электронная
108
печатная A5
507
18+
У кого план круче?

Бесплатный фрагмент - У кого план круче?

Или с кем переспать, чтобы на утро проснуться знаменитой?

Объем:
348 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-0861-5
электронная
от 108
печатная A5
от 507

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

I Арнольд Нойманн

Власть пьянит как крепкий виски,

В похмелье заблудиться можно.

Он думал счастье очень близко,

А оказалось все так сложно…

— Папа?

— Что? — Арнольд не отрывается от газеты, видимо там есть нечто более интересное, чем его сын.

— Ребята в школе сказали, что ты воруешь.

Теперь мужчина слегка приспустил очки и посмотрел на мальчика.

— Ты думаешь, они правы?

— Нет, но зачем они так говорят?

— Запомни, сынок, все слабые люди завидуют более успешным и более сильным, потому что у них никогда не хватит духу идти к своей цели несмотря ни на что.

Мальчик ловил каждое слово отца, смотря на него преданными, щенячьими глазами. А после сухого поцелуя в лоб и вовсе понуро опустил глаза в пол. Ему стало стыдно за сомнения в своем сердце, ведь отец всегда был для него идеалом.

В комнату вбежала пятилетняя Анечка, с красными заплаканными глазами:

— У меня сломался телефон… — В доказательстве, она протянула в маленьких ручках ярко розовый игрушечный мобильный телефон, который, честно признаться, уже порядком надоел своим пиликаньем всей семье.

— Ничего страшного. У тебя еще много игрушек.

Девочка уже приготовилась плакать.

— Ты купишь мне новый?

Арнольд задумался.

— Куплю, я думаю, тебе уже пора иметь настоящий телефон. Будешь клацать по кнопочкам и меньше отвлекать папу от работы. — Аня вытерла скупую слезу и улыбнулась. — А теперь ложитесь спать.

Радостные дети разбежались по комнатам, но буквально через несколько минут зазвонил телефон. Арнольд нехотя снял трубку:

— Слушаю.

На другом конце телефона тоже раздраженно начали разговор:

— Арнольд? Это Саша, простите за поздний звонок, но у нас возникла проблема.

— В чем дело?

— Кривач продал нам настоящий хлам! Наши ребята уже двое суток возятся с его лексусом, там серьезные проблемы с тормозной системой!

— Зачем мы их держим, если они не в состоянии поставить на колеса груду металла? — мужчина вышел из себя и явно счел это мелкой причиной для столь позднего звонка.

— Они сделали все, что смогли. Какое-то время машина будет на ходу, но дальше мы ничего гарантировать не можем.

— Сейчас на ней можно ездить, так?

— Пока да, но…

— Тогда какого черта ты мне звонишь? Оформляй документы и выставляй ее на продажу, а то эти двадцать пять тысяч долларов я вычту их твоих премиальных!

Александр замялся с ответом, он уже много лет работал на Арнольда, но в силу своей осторожности и врожденного чувства справедливости, все еще боялся любого отклонения от нормы или закона. Между тем, Арнольд недовольно спросил:

— У тебя еще есть вопросы?

— Нет, разве что, с Кривачем что делать?

— Когда найдешь, объясни, что не стоит кидать на деньги таких людей, как мы.

— Я все понял. Доброй ночи.

— Да уж, доброй…

На этих словах мужчины оборвали разговор и, несмотря на раздраженность и позднее время суток, все же взялись за работу. Арнольд отложил газету и принялся внимательно изучать затраты последних месяцев, и цифры отнюдь не радовали. Александр, не откладывая, занялся подготовкой всех необходимых документов на машину.

II Панин Юрий

И опять сердечко плачет,

И опять болит душа,

А комочек горло точит,

Издеваясь не спеша…

— Да. Зачем? Мне сейчас некогда. Я перезвоню. Спасибо.

Юрий быстро нажал на кнопку сброса мобильного телефона.

— Какие-то проблемы?

— Мелочи, я уже давно не обращаю на них внимания. — Мужчина постарался вернуться к более важному для него делу. — Так о чем мы с вами говорили? Ах да, в общем, меня все устраивает, она в отличном состоянии, можно сказать ни царапины, под капотом тоже проблем нет. Все отлично, кроме цены: двадцать семь тысяч долларов — по-моему, это слишком. Предлагаю двадцать пять, наличными, через час. Как вам такое предложение?

