электронная
360
печатная A5
864
18+
Веселая стройка

Бесплатный фрагмент - Веселая стройка


5
Объем:
748 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-5328-8
электронная
от 360
печатная A5
от 864

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пролог. Гвоздь Яниса

Греция, Афины, июнь 2016 года.

Было ещё утро, но уже отчаянно жарко. Дэн смахнул пот со лба и вытер руку о футболку. «Это мы в подвале работаем, — подумал он. — На крыше вообще сгорели бы…»

Дэн уже пятнадцать лет жил в Греции, в самых Афинах — столице. По отцу он был греком и поэтому здесь именовался древним именем Дионис, получил гражданство и работал по строительству. Сам брал небольшие работы и неплохо зарабатывал, избегая контактов с налоговой службой. Ему всё нравилось, кроме страшной жары летом и некоторых особенностей местной жизни, рассказывать о которых слишком долго. Родился Дэн в СССР, потом автоматически очутился в независимой Эстонии — так что от нравов знойного Юга был несколько далёк. Греки называли его русским, знакомые местные русские — эстонцем, за пунктуальность и любовь к порядку. «А в Эстонии меня греком звали», — улыбнулся Дэн, ловко орудуя шпателем.

— Τι εγινε μαστορα Διονυση? Κανα αστειο τιμητικες? (Что случилось, мастер Дионис? Вспомнил шутку какую-то?) — раздался хриплый голос неподалёку.

Янису снова было скучно…

Сорокалетний коренастый албанец в Греции получил новое имя — Янис. Как его звали на самом деле, Дэн не знал, да и не интересовался особо. Называет себя так, и ладно…

Вместе они работали уже полгода, но было совсем непросто. Вообще-то албанцы были людьми крепкими и работящими (что не мешало многим из них заниматься бандитизмом), но Янис обладал к тому же одним большим недостатком. Полный кипучей энергии, он был невероятно болтлив и активен. Ему нужно было вечно о чём-то рассуждать и прикладывать колоссальные усилия в абсолютно чепуховых делах. Любая простейшая работа с Янисом становилась делом огромной важности и напоминала строительство египетских пирамид.

Так было и на этот раз. Янис с мастером Дионисом работали в одном подвале, где делали потолок из гипсокартона. Два дня Янис проявлял лишнюю инициативу, суетился, приставал к прохожим и владельцу дома, терял инструмент и при этом ухитрялся непрерывно болтать. На третий день потолок был практически готов, и Дионис его шпаклевал с лестницы. Янис наблюдал за этим, метался вокруг и говорил обо всём: политика, футбол, женщины, собака Яниса и вчерашняя ссора какого-то Рахиба с неким Гропой. Дэн старался не слушать и впервые в жизни завидовал глухим людям.

Янис не знал, чем заняться, и это его угнетало. Некоторое время он развлекался попытками найти хорошую музыку по радио, мурлыкающему в углу. За несколько минут Янис сменил добрую сотню каналов, пока Дэн не вмешался:

— Ты ди-джей, что ли? Играешься с радио?

— Пытаюсь найти хорошую музыку, — пояснил Янис. — Мне вот одна нравится очень. Тра-ла-ла, тарии-ра-рааааа, — пытался изобразить он, — но не знаю, как называется. Может, ты знаешь?

— Не знаю. Тебе больше заняться нечем?

— Чем можно здесь заняться? — опешил Янис и принялся озираться по сторонам.

— Возьми и собери наш инструмент весь. Потом убери мусор, который мы наделали тут вчера и сегодня. Чтобы не сказал про нас Герасим плохое потом, — предложил Дэн.

— А куда ж я его уберу-то? В зад себе? — заулыбался Янис.

— А что — тоже выход, — усмехнулся Дионис и спустился с лестницы. — Янис, почему ты вечно устраиваешь проблемы, как маленький? В соседней комнате куча пакетов, мусорка за углом, шагов пятьдесят отсюда, метла и лопата есть… А ты в зад убирать мусор собрался? Ну, если место там есть и так тебе проще — убирай туда!

Янис побрёл в соседнюю комнату, набрал пакетов и принялся очень активно убирать мусор. Каждый раз он так энергично наполнял пакет, что тот рвался и приходилось всё перегружать в новый. Пыль стояла столбом, и Дэн спасался высоко на лестнице. Зато стало значительно тише.

