Бесплатный фрагмент - Вера в Нас

Думайте только

О ХОРОШЕМ

Смотрите только

НА ХОРОШЕЕ

Слушайте только

ХОРОШЕЕ

Говорите только

ПРЕКРАСНЫЕ СЛОВА
И С ЛЮБОВЬЮ

Тогда Мир будет ЛУЧШЕ!

IMRAM.

От автора

К написанию этой книги меня воодушевил конкурс «Особое Счастье», в котором мы с Матвеем принимаем участие и давно сидевшее во мне желание поделиться с другими родителями опытом, позитивом, верой.

Мы Есть То, О Чем Мы Думаем!

Номинация: Вера В Ребенка.

Я — Лариса Шестакова-Зимина, более десяти лет бабушка «особенного» внука.

Проходя путь к восстановлению здоровья Матвея, я верила и знала, что наша совместная работа через любовь ведут нас шаг за шагом к цели, а цель — научить его навыкам самообслуживания.

Это наш ПУТЬ. Он продолжается. Матвей растет, развивается, радуется жизни.

С Божией помощью и с появлением в нашей жизни прекрасных людей,

МЫ ВМЕСТЕ идем к цели.

Возможно, эта книга может стать «спасательным кругом» для отчаявшихся родителей, которые воспитывают «особенных» детей.

Наш пример показывает, как вопреки всем трудностям можно оставаться добрыми и жизнерадостными.

Приятного чтения!

Часть 1. Начало

1. Ожидание

Дорогие читатели, давайте познакомимся!

Я — бабушка Шестакова-Зимина Лариса Петровна — (д. р. 30.10.1974), мой очаровательный внук — Паутов Матвей Дмитриевич — (д. р. 14.12.2013) -главный герой книги

У меня два сына: старший — Дмитрий (09.02.1994 г. р,) — отец Ванечки, и младший — Илья (21.01.1998г.р.)

Выросли два крепких парня. Младший занимался легкой атлетикой, кандидат в мастера спорта. Отслужили оба в армии, оба здоровы.

За медицинской помощью мы обращалась крайне редко, да и сама, Слава Богу, здорова.

В 40 лет я стала бабушкой.

Для меня «Бабушка», — это что- то, связанное с моим детством, очень теплое, и сказочное.

Все 9 месяцев я с нетерпением ждала рождения своего внука.

Тогда я даже не могла предположить, что с появлением малыша моя жизнь поменяется на 180 градусов…

2. Врачебная ошибка

Мой сын, Паутов Дмитрий, 12 декабря.2013 года вечером повез свою жену Анну в роддом, так как у нее отошли воды.

В роддоме №1 горда Дзержинска в это время как раз была смена персонала.

Им было совсем не до роженицы. Анне сделали укол, чтобы спала.

В очередную смену заступили врачи — акушеры Пинчук и Валдаева. (Инициалы не помню, да и их бы забыть!)

Потом Анну растолкали, потащили на родильный стол.

Она упала, потому что не чувствовала своей ноги и попросила помощи врачей, но получила отказ: « Ползи сама!»

Добраться до родильного отделения Анне помогла простая уборщица-санитарка.

Врачи приняли решение не делать «Кесарево сечение», так как потужной период был упущен.

Они пригласили анестезиолога, а он отказался принимать участие в таких родах.

Анна постоянно теряла сознание.

Сначала врачи несколько раз пытались выдавить ребенка руками, потом приняли решение, применить полостные щипцы и вакуум, несмотря на то, что опыта пользования этими инструментами, у них не было.

Ребенок появился на свет с асфиксией и переломом теменной кости.

Родственникам, то есть нам, сообщили только то, что роды были сложные.

Анну спросили разрешения окрестить ребенка в роддоме. Сказали, что он очень тяжёлый, может не выжить. Она дала согласие.

Через пару дней, я со скандалом пришла к заведующему роддомом Зарубину, чтобы понять, что произошло и почему нам не показывают внука. Он просто убежал от меня.

Врачи роддома мне объяснили сложившуюся ситуацию.

После этого они вызвали реанимацию из областной больницы Нижнего Новгорода. Анна написала расписку на транспортировку малыша.

Он был настолько в тяжелом состоянии, что эта дорога могла стать последней в его жизни.

3. Пугающие перспективы развития ребенка

Через три дня нам разрешили приехать навестить нашего мальчика в областную больницу Нижнего Новгорода, на Ванеева 211. Нас с Димой пропустили в реанимацию.

Мы оба замерли: лежит маленький кулечек, и огромная гематома на голове в виде сиреневого пасхального яйца,

Врачи нам объяснили, что это от вакуума. Они попросили не плакать, а наоборот, поддержать ребенка, что мы с Димой и сделали.

Мы сказали Ванечке, что очень сильно ждём его домой.

В больнице малыша кормили через зонд, потому что рефлекс сосания отсутствовал.

Через полтора месяца, мы забрали Ванечку домой.

Я очень Благодарна врачам областной больницы, за его спасение!

До выписки внука врачи с нами разговаривали.

Они объяснили перспективы будущего, дали время подумать.

НО мы даже в мыслях не имели оставить нашего малыша, мы очень ждали его домой.

Я думала, что ничего страшного, медицина шагнула вперёд, сейчас много возможностей, мы справимся.

Вот так сложно Ванечка пришел в этот мир, где сразу встретился с халатностью и жестокостью людей.

4. Расплата за грехи

Позже я подавала в суд на врачей, которые принимали роды.

В нашем городе никто не брался за это дело: панибратство, да и с врачами судиться — себе дороже.

Моя цель была, чтобы этих врачей отстранить от работы, привлечь за халатность, чтобы другие мамы и дети не пострадали так, как наш ребенок.

Такое нельзя оставлять безнаказанным!

Я нашла адвоката, сама собирала необходимые документы. Нужно было грамотное сопровождение процесса.

Ура, победила справедливость!

Вину врачей признали в полном объеме.

Часть 2. Шаг за шагом к цели

1. Мы — борцы!

Примерно в 7 месяцев, Анна заметила, что у Ванечки левая ручка, и левая ножка короче, чем правая, и в целом левая сторона менее подвижна.

Врачи рекомендовали массаж и лечебную физкультуру.

Невролог порекомендовала нам иглотерапию, и я стала возить Анну и Ванечку в Нижний Новгород на иглотерапию.

После каждого занятия Аня выходила с зареванным ребёнком. Иглоукалывание не пошло внуку на пользу, а наоборот, спровоцировало эпилепсию.

Я была в ужасе: снова врачебная ошибка!

Мне потом сказали, что позже у ребенка все равно бы «вылезла» эпилепсия.

У Ванечки были страшные замирания, и синева подходила к его лицу.

Это было очень страшно.

НО МЫ ЖЕ БОЙЦЫ и продолжаем идти свой нелегкий путь!

2. Люди, которые были рядом

Мы всю свою жизнь жили в городе Дзержинске. В городе есть заслуженный невролог — Труб Евгений Маркович.

Мы стали у него наблюдаться, но толку было мало, приступы учащались.

Придя на очередной приём к Евгению Марковичу с Ванечкой и Анной, мы вышли от него в слезах.

На это раз начал с нами серьезный разговор, что надо отдать Ванечку в приют, что такие дети мало живут, что из — за них рушатся семьи, ну и так далее. Он говорил, что надо оформлять инвалидность С таким диагнозом, как у Вани — микроцифалия -мозг ребенка не развивается,

После такого приёма у меня в жилах кипела кровь.

Я знала, что смогу поднять Ванечку!

Евгений Маркович объяснял, что задеты все части мозга: височные, лобная, отвечающая за интеллект, затылочная.

Я стала изучать мозг человека, и поняла, что все взаимозаменяемо.

нужно больше времени.