электронная
140
печатная A5
403
12+
Ударная комсомольская стройка «Туманность Андромеды»

Бесплатный фрагмент - Ударная комсомольская стройка «Туманность Андромеды»

Из цикла «Истории бессмертное движенье»

Объем:
184 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4498-2487-5
электронная
от 140
печатная A5
от 403

Посвящается любимой жене Оленьке


Выражаю благодарность сыну Паше за помощь в подготовке материалов для книги

История эта полна удивленья.

И мало таких, кто поверит в нее.

Дон Эллиот

Предисловие автора

В каждой из моих предыдущих книг была, пожалуй, попытка разгадать какую-то загадку.

В книге «Русское невероятное. Фантасмагории от Александра Грина до Саши Соколова» (2016 г.) — отчего в наших будничных реалиях иногда происходят чудеса? Не оттого ли, что их созидатели твердо уверены в том, что «блистающий мир» покоряется только неисправимым фантазерам и делают для осуществления своих грёз неимоверное количество упорных попыток — аналогично открытому ученым Георгием Гамовым туннельному эффекту в квантовой физике?

В книге «Венеция — Петербург: битва стилей на Мосту вздохов» (2017 г.) — в чем тайна очарования этих двух волшебных городов на воде? Не в том ли, что созданные наперекор трём ВОПРЕКИ: болотистой местности, особо влажному климату, вражескому окружению, они научились упрямо противостоять всем стихиям и вызовам, парадоксальным образом превращая недостатки в достоинства, а усилиями гениальных архитекторов и живописцев одарили мир неземной красотой своих дворцов, храмов, каналов и мостов?

В книге «Атлантида инноваций. Портреты гениев на фоне усадеб» (2018 г.) — в чем секрет поразительной эффективности системы воспитания будущих пассионариев (ученых, изобретателей, любимцев муз) в русских дворянских усадьбах? Не в том ли, что отгороженные от суеты больших городов, эти благоговейные островки зелени и тишины превращались в «территории суверенной личности», позволяющие формировать людей долга и чести, индивидов с мышлением, свободным от клише и предрассудков?

В книге «Казначеи революции смыслов: от Мецената до братьев Третьяковых» (2019 г.) — если гении летают в небесах на летательных аппаратах озарений и открытий, то кто те люди, которые, оставаясь на аэродромах повседневности, заправляют топливные баки прогресса? Может, это они — расчетливые, и, одновременно, мечтательные — меценаты и коллекционеры, не жалеющие ни усилий, ни времени, ни капиталов для триумфа красоты: красоты научной идеи, замысловатого механизма, колоритного живописного полотна, изысканного в каждой детали здания?

Но это был, в основном, рассказ о временах, отделенных от нас завесой веков. А если ближе к современности, например, 80-е годы века двадцатого? Кто-то, наверно, готов назвать эти годы десятилетием надежд. Кто-то –безвозвратным крушением коммунистических идеалов, когда с распадом СССР, казалось, рухнула в тартарары и сердцевинная цель Октября 1917-го — выковывание ИДЕАЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА БУДУЩЕГО: «Ведь и сама по себе русская революция — отбросим ложные представления о ней — далеко не сводилась к социальному переустройству: с этим справилась бы и Парижская коммуна, если б ей повезло чуть больше. Целью революции утверждалось создание нового человека, лишенного социального эгоизма, собственнического инстинкта, религиозного чувства в его архаическом, трусливо-рабском варианте. Горький пришел к этой идее еще до того, как прочел и полюбил Ницше, поскольку идея носилась в воздухе» (из статьи Дмитрия Быкова «Сам себе человек. Максим Горький (1868 — 1936)»).

Да, воцарившийся в стране в начале 1990-х рынок с приоритетом частной собственности по большинству показателей, пожалуй, эффективнее плановой обобществленной экономики. Но то экономика, а человек? Неужели библейская «лестница Иакова» с поднимающимися по ней ангелами, как символ восходящей эволюции духа, в 1980-е стала истончаться, чтобы в 1992-м превратиться в недостижимую фата-моргану? Разве не найдется монтажников-романтиков (взять хотя бы горячие сердца из студенческих строительных отрядов), чтобы предотвратить обрушение самого фантасмагорического сооружения Ветхого Завета?

Если удастся реализовать задуманное, ответы на эти и другие подобные вопросы — в предлагаемой читателю книге…

Глава 1. «Рубиновая дюжина 80-х»

1.1. Рембрандтовские коричненые тона и яркая зелень «Московского дворика»

Наступили восьмидесятые… Экономическая реформа Косыгина-Либермана 1965 года, имевшая целью небывалое со времен НЭПа изменение парадигмы социализма: внедрить в плановую экономику СССР элементы рыночного регулирования, к середине 70-х закономерно увязла в болотистом ландшафте брежневского застоя.

Принятая на XXII съезде КПСС (1961 г.) головокружительная двадцатилетняя программа построения коммунистического общества к началу восьмидесятых никаких чувств у большинства населения, кроме, пожалуй, мягкой иронии, уже не вызывала. Но мечта-то о коммунистическом идеале осталась. Пусть сроки выполнения «сказочной» III Программы партии переместились за горизонт, но ведь жизнь продолжалась и мечты о светлом будущем, пусть и отдаленном, как-то согревали сердце…

И потом как посмотреть. Кто сказал, что Звезда благодати должна быть различима даже с помощью самого совершенного телескопа? Обратимся в связи с этим к размышлениям одного из самых, думается, виртуозных мастеров нон-фикшн Петра Вайля: «Идеал должен быть недостижим. Бокаччо жаловался приятелю в письме, что какая-то красавица не отвечает на его любовный порыв, потому что хочет, чтобы он продолжал писать ей стихи. Женщина понимала, что как только уступит, стихов больше не дождется» [Вайль 2019, с. 67].

Но год (десятилетие, век, тысячелетие — на ваш выбор) наступления коммунизма — это, похоже, проблема уровня фундаментального «Капитала» К. Маркса. В начале 60-х промашку вожди дали — с кем не бывает… Что же в повседневном обиходе? — тоже не близко до цветов радуги: «Дорожают главные мужские товары. Бензин — снова вдвое. Еще в начале пятилетки он стоил 7–10 копеек, теперь 30–40! Прежде только покупка автомобиля была рекордной тратой, теперь расточительна и постоянная езда на нем. Дорожает табак, болгарские сигареты по 35 копеек теперь продаются по 50. И самое главное — новая этикетка и новая цена обычной водки: „Русская“ по 5.30. Конечно, это те же пол-литра, что и по 2.87 в 60-е годы, и по 3.62 и 4.12 в 70-е. Вся страна знает стишок: „Даже если будет восемь — // Водку все равно не бросим. // Передайте Ильичу: // Нам и десять по плечу. // Ну а если будет больше — // Значит, сделаем, как в Польше. // Ну а если двадцать пять // ­ Снова Зимний будем брать“» [Парфенов 2010, с. 12].

Бодрячески, в современной оптике — эпатажной антитезой реалиям жизни смотрелись передовицы (не забыли такие?) советских газет, не исключая молодежных: «Активно участвуя во Всесоюзной эстафете ударных комсомольских дел, развернув соревнование под боевым девизом „На ударной предсъездовской вахте — ежедневное перевыполнение заданий!“, юноши и девушки Подмосковья вместе с ветеранами партии, комсомола, кадровыми рабочими, наставниками встречают XXVI съезд КПСС новыми трудовыми рекордами и свершениями. В комсомольских организациях области идет широкое обсуждение проекта ЦК КПСС к XXVI съезду партии. Молодые труженики принимают повышенные социалистические обязательства» (из передовицы «XI пятилетке — ритм, качество, трудовые рекорды», газета «Московский комсомолец», далее — «МК» от 03.02.1981 г.).

Ну, скажете, наверно: «Не слишком ли много темных коричневых рембрандтовских тонов в описании начала восьмидесятых? Наверняка ведь была и яркая зелень поленовского „Московского дворика“?» — не буду здесь сильно сопротивляться… Кто поспорит, что когда ты молод и горяч, кажется: все по плечу, а за спиной вырастают крылья, которые могут перенести тебя далеко-далеко… Ну, хотя бы на БАМ.

Вот в 2013 году журналистка газеты удивлялась, когда «услышала от первого встречного бамовца, что его тянет в те места, где он строил магистраль, что он завидует, что она едет Туда. “– Там же разваливается всё — какое удовольствие? — Ну и что. Места-то родные. Весело там было. — Я не поняла. Какая радость — увидеть, что труд твой оказался бессмысленным?». Бессмысленным ли для первопроходцев? Это была их юность. Работали, любили. Было весело. Трудности сплачивали. Это пройденный путь, который никому и никогда не отнять. Чтобы там ни говорили, как бы ни писали. То, что было, — это их личное, дорогое» (из статьи Бориса Ручкина и Анатолия Королева «БАМ: уроки истории (к 95-летию создания ВЛКСМ)»).

И еще о БАМе. Не настало ли время развеять достоверность ернической народной байки о том, что невиданную по сложности магистраль возводили «ЗК» — вот только не «забайкальские комсомольцы», а самые что ни на есть натуральные «зэки»? И информация об этом — из весьма авторитетного источника, подкрепленная к тому же саморазоблачительными для советской практики экономическими аргументами: «Какие зэки, о чем вы? Восточный участок строили военные строители, а центральный и западный участки строили исключительно комсомольцы. Но зэки не могли построить БАМ. Потому что молодежь можно поселить в палатках, а зэков надо обустроить, раз в 10 дней показывать кино, регулярно мыть… За этим следит прокурорский надзор. А наши ребята были неприхотливы, работали на энтузиазме» (из интервью первого секретаря ЦК ВЛКСМ в 1982 — 1986 годах Виктора Мишина «Девчонки ехали на БАМ, чтобы устроить свою судьбу», «МК» от 26.10.2018 г.).

Так и хочется сказать вслед за товарищем Суховым («Павлины говоришь! Хех!) — «На чистом энтузиазме, говоришь?.. — кому еще хочется Back in the USSR?»…

Многие не согласны с таким сатирическим уклоном? — тогда еще одно признание, горькое признание, тоже первого лица (только не Всесоюзного, а подмосковного) Союза Молодежи: «А я никогда не забуду тех девчат, которые классами приходили на фермы. Семнадцатилетних, у которых горели глаза. Мы приезжали к ним и видели, как они вилами на морозе, в одних халатиках, отрывают свеклу или картошку от мороженой кучи, а потом в тяжеленных тележках толкают ее вдоль прохода. Мы подбадривали девчонок: потерпите, тележки вам сделаем полегче или скоро кормоцех построят, кормить коров будете прямо с трактора… А сами неслись к директору и убеждали, что не останется отряд на ферме, уйдет через неделю-другую. А плотные дядьки улыбались: „Ничего эти уйдут, комсомол новых сагитирует“» (из статьи «Куда плывет корабль», «МК» от 26.01.1990 г.).

Ну что, опять скатился на печальную монохромную гамму голландского Мастера?.. Исправляюсь, тем более, что неудержимой зелени, пробивающейся сквозь асфальт, тоже было предостаточно.

Примеров много, хотя бы этот. Место действия — город в 80-ти км от Москвы: «Вспоминаю 1987 год, когда меня только что избрали секретарем комитета комсомола Воскресенского ПО „Фосфаты“. На учете тогда состояло более 800 членов ВЛКСМ. На бюро комитета решили провести что-то массовое и интересное, чтобы встряхнуть комсомольцев. Выбрали два объекта: субботник по уборке территории посёлка Лопатинский и сбор металлолома. Чтобы было интересно, нужна „изюминка“. Решили, что это будет концерт для участников субботника. Неделю обзванивали молодежные центры, и, наконец, нам предложили тогда ещё мало известных исполнителей Сергея Минаева и Сергея Крылова. На субботник вышло более 400 комсомольцев, 5 часов чистили, выгребали, вывозили мусор. По окончании закупили 30 тортов, заварили чай (времена тогда были „антиалкогольные“), а к пяти вечера всех пригласили в ДК „Юбилейный“. Вниманием артистов мы избалованы не были. Организовали даже группу поддержки из ребят молодежного военно-спортивного клуба „Скиф“. Первым выступил Сергей Крылов, которого представили (с его согласия) как самого толстого друга комсомола, затем пел Сергей Минаев. Эмоций было через край. Субботник и концерт запомнились надолго» (из воспоминаний секретаря комитета комсомола ПО «Фосфаты» Сергея Слепова «Вспоминая прошлое»).

На этом новации неистощимого на выдумки секретаря не закончились: «В 1970 — 1980 годы очень популярными среди молодежи были туристические слёты. Времена романтики, бардовских песен… Летом 1988 года решили провести двухдневный турслёт комсомольцев ПО „Фосфаты“. Откликнулись 10 команд (ЦОФ, горный цех, управление и другие). Место выбрали на поляне около реки Натынки. Ребята из электроцеха обеспечили свет, из водоцеха — водоснабжение. Судили соревнования П. Бояркин и В. Панин. Днем проходили спортивные соревнования, к вечеру конкурсы поваров и художественной самодеятельности. Ну и, конечно, ночная дискотека на свежем воздухе. Это сейчас дискотеки идут до утра, а в то время строго до 23 часов. Не заметили, как подошла полночь. Объявили отбой. Все ребята стали уговаривать, чтобы продлили хотя бы еще на часик. И так несколько раз. В итоге договорились аж до 3 часов ночи, но с условием, что в 8.00 на линейке были все. И сразу на старт. Ближе к обеду подходит В. Панин и недоуменно заявляет, что, может быть, секундомер врёт, но после фактически бессонной ночи ребята показывают результаты выше обычного уровня. Вот что значит молодость…» (Там же).

Турслеты, песни у костра, дискотека до зари — это, понятно, романтика. А если что-то посерьезнее? — там, где работают строительные краны и готовится к сдаче важный объект — цех серной кислоты в ПО «Минудобрения»: «Необычным было это пари: командир Подольского комсомольско-молодежного отряда Азольд Лебедев с горячей решимостью отстаивал возможность уложить за субботу и воскресенье 500 кубометров бетона. Начальник СМУ-4 Николай Николаевич Обрезков не без основания сомневался в этом: и профессиональным бригадам строителей не всегда такое под силу. — Так отряд-то „Яростным“ называется, не случайно это, — не без улыбки поддержал командира комиссар Валерий Копейкин» (из статьи В. Скрябина «Профессиональный подход», «МК» от 28.09.1983 г.).

Дерзкие планы подольчан чуть было не разбились о проблему с транспортом, вот только ребят уже было не остановить: «Даже если сил у вас хватит, то где я вам возьму столько машин для подвозки бетона? У меня на площадке каждый ЗИЛ на счету, — возражал начальник стройуправления. — Закажите МАЗы, — подсказали ему руководители отряда. — Эх, ребята, да если бы вы действительно уложили за выходные эти площадки, цены бы вам не было… — Будут площадки!» (Там же).

Так как же пари? — оценивайте сами: «Непрерывное бетонирование длилось пять рабочих смен. И уложено было в площадки 600 кубометров! Одержана очередная трудовая победа, а все они вместе позволили отряду только в июле принять и уложить 3700 кубометров бетона. Есть и еще один рекорд Всесоюзной ударной — месячная выработка каждого бойца перевалила за тысячу рублей, что случается, как раньше считалось, лишь у строителей-профессионалов» (Там же).

1.2. Коленкоровые папки из сейфа первого секретаря

Для написания этой книги я проштудировал немало источников: книги по комсомольской тематике, брошюры, периодическую печать (в первую очередь, конечно, молодежную), доступные архивные материалы.

Отдавший комсомольской работе 12 лет жизни (с 1980 по 1991 гг.): комитет комсомола балашихинского НПО «Криогенмаш», МК ВЛКСМ (отдел рабочей и сельской молодежи, областной штаб студенческих отрядов, отдел научной молодежи, информационно-методический центр НТТМ «Прометей» при МК ВЛКСМ), я как-то не ожидал увидеть в вышеназванных источниках чего-то уж совсем неожиданного. Между тем, признаюсь, открыл для себя немало любопытного. Но особенно сильное впечатление произвело содержимое нескольких коленкоровых папок, на которых — верьте, не верьте! — стояла загадочная надпись: «Ударная комсомольская стройка „Туманность Андромеды“». Сотрудники архива с убеждением говорили, что эти папки хранились ранее в сейфе, который стоял в кабинете первого секретаря обкома комсомола.

«За туманом и за запахом тайги…» — сразу всплыли в памяти строки из известной песни ленинградского барда Юрия Кукина, и подумалось, что это, наверное, материалы о тех комсомольцах Подмосковья, которые работали на ударных стройках Сибири и Дальнего Востока. Однако тогда причем здесь галактика Андромеды? Для броского названия, что ли?

Чтобы не блуждать в сумерках сомнений, я заглянул в первую папку. И это было словно первый поворот Золотого Ключика, открывающего дверь в неведомое пространство, находящееся за нарисованным холстом в каморке Папы Карло.

На листочке, аккуратной приклеенном к оборотной стороны обложки, была цитата: «Но ближайшие ваши планы — подвиги Геркулеса. Вы знаете, что вам назначено? — только первые шесть. — Ну, конечно, другие шесть назначаются после выполнения первой половины, — вспомнил Дар Ветер. — Расчистить и сделать удобным для посещения нижний ярус пещеры Кон-и-Гут в Средней Азии, — начал Тор Ан. — Провести дорогу к озеру Ментал сквозь острый гребень хребта, — подхватил Дис Кен, — возобновить рощу старых хлебных деревьев в Аргентине, выяснить причины появления больших осьминогов в области недавнего поднятия у Тринидада… И истребить их! — Это пять, что же шестое? — Оба юноши замялись. — У нас обоих определены способности к музыке, — краснея, сказал Дис Кен. — И нам поручено собрать материалы по древним танцам острова Бали, восстановить их — музыкально и хореографически» [Ефремов 2018, с. 210 — 211].

Да, это был отрывок из самого известного произведения основоположника современной российской фантастики, философа и ученого-палеонтолога Ивана Ефремова. Именно им в романе-эпопее «Туманность Андромеды» о покорителях далеких галактик, увидевшем свет в 1957 году, была создана одна из самых впечатляющих картин коммунистического будущего: «В романе, а также в его продолжении „Час быка“ и „Глаз змеи“ (1963 — 1968), Ефремов порывает с фантастикой „ближнего прицела“ и переносит действие в 3234 год. Таким образом, время действия космических приключений, разворачивающихся на фоне небывалого, счастливого общества, отстоит от читателя на 1300 лет, и это учитывая то, что автор „приблизил“ происходящее по сравнению с первоначальным вариантом. Несмотря на такую удаленность, общество будущего в романе описывается со всеми подробностями, начиная от особенностей социальной структуры и гендерных ролей, до развития искусства и форм проведения досуга» (из статьи Инги Желтиковой «Когда наступит будущее? Образы будущего России второй половины 20 века»).

Заметили дисбаланс между хронометражем коммунистического прожекта известного «кукурузными начинаниями» руководителя ЦК КПСС (20 лет) и сдержанными прогнозами палеонтолога (1300 лет)? Если следовать принципам имянаречений персонажей последнего (Дар Ветер, Тор Ан, Дис Кен и др.), непредвзятому наблюдателю, похоже, станет заметно, что материалист Хру Щёв оказался куда большим выдумщиком, чем писатель-фантаст Ефре Мов.

Впрочем, вернемся к «Туманности Андромеды». Будущую систему воспитания автор романа представлял себе следующим образом. Семнадцатилетние юноши и девушки после окончания школы вступают в трехлетний период «подвигов Геркулеса». Они должны (когда в одиночку, а иногда и совместно со своими товарищами) выполнить двенадцать заданий (в два этапа по шесть). Серьезные поручения назначаются педагогами в соответствии с характером и способностями учеников. И это отнюдь не «лабораторные работы», а вполне себе ответственные задания, иногда даже подразумевающие экстремальные условия. В помощь «недорослям» приглашают ментора — кого-то из взрослых, наделенного разносторонними профессиональными навыками и педагогическими способностями. «Подвиги Геркулеса» позволяют вчерашним школярам на практике применить полученные знания, проверить уже в полевых условиях свои предпочтения и склонности, и, наконец, определиться со сферой грядущей жизнедеятельности.

Для будущих последователей Ахилла и Персея существовала и своя «учебка» — наподобие охранной службы циклопической северной Стены из «Игры престолов»: «Мальчик вырос и с будущего года приступал к свершению двенадцати подвигов Геркулеса, а пока работал в Дозорной службе в болотах Западной Африки. Кто из юношей не рвется в Дозорную службу — следить за появлением акул в океане, вредоносных насекомых, вампиров и гадов в тропических болотах, болезнетворных микробов в жилых зонах, эпизоотий или лесных пожаров в степной и лесных зонах, выявляя и уничтожая вредную нечисть прошлого Земли, таинственным образом вновь и вновь появляющуюся из глухих уголков планеты?» [Ефремов 2018, с. 205 — 206].

Второй поворот Золотого Ключика (продолжаем аналогию с событиями известной сказки Алексея Толстого) произошел, когда я открыл находящуюся сверху брошюру первого наркома просвещения государства рабочих и крестьян Анатолия Луначарского «Воспитание нового человека» (впервые опубликованную в 1928 году) с двумя закладками и соответствующими карандашными пометками.

В первом фрагменте без прикрас, с редкостной образностью говорится о наследии, доставшемся большевикам после Октября 1917-го: «Поднятие культуры нашего труда, подвижности нашей энергии, нашей нервной системы, упругости наших мускулов до уровня и выше уровня европейца и американца — это несомненная наша задача. С рыхлым полуазиатством, не вылезая из халата, мы, конечно, ничего не сделаем, и в этом отношении проблема ухода от человека старого для нас становится сугубо важной. Мы должны уйти не только от старого человека, каким он является в Европе и Америке, но еще от человека старой, полуфеодальной России, который еще хуже, потому что он еще и Обломов, которому нужно было пройти еще порядочную полосу времени, чтобы дорасти до тех западных хищных или стадных типов буржуа, которые, по крайней мере, работать то умеют в гораздо лучшем темпе — в 5 — 6 раз скорее, ладнее, умелее, чем он» (из брошюры А. Луначарского «Воспитание нового человека»).

Во втором, как революционер с большим стажем (на нелегальной работе с 1892 года), нарком рассуждает об эталонной организации, которая смогла бы объединить бессистемно направленные помыслы отдельных индивидов: «Потому человек главным образом и зависит от стихии, что множество воль устремлено противоречиво, что человеческое общество представляет собой нечто вроде газообразного вещества — каждая молекула — человек бьется во все стороны, натыкается на своих соседей и хаотично, беспорядочно мечется. И когда человеческие воли будут организованы в единство, будут действовать, как согласованный пучок энергий, то, может быть, ничто не в состоянии им противостоять, даже стихийные законы природы» (Там же).

И когда в голове, как в замысловатом пазле, сложились три ключевые фразы: «воспитание нового человека», «воли будут организованы в единство» (из А. Луначарского) и «подвиги Геркулеса» (из И. Ефремова) — вот он — третий поворот заветного ключика, и вполне осязаемая (без обманчивого трепета миражей) гипотеза. Сокровища коленкоровых папок — это, похоже, скрупулезно собираемые доказательства ключевой мысли: если есть такие молодые люди, которые готовы совершать деяния уровня могучего античного героя, то сокровенная цель Октябрьской революции — пришествие гармоничного, без черт социального эгоизма, индивида, сможет успешно реализоваться, а усилия организующей силы — Союза Молодежи — смогут сгенерировать именно тот «согласованный пучок энергий».

Тогда чем это не ударная комсомольская стройка, причем важнейшая из всех существующих, где должна господствовать архитектура «золотого сечения» добра и социальной справедливости? Смущает в названии «туманность»? Но давайте признаемся себе: воспитание, даже ультра-благонаправленное, почти всегда окутано дымкой непредсказуемости и собирает порой самые диковинные сезонные плоды: от ароматной Антоновки до колючек чертополоха.

Итак, доказательная база. Меня, конечно, в первую очередь интересовала папка с подзаголовком «80-е». Материалов (вырезки из газет, журналов, отчеты, небольшие брошюры по теме и др.) — целое море. Чтобы не утонуть, начал ориентироваться по сразу выделяющимся ярко рубиновым буйкам-закладкам. В отдельной пухлой прозрачной папке с уголком их было двенадцать. Не по числу ли тех самых «подвигов Геркулеса»? Оказалось, действительно так. На каждый год по одной, и только на 1987-й и 1988-й годы — по две (ну, видимо, закономерно — самый разгар горбачевской перестройки).

1.3. «Факир железных дел» (прокатчик Виталий Веневцев)

И какова она — рубиновая дюжина 80-х?.. Похоже, от них вряд ли можно было ожидать упомянутых в «Туманности Андромеды» таких экзотических деяний, как расчистка пещер в Средней Азии или восстановление рощи хлебных деревьев в Аргентине. Хотя, пожалуй, с какого ракурса посмотреть…

1981-й год. Чем, например, работа вблизи расплавленного металла менее рискованна, чем исследования юноши далекого будущего у жерла действующего вулкана? А наш первый герой — руководитель комсомольско-молодежной бригады прокатчиков, лауреат Государственной премии СССР Виталий Веневцев — трудится именно в такой «горячей» отрасли — на Ступинском металлургической комбинате. Причем работает не только с высочайшей отдачей, но и еще и самоотверженностью, достойным, думается, сравнения с христианским героем, победившим огнедышащего дракона: «Пылающий меч разит // Средь ужаса и огня. // И звонок топот копыт // Его снегового коня…» (из стихотворения Николая Гумилева «Георгий Победоносец»).

Скажете, слишком много патетики… Но тогда где вы встречали такого современного Дон Кихота, который бы выручил увлекшегося магией цифр газетчика, претворив его домыслы в производственную реальность?: «Молодой журналист опубликовал статью о Веневцеве и немного ошибся в цифрах. Получилось, что его герой добился фантастически малых допусков при прокате металла. В цехе возмущались: как же — ошибка, у нас такого быть просто не может. А Веневцев посмотрел — только усмехнулся, второй раз прочитал газету очень внимательно. А потом взял блокнот и ручку — и засел за расчеты. Не сразу, но выручил-таки Веневцев молодого автора. Добился преувеличенных в статье цифр. И на этом не остановился — продолжает уменьшать злосчастные допуски» (из статьи Е. Артемьева «Опровергая очевидное», «МК» от 30.01.1981 г.).

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 140
печатная A5
от 403