В этот момент в подвал спустился сам Герасим — владелец дома, сухонький старик небольшого роста с гладко бритым лицом, очень немногословный. Он остановился в дверях и попытался изобразить дружелюбие. Янис немедленно всё бросил и устремился к новому собеседнику:

— А вот и наш Герасим! А я мастеру Дионису говорю: где же Герасим наш?

— Я вам нужен? — проскрипел Герасим и уставился на Яниса.

— Нет. Просто мы тут говорили с мастером Дионисом о такси…

О такси? Ничего такого Дэн не припоминал.

— Такси хочу арендовать и таксистом буду, — Янис, размахивая руками, показывал в воздухе такси. — Одна женщина знакомая так сделала и сейчас работает. Дженни зовут её. Иногда и семьдесят евро в день выходит. Чем я хуже Дженни?

— Я Дженни не знаю. Не могу сказать, — заметил Герасим.

— А мастер Дионис говорит мне: тебя убьёт кто-то в этом такси. Ты, говорит, доведёшь кого-то до белого каления или приедешь не туда. Вместо Глифады приедешь в Маруси, — размахивал метлой Янис, осыпая пылью Герасима. — Вот как ты думаешь, Герасим, так оно и есть?

— Не знаю. Я с тобой на днях познакомился, — Герасим отряхнул пыль с пиджака, — мне судить трудно.

— Мастер Дионис со своей лестницы думает, что самый умный, — продолжал Янис, указывая метлой наверх. — Он думает, все албанцы идиоты. Есть, конечно, и такие, но я — совсем другой человек! Я могу многое делать…

— Ничего я такого не думаю. С чего ты взял? — возмутился Дэн. — Прекрати надоедать человеку. Он нам за работу платит, а не за речи твои!

— Показывали вчера кино по телевизору. И там такое дело — акула с ногами. Ходит по земле ночью, а днём в воде плавает, — Янис оскалил зубы и раскорячился, изображая коварного хищника. — Вырастили её американцы на базе тайной. Злодеи-учёные… А американский президент — совсем не то, чем кажется!

— Вот как? — спросил Герасим и поджал губы.

— И вообще, — вещал Янис, — нас опрыскивают сверху всякой гадостью. Летают самолёты, и за ними след такой белый в воздухе. Что это? Опрыскивают химией! Чтобы тупели мы и были покорными. Так в одной передаче говорили ночью…

Герасим подошёл к Дэну и хотел что-то сказать, но Янис не собирался так легко отпускать свою жертву. Бросив метлу в угол, он поймал Герасима за рукав:

— Вот вы, уважаемый Герасим, сразу видно, много работали в жизни. Да и сейчас работаете ещё, наверное…

— Мне восемьдесят один год. Я давно на пенсии, — сухо заметил Герасим, пытаясь освободить рукав.

— А я думал, пятьдесят только… Ничего. Вот я знаю очень много всего. Я, можно сказать, мастер намного лучше мастера Диониса. Просто давно не работал с гипсокартоном и забыл что-то немного. А с Дионисом работаешь и забываешь то, что знал. Всё у него по-другому. Там не так, тут не то… А потом ррраз — и потолок упал…

Герасим тревожно посмотрел на потолок. Дэн быстро спустился вниз:

— Что ты несёшь? Где и когда у меня потолок упал?

— Ну это я образно говорю. Ведь может и упасть когда-то…

— Может? Когда-то? Слушаю я тебя, Янис, и иной раз думаю: как можно всякую ерунду вечно нести? Я представляю, сколько ты наговорил всего за свою жизнь. Рот не закрывается… Наверное, и ночью просыпаешься да в темноту говоришь в спальне. Оставь человека в покое и делом займись уже!

— Каким ещё делом?

— Инструмент собрал? Мусор убрал? Сколько пакетов уже вынес? — напирал Дэн.

— Скоро вынесу, — помрачнел Янис. — Тут Герасим пришёл, и мы разговариваем. Вот когда уйдёт, сразу всё уберу.

Герасим наконец выдернул рукав из цепких пальцев Яниса и поспешно двинулся к дверям. На пороге он оглянулся и тихо сказал, бросив взгляд на потолок:

— Ладно. Не буду вам мешать. Дионис, когда закончишь, позвони мне в дверь.

— Сколько раз я тебе говорил: не приставай к клиентам, — набросился Дэн на помощника, когда дверь закрылась. — Ты же надоедаешь людям, и к тому же работа стоит. Вот я скоро закончу шпаклевать, а ещё куча дел. Ты помогать мне должен или чем заниматься? Радио щёлкать и про падающие потолки говорить? Как вообще такое можно было сказать хозяину дома? У меня в голове не укладывается.

— Что же я, собака тебе? Сидеть и молчать?

— Да мне не надо, чтоб сидел ты, — Дэн снова полез на лестницу. — Мне надо, чтоб работал ты! Сиди у телевизора вечерами, а тут будь любезен мне помогать. Это возможно?

— Ну ладно, — согласился Янис и стал наполнять новый пакет.

Прошло полчаса. Янис нагрузил кучу пакетов мусором и был очень доволен. Подхватив пару штук, он пошёл к двери, но потом остановился:

— Гвоздь там в стене торчит. Нужно выдернуть.

— Какой ещё гвоздь? — не понял Дэн.

— А воон там, — указал Янис на гвоздь, забитый в стену высоко от пола, недалеко от плеча Диониса.

— Это не мы его забивали, и не нам его дёргать. Он мне не мешает, — отмахнулся Дэн.

Янис снова взял пакеты и вышел. Вернувшись через пару минут, он пощёлкал радио, взял другие пакеты, но потом всё бросил и полез на лестницу Диониса, примеряясь к гвоздю. Лестница жалобно скрипела и шаталась, Дионис чуть не упал.

— Ты чего лезешь ко мне сюда? Счас упадём оба.

— Гвоздь надо выдернуть, — Янис силился достать гвоздь пальцами, от чего лестница всё больше кренилась. Дэн испугался и схватился за стену.

— Немедленно слезай. Падаем же. Я тебе сказал уже: мне этот гвоздь не мешает. Делом занимайся.

Янис слез и злобно посмотрел на начальника:

— Я тебе вот что скажу, мастер Дионис — ты мне не указывай, что делать!

— Что? — изумился Дэн. — Хочу тебе напомнить, что ты мой помощник и в рабочее время я тебе говорю, что делать!

— Может быть, — не унимался Янис. — Но не таким тоном. Ты со мной так не говори!

— Тебя какая муха укусила-то? Может, тебе ещё и «пожалуйста» или «будьте любезны, дорогой сэр» говорить? Это стройка! Это не свадьба!

— Я сам знаю, что мне делать и когда. Без твоих указов!

— Знаешь что, Янис, на работе мне нужен помощник, а не аристократ. Не устраивает что-то — собрался и вышел за дверь!

— Ты мне не угрожай, — буркнул Янис и пнул пакет с мусором. — Я этого так не оставлю!

Дэн неторопливо слез с лестницы и отложил шпатели в сторону. Терпение кончилось. Ничего вечного нет в мире… Достал из бумажника деньги и вручил Янису:

— Так. Это вот тебе. Зарплата последняя. А теперь собрался и вышел за дверь! Больше ты со мной не работаешь никогда.

— Это почему это? — ощетинился Янис. — Потому что гвоздь выдернуть хотел?

— Нет. Потому что всё делаешь наоборот и говоришь слишком много. Если бы я тебе сказал тот гвоздь выдернуть — ты б его два дня выдёргивал. А если сам решил что-то — нужно прямо сразу и сейчас? Это меня не устраивает. Мне нужен помощник, а не приятель с длинным языком на работе. Приятели у меня в нерабочее время имеются.

— Больно надо мне твоим приятелем быть, — обиделся Янис. — Да у меня приятелей знаешь сколько? Побольше, чем у тебя.

— Не сомневаюсь, — сухо заметил Дэн. — Вот и двигай к ним. Сейчас прямо. А мне работать надо. И так кучу времени потерял на споры с тобой. Всё, удачи!

Дэн взял шпатели и молча полез на лестницу. Янис спрятал деньги в карман и прошёлся по подвалу. Постоял в одном углу, потом в другом… взял метлу и положил на место… щёлкнул радио… Дэн оглянулся через плечо:

— Ты ещё здесь?

— Ты мне не угрожай! — снова затянул Янис.

— Знаешь что? Сейчас я слезу с лестницы и тебе действительно угрожу, — рассвирепел Дэн. — Получил деньги и вали отсюда. Не трать здесь кислород!

Янис обиженно скривился и вышел за дверь. Дэн ещё некоторое время слышал его бормотание и удаляющиеся шаги.

— … все мастера кругом… подумаешь… я и сам… кислород ему… угрожать мне не надо…

Когда всё стихло, Дэн понял, что свободен, и улыбнулся. Он сунул шпатели в ведро и спустился вниз. Сел на пакеты с мусором и закурил. На душе было немного грустно.

«Всю жизнь я на стройке, сорок два уже исполнилось… Это получается двадцать шесть лет… Нравится мне работа эта, и вроде бы неплохо всё. Много где побывал, много чего повидал. Если бы не такие вот Янисы… — Дэн затянулся и прикрыл глаза. — Да шут с ним, с этим Янисом! Как сразу тихо-то стало, спокойно… даже будто прохладнее уже. Но кого же он мне так напоминает? Кого?»

Виталик! Это же второй Виталик!

Дэн развеселился. Он вспомнил тощую фигурку Виталика и его вечные тёмные очки. Но Виталик был не один.

Струйки дыма ползли в воздухе, и в полумраке подвала вырисовывались знакомые лица. Усатая физиономия Славика, тощий профиль Димы, круглая бритая голова Андрея, курносый Тынис в кепке…

А вот и квадратный череп Короткова, дерзкая гримаса Ольки, задорная ухмылка Валентина…

Это было так давно.

И как же всё это было здорово.

Глава 1. Ответственнейшее дело

Эстония, Нарва, весна 1994 года.

Уже третий год прожил Дэн в новом независимом государстве. Многое пока что не изменилось. Кроны вместо рублей, сине-чёрно-белый флаг на мэрии и прочих государственных учреждениях, полицейские в новой синей форме и граница недалеко от дома с доблестными эстонцами-пограничниками. Вот, пожалуй, и всё. Городок был провинциальный, эстонцев было мало, и все говорили по-русски. Даже эстонские вывески были пока редкостью.

Дэн работал на стройке, и вот там действительно изменения были большие. Фирма в советское время была огромной, несколько тысяч человек, и занималась только большим строительством. Заводы, электростанции, целые микрорайоны… Теперь всё изменилось, и работы стало намного меньше. По инерции тянули некоторые обьекты, начатые в конце восьмидесятых, да перебивались случайными заработками. Мелочами всякими. Там подьезд отремонтировали, там крышу детского садика перекрыли, там канализацию поменяли… В былые времена на это не находилось времени.

Многие рабочие разбежались, кого-то сократили. Особенно туго стало с прорабами — многие ушли на вольные хлеба и основали свои небольшие фирмы. Дэн пока на работу не жаловался. Он учился заочно в Таллинском университете, оставалось ещё три года. Ну а потом посмотрим…

Сегодня его вдруг вызвал к себе директор в контору — большое трёхэтажное здание старой постройки. Событие такое случилось впервые, и Дэн забеспокоился. Тем более, что сразу же пригласили в кабинет.

Директор, Борис Моисеевич, был человеком крупным, добрым и очень культурным. Большие чёрные глаза и характерный нос подтверждали отчество. В должности он был не так давно, меньше года, а кем и где работал раньше, оставалось неизвестным. Где-то по руководству, но явно не на стройке. Была у него только одна странная привычка — постоянно говорить «очень хорошо» без всякого повода. Впрочем, такие мелочи никого не портят…

Директор был очень демократичен. Протянул пухлую руку, пригласил садиться и предложил называть попросту — Борис Моисеевич. Дэн не возражал. Иначе он и не планировал.

— Нравится ли тебе у нас работать, дорогой Денис? — спросил Борис Моисеевич, устраиваясь в кресле поудобнее.

К чему он клонит, чёрт побери?

— Нравится… скорее всего…

— Оччень хорошо! А какие планы по жизни вообще имеются?

— Планы большие… планы имеются… но потом…

— Очень. Очень хорошо, — Борис Моисеевич разложил на столе огромный чертёж и внимательно посмотрел на Дэна. Тот насторожился.

— Как ты, наверное, знаешь, наша страна… то бишь Эстония… поддерживает тесные связи с европейскими государствами, — начал директор издалека. — Международная обстановка решительно изменилась. Геополитика… Впрочем, это не имеет отношения к нашей теме… Финляндия — наш самый близкий сосед. Очень хорошо! И финны решили вложить определённую сумму в развитие нашего города. Жест доброй воли, так сказать… Очень хорошо! Знаешь ли ты поле за городом? Это на берегу реки, рядом проходит дорога к морю.

Дэн признался, что знает.

— Очень хорошо! Решили финны помочь нам его благоустроить!

— Поле за городом? Это такой жест доброй воли? — изумился Дэн.

— Наш городской архитектор изобразил план благоустройства, — директор указал на чертёж. — Тут, конечно, много лишнего, на мой взгляд… Но главное — совершить это дело поручили нам! Очень хорошо! Ответственнейшее задание!

Дэн посмотрел на чертёж. Планов было громадьё. Какие-то дорожки, массивная ограда, насаждения и загадочные конструкции из металла у входа. Пересекали всё поле пунктирные линии дренажных труб.

— Парк это будет, что ли?

— Что-то вроде парка, — Борис Моисеевич потёр руки. — Почему я тебя вызвал? Решено поручить это дело тебе!

— Что? — ужаснулся Дэн. — Сам я там буду всё это делать?

— Зачем же сам, голубчик? С бригадой, — Борис Моисеевич торжественно поправил галстук. — Мы решили поручить тебе возглавить работы!

Дэн очень удивился.

— Что же, прорабом назначаете?

— Прорабом я тебя, к сожалению, назначить не могу. Не имею права. У тебя пока нет диплома, и по закону так не полагается. Ты же ещё институт не закончил?

Дэн признался, что ещё на третьем курсе.

— Очень хорошо. Будешь по бумагам проходить как бригадир. Но фактически — исполнять работу прораба! Планировать работы, заказывать материалы и регулировать зарплату. Надеюсь, ты не против?

Дэн был не против.

— Дадим тебе пока несколько человек. Очень хорошо! В будущем бригада будет расширена и дополнена.

— Кого же дадите?

Ответить директор не успел. Открылась дверь кабинета, и зашёл Славик.

Дэн частенько работал с ним в одной бригаде, и они были хорошо знакомы. Даже, можно сказать, друзья (особенно после новогодней истории, о которой будет рассказ в своё время). Дэн обрадовался.

Славик был тридцатилетний здоровяк высокого роста и с мощными плечами. В юности он активно занимался спортом и служил на Северном флоте, что подтверждала тельняшка на груди (без тельняшки Дэн его почти не видел). Живые глаза, пышные усы гвардейца и золотая коронка на переднем зубе, поставленная больше для блеска. Славик был неутомимый шутник и балагур, прославившийся своими выходками и бесконечными флотскими историями. Вот и теперь он заулыбался, сверкая коронкой, отдал честь и отрапортовал:

— По вашему приказанию прибыл, Соломон Моисеевич!

— Борис Моисеевич!

— Как скажете, — Славик подмигнул Дэну.

— А где же остальные?

— Коля сейчас придёт. А Дима в туалете. Что он задумал — не знаю, — развёл руками Славик и сел возле Дэна. Директор выжидающе посмотрел на дверь.

Вторым членом бригады оказался Коля, пожилой опытный рабочий среднего роста с волевым лицом. Чем-то он напоминал индейского вождя из фильмов или французского актёра Жана Габена. Человек немногословный и мастер на все руки. С Дэном они были мало знакомы, но проблем не должно было быть. Коля был очень положительный и покладистый.

Дима тоже был широко известен на стройке. Молодой и очень тощий парень высокого роста с большим носом. С Дэном они были ровесники, но очень разные по характеру. В отличие от собранного и рассудительного Дэна, Дима был жуткий авантюрист и ловкач, очень жаден и самолюбив. Жажда наживы или надежда прославиться вечно втягивали его в разные истории, в которых он проявлял кипучую энергию и весь преображался. Работал он на стройке «до случая» и очень его поджидал. В кабинет Дима ворвался именно в таком настроении и принялся пожирать глазами окружающих.

— Нормально всё прошло, Дима? — осведомился Славик.

— Что прошло? — не понял он и поспешно поздоровался с начальством. — Здравствуйте, Абрам Моисеевич…

— Борис Моисеевич, — сердито поправил директор.

Дима злобно посмотрел на Славика, а тот снова подмигнул Дэну. Стало всё понятно.

Борис Моисеевич встал из-за стола и принялся ходить по кабинету, скрестив руки за спиной. Он рассказал о трудном экономическом положении фирмы, политических изменениях и дружеской руке Финляндии. Слова «ответственнейшее задание» звучали почти так же часто, как и «очень хорошо». Все прониклись важностью событий. Дима напряжённо слушал, Коля рассматривал стол, а Славик теребил усы.

— Поручаю вам выполнить вот это всё, — директор указал на чертёж и торжественно закончил: — Под руководством присутствующего здесь Дениса. Он будет ответственным и исполнять обязанности прораба!

Славик улыбнулся и кивнул головой, Коля пристально посмотрел на Дэна, а Дима недовольно прищурился. Возражений не было.

— Есть ли вопросы?

— Когда всё это надо? Сроки? — спросил Славик.

— Тянуть не стоит, но и торопиться не следует, — загадочно ответил Борис Моисеевич. — Много ещё неясного. Очень хорошо! Это только предварительный план, и могут быть изменения. Начинайте с труб, и там посмотрим.

— Премии предусмотрены? За безаварийную работу механизмов и прочее?

— Каких механизмов? — изумился директор. — Где-то понадобится экскаватор, и не более. Работа больше ручная и несложная.

— Именно для этого я и сказал: прочее! — заметил Славик.

Директор пообещал не забыть, согласовать с Коротковым и «скорее всего». При упоминании Короткова все помрачнели. Других эмоций на стройке эта фамилия не вызывала.

— Почему Денис начальником? — спросил Дима о наболевшем.

— Дима, не мешай! Я ещё не всё спросил, — вмешался Славик и снова подмигнул Дэну. — При таком количестве ручной работы неплохо бы усилить бригаду. Пирамиды строили тысячи рабов. А нас всего трое и начальник!

— Нууу. Во-первых, это вам не пирамиды, — растерялся директор. — Во-вторых, Денис скорее бригадир, чем начальник. Будет тоже работать… И наконец — усилим! В своё время…

— Надеюсь, испытанными бойцами? Опытными силачами с чувством юмора и личной преданностью идее?

Ошеломлённый директор подтвердил, что «примерно так оно и будет», а потом торжественно вручил чертёж Дэну.

— Не буду вас больше задерживать. Изучите ситуацию и с завтрашнего дня приступайте. Желаю вам всяческих успехов!

— Будем… стараться… дорогой… товарищ… Джабраил! — подражая героям известной комедии, выпалил Славик, надувая щёки.

С чувством юмора у директора было неважно. Он подошёл к дверям кабинета и строго сказал секретарше:

— Антонина Петровна! Я прошу вас срочно подготовить на дверь кабинета табличку с моей фамилией, именем и отчеством! Поскольку товарищи иногда путаются.

Он пожал всем руки и попрощался. Дима хотел снова что-то спросить, но мощный Славик выпихнул его из кабинета и закрыл дверь. Все молча спустились по лестнице и закурили на крыльце конторы.

— Удружил ты мне, — негодовал Дима, — поставил в глупое положение… Абрам Моисеевич…

— Именно поэтому тебя и не назначили начальником, — веселился Славик. — Директор мне сначала говорит: Диму назначим на ответственнейшее дело! Его, и только его! А как же можно дело такое поручать нечестивцу, не знающему имени падишаха?

— Вот ещё! Я бы и не согласился начальником, — неубедительно ответил Дима.

— С чего начнём? — спросил Дэн.

— Машина твоя тут? Поехали на поле глянем, — предложил мудрый Коля.

Поехали на поле.

Снег недавно сошёл, и кругом были лужи, земля была покрыта прошлогодней травой. Поле начиналось от дороги и оканчивалось обрывистым берегом, под которым шумела широкая река. Она служила границей между Россией и Эстонией, русский берег густо порос лесом и выглядел очень дремуче. Прямоугольник поля замыкали ольховые рощи с одной стороны и большой старый дом с забором — с другой.

— Этакая грязища тут, — Дима попробовал ногой землю и тут же увяз. — Намучаемся.

— Ничего. Быстро высохнет, — сказал Коля. Он родился в деревне и с интересом посмотрел на дом. — Похоже на хутор. Неплохое хозяйство. Добротно смотрится.

— Триста метров на пятьсот, — оценил Славик масштабы поля. — Говорю как бывший моряк. У нас один пирс в Архангельске точно как это поле был.

Дэн достал чертёж и расстелил на капоте. Кратко обсудили очерёдность работ и составили список нужных инструментов-материалов.

— Сапоги всем новые — первый пункт! — требовал Славик. — Рукавицы, лопаты, тачки… Всё для человека! И носилки одни закажи.

— Зачем носилки, если тачки будут?

— Для Димы. Будем его на носилках носить иногда. Чтоб не намучился, — хохотал Славик.

— Рукавиц пиши побольше. Славику рот затыкать. Чтоб не болтал, — парировал Дима.

На поле чернело несколько отдельных деревьев. Славик указал пальцем:

— Лагерь разобьём там. Точнее, командный центр. Будем по утрам жечь костёр, греться и размышлять. Дрова имеются, время тоже. Что сказал директор? Могут быть изменения!

— Остановка автобуса рядом. Это удачно, — сказал Коля.

— А может, будешь нас возить на машине? — осведомился Дима, искоса поглядывая на Дэна.

— Ещё чего не хватало! — возмутился Славик. — Хватит с тебя и носилок! Нечего начальника напрягать, у него и так забот полон рот. Вот ты на его месте возил бы?

— Конечно, — отвёл глаза Дима.

— Тогда срочно купи машину и будешь нас возить! Между руководством и подчинёнными должна быть разница. Будет он сейчас ездить нас собирать по городу, — Славик свирепо посмотрел на Диму и похлопал Дэна по плечу: — Ни о чём не беспокойся, Дэн. Всё будет хорошо! Я тебе говорю.

Дэн покраснел и принялся складывать чертёж…

Глава 2. Эстонец с тачкой

Поначалу работа не шла. Мешали этому два важных фактора.

Во-первых — не было труб. Вообще-то они были на складе, но совсем не те. Директор распорядился их закупить, деньги были переведены, а трубы где-то застряли в дороге. Дэн решил не ждать больше и начать с чего-нибудь другого. И тут вмешалась погода.

Дожди в Эстонии — дело привычное и обычное, как в Лондоне. Они могут идти в любое время года (даже зимой на Рождество). Чаще всего моросит мелкий дождик, ливни и грозы бывают относительно редко. Но тут небеса прорвало…

Дождь лил как с душа, останавливаясь на час-другой, и потом снова продолжался. День, два, три… Ни о какой работе на поле не могло быть и речи. Грязь стояла просто невероятная, а чудом вырытый котлован (или, точнее, его часть) превратился в небольшой пруд.

Между двумя деревьями натянули пару верёвок, повесили большой кусок клеёнки и сидели под ним как в палатке. Большая часть досок, привезённых со склада для работы, была уложена в грязь на манер тропинок и настила. Строители терпеливо ждали, убивая время разговорами и игрой в карты. Дэн очень переживал.

— Ладно тебе, Дэн, — утешал его неунывающий Славик. — Глупо на погоду обижаться. Ты здесь ни в чём не виноват.

— Если мы тут будем целыми днями сидеть — что тогда получим в зарплату? Выполнение какое будет? Нам платят за сделанную работу, а не оклад.

Все помрачнели и задумались.

Ворота хутора приоткрылись, и вышла какая-то фигура с зонтиком. Незнакомец подошёл к навесу и бодро сказал:

— Такоко снекопата… такоко снекопата… Тафно не помнятт стешние местта!

— Служили два товарища… в однем и тем полке, — согласился Славик. — Ты здесь живёшь? Эстонец?

— Та. Я Тынис, — представился неизвестный, поднимая руку с зонтом.

— Абориген. И по-русски говоришь?

— Кофорю. Я толко шифу тутт.

Тынис был крепким сорокалетним мужчиной среднего роста с русыми волосами и ярко-голубыми глазами. Человек очень спокойный и по-крестьянски хозяйственный, имел свой хутор с землёй и неплохо говорил по-русски. Он очень любил внезапно удивить собеседника строчкой стихов или куплетом песни, которые произносил не к месту и с невероятными ошибками. А в общем-то Тынис был славный парень и закоренелый холостяк.

— Слушай, толко-житель, — спросил Славик, — дождь когда кончится? Не в курсе?

Тынис выглянул из-под зонта и посмотрел на небо. Потом немного подумал и ответил:

— Фечером. Латно, пойту…

— Я ему верю, — сказал Коля, кивая на удаляющегося Тыниса. — Эстонцы в таких делах разбираются. Приметы и всё такое.

Дэн тоже поверил.

Дождь кончился ночью. От туч не осталось и следа, а солнце так разогрело землю, что даже парило. За день поле подсохло, и даже вода в котловане куда-то ушла. Невероятная эстонская погода иной раз менялась на глазах. Повеселевший Дэн заказал бетон и экскаватор.

Утром было уже жарко. Дэн вылез из машины и двинулся по доскам к своим подчинённым. Те слушали очередную историю Славика:

— … капитан-лейтенант Глодт. И он был как обезьяна весь такой. Волосатый страшно, и лоб, как у гориллы. Строгий — жуть. Нормально и говорить не мог, орал вечно. Ну, мы тоже матросы были не промах… Раз, помню, пошли всем экипажем в кино. Что-то там показывали такое про Африку, джунгли, природа, все дела. И вдруг крупным планом обезьяна сидит на ветке и чешется. И тут голос в зале громкий: «Да это же капитан-лейтенант Глодт!» И хохот у всех… Ну, Глодт наш кааак подскочил и орёт: «Зажечь свет! Кто кричал? Я вам покажу!..» Я тоже кричу: «Скорее свет! Нам счас покажут!..» Свет зажгли, а кто кричал — не понять. Ну, тут Глодт и говорит: «Кто рожу воротит и в глаза не смотрит, тот и кричал». А там таких, может, половина… Тогда он на меня уставился и злобствует: «Я слышал твой голос!..» Я ему объясняю, что кричал не то совсем, а…

— Всем привет! — бодро крикнул Дэн, и судьба капитан-лейтенанта Глодта осталась загадкой. Люди зашевелились. Коля спросил:

— Чем сегодня заниматься будем?

— Бетон привезут счас. Два куба. Вы его примите тут и делайте вон тот фундамент — указал Дэн на яму. — Потом приедет экскаватор копать…

— Валентин? — с надеждой спросил Славик.

— К сожалению, — помрачнел Дэн. — Как бы не натворил он у нас тут делов…

Валентин имел мрачную славу лихого экскаваторщика и неисправимого алкоголика. Прошлые его подвиги на стройке были столь разнообразны и печальны, что ничего хорошего ждать не приходилось. Впрочем — другого не было, а лучше какой-то экскаватор, чем лопата.

— Нормально, — обрадовался Славик, — повеселимся!

— Он однажды нас всех тут закопает, — пробормотал Дима. — Монстр какой-то, а не механизатор. Как живой ещё он — не пойму.

— Один день нас всех когда-то закопают, — философски заметил Славик. — Ты, Дима, паникёр и скучный человек!

— Чего же это я скучный-то?

— А с тем, что паникёр, стало быть, согласен?

— Я не паникёр. Я осторожный. И совсем не скучный…

— Ах вот как? Тогда придумай быстро рифму на слово бетон!

— Почему же именно бетон? — удивился Дима.

— Я же говорю, ты скучный. Другой бы рифму придумал, а не вопросы задавал.

С дороги свернул потрёпанный ЗИЛ, натужно ревя мотором. Дэн распорядился:

— Я пойду звонить в штаб, а вы бетон примите. Привезли уже.

Телефона на поле не было, но должен был быть на хуторе Тыниса.

Тынис стоял у ворот и с интересом наблюдал за грузовиком. При виде Дэна он поправил кепку и указал на дерево:

— Фесна. Краччи прилетели.

Дэн покосился на дерево. Грачей там, конечно, не было, но с весной трудно было не согласиться.

— Да, весна. Слушай, Тынис, у тебя телефон есть? Позвонить надо.

— Сфони, — разрешил Тынис. — Фсекта сфони. А эта чтто в машинне?

— Бетон. Если останется — заберёшь.

— Ака, — обрадовался Тынис. — Петон нуженн!

— Что лишнее будет — тебе отдавать станем. Ты не против?

— Нетт. Саперу фсё, — Тынис подумал и добавил: — Поттом там фам колпаса немнокко.

Дэн позвонил и вышел. Тынис спокойно указал пальцем:

— Там тфаи терутся!

Дэн присмотрелся и ахнул, а потом рысью припустил через грязь.

Битва была в самом разгаре. Водитель стоял в кабине и через открытую дверь бил Славика большим гаечным ключом по голове. Славик, заслоняясь одной рукой, тянул водителя за куртку, пытаясь стащить вниз. Остальные прыгали вокруг и галдели.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 864