электронная
356
печатная A5
423
16+
В оставшееся время

Бесплатный фрагмент - В оставшееся время

Повесть

Объем:
100 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-1202-9
электронная
от 356
печатная A5
от 423

ПРОЛОГ.

Стоял мартовский вечер. Андрей находился в своей комнате и сидел за своим ноутбуком. У него давно сложилось свое домашнее расписание, от которого он не хотел отступать. До девяти часов вечера он занимался компьютерными делами, заглядывал в свою электронную почту, если там были непрочитанные сообщения, он отвечал на них. Но, таковых в последнее время почти не было. С тех пор, как он перестал общаться с Юлей, более того, удалил ее из списка своих «друзей» в социальной сети, больше особо ему никто не писал, лишь, изредка мог написать какой-нибудь его бывший одноклассник, или, одноклассница, чтоб поздравить с каким-нибудь праздником. Когда Андрей заканчивал в девять вечера свои дела компьютерные, он закрывал свой ноутбук и отправлялся на кухню, чтоб сделать чай себе и своей маме, которая в это время находилась в своей комнате и уже лежала в кровати, готовясь ко сну. Он заходил всегда перед сном в ее комнату, чтоб поставить на тумбочку приготовленный чай, затем, выходил на балкон, чтоб выкурить последнюю в этот день сигарету, он в шутку называл ее «девятичасовая сигарета», которая вошла в его привычку, как впрочем и все его остальное расписание на каждый вечер. Вот и на этот раз он зашел на кухню, когда часы показывали без пяти минут девять и поставил чайник. Затем, достал из шкафчика две кружки и пару пакетиков чая. Себе он всегда делал зеленый чай, а мама всегда любила черный без всяких добавок. Как только чай был готов, Сергей разлил по кружкам его и поставив чайник на место, взял обе кружки в обе руки и направился в комнату, выключив локтем выключатель на стене. Мамина комната была пуста, ее нетронутая и заправленная кровать одиноко стояла на своем месте, но, Андрей, словно, не замечал этого. Он, как обычно, поставил мамину любимую кружку с чаем на ее тумбочку и вышел на балкон, отдернув штору на окне. Девятичасовая сигарета, как всегда, не опаздывала ни на минуту и Андрей молча курил, стараясь не замечать даже гробовую тишину, царившую в маминой комнате. Затем, после перекура, Андрей закрыл балконную дверь и потушив в маминой спальне свет, направился в свою комнату. Он всегда ложился спать на час, или, на полтора часа позже, чем мама и включив телевизор, убавил звук, словно, боялся, что помешает громкостью, хотя, находился в квартире один. Привычка тихо смотреть телевизор по вечерам, похоже, еще не скоро его покинет, впрочем, как и привычка, ставить чай в спальне своей мамы. Уже, когда Андрей укладывался в постель, он потянулся за своим мобильником и взглянул на экран, чтоб убедиться, какое нынче число. Вечер подходил к своему логическому концу, а вместе с ним и седьмое марта. Завтра наступал Международный женский день.

Утро следующего праздничного дня выдалось ясным. Андрей встал рано, он вообще превращался в «жаворонка», когда после зимы ночи становились короче. Он мысленно поблагодарил Бога за то, что в этот день не выпало у него ночное дежурство в местной, городской библиотеке, в которой он служил охранником добрых пятнадцать лет. Именно Ирина, его мама в свое время похлопотала о том, чтоб ее сына устроили в эту библиотеку. Сделать это было несложно, так как в ней работала Инна Анатольевна, мамина знакомая еще со школьных лет. Впрочем, даже если бы и выпала ему смена на восьмое марта, Андрей все-равно успел-бы подарить своей маме букет цветов. Именно это он и собирался сделать после завтрака и не откладывая дело в долгий ящик, пошел на кухню, где включил чайник и достал из холодильника пару яиц. Сидя за столом и пережевывая яичницу, на него вдруг нахлынули воспоминания, а вместе с ними и ностальгия по тем далеким, славным дням, которые уже не вернутся никогда. Он вспомнил, как его мама работала проводницей на поезде «Севастополь — Москва». С той поры прошел уже ни один год и Андрею иногда казалось, что все это было в другой, не в этой жизни. Затем, он жалел, что Ирина ушла с этой работы и устроилась кладовщицей в местное художественное училище. Солидной зарплаты она, конечно, лишилась, уйдя из проводников, но, все-равно, нельзя было сказать, что после этого она с сыном жила ниже прожиточного уровня. Теперь в настоящее время все ушло безвозвратно, не только работа проводницы, но и сама железная дорога стала теперь пустовать, так как с Севастопольского вокзала отправлялись одни электрички, а все остальные поезда дальнего следования перестали курсировать с сентября 2014-го года, так как в марте того-же года Крым воссоединился с Россией и через Украину движение прекратилось. Зайдя в комнату Ирины, Андрей взял кружку с давно остывшим чаем и придя на кухню, вылил содержимое в раковину. Взглянув на часы, он решил, что пора собираться и идти на рынок, где в этот день был большой спрос на цветы.

