электронная
32
печатная A5
379
18+
Вожделенный сыр

Бесплатный фрагмент - Вожделенный сыр

Актуальная сатира. На злобу дня

Объем:
234 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-5613-5
электронная
от 32
печатная A5
от 379

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

…вщина

Бытие определяет сознание.

К. Маркс

«Сегодня в двадцать один час по московскому времени у себя в кабинете задержан сотрудниками ФСБ РФ министр опережающего развития Н-ской области Поросин Николай Александрович. По имеющейся информации, министр подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ — получение должностным лицом лично взятки в виде денег в особо крупном размере.

Как сообщает наш корреспондент, находящийся возле здания областного правительства, господин Поросин только что в сопровождении сотрудников СОБРа на служебной машине ФСБ РФ отвезён для допроса в неизвестном направлении.

Наш канал с нетерпением будет ждать развития событий, о чём мы сообщим телезрителям незамедлительно», — взволнованно сообщила диктор телевидения.

Прослушав данную новость, вице-губернатор Н-ской области Лосев Фёдор Евгеньевич, отдыхающий у себя на даче с любовницей — секретаршей Любочкой, моментально протрезвел. Только что начавшийся отпуск внезапно тут же и закончился. На слабеющих ногах он побежал к лежавшему на кресле пиджаку, где лежал его сотовый телефон.

* * *

«Слыхали, а? Ещё одного ворюгу взяли! Сволочи, достали. Нам зарплату маленькую задерживают, а они жируют, гады!» — некто с ником «Ведьмак» обличал задержание министра.

«Мало им. Небось, там целая группа соучастников будет фигурировать!» — вторил ему «Борзый».

На форуме сайта Sohisoch.com разворачивалось эмоциональное обсуждение недавнего события из жизни Н-ской области.

«А говорят, что у министра на квартире изъяли килограмм семьсот денег в крупных купюрах и сорок золотых часов!» — не унимался «Ведьмак».

«А я писала этому вору несколько заявлений, для того чтобы получить в бесплатное пользование вожделенные тридцать акров земли для сельхозработ, однако мне так и не ответили!» — возмущённо присоединилась к общему хору дама с ником «Раиса».

«Да что вы всё возмущаетесь да кричите! На себя посмотрите. Как будто бы если бы кто-то из вас не был бы на месте таких чиновников, то и не воровал, а?! Не верю!!! Просто вас жаба давит, что вы не на их месте и у вас нет столько денег и власти! Надо же, все такие честные. Да вы что-то хоть сами сделайте, чтобы жизнь свою улучшить, лентяи тупые и пассивные, всё ждёте, что кто-то вам что-то должен!» — рассуждал «Максимыч».

Страсти на форуме накалялись нешуточные.

* * *

Дрожащими руками Фёдор Евгеньевич искал в списке контактов телефона номер начальника областного УВД. Наконец, увидев вожделенные цифры, вице-губернатор ткнул пальцем в экран смартфона и стал с нетерпением ждать. Но в телефоне раздавались долгие протяжные гудки. Никто не отвечал на вызов.

— Любка! Давай дуй домой! — приказал секретарше шеф. — И чтобы никому о нас, поняла?

— Да, Феденька. Уже уезжаю, — быстро проговорила всё и всегда понимающая секретарша и выпорхнула во двор, за руль своего автомобиля — подарка Фёдора Евгеньевича.

Внезапно зазвонил внутренний телефон. Вице-губернатор с нетерпением подбежал к нему и снял трубку.

— Алло, котик, алло! — голос жены Лосева дрожал от слёз. — Что там случилось, что случилось?! Что с нами будет? Мне жена Поросина звонила — сказала, что её мужа менты взяли! Ты в курсе?

— Да в курсе, в курсе! Не ной ты, Тонька, уже и так тошно на душе. Будь у матери, пока не разберёмся.

— Хорошо! Ты звони, если что… — прервала связь супруга вице-губернатора.

Фёдор Евгеньевич большими шагами мерил комнату и рассуждал: «Та-а-ак. Начальник УВД трубу не берёт. Кольку загребли эфэсбэшники. Если он начнёт давать показания признательные, то и меня загребут. Наверняка „пасли“ и телефоны слушали. Нужно документы уничтожать немедленно. Хотя если их опера перефотали, когда меня не было, то смысл? Но нет, там стоит защита от проникновения».

Фёдор Евгеньевич направился в подвал дома. Там, в глубине подвала, стоял комод, где лежали несколько папок с документами, подтверждающими существование нескольких фирм-однодневок, зарегистрированных в офшорных зонах. На счета фирм было переведено много миллионов долларов и евро. Руководителем данных фирм значился его сын — Олень Михаил Фёдорович, ныне спокойно загорающий на мальдивских пляжах.

Отхлебнув из бутылки шотландского виски, вице-губернатор начал открывать вожделенный комод.

* * *

Прибавив газу, Любочка сосредоточенно следила за дорогой. Она старалась успеть к месту встречи в назначенное время, так как Хозяин не любил ждать.

Увидев вдалеке неприметную «Тойоту» чёрного цвета, Любочка плавно остановилась метров за сто от нужного автомобиля.

Забирая из бардачка обычную картонную папку-скоросшиватель, прихваченную на даче шефа, Люба медленно пошла по направлению к расположенному недалеко от места стоянки её авто кафе.

«Странно, какое символичное название у кафе — „Роковое рандеву“», — подумала Люба, заходя в кафе.

Заприметив за дальним столиком знакомое лицо, Любочка торопливо подошла к столу и присела на свободный стул.

— Принесла? — спросил знакомый ей молодой человек, одетый в майку с надписью «Napalm Death. Harmony Corruption». Имени его она так и не узнала.

— Да. Вот, бери, — сказала Любочка, выкладывая перед ним на стол папку.

— Хорошо. Это был последний этап. Вот твои триста тысяч рублей. Хозяин благодарит тебя. Конверт вскроешь, когда выйдешь из кафе. Жди звонка.

— ОК. Спасибо, — Люба молча положила конверт в свою сумочку.

Молодой человек медленно поднялся из-за стола, улыбнулся Любочке и неспешно направился к выходу из кафе.

* * *

Раскидав всё содержимое комода, Фёдор Евгеньевич с ужасом понял, что папки исчезли. Он прислонился к стене и осушил бутылку виски до дна. Но это не помогло, так как все пять папок безвозвратно пропали в неизвестном направлении.

«Где они? Где??? Куда я мог их деть?» — вопрошал безответно вице-губернатор.

Он вспоминал, что в последние несколько месяцев начал злоупотреблять алкоголем и часто напивался до беспамятства, не помня утром, что делал накануне.

Решив, что перепрятал папки в пьяном беспамятстве, Фёдор Евгеньевич начал методично обыскивать всю дачу.

* * *

Остановив автомобиль за городом, Любочка улыбнулась себе в зеркало заднего вида и подумала: «Как всё хорошо складывается! За пять папок я получила кучу денег. А за полтора года работы — и неплохую должность от шефа, машинку новую от него же. Ну подумаешь, переспала с ним несколько раз. Зато теперь и квартира светит. Да так все мои подружки делают. Подумаешь, „содержанка“, да просто они завидуют мне, эти мышки серые, честные они, видите ли! С мужика надо выжимать по полной программе, на то он и мужик! А то так жизнь и пройдёт, сухо, скучно и бедно. Без этого наверх никак не пробраться. А пахать с самого низа неохота. И замуж за лоха какого-нибудь или нищеброда не хочу. Ведь я этого достойна, прямо как в рекламе!»

Достав из сумочки конверт с деньгами, Любочка с нетерпением начала открывать его, чтобы пересчитать деньги.

* * *

Тщательнейшие поиски папок не привели к положительному результату. Открыв вторую бутылку виски, вице-губернатор напряжённо думал о возможном месте нахождения самого ценного в своей жизни — компрометирующих его папок. В одной из них также находился список должностных лиц, которые участвовали во многих махинациях Фёдора Евгеньевича по незаконной добыче и отмыванию денег. Причём данный список вице-губернатор вёл сам, своей рукой. Напротив фамилий в списке были расположены суммы и даты.

«Дурак! Дурак!!! Как я мог сам что-то писать своими руками? Ведь если папки найдут, то хана мне! Почерковедческая экспертиза сможет многое показать. А отпечатки?! Никакие адвокаты не вытащат потом!» — убивался Фёдор Евгеньевич.

Поглощаемый виски приятно грел нутро коррупционера. С каждым новым глотком Фёдор Евгеньевич становился всё безмятежнее и спокойнее.

«Ну ладно. Ведь меня не арестовали. Доказательств у них нет. Правда, Колян может расколоться. Но вряд ли, ведь у меня на крючке его жена с тестем. Если что случится, то знает, стервец, что потяну за собой. Не осмелится. А позвоню-ка я Любке!» — успокаивал себя пьяный Фёдор Евгеньевич.

* * *

Открыв конверт, Любочка в денежном предвкушении вытряхнула на соседнее пассажирское сиденье его содержимое. Однако на сиденье высыпалась целая пачка цветных фотографий, на которых была изображена сама Любочка в объятиях своего шефа.

На многих фотографиях Любочка была обнажённой на коленях шефа, который, судя по всему, был сильно пьян. На некоторых она считала деньги в салоне своего автомобиля, на других Любочка держала в руках те самые папки, которые потом передавались Хозяину.

«Боже, что это?! Откуда это? Как они могли это снять? Ведь мы там были вдвоём!» — паниковала Люба.

Бросив взгляд на конверт, лежавший на соседнем сиденье, Любочка увидела, что в конверте ещё что-то лежит, какой-то лист бумаги.

Торопливо развернув его, секретарша вице-губернатора начала читать текст, который был набран обычным, самым распространённым шрифтом: «Ты блудница, грешащая с женатым человеком не любви ради, а из-за корысти. Ты потеряла всякий стыд и думаешь только о своей кубышке. Совращающая своим телом и похотливым поведением взрослого мужа, ты подло крадёшь его документы, о чём он не догадывается, слепо доверяя тебе. Ждёт тебя воздаяние и справедливость. Приговор уже вынесен».

Дочитав текст до конца, Любочка с ужасом увидела, что листок медленно исчез в её руке. Любочка громко закричала и выбежала из машины, побежав куда глаза глядят.

* * *

Секретарь на вызов не отвечала. Фёдор Евгеньевич в раздражении швырнул сотовый в угол и пошёл за третьей бутылкой виски.

Поднявшись на второй этаж дачи, он открыл бар и достал ещё бутылочку заветного шотландского виски.

Уже почти закрыв дверцу бара, вице-губернатор обнаружил, что под бутылкой виски лежит свёрнутый лист обычной бумаги.

«Что это ещё? Ну-ка, посмотрю. Какие-то цитаты, что ли?» — вопрошал нетрезвый чиновник, садясь в кресло.

Раскрыв целиком обнаруженный лист, Фёдор Евгеньевич углубился в нетрезвое чтение. По мере прочтения текста он трезвел всё больше и больше (как совсем ещё недавно). Текст гласил: «Тебе оказано огромное доверие населения. Но ты использовал его исключительно для того, чтобы обогатиться, чтобы набить свою мошну нечестивую, злобный ты паяц! Похоть твоя не знает границ! Она соревнуется с твоей жадностью. Ещё неизвестно, кто из них выиграет на последнем этапе твой жизни, который уже скоро наступит, жалкий ты чинуша! Готовься к воздаянию и справедливости, жирный клоп! Мстители придут за тобой скоро!

Кстати, а где твои папки, целых пять штук? Может, в областной прокуратуре? Или ещё где, а?»

После прочтения текста Фёдор Евгеньевич похолодел. Неизвестный автор знал про папки, про тот факт, что их целых пять штук, ни больше и ни меньше.

«Кто же это? Как он проник в мой дом, ведь он на сигнализации? Тонька не могла так пошутить, она у меня тихоня. Любочка тем более — накажу!» — недоумевал чиновник.

Внезапно лист выпал из его рук, и на оборотной стороне Фёдор Евгеньевич увидел смешную рожицу, нарисованную от руки, и внизу надпись: «Страшно, да?! Колян. Шутка».

Фёдор Евгеньевич рассмеялся в голос, оценив шутку ныне несвободного друга. Утирая слёзы веселья с лица, чиновник хохоча смотрел на лист бумаги, который тут же медленно начал исчезать на его глазах.

Вице-губернатора трясло от выпитого виски, от охватившего его страха при исчезновении листа, от ужаса осознания того, что его «возьмут» спецслужбы, от того, что, кажется, он допился до белой горячки.

Выбежав во двор, Фёдор Евгеньевич вскочил за руль своего джипа и честно помчался в психиатрическую больницу.

* * *

А в столице Н-ской области ходили слухи, что уфологическое бюро за последнюю неделю фиксировало необычный уровень активности НЛО. Летающие тарелки появлялись над городом чаще обычного. В основном их наблюдали по ночам над зданием областного СИЗО и правительства, а также над некоторыми дачными пригородными посёлками.

В городе также сильно участились случаи самоубийств высоких должностных лиц. Некоторые чиновники попали на лечение в психиатрическую больницу. Творилось нечто невообразимое. Появилась даже пара пророков, которые возвещали всех покаяться, ссылаясь на тот якобы факт, что они сами видели загадочные листки с текстами, которые якобы прочитали бредившие чиновники.

* * *

— На этот раз ты меня переиграл, Бал Малокр! — весело возвестил Мал Балокр торжественным голосом. — Интересный у тебя экземпляр получился. Оригинальная программа у биоробота.

— Согласен, Мал Балокр! — ответил Бал Малокр. — Ты знаешь, я заметил, что биороботы с программой «Руководитель среднего звена» достаточно часто дают сбои в сторону матрицы так называемой «греховности мамоны», многие из них почему-то сильно любят так называемые «деньги», всякие материальные ценности. Неужели новые модели биороботов также имеют дефекты? Вспомни, ещё при СССР руководители такого же уровня аналогичным образом сбоили! Как их наладить поточнее?

— У меня аналогичная проблема со многими биороботами с программой «Молодая холостая секретарь женского пола руководителя среднего звена». Правда, в моём случае сбои наблюдаются в полях «материальные ценности» и «духовные ценности» матрицы «карьерный рост». Почему-то духовные ценности перестают у многих биороботов работать, а вот материальные ценности превалируют в программе. Да и так называемая «беспринципность» у некоторых просто зашкаливает. Что-то надо явно менять.

— Сил Колабр, говорят, пытался это исправить путём подсовывания некоторым наиболее проблемным биороботам соответствующих текстов на бумажных носителях каким-то оригинальным способом. Однако он не учёл, что даже ссылки на авторитетные источники этой псевдоцивилизации не приведут к исправлению роботов и их так называемому «покаянию». Да и потом, эти листки где-то всплыли! Наш коллега хотел, чтобы биороботы ещё раз их прочитали через пророков, чудак! Он не учёл, что ныне пророкам там, внизу, никто не верит, ведь богом биороботов давно стали средства платежа, а у них не может быть пророка. Не может быть пророков у мёртвых материальных ценностей.

— Да, Бал Малокр, работы ещё предстоит очень много. А пока пойду приготовлю отчёт о проведённых экспериментах и составлю план новых. Кстати, что там у нас с Крымом, Техасом?

Взносы

Аркадий Семёнович Бубенцов методично пересчитывал лежащие на своей ладони десятирублёвые монеты, задумчиво наморщив лоб и шевеля губами.

Закончив подсчёт, товарищ (а он был именно товарищ, так как просил окружающих величать его только так, по старинке) Бубенцов сделал соответствующую и только ему известную пометку карандашом на листке бумаги и закурил.

Настроение товарища было сильно испорчено недавним обнаружением в почтовом ящике счёта-квитанции на оплату непонятного ему взноса на полукапитальный ремонт общего имущества многоквартирного дома.

«Вроде и сумма невелика, всего каких-то 298 рублей 57 копеек, однако неприятно», — думал Бубенцов.

* * *

В течение трёх последующих дней Аркадий Семёнович занимался сельскохозяйственными работами на своём земельном участке, считая, что наличие собственно выращенных овощей явится неплохой добавкой к рациону питания, уменьшит траты из его и без того небольшой пенсии, которую он начал недавно получать.

Удаляя из земли сорняки, наш свежеиспечённый пенсионер периодически возвращался в мыслях о взносе на полукапитальный ремонт, думая, что это за взнос такой? Почему меня не спросили, когда его вводили? А будет ли мне прибавка к пенсии, чтобы этот взнос оплачивать? А будет ли прибавка к пенсии сразу именно в том размере, чтобы взнос полностью перекрыть? А как он рассчитан, а вдруг обманут при расчёте? А его вечно будут взимать или только до проведения полукапитального ремонта? А если я умру или перееду в частный дом, то кто мне вернёт мои деньги, ранее уплаченные за полукапитальный ремонт? А где деньги оседают от всех плательщиков? А кто ими распоряжается?

В общем, вдоволь наработавшись на земельном участке, Аркадий Семёнович пришёл домой уже затемно.

Поужинав, он включил телевизор и начал щёлкать пультом дистанционного управления.

Попав на канал ЗБС, Аркадий Семёнович услышал, как симпатичная дикторша закончила свой рассказ о прогнозе погоды и перешла к анонсу вечерней передачи «Актуальное мнение», основной темой которой выступит регулирование размера платы за коммунальные услуги населением страны.

«Интересно, надо будет посмотреть», — подумал Аркадий Семёнович и задумался.

Он периодически любил вот так мечтать, представляя себя то мэром города, то губернатором, то президентом. Сладко потягиваясь в кресле, Аркадий Семёнович представлял, как он, если бы был губернатором, то приходил бы в любой магазин области, и ему бы все продавцы продавали товары со скидкой, а владельцы магазинов дарили бы всё совершенно бесплатно за его заслуги перед народом. А если бы он был президентом, то сразу бы поднял всем пенсионерам пенсии в пять раз.

Внезапно мысли Аркадия Семёновича прервал громкий мужской голос:

— Бубенцов, а каково ваше мнение по поводу введения взноса на полукапитальный ремонт общего имущества многоквартирного дома?

Голос был очень строгий, и его интонации не давали Аркадию Ивановичу сосредоточиться и сразу ответить на вопрос.

— Э-э-э… Ну, я думаю, что введение этого взноса излишне, — промямлил пенсионер. — И меня никто об этом не спросил.

— Что-о-о? — с экрана телевизора на Аркадия Семёновича смотрел солидный мужчина в строгом костюме в очках. Именно он и разговаривал с нашим знакомым.

— Почему вы так считаете? Обоснуйте, — не унимался мужчина.

Не успел Аркадий Семёнович открыть рот для ответа, как в зрительном зале во втором ряду встал его давний знакомый Прохор Карпович Оглоблев, с которым наш пенсионер работал давно на лесопилке.

— Уж кому-кому, а тебе, Бубенцов, стыдно возражать против взноса, ведь ты тогда украл с лесопилки целый куб отличных досок себе на дачу, помнишь? — обличал Оглоблев Аркадия Семёновича. — Ты же не имеешь морального права отказываться от взноса, ведь ты его уже компенсировал теми досками, так что будь добр, расплатись-ка теперь внесением взноса!

Аркадий Семёнович при этих словах задрожал, лоб его покрылся испариной. Лихорадочно соображая, как бы откреститься от той давней кражи, он не заметил, как в комнату вошёл мужчина в милицейской форме с погонами капитана и рявкнул:

— Капитан ОБХСС Степанюк Пётр Иванович! Разрешите ваши документы!

Аркадий Семёнович достал из кармана паспорт и протянул капитану.

— Та-а-ак, Бубенцов, ну и что можете сказать по поводу украденных досок?

— Не брал, товарищ капитан. Не я это.

— Врёшь, гад! Оглоблев на тебя показал и указал, где ты спрятал эти доски, — беспощадно обличал капитан пенсионера.

При этих словах Аркадий Семёнович весь сжался и очень испугался, ведь он не знал, как выйти из этой ситуации с положительным для себя результатом.

Бобры.

— Знаешь, сколько лет тебе дадут за эту кражу, а?! У, я вас за версту чую, расхитители социалистической собственности! — крыл пенсионера милиционер.

— И сколько же, товарищ капитан? — жалобно проблеял пенсионер. — А если я всё верну, то тогда как?

— Всё равно, даже с возвратом собственности государству тебе светит от пяти до семи лет. И сидеть тебе придётся на Колыме. Вот там ты и увидишь, из чего делают доски! — сказал как отрубил капитан.

Аркадий Семёнович представил себе, как в телогрейке, кроличьей шапке и валенках он будет валить лес на Колыме, и ему стало очень жалко себя, ведь там он загубит всё своё здоровье или, того хуже, умрёт там.

— Однако есть способ загладить вину перед государством без отбывания наказания в виде лишения свободы, — вселил надежду капитан.

— А как? КАК? — вопрошал пенсионер, ломая руки.

— Для того чтобы не сидеть в тюрьме, вы должны подписать один документик, — сказал капитан, доставая листок бумаги.

— И что, меня не посадят, да? — не верил Аркадий Семёнович. — А что надо делать?

— На, читай.

Аркадий Семёнович надел очки и начал читать документ:

«Я, ФИО, год и место рождения, данные паспорта гражданина, место регистрации, обязуюсь в течение 15 лет со дня подписания настоящего Обязательства беспрекословно оплачивать ежемесячно следующие взносы:

— взнос на личное использование атмосферного воздуха;

— взнос на поддержание в исправном состоянии сидений в общественном транспорте (независимо от пользования мною общественным транспортом);

— взнос на отлов бездомных домашних животных;

— взнос на наличие в собственности любого мехового изделия (шубы, полушубка, манто, шапки и т.п.);

— взнос на использование устно и письменно слова «да»;

— взнос на пролёт перелётных птиц через территорию проживания;

— взнос на отлов грызунов в подвалах жилых домов;

— взнос на возможность передачи радио- и телесигналов по территории проживания;

— взнос на развитие инфраструктуры сети станций, предсказывающих землетрясения;

— взнос на поддержку организаций, борющихся с употреблением нецензурной лексики в общественных местах;

— взнос за возможность подписать данное Обязательство;

— взнос на исследования в сфере полезности пончиков для здоровья диабетиков;

— просто взнос.

Подтверждаю, что данное Обязательство я подписываю добровольно, пребывая в трезвом уме и действуя во благо общества.

Последующий мой возможный отказ от исполнения данного Обязательства явится причиной моего немедленного заключения под стражу и последующей отправки в места лишения свободы сроком на 10 лет.

ФИО, расшифровка, подпись, дата».

Заканчивая читать Обязательство, Аркадий Семёнович чувствовал, что земля у него уходит из-под ног при одной мысли о том, где взять столько денег на оплату всех этих взносов, ведь из доходов у него только пенсия по возрасту. Тем не менее, сидеть в тюрьме ему тоже не хотелось.

— Ну что, прочитал? — спросил капитан.

— Да, всё ясно. Подписывать?

— Конечно, но знай, если нарушишь, то я буду первый, кто придёт за тобой! — грозно изрёк капитан Степанюк.

Аркадий Семёнович быстро подписал Обязательство, и капитан ушёл.

Пенсионер хотел было уже присесть в кресло, однако из телевизора раздался голос ведущей:

— Вот, например, товарищ Бубенцов только что подписал обязательство о выплате всех взносов, полезных обществу. Как вы думаете, уважаемые гости программы, сможет ли простой пенсионер регулярно оплачивать эти взносы ежемесячно? Хотелось бы выслушать ваше мнение!

— Думаю, что нет, а подписал он его, чтобы в тюрьму не сесть, — бодро говорил Оглоблев.

— Уверена, что он начнёт воровать, чтобы исполнить обязательство, — вторила ему худощавая пенсионерка Поклёпова из Ростова-на-Ангаре.

Аркадий Семёнович беспомощно смотрел в экран телевизора, не имея возможности возразить, так как все его реплики оставались без внимания зрительного зала. Он чуть не плакал.

— Подводя итог программе, предлагаю, уважаемые гости программы и телезрители, сделать лицо Бубенцова эмблемой проекта «Образцовый плательщик взносов»! Кто за? Единогласно. Итак, Аркадий Семёнович, вы единогласно избраны лицом проекта. По этому случаю вам уже сегодня необходимо внести также и взнос за возможность быть лицом проекта в размере 57 281 рублей 28 копеек! — бодро сказала ведущая.

— Но как же так?! — вопрошал Бубенцов. — Ведь именно такая сумма и лежит на моей сберкнижке, и это все мои сбережения!

— Неужели вы хотите опорочить этот великий проект какой-то мелочной расчётливостью?! — позорила пенсионера ведущая.

— Не забывай про обязательство, жмот! — напомнил Оглоблев.

В отчаянии Аркадий Семёнович рухнул в кресло и разрыдался, понимая всю безысходность ситуации.

* * *

Проснувшись в кресле, Аркадий Семёнович Бубенцов понял, что все вышеописанные события являются всего лишь сном.

— Фу-у-у-у! — перевёл дух пенсионер. — Господи, и приснится же такое!

Он встал из кресла и молча пошёл на кухню выпить валидолу.

Вожделенный сыр

Тот, кто много накопил, многого лишится.

Хун Цзычэн

Игнатий Прокопьевич Ожиданский увлечённо читал объявление в газете «Объявления»: «Наша фирма предлагает Вам вложить свои денежные средства в проект „Идапир“ под 45% ежемесячного дохода! От Вас требуется только энтузиазм, участие и, конечно же, деньги! Также приветствуется привлечение Ваших друзей, знакомых и родственников в наш общий проект! Торопитесь, чем быстрее, тем больше и скорее Вы получите СВОИ кровные, МНОГО!!! В дальнейшем ожидается реальное увеличение доходов!»

— Натусик, пойди сюда! — позвал Игнатий свою жену Наталью Ивановну Ожиданскую, работавшую кассиром в городской сберкассе.

— Да, пупсик! Уже иду! — мило воркуя, подходила к супругу вторая половина.

Громко чмокнув мужа в щёку, Натусик присела к нему на колени, обвив его шею пухлыми руками, пальцы которых были усыпаны перстнями с драгоценными камнями.

— Смотри, какое интересное объявление! Читай же! — нетерпеливо проговорил супруг, улыбаясь во весь предвкушающий рот.

— Да это же ведь пирамида обыкновенная, вложимся, а потом пролетим. Вспомни, сколько раньше в стране было таких случаев! Нет, милый, это развод. Наши денежки не должны пострадать, так ведь?! — улыбаясь золотыми зубами, пропела Наташа.

— Ну ладно, пойдём тогда пить чай с бубликами, мой пончик! — приласкала мужа Натусик.

— А пошли, моя пышечка! — улыбался жёнушке розовощёкий Игнатий.

Они прошли в кухню, где жена разлила по алюминиевым кружкам кипяток и положила в одну из них пакетик с чаем. Через несколько минут Натусик положила этот же пакетик во вторую кружку, а ещё через пять минут убрала этот пакетик из кружки в специальную баночку, которую спрятала в прабабушкин комод, ножки которого были перемотаны синей изолентой. Таких баночек, заполненных пакетиками, в комоде уже скопилось семнадцать штук.

— Сегодня у нас мини-праздник: бублики, по два каждому! — мило проворковала Наталья, передавая мужу ровно два бублика.

— Вот быстрее бы на работу, там хорошо — ешь не хочу и, главное, деньги тратить не надо, всё бесплатно! — улыбаясь, произнёс Игнатий.

— Да, мой милый, повезло же нам с твоей работой — сколько экономим-то, сколько откладываем! Ты, главное, ешь побольше там, чтобы дома вообще не есть! Представляешь, разбогатеем как! Все обзавидуются пусть! А особенно эти жмоты Долврины, снега у них зимой не выпросишь! Не захотели нам по закупочной цене товары продавать! Типа «у нас нет скидок ни для кого»! Ишь ты! Мало им двух магазинов, уже третий открывают! Но ничего, авось прогорят. Слыхала, что они кредиты с трудом тянут! Поделом им всем! Кушай, мой зайчик! — радовалась женушка. — Но отношения не будем портить с ними. Потом посмотрим, как они вылетят в трубу, сами расскажут, а мы затем порадуемся. Глядишь, и по дешевке бизнес скупим! — смеялась довольная жена.

— Да, Тусечка, детский сад — это рай: ешь не хочу! А сколько я моющих средств приношу из садика, а?! А лампочки, а?! А веники, а?! — раззадоривал себя муж.

— А помнишь, как я возле кассы подняла на полу кошелёк, который бабка старая обронила? Счастья привалило. Вот бы каждый день так! Нечего рот разевать старой карге!

Наташа и Игнатий весело хохотали, держась за пухлые животы рыхлыми руками.


* * *

Прошли две недели. Как-то, стоя в очереди в магазине Долвриных за продуктами, Натусик краем уха услышала, как владелица торговой точки за занавеской тихо переговаривались с кем-то по телефону: «Да, Настя, да! Представляешь, этот „Идапир“ реально работает! Месяц назад вложили с Петькой двести тысяч, а сегодня получили двести девяносто тысяч! Завтра понесу миллион, прямо утром. Смотри, никому не говори, сами обогатимся!»

Купив уценённые бананы, Наташа быстро пошла домой.

По пути домой она думала, что завтра же понесёт в «Идапир» все свои средства, коих было аж целых два миллиона пятьсот тридцать пять тысяч рублей двадцать восемь копеек. Неважно, как они получены, откуда взяты, как накоплены. Главное, что имеются в наличии.


* * *

Рабочий день заканчивался, и Игнатий, пока детсадовская столовая была пуста, незаметно прошёл туда. Набив внутренние карманы куртки кусками хлеба, он, жуя кусок котлеты, запивал всё чаем. Затем, ссыпав из солонок половину соли в специально приготовленный пакетик внутри пиджака, Игнатий тщательно запахнул его.

Радостно улыбаясь от будущих похвал жены за расторопность на работе, Игнатий вышел из столовой и направился в кладовку, где он припрятал тайно взятые рабочие рукавицы.

Засунув рукавицы в сапоги, довольный Игнатий пошёл домой.

В левом кармане его брюк лежала детская футболка с надписью «Overkill», которую он подумывал продать соседской семье, ведь у них как раз был мальчик подходящего роста.

Игнатий думал, что шкафчики для одежды надо было закрывать родителям лучше, тщательнее.

* * *

Не успев снять сапоги, Игнатий почувствовал, как его жена бросилась ему на шею с криком «Мопсик, скоро разбогатеем! Всех переплюнем! Все обзавидуются!»

— Да что случилось-то, Туська? — вопрошал Игнатий.

— Представляешь, стою сегодня у Долвриных в магазине за бананами… — начала рассказывать жена.

— Подожди, подожди, бананы-то хоть уценённые взяла?! — грозно сверкнув глазами, спросил Игнатий.

— Конечно, конечно же, ты же меня знаешь! — отчиталась жена.

— Молодец, Тусенька! Дай чмокну козочку! — благодарил предусмотрительную и бережливую жену Игнатий, целуя румяную щёчку жёнушки.

— Ну вот, стою и слышу, как Катька Долврина говорит какой-то Насте, что она с мужем вложила в «Идапир» двести тысяч, а сегодня они получили двести девяносто тысяч! Представляешь!!! Да это же золотое дно! Мы обогатимся! — нетерпеливо кричала жена.

— Правда, что ли?! — вопрошал удивлённый муж.

— Да, давай завтра же деньги понесём в «Идапир» и вложим. Все наши денежки, любимый!

Схватившись за руки, Игнатий и Туся начали радостно танцевать по квартире, запинаясь о расстеленные на полу коврики, тайно взятые в складе сберкассы.

* * *

Весь месяц после вложения своих средств в «Идапир» супружеская чета Ожиданских внимательно отслеживала все объявления в СМИ относительно данного проекта, а Тусечка тщательно собирала все слухи касательно «Идапира».

В предвкушении получения нереальных дивидендов радостная Туся зашла в магазин Долвриных, чтобы на этот раз купить — да и чёрт с ним! — свежих бананов.

Стоя в очереди, Туся мечтала о том, в какой сумке она понесёт свои денежки из «Идапира». Она предвкушала, как следующий вклад они с Игнаткой сделают ещё на большую сумму. Во повезло!

Случайно Наташа услышала, как владелица магазина тихо с кем-то разговаривает по телефону: «Представляешь, Светка, а „Идапир“-то развалился уже давно, ещё месяц назад. Просто эту информацию не публикуют специально. Людей пролетело-о-о! Уйма! А я этой дуре Насте специально советовала, типа, мол, вкладывай в этот „Идапир“, получишь бешеные деньги! Ага, щас, держи карман шире! А эта дурёха все свои деньги и отнесла, прикинь!»

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 32
печатная A5
от 379