Юрий удобно расположился в кресле с абсолютно невозмутимым лицом, делая вид, что пара тысяч долларов для него не деньги, а всего лишь дело принципа. Его собеседник напротив, постоянно ерзает и почесывает кончик носа, очевидно, что-то судорожно взвешивая. Наконец он отвечает:

— Хорошо. Давайте встретимся через час, в центре, скажем в кафе «Причал».

— Отлично! — Юрий расплылся в довольной улыбке и притянулся ближе для рукопожатия. — С вами приятно иметь дело, Александр.

К вечеру, Панин Юрий Сергеевич, вернулся домой очень уставшим, голова трещала так, что не было сил порадоваться за выгодную покупку. Покрутив ключами от новенького авто и выпив пару бокалов коньяка он с легкой душой улегся спать, тем более что утро обещало быть насыщенным работой.

Будучи директором небольшого рекламного агентства, он мог появляться на работе не чаще двух раз в день и в принципе все остались бы довольны, в особенности его секретарша, которая в отсутствии начальника отвечала на редкие телефонные звонки и килограммами поедала зефир в шоколаде. Но Юрий Сергеевич был слишком ответственным, ни одно событие, а уж тем более ни один клиент не оставались незамеченными под его любопытным взглядом. Большую часть своей прибыли он вкладывал в расширение бизнеса и улучшение условий труда для своего коллектива. И лишь спустя год, судьба вознаградила его за трудолюбие и не расточительность, в виде автомобиля Lexus LS. К слову сказать, это покупка стала единственным крупным приобретением за всю его жизнь, если учесть, что квартира на Чародеевской досталась ему от заботливых родителей. И вот теперь он по праву мог гордиться именно собой!

Сегодня Панин решил закончить свой рабочий день чуть раньше обычного. Еще раз поблагодарив подчиненных за поздравления, он поспешил в свою уютную квартирку, уже по дороге представляя себя на мягком диване с бутылочкой прохладного пива!

«Я много работал. Кто скажет, что я не заслужил хорошего отдыха? Пожалуй, начну с приятной музыки», — мелькнуло в его мыслях. Он отвлекся буквально на несколько секунд, а когда поднял глаза, по пешеходному переходу уже шел маленький мальчуган. Ребенок просто шагнул на зебру, даже не подумав сначала посмотреть по сторонам. Панин изо всех сил нажал на тормоз! Еще, потом еще раз!

«Что происходит? Что с тормозами?» — давление стало дико бить по вискам, кажется, от страха и от большого прилива крови в мозг, он начинает терять сознание, а в голове всего одна мысль: «Что с тормозами?»

Как во сне, проваливаясь в пустоту, он снова и снова жмет на педаль тормоза, втаптывая ее в днище машины! Оглушительный визг сигналки разнесся по перекрестку, мальчик повернул голову в его сторону и, видимо от ужаса, не нашел в себе силы на то чтобы сдвинуться с места, даже на хриплый крик, он просто закрыл лицо руками. Машина весом почти в три тонны, со скорость в 60 км/ч, против кучки венок и тонкой кожицы — у него не было шанса выжить, но буквально за несколько секунд до смертельного столкновения Панин услышал противный скрежет резины цепляющейся об асфальт — сработали тормоза! Панин сразу открыл глаза и выбежал из машины: мальчишка лежал на асфальте лицом вниз, не говоря ни слова и совсем не шевелясь. В панике мужчина оглянулся по сторонам: толпа зевак уже поспешила окружить место происшествия и теперь больше полусотни человек, охая и разводя руками, громко причитали.

«Надо взять себя в руки», — мелькает в его мыслях.

С замиранием в сердце он аккуратно перевернул мальчика на спину и посмотрел в его глаза: они были широко раскрыты, а по щекам рекой текли слезы, но ребенок по-прежнему не произнес ни звука.

— Не плачь, все хорошо. Как ты себя чувствуешь?

Мальчик молчал.

— В больницу его надо! — послышалось из толпы.

Не раздумывая, Юрий закрыл машину, вызвал эвакуатор и понес мальчика к ближайшему такси, обливаясь потом от страха и дурных предчувствий.