Андрей медленно ходил между торговыми рядами, которые утопали в различных цветах и за которыми едва было видно самих продавцов. В основном, это были пенсионерки, которые завидев Андрея, сразу предлагали ему свои букеты, но, Андрей, с легкой улыбкой на лице, мило отказывался, ища подходящие цветы. Наконец, он подошел к очередному прилавку, за которым был мужчина и судя по его внешности, он был родом из Грузии. Об этом говорили смуглый цвет его лица и классическая кепка, которая считалась национальным Грузинским головным убором.

— Эй, молодой человек, не проходи мимо, купи букет, смотри, какой красавец, порадуй свою девушку в такой день! — с сияющей улыбкой произнес продавец и его акцент окончательно сказал, что мужчина по национальности Грузин. Букет, который он предложил Андрею, действительно, был красив, но, взглянув на цветы, Андрей понял, что денег ему, явно, не хватит, чтоб его купить. Мужчина — Грузин, словно, прочитал мысли Андрея и заговорил с нотками утешения в голосе:

— Что, денег нет?

— Боюсь, не хватит — с виноватым видом признался Андрей. Тогда мужчина подозвал его к себе поближе и спросил:

— А цветы хотел девушке своей подарить?

— Маме — уточнил Андрей.

— Ай, молодец! — произнес с похвалой мужчина и одарил Андрея таким взглядом, словно, тот совершил героический поступок: — слушай, а фотография мамы есть?

— Есть — растерянным тоном промолвил Андрей.

— А покажи — попросил мужчина и Андрей, продолжая хранить недоумевающий вид, достал из внутреннего кармана куртки маленькую фотокарточку Ирины и протянул ее продавцу.

— Ах, какая женщина… — восхищенно признался мужчина, затем, взял из ведра букет цветов и вручил Андрею.

— Ну, что вы… — начал, было, отказываться Андрей, но, продавец с легким укором в голосе, произнес:

— Ничего не хочу слышать, такой день, такая женщина! — продолжил восхищаться мужчина и добавил: — передай маме поклон от меня.

— Спасибо, ей, Богу, не знаю, как и благодарить вас! — просиял Андрей, на что мужчина вновь с укором в голосе произнес:

— Ай, не надо в такой день о финансах говорить, надо говорить о любви, ступай к маме! — почти приказным тоном проговорил продавец и Андрей, еще раз поблагодарив его, направился к выходу, держа букет белых роз, который загораживал ему дорогу. Второй продавец, что стоял по соседству, укоризненно взглянул на своего коллегу и произнес:

— Артур, ты из-за своей сентиментальности без гроша останешься, хочешь, чтоб шеф тебе шею намылил?

— Молчи! — зашипел на него Артур и пояснил уже более спокойным голосом: — не видишь разве, это для мамы — сосед по прилавку лишь, махнул на него рукой и покачав головой, вернулся к продаже своего товара. А Артур продолжил стоять с задумчивым видом, затем, едва слышно произнес:

— У меня тоже была мама — голос его утонул в людском шуме, но, он, похоже и не хотел быть услышанным, лишь, продолжил задумчиво смотреть в ту сторону, в которую ушел Андрей.

