Бесплатный фрагмент - (В) (не) зависимости

Часть 1. В Зависимости

1.

Антип Игоревич Гарев, по прозвищу «Бача», жил суетливым, неспокойным человеком, привлекающим к себе неприятности. Так, ещё в детстве, периоде шестого класса, на него наехал один парень, этакий «главарь своих пацанов» Витька. Не растерявшись, Антип ударил агрессора прямо в нос. Рядовая, казалось бы, ситуация, не завершившаяся на этом. «Ржавый» стандарт бытия, отличающийся от золотого тем, что не особо необходим.

Спустя совсем небольшое время, с друзьями по двору «Бача» сидел и общался неподалёку от собственного подъезда. В какой-то момент, дабы, упаси Бог, не заметили родители, мальчиш в одиночку отправился покурить за гаражи. К прискорбию, именно за гаражами Антип вновь встретил вышеупомянутого субъекта Витю, но уже не одного, а в компании сомнительных товарищей. Вполне логично для той поры, что «господа из сопровождения» принялись запинывать обидчика их «родного вожака». Потом ушли. Поднявшись, Антип вернулся к «своим». Самый старший из компании — Саня, сказал, дескать, спускать подобное не есть дело, в итоге вся орава приятелей Гарева отправилась на поиски агрессоров. Нашли, отвели за те же гаражи, где ранее был бит Антип, там Саня выстроил всю «шантрапу» в ряд и сказал пострадавшему Антипке: «Бей в нос каждого».

Всё же «своих» было больше, чувство личного достоинства и жалость не позволили А. Г. бить внезапно сломленных недавних врагов столь цинично, унижающе, потому Саня получил отказ. Тогда он предложил просто толкнуть каждого из парней. Вполне удовлетворяющее предложение, Антип исполнил задуманное… после данного случая Витя и Ко исключили из собственного расписания встречи с Гаревым. Да и во дворе проживания Антипушки «проигравшие» тоже старались не показываться. Двор продолжал «тонуть» зимой в снегу, а весной и осенью в грязных лужах уже без Виктора и «сопровождающих»

И всё же, необходимо признать — в школе Анту нравилось драться. Памятен случай — тогда Антип был дежурным, один младший школьник всё бегал и бегал неподалеку, игнорируя правила о считавшемся нормальным, более медленном передвижении, установленные в школе. Гарев несколько раз «стопорил» его, однако это помогало ненадолго. Позднее, спустя пару суток, Антип не дежурил, шёл с приятелями в школьную столовую, у дверей столовой как раз прохлаждался этот «бегун», А. Г. ударил его по руке и спросил: «Ну что? Больше не бегаешь?», улыбнулся, прошёл в столовую. Один из приятелей сообщил ему, что «нарушитель» после удара высказался явно ненормативно в адрес обидчика. Эта информация подпортила удовольствие от любимых столовских макарон «по-флотски» и чая из большой жестяной бадьи с краником. Стерпеть подобное обращение Антип не смог, выбежал из столовой, отыскал парня и принялся избивать неподалеку от кабинета музыки и МХК (Мировой художественной культуры), вся толщина, крепость костей и сила мышц обрушились на бедолагу, словно цунами, порожденное глубинами Тихого океана. «Обзывака» вскоре заплакал, тогда Антип перестал бить, ибо жалость наполнила естество драчуна.

А вот уже дома, вечером после школы в тот же день, раздался звонок по телефону, «голос» на том конце провода попросил позвать родителей. Антип крикнул папу, отец подошёл и был немало удивлён тем фактом, что звонили из правоохранительных органов, ведь тот, кто получил за дело, нажаловался своему предку, а человек сей не нашёл ничего лучше, кроме как написать заявление в полицию, якобы, у сына его синяк на пол лица. Что ж, далее была объяснительная, имелась возможность даже и постановки на учет, однако у папы Антипа в структуре работал друг, в результате всё обошлось.

Любовь к дракам не могла так просто угаснуть, один знакомый — Петров С., предложил походить с ним вместе на греко-римскую борьбу, месяц Гарев посещал её, но после того, как был поставлен в спарринг с одним высоким типом, кидавшим «низкорослика» в приёмах словно мячик, решил отказаться от столь сомнительного досуга.

Через несколько лет, в девятом классе, Антип вновь повстречался с товарищем Петровым, в этот раз он предложил посетить тренировки по «Тонг-Ил-Мо-До», благо инструктором там был молодой парень Жека, а сами занятия были бесплатными. Впервые А. Г. пришёл на занятия в майке и трико, на что никто ничего не сказал. Забавно, что занятия проходили в помещении физкультурного зала школы Петрова и Гарина, в знакомом месте, внушающим покой. Гарина всё удовлетворило, он стал завсегдатаем занятий, бывая на них по три раза в неделю. На третий год занятий, тренер Жека внезапно решил поехать на соревнования в город У., Антип являлся самым старшим по возрасту в секции, был оставлен исполняющим обязанности тренера. На тренировках было много малышей, Гарин осуществлял свой функционал сурово: гонял малЫх и делал с ними упражнения весьма интенсивно. По прошествии двух недель тренерской деятельности «Бача» так умотал детей, что половина из них разбежалась и впредь не посещала занятия. Естественный отбор, а заодно и результат природной жестокости, мимикрирующей под жёсткость. Не всякий тренер является наставником, сэнсэем.

Забавный факт — в те годы у А. Г. была настоящая зависимость от сигарет, но занятиям она не мешала, при тренере Гарин не курил, однако каждый раз, когда парняга вечерами выходил из дома, направляясь на занятия, «дворовые» пацаны, с которыми в обязательном порядке было принято здороваться, стабильно предлагали попробовать что-то кроме сигарет, например, употребляемые ими «россыпь» и «твердь». Парни утверждали, будто отказываясь, Антип многое теряет, «уходит в крен от коллектива». Ответ Гарина всегда был в духе, что, мол, не зная то, чего не пробовал, Антип ничего и не теряет, ведь не своё, неизвестное потерять нельзя. Философия момента, с одной стороны, с другой — нехорошо быть тем, кто «ПастернАка не читал, но осуждает».

Всё же, то, что должно было случиться — произошло и однажды товарищ Гарина, Зинченко, приволок домой к Антипу целый мешок «россыпи». Тогда вдвоём с ним «подготовилась» сига, а когда «дым рассеялся», парни отправились на урок русского языка. Там Антип читал доклад, ну, то есть как «читал» — стоял у доски и не мог разобрать ни буквы текста, ведь он весь расплывался перед глазами докладчика, а Антип тормозил, будто звук с зажёванной кассетной плёнки. Препод «влепила» трояк.

Оставшуюся после того приснопамятного урока «россыпь» троечник высыпал в коробку из-под патронов для пневматики и отвёз в посёлок «Сети» (около тридцати километров от столицы региона) к местным пацанам, на пробу. Благо, там у родителей Гарина находился дом-дача. Сидя за столиком во дворе одной из построек многоэтажной части посёлка, А. Г. и пацаны, в общей сложности, набили «россыпью» восемь папир. Тогда казалось — это «туева хуча». Никто не знал, как правильно пускать дым, интернета не было, так что использовалась пластиковая бутылка, где проделали восемь дырок, в которые, собственно, и разместили сами папиры. После втяга, для Антипа эффекта не было, зато было содранное горло и без приветствий «в гости зашёл» получасовой кашель. Это стало днём первого «пустого» зарока более не вдыхать. Зарок был, но были и дворовые пацаны в городе, в отличие от поселковых стабильно «манившие» потенциального неофита предложениями подымить каждый из тех вечеров, когда Антип отправлялся на спортсекцию. Вечный выбор между саморазрушением и самосовершенствованием, между инь и ян, без осознания баланса…

***

В собственные восемнадцать лет Антип весил девяносто шесть килограмм, это слегка смущало, но жить не мешало, Гарин частенько ездил в посёлок к родителям на дачу-фазенду, где с удовольствием проводилось семейное время. В доме рядом с родительским вскоре поселились Лёха и Настя, сколько было Лёхе — не важно, но Насте было двадцать три года, а с Алексеем она жила не расписанной, «гражданским путём». Эта парочка частенько заходила в гости к Гариным, где под «шум волны да плеск гитары», под беседы, было съедено много тортов и шашлыков различной степени готовности. Старшие Гарины сдружились с этими двумя представителями человеческого рода.

Однажды Настя пришла без Лёши, так как того ещё не было дома и, зная, что «Бача» — рыбак-любитель, пригласила юношу на рыбалку. Это показалось Антипу слегка странным, ведь симпатии к ней внутри не ощущалось, однако он согласился. На следующее утро, в шесть, двое встретились и отправились рыбачить. По пути, конечно, зашли в магазин, взяли «пенного». Рыбалка происходила на так называемой «Плотине», куда от многоэтажной части посёлка доехали на автобусе за десять минут. Насте там не повезло, она упала попой в грязь, попросила отряхнуть её и процесс оттряхивания Гарину понравился — занимательно и приятно, как и попа на ощупь. Поймали мало, ведь рыбачили «на хлеб», так что Антип высказал идею отправиться на рыбалку и на следующий день, только уже рыбачить «на червя». Настя ответила согласием, чем пробудила в собеседнике радость, потому как общаться с ней означало общаться со спокойной и уравновешенной девушкой.

В то время Гарин подрабатывал разнорабочим на стройке, так как учился в колледже на автослесаря, а когда остро встал вопрос о практике, А. Г., дичайше ненавидевший автосервисы сами по себе, не нашедший ни одного, где бы предложили практику оплачиваемую, пошёл «практиковаться» и трудиться на стройку в фирму работы отца, начальник которого, собственно, и строил дома. Платили «минималку» за месяц, работа длилась всё лето, «Бача» добирался из посёлка на работу и обратно на электричке. Однажды, позвонив Насте по телефону, который она дала на второй, «червивый» день рыбалки, Антип предложил вместе ездить на электричке как туда (в город, на работу), так и обратно, благо собеседнице было по пути. Девушка согласилась.

И вот стоит Антип как-то поздним вечером, смотрит в звёздное небо и понимает, что влюбился. Второй раз в жизни (первый был в далёкой младшей школе). В руке он сжал оберег — «счастливую монету», подаренную мамой, и, веря, что желаемое обязательно сбудется, загадал, чтобы Лёша и Настя, точнее, с той поры на некоторое время «Настенька», расстались.

Нередко Антип встречал её у дома на мотоцикле, НЕпара каталась по лесу и это было прекрасно. Потом Настя взяла кредит и купила автомобиль у отца Антипа. Затем случился День Посёлка, Антипчик пригласил её составить компанию, было взято два литра «виноградного напитка», закуски. «Красное» выпили в девичьей машине, затем поехали в центр посёлка на праздник. Там были танцы, на «джига-дрыгах» встретили общих знакомых — двух братьев и один, отведя Настю в сторону, рассказывал ей про то, какой Антип классный парень, по крайней мере, так сообщила Гарину сама Настя. После «поселкового расколбаса» Настю и «Бачу» в своё «лоно» вновь принял автомобиль, где употреблялось «живое» в стаканчиках. Антип предложил брудершафт, а Настя — обязательный поцелуй по его завершению. Они поцеловались, и Настя сказала Гарину, что лицо его тогда было каменным. Случились ещё поцелуи «по-взрослому», произошёл пляж и танцы под Мистера Кредо. Настя поведала, что целуется А. Г. офигенно, домой поехали только ночью и «её» Лёша, сам же отпустивший Настю с Гариным, ничего не сказал ни одному из «виновных».

Это было счастливое время — прораб Алексей на стройке давал задания даже и тогда, когда, вроде бы, и делать-то нечего особо было, навроде того, чтобы Антип перетаскивал в вёдрах мусор из одного конца стройки в другой, но парень не слушал его, он переписывался с Настей по смс и, перепрыгивая через забор, всякий раз, когда она приезжала к Гарину на работу, то есть почти ежедневно, целовался с зазнобой в авто по полтора-два часа. «Канагавская Большая волна» влюбленности накрыла Анта.

Был инцидент — А. Г. попросил Настю вдвоем съездить в город за флешками, она охотно составила компанию, но уже в квартире, толкнув Антипа на диван, лихо оседлала, будто быка на родео, после чего, плотоядно улыбаясь, задала вопрос: «Зачем ты позвал меня?». Гарин чётко, а не как в песне «Что ты имела в виду?», понял, что Настя хочет секса, однако в свои восемнадцать Антип был девственником, притом, по собственному мнению, толстым, чего уже крайне стеснялся, а раздеться для юноши было «смерти подобно». «Бача» ничего не предпринял, так что все вернулись обратно в посёлок не став ближе. Зато этот случай стал стимулом для похудения. Уменьшив обычную порцию еды в четыре раза и выпивая по десять чашек зелёного чая в день, Ант за короткое время похудел на двадцать четыре килограмма.

Все эти отношения с Настей не могли длиться вечно, пусть Гарин и стал от неё зависим, кульминация приближалась. Однажды Антипка сказал отцу, что едет в «многоэтажную часть» посёлка. Волею судеб и из-за множества факторов (поведения сына, совпадений и тому подобного) отец, человек по натуре подозрительный, сложив два и два, понял, что выражение сына «вовне» связано с девушкой, а, следовательно — с Настей, понял и решил положить всему этому конец, ведь Лёха к тому времени уже стал отцу Антипа другом.

После очередного вечера музыки, поцелуев, кальяна, времени, проведённого вдвоём на пляже, на её авто Гарин и Настя возвращались домой. Неподалеку от дома девушки А. Г. заметил машину отца, попросил Настю высадить его за двести метров от поселкового жилища и решил, что такими нехитрыми манёврами сможет избежать грядущего.

Как бы ни так. На подходе к родительской «фазенде» в глаза «стратегу» бросилась фигура отца, ругающегося на Настю уже у дверей её дома. Гарин не смог не подойти, отец сказал отпрыску идти спать, но «Бача» ответил, что останется и будет слушать, после чего отец ударил, в кровь разбив Антипу губу. Уже удаляясь в дом, Гарин видел, как вышел Лёша и что они с папой обсуждали данную ситуацию.

Утром Гарина с его распухшей губой ждала беседа с родителями. Во время таковой юноша глядел на стену с фотообоями, где были изображены ветви сакуры, и грустил. Предки говорили, что Настя «прошла и Крым, и Рим», что она «прожженная профура» и что «ловить» с ней нечего, пусть даже Лёша спокойно и сообщил отцу, будто, по словам Насти (в изложении папеньки), между ней и «ребёнком» ничего быть не может, а потому Лёша спокоен.

Разумеется, Антип набрал Насте, она сказала, что им не стоит больше встречаться, но А. Г., твёрдо решивший переехать жить в ныне частенько пустующую городскую квартиру, уговорил её ходить вместе в тренажёрку.

Апогей неизбежно должен был наступить, так что в один из вечеров, после дискача, куда «охотник», таки, «заманил» Настю, Антип и девушка поехали в квартиру юноши, Гарин предложил сделать ей массаж, она станцевала стриптиз, разделась, а после собственноручно сделанного массажа разделся и А. Г. К сожалению, резиновый контрацептив, надетый на возбуждённый орган, действуя «заодно» с неопытностью и нервами, привёл к «падению чёрного ястреба». Антип оплошал — это был тот самый «провал Штирлица».

Утром она уехала, Гарин горевал и горемыке пришла идея «забыться россыпью», он вышел во двор и увидел двух «рукопожатных» приятелей, спросил у них где достать «субстанцию» и, как по волшебству, данные субъекты вытащили из карманов по два бумажных пакета. Раскрыв один из них, «Бача» увидел горсть «зеленушки», эти милейшие граждане сообщили, что один пак стоит 3000 рублей, так что Антип, имевший в распоряжении лишь полторы тысячи, приобрёл половину пакета и вернулся домой.

На балконе квартиры страдалец «выпотрошил» сигарету, забил её «начинкой» и использовал по назначению — эффекта ноль. Тут Антип обратил внимание, что не вынул фильтр из первой сигареты, так что повторил попытку с сигаретой номер два, уже без фильтра, но с бумажной скрученной «трубкой» в «бычке» на его месте. Вторая попытка «привела» с собой «фею весёлости», ничего более. Ант зарядил третью «ракету» и весь мир изменился — сперва он ощутил себя словно бы в игре «Counter-Strike», одновременно копом и «оппозицией», потом просто ходил по квартире и смеялся, слушая музыку и «всерьёз» раздумывая над необходимостью покупки боккэна или деревянного тренировочного меча для кэндо.

«Россыпь» ещё оставалась, так что Гарин направился обратно к пацанам, где те научили «прыгать с парашютом», эта «техника» пришлась Антипу вполне по нутру. С тех пор «кайфушник» каждый вечер повадился ходить к ним, все радостно угощались на скамейках под кронами деревьев — скидывались по пятьдесят рублей каждый, большой компанией и «удымливались». Иногда Ант вслух читал «коллегам по процессу» стихи Исакавы Такубоко, но потом все всё равно слушали рэпчик. Учёба в колледже начала ухудшаться, но там Гарин нашёл «соратника» Пашу, с которым вместо пар, ежеутренне встречаясь, скидывался и шёл в игровые автоматы, а выигранное тратилось на «россыпь». Туалеты колледжа, пустующие кабинеты, где стояли настоящие тракторы, наполнялись дымом и беседами об «эстетике» клубов с игровыми автоматами и культуре рифмованных музыкальных произведений, порожденных посещениями таковых клубов.

***

Шло время, Антип подрабатывал на вентиляции, устанавливая да прочищая, пил чифир и делал в стенах дыры перфоратором, но пришла повестка, в которой любезно «приглашали» на поездку в армию. «На радостях» Гарин съездил за зарплатой, полученные немногочисленные тысячи «деревянных» проиграл в игровые автоматы по дороге домой.

На организацию проводин денег пришлось просить у мамы, за «тугрики», ласково мамой предоставленные, призывник купил ящик «светлого» и пять единиц непива, дабы надлежащим образом отметить во дворе с пацанами собственный уход в армию. В тот день А. Г. попросил товарища поставить в окно колонки, дабы приятели смогли оценить напоследок треки Анта, записанные на хиленьком микро в рэп-группе «М-16». В названном коллективе Антип имел ник «Кунай» и «фитовал» с одним из двух лучших, на тот момент, друзей — Эриком. Пацанам понравилось, вроде как, ведь было смешно, что и планировалось «креаторами».

Перед самой службой Гарина увезли в региональный пункт сбора, там был наряд на КПП. «Всем миром», с такими же «попаданцами» скинувшись и потратив последнее, ребята заказали «огненной воды» и снеди через таксиста. Напились «в Никарагуа». Утром на КПП прибежал парень и сообщил, что Гарин будет служить в железнодорожных войсках, что, мол, пора на сбор, однако похмельный А. Г. послал его на три весёлых буквы, ведь служить в таких «прекрасных», с точки зрения Антипа Игоревича, войсках не хотел. Прошла пара часов и пришёл другой человек, вопросительно назвавший фамилию «Бачи» и утвердительно получивший ответ об отсутствии на КПП граждан с названной фамилией. Так прошло полдня, но «недолго музыка играла, недолго фраер танцевал» — за Антипом пришел командир роты и идти с ним пришлось без вариантов. На сборах в здании был один-единственный капитан, которому А. Г. сообщил, что хочет в морфлот, на что до сведения призывника было доведено, что он ничего не решает.

Не везло и далее — солдат, выдававший форму, невзирая на сообщённый точный «сантиметраж», снабдил Антипа всеми типами формы по размеру на порядок превышающими необходимые. Этим он «высадил» весьма и весьма.

На утро поезд, доставлявший к месту службы — в г. Ч., проехал через родной город «солдата первого левела». Антипу разрешили выйти на платформу к родичам, чему он был несказанно рад, там сделали совместное фото, ведь в ближайшие полтора года иного семейного снимка теоретически не предполагалось.

Уже в поезде Антип быстро смекнул спросить у проводницы касательно «порешать за выпить», она ответствовала, что есть «горячая» в бутылках из-под минералки ёмкостью пол-литра. Этим известием Гарин обрадовал весь вагон, так что трое последующих суток А. Г. разливал напиток, а парни носили ему в купе деньги.

В г. Ч. приехали поздно, всех положили спать. Утром, сперва выстроенные в шеренгу, после проверки сержантом наличия карманов, пацаны «побратались», обнявшись по воле сержанта, ну и затем приседали.

Дальше — столовая, только сели есть, как Антипу и остальным сказали встать, так началась «долбёжка». Радости не прибавляло и то, что из всего содержания посылок адресатам доставались лишь сигареты, «мыльно-рыльные» принадлежности и, изредка, кое-что «рыбное». Различные же «Чокопаи», хорошие конфеты и зефир, на словах, вроде как, долженствующие ожидать в столовой, уносились в пакетах «контрабасами» (контрактниками), в столовой же дожидались только конфеты-«сосалки» и простое сахарное печенье.

Офицеры менялись еженедельно, но все ждали майора Г., так как при нём всё содержимое посылок доставалось солдатам. Много раз юноши благодарили про себя этого человека за надлежащее к ним отношение. Разумеется, юные солдатики были крайне счастливы, поедая свои посылки, посиживая на табуретках во время занятий.

***

В связи с тем, что у Антипа была полная семья и колледж «за спиной», его определили во взвод охраны, там была строевая подготовка, поездки на стрельбище, участие в парадах и тому подобное, но главное — это наличие собачьего питомника на шестнадцать собак, куда Гарин и попросился по причине любви к четвероногим. «Основой» питомника являлись «кавказцы», но и один «среднеазиат» наличествовал. «Дембели» были довольны появлением «молодого» — А. Г. ухаживал за собаками: кормил, вычёсывал, водил на посты, когда же дембелей не осталось, на питомнике «сохранились» только сержант Белокрылкин, Антип и «Фома». Впрочем, «Фому» Гарин вскоре «выжил», так как он «крысятничал». Когда же у Антипа и Ко появились «дУхи» — вообще «балдёж» пошёл, они всё убирали, а «Бача» кайфовал на свой лад — ел «Доширак» с майонезом, пил чай, спал, только лишь на посту сам собак выставлял и играл с ними. Да, иногда для счастья нужно столь мало!

Не всегда было легко. Однажды привезли триста килограмм мяса, но не мясо это было, а черепки баранов, лошадей, требуха да болонь — готовили из чего было собачкам, а на сердце от того лежала тяжесть.

Зато у Гарина в армии имелся сотовый, так что он каждый день созванивался с друзьями и родными, Эрик дважды присылал Антипу «твердыню» в письмах, Паша отправил её же в конфете, казалось забавным на питомнике все конфеты из пакета посылки вскрывать, выискивая где же та самая, «заветная». Гарин нашёл, и с парнем по кличке «Портной» «приобщился», а возможное «палево» со стороны старшины совсем не волновало.

Это был не единственный употребляемый «дымный продукт», старший взвода Антон как-то «подшефным» подмутил «сырьевого» масла, которое интересанты смешали со спичечным коробком табака и «дымили», стоя в туалете на унитазах. Эффект, скорее всего, был надуманный, «плацебный» но разве ж это важно?! Все с интересом слушали рассказы Анта о «кинцуги», искусстве реставрации разбитой посуды, что, вероятно, привносило в «дымный» процесс некоторую пользу.

Намечалась «учебная война», проходить она долженствовала в полном обмундировании. Много Антип во всём этом «прикиде» не протянул, «сдох» на трети пути, а потому решил закосить, специально подвернув ногу. Сработало, Гарина определили в санитарную часть. Выпала на судьбу «Бачи» и такая ночка — разбудил его в санчасти дежурный по штабу, привёл в туалет и сказал, что за ночь унитаз должен быть вычищен, а то придёт полярный зверь писец. Однако Антип не испугался и спокойно отправился спать, как ни странно — дежурный больше к нему не подходил.

Прошло три недели, и «Бача» вновь вернулся к учению уставов, строевым, бывал и часовым, менялся там с такими же, как он, каждые пару часиков. Так что два часа сна, два — бодрствования, не сложно, но тяжело, ведь надето на человека два комплекта нательного белья, комплект камуфляжа, бушлат, валенки, каска, штык-нож, по тридцать патронов висят с каждого бока, да ещё автомат. Эх, упадёт такой «вояка» если, то и… нет, не то, чтобы совсем не встанет, поднимется, конечно, но кое-как!

Весело было над «дУхами» «прикалываться», ну так, по мелочи, «облучами» Антип их называл да «детьми Чернобыля». Существовала традиция в «армейке» — «стоять в полтораста», это когда на табуретку садишься, привстаёшь с неё слегка, руки вытягиваешь, а в них табуретку держишь. Стоишь же, пока нет команды об окончании этого прекрасного времяпрепровождения. Так вот — «дУхов» своих Антип в «полтораста» не ставил, договорились с ними, что вместо подобного, если они не так чего делают, например, недобросовестно питомник убирают, так вот, вместо «полтораста» Гарин их рыбацкими варежками по лицу бьет, а они ему в благодарность берцы новые покупают да дембельскую форму. Ну и обшивают, вместо «гусянки». «Гусянка», стало быть, на тот момент это «порочная практика», там либо каждый день «деду» деньги откладывай, либо продукты покупай какие «дед» скажет. Кто «гусянку» тянет — тому респект, почёт, кто тянет, тот «под прикрытием» у «деда» и сам потом может требовать, чтобы ему «гусянку тянули». Но какой результат? Печальный — из-за этих «гусей» вся часть, по наблюдениям Анта, разукомплектована, к эксплуатации не годна техника, ни аккумуляторов в ней, ни частей медных. Патриотизм уходил в крутое пике на много-много серий. Впрочем, думал Ант, в будущем станет с этим лучше. Наверное.

Во время «стодневки» (до приказа о дембеле), Антип «дУхам» масла сливочного брал, «дух» подходил к нему и говорил: «Дембель» стал на день короче, спи, старик, спокойной ночи, пусть приснится дом родной, баба с пышною пи**ой, море водки, пива таз президентский тот приказ, где говорится: «Всем «дедам» домой явиться»! «Дембель» стал на день короче, спи, старик, спокойной ночи». После этого дух спрашивал можно ли масла забрать, а Антип вопрошал сколько ещё Гарину дней «бани,» сколько дней до «деда», не ответил «дух» правильно — за шиворот, в нос или в карман ему масло, а правильно ответил — получай, заслужил покушать, дорогОй. Бывало, конечно, «дУхи» забывали масло забирать, тогда А. Г. всё накопившееся старшему «дУху» засовывал куда-нибудь.

Увольнение однажды случилось. Белокрылкин «Баче» одежду на три размера больше выдал — старые ботинки, дряхлые спортивные штаны, потёртая кожанка. На бомжа «дедушка» походил. В городе с сослуживцем Мишей гуляли, Антип банку «пенного» выпил и окосел, ну и ладно — в части-то не спалили, по итогу. Пронесло, выходит, чем и запомнилось.

Новый год-то какой весёлый был — получили ребята деньги. «Нарпом», так сказать, старший — Руслан, с майором о «можжевеловом напитке» договорился, лЯпота была — лежать на шконках и пить.

Но вот и «дембель» почти, на днях домой, сидит Гарин на питомнике, ворота закрыты, вдруг звонок в дверь — ба, комвзвода! Забежал, искать что-то стал, Антип спросил что именно, комвзвода кричит: «Спирт! Где спирт?! Лучше говори!». Собаки лаяли на него, но как он пальнул в воздух, так замолчали псы, однако не нашёл спирта, а Антип вовсе не пил его, зачем ему надо это было? Видать характеристики хорошей не хотел А. Г. дать или сержанта звание снять желал, но кончилось всё хорошо.

Домой на поезде классно «Баче» было — всю дорогу «Кровавую Мэри» пили, родителям Антип не сказал, что возвращается, сюрприз, зато! «Наконец-то еду я на Родину…», как в песне поётся одной. Алекса, одного из лучших корешей, Гарин просил встретить солдата по приезду. И он встретил! Такая встреча тёплая получилась на платформе. Потом в магаз — «белая», «конина», в авто попили, а затем к Алексу домой. Мать его радушно встретила друга сыновьева, а наутро Антип уж и в посёлок, к «старикам» своим, по дороге букет матери купил и пару стопок для храбрости выпил, родители не ожидали, рады дюже были, но папа — деловой, в тот же день предложил сыночке через друга, начальника МВДшного, в отдел-то и устроиться.

***

Следующим днём А. Г. отправился вместе с отцом на собеседование. Папин друг спросил кем Антип хочет работать. Гарин, не задумываясь, ответил, что опером, хотя Володю Каверина из «Бригады» и не любил, тогда отца и сына направили к начальнику УгРо по имени В. «В.» поинтересовался, где Антип набил такие кулаки, сам же себе и ответил, мол, в армии, наверное. Гарин-младший добавил, что всю армию на кулаках отжимался. Далее А. Г. задали вопрос про «ладонную» наколку «Через тернии к звёздам» на латыни, и юноша ответил, что сведёт, как только денег заработает. После беседы Антипа направили на медкомиссию, Гарин же, на радостях, стопы свои направил во двор родного «городского дома». Там парни очень рады были бывшего солдатика видеть, подкидывали дружку в воздух, после чего Антип «надышался» и продолжал «социальные процедуры» всякий раз после сдачи медицинской комиссии, при любой возможности.

Случилась и встреча со вторым лучшим другом, Эриком. Тогда, в тот далёкий и невозвратный уже день, Антип и Эрик пошли на пруд, где Гарин красовался перед другом в том, как умеет ходить строевым шагом, а Эрик пел собственные песни без аккомпанемента.

Вообще, А. Г. дюже ценил Эрика за необычный взгляд на вещи за истории, которые «дружаня» умел «плести» из слов. Вот и в ту встречу Ант не был лишён «лексического лакомства». Эрик приготовил интересное повествование:

«Узнав, что в городе открыли глэмпинг на территории действующего погоста, я сразу же решил побывать там. Необычно, странно, «нервощекотательно» — «must have»! Длительное время я «ловил» свободные даты на выходных, стремясь опередить подобных мне, в конце концов забронировал.

По самомУ домику — ничего необычного, стандартный «А-фрейм». Несмотря на название локации «Покой», антуражно местА для ночлега и досуга никак «не обыгрывались» создателями с целью «симбиоза» с окружающим пространством.

По прибытии администратор сообщил мне, что можно взять экскурсию, где расскажут о выдающихся «обитателях» кладбища. От меня, естественно, последовало согласие, так как «черным-темно» ещё не было, а я уважаю всяческую мистику и нестандартность.

Экскурсия оказалась интересной, некрополь хранил «внутри» себя множество писателей, учёных, «авторитетов» из девяностых годов двадцатого века, актёров, артистов, военных и т. п. «Вожатый» на полном серьёзе утверждал, что самые «опасные» надгробия на погосте — те, где когда-то имелись фото почивших, но от времени стёрлись. Потому что некоторые из таких надгробий «не хотят» оставаться «безликими», а «привязанных» к таковым могилам живых людей, желающих и имеющих возможность обновить изображения на плитах, уже нет. Именно поэтому надгробия могут «впитать» в себя оказавшегося рядом ментально и/или физически ослабшего человека, отобразив на собственной поверхности лицо невезучего бедолаги. Ближе же к окончанию экскурсии, гид полушутя «предупредил», что окружение у «моего» домика не простое, а потому всякое может случиться. Экскурсовод не имел развитой «мимической пластики», не проявлял эмпатичного настроя на моё развлечение, в субъекте ощущалась некая «закостенелость». Не мудрено, что, по сути, единственная шутка от столь серьёзного человека, пусть и обладающего обширнейшими энциклопедическими знаниями по теме, запомнилась, засев в голове.

Во время «одинокого» пути в домик начали происходить странные вещи, отвлекшие меня от размышлений от едва закончившейся экскурсии. Прямо над «вечереющей» и «сумеречной» дорогой, в нескольких точках воздух с остаточным светом локально «искривились» таким образом, что образовали нечто вроде «зрительных» порталов, визуально «передавая» виды, кардинально отличавшиеся от находящихся вокруг. Иные цвета, яркость, освещение, места, время. Я видел в «порталах» прошлое с моим умершим уже отцом! Дни, когда помогал папе «бомбить», сидя за его водительским креслом; вечер, во время которого пытались продать билеты на концерт одной из любимых им групп прямо у входа на площадку мероприятия, но были пойманы охраной; совместные игры в боулинг; первое в жизни посещение ресторана с роллами и суши; застолья на семейных праздниках; игры в теннис один на один; совместные закупки товара для его продуктового магазина и иные «объединяющие» события. Не знаю сколько времени я в слезах переходил от точки к точке, стремясь вновь «окунуться» во времена, которые уже не вернуть. Тем не менее, настал миг и всё пространство вновь «выровнялось», окружающая картинка «стабилизировалась», придя к ожидаемой «норме». Мне стало страшно от темноты вокруг и ощущения «мертвечины» — разум «любезно» предоставил мне таковое, не в силах бороться с «биологическим», примитивным страхом смерти и темноты.

По возвращении, наконец, в домик для ночёвки, я обнаружил, что на стене над кроватью висит картина, которой ранее там не было! До того на стенке наблюдался лишь «след» от некогда висевшего изображения в рамке, не более. На холсте были нарисованы сидящий на стуле юноша, напоминавший мне самого себя, а также скелет, расположившийся в кресле рядом с молодым человеком, и положивший собственную костлявую конечность на «мясные» колени «соседа». Автору удалось передать происходящий на холсте процесс, а именно — ситуацию массажа, во время которого «живой» мужчина массировал «мёртвому» костяную стопу ноги.

Едва увидев данное произведение, я сразу же почувствовал оторопь и мурашки по всему телу. Узнавание и принятие были быстрыми — на картине автор изобразил не кого-нибудь, а меня и моего отца! Подобная сцена имела место в прошлом, во время одной из наших немалочисленных загородных поездок на выходные. Отец очень любил, когда ему массируют стопы, а потому частенько просил меня не отказать в подобном действии. Помню, что мне одновременно хотелось сделать папе приятно и было несколько брезгливо массировать чьи-то, пусть и «близкие», стопы.

Дрожащими руками я сфотографировал изображение, попутно поняв, что теряю самоконтроль и «отъезжаю» в воспоминания. Потом вновь перевёл взгляд на чью-то красочную работу.

Полотно «добило» меня, «ведущую» рациональную часть сознания, так что я просто осел на пол и погрузился в воспоминания о том, чего не вернуть, в сожаления о сделанном и не содеянном…

Утром я проснулся на кровати под одеялом, что означало — туда «автопилот» всё-таки смог доставить тело вопреки всему внешнему и внутреннему. Первым делом я посмотрел на картину, но вместо неё увидел лишь «след» — более светлый участок стены, «защищенный» от «пыльного потемнения» когда-то расположенным на таковом участке объектом прямоугольной формы.

Собрав вещи, я отправился к администратору, чтобы сдать ключи от домика, оформить выезд. Показал ему фото картины, а затем снимок места, где она висела ночью, но отсутствовала вечером и утром.

— Что это за исчезающий холст? Откуда он появился и куда делся? — поинтересовался я у сотрудника, умолчав, при этом, о «послеэкскурсионном» опыте «дорожного» визуального «контакта» с прошлым.

— Не знаю, но слышал о подобной ситуации с живописью уже от нескольких гостей. Надо бы, наконец, самому провести в домике ночь ради экспириенса. Другое дело — не факт, что удастся заснуть. Несколько раз из-за дел по работе я оставался на ночёвку здесь, в домике администратора, но заснуть, в итоге, не смог. Вместо сна бродил по ночному кладбищу, словно лунатик, ходил и слушал послания камней, петляя среди дорожек, «стелящихся» под ноги так, словно до того мы с этими путями не «встречались» множество раз. Камни говорили мне что-то, шептали, но разобрать удавалось лишь малое количество слов и посланий. Везде нужна тренировка. Я, кстати, думаю, что и гиды у нас не люди, а ожившие каменные статуи с забытых или просто не всем известных мест этого старого погоста. Поэтому чему вы удивляетесь? Вы же, наверное, искали некой необычности, арендовав домик в такой локации? Вы её получили. Если гость жив и ментально да физически здоров, плюс с новым опытом, то это ли не удача?! Напишите, пожалуйста, хороший отзыв!

На мой вопрос много ли тех, кто после ночи в домике НЕ «жив и здоров», администратор лишь улыбнулся. Вскоре приехало такси, забрав меня из пространства «могильных загадок» в знакомое пространство Урбана. Часть меня хотела когда-нибудь провести в необычном домике ещё одну ночь, желательно не в одиночестве, чтобы разделить «необычайное» с кем-то близким, другая же часть естества съёжилась от страха и стремилась забыть об опыте хотя бы на какое-то, но желательно длительное, время. Этой самой «другой» части хотелось «привычности», дающей уют дней «известных», словно бы «обмотанных» упаковочной, «пузырчато-пупырчатой» плёнкой.

И всё же, на мой взгляд, рок стоит поблагодарить за такую «диковинку» на страницах «книги моей судьбы», а также за возможность вспомнить и провзаимодействовать с ушедшим близким. Жалко, поговорить не удалось, однако от добра добра не ищут, кроме того, будет чего желать при «повторе», когда и если он случится.

Этот след от картины отпечатался в памяти. Оставил след и в душе!».

Гарин не знал верить услышанному или нет, однако доверять другу хотелось, а потому и для сомнений не должно было найтись места. История натолкнула Игоревича на мысль о великой ценности того факта, что родной отец был пока жив, еще с ним, «в доступе». Встреча друзей, меж тем, плавно завершилась…

Но вот и важная дата — свадьба у двоюродного брата. Разумеется, Антип приглашён вместе с родителями, внезапно вновь это имя — Настя, вернее — Настюша, уже другая, четырнадцатилетняя девушка, которая пришлась молодому человеку очень по сердцу, видимо, как и он ей, ведь села она за праздничный стол рядом с Антипом, сама, по собственному выбору. Двое так мило общались, она пригласила Гарина на «белый танец», парочка счастливо танцевала, вдруг подошёл Настюшин отец и сказал: «Антип, бери её». Этим он крайне смутил Гарина, тот просто не мог себе позволить с ней встречаться по причине возраста этой, ещё, девочки. Чай, не Ромео с Джульеттой перед грядущей «Пляской смерти»! Тем не менее, она оказалась кое в чём грамотнее «Бачи» — рассказала про малоизвестные мессенджеры и приложения.

После свадьбы брата Антип и «Настюша» переписывались, однако всё время Гарина было занято тем, чтобы достать деньги на «зелёнушку». Он сошёлся с неким Сашком, «двигался» через него на 0, 8 единиц «рафинада», позже нашёл общий язык со всей его компанией, с ними «дышалось», пилось. Именно от них Антип впервые узнал про «космос» — «дыхательные» смеси, Гарин попробовал их и его «унесло» с «кондачка». Стоила эта вещица дороже, но зато и эффект! Антип и «дворовые» стали скидываться, чтобы «дышать» ежедневно. После устройства в отдел Антип, который уже раз, решил бросить, дав очередной пустой зарок.

Бабушка Клавдия щедро дала Гарину денег на авто, родители добавили, вместе с отцом на «Белой башне» Антип купил себе бежевый ВАЗ 2112, «десятилетку», с сигналкой, мощными колонками и сабвуфером. Однако А. Г. давно не ездил и просто забыл как это делается, тем не менее, перегнать авто до дома, плетясь вслед за отцом, смог.

Время шло — работа тоже шла в гору, Ант пытался раскрывать преступления, заводил «агентов», искал преступников, однажды товарищи участковые задержали бомжа Владимира, который, судя по записи с камеры видеонаблюдения, на которой Володя был заснят выходящим из подъезда с пакетом, украл четырнадцать счётчиков. Томился этот несчастный в опорном пункте, отрицая свою вину, так что участковые решили надавить: подсунули Владимиру пакет с извёсткой, типа это «грек» (тяжелое вещество) и при понятых пакет «обнаружили» — грозились «оформить» после экспертизы по статье УК, если не будет явки с повинной «по счётчикам» написанной. Конечно, бомжик «стух» и всё подписал, его отпустили под повестку до суда, он вынужден был каждый день приходить к Антипу отмечаться. В прекрасный кабинет с четырьмя сейфами, двумя столами, компом и кучей стульев (весь этот скарб Гарин собрал сам). В кабинете «Бача» поил Владимира чаем и угощал сигаретами, ведь, хотя курить запрещалось в кабинетах, Антип не только курил сам, но и соседей пускал покурить, объясняя начальнику наличие смога и запаха из кабинета особенностями психологической работы опера с контингентом для сговорчивости.

Вот всё ближе очередной поворот сюжета жизни — закрыл Гарин после допроса типчика одного в обезьянник и тут увидел в соседней камере «диво-дивное» — девушку красивую. Спросил за что сидит — ответствовали дежурные, что за кражу из «Ашана». Выяснил опер, что девушка-то из города, расположенного за две тысячи километров от родного для Анта. Живёт ныне девчуля с сестрой в пригороде, в одном из мелких городов-спутников и именно эта самая сестра сказала девушке, будто в «Ашане» можно безнаказанно тырить. Девушке (по имени Кэт) повезло, украла она на «административку», а вот сестра её — Инга, по сумме натыбрила уже на «уголовку». Так или иначе, Ингу уже отпустили, а Кэт оставили «чалиться» в камере до суда. Понравилась Антипу девчушка в красном пальто, серых колготках и чёрных сапожках прям очень сильно, поднялся он к себе в кабинет, где сидели напарник Денис и сотрудник Максим, рассказал им всё, поржали они и уговаривать стали Гарина домой пойти. Уверяли, смеясь, что утром поднимут и накормят узницу эту, ведь дежурство-то их, А. Г. метался по кабинету из угла в угол, но решился перебороть страх и вытащить девку. Спустился к дежурному и предложил тому выпустить Кэт с опером до утра, под Антиповскую же ответственность, за коньяк, дежурный согласился (как узналось позже, можно было и без коньяка обойтись). Гарин объяснил Кэт, что до утра ей предстоит провести время с ним, после чего вдвоём они поехали в магазин за джином (позже она расскажет А. Г., что пока он покупал напиток, хотела сбежать, но не решилась Гарина подставить). Вернулись «Бача» и девушка на стоянку машин у отдела, понапивались и уснули прямо в авто, причём Катя уснула на плече «поручителя». Наутро она — в суд, а Антип — на работу. Обменялись телефонами, встретились этим же вечером и отправились кататься, родители Гарина уехали домой, он пригласил её к себе, сперва поцелуи, а после круговорот всех известных юноше на тот момент поз в природе. Позже А. Г. сказал ей, что это был его первый раз, она не поверила, сказала, будто была уверена — у партнера большой опыт, судя по «процессу».

На следующий день Ант посадил новую знакомую на поезд, сказав, что любит и позвал переезжать к нему, «мамзель» произнесла в ответ, что всё обдумает и, наверное, согласится через несколько дней. Потом, спустя пару суток, от неё звонок, в трубке — слёзы, Кэт говорит, что на паранойе касательно чувств Антипа. А. Г. стало так жаль её, в голове мелькнула фраза отца: «Один раз пожалеешь — всю жизнь жалеть будешь», но что толку от чужой мудрости, если она ещё не прожита на собственной шкуре?

Через две недели «Бача» объявил родителям, что хочет жить с новой пассией, они дали добро, так что молодёжь вдвоём ютилась в одной комнате городской квартиры, а родители — в другой. А Кэт… Кэт быстро надоела Антипу, видать всё дело было в кажущейся, лишь временной заинтересованности по причине неопытности, так что Гарин стал задерживаться на работе, сидел и играл там в игры, для настроения выпивал перед домом вечерами, смотря на звёзды с самолетами, думая о самураях, и приходил почти всегда поздно. Проза жизни.

При всём при том, жили-то Антип с Кэт довольно хорошо, «дыхательного» Ант себе не позволял, только «светлое» по вечерам, вскоре попросил родителей переехать на дачу, они согласились, тем самым освободив сыну с избранницей квартиру полностью. Проблеск от зависимостей, но проблеск, очевидно, длится лишь краткий миг.

В одно из многих рабочих утр, начальник собрал всех и сказал, что раскрываемость по «нарколинии» хромает — необходимо «сделать» хранение или сбыт веществ каждому из присутствующих. Антип взял с собой знакомого сотрудника и поехал в аптеку ловить «потребителей». В аптеке, внутри, он ждал того, кто стал бы покупать шприцы, сотруднику предварительно сказал, что тот, за кем Антип выйдет из аптеки, и есть «цель», именно его-то и необходимо «принять». Такой человек нашёлся, Гарин с коллегой заковали его и отправили в райотдел, там был обыск при понятых, приседания «шприцолюба», но толку — ноль, а значит — дело-дрянь. Пришлось подключить лучшего «агента», Виталика, «элиту» в своём деле, настоящий дока, четырнадцать эпизодов мошенничества, как-никак. Виталик купил у известного ему спекулянта десять единиц «легального коктейля», заказал ещё двадцать и организовал принятие «спекулянта» на «тёплом». Всех в «обезьянник», спекулянта и Виталю отпустили утром, экспертиза изъятого была к обеду, Антип спросил у дежурного что делать с «зеленушкой» и «дЕжур» легко предложил отдать её Гарину. Взяв, тот сперва узнал у «старшИх» что может последовать за подобное действо в плане санкций. По их словам выходило, что «гаврик-спекулянт» мог подать на Антипа в суд, коли не будет возвращено изъятого, оценив оное в приличную сумму, которую Антип, в итоге, ещё и будет должен. А. Г. решил не рисковать — набрал «барыгану», «абонент» приехал, Гарин предложил возврат половины, «барыган» дал согласие и научил Игоревича, бонусом, как правильно с половиной оставшейся «разобраться», после чего отбыл. Из имеющейся половины в сейфе пару единиц перепало от Анта Витале и ещё пару единиц другому полезному «агенту», остальное Гарин отвёз домой, где с Кэт и попробовал «трофей», уютно разместившись на балконе. Эффект смеха и раздувов понравился, так что враз «исчезло» единиц восемь, решили, даже, что необходимо накопить на бонсай, который и разместить на балконе. После данного эпизода, Антип вновь «завязался» со старой компанией, тратя все деньги на «материалы» с «догонами» из алкоголя. Затем пришла пора полицейской «первоначалки», где обучали уставу, стрельбе, борьбе, а по выходным отпускали домой.

Хорошее, в целом, было время. Антип гонял по трассе под сто шестьдесят километров, много «чудил» на авто, всё перепробовал, кроме, разве что, езды задним ходом по «встречке», все проблемы решало «золотое, яхонтовое» удостоверение. Гарин никак не хотел задерживаться на «первоначалке», потому как из-за «материалов» его снедали сомнения касательно верности Кэт. Однажды А. Г. уехал посреди недели с «первоначалки» ради «дыма», это привело, практически, к увольнению, однако через ряд дней Ант набрал отцу, чтобы он восстановиться пособил на работе. С помощью друга папа сделал это, но Антип не продержался после восстановления и двух недель, так как люто, бешено хотелось «дышать». Итогом — предложение написать заявление «по собственному», что и было сделано.

***

После увольнения Антип стал «дышать», вообще, «по-чёрному», как не в себя. С Кэт постоянно ругались, нервы истончились до толщины волосков, несколько раз в ссорах сожительница царапала Гарину лицо, в связи с чем он не ездил к родителям, нигде не работал, лишь брал «материал» на реализацию, продавал. Однажды познакомился с чуваком по кличке «Красный», который свёл Антипа со «спекулянтами» Санчо и Андроном, Гарин приобрёл у них единицу, лютую штуку, от которой казалось, что ламинат горит красным огнём. Ант думал, будто «заканчивается», лишь только холодный душ и «освоенное» после «всплеска» меньшее количество «материала» облегчили Антипу существование. Неудивительно, что в дальнейшем он «вырубал» только через них, и за «материал» возил «спекулянтов» на «складирования», хотя было и такое, что от их «платежей» Антип не то что везти их куда-то, но и ходить-то с трудом мог.

Однажды Ант повёз Санчо и Андрона на «работу», сам же смотрел куда угодно, кроме дороги, думал — остановят гайцы, но пронесло. За этот вечер Гарину был предложен «пуд соли» в счёт зарплаты. Антип привёз зарплату домой и угостил Кэт. Под эффектом, расспросил про жизнь, она рассказала всё как на духу — это был долгий и откровенный разговор на всю ночь. Наутро подруга выглядела не очень, Антип не отпускал её на работу, так что она даже открыла окно и кричала: «Помогите», а Гарин так резко и сильно захлопнул его, что на руке Кэт появились кровь с синяками. Чутка позже в дверь позвонили, это был участковый, которого А. Г. уверил, что всё хорошо, а тот ответил в том ключе, что, дескать, знай он, вообще, чья это квартира, то и не пришёл бы, так как уважает «Бачу».

С Кэт помирились, она ушла на работу, Антипу в счёт «зарплаты» дали ещё, его женщина запрещала Гарину «приобщаться», но Антипка сделал это в тайне. Призраки сомнений опять одолели слабого, беспомощного человека и воспалённый разум заставил Антю вновь и вновь набирать ей, ведь Гарин был уверен в изменах партнёрши с охранником магазина, где девушка работала. А. Г. приехал в этот магазин, обнаружил Кэт, как всегда, у стойки, обслуживающую мужчину и женщину внушительных габаритов, при этом у женщины была наколка «Кобра» (значением: «Зачем мужчина, если есть я?») и Антип, отчего-то, обнаружил в себе полную уверенность, что это — родители избранницы. Такая, вот, её семья мошенников, уголовников и преступников, которые, наверняка, желали имущества Антипа! Сия «чета» покупала чёрные плотные шторы, и Гарин был уверен — шторы для его родителей, собирающихся как раз поехать на Юг, что в эти-то шторы «родители Кэт» и хотят закатать Гариных-старших, чтобы потом прямо в них и предать земле.

Подбежав к Кэт, А. Г. задал ей вопрос о том её ли это родители, она побледнела и юноша уверился в своих худших предположениях, отчего-то дополнительно подумав, что раз он их всех «раскусил», то в его авто уже, сто процентов, кто-то успел установить бомбу. Тут Антип лихорадочно принялся звонить отцу, просил его приехать к маме и закрыться с ней в кабинете, а маме сказал встретить отца и обязательно их вдвоём изнутри запереть до той поры, пока «Бача» сам не приедет и всё не объяснит. Когда Антип добрался до маминой работы и рассказал всю историю с мнимым желанием посторонних людей завладеть имуществом «бачиных» родителей, папа с улыбкой довёл до сведения Гарина острую необходимость пребывания сына в дурдоме, тут-то «материал» и начал отпускать А. Г. поехал домой, чётко осознавая, что всё выдумал.

Невзирая на эту историю, через неделю «Бача» вновь взял «материал», весь день им «разминался», родители находились на Юге, а Антип слышал стуки в квартире сверху, будучи уверенным, что там заколачивают в гробы мать и отца. Гарин действительно слышал родительские голоса, так что вечером достал из папиного сейфа газовый пистолет, щёлкнул затвором и долго расхаживал с пушкой в боевой готовности по квартире. Когда же лёг спать — слышал, как воры спускаются с крыши в квартиру по верёвке. А. Г. допускал, также, и то, что квартира сверху — совсем не простая, а «двойная», «портальная», что заходишь ты в одну квартиру «нашего» мира, а выходишь из неё уже в мир чудовищ и монстров, которые таким образом и проникли во «вселенную Бачи», чтобы изжить его со свету. Утром Гарин проснулся с дулом пистолета, снятого с предохранителя, у виска.

В очередной раз после этих событий молодой человек принял решение более ни-ни, но лишь относительно «дыма», ведь пришла грибная пора. Упомянутые дары природы Гарин впервые попробовал ещё в семнадцать лет. Вдвоём с Кэт съездили на поляну, собрали сто грибов, дома Антип съел шестьдесят, запив их «хмельным», а девушка, уже поевшая нормальной еды, отказалась от угощения, ведь эффекта не натощак всё равно б не ощутилось, так что Гарин любезно «захомячил» и её сорок штук. Началось! Слух усилился, ладони на руках, деревья за окном и дома увеличились в размерах в два раза, мозг заработал, как показалось, в три раза оперативнее. Сила и энергия переполняли Антипа, всё было так ярко и красочно. Неожиданно позвонил корефан Кирилл, сообщивший, что Санчо и Андрон кинули его на единицу «материала». А. Г. решил разобраться, набрал им и сказал, что если они не отдадут запрашиваемое братану Антипа, тот приедет к ним с бейсбольной битой и «устроит похохотать», эти двое тут же скинули А. Г. по смс адрес нахождения искомого, который Антип и сообщил «Киллу».

Затем Кэт зашла на кухню, села напротив и мужчина с женщиной долго смотрели друг на друга, однако Антип смотрел в глаза спутницы «на грибной волне», подумав о том, что она — «не его женщина», к тому же, возможно, ловко прячущая острые зубы, имеющиеся в её причинном месте. С чего-то у Кэт покатилась слеза, Антип был полностью уверен, что девушка слышит его мысли. Воспаленный мозг работал так быстро, что Антип считал себя «не грибного» умственно отсталым. Внезапно Гарин собрался и поехал к родителям в посёлок, машина казалась мягкой, доехав до фазенды родителей, он перепрыгнул через забор, постучал родителям в дверь, разбудил их, а зайдя внутрь, начал спрашивать отчего же они не сказали, что их сын — умственно отсталый? «Бача» говорил, будто нашёл лекарство от недуга разума — это грибы, папа улыбнулся и сказал, что кому-то нужно в токсикологический диспансер, куда они сами и отвезли сына. Там доктор, причёской напоминавший Эйнштейна, указал пальцем на ведро с помоями и спросил будет ли Антип пить то, что в нём, а на услышанный отказ ответствовал, что грибы — то же самое, что и эти помои.

Три дня Гарин пролежал под капельницей, но после сразу же поехал за грибами с Кэт и Кириллом. Пока они сидели в авто, А. Г. по кочкам вёл свои розыскные работы. Вдруг позади себя он услышал гул, обернулся и понял, что это — осиный рой. Осы стали нападать на парня, тот побежал в машину, уже внутри насчитав на себе пятьдесят укусов. Кирилл уверял, что от такого количества яда можно умереть, и компания поехала в больницу. В больнице всё, что выписал врач, это мазь.

Дома Антип продолжал «безобразничать» — ел грибы, вдыхал «материал», когда у «реализаторов» не было на продажу или в долг, просил денег у мамы, якобы на запчасти для авто или на еду, иногда «таксовал», но находил деньги для зависимости.

Так проходили дни и недели, в один из вечеров Кэт достало «партнерское» схождение с ума, Антип вновь был под «материалом», у него случилась истерика, юноша извинялся, обещал более не ревновать, она, конечно, не верила, тогда «долбонавт» сделал надрез на пальце, и, макая ножом в кровь, держа руку над дощечкой, создал «письменное доказательство» — написал на листке бумаги обещание более не ревновать сожительницу. Сходящий с ума поклялся, также, что в противном случае открыт для того, чтобы быть настигнутым проклятием — так было сказано на листке. Антип предлагал эту бумагу Кэт, она отказалась, тогда парень скомкал бумажонку и съел. Как ни странно, после этого девчуля простила дурака. Или сделала вид, видя безысходность и тлен.

Потакая слабости, Антип до крайности опустился — когда не было сигарет, доставал из мусорки чинарики, потрошил в газетку и курил такие вот самокрутки; когда же не было «материала», разрезал бутылки, из которых вдыхал «дым», соскребал со стенок что мог и, мешая с щепотками табака, «вдыхал» хотя бы так. Всё, чтобы сбить «игру шкурЫ». Остановиться не мог, зависимость управляла человеком, ругань с Кэт продолжалась.

Разумеется, пришёл тот час, когда девушка окончательно не выдержала и уехала с вещами на такси к сестре в город-спутник. Антип переживал, угрожал, что исчезнет, хотя не сделал бы этого по причине презрения к поступкам такого рода, но в злобе он «вдыхал» больше, просыпался, думая лишь о том где бы достать, звонил маме, придумывал истории, дошло до того, что просто «дышал» и не выходил из дома. Иногда один, иногда с кем-то из так называемых «друзей», либо соседей, питался роллами, которые заказывал в доставке, мусор относил на балкон. Одномоментно накопилось целых восемь плотно набитых пакетов, прежде чем Антип вышел из дома. Он, также, не в ясном сознании ездил за рулём, угробил машину — исцарапал, измял её всю в столкновениях, даже попал в аварию, где был правым, но не получил страховки чисто из-за лени взять и поехать за таковой, потеряв, таким «макаром», приличную сумму денег. Обидно, но он прошляпил довольно-таки хорошую девушку только по своей вине — пусть и не любил, но за причинённые ей обиды Антипу было искренне стыдно.

У Соломона на кольце, говорят, была надпись: «Всё проходит — пройдёт и это». Тоска по потере постепенно проходила… с одним из своих псевдоприятелей, «Гундяем», Антип устроился на работу по установке сейф-дверей. Что можно сказать о «Гундяе»? Он рано потерял мать и брата, верил в реинкарнацию и нелинейное время, будучи, таким образом, уверенным, что люди перерождаются, но не всегда в будущем, относительно их смерти, времени, а иногда и в прошлом. Так или иначе, но «Гундяй» так ни разу на работу и не вышел, а Гарин проработал там три месяца, «вдыхание» продолжалось и к тому времени «стаж» составлял уже далеко не первый год. Годы «под материалом» ложились друг на друга, постепенно напоминая величественную гору, на вершине которой, никуда не торопясь, ожидала холодная смерть…

2.

В который раз «расставшись» с «материалами», Антип стал видеть окружающее по-другому, таковы уж были последствия зависимости — мир «открылся» знаками и было ими всё, что угодно — номера автомобилей, надписи на стенах, песни, погода и прочее. На работе, гуляя по цеху, юноша настенный рукописный текст «Посылай всех нах», воспринял как руководство к действию, поэтому, возвращаясь на автобусе домой, Гарин мысленно и слал всех на этот самый орган. Причём слал, глядя прямо на людей через окно, либо же направляя свой взор на тех, кто находился в салоне. Один мужчина, будучи ментально «посланным», словно бы утвердительно кивнул «Баче», чем окончательно убедил в том факте, что он слышит мысли А. Г. и знает его будущее, как и все люди, в целом.

Для «расшифровки» знаков Антип выдумал невербальный язык, из любого слова, сказанного человеком, парень брал первую и последнюю букву, переводил получившуюся связь слов в цифры, а цифры «обменивал» на соответствующие буквы английского, либо русского алфавитов.

Однако Гарину так и не было ясно зачем же на его голову ниспослано, дано это знание, в каком-то роде — «проклятье», о том, что окружающие слышат мысли Антипа?! «Бача» не нашёл тогда ничего лучше и правильнее, кроме как начать считать себя новой инкарнацией Ленина просто потому, что в глубоком детстве, по словам мамы, на боках головы у Гарина были чёрные волосы, в то время как на макушке «царствовала» лысина. Где-то что-то прочитав и услышав, Ант пришёл к выводу, что у «вождя мирового пролетариата» ситуации при рождении была аналогичной. «Бача» допускал, что мог являться и мессией, но, во-первых, «нет пророка в своём отечестве», а, во-вторых, мессианству подтверждений как-то не находилось, с Лениным было попроще.

Антип легко и непринуждённо решил, что пятнадцать процентов его мозга принадлежали когда-то Ленину, вот потому-то он и «принимает трансляцию знаков», а обладатель, пусть и частично, серого вещества самого Владимира Ильича не может скрывать мысли от народа, ведь так решено свыше! Бонусом в пользу этой теории служил тот факт, что на работе, на полу, имелась надпись «Смольный». Этакая «очевидная» логика абсурда…

Перед глазами Антипа вечно находились словно бы чёрные точки, он убедил себя, что это — видеокамеры, часть телешоу, а не какое-нибудь банальное давление. Кроме прочего, Гарин самоубедился, что в стране флаг не просто так «триколор», подобное означает лишь одно — на Родине всего трое «их», то есть ещё только лишь двое «антипоподобных», «знаковоспринимающих» и «мыслетранслирующих» людей! Ну а из-за того, что всю жизнь у «Бачи» были румяные щёки, «дядька» абсолютно «адекватно» и «логично» решил, что красный цвет всего мира принадлежит именно ему, Антипу Игоревичу, сэру «краснощёкому»!