— Все будет хорошо. Тебе ведь не больно, правда?

Ребенок отрицательно замотал головой, а мужчина выдохнул, словно сбросив со спины мешок весом в пятьдесят килограмм.

— Я тебя не задел, ты просто испугался? — Мальчик молча хлопал глазами. — Нет, я все же покажу тебя врачу, чтобы убедиться, что нет переломов или вывихов.

Мальчик снова затряс головой.

— Неужели ты боишься врачей? Ты уже такой взрослый. Сколько тебе лет? — Ребенок вытянул вперед восемь пальцев. — Ну вот, ты уже мужчина, а мужчины ничего не боятся. — Но мальчик поднял вверх брови, снова намереваясь плакать. — Что такое? Тебе больно? — и вдруг, Панину стало ясно, в чем дело: этот ребенок не говорит! — Ты не можешь говорить?

Мальчик опустил глаза, выходит, что нет.

— Если хочешь, я отведу тебя домой. Наверняка ты живешь где-то рядом. — Впервые на лице ребенка появился не страх, а одобрение. — Хорошо, покажешь дорогу?

До дома мальчугана оказалось не больше пяти минут ходьбы. Скромное пятиэтажное здание совсем не вписывалось в череду высоких многоэтажек этого района. Похоже, оно давно уже подлежит сносу, но видимо у чиновников всегда находится более выигрышный вариант, куда можно вложить деньги, выделенные на расселение жильцов дома. Десятки семей так и остались никому не нужными в сером потрескавшемся здании, почти в центре города.

Мальчик осторожно нажал на кнопку звонка, за дверью послышались шаги. Через несколько секунд дверь открылась и на пороге показалась высокая стройная женщина, около сорока лет, с аккуратно убранными наверх длинными черными волосами, но в стареньком выцветшем халате. Перепуганная мамаша схватила своего ребенка на руки.

— Кто вы? — Она слегка прикрыла дверь, все еще опасаясь незнакомца.

— Меня зовут Юра. — Мужчина протянул руку, но женщина лишь вопросительно подняла брови, ожидая услышать более развернутый ответ.

— И? Зачем вы пришли в мой дом?

— Я очень сожалею, но я чуть было не сбил вашего мальчугана.

— Что? — Она поставила ребенка на пол и стала разглядывать его с ног до головы. — И вы так спокойно об этом говорите!?

— Не волнуйтесь с ним все в порядке…

— Вы говорите матери, что чуть было не сбили ее ребенка, а потом просите не волноваться? — она уже собралась кричать, но, не обнаружив ничего серьезнее двух небольших синяков, немного смягчилась.

— Если вы разрешите войти, я все вам расскажу.

Женщина окинула незнакомца недоверчивым взглядом и посмотрела на сына, он утвердительно закивал головой, и она решает согласиться.

— Ну что ж, надеюсь у вас есть хоть какое-то объяснение своей невнимательности!

Спустя десять минут они уже интеллигентно разговаривали на кухне за чашкой чая, с полузасохшими баранками. Панин как мог, старался объяснить, что не знает, как такое могло произойти, ведь машина куплена только на прошлой неделе. В мыслях же, он уже прокручивал как затаскает фирму «Авто Мир» по судам и благодарил своего Ангела-хранителя за то что он уберег его от ужасной аварии.

Как оказалось, мальчугана зовут Ваня, а его маму — Екатерина. Несмотря на столь неприятную ситуацию, она удержалась от нотаций и скандала:

— Я бы хотела вас поблагодарить за то, что вы оказались настоящим мужчиной и просто не удрали с места аварии. Ваня «особенный» ребенок, у него ранимая психика, не знаю, чем все это могло закончиться, если бы вы оставили его одного плачущего на дороге.

— О чем вы говорите, кто бы смог бросить ребенка в шоковом состоянии! На моем месте так поступил бы каждый.

— Уверяю вас, далеко не каждый.

Панин не лукавил в своей честности. И Екатерина осталась искренне удивлена поведением этого человека. Ей казалось, что людей с большим материальным достатком и чистой душой уже не осталось, и сейчас она смотрела на него с интересом, словно на давно вымерший вид животного. Между тем Юрий продолжал:

— Ваня не захотел ехать в больницу, но думаю, будет лучше, если вы все-таки покажете его врачу. Я оставлю вам свой телефон. — Он протянул ярко красную визитку, на которой помимо телефона его рекламного агентства был написан сотовый. — Если выяснятся какие-то проблемы, вы можете позвонить в любое время.