Городская маршрутка прибыла на конечную остановку, которая называлась «Кладбище». Андрей вышел из салона, продолжая держать букет белых роз и прикрывать их рукой, чтоб они не поломались о спины пассажиров. Постояв пару минут перед центральными воротами, он, наконец, вошел на территорию кладбища. С правой стороны находилась маленькая церквушка, которая называлась «Церковь святой Варвары». Миновав ее, Андрей пошел по узкой дорожке и вскоре скрылся среди могил. Полуденное Солнце к этому времени уже изрядно припекало и Андрей остановился рядом с большой бочкой, из которой торчал кран. Рядом стояли пустые три пятилитровые, пластиковые бутылки и Андрей подошел и взяв одну из них, поднес ее к крану, надеясь, что вода в бочке есть. Ему повезло, бочка оказалась полной и набрав в бутыль воды, он засунул в нее розы, чтоб они не завяли под лучами Солнца. Вскоре, Андрей подошел к той могиле, к которой ехал сюда. Фотография мамы с гранитного памятника взглянула на него и в очередной раз Андрею показалось, что она ему улыбнулась, обрадовавшись встрече с ним.

— Привет, мама — произнес Андрей и с большим усилием подавил ком в горле, который тут-же к нему подкатил: — поздравляю тебя с праздником — и с этими словами, он поставил на мраморную плиту бутыль с белыми розами. Помолчав пару минут, он продолжил:

— У меня все хорошо, ты не переживай, я справляюсь, хотя, очень трудно одному, но, я справляюсь — он чувствовал, что ком горечи становится сильнее и тем не менее, продолжил: — единственное, тебя не хватает, для меня, ты просто уехала в свой далекий рейс, а я тебя жду — и тут, его прорвало, Андрей разрыдался, как ребенок, но, быстро взял себя в руки и огляделся по сторонам, опасаясь, что кто-то может увидеть его слезы. Но, вокруг не было ни души. Он вновь взглянул на портрет матери и ему показалось, что мамин портрет говорит ему, что не надо плакать, ты-же пришел ко мне, так что, нет повода для слез. И Андрей, прислушавшись к этим словам, улыбнулся маминой фотографии и присел на край могилы, поглаживая белый мрамор. Он чувствовал, что ему не хочется уходить, словно, он пришел в гости к близкому человеку, с которым много лет не виделся.

— Я с тобой, мамуль, я с тобой — шептал Андрей, продолжая смотреть на мамин портрет и казалось, что мама не могла на него насмотреться с этой фотографии.

****

Андрей с интересом смотрел на фотокарточку, которую держал в руках. На ней была изображена девушка, лет двадцати, его ровесница.

— Кто это? — спросил он, обращаясь к своей матери, Ирине.

— Это девочка Юля, скоро она к тебе приедет — сказала Ирина, распаковывая багаж в прихожей. Она только что вернулась из рейса. Ирина работала проводницей на поезде «Севастополь — Москва». Слова матери удивили и заинтересовали Андрея одновременно. Впрочем, это было неудивительно. Андрею было двадцать лет и пока у него не было девушки, а тут вдруг мама привезла ему фото Юли, которая пока была ему совершенно незнакома. Единственное, что он знал о ней, это то, что она была дочкой проводницы, с которой ездит его мама. Андрей прошел в комнату и держа в руке карточку, огляделся по сторонам, словно, не зная, что с ней делать. Наконец, он подошел к книжной полке и просунул фотографию между стекол. Ирина тем временем, приняла душ, затем, позавтракав, отправилась в свою комнату спать. Андрей знал, что после пяти дней рейса, она проспит до самого вечера.

За ужином Андрей услышал, что Ирина уже встала. Заглянув на кухню, она произнесла:

— О, я бы сама все приготовила, что-ж ты… — Андрей в ответ лишь пожал плечами, ничего не сказав. Сделав себе ужин, Ирина поставила его на поднос и отправилась в свою комнату, смотреть телевизор. Спустя несколько минут, Андрей прошел к маме в комнату и присев с ней рядом, молча устремил свой взор в экран телевизора. По его виду Ирина сразу поняла, что он хочет о чем-то поговорить с ней. Эта его привычка, начавшаяся еще в детстве, сохранилась в нем до сих пор, когда ни слова не говоря, он подходил к своей матери и садился с ней рядом и сохранял молчание до тех пор, пока Ирина сама не начинала интересоваться, о чем он хочет с ней поговорить. Но, в этот раз Андрей начал разговор первым:

— А эта Юля, она что, правда хочет со мной познакомиться? — спросил Андрей. В его голосе слышались нотки удивления и сомнения.

— Ну, да, ее мама, Ольга, с которой я езжу, так и говорит, что Юля, мол, все спрашивает, когда же мы, наконец, в Севастополь поедем?

— А откуда она вообще узнала про меня? — поинтересовался Андрей. Ирина не сразу ответила ему на этот вопрос, она заметно замялась, словно почувствовала себя в чем-то виноватой перед сыном, только потом, наконец, произнесла:

— Это я имела такую неосторожность рассказать Ольге про тебя — призналась Ирина.

— И что-же ты рассказала? — по внешнему виду Андрея было заметно, что он проявил еще больший интерес к этой теме.

— Все, как есть, все твои положительные качества, ну и Ольга начала рассказывать про свою дочку, что она у нее точно такая же, скромная, никуда не ходит, домоседка, короче, как и ты.

— И что? — продолжал допытываться Андрей. Ирина взглянула на него и поняла, что он хочет знать все до мельчайших подробностей. Она улыбнулась ему и сказала:

— Летом они приедут к нам в гости, когда будет пляжный сезон, будешь ее на море водить — произнесла Ирина. Андрей поднял глаза куда-то вверх и по его виду Ирина поняла, о чем он в данный момент мечтает. Он мечтал сейчас только об одном, скорей бы лето. Ирина встала и вышла из комнаты, оставив его одного наедине с его мыслями. Андрей подумал о том, из-за чего вдруг у его матери завязался этот разговор с Ольгой про него и про Юлю? Хотя, с другой стороны, почему бы этому разговору не завязаться? Московский поезд когда пребывает в Москву, целый день до самого вечера стоит на запасном пути перед возвращением в Севастополь и проводники «убивают» это время до вечера, как могут. Вот и решили Ирина с Ольгой поговорить о своих детях.

Стояла душная, летняя ночь. Андрей открыл глаза, когда за окном едва начал маячить рассвет. Он попытался снова заснуть, но, понял, что уже вряд ли придет сон. Еще с вечера все его мысли были об одном, о сегодняшнем утре. Он одновременно с нетерпением и с волнением ждал шести часов утра, так как в это время Московским поездом к ним в гости сегодня приедет Ольга со своей дочерью Юлей. Время тянулось мучительно медленно. Андрей в очередной раз уткнулся лицом в подушку, закрывая тяжелые веки от бессонной ночи. Спустя какое-то время, он услышал, как Ирина подходит к его комнате и открывая дверь, говорит ему:

— Андрей, просыпайся, пора — он взглянул на часы, было половина шестого.

Утренний воздух окончательно разбудил Андрея. Они подошли к пустой троллейбусной остановке и вскоре показался первый троллейбус. По дороге к вокзалу Андрей почувствовал, что здорово разволновался. Сердце так и прыгало у него в груди, он попытался себя упрекнуть в этом, мол, ничего особенного не происходит, подумаешь, девчонка в гости приезжает, твердил он в мыслях себе. Он вспомнил вдруг телефонный разговор, который у него состоялся пару месяцев назад с Ольгой. Она звонила, когда Ирины не оказалось дома и трубку взял он.

****

Андрей сидел на кухне за обеденным столом. Ирина заглянула к нему и сказала:

— Я в магазин спущусь, ты жди меня, пообедаем вместе.

— Хорошо — согласился он и вышел в прихожую, чтоб закрыть за ней дверь. Он уже хотел вернуться на кухню, как вдруг в это время раздался телефонный звонок. Судя по звонку, кто-то звонил издалека, так как вызов был междугородный. Андрей подошел и снял трубку:

— Алло.

— Алло, Андрюша, это ты? — услышал он в трубке женский голос.

— Да — произнес он, пытаясь узнать абонента, но, пока у него не получалось понять, кто позвонил и лишь, когда женщина представилась, Андрей все понял.

— Это тетя Оля из Джанкоя, а мама дома? — спросила она.

— Нет, она в магазин вышла, перезвоните попозже — предложил Андрей. Неудивительно, что он не понял, с кем говорит вначале, так как раньше он только слышал про Ольгу из рассказов своей матери, но, никогда до этого с ней не общался.

— Хорошо, я перезвоню попозже, всего доброго, «зятек» — напоследок произнесла Ольга и повесила трубку. Андрей, не ожидавший услышать такое слово от нее, еще пару минут продолжал держать трубку рядом с ухом, забыв вернуть ее на телефонный аппарат.

«Да, похоже, эта Юля из Джанкоя действительно хочет со мной познакомиться», мысленно отметил Андрей про себя и на лице у него появилась слабая улыбка. Только сейчас он положил трубку на телефон и медленно вернулся на кухню. Слова Ольги заставили его сильно замечтаться и он в своих мыслях уже представил себе крепкую, теплую дружбу с этой Юлей и в его мыслях она уже стала играть роль его девушки, несмотря на то, что они пока не видели в глаза друг друга. Только сейчас из магазина вернулась Ирина. Андрею показалось, что словно по велению каких-то сил свыше, она неспроста именно в этот момент отлучилась в магазин, чтоб он спокойно, наедине, пусть и по телефону, смог познакомиться с тетей Олей. Он сразу-же сообщил матери об этом телефонном звонке:

— Тетя Оля сейчас звонила из Джанкоя, перезвони ей — попросил он.

— Правда? — удивилась Ирина, затем, продолжила: — ей позвонить не получится, у них телефона домашнего нет, она выходит на переговорный пункт звонить — пояснила Ирина. Андрей с удивлением вдруг отметил, что слова матери вызвали у него легкую досаду. В душе он почему-то сожалел, что у тети Оли нет домашнего телефона. Короче говоря, эта семья с этой минуты вдруг стала его интересовать и глубоко в душе Андрей догадывался, чем был вызван у него этот интерес.

****

Когда они уже шли по перрону, Андрей решил признаться матери:

— Я что-то так волнуюсь — произнес он, поеживаясь от утренней прохлады.

— Почему вдруг? — удивилась она.

— Не знаю, волнуюсь и все — повторил он, но уже не придавая этому большого значения. Вскоре на горизонте показался Московский поезд. Перрон моментально заполнился выходящими из вагонов пассажирами и примерно столько-же было и встречающих.

— Вон они! — сказала Ирина, увидев их в толпе выходящих людей.

— Где? — спросил Андрей, ища их глазами. Но, вскоре он их увидел тоже, когда Ольга со своей дочерью Юлей, подошла к ним.

— Ну, здравствуй, подруга! — произнесла Ольга, встретив Ирину.

— Здравствуйте — поздоровалась с ней Юля, затем, перевела взгляд на Андрея и уже тише повторила: — здравствуй — Андрей поздоровался в ответ.

«Ни разу не улыбнулась», отметил про себя Андрей, взглянув на Юлю. Ирина с сыном взяли у Ольги багаж и все втроем направились к выходу с вокзала. Ольга тут-же начала о чем-то рассказывать Ирине, говорила она так быстро, что Андрей не успевал следить за ходом ее мыслей. Ирина ее слушала и одновременно толкала Андрея незаметно в бок и кивком головы указывала ему на Юлю, «мол, давай, общайся с девочкой», молча подсказывала она ему. Андрей игнорировал ее знаки, он считал, что они с Юлей еще успеют познакомиться поближе. Через пять минут они поймали маршрутку. Ольга и Ирина сели на задние места, Андрей с Юлей сел впереди. Андрей был бы рад переброситься с Юлей парой слов, но, она продолжала хранить молчание, ее взгляд был устремлен куда-то в пол.

Перед тем, как прийти домой, Ирина с Ольгой зашла в магазин. Андрей с Юлей остался ждать их у входа. Судя по выражению лица Юли, Андрей заметил, что ей, явно не понравилось то, что их матери зашли в магазин. Андрей, впрочем, как и Юля, понял, что они собираются купить алкоголь, чтоб отметить встречу. Андрей решил пока воздержаться от каких-либо разговоров с Юлей, так как вид у нее был, явно, не располагающий к общению. Юля была на голову ниже Андрея, черные волосы были зачесаны назад и на затылке были собраны в хвост. Тех коротких взглядов, которые Андрей незаметно бросал на Юлю, хватило, чтоб понять ему ее характер. Юля держалась с ним как-то зажато и при встрече с ним, явно, находилась в каком-то ступоре. Андрей отметил про себя, что по характеры у них очень похожи, так как в обществе с мало знакомыми людьми, он тоже чувствовал себя неловко и не спешил проявлять инициативу сразу знакомиться. Эта черта характера сидела в нем с самого детства и судя по тому, как вела себя с ним Юля, эта черта присутствовала в ней тоже.

Ирина с Ольгой сидела на кухне и обе отмечали встречу. Андрей зашел к ним и заметил, что Ольга была уже слегка навеселе. Подняв на него глаза, она произнесла:

— Андрюша, сыночка, пойди, пообщайся с Юлей, она у меня, бывает, «морозится», но, если ее разговорить, она тоже начнет общаться, иди — Андрей обратил внимание, что Ольга была человеком с юмором. Он невольно улыбнулся, когда она назвала его «сыночка», делая ударение на «ы». Ирина повторила Ольгину просьбу:

— Иди, Андрюш, девочка к тебе приехала, а ты здесь, иди — Андрей спорить не стал. Тем более, ему неинтересно было наблюдать, как его мать со своей подругой сидит и выпивает. Ему, как и Юле, не нравилось, когда его мать употребляет спиртное.

«Ну, что-ж, хоть, что-то общее у нас с Юлей есть», с иронией подумал Андрей и вышел в комнату. Юля стояла на балконе. Андрей с минуту помялся, затем, не спеша присоединился к ней. Дальше молчать было глупо и он задал ей первый вопрос:

— Как там в Джанкое погода у вас, Юль?

— Не жарко — ответила она с едва заметной улыбкой, которая тут-же исчезла.

— А у нас вон, что делается — произнес Андрей, указывая на улицу. Юля в знак согласия, кивнула.

— Может, сходим куда-нибудь, погуляем? — предложил он и на какую-то долю секунды сам испугался этого своего предложения, которое показалось ему довольно смелым.

— Можно — согласилась Юля и впервые за все это время, Андрей заметил, что вся зажатость и отстраненность в ней исчезли, чему он был только рад.

Они стояли в прихожей. Ирина сунула Андрею деньги в карман со словами:

— Своди Юлю на чертово колесо, она наверняка ни разу не была на нем, да, Юля?

— Не была — слегка смущенным тоном ответила она. Они вышли и Ирина закрыла за ними дверь.

Они шли по тихому скверу и Андрей признался:

— Знаешь, Юль, я в последний раз на колесе обозрения был, когда мне было лет десять, если не меньше, так что, ты не удивляйся, если я с первого раза не найду дорогу к нему.

— Ах, вон оно что, ты случайно не заблудишься в родном городе? — шутя спросила Юля. Андрей решил поддержать шутку и ответил:

— Надеюсь, что нет — на самом деле ему в этот момент хотелось произнести другую фразу, он хотел сказать: «мне было бы приятно заблудиться вместе с тобой», но, он не стал ее озвучивать, так как подумал, что Юле она могла показаться слишком смелой, а они все-таки, пока не настолько хорошо и близко знакомы для таких фраз. Андрей так-же заметил по Юлиному настроению, что та уже вполне готова к общению и он продолжил:

— А ту фотокарточку это ты мне тогда послала, или, твоя мама?

— Моя мама, я ее чуть не убила за это — призналась Юля, стиснув зубы, вид у нее при этом был, как у строгой мамаши, которая собирается задать трепку несносному своему ребенку.

— Почему? — удивился Андрей.

— Страшная карточка, не могла получше найти.

— Я бы не сказал, наоборот, очень даже неплохая — произнес в ответ Андрей. Юля в ответ лишь, едва усмехнулась.

Железная калитка, которая вела на территорию аттракциона, была наполовину скрыта листвой деревьев и Андрей с Юлей миновал ее, думая, что рядом есть другой, более открытый вход. Но, он ошибся. Узкая дорожка привела их в тупик и Андрей с улыбкой произнес:

— Похоже, мы прошли вход — и когда они разворачивались, Юля с нотками юмора в голосе, произнесла:

— Да, похоже, ты действительно редко выбираешься в город.

— Извини, на этот аттракцион меня еще мой отец водил, который давно не живет с нами — признался Андрей, пропуская Юлю вперед, затем, вошел сам и закрыл за собой калитку. На территории аттракциона продавались различные напитки и мороженое. Взяв себе по порции эскимо, Андрей с Юлей направился к колесу обозрения. Сидя в кабинке напротив нее, он, то и дело, поглядывал на Юлю и старался переброситься с ней лишней парочкой фраз, но, Юля, как будто, не замечала его, она с интересом озиралась по сторонам и любовалась Южной бухтой города, которая с такой высоты была перед ними, как на ладони.

Когда они возвращались назад, Андрей чувствовал в себе не сильную, но, все-же, усталость, чего нельзя было сказать про Юлю. Прогулка ее, похоже, ничуть не утомила и когда они уже приближались к дому, она спросила Андрея, указывая на балку, что располагалась по левую сторону от них:

— Это у вас небольшой лес рядом?

— Ушакова балка — пояснил Андрей и добавил: — любимое место отдыха местных «аборигенов» — шутя произнес он, имея в виду жителей его района.

— Почему «аборигенов»? — со смешком спросила Юля и Андрей отметил, что впервые за все это время услышал ее, пусть, слабый, но, смех.

— Потому что, любят там отдыхать, разводить костры, устраивать так называемые «маевки», когда отмечают майские праздники — объяснил Андрей.

— Давай спустимся? — предложила Юля и Андрею ничего не оставалось, как согласиться и он повел ее в дебри Ушаковой балки. Спускаясь вниз по крутому склону, Андрей держал Юлю за руку, чтоб она не поскользнулась на мелких камнях, которые покатились вниз, как только они стали спускаться по этому склону.

— Держись крепче — попросил Андрей, отмечая про себя, что ему приятно держать ее ладонь в своей, это тоже было первое прикосновение его за время знакомства с Юлей.

— Ничего, я в походах не по таким еще склонам спускалась! — задорным тоном произнесла она. На самом низу Ушаковой балки их окружал настоящий лес и даже лучи летнего Солнца сюда едва пробивались.

— Здорово — произнесла Юля, оглядываясь вокруг и похоже, она представляла, что находится в настоящем, дремучем лесу. Рядом с ними было поваленное дерево, которое, явно, кому-то служило «скамейкой», так как рядом с этим деревом были следы потухшего костра. Юля присела на его край и Андрей тоже решил составить ей компанию и сел рядом. Затем, решил спросить ее:

— А у вас в Джанкое есть такие места? — произнес он, обводя рукой лесную чащу Ушаковой балки.

— Шутишь, нет, конечно, там вообще, ничего нет — с горькой иронией в голосе ответила она. Затем, взглянув на него, произнесла:

— Ладно, пошли — Андрею показалось, что Юля заметила его утомленный вид и поэтому, предложила пойти домой, хотя, он всем своим видом старался не показывать свою усталость.

— Пошли — согласился он и они стали подниматься вверх.

Подходя к подъезду, они услышали, как из окна кухни Андрея доносился шум. Ирина с Ольгой к этому моменту были изрядно навеселе. Андрей почувствовал, как у Юли резко падает настроение. Он это почувствовал даже не глядя на нее. Она быстрым шагом зашла в подъезд, ругая про себя свою мать. Андрей поспешил за ней. Ольга встретила их в прихожей и каким-то расплывчатым, пьяным голосом произнесла, глядя на Андрея:

— Андрюша, сыночка, ну, как погуляли?

— Успокойся! — рявкнула на нее Юля и быстрым шагом направилась в комнату Андрея и закрылась в ней.

— Хорошо погуляли — произнес Андрей и изобразил на лице улыбку. Он подошел к своей комнате, но, открыть дверь не решился. Юля, явно, была не в духе, впрочем, как и он сам.

Вечером, когда Ирина с Ольгой уже уснула, Юля с Андреем находилась в его комнате. Она сидела на его кровати и листала журнал. Андрей сидел рядом за своим письменным столом и изучал газету. Наконец, отбросив журнал в сторону, Юля произнесла:

— Ненавижу ее в таком состоянии — Андрей без труда понял, о чем говорит Юля и кого имеет в виду и поэтому, произнес в ответ:

— Понимаю — по его выражению и тону было видно, что он, действительно понимал.

— Пойдем, выйдем на балкон, перекурим? — вдруг предложила Юля. Они стояли на балконе, их окружала ночная тишина, в которой слышны были только трели сверчков. Андрей вдруг произнес:

— Хорошо, когда у человека есть свой мирок, в котором он может временами укрыться от окружающих проблем.

— Какой мирок?, о чем ты? — не поняла Юля. Андрей немного помолчал, затем, пояснил:

— Я говорю о своей комнате, когда моя мать приходит из гостей в пьяном состоянии, я закрываюсь в ней, чтоб только не видеть ее, она почти никогда не заходит в мою комнату.

— А — протянула Юля, поняв его мысль. Помолчав, он добавил, глядя на нее:

— Я рад, что моя комната послужила укрытием и тебе сегодня — Юля удивленно взглянула на него: — сегодня днем ты вошла в мою комнату и закрылась в ней, даже я побоялся тебя побеспокоить — признался он. Юля улыбнулась, улыбка ее получилась искренней и доброй. Но, затем, очень быстро растаяла и Андрей подумал, что Юля сейчас задумалась о чем-то не очень веселом и понял, что он оказался прав, когда она произнесла:

— Знаешь, мне кажется, такое «укрытие» в виде своей комнаты есть у каждого человека, у меня, например, тоже своя комната дома и мне тоже есть, куда уйти, когда мать в таком состоянии, а иначе, очень трудно, почти невозможно — последние слова Юля произнесла очень тихо, почти шепотом. Андрей не решился вставить свое слово в ответ и они замолчали, продолжая слушать лишь, пение цикад в ночном дворе.

Незаметно пролетела неделя. Ирина и Андрей провожали домой Ольгу с Юлей. Перед отправлением поезда они сидели в привокзальном кафе за чашками кофе.

— Вы хоть, почаще выбирайтесь к нам, а не раз в сто лет — произнесла Ирина, обращаясь к Ольге.

— Постараемся, вы тоже приезжайте, не сможешь ты, пусть Андрюша приезжает — проговорила Ольга и взглянув на Андрея, умиленно произнесла: — ой, сыночка ты мой…

— Мам, успокойся — тихо процедила сквозь зубы Юля.

— Что «успокойся», все-равно, Андрюша, ты будешь моим зятем! — Андрей, опустив голову, скрывал улыбку, чтоб ее не заметила Юля, так как ей было, явно, не до улыбок. Через несколько минут Юля зашла в вагон, а Ольга перед тем, как зайти за ней следом, повернулась к Андрею и на ухо ему сказала:

— Андрюш, ты не смотри на то, что она у меня такая, как не от мира сего, я уверена, с тобой она будет похожа на человека, ну, а сейчас она просто «морозится», Господи, сама виновата я, рожать надо было от нормального мужика, а не от…, прости, Господи… — Андрей все это время молчал, но, теперь решил сказать:

— Ну, что вы, таких, как Юля, еще поискать надо.

— Правда? — обрадованным тоном произнесла Ольга: — ой, сыночка ты мой! — опять умиленно улыбаясь, произнесла она и наконец, зашла в вагон. Когда поезд тронулся, Ирина с Андреем замахали им на прощание.

По дороге домой Андрей признался:

— Скучно теперь будет без Юльки — Ирина взглянула на него и ответила:

— Ничего, может быть, Юля приедет на день флота к нам, а может, правда, ты как-нибудь съездишь к ним на выходные в Джанкой — Андрей слабо усмехнулся, поездка к Юле в гости казалась ему в данный момент нереальной, ему все время казалось, что родной дом и его стены прочно сковали его и никуда уже не отпустят.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 356
печатная A5
от 423