электронная
36
печатная A5
386
18+
Участковое отделение в системе К2—18

Бесплатный фрагмент - Участковое отделение в системе К2—18

Сборник фантастических рассказов

Объем:
268 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-9821-4
электронная
от 36
печатная A5
от 386

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Участковое отделение в системе К2—18

ГЛАВА 1

— Вниз, вниз! Быстро!

Где-то рядом затрещала автоматная очередь, взвизгнули отрикошетившие пули. Камера, установленная на шлеме сержанта, выхватывала из полутьмы желто-синие, размытые пятна — скафы других бойцов.

— Решетников, останови их! — мелькнуло испачканное грязью лицо, парень кивнул, пробираясь мимо сержанта, — Заслон! Поставить заслон! Светошумовыми!

Снова захлебывающийся треск автомата.

Группа пробиралась в темном коридоре. Бело-голубыми пятнами плясали на стенах лучи тактических фонариков, тонкими красными линиями — лазерные прицелы.

— Помогите раненым! Авдеев, Екименко — вперед!

Сзади грохнуло — один раз, другой… Тоннель осветился яркими вспышками.

— Назад! Товарищ сержант, здесь тупик!

Изображение на экране замерло, остановившись на перекошенном лице. Инструктор бросил пульт, сел в кресло. Посмотрел на аудиторию, постукивая пальцами по столу.

— Из двадцати человек — семь условно убиты, пятеро условно ранены. Игра остановлена. Кто объяснит, почему такие потери? В чем ошибка?

Девушка на среднем ряду подняла руку.

— Нельзя было спускаться в тоннель не зная планировки.

— Ну да, — усмехнулся в ответ парень, сидевший позади нее, — А наверху бы их в две минуты покрошили!

Девушка обернулась.

— Если такой умный, объясни, что было делать, когда их зажали…

— Тихо! — инструктор поднял руку, призывая к тишине, — Отставить балаган.

Встал, прошел между рядами.

— Вы уже не курсанты. И я знаю, о чем думаете. Зачем вам эти игры, где и оружие-то моделируется старое, огнестрельное, а условия иногда бывают такие, что выхода нет по определению.

Все притихли, внимательно слушали.

— Так вот… Делается это для того, чтобы каждый знал и помнил: безвыходные ситуации случаются. Любой может оказаться в тупике неизвестного тоннеля. Ясно? И вы должны быть к этому готовы. Не потерять голову, не запаниковать, — он снова посмотрел на экран, на перекошенное лицо, — Вы должны продолжать делать свою работу.

Инструктор вернулся на место, выключил проектор.

— Грядет седьмая волна освоения. Кто-то из вас останется на Земле. Многие окажутся на развитых, густо населенных мирах. Другие — в такой глуши, что и не снилось. Будьте готовы ко всему, в том числе и к перестрелкам из старого оружия. Занятие окончено, товарищи!

Сидевшие в аудитории дружно, словно по команде, встали со своих мест.

— Удачи вам на завтрашней жеребьевке!

* * *

«Удачи на жеребьевке!» — светилась на экране надпись. Зал заполнялся людьми, они выстраивались в очереди к терминалам. Получившие назначения — кто недовольный, кто радостно улыбающийся — кучковались рядом со своими офицерами.

Алена не торопилась занимать место, решила подождать, пока схлынет основной поток. Молча стояла у стеклянной стены, смотрела на бескрайнее бетонное поле космопорта. Множество кораблей — больших, маленьких, суетливый персонал вокруг, грузовые платформы… И над всем доминировала громада линкора. Такие обычно не садятся на поверхность планет, но почему-то в этот раз сделали исключение.

— Вот бы на него попасть! — рядом появился Мигель Гарридо, которого Алена знала еще по школе милиции, — Уж он в тьмутаракань не отправится… Линейный?

Она кивнула.

— «Архангельск».

Мигель понимающе цокнул языком.

— А ты чего стоишь, Ален? Уже получила?

— Не-а. Жду вот…

Махнула рукой на толпу жаждущих, осаждающих терминалы.

— Ну так идем вместе! Какой смысл хвост кота тянуть?

— Кота за хвост. Ну ладно, идем.