Женщина немного замялась, но здравый смысл все же взял вверх.

— Вы правы. Так и сделаем.

В это время очень тихо щелкнул дверной замок, Екатерина прислушалась и, так и не решив, показалось ей или нет, крикнула из кухни:

— Ева? — ей ничего не ответили, поэтому женщина повторила вопрос: — Ева, родная моя, это ты?

Из коридора донесся недовольный голос молодой девушки:

— А к нам может прийти еще кто-то?

Екатерина нахмурила брови и направилась в коридор:

— Что-то случилось?

— Нет, у меня все прекрасно! Я живу в отличном месте, у меня хорошая высокооплачиваемая работа и я горжусь тем, что сама смогла встать на ноги и добиться успеха!

Раздался грохот, видимо на пол полетели обувь и сумка.

— Тише, родная, мы не одни.

— Да мне плевать! Мама, я устала так жить, я устала бороться за каждую копейку и за каждый кусочек счастья! Пора признать, что я бездарна и некрасива! Ах, мамочка…

Панин слегка привстал и заглянул в узкий коридорный проход, теперь ему открылась более ясная картина. Прямо на пороге, при входе в зал, сидела юная особа лет восемнадцати, громко рыдая и размазывая остатки туши по щекам. Даже в таком виде он смог заметить ее естественную красоту: прямое темное коре, большие, почти черные глаза, длинные ресницы, правильной формы губы и красный курносый носик, она была похожа на куклу, из далекого детства, какими любила играть его младшая сестренка. Екатерина была взволнована, но не удивлена, она пыталась успокоить дочь, прижимая ее к груди и гладя по волосам, но совсем не спрашивала в чем дело. Из этого мужчина сделал вывод, что такие истерики в их семье далеко не редкость.

— Ну, успокойся. У тебя еще все впереди. Ты у меня такая красавица, просто принцесса….

— Хватит меня жалеть! Не нужно больше слов, вселяющих надежду!

— Девочка моя…

Материнское сердце разрывалось, но девчушка не собиралась успокаиваться, она неожиданно вскочила и сквозь море слез прокричала:

— Если бы ты не твердила мне с раннего детства, каждый день, как я божественно красива и что непременно достойна лучшего, чем эта дыра, я бы уже давно остановилась! Я бы уже перестала мечтать, смирилась со своим ничтожным существованием и гребаной работой официантки! Но нет же, ты дала мне надежду, а теперь меня каждый день мучает совесть за то что я не смогла оправдать твоих ожиданий!

— Что ты такое говоришь…

Но Ева уже ничего не слышала, ударив ногой по двери, она бросилась в свою комнату, ничего не видя из-за белой пелены и еле сглатывая слюну, она прошипела:

— Если бы знала, с кем переспать, чтобы на утро проснуться знаменитой — уже давно бы сделала это!

Дочь стукнула дверью и зарыдала в одиночестве еще сильнее, мать застыла в растерянности, крупные соленые капли медленно потекли и по ее щекам.

— Сейчас ей нужно побыть одной, думаю когда она успокоится, то пожалеет обо всем сказанном, — Юрий, ставший невольным свидетелем, решил вмешаться.

Красная от смущения и волнения, Екатерина присела за стол и схватилась за голову:

— Как бы я хотела в это верить, но боюсь она в чем-то права.

Ванечка тихо подошел к маме и взял ее за руку, он еще не понимает суть проблемы, но настолько тонко может почувствовать боль родного ему человека, что от увиденной картины комок в горле застрял даже у Панина, он безнадежно развел руками:

— Может, я чем-то могу помочь? Если дело в работе, то у меня есть вакантное место офис-менеджера. Я не знаю, сколько зарабатывают официантки, но думаю, что смогу платить больше.

Женщина опустила свои опечаленные глаза.

— К сожаленью, вы вряд ли нам поможете. У моей девочки другая мечта: она хочет стать моделью, блистать на подиумах и в глянцевых журналах. Сначала у меня не хватило денег оплