавица.

— Ты так красива, почему прячешься? — недоуменно поинтересовалась. Сама-то она прятаться от мужских восхищенных взоров уж точно бы не стала.

Этель озадаченно захлопала глазами.

— Красива? — Дэниор внимательно уставился на Этель. — Ничего такого не вижу. — И обидчиво заметил: — Зарианна тебя видит, а я нет. Почему?

— Понятия не имею! — отрубила Этель, не веря Зарианне ни на йоту. — А что ты видишь? — въедливо потребовала у нее ответа.

Та произнесла, чуть прищурившись:

— Я вижу тебя плоховато, будто сквозь плотную вуаль. У тебя глаза то ли серые, то ли голубые, видимо, цвет зависит от освещения. Волосы длинные, светлые. Ты вообще вся будто светишься. Никогда такого не видела.

Этель надулась, как обиженный ребенок.

— Это и выдумать можно. Как же мне тебя проверить? А, дошло! — и она, вскочив, потребовала у Дэниора: — Быстро отведи нас в комнату с зеркалом!

Тот пожал плечами и привел девушек к себе. Этель посмотрела на себя — отражение показало невзрачную незапоминающуюся особу.

— А теперь быстро выйди! — она подтолкнула мага к выходу.

В полном недоумении Дэниор вышел. Этель снова подошла к зеркалу и скривилась — отражалась она сама, но с защитным плетением в виде легкой сеточки. Впрочем, оно колебалось, будто в воду с ее отражением бросали камушки.

— А зачем ты отправила Дэниора? — подозрительно осведомилась не понявшая ее манипуляций Зарианна.

— Когда ты была здесь, ты в зеркале видела кого? — Этель не сочла нужным реагировать на подозрительность собеседницы.

— Тебя, конечно. Ну и себя немножко, — Зарианне поведение Этель казалось все более странным.

Постучав друг о друга подушечками пальцев, Этель постановила:

— Странно, но, похоже, я могу тебе худо-бедно доверять, хотя ты и не до конца видишь через заклинание.

Зарианна призадумалась. Она никогда бы не сделала ничего, что могло бы повредить кому бы то ни было из достойных людей, но стоит ли она доверия? Они же с Этель соперницы! Или нет? Она искоса посмотрела на серьезную собеседницу.

— Так это поэтому Дэниор так рассердился? Потому что я тебя вижу, а он нет?

— Не знаю, — Этель отошла к окну и уставилась на росший перед домом куст бузины со спеющими ягодами. Потом резко поменяла тему разговора: — Похоже, мне стоит выполнить просьбу короля и приехать в замок Рдист.

Зарианну удивил неприязненный тон Этель.

— Просьба короля — это тот же приказ. Ты же не собираешься ослушаться? И что там такого уж неприятного?

Этель сморщилась, будто отведав редкостной кислятины.

— В замке живет кронпринц. А он весьма неравнодушен к милым дамам.

Для любой другой девушки этот ответ был бы непонятен, ведь принц — мечта любой незамужней девицы, но у Зарианны был крайне неприятный опыт общения с наследным принцем Валентии.

— Да, незадача, — сочувственно протянула она. — От просьбы королей так просто не отмахнешься. Но ведь ты можешь прибыть туда под личиной и все разузнать сама, не полагаясь на сплетни и кривотолки.

— Его величество желает, чтоб я стала супругой его наследника, — с веселым сарказмом хмыкнула Этель. — несмотря на мой ну очень невзрачный вид.

— Если тебя видел принц только такой невзрачной, то под другой личиной ты сможешь познакомиться с ним поближе. Вдруг он вовсе не плох? Сплетни всегда только сплетни. Вдруг на самом деле все вовсе не так уж и скверно? — Зарианна решила, что если принц понравится Этель, то та не будет претендовать на Дэниора и из соперницы превратится в подругу.

— Хм… — для Этель замысел Зарианны вовсе не был тайной, но она решила, что здравое зерно в ее словах все-таки присутствует. — Можно попробовать. Только вот какую личину мне натянуть?

Она примеривающее глянула на Зарианну, и та обеспокоенно попросила:

— Только не нужно ее копировать с меня! Вдруг мне потом придется столкнуться с принцем? Это, по меньшей мере, будет неловко.

— Да я и не собираюсь, — Этель слегка притопнула ногой, что-то соображая. — Я думаю сделать личину похожей на саму себя настоящую. Это будет забавно.

Зарианна коротко рассмеялась.

— Да уж, это будет нечто. Давай попробуем. Только я не думаю, что нужно делать полную копию. Так, чтоб видно было, что это все-таки разные люди. А в замке нет никого, кто сможет увидеть тебя под личиной?

— Не думаю. В Патрии вообще мало магов сильнее меня, — без ложной скромности ответила творившая личину Этель. — Ну, может пара-тройка, и все.

Зарианна решила, что это явное преувеличение, но лицо Этель исказилось, поплыло, превращаясь в довольно миленькую, но все-таки весьма обычную особу. Посмотревшись в зеркало, она спросила:

— Ну как?

— Здорово! — искренне похвалила ее Зарианна. — Вроде бы и ты, и в то же время не ты. Может, позвать Дэниора?

— Зачем? Не нужно! — Этель отчего-то показалось обидным предстать перед ним в искаженном виде. — И я ухожу. Что-то мне вовсе не хочется знакомиться с Веронимусом. Не знаю почему, но мне это кажется опасным.

— Но он хотел тебя видеть… — Зарианна побледнела. Ей Веронимус представлялся кем-то вроде короля, ослушаться которого было совершенно невозможно.

— Позже! — отрезала Этель, подошла к окну и, распахнув его резким движением, резво выпрыгнула наружу, хотя тут было довольно высоко. — Я спешу! — крикнула на прощанье и скрылась из глаз.

Почти в это же мгновение в раскрывшуюся дверь вошли Веронимус с Дэниором.

— А где Этель? — растерянно оглянулся вокруг Дэниор.

— Сбежала! Ох, и озорница! — Веронимус рассмеялся дробным старческим смехом. — Но ничего, уверен, мы увидим ее довольно скоро. Она же умеет строить порталы?

Но Дэниор опроверг его уверенность:

— Нет. Сколько раз мы с ней пробовали, ничего не получалось. Точка выхода всегда оказывалась не там, где нужно. Решили, что она еще слишком молода для таких сложных заклинаний. Она пользуется амулетом, выданным ей Платином.

Веронимус огорченно показал головой.

— Это плохо. Нужно было мне с ней позаниматься. Амулет амулетом, но проще и быстрее открывать порталы самому. К тому же амулет не панацея, вдруг разрядится в самый ответственный момент, да и отобрать его могут. Неосмотрительно как-то.

Дэниор сокрушенно развел руками.

— Я сделал все, что мог и умел. Платин тоже старался изо всех сил. Возможно, Этель это просто не дано.

— Ладно, — Веронимус звонко прищелкнул длинными сухими пальцами. — Вернется, и все исправим.

Глава четвертая

Теорин зло скомкал в руке послание отца и сердито выругался. Нет, это же надо! Его величество приказал ему, как какому-то бесправному мальчишке, сделать все, чтоб магианна увлеклась им и вышла за него замуж!

Как такое могло произойти? Ионус к выбору невесты сына подходил с неимоверной строгостью и не раз говорил, что не позволит Теорину жениться на ком попало, а уж неизвестно откуда взявшаяся Этель на королеву явно не тянула.

И тем невероятнее было прямое распоряжение короля обольстить и жениться на особе, за которой ему со своими дружками довелось как-то подглядывать. Впрочем, ничем хорошим оно не кончилось — мерзкая вонь от дегтя еще долго преследовала его свиту, да и его самого. К тому же даже королевский маг не смог убрать этот отвратительный запашок. Или просто не захотел?

От негодования топнув ногой, он сжег послание прямо в ладони и оглянулся, не видел ли кто из приближенных его гнев. Это вызвало бы ненужные вопросы, а обманывать было чревато разоблачением — среди его свиты было немало сильных магов, враз бы раскусивших его вранье.

А ведь еще недавно наследный принц Патрии отчаянно скучал. Считалось, что в родовом замке королей он руководит всем, но ни начальник гарнизона, ни управляющий королевского поместья ему не подчинялись. Да что там, даже экономка замка мило ему улыбалась, и только! Они докладывали ему о состоянии дел и даже делали вид, что выполняют его распоряжения, но это была только видимость.

Теорин злился, пытался настоять на своем, но что он мог поделать, если на все его приказы следовал ответ «будет исполнено, ваше высочество», но не исполнялось ничего? Он пытался жаловаться королю, но Ионус отделывался невнятными сообщениями вроде «отдыхай, пока есть возможность».

Принц сжал зубы и отдыхал по мере возможности, то есть просто волочился за более-менее симпатичными девицами в округе. Никто из них ему особо не нравился, но чем еще было заниматься? Все знакомые ему маги участвовали в боях, и только он был вынужден отсиживаться за крепкими стенами крепости, королевскую кровь следовало беречь.

Его величество на его просьбы разрешить ему вести себя как полноценный боевой маг, издевательски ответил:

— Вот когда ты женишься и родишь двух, нет, лучше трех сыновей, тогда и будешь участвовать в опасных вылазках, а пока сиди смирно и не высовывайся.

Это ставило его в ряд с элитными жеребцами, что было дьявольски унизительно, но что Теорин мог поделать? Одного его никуда не пускали, и даже на свидания он был вынужден ходить в сопровождении как минимум трех сильных магов, и это притом, что он сам имел магию шестой ступени и являлся одним из сильнейших магов Патрии!

Стряхнув пепел с ладони, нахмурился, вспоминая лицо назначенной ему в жены девицы. Как ни старался, вспомнить не смог. Фигурка да, весьма аппетитная, но вот физиономия… И с чего отцу вздумалось свести его именно с этой кикиморой? Неужто в других странах не найдется более-менее сильной магианны для усиления королевского рода Патрии? И чтоб была хорошенькой и родовитой, иначе он не согласен. Все-таки наследников делать нужно с открытыми глазами, осознанно, чай жена не проходная любовница, имен которых он и не пытался запомнить, зачем? Все равно на следующий день будет новая.

Король на его кратковременные увлечения смотрел сквозь пальцы, ведь его наследник был достаточно предусмотрительным в связях, и бастардов, могущих впоследствии устроить неприятности, не плодил.

И вот сейчас, поздним утром покидая спальню своей очередной подружки, Теорин вяло размышлял, чем же ему заняться. День опять предстоял длинный и неимоверно скучный. Свита, привезенная им с собой из дворца, ничем развлечь его не могла. Все удовольствия приелись, точно так же как и унылые местные девицы.

Он медленно шагал по узкому тротуару, когда его рассеянный взгляд выхватил из толпы деловито снующих горожан хорошенькое девичье личико. Он встрепенулся и подошел поближе. Вгляделся и внутренне ахнул — девица была не просто красива, она была прелестна! И как это он не видел ее прежде?

Жизнь заиграла новыми красками, и он решительно двинулся на сближение.

— Здравствуйте, милая, — с вальяжными нотками, ясно говорившими, что он не простой прохожий, произнес он. — Кто вы?

Девица повернулась к нему и поморщилась, даже не думая приседать в положенном реверансе.

— А вам зачем? — неприязненно спросила.

Принц нахмурился. Неужто в этом малюсеньком городке остался кто-то, кто не знает его в лицо? Приосанившись, с укоризной ответил:

— Я его высочество кронпринц Патрии Теорин.

Он ожидал нервного трепета, низкого поклона и лебезящего голоска, но вместо этого услышал насмешливое:

— А, так это вы здесь наводите бордельные порядки?

Такие низкие слова приличным девицам знать было не положено, поэтому принц попросту не поверил своим ушам.

— Что вы сказали? — недоверчиво переспросил, надеясь, что она тут же исправится.

— Я сказала, что вы превратили этот тихий мирный городок в один большой бордель, — прозвучал жесткий ответ, и она с откровенным презрением посмотрела прямо ему в глаза.

К своему удивлению, Теорин принялся неловко оправдываться:

— Я никого не принуждаю, все мои знакомые особы делают это добровольно.

Девица звонко рассмеялась, откинув назад красивую голову. Принц, нервно сглотнув, уставился на стройную белую шею.

— Вот как? Не принуждаете? — сквозь смех проговорила девица. Ее голос звучал язвительно, даже издевательски, и принц по-настоящему обиделся. — А то, что вам просто-напросто не смеют отказать, ведь последствия могут быть самыми неприятными, это как расценивать? И вы знаете, что из города после вашего появления уехала половина незамужних девиц? Да и замужние красотки, опасающиеся за свою честь, тоже предпочли погостить у родственников, причем у тех, кто живет подальше?

Принц озадаченно заморгал. О таком он даже не подозревал. Если это правда, то его появление можно считать для замка Рдиста и окрестных земель настоящим бедствием? Он отрицательно тряхнул головой, отказываясь принимать подобную правду.

— Этого не может быть! — заявил твердо, с неудовольствием глядя на бесцеремонную особу. — С чего вы это взяли?

Девица чуть заметно изогнула соболиные брови.

— Спросите у бургомистра. Думаю, узнаете о себе много интересного. Он мужик прямой и свое мнение скрывать не станет.

С бургомистром Теорин встречался только раз, по приезде. Лорд Максин показался ему грубым и неотесанным мужланом, и говорить с ним на столь щекотливую тему у него никакого желания не появилось.

— Ну допустим, — он кашлянул довольно-таки сконфужено, — у местных девиц я вызываю что-то вроде столбняка. Но они ведь сами попадаются мне на дороге и строят глазки!

— А вдруг вы в кого-то из них влюбитесь и женитесь? — от этого предположения у девицы даже щеки загорелись.

Принц вмиг расслабился. Так вот откуда ветер дует! Все вы, голубушки, одинаковы!

— Ты тоже об этом мечтаешь? — он не заметил, как перешел на ты, как говорил со всеми своими любовницами.

Собеседница построжела, распрямила плечи, и как будто даже стала выше ростом.

— Ваше высочество, не надо мне тыкать! — заявила с искренним возмущением. — Я вам никто и впредь в этом качестве и буду пребывать!

Теорин ухмыльнулся. «Будет она пребывать никем», как же! Так он ей это и позволил!

— Милая, а как вас зовут? — вкрадчиво поинтересовался он, уступая в таком пустяке. — Не могу же я постоянно называть вас «милой»?

— Никак меня называть не нужно! — и девица каким-то странным образом вдруг очутилась на несколько шагов от него. — И вообще, мне пора! — быстро нырнув в маленький магазинчик за спиной, она оставила принца.

Теорин не знал, сердиться ему или смеяться. Так его еще никто не интриговал. Что перед ним опытная притворщица, не сомневался. А кто бы еще так быстро смог возбудить в нем нешуточный интерес? Только та, что весьма в этом поднаторела.

Он вошел в магазин, собираясь вывести интриганку на чистую воду, но той там не оказалось. На его прямой вопрос немолодая продавщица, вспыхнув, твердо заявила, что за последние полчаса в магазин никто не заходил. Пожав плечами, он вышел, желая подозвать кого-нибудь из своей свиты, чтоб уличить продавщицу в наглом обмане.

К его удивлению и даже негодованию, все его спутники подтвердили, что в магазин никто не заходил, а его собеседница просто развернулась и ушла к набережной, а он не обратил на это никакого внимания.

Теорин призадумался. Что это было? Отвод глаз? Тогда на девице должен быть сильный амулет, ведь магии у женщин не бывает. Хотя и случаются исключения, но слишком редко, чтоб придавать им серьезное значение.

Похоже, она готовилась к встрече с ним. Или просто настолько хороша, что вынуждена прибегать к амулету, чтоб скрыться от назойливых поклонников? Впервые в жизни принц почувствовал приступ ревности, и это неприятное чувство ему отчаянно не понравилось. Нужно встретиться с этой упрямой девицей еще раз и понять, что к чему. Но как? Ведь он о ней ничего не знает. Рдист, конечно, городок небольшой, но все-таки не настолько мал, чтоб все знали друг друга.

Ему все-таки казалось, что весь этот сыр-бор устроен ею для того, чтоб он заинтересовался и проникся. Что ж, нужно признать, это ей удалось. Но если она рассчитывает, что он кинется ее разыскивать, то сильно ошибается — он просто будет ждать продолжения этого спектакля. А что продолжение последует, Теорин не сомневался. Наверняка снова якобы случайно встретится на его пути, и случится это очень скоро.

Но прошел день, потом другой, незнакомка так и не появилась. Тогда, сцепив зубы, принц решил-таки разыскать ее сам. Для начала спросил о ней у коменданта своего замка. Тот пожал плечами и ответил, что подобных девушек в городке много. Нервный и явно сердитый на него бургомистр ответил ему то же самое.

И только экономка, у которой он с нарочитой небрежностью поинтересовался, не появилась ли в городке сероглазая красотка, смогла разрешить эту задачку. Оказалось, к городскому лекарю приехала погостить его племянница из самой столицы. Вот она действительно подходила под описание незнакомки.

Теорин воспрянул духом и был вынужден признать, что девица проникла в его сердце гораздо глубже, чем все его любовницы вместе взятые. Разузнав, где находится домик лекаря, ранним утром, что было для него весьма странно, — он обычно не вставал раньше полудня, — отправился на прогулку в том направлении. Сопровождавшие его кавалеры украдкой зевали, явно не выспавшись — все они легли далеко за полночь и столь ранний подъем воспринимали как изощренную пытку.

А вот сам принц был на удивление бодр и целеустремлен. Кавалеры недоумевали, что ему могло понадобиться в стороне скромных домишек, да еще в такую рань, но предусмотрительно молчали, боясь нарваться на резкую отповедь.

Теорин все ускорял и ускорял шаг, с трудом удерживаясь, чтобы не перейти на бег. Ему отчаянно хотелось увидеть невежливую девицу, почему, не понимал и сам. У него даже зародилось подозрение, что на нем использовали заклинание очарования, но он никакой магии на себе не ощущал. Похоже, просто не на шутку увлекся.

Возле домика лекаря остановился. Тот оказался небольшим, но очень уютным. На подоконниках чисто вымытых окошек цвели неизвестные ему яркие цветы в разукрашенных глиняных горшках. Легкие шторки закрывали от посторонних глаз внутренности домика.

Кавалеры принялись обсуждать дом и садик, по привычке высмеивая все подряд и издеваясь. Теорину это ужасно не понравилось и он свирепо рявкнул:

— А ну тихо!

Все изумленно замолчали. Прежде Теорин и сам с удовольствием принимал участие в подобном остроумии. Что произошло? Кавалеры молча переглядывались, недоумевая.

Принц сумрачно их оглядел. Видя такую ораву, ни одна нормальная девица из дома не выйдет. Чтоб приход сюда не был зряшным, накинул на всех полог невидимости. Погрозив кулаком спутникам, чтоб не шумели, отошел от домика и устроился на скамейке напротив. Сопровождающие вынуждены были стоять, скамейка была маленькой и сесть рядом с принцем смогли только двое самых близких дружков.

Скамейка была скособоченной, жесткой и вообще ужасно неудобной, но Теорин упорно ждал, надеясь увидеть-таки свою таинственную незнакомку. И он был вознагражден за долготерпение — через пару часов из домика вышли две девушки в скромных платьях с пустыми плетеными корзинками из ивовых лоз в руках. Не глядя по сторонам, направились по улице в сторону рынка. Одна из них и была той, которую он ждал.

Все так же под пологом невидимости принц двинулся за ними, стараясь держаться как можно ближе. Их откровенный разговор его изрядно заинтриговал:

— Его высочество — лучшее, что могло случиться с нашим позабытым всеми городком! — с восторженным придыханием говорила маленькая полненькая особа с кокетливой шляпкой на гладко причесанной голове.

— Да ладно! — аморфно отвечала ей его незнакомка. — Ты, верно, шутишь!

— Вовсе нет! — удивленно возразила толстушка. — У нас было невероятно скучно, а теперь открылось столько потрясающих возможностей!

Незнакомка насторожилась.

— Каких-таких возможностей? Что ты имеешь в виду, Алиса?

Та опасливо посмотрела по сторонам, никого не заметила, но все равно понизила голос, признаваясь:

— Теперь наш бургомистр и балы пышные дает, и вечера званые проводит. Меня с папой приглашают редко, отец, увы, не слишком знатная особа, но все-таки мне целых два раза удалось побывать на званом вечере, последний раз всего-то десять дней назад! — от восторга она аж закатила глаза.

Теорин приободрился и даже плечи расправил. Ну вот! А эта несносная девица заявляла, что он испортил жизнь местным жителям. А он ее украсил! Задрав нос, он приблизился к собеседницам почти вплотную.

— Тебе-то что, Элина, — возмущенно заявила Алиса на скептическое фырканье спутницы. — Ты в столице где только ни бывала! Аж в самом королевском дворце! А я тут прозябаю в безвестности! Знаешь, как трудно найти достойного жениха, ведь я вовсе даже не завидная невеста!

Теорин чуть было не хлопнул в ладоши. Элина! Вот кто такая его грубоватая незнакомка. Между тем разговор продолжился:

— Трудно? Да в гарнизоне мужиков не считано! — изумленно спросила Элина. — Неужто никого достойного нет?

Толстушка угнетенно развела руками.

— Достойных-то полно, да почти все женаты. А кто не женат, высматривают невесту с приданым. А у меня его, по сути, вовсе нет. А на легкие отношения я не согласна.

Принц чуть слышно фыркнул. А он и не подозревал, что у него с любовницами «легкие» отношения. Кавалеры из свиты, тоже впервые услышавшие подобное определение, с трудом скрыли глумливые смешки. Элина подозрительно посмотрела вокруг, и принц погрозил кулаком насмешникам. Все затихли. Но она все равно ускорила шаг, предложив кузине:

— Пойдем поскорее, что-то мне тут не нравится.

Теорин призадумался. Она что, интуит? Что девушка через заклинание его не видит, он был уверен. Но ему не понравилась сама возможность разоблачения. Ведь какой смысл говорить девице о нежной склонности, когда она тебе не верит?

Между тем кузины шустро дошагали до рыночной площади, и вот тут у принца с сопровождающими начались неприятности. Приличные хозяйки приходили сюда за покупками гораздо раньше, сразу после рассвета, но перед закрытием набегала толпа бедноты, желающих за гроши купить по бросовым ценам то, что осталось.

На скрытого невидимостью принца несколько раз натыкались хозяйки с огромными корзинами, набитыми не самыми ароматными припасами. Одна из покупательниц даже наступила ему на ногу своим тяжелым грубым башмаком. Он зашипел от боли, но невидимость так и не сбросил — не хотел, чтобы его заметили. Если заметят, то больше ему ничего не выяснить, — весь рынок будет дружно следить, чем он занимается.

Ужом уворачиваясь от уставших теток с тяжеленными корзинами, Теорин упорно следовал за девушками. Те, не подозревая о преследователе, покупали продукты, отчаянно торгуясь. Вернее, торговалась толстушка, а ее гостья внимательно следила за этим увлекательнейшим процессом. Уже на выходе с рынка восторженно заметила:

— Ты великолепна, дорогая! Сколько тебе удалось сэкономить, я даже не представляю. Из тебя получится замечательно рачительная хозяйка!

Та, раскрасневшаяся и вспотевшая, ничуть не обрадовалась такому комплименту.

— Я и сейчас рачительная хозяйка. Мамочки давно уж нет, отец в ведении домашнего хозяйства ничего не понимает, и понимать не хочет. А уж о ценах он вообще никакого представления не имеет. Папа считает, что столько, сколько он дает мне на жизнь, должно хватить еще на две такие семьи, как у нас. Вот мне и приходится торговаться так, будто я нищенка из рыбацкого квартала. Но это вовсе не значит, что я буду так жить всегда. Я хочу приходить на рынок, как все достойные хозяйки, ранним утром, не высматривая что подешевле, а выбирать что получше. И платить разумную цену за достойные вещи, а не гроши за что попало.

— То есть ты желаешь стать обеспеченной? — даже не спросила, а утвердила ее спутница.

Перехватив поудобнее свою корзину, та фыркнула:

— Конечно, хочу! Кто же этого не хочет? Вот была бы я богатой, эту корзину за мной нес слуга и пыхтеть от натуги мне бы не приходилось.

Она в самом деле так раскраснелась, что стала похожа на перезрелый помидор. Теорин перевел взгляд на Элину. К его удивлению, та несла такую же полную корзину, почти не напрягаясь. Он с некоторым недоумением решил, что она или сильна, хотя по ее виду этого не скажешь, или же у нее есть амулет для переноса подобных тяжестей. Дождавшись, когда кузины пойдут по довольно безлюдной улице, скинул невидимость и решительно двинулся к ним, желая поговорить.

Но не дошел — из-за дома выскочил огромный лохматый пес и кинулся на него с угрожающим лаем. Пришлось быстро кинуть в него усыпляющим заклинанием, пес тут же сладко зевнул и заснул прямо посреди улицы. Но пока принц возился с псом, девицы успели исчезнуть. Когда он спросил у своих спутников, куда же они делись, те только растерянно пожали плечами, ведь все следили только за Теорином, готовые в любой момент вмешаться.

Принц откровенно расстроился, сам не понимая, отчего. Подобных девиц в городке было пруд пруди, но все они были ему неинтересны. А вот эта, откровенно сказавшая, что он ей не нравится, чем-то зацепила. Может, в нем взыграл инстинкт охотника? Ведь все мужчины по своему предназначению — охотники, и им положено ловить женщин, это же их законная добыча, то бишь дичь?

Стал прикидывать, как бы наверняка увидеться с этой непредсказуемой особой. И тут его осенило — да ведь завтра очередной вечер с танцами у бургомистра. Не бал, что очень даже хорошо, для бала местный лекарь рылом не вышел, а вот на званые вечера его уже приглашали. Нужно лишь, чтоб была приглашена и заинтересовавшая принца девица.

Самому Теорину выспрашивать лорда Максина, и без того к нему не сильно благоволившего, было явно не с руки, и принц вновь обратился к экономке замка Рдист. Та недовольно сверкнула глазами, услышав от разбалованного женским вниманием принца неожиданный вопрос, но полновесный золотой утишил ее негодование.

— Конечно, я знаю, кто приглашен на вечер, и городского лекаря с дочерью и гостьей в списках нет.

— Но ведь их можно пригласить? — вкрадчиво уточнил Теорин, с намеком поигрывая золотой цепочкой тонкого алмазного плетения.

Госпожа Таисия вздохнула. Совесть ей шептала, что не стоит этого делать, но когда у тебя подрастают пять дочерей и старшая уже на выданье, а приданого маловато, то к голосу совести прислушиваться не стоит. И она мрачно пообещала, что лекарь непременно получит приглашение.

И через час в дом лекаря постучался посыльный от бургомистра, вручая глянцевый листок возбужденной Алисе. Та тут же помчалась к кузине.

— Ах, Элина, ты принесла мне удачу! Раньше нас так часто на званые вечера не приглашали! — она нервно засмеялась от восторга. — И хоть он называет скромно — вечер, но, по сути, это будет настоящий бал!

Элина же принахмурилась. Ей вовсе не хотелось идти на этот вечер. Свое весьма нелестное мнение о принце она менять не собиралась. Да и что могло случиться такого, чтоб он предстал перед ней нормальным человеком, а не развязным повесой?

Но омрачать радость Алисы не хотелось, и она согласно кивнула на ее просьбу помочь выбрать платье. Нарядов у дочери лекаря было немного, но два вполне соответствовали заявленному уровню — скромные, но хорошо пошитые шелковые платья с вышивкой были и симпатичными, и благодаря жесткому корсету делали довольно пухленькую кузину почти стройной.

— Ах, сколько мне пришлось экономить, чтоб заказать их у приличной портнихи, если б ты только знала! — понизив голос, чтоб не услышал строгий отец, шепнула она. — Но что ты посоветуешь? — Алиса никак не могла решить, которое из двух платьев стоит надеть.

Элина с прищуром оглядела наряды. Они были почти одинаковыми довольно модного фасона, одно из светло-лилового шелка с серебряной вышивкой, а второе — насыщено-зеленое с изумрудной вышивкой чуть более светлого оттенка.

— Я на твоем месте выбрала бы зеленое, оно больше идет к твоим рыжеватым волосам.

Алиса радостно согласилась.

— Я и сама так думала! Но в чем пойдешь ты?

Элина слегка призадумалась. Она не собиралась появляться здесь на светских приемах, поэтому бальных нарядов у нее с собой не было. Придется вернуться в королевский дворец и захватить парочку. Спасибо маркизе Оливетти, озаботившейся в свое время о достойных нарядах для своей протеже.

— Найду что-нибудь, — успокоила она Алису. — Не переживай.

Та озадаченно хмыкнула. Когда отец сказал ей, что к ним приедет погостить их дальняя родственница из самой Патирии, она решила, что у кузины будет с собой приличный багаж, но та явилась с небольшим баулом, в котором было лишь самое необходимое. Первое время Алиса даже думала, что новоявленная родственница будет просить платья у нее, но Элина и не думала этого делать, без всякого стеснения надевая каждый день одно и то же платье, которое каким-то чудом оставалось чистым и казалось даже новым, освеженное то блестящим платочком на шею, то ярким воротничком.

Скромный лекарь, увидев приглашение от самого бургомистра, побледнел. Его первым порывом было с благодарностью отказаться от сомнительного благодеяния, но возмущенная таким к себе отношением дочь решительно воспротивилась.

— Папа, мне так никогда замуж не выйти! — заявила она, сердито глядя на отца.

— Зачем тебе выходить замуж? — не понял он ее запала. — Тебе что, в этом доме плохо? Я же все для тебя делаю!

Присутствующая при этом знаменательном разговоре гостья скептически хмыкнула. Какой эгоист этот господин Риммек! Хорошо устроился. Имеет бесплатную прислугу, и расставаться с ней не желает.

— Папа, я скоро стану старой девой и тебя все вокруг станут в этом упрекать! — Алиса прекрасно знала больное место у своего папочки. — Объявят тебя плохим отцом, хотя это и неправда!

Тот испуганно округлил глаза. Он ужасно боялся осуждения даже совершенно незнакомых людей, а уж соседи были для него суровыми судьями, перед которыми он просто трепетал.

— Ну хорошо, хорошо, мы пойдем на этот вечер, раз уж ты так этого хочешь, — согласился он с тягостным вздохом. — Но мой праздничный костюм, как мне кажется, побила моль, — с робкой надеждой протянул он.

— Твой костюм в полном порядке! — Алиса возмущенно закатила глаза, ведь за сохранность отцовской одежды отвечала тоже она. — Все твои вещи в полном порядке!

Не найдя больше поводов для отказа, господин Риммек сокрушенно махнул рукой и ушел к себе.

— И вот так всегда! — пожаловалась Алиса кузине. — Если что-то нужно сделать для меня, то у папочки тут же находится сотня причин этого не делать.

— Он просто боится остаться один, — попробовала найти оправдания поведению целителя Элина.

На это Алиса замахала руками.

— Он боится остаться без своей уютной необременительной жизни, только и всего, — продемонстрировала она редкостный здравый смысл. — Ведь если жениться снова, то нужно будет угождать жене, да еще неизвестно, какая попадется. В его возрасте уже на молодой не женишься, чтоб она в рот тебе заглядывала. То есть, скорее всего, брать придется вдову. А они знаешь, какие языкастые бывают? Вот мой отец и сторожится.

Элина с ней согласилась. А что спорить, если так оно и есть?

Они приготовили все, что могло понадобиться на столь значимый для Алисы прием у бургомистра и разошлись по своим комнатам немного передохнуть перед ужином. Элина скинула личину и с помощью портального амулета перенеслась в свои роскошные апартаменты в королевском дворце, поморщившись, оглядела ненужную ей помпезную роскошь и уже хотела возвращаться, как к ней заглянул королевский маг.

Господин Платин был весьма озабочен и даже несколько бледен. Поздоровавшись, спросил:

— Этель, когда ты планируешь возвращаться?

Девушка чуть заметно сморщила носик. Возвращаться во дворец ей не хотелось. Немного спокойной жизни ей бы не помешало. Все время после переезда из скромного домика госпожи Родерики в королевский дворец жизнь ее была наполнена приключениями, и это ей нравилось. До недавнего времени.

После нескольких обыденных дней у господина Риммера поняла, что устала от постоянного напряжения, и немного отдохнуть было бы очень кстати.

Но бравурно ответила:

— Думаю, скоро. Принц наверняка завтра начнет решительный штурм милой, но простоватой девицы Элины.

Маг негромко рассмеялся.

— Моя дорогая, тебя можно назвать как угодно, но только не простоватой. Но похождения Теорина меня не слишком волнуют. Но вот то, что новый Верховный Горнии замыслил какую-то очень скверную пакость — очень даже.

Этель мысленно попрощалась с Алисой и своей мирной жизнью в Рдисте. Наверняка придется отправляться к границе вместе с Дэниором, которого в последнее время ей отчего-то не хотелось видеть. Скорее всего, в ней говорила обида.

— А что конкретно он планирует, неизвестно? — Этель все-таки украдкой прикидывала, какое из ее платьев будет уместным на провинциальном балу, ведь это будет первый бал в ее жизни. Кто знает, что ждет ее впереди? Хоть потанцует немного.

Платин озадаченно развел руками.

— Наверняка Сарис, именующий себя Быстролетным, не зря испытывал свой черный смерч. Но где он будет использован, не знаю.

Припомнив огромный черный столб, виденный ею в убежище Дэниора, Этель нахмурилась. Маг же озабоченно продолжал:

— Моих сил не хватит, чтоб отразить такой удар. Возможно, это смог бы сделать Дэниор, но он с Веронимусом задумал какую-то авантюру, о которой никому не говорит. Так что надеяться на его помощь не стоит.

Этель тут же подумала про Зарианну и неосознанно сжала кулаки. И куда это они собрались, ничего ей не сказав? Решили, что помешает?

Это уже так походило на ревность, что она приказала себе немедленно прекратить. Она все узнает, но не сейчас. Сначала она пойдет на свой первый бал, а уж потом станет выяснять, что значат все эти тайны.

— Будем надеяться, что у нас есть еще время, чтоб подготовиться, — с некоторой рассеянностью проговорила она.

Платин внимательно посмотрел на девушку. Она была не похожа сама на себя. Он с некоторой опаской подумал, что принц внял приказу отца и теперь очаровал наивную магианну. Впрочем, если Этель станет принцессой, ничего плохого в этом нет, скорее даже наоборот. Он, как королевский маг, это должен приветствовать.

Но вот как простой человек, мужчина, которому не повезло в любви, не верил, что принц, даже образумившийся, сможет составить счастье навязанной ему жены. А Этель такого к себе отношения не заслуживает.

Платин, будучи рассудительным человеком, оставил свои сомнения при себе. Каждый должен совершать свои собственные ошибки, на чужом опыте еще никто ничему не научился.

— Когда ты планируешь возвращаться? — небрежно спросил, понимая, что ее мысли заняты никак не отражением атак Горнии.

Этель слегка призадумалась и ответила:

— Послезавтра утром. Завтра вечером званый вечер у бургомистра, там будет принц. Мне нужно выслушать его предложение, которое непременно будет неприличным, чтоб иметь весомый довод отказать королю стать женой его сыночка.

Скрывая облегчение, Платин укоризненно покачал головой.

— Ты становишься завзятой интриганкой, Этель. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Если ты собираешься жить во дворце, наверное, так и надо поступать.

Девушка не собиралась посвящать мага в свои планы и лишь насмешливо скривила губы.

— Будем считать, что поступаю я очень даже хорошо. Да и есть ли у меня другой выход? Его величество не поймет меня, откажи я Теорину на пустом месте. А ссориться с королем я не хочу. Просто еще не время.

Отойдя к окну, королевский маг пристально посмотрел на темное небо.

— Небо ясное, вполне возможно, что Сарис решится сегодня испытать на нас черный смерч.

— А почему нужна именно ясная погода? — с любопытством поинтересовалась Этель. — В непогоду что-то может не получиться?

— В ясную погоду далеко видно, — пояснил королевский маг, — и смерч станет еще и предметом устрашения. Страх — лучший помощник нападающих.

Этель вздохнула. Она хорошо знала, что может сотворить людская паника.

— Ясно. Но вы же подготовились к такому развитию событий?

— Все, что мог, я сделал: отправил самых сильных магов на границу с Горнией. Если что-то случится, мне сообщат. И я свяжусь с тобой. Так что будь наготове.

И ушел.

«И как я должна быть наготове?» — саркастично пробормотала Этель. — «Штаны под бальное платье напялить, что ли, и шокировать всех, кто это заметит»?

Эта мысль ее здорово развеселила и она, напевая задорную песенку, принялась выбирать достаточно скромный наряд. Остановилась на светло-голубом шелковом платье, украшенном серебряной канителью, самом скромном из всех. Никаких украшений у нее не было, да она бы их с собой в Рдист и не взяла. Зачем ставить Алису в неудобное положение, подчеркивая разницу в их возможностях и образе жизни?

Глава пятая

На следующий день, с откровенной завистью рассматривая красивый наряд кузины, Алиса с горечью заметила:

— Ты и так красива, да еще платье у тебя роскошное! Я на твоем фоне совершенно теряюсь!

Этель немного смутилась. Ей даже в голову не пришло принести Алисе одно из своих платьев. Пришлось сказать:

— Если б я захватила для тебя один из своих нарядов, мы все равно ничего не смогли с ним сделать. Оно тебе бы совершенно не подошло.

Алиса расстроилась вконец.

— Я знаю, что я слишком толстая. Но к чему постоянно мне об этом напоминать?

Она зашмыгала носом и убежала, а Этель хмуро подумала:

«До чего же нервные эти барышни на выданье, просто жуть».

Чтоб не сидеть в доме с показательно страдающей девицей, накинула невидимость и отправилась в замок, посмотреть, кто чем занимается. Обычно она не увлекалась подобными делами, но в свете предупреждения Платина нужно было выяснить, готовится ли гарнизон крепости к грядущей опасности. Все-таки охрана наследного принца должна быть их главной заботой.

Проходя по городку, уверилась, что там течет обычная жизнь, немного суетливая, но в целом совершенно заурядная. Народ сновал по нешироким улицам по своим делам, не особо интересуясь, что делается вокруг. Перед родовым замком королей, как положено, стоял караул. Этель миновала его без проблем, магов там не было. Да и вряд ли среди гарнизонных магов был кто-то сильнее нее.

На небольшой мощеной серой брусчаткой площади возле привратной башни обнаружился и сам принц. Он стоял перед комендантом замка и что-то горячо тому внушал. Она подошла поближе и услышала неожиданное:

— Я мог бы совершить много полезных дел, но мне не дают ничего делать! — принц негодовал, сердито взмахивая руками и с трудом сдерживая магический огонь.

— Вот потому и не даем, — укоризненно указал комендант на сыплющиеся с пальцев принца огненные искры. — Вы слишком эмоциональны, ваше высочество.

Теорин взглянул на свои ладони и мигом погасил огонь.

— Я злюсь исключительно из-за собственной ненужности, — холодно пояснил он, уронив руки. — Мне нужно действовать, чего мне не позволяется совершенно. Магия копится, меня просто распирает.

Комендант лишь неодобрительно качнул головой.

— Вы слишком ценны для королевства, только и всего. У меня есть четкие указания, что вас нужно всемерно беречь и охранять, чем мы и занимаемся.

— Я чувствую себя жеребцом, у которого одна обязанность — произвести потомство. — Принц высоко вздернул подбородок. — И даже кобылу мне уже подобрали. Теперь дело только за жеребятами.

Комендант оглянулся по сторонам и тихо, только для принца, прошептал:

— Так за чем же дело стало? Заведите пару наследников и сможете делать, что душеньке вашей угодно!

— А я не хочу жениться на ком попало! Пусть даже отец и прямо мне это приказал! — прошипел в ответ Теорин.

Этель сердито свела брови в одну линию. Она уже предназначенная ему кобыла? До чего же неприятный тип этот кронпринц! Да и его папаша не лучше. Неужто король думает, что она будет слепо выполнять его указания?

Теорин хотел добавить еще что-то, но вместо этого внимательно оглядел окрестности и проговорил уже громко:

— У меня одного крайне неприятное чувство, что нас подслушивают?

Этель попятилась, радуясь, что на брусчатке следы не видны. Чтоб не быть пойманной, быстро пошла к выходу из замка, услышав уже на ходу слова коменданта:

— Ничего не вижу, но интуиция просто вопит, что здесь неподалеку чужак. — И сердитый приказ: — Выпустить собак! Закрыть ворота!

Этель замерла. Ей стало изрядно не по себе. Неужто и здесь объявился соглядатай из Горнии? Взлетев, зависла на уровне второго этажа привратной башни, решив выяснить, о ней идет речь или нет. Выскочившие из псарни волкодавы кинулись к тому месту, где она только что стояла. Этель облегченно выдохнула, решив, что никого опасного в замке нет, но псы, обнюхав мостовую, дружно кинулись к темному углу между стеной и башней и принялись кого-то рвать.

Раздался вопль, полный боли, и показался мужчина в изодранной собаками одежде. Его тут же схватили воины. Собак отозвали, и Этель спустилась вниз, стараясь не наткнуться на людей. Сверху было видно даже лучше, но она решила не тратить зря силы, все-таки левитация не самое легкое для нее занятие.

— Кто ты такой? — комендант свирепо смотрел на шпиона.

— Я простой человек, — забормотал тот, нервно оглядываясь. — Я не хотел ничего плохого.

Этель уже знала, что сейчас произойдет и уже хотела было вмешаться, как соглядатай вдруг скукожился, что-то жалобно воскликнул и упал замертво. Черед минуту от него осталась лишь маленькая кучка сизого пепла.

— Однако! — воскликнул комендант.

— Платин говорил мне о таком, — принц пальцем оттянул воротник и болезненно повертел головой, будто тот ему жал, — но вижу впервые. Интересно, для чего тут этот тип?

— Явно по вашу душу, ваше высочество, — по-панибратски высказался один из кавалеров его свиты, Этель не помнила его имени. — Для чего же еще?

Это походило на правду, и Этель в упор глянула на принца. Тот был спокоен и даже казался несколько отстраненным.

— И я так думаю, ваше высочество, — чопорно обратился к нему один из магов, по-видимому, старший. — Лучше вам из замка никуда не выходить. В других местах вашу защиту обеспечить сложно. Так что сегодняшний вечер у бургомистра вам стоит пропустить, для вашей же безопасности.

Указав на кучку пепла, Теорин с мрачной усмешкой поправил:

— Защиту везде обеспечить трудно, как сами видите. Это же, как считалось, абсолютно защищенный родовой замок, но тем не менее шпион сюда проник, и, похоже, даже без особых хлопот. Поэтому я как ходил, так и буду ходить там, где считаю нужным. Хватит и того, что отец отправил меня сюда.

«В эту дыру» не прозвучало, но подоплеку высказывания все поняли. Комендант замка хотел было присоединиться к всеобщим пожеланиям, но принц резко заявил:

— Я не трус, каким бы вам всем хотелось меня видеть. И не стоит меня в этом убеждать.

Заявив это, он резко повернулся и скрылся в замке.

Этель вытянула губы и довольно фальшиво просвистела начало фривольной песенки.

— Что это? — комендант уставился на нее, хотя и ничего не увидел.

Она опомнилась. Чуть слышно хихикнув, подобрала пышные юбки и на цыпочках отправилась к воротам. Те все еще были закрыты, ей снова пришлось взлетать. Преодолев преграду, отошла от замка подальше и только тогда скинула невидимость.

Да уж, отправляясь на разведку, такого она не ожидала. После увиденного принц показался ей куда более собранным и даже мужественным, но все равно никаких приятных чувств у нее не вызывал.

В дом лекаря она явилась как раз тогда, когда пришла пора собираться на званый вечер. Господин Риммек был уже готов и растерянно стоял посреди общей комнаты, носившей гордое название «гостиная» и не знал, куда бы присесть, чтоб не помять свой единственный парадный костюм.

Алиса быстро собралась и нетерпеливо ждала кузину, наряжавшуюся в комнате для гостей. Но вот та вышла, и Алиса завистливо вздохнула. Как же та была хороша! И каким жалким ничтожеством выглядит на ее фоне она, простая горожанка!

Заметив ее расстроенное лицо, Элина нехотя предложила:

— Я могу и остаться, если хочешь.

Но Алиса тут же воспротивилась:

— Незамужней девице неприлично ходить одной, будто ты этого не знаешь! Папа же не сможет сидеть со мной вечно! Раньше с нами всегда ходила госпожа Крейс, но в этот раз она приглашение не получила.

Господин Риммек энергично закивал, подтверждая ее слова. Еще чего не хватало! Дочь наверняка будет находиться среди девиц и дам, а ему что среди них делать? А если учесть, что он вдовец, то не успеешь оглянуться, как окажешься женат, и неважно, что не по собственному желанию! Он прекрасно знал, что на него имеются матримониальные планы у доброй дюжины знакомых ему безмужних дам, главным образом бывших пациенток.

— Ну тогда пойдем! — Элина первой пошла к выходу.

Они дружной семьей прошли до дома бургомистра пешком, не взяв коляску, погода стояла хорошая. Но главным в отказе от поездки было то, что старенькая обшарпанная коляска лекаря на фоне дорогих экипажей смотрелась на редкость убого.