электронная
280
печатная A5
546
18+
Вкус запретной любви

Бесплатный фрагмент - Вкус запретной любви

Хроники Золотого века

Объем:
312 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-6833-1
электронная
от 280
печатная A5
от 546

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Предисловие автора

В предлагаемой читателю книге пересекаются два сюжетных и смысловых контекста: романтический и исторический.

Романтический и связанный с ним нравственно психологический аспект романа показывает жизненный путь главных героев — Марисоль и Родриго, выходцев из знатных родов Испании, их борьбу за право быть счастливыми. В силу многочисленных церковных догматов и социальных предрассудков их любовь оказывается невозможной на родине, что вынуждает их бежать из родной страны. Но и на чужбине им приходится нелегко. Нужно приспосабливаться к жизни на далекой земле, где отсутствуют блага цивилизации — к которым они привыкли, отбиваться от завистников и врагов, которые хотят разрушить их семью, а также искать тот уголок в Новом Свете, где они, наконец, смогут обрести счастье — преодолевая многочисленные трудности и проходя через тяжелые испытания.

Исторический аспект повествует о событиях в Испании в первой четверти XVI, века, или, Золотого века, как называют его историки. Эта эпоха наступила после завершения Реконкисты — окончательного изгнания мавров из страны и ее последующего объединения под властью католических королей. Консолидация и расцвет нации сопровождались, однако, усилением католической церкви и ее главного оплота — инквизиции, что повлекло за собой ужесточение репрессий против инакомыслящих. Это было одной из причин, почему люди бежали из страны, устремляясь в Новый Свет, открытый Христофором Колумбом при поддержке его покровительницы — королевы Изабеллы.

Приход Золотого века вызвал также расслоение в среде дворянства и обеднение значительной его части, что привело к появлению нового социального слоя — нищих странствующих рыцарей — идальго. Именно эти люди — авантюристы и составили основной контингент переселенцев в Новый Свет, отправляясь туда в поисках наживы и приключений.

Поэтому испанская колонизация Америки — другая важная тема этой книги. Здесь нашли освещение освоение новых земель переселенцами и жизнь коренных обитателей страны — индейцев.

Каждый человек стремится осуществить в своей жизни три главные задачи: стать таким, каким его замыслил Творец, и осуществить свое предназначение, встретить свою вторую половинку и соединиться с ней, найти свою землю обетованную и обустроить ее.

В книге рассказывается о том, как главные герои, пусть неосознанно, постепенно, шаг за шагом приходят к осуществлению этих жизненных целей и становятся счастливыми.

Часть I

Глава 1

Испания, Мадрид, 1513 г.

В большом доме доньи Экарнасьон де ла Фуэнте на улице Соролья царила суматоха. Все слуги были заняты уборкой и приготовлением угощения. В этот день все ожидали прибытия старшей дочери, Марии Соледад, которая только что закончила свое обучение в монастыре кармелиток в Леоне.

Донья Энкарнасьон была вдовой. Ее супруг, Хуан Мануэль Эчеверия Мендес, скончался несколько лет назад от тяжелой болезни, оставив свою супругу с четырьмя детьми. Старшему сыну Хуану Роберто уже исполнилось двадцать лет, и он проходил службу при королевском дворе.

Мария Соледад была вторым ребенком в семье. Девочка обучалась в монастыре с девяти лет, и сейчас ей уже минуло четырнадцать. Ее сестра Исабель, которая была на три года моложе, училась в том же самом монастыре. Самому младшему сыну доньи Энкарнасьон, Хорхе Мигелю, было всего семь лет.

Донья Энкарнасьон очень любила своего мужа и сильно страдала от его потери. У них была очень хорошая и дружная семья, и она и думать не хотела о том, чтобы выйти замуж еще раз — хотя была еще молода — решив хранить верность своему покойному супругу и посвятить себя воспитанию детей.

Супруг доньи Энкарнасьон не был богатым человеком, но ее родители согласились на их брак, потому что он происходил из древнего рыцарского рода и очень любил свою невесту. Супруги прожили в любви и согласии более двадцати лет.

Донья Энкарнасьон унаследовала от своих родителей огромное состояние. Ее мать еще была жива и часто навещала свою дочь и внуков.

Донья Энкарнасьон очень волновалась, готовясь к встрече с дочерью. Раньше она несколько раз навещала Марию Соледад в монастыре во время ее учебы. Теперь молодая девушка наконец-то возвращалась в родной дом. Пора было уже думать о том, чтобы подыскать ей подходящего жениха. Но ее мать решила пока не спешить с этим.

Готовясь к встрече, донья Энкарнасьон надела свое любимое шелковое платье бежевого цвета. Она была довольно полной, дородной женщиной, очень властной по характеру. Ее покойный супруг, напротив, всегда был худощавым, и имел спокойный нрав. Старший сын Роберто вышел в мать, а Мария Соледад внешне была похожа на отца, но по характеру не походила ни на одного из своих родителей. Девочка была очень своеобразной по натуре и казалась загадкой для своих родных.

Вскоре послышался стук лошадиных копыт, и хозяйка дома увидела карету, подъезжающую к парадному входу. Несколько дней назад хозяйка дома отправила кучера и служанку в Леон за своей дочерью и вот, наконец, они вернулись вместе с Марией Соледад. Дорога, по которой они ехали, хорошо охранялась рыцарями его величества — в отличие от многих других, где хозяйничали разбойники и нищие идальго — и поэтому донья Энкарнасьон была спокойна.

— Приехали, приехали! — закричала горничная, подбегая к двери. Донья Энкарнасьон в сопровождении старшего сына и, ведя за руку младшего, вышла на улицу. Из кареты вышла молодая девушка хрупкого телосложения с густыми темными волосами, ослепительно белой кожей и большими карими глазами.

— Мама, братья, как же я соскучилась! — воскликнула она и сразу оказалась в крепких объятиях доньи Энкарнасьон, которая даже прослезилась от радости.

— Здравствуй, доченька, моя Марисоль, как хорошо, что ты вернулась и теперь всегда будешь с нами! — восторженно повторяла она, целуя свою дочь. Старший брат Роберто, который тоже обожал свою сестру, стиснул ее в своих крепких объятьях. Марисоль обняла также и своего младшего брата. Все вместе вошли в дом, радостно переговариваясь.

Их окружили слуги, которые тоже были очень рады возвращению сеньориты.

— Луиза, отнеси вещи Марисоль в ее комнату и приготовь ей ванну, она должна вымыться с дороги, — приказала служанке донья Энкарнасьон.

— Ванна готова, госпожа, — ответила служанка, забирая вещи Марисоль. Донья Энкарнасьон проводила дочь в ее комнату.

— Переодевайся и купайся, девочка моя, — ласково сказала она, — мы ждем тебя в гостиной.

Через полчаса Марисоль, приняв ванну и переодевшись в новое платье, вышла в гостиную, где началась трапеза. На столе были поданы традиционные мадридские блюда — асадо из барашка, запеченная крица, косидо — блюдо из гороха и фасоли, рыба, свежие овощи, хлеб и молодое вино. Были приглашены также бабушка, донья Марисабель, и тети — сестры доньи Энкарнасьон.

— Ну, расскажи нам о своей жизни в монастыре, Марисоль! — просили гости молодую девушку, наслаждаясь трапезой.

Но девушка только скромно улыбалась в ответ. Рассказывать было особенно нечего. Строгая дисциплина, ранний подъем, молитвы, уроки, послушания, домашние задания, скудная еда, строгие монахини, которые наказывали за малейшую провинность. Марисоль была рада, что все это закончилась, и теперь она в полной мере могла насладиться свободой в доме своей матери.

Она сообщила, что хочет петь в церковном хоре, потому что любила музыку, играла на лютне и во время учебы пела в монастырском хоре. Донье Энкарнасьон понравилась эта идея.

Она была рада за дочь и очень гордились ею. Марисоль показала хорошие успехи в учебе и была послушной ученицей. Донья Энкарнасьон хотела дать всем своим детям хорошее образование, и была очень счастлива, что ее дочь успешно закончила свою учебу.

Глава 2

Спустя несколько дней Марисоль отправилась навестить свою подругу, с которой они вместе проходили обучение в монастыре кармелиток. Елена Родригес Гуанатасиг — так звали подругу — жила неподалеку, на улице Флорес, в небольшом доме. Мать Елены умерла при родах, и девочку воспитывала бабушка, донья Луиза, а также незамужние сестры ее отца.

Семья Елены была небогатой. Отец девушки служил в мэрии, участвуя в управлении городскими делами.

Елена была младшей дочерью в семье. Ее старший брат несколько лет назад отправился искать приключений в колонии Новой Индии, а средний, Энрике, проходил военную службу на юге Испании, где еще наводили порядок после изгнания мавров.

— Я уже соскучилась по тебе, Марисоль! — воскликнула Елена, увидев свою подругу. — Мы ведь будем дружить, как и раньше?

— Конечно, дорогая! — ответила Марисоль. — Я тоже скучала без тебя — ведь мы всегда были вместе, все эти годы. Родители меня почти никуда не выпускают, говорят, нехорошо, если девушка будет выходить или выезжать одна. Давай вместе погуляем?

— Непременно, подруга. Но что ты собираешься делать?

— Мама хочет отправить меня в наше поместье на юге. Может, поедешь со мной?

— С удовольствием, если меня отпустят с тобой! Кстати, там служит мой брат Энрике. Если Бог даст, повидаемся с ним!

Девушки отпросились у бабушки Елены погулять по городу, но донья Луиза согласилась с условием, что они не будут выходить из экипажа, находясь под строгим присмотром кучера. Повозка выехала со двора, и лошади весело понеслись по булыжным мостовым Мадрида.

Мадрид тогда еще не был столицей Испании и потому казался обычным провинциальным городом. Однако королевский двор находился неподалеку, в городе Толедо. Там служил рыцарем его королевского величества старший брат Марисоль — Хуан Роберто. Поскольку наследник престола, Карл I, внук звездной королевской четы — Изабеллы и Фернандо, был еще несовершеннолетним, а все предки его уже отошли в мир иной, страной управлял регент.

Девушки радовались прогулке по улицам города, оказавшись на воле, после стольких лет заточения в монастыре. Копыта лошадей, везущих экипаж, весело стучали по мостовой. Прохожие, особенно молодые люди, заглядывались на хорошеньких сеньорит. Подруги весело щебетали и смеялись, между тем как кучер пытался уменьшить их пыл, говоря, что неприлично юным особам так себя вести.

— И здесь, как в монастыре, везде запреты! — посетовала Елена. — Никакой свободы!

— Ничего, мы поедем на юг, в наше поместье, — там нас не будут так сильно опекать, как в этом городе! — засмеялась Марисоль.

Вскоре они оказались на одной из площадей города, где проводились казни. Елена рассказала, что на днях здесь сожгли еретиков.

— Кто такие еретики? — спросила Марисоль.

— Я не знаю точно. Бабушка говорит, что они не признают Святое Писание и выступают против Папы.

— Неужели за это надо сжигать людей? — удивилась Марисоль.

Но Елена в ответ только пожала плечами.

Они подъехали ближе. На площади между тем подносили дрова для нового костра.

— Завтра будут еще кого-то сжигать, — заметила Елена.

Марисоль стало не по себе.

— Давайте скорей уедем отсюда, — сказал она кучеру.

Настроение было испорчено, девушка чувствовала на душе неприятный осадок.

— Что-то мне расхотелось гулять, — сказала она.

Они вернулись домой.

***

Через несколько дней мрачные впечатления от прогулки по Мадриду развеялись, и подруги в сопровождении бабушки Марисоль, доньи Марисабель, отправились на юг страны, в Андалузию, где находилось большое родовое поместье семьи де ла Фуэнте. Оно было пожаловано королем предкам доньи Энкарнасьон еще в XIII веке после изгнания мавров из Кордовы. Новые хозяева в течение почти двух веков усердно обустраивали бывшую мавританскую резиденцию одного из советников эмира. Отец Марисоль также много времени проводил в поместье своей супруги, перестраивая старый дом, но не успел закончить все, что задумал, внезапно скончавшись от обострившейся болезни.

После нескольких дней утомительного путешествия по выжженной солнцем каменистой земле Кастилии Ла Манча и предгорьям Андалусии путешественницы прибыли к месту назначения. Их встретил большой каменный дом в мавританском стиле.

Усадьба находилась неподалеку от Кордовы. Наружная стена дома была глухая, как это принято на Востоке, зато сразу за домом имелось патио, переходящее в большой сад, который тоже был окружен высокой каменной стеной. В саду было множество фонтанов и беседок, а также водоем, где можно было купаться в жаркие дни. Во внутреннем дворике находился прекрасный фонтан, вокруг которого цвели роскошные цветы и росли гранатовые деревья.

Под руководством управляющего крестьяне, работавшие в поместье, следили за садом, собирали урожай цитрусовых, гранатов, винограда, и других фруктов, которые отправлялись на продажу, составляя дополнительный доход для семьи Эчеверия де ла Фуэнте.

Девушки весело щебетали, осматривая дом, между тем как бабушка пыталась их урезонить. Управляющий был доволен, что в скучное однообразие его жизни внезапно ворвались эти две юные особы, такие веселые и очаровательные. Он с удовольствием показывал им дом и сад.

Девушки, утомленные жарой, тут же решили искупаться в бассейне, несмотря на недовольство доньи Марисабель. После этого их ждал изысканный обед, приготовленный кухаркой Марией по случаю их приезда.

Пообедав, все отправились спать — согласно обычаю, было положено соблюдать сиесту. Вечером управляющий обещал показать девушкам город Кордову.

После того, как все прибывшие хозяева и гости выспались и выпили прохладного чаю с мятой, девушки стали подбирать платья для вечернего выезда в город. Они весело смеялись, примеряя и показывая друг другу свои наряды. Донья Марисабель, однако, не велела им одеваться слишком вызывающе.

— Не надо походить на женщин легкого поведения, женщин из низших слоев, — строго сказала она. — Помните, что вы — из знатных родов, и должны вести себя достойно.

В конце концов, Марисоль выбрала серое платье, которое ей очень шло, а Елена — светло-розовое. Они дополнили свой гардероб изящными шляпками.

Смеясь и шутя, девушки сели в карету, запряженную двумя белыми лошадьми. Бабушка долго давала напутствие управляющему, дону Хосе Лопесу, чтобы он не выпускал девушек из экипажа и следил, чтобы они вели себя прилично, не привлекая взоров любопытных. Наконец, карета тронулась.

Лошади весело неслись по проселочной дороге. Примерно через час пути экипаж приблизился к городу Кордова. Марисоль и Елена были заворожены внушительным видом этого мавританского наследия. Огромная глухая стена, окружала город, но сейчас ворота были открыты. Все враги Испании были побеждены, и жителям города угрожали разве что бродячие разбойники.

С двух сторон от массивных городских ворот высились огромные сторожевые башни. Город утопал в садах, которые начинались сразу за узкими улочками, куда выходили глухие фасады домов. Жители Кордовы решили внести разнообразие в эти унылые серые стены и стали украшать их, вывешивая на уличной стороне своих жилищ горшки с яркими цветами. Это было очень красиво. Однако карета не могла проехать по узким улочкам, и хотя девушки просились выйти, чтобы посмотреть поближе на великолепие цветов, дон Хосе Лопес был неумолим.

Карета проследовала к центру города, на главную площадь, где находились Алькасар — бывшая резиденция эмира, в котором теперь располагался Высший Церковный Суд — инквизиция, а также Мескита — старинная мусульманская мечеть, которая была перестроена в христианский собор. По пути Дон Хосе рассказывал девушкам очень подробно об обычаях мавров — прежних обитателей Кордовы, и о традициях современных жителей.

Проехав по центру города, они отправились на набережную реки Гвадалквивир, где виднелись развалины древнего римского моста. Там гуляло множество народу, и управляющий все же разрешил девушкам выйти из кареты и немного размяться. Подруги с радостью воспользовались этой возможностью. Однако дон Хосе не спускал с них глаз.

По великолепной набережной, выложенной розовым мрамором, неторопливо прохаживались люди, нарядно разодетые, хотя большинство из них, казалось, не были знатного происхождения. Неподалеку гарцевали на своих лошадях рыцари его королевского величества. Девушки засмотрелись на молодых статных всадников, и вдруг один из них воскликнул:

— Елена, сестра моя!

К молодым девушкам приблизился стройный рыцарь на коне, спешился, и, не отпуская удил, подошел и поклонился.

— Энрике, брат мой дорогой! — воскликнула Елена и обняла молодого человека. — Какая радость!

Молодой человек, одетый в рыцарские доспехи, казался очень симпатичным и приветливым. Он был среднего роста, строен и даже изящен, с большими серыми глазами.

— Какими судьбами, сестренка? — спросил он у сестры. — И что это за прекрасная девушка рядом с тобой? — он с улыбкой посмотрел в сторону Марисоль.

— Ах, да, познакомьтесь! — воскликнула Елена. — Марисоль, это Энрике, мой брат, он здесь на службе — рыцарь его королевского величества. — А это Марисоль Эчеверия де ла Фуэнте, моя подруга! Мы вместе учились в монастыре. У них здесь поместье, а я у нее в гостях! — она повернулась к управляющему, который не сводил с них пристального взгляда, помня наказы доньи Марисабель.

— Это наш управляющий, дон Хосе, он следит за нами, как бы чего не случилось!

Все присутствующие весело рассмеялись. Между тем молодой человек не сводил взгляда с Марисоль.

— Как вам здесь, в Кордове, нравится? — спросил он у нее.

Девушка смутилась и потупила взгляд.

— Да, здесь очень красиво. Но мы только сегодня приехали, еще много чего не видели.

— Ну, так в чем дело? — сказал Энрике. — Если вы позволите, я покажу вам Кордову, все прекрасные места в городе и вокруг него — когда у меня будет выходной день.

— Марисоль, а мы ведь можем пригласить Энрике в твое поместье? — оживленно воскликнула Елена.

— Я думаю, что да, но надо предупредить бабушку.

— Через пять дней у меня как раз выходной, мы сможем увидеться? — спросил Энрике у Марисоль.

— Я скажу бабушке, что вы брат Елены и хотите нас навестить, думаю, она позволит!

— Ну, вот и договорились! — молодой человек оживился. Видно было, что ему очень понравилась подруга Елены, и он не хотел с ней расставаться.

Между тем дон Хосе делал знаки, что пора возвращаться. Девушки нехотя сели в карету.

— Я провожу вас до ворот, — сказал Энрике и вскочил на своего коня.

Карета тронулась, и в сопровождении брата Елены отправилась к городским воротам. Девушки хихикали, таинственно поглядывая друг на друга, пока они ехали вместе. У городских ворот Энрике распрощался, обещая приехать к ним в поместье через пять дней.

— Ну, как, тебе понравился мой брат? — с заговорщическим видом шепнула Елена на ухо Марисоль. — Похоже, он на тебя глаз положил! Вон как смотрел на тебя!

— Твой брат очень симпатичный и галантный, производит приятное впечатление, — уклончиво ответила девушка. — Ну не знаю, посмотрим.

Но по всему видно было, что встреча с братом Елены не оставила ее равнодушной.

Девушки напросились, чтобы им позволили переночевать в одной комнате, и перед сном долго еще шептались и смеялись. Теперь жизнь казалась им увлекательным приключением, и они предвкушали чудесные события, которые их ожидают.

Глава 3

В воскресенье в андалузском поместье семьи де ла Фуэнте с утра ожидали гостей. Донья Марисабель давала указания кухаркам, какие блюда приготовить, а своей внучке и ее подруге — какие платья надеть и как себя вести. Предполагалось, что брат Елены приедет не один, а приведет с собой кого-нибудь из друзей, чтобы познакомить с ними свою сестру.

Марисоль надела нежно-голубое платье, которое очень хорошо сидело на ее стройной фигурке и оттеняло ее нежно-розовую кожу. Елена облачилась в светло-бежевое платье. Она казалась полнее и сильнее, чем Марисоль, но при этом имела очень изящную фигуру. Гибкие очертания ее стана заставляли вздыхать многих молодых людей.

Марисоль очень волновалась — впервые в жизни ей предстояла встреча с молодым человеком, который обратил на нее внимание, и, наверное, тоже ей понравился.

Гости появились к обеду — Энрике и в самом деле привел с собой друга, Рамона дель Кастильо, сына одного из самых богатых землевладельцев страны. Обоим юношам было семнадцать лет.

Энрике и его друг прибыли уже без рыцарского облачения, в изящных камзолах. Теперь Марисоль смогла рассмотреть брата Елены. У него было довольно привлекательное лицо, покрытое южным загаром, и сам он был очень изящен и хорошо сложен, как и его сестра.

Молодые люди любезно поприветствовали донью Марисабель и преподнесли ей подарки — восточные сладости, произведенные лучшими кондитерами Кордовы. Энрике обнял свою сестру, а затем улыбнулся и поклонился Марисоль. Она скромно ответила ему и потупила взгляд. Теперь юноша уже не сводил с нее глаз.

Его друг был веселым балагуром, который беспрестанно шутил и дарил комплименты дамам. Сестра Энрике вряд ли обратила на него внимание, но была очень любезна, как того требовали правила этикета.

Обеденный стол был накрыт в патио. Подали жареного барашка, блюда из фасоли, свежие эмпанадас — пирожки, которые кухарка поместья готовила так изысканно, как больше нигде — и все наслаждались их изысканным вкусом. На столе были также фрукты, вино и сладости.

Донья Марисабель расспрашивала молодых людей об их службе, и они с увлечением рассказывали разные забавные истории. После обеда пожилая сеньора продолжила беседу с Рамоном и Еленой, а Энрике подошел к Марисоль, и они удалились и сели на скамейку в глубине патио.

— Вы очень красивая, Марисоль, — сказал Энрике, взяв ее за руку и целуя ее пальцы. — Вы мне очень нравитесь. В вас есть что-то особенное.

Девушка заметила, что бабушка время от времени бросает взгляд на них, и поспешила убрать руку.

— Можно я буду навещать вас время от времени? — продолжал молодой человек.

— Конечно, я буду рада, и все мы тоже. Приезжайте.

— У вас еще нет жениха? — неожиданно спросил Энрике.

Марисоль смутилась и сказала, что они с Еленой только недавно вышли из монастыря, где провели в заточении несколько лет, изучая разные науки, и вот теперь приехали отдохнуть в ее поместье. Она еще не успела ни с кем познакомиться.

— Тогда можно я буду вашим женихом? — сказал юноша, снова беря ее за руку и смотря в ее глаза.

Марисоль очень смутилась. Она не ожидала услышать этих слов так быстро. К тому же, она была еще совсем юной, почти девочкой.

Видя ее замешательство, юноша сказал:

— Мне еще два года служить нашему королю. А когда я закончу службу, сразу приеду в Мадрид просить вашей руки.

— Хорошо, — тихо сказала Марисоль. Она еще не знала, радоваться или нет такому повороту событий. Юноша ей нравился, но ведь за это время еще столько всего могло произойти!

Они посидели на скамье под гранатовым деревом еще некоторое время. Марисоль рассказала Энрике о своей учебе в монастыре, о строгих порядках, которые там царили, и о том, как воспитанницы пытались их обойти, чтобы иногда получить хоть немного свободы. Оба смеялись. Потом Марисоль сообщила своему собеседнику о своем желании петь в церковном хоре.

— Это хорошо, — сказал Энрике, — вам не будет скучно, пока я буду на службе.

Как-то незаметно пролетело время. Солнце начало садиться. Энрике поднялся со скамьи, где они сидели вместе с Марисоль, собираясь уходить.

— Нам пора, — тихо сказал он, поцеловав ее руку.

Молодые люди откланялись, сели на своих коней, которых слуги по приказу доньи Марисабель привели в порядок, напоили и накормили.

Девушки вышли за ворота проводить своих гостей и смотрели вслед удаляющимся всадникам, пока те не скрылись вдали.

— Ну, подруга, расскажи мне, о чем вы там так долго разговаривали с моим братом? — воскликнула Елена, когда они заходили в дом. — Мне не терпится узнать!

— Обо всем на свете, с твоим братом интересно!

— Но он тебе нравится?

— Нравится, но надо узнать человека получше, — уклончиво ответила Марисоль. — Он предложил стать моим женихом и сказал, что приедет просить моей руки, когда закончит службу.

— Вот как! — воскликнула Елена. — Похоже, он серьезно глаз на тебя положил! Ай, Энрике, Энрике! Смотри, подруга, еще породнимся с тобой! А мы так смеялись, пока разговаривали с Рамоном! Он такой шутник! Но, это не тот, за кого бы я вышла замуж, — понизив голос, добавила девушка.

Затем Марисоль пришлось отчитываться перед бабушкой о своем разговоре с Энрике. Однако она не сказала, что молодой человек предложил стать ее женихом.

Донья Марисабель напомнила своей внучке, как подобает вести себя с молодыми людьми.

— Эти рыцари его королевского величества такие повесы! Они очень ветреные, на них столько девушек заглядывается! Веди себя достойно, Мария Соледад, и не очень доверяй первым сказанным словам, чтобы не разочароваться потом. Человек познается не по тому, что говорит, а по своим поступкам.

После этого разговора Марисоль ненадолго уединилась в саду под эвкалиптовыми деревьями, чтобы привести в порядок свои мысли. Девушка подумала, что юноша еще не признался ей в любви и не спросил, любит ли она его, но уже предложил стать женихом.

Она не знала, как все должно быть между влюбленными. Но подумала, что если они будут встречаться, все еще определится. Между тем стало уже совсем темно, и она вернулась в дом. Зайдя в комнату, где они жили с подругой, девушка обнаружила, что Елена уже крепко спит.

«Наверное, Рамон утомил ее своими шутками», — подумала Марисоль и улыбнулась. Она вышла в умывальню, умыла руки и лицо, и, вернувшись, легла на свою кровать с мягкой периной и высокими подушками. Вскоре она заснула глубоким крепким сном.

Глава 4

Проходили дни в покое и безмятежности, и девушки наслаждались своей свободой, а также домашним уютом и комфортом, по которому соскучились за годы суровой жизни в монастыре. Они проводили время, гуляя по прекрасному саду, купаясь в водоеме и разговаривая о своих девичьих делах. По вечерам дон Хосе иногда вывозил их в Кордову, где они любовались прекрасными видами города, цветами, которые жители вывешивали на стенах своих домов, садами и фонтанами, а также смотрели на гуляющих людей.

Энрике и Рамон регулярно навещали их в свои свободные дни, и все присутствующие наслаждались приятной компанией, изысканной кухней, прекрасной атмосферой сада с его цветами, фонтанами и пением птиц.

Марисоль и Энрике любили уединяться на своей любимой скамье в тени гранатового дерева. Они стали хорошими друзьями. Энрике нравилось беседовать с девушкой, которая получила хорошее образование. Оба любили читать, хотя книги тогда еще были редкостью, и Энрике поведал своей невесте о том, что сам хочет когда-нибудь написать книгу. Иногда они гуляли по саду, и донья Марисабель, которая строго следила за каждым шагом девушек, просила управляющего или служанок приглядывать за молодыми людьми.

Еще одной достопримечательностью поместья были бани, оставшиеся от прежнего владельца, высокопоставленного мавра. Бывшие хозяева Андалузии строго соблюдали чистоту, мыться хотя бы раз в неделю было для них законом. В те времена в Испании еще мало кто имел такую роскошь. В самых богатых домах были ванны, но это было совсем другое.

Мавританские бани представляли собой небольшое каменное строение с несколькими помещениями, которые подогревались, и туда подавалась вода, горячая и холодная.

Девушки раз в неделю мылись в этих банях, и это им очень нравилось. Они предложили также и их гостям воспользоваться возможностью стать чистыми, и юноши с удовольствием согласились — ведь им негде было купаться, кроме как в реке.

Между тем время пролетело незаметно, лето уже заканчивалось. Нужно было возвращаться в Мадрид. Марисоль не терпелось начать петь в хоре, к тому же ей хотелось почитать книги, которые имелись в их домашней библиотеке. Девушка отдала себе отчет, что ей будет не хватать встреч с Энрике, ведь она к нему уже привыкла. Поэтому их последняя встреча была немного грустной. Юноша тоже привязался к ней, и видно было, что предстоящая разлука его печалила.

— Ничего, ничего, — успокаивала внучку донья Марисабель. — Вы еще так молоды. У вас вся жизнь впереди!

Наступил день отъезда. Слуги собрали багаж и уложили в карету. Девушки в последний раз погуляли по саду, полюбовавшись его видами.

— Как не хочется уезжать! — со вздохом сказала Марисоль.

Елена, напротив, желала поскорее вернуться. Ей хотелось новых знакомств, она мечтала о балах и пышных приемах в Мадриде.

Они сели в карету, и экипаж тронулся, унося путешественников из этого райского уголка в шумный город.

Дорога, по которой они ехали, хорошо охранялась рыцарями, поэтому можно было не бояться разбойников, которые стали просто бедствием за последние годы, подстерегая беззащитных путешественников, грабя и убивая. Путники останавливались на ночлег в монастырях или в поместьях, где жили друзья семьи де ла Фуэнте. Через пять дней все благополучно прибыли в Мадрид, где юные путешественницы попали прямо в объятия своих матерей, соскучившихся по дочерям за время их отсутствия.

Через несколько дней донья Энкарнасьон привела свою дочь в собор Святого Павла, где проводились репетиции церковного хора. Это был самый большой собор в столице, который завораживал всех, кто в него входил, своими размерами, огромными сводами, но более всего — необычайной росписью своих стен.

Мужская часть хора состояла из двух групп — мальчиков до двенадцати лет, которые обладали высокими звонкими голосами, и юношей постарше, голоса которых уже претерпели изменения и сформировались. В женской группе были как молодые девушки, так и женщины более старших возрастов.

Пока донья Энкарнасьон разговаривала с наставницей, руководившей женской группой, Марисоль разглядывала собор, поражаясь его красоте. Вскоре наставница пригласила их следовать за собой и отвела во внутренние помещения собора. Она попросила девушку что-нибудь спеть. Марисоль тут же начала напевать свою любимую песню о рыцаре и его возлюбленной. Она любила исполнять эту песню на домашних концертах, сопровождая свое пение игрой на лютне.

Наставница была очарована пением девушки и тут же объявила, что принимает ее в хор. Она сразу пригласила ее на первую репетицию, которая должна была состояться на следующий день в десять часов утра.

Утром следующего дня карета подвезла Марисоль к собору, где ее встретила наставница и отвела в помещение, где уже собралась на репетицию женская часть хора.

— Вот наша новая певица, — представила она ее группе собравшихся женщин и девушек. — Это Марисоль. — Прошу любить и жаловать.

Марисоль поздоровалась и поклонилась всем присутствующим. Но никто не обратил на нее особого внимания, кроме двух девушек ее возраста, которые посмотрели на нее с любопытством и даже с завистью.

Между тем началась репетиция. Марисоль сначала только слушала других, а потом стала потихоньку подпевать. Ей очень понравилось, как пели эти женщины. Она подумала, что со временем они примут ее, и она сможет подружиться с ними.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 280
печатная A5
от 546