Встали в очередь. Двигаясь мелкими шажками, отвлекаясь на пустые, ничего не значащие разговоры, добрались до цели. Алена не хотела испытывать судьбу первой — оттягивала момент истины. Гарридо дождался, пока сканер установит его личность, подхватил выпавший жетон. Лицо его тут же скривилось, выражая крайнюю степень неудовольствия.

— Что там? — Алена заглянула через плечо.

— «Восторг».

— «Восторг»? Что это?

— Разведка записала ее как «Бурелом», но в Реестре посчитали, что это слишком… слишком… В общем, планету переименовали в «Восторг». Я перед жеребьевкой просматривал самые убогенькие из возможных вариантов, так эта стояла на втором месте в моем списке.

Алена решила не ждать дальше, подошла к терминалу. Сканирование лица, сетчатки глаз. Обмен данными с милицейским имплантом. Звон выпавшего жетона. Она схватила кругляш, отошла в сторону.

— Да ла-адно…

Мигель усмехнулся.

— А еще говорят, что в одну и ту же воронку снаряды не падают.

Девушка обернулась на терминал, к которому уже подходил следующий кандидат. Его она тоже знала — Герман Ланге. Скучный тип. Педант, хмурый и неразговорчивый, с таким в одну команду лучше не попадать. Не удержавшись, Алена вытянула шею, постаралась разглядеть и его жетон.

— Да чертов ящик просто сломался! — она не сильно, но со злостью ударила терминал рукой.

Герман взглянул на нее с удивлением, потом посмотрел на улыбающегося Мигеля. Тот поднял руку, показал ему свой результат.

— Добро пожаловать в команду.

Всем прошедшим жеребьевку полагалось найти своего офицера, ожидающего рядом с указателем. Но у монитора с надписью «Восторг» не было никого. Троица сиротливо прижалась к стене, стараясь не мешать остальным. Каждый раз, когда мимо проходил офицер, они смотрели на него, словно дети малые, ожидающие родителя.

— О, гляди-ка — Стародумский! — Мигель толкнул Алену локтем, — На «Архангельск», наверное, пойдет, с его-то опытом.

Тяжелый взгляд офицера скользил по мониторам. Остановился на «Восторге». Пожилой майор кашлянул, поправил фуражку. Трое бойцов невольно вытянулись по струнке.

— Расслабьтесь, еще не построение.

Он заглянул в список на гибком листе планшета.

— Всего шестеро. Значит, ждем еще троих.

Через полчаса они вышли на поле. Как и было указано в расписании, утром над космопортом прошел дождь. Гладкий бетон блестел от влаги, но яркое солнце не обещало лужам долгую жизнь.

Шестеро выстроились перед майором. Он развернул планшет.

— Кристина Мицкевич… Герман Ланге… Эдуард Хансен… — называя имя он поднимал голову, мгновение смотрел в лицо подчиненному, потом читал дальше, — Алена Гордиенко… Анастасия Бельская… Мигель Гарридо. Ну а я, если кто не знает, майор Стародумский. На работе разрешаю обращаться Семен Викторыч.

Еще раз сверился со списком, прошел вдоль шеренги, выискивая на форме бойцов сержантские полоски.

— Гордиенко, назначаешься моим заместителем. Все, идем к кораблю.

В этот момент под брюхом линкора, где уже собралась многотысячная толпа, грянуло «Прощание славянки».

— Ну да, конечно… Нас-то с духовым оркестром провожать не будут, — заметил Хансен, идущий последним.

— Разговорчики.

Их корабль — «Легатус» — даже не принадлежал Корпусу безопасности, это было небольшое дипломатическое судно. Один из пилотов, стоявший у трапа и разговаривающий с мужчиной в костюме, кивнул Стародумскому. Тот махнул в ответ рукой, приказал своим людям подниматься на борт. Сам снял фуражку, пригладил на голове остатки некогда пышной шевелюры. Втянул в легкие чистый воздух Земли.

— Скоро отправляемся?

Пилот отвлекся от разговора, указал на корму корабля, где заканчивалась погрузка багажа.

— Почти закончили. Минут через десять стартуем.

Для пассажиров на корабле было несколько двухместных кают, но по штатному расписанию во время взлета и посадки все должны были находиться в салоне, в противоперегрузочных креслах. Семен Викторович занял место впереди, сев вполоборота к бойцам.

— Пока не взлетели, коротко о работе. Планета, как вы понимаете, малозначимая, но это не дает нам права расслабляться.

В салон зашел человек в костюме, сел рядом со Стародумским. Пилот задраил люк, прошел в кабину.

— «Восторг» имеет лишь один континент в северном полушарии, вытянутый вдоль параллелей и опоясывающий большую часть планеты, — продолжал майор.

Проснулись двигатели, над креслами зажглись надписи с требованием пристегнуть ремни.

— Почти весь он покрыт лесами. В нашем понимании — типичная тайга.

По корпусу корабля прошла мелкая вибрация.

— Местных мы называем линиаты, своим видом они мало чем отличаются от людей. Есть лишь характерная сыпь на коже — вроде как веснушки по всему телу, только зеленоватого оттенка. На контакт идут неохотно, но за несколько лет в том районе, где располагается миссия, почти все выучили наш язык.

За окном поднялась водяная пыль, бетонные плиты медленно поплыли вниз, проваливаясь вместе с космопортом и другими кораблями.

— Это, кстати, — Стародумский кивнул на соседа, — наш консул, Георгий Александрович Веретенников. Прошу любить и жаловать!

Консул никак не прореагировал на представление, он сидел, вцепившись в подлокотники кресла с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Свист за бортом нарастал, скорость подъема увеличивалась. Еще мгновение и редкие облака остались далеко внизу. Небо почернело, появились звезды. Кажется, майор хотел сказать что-то еще, но передумал, решил дождаться окончания взлета.

Вдруг стало тихо — «Легатус» выскочил за пределы атмосферы. С громким щелчком сработала автоматика, активируя на корабле искусственную гравитацию. Светодиоды над креслами поменяли цвет с красного на зеленый.

В это время за бортом разворачивалось грандиозное зрелище: десятки, сотни тысяч кораблей, сверкающие в свете Солнца подвижными искрами, выстраивались в походные ордера, направленные от планеты сразу во все стороны. Словно источник неиссякаемой энергии, Земля готова была исторгнуть во Вселенную импульс, отправить новую волну освоения. Уже седьмую в истории Космической Эры человечества.

Маленький «Легатус» прошел вдоль группы во главе с линкором, по размерам лишь немногим уступающим тому, что они видели в порту. Вырвавшись на оперативный простор, дипломатический корабль взвился над плоскостью эклиптики. Не дожидаясь остальных, следуя лишь своему собственному плану, он выполнил еще один маневр и лег на курс, растворившись в черноте космоса.

Стародумский отстегнул ремни, встал в проходе между креслами.

— Время полета четыре с половиной дня. Продолжительность смены на «Восторге» три месяца. По окончании имеете право продлить, если возникнет желание. Наша основная задача — поддержка дипломатической миссии, которая занимается интеграцией линиатов в Космическое Сообщество. Знаю, шесть человек это немного. Но и фронт работы у вас будет небольшой: только в пределах того района, где находится консульство. Без моего приказа или разрешения Георгия Александровича соваться в другие районы запрещено! Обычно линиаты агрессии не проявляют, но чужих они, по правде говоря, не любят. В общем, не буду вам головы забивать, все подробности можете уточнить в методическом пособии. А сейчас все свободны! Занимайте каюты — девочки с девочками, мальчики с мальчиками.

В салоне засуетились, защелкали отстегивающимися ремнями.

— Гордиенко, задержись.

Алена обернулась, пропустила бледного консула, явно не поклонника космических перелетов.

— Да, Сергей Викторович.

— Я вас еще не знаю. Сведения в личных делах — это одно, а на деле… На деле все бывает не так, как в файликах. Кое что мне хотелось бы понять сейчас, сразу. Давно в сержантах?

— Второй месяц.

— Угу, — он почесал подбородок, — Надо полагать, с людьми работать умеешь?

Она нахмурилась, не понимая, к чему этот разговор. Но ответила уверенно, без тени сомнения:

— Так точно. Умею.

— Хорошо… Кто для тебя самый неудобный напарник? Как считаешь?

— Я извиняюсь, товарищ майор, но в нашем деле не имеет значения — кто, кому, как…

— Перестань. Я серьезно спрашиваю. Говори, как на духу!

Алена смутилась.

— Ну, Герман. Наверное.

— Вот его и возьмешь. Проверим твое умение работать с людьми. Остальных на пары разобьешь сама.

— Но…

— Свободна, сержант Гордиенко.

— Есть.

Развернулась, пошла к жилому отсеку.

Все каюты, конечно, уже поделили между собой. В последней распаковывала вещи Настя Бельская. Алена села на свободную койку, стала молча наблюдать за ней. Она ничего не имела против такой соседки: девчонка тихая, спокойная — нормальная во всех отношениях. Насколько вообще можно в беззаботном двадцать втором веке считать нормальным того, кто надел желто-синюю форму, учился стрелять из любого оружия, не боится крови, смерти. Умеет убивать других.

— Что это у тебя? Методичка по «Восторгу»?

Настя обернулась, увидела, что Гордиенко разглядывает ее электронную книгу.

— Нет. То есть — да, методическое пособие. Но только по сектору Альфа Эридана.

— Зачем тебе?

Настя пожала плечами.

— Интересно. Раз уж сами не попали, так хоть почитать, — глаза у нее загорелись, она забралась на кровать с ногами, сложив их по-турецки, уставилась на Алену, — Повезло ребятам, которых туда отправили, правда? Самая движуха там! Представляешь — перекроют эрбостам все маршруты, будут корабли досматривать, торговлю им всю придушат! Ух, дел сейчас для нашего брата у Альфа Эридана — дух захватывает! Того и гляди…

— И не надейся, никакой войны не случится. Как раньше пытались выдавить друг друга из галактики, так и дальше будет. Позиционное противостояние разных идеологий, мировоззрений. Не более того.

Настя недовольно наморщила нос.

— Вот умеешь ты, Аленка, весь кайф обломать. Уж и помечтать нельзя…

— Нашла о чем мечтать, глупая, — Гордиенко тоже принялась разбирать багажный кейс, — Ни нашим, ни эрбостам война не нужна. Просто они нас не понимают, а уж мы их и подавно. Поэтому и нужно их поприжать, вынудить пойти на цивилизованные переговоры. А то вломились, понимаешь, на нашу территорию, наводят тут свои порядки…

— Ладно, ладно — завязывай с политинформацией, сержант. Скажи лучше, чего тебя Викторыч задержал?

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Сказал, чтобы всех на пары разбила.

— А-а, ясно, — Настя задумчиво листала электронную книгу, не слишком вникая в суть написанного, потом и вовсе отложила ее в сторону, — Странный он. С таким послужным списком — и на «Восторг».

Алена согласно кивнула.

— Да, мог бы уже на борту «Архангельска» быть. Или другого линкора. Не знаю… Может, просто устал мужик, отдохнуть хочет. Возраст-то у него пенсионный, а на планете лес, рыбалка, охота. В каком-то смысле действительно — восторг!

Они дружно рассмеялись.

* * *

Ливень, равнодушный к вторжению чужого корабля, минуту назад изрыгавшего пламя, а сейчас застывшего на расчищенной от леса просеке, барабанил по еще горячему металлу. У самого трапа стояли две фигуры в плащах с капюшонами.

— С прибытием, товарищ Стародумский! И вас, товарищ Веретенников, — один из встречавших протянул руку сначала майору, потом консулу, — Я Звягинцев, дежурный космопорта, если можно так сказать… А это Гет Цан, староста здешнего кавра. Они так и деревни называют, и города — без разницы.

Гет Цан лишь кивнул. Спускавшаяся следом за Веретенниковым Алена разглядела под капюшоном зеленоватое лицо.

— Уж простите за погоду, — дежурный развернулся, зашагал в сторону бревенчатых домов, — У нас тут дождь и солнце не по расписанию.

Сапоги его чавкали в грязи, утопая где по щиколотку, а где и глубже. Остальные пассажиры «Легатуса» спустились по трапу, вытянулись цепочкой, следуя за дежурным. В этой части планеты уже вечерело, да и низкая облачность не добавляла освещения, приходилось ступать наугад, осторожно, чтобы не поскользнуться, растянувшись в грязной жиже.

— Вот и наш городок! Это администрация, — Звягинцев указал на добротный, двухэтажный дом, по свежим бревнам которого можно было догадаться, что срублен он недавно. У крыльца повис промокший государственный флаг.

— В правом крыле — консульство. Там, подальше, лазарет. Ну, вы видите красный крест. С врачом я вас позже познакомлю. Вон то здание — столовая, а это… — дежурный направился к длинному бараку, рядом с которым сиротливо приткнулся патрульный газик на гравитационной подушке, — Это ваша вотчина. Участковое отделение!

Приблизившись, можно было разглядеть, что когда-то барак был окрашен желтым, но сейчас краска выцвела и облупилась.

— Там спальня на шесть коек, отдельная комната для двух офицеров, ну, само собой душевая и все прочее. Есть арсенальный шкаф. Да, и кухня у вас своя, на всякий случай. Но можете ходить и в столовую.

Кто-то сзади недовольно проворчал «мда-а…».

— Чего встали, орлы? Осваивайте территорию! — скомандовал Стародумский.

Они двинулись к дверям с надписью «Милиция». Гордиенко шла последней и слышала, как Звягинцев вполголоса говорил Семену Викторовичу:

— Хорошо, что прилетели. Без охраны, знаете, неуютно как-то. А на барак этот не смотрите, мы вам новое здание построим!

То, что всем придется жить в одной большой комнате, бойцов не смущало: на тренировках в школе и не такие условия бывали — приходилось ночевать вповалку, парни с девчонками. У них даже нижнее белье было одинаковое, унисекс. Каждый понимал, что это работа, а значит — не до глупостей.

Ночью Алена откинула синтетическое одеяло, вышла за дверь с надписью, втянула в легкие сырой, прохладный воздух. Дождь закончился. В стороне, на опушке, единственным фонарем освещался поставленный на прикол «Легатус». Периферийным зрением она заметила, как слева, в сумраке, что-то шевельнулось. Обернулась и успела увидеть фигуру в плаще, тут же скрывшуюся среди деревьев.

— Эй! Как тебя, черта… Гет Цан! Это вы?

Никто не ответил. Она постояла еще минуту и вернулась в спальню.

Утро началось с пробежки. Старая привычка, помогающая держать себя в форме. Звягинцев вызвался бежать с ними, показать удобную тропинку, но через пять минут остановился, уперев руки в колени.

— Ну все… дальше… сами! Не заблудитесь…

Тропинка сделала петлю, показав землянам красивое озеро и действительно привела обратно к космопорту.

— Разминаемся, отдыхаем. Сегодня первый рабочий день — надеюсь, каждый помнит своего напарника?

Сержант не стала слушать ответы, поднялась по ступенькам, вошла в барак.

— О, видали? Быстро втянулась в роль главнокомандующей! — усмехнулся Хансен.

Алена постучалась в офицерскую.

— Да!

Вошла внутрь. Майор сидел за столом, в форме с иголочки, будто только что выглаженной. Изучал какие-то документы.

— Товарищ…

— Семен Викторыч.

— Кхм, Семен Викторович!

— Мы хоть и в званиях, и форму с оружием нам государство выдает, но все-таки люди не армейские. Можно опускать эти формальности, — поднял голову, снял интерактивные очки, — Чего сказать хотела?

— Ночью у городка ходил кто-то.

— Видел. Но ходить тут кто угодно может, не запрещено. Специально свою зону огораживать не стали, чтобы местных не раздражать.

Алена смутилась.

— Да ты молодец. Правильно сделала, что доложила. Бдительность, она… — вернулся к документам, — Она еще никому не мешала. Спрошу у дежурного, если есть в хозяйстве камеры и датчики движения — поставим.

Потянулись монотонные, серые будни. Каждое утро двое из отряда отправлялись с Веретенниковым и Звягинцевым на выезд. Они методично, день за днем, объезжали линиатские кавры, налаживая контакты, договариваясь о совместном строительстве, возведении объектов, которые помогут их цивилизации быстрее догнать Космическое Сообщество. Через месяц открыли первую школу и теперь двум бойцам приходилось дежурить рядом с ней во время занятий. Дети все-таки, да еще чужие — мало ли что.

Стародумский действительно стал подолгу отлучаться из городка, видимо, на охоту или рыбалку. Алена не винила его, она и сама прекрасно со всем справлялась. Майор поверил, что с людьми девушка работать умеет, на нее можно положиться. Правда, ее отношения с напарником — Германом Ланге — нельзя было назвать теплыми. Он совсем не стремился к дружбе, а порой и ставил под сомнения приказы сержанта. К счастью, только в приватных разговорах, не вынося сор из избы.

— Семен Викторыч, а почему такая поздняя разработка у «Восторга»? Это же планета третьей волны освоения, я смотрела сводки.

Очередной рабочий день заканчивался, можно было присесть на ступеньки у входа в барак, отдохнуть. Майор повернулся к ней, несколько секунд молчал. Алена поняла, что он сейчас не здесь, где-то очень далеко в своих мыслях.

— А? Ну да, ты права. Тогда от Земли до этого «Бурелома» не четыре с половиной дня лету было, а все семь месяцев. Что ты хочешь, техника третьей волны… Его сразу в списке приоритетов на последнее место поставили, вот и тянули с разработкой. Сейчас он, вишь, в глубоком тылу остался, один такой не освоенный.

Майор вздохнул, поднялся. Гордиенко с удивлением заметила кобуру у него на ремне. Раньше Викторыч не ходил с оружием. Открыла рот, хотела спросить, но он опередил:

— Знаешь что, Ален, я прогуляюсь до озера. А ты… — он посмотрел на часы, — Минут через сорок, если не вернусь, тоже туда подходи. Договорились?

Не дождавшись ответа пошел к лесу.

— Товарищ майор, у вас все хорошо? — встревожилась она.

Он только махнул рукой — «все в порядке». Девушка проводила его взглядом. Подумала, не пойти ли к Веретенникову, они сегодня весь день вместе были. Спросить, может тот чего знает? Но не решилась, не стала разнюхивать за спиной начальства.

Ходила из стороны в сторону минут десять, потом не выдержала, быстрым шагом направилась к лесной тропинке. И уже у самых деревьев остановилась. Вернулась в барак, взяла табельный «Стечкин».

Звезда К2—18, заменявшая на «Восторге» Солнце, была еще высоко. Даже разлапистые деревья не могли задержать ее лучи, пропуская к нижним ярусам леса достаточно света. Под ногами пружинил мох, скрывая звуки шагов. Алена и так двигалась быстро, но скоро перешла на бег. Смутное чувство тревоги заставляло ее торопиться, сердце в груди билось все сильнее и сильнее. Вот и озеро!

Она вышла к берегу, огляделась. Никого.

— Семен Викторы-ыч!

Никто не откликался. Пошла вдоль кромки воды и вдруг запнулась за что-то. Нагнулась, чтобы поднять… Станнер! Его станнер! Она сразу узнала — именной. Сунула за пояс.

— Семен Викторыч! Э-эй! Майор!

Гордиенко лихорадочно оглядывалась по сторонам, но вокруг были только камыши, вода и вековые деревья. Между стволов что-то мелькнуло.

— Майор, это я!

Бросилась в ту сторону, где видела движение. Уже ворвавшись в лесную чащобу, снова увидела, как кто-то или что-то шевельнулось, но уже дальше, в глубине леса. Она побежала следом.

— Стой! Кто там? Стоять!

Ветки, кусты — все мелькало, цеплялось за одежду, хлестко ударяя по рукам, лицу. Все дальше и дальше в лес, не обращая внимания на корни и коряги, подставляющие подножки. Ей казалось, что она настигает неизвестного и в какой-то момент даже увидела между деревьев фигуру в плаще. Выхватила «Стечкин».

— Стой, говорю!

Остановилась сама, прицелилась. Только что на мушке были распахнувшиеся от ветра полы плаща и вот… никого. Куда он делся? Упал? Ни звука, ни движения. Затаился? Осторожно, стараясь не хрустнуть случайной веткой, Алена приближалась к месту, где только что видела… Кого?

Она несколько раз обошла округу, но так и не обнаружила беглеца. Ни следов — ничего.

— Черт…

Вспомнила про майора.

— Сейчас, сейчас! — достала из кармана смарткомм, активировала поиск имплантов, — Хансен… Бельская… Ланге…

Отмасштабировала. Еще раз, прокручивая на экране уже всю планету.

— Черт, черт!

Алена подняла голову. Лес тихо шумел на ветру, где-то далеко ухнула птица. Снова посмотрела на экран. Стародумского на «Восторге» не было.

ГЛАВА 2

Станнер с грохотом упал на стол. Алена вытерла лоб, уперлась руками в деревянную столешницу, нависнув над оружием. Ее скаф был до колен испачкан в грязи, на плече нахально примостились несколько колючек.

— Позовите врача, у него должен быть контроль за телеметрией здоровья каждого человека. Хотя… — она покачала головой, — Кардио и все остальное транслируется от того же импланта, который передает сигнал геомаячка. Ладно, все равно позовите.

Она устало опустилась на стул.

— Ален, что значит исчез? — Кристина Мицкевич присела рядом.

Гордиенко достала смарткомм, показала экран.

— Вот так! Пошел к озеру и… Если верить технике, майора Стародумского на «Восторге» нет.

Мицкевич переглянулась с Германом, посмотрела на остальных. В комнате воцарилась тишина. Было слышно, как под потолком поскрипывает вентилятор, а вокруг его лопастей жужжит одинокая муха.

— Сигнал должен быть, даже если… Если человек мертв. Может, технический сбой?

— Семен Викторович уже вернулся бы. Нет, тут не сбой. Я же говорю — в лесу был кто-то еще.

— Один из местных?

— Черт! — Алена вскочила, — Да тут даже Звягинцев выглядит, как местный! Все ходят в одинаковых плащах с капюшонами! Будто другой одежды не бывает.

В комнату вошел врач — Халлвард Ольсен. Высокий и худой, он вынужден был пригнуться, чтобы не удариться головой о притолоку. В помещении мгновенно распространился приторный запах чего-то медицинского.

— Садитесь, товарищ Ольсен, — сержант указала ему на стул, на котором только что сидела сама.

— А что, собственно… — он посмотрел на именной станнер, брошенный на стол, потом на смарткомм Алены, положенный рядом.

— Проверьте, на всякий случай, показатели майора Стародумского, — попросила она, — По вашему, медицинскому каналу.

Замешкавшись, доктор извлек из внутреннего кармана пластинку карманного компьютера. Авторизовался, смахнул несколько сообщений, нашел в списке фамилию майора.

— Пульс чуть учащенный, дыхание…

Алена выхватила у него из руки прибор.

— Не может быть. Быстро, за мной!

Они выбежали из барака, оставив растерянного Ольсена одного. Алена бежала первой, остальные мчались за ней, на ходу включая светодиодные панели.

— Оружие у всех при себе?

Подтвердили — у всех. Ночь уже вступила в свои права и «Восторг» снова превратился в «Бурелом», не желая показывать чужакам знакомую тропинку. Отсветы панелей мелькали на стволах могучих деревьев, хрустели сучья под тяжелыми ботинками — бойцы не заботились о скрытности, сейчас главное найти майора!

— Сюда! — Гордиенко свернула в сторону, оставив тропинку. В одной руке она сжимала табельный станнер, в другой — медицинский комм.

Точность позиционирования высокая: хотя сервисных спутников на орбите немного, но и земляне на поверхности планеты размещались компактно, можно позволить себе не окружать ее целиком, а сгруппировать космических помощников над головой. Поэтому отряд Алены Гордиенко знал, где искать. Погрешность — не больше нескольких сантиметров.

— Здесь… Он должен быть здесь!

Стародумского нигде не было, но сигнал продолжал поступать. Сержант опустилась на колено, коснулась ладонью влажной травы. Она должна была почувствовать холод и сырость, но на долю секунды ей показалось, что пальцы коснулись раскаленного металла. Она испуганно отдернула руку, посмотрела на напарника, присевшего рядом.

— Что? — Герман не понимал, чем вызван ее испуг.

— Трава…

— Что — трава?

— Горячая.

В эту секунду смарткомм истошно заверещал. Алена посмотрела на экран: «Угроза жизни и здоровью человека! Внимание, потерян сигнал! Угроза…”. Она поднялась, бессильно опустив руки, закрыв глаза. «Потеряли».

Герман огляделся — остальные еще искали, световые пучки плясали между деревьев. Он прижал пальцы к траве. Холодная. Встал, посмотрел на Алену.

— С тобой все хорошо? Ты здорова?

— Причем тут…

— Наверное, лучше никому не говорить. Про траву.

* * *

В комнате для совещаний собрались почти все земляне, проживающие на «Восторге». Мрачный Веретенников заламывал руки, глядел куда-то в пол, Звягинцев ходил позади него взад-вперед.

— В Корпус безопасности сами сообщите? — консул спросил не поднимая головы, но все и так понимали, что он обращается к Алене Гордиенко, невольно оказавшейся старшей по званию.

— Звоните вы, — ответила она, — Меня еще, чего доброго, всерьез не воспримут.

Он кивнул, встал, со скрипом отодвинув стул. Накинул плащ и вышел из здания администрации — надо было идти на борт «Легатуса», только там была станция дальней связи. Никто не расходился, все ждали его возвращения. Алена перебирала в голове возможные варианты, остановилась на том, что завтра-послезавтра ее попросят сдать дела офицеру, который прилетит на «Восторг» во главе команды усиления и со следственной бригадой в придачу. На этом ее карьеру можно будет считать…

— Сержант, все полномочия приказано передать вам. Вы должны провести расследование исчезновения майора Стародумского, — Веретенников стряхнул капли с плаща — на улице опять шел дождь, — И обеспечить безопасность миссии имеющимися силами. Сейчас все брошено в сектор Альфа Эридана, к нам прислать никого не могут. В ближайшие пару недель точно.

Алена сжала кулаки, но тут же раскрыла правую ладонь, почувствовав жжение. Посмотрела украдкой на красное пятно, похожее на ожог. Прикрыла, но никто, похоже, и так не заметил. За исключением вездесущего Германа.

Девушка встала.

— Нужно отменить занятия в школе. Мы не сможем каждый день отправлять туда двух человек. Во всяком случае, до окончания расследования, — она посмотрела на консула, — Поездки к дальним каврам, Георгий Александрович, тоже под запретом.

Консул нервно дернул головой, но согласился.

— Городок покидать только с моего разрешения и в сопровождении сотрудников милиции. Ночью на территории будут дежурить двое из нас, — Алена взяла со стола именной станнер, сунула за пояс, — Утром поедем к Гет Цану… На сегодня все! Будьте бдительны и осторожны, товарищи.

Она стояла несколько минут у входа в барак, подставив лицо мелким, прохладным каплям дождя. Кто-то появился слева, в свете окна.

— Черт, Звягинцев… Надо обязать всех наших носить светоотражающие повязки.

— Алена… Простите, как вас по отчеству?

— Игоревна.

— Алена Игоревна, я хотел сказать, что, если с моей стороны требуется какая-то помощь, вы всегда можете рассчитывать… В любое время.

— Стародумский спрашивал вас о камерах и датчиках движения?

— Д-да, но… Видите ли, тут такая штука… На складе порядок не идеальный, а дел и без того…

— Так разберитесь со складом и найдите мне эти датчики, черт побери! Завтра же установите их на территории городка, а пульт и мониторы к нам в барак, в офицерскую комнату. Сами видите, что происходит, — добавила она уже спокойнее, — «Порядок не идеальный»… Детский сад!

Развернулась, тряхнула мокрыми волосами и прикрыла за собой дверь, оставив дежурного по космопорту в одиночестве. Тот вздохнул, поплелся к зданию администрации.

Алена вошла в комнату, где еще недавно хозяином был Семен Викторович. Просмотрела разложенные на столе документы: ничего примечательного, банальная бюрократия. «Что же ты скрывал, Стародумский? Ведь не зря позвал меня за собой, знал, что может что-то случиться». Села в кресло. Почувствовала, что на нее душной волной накатывается паника. «Как же я влипла!». Она прикусила кулак, чтобы не закричать.

Газик летел над просекой, чиркая днищем о кочки. К2—18 уже поднималась над деревьями, согревая мокрые листья, заставляя испаряющуюся влагу стелиться над лесом рваными клочьями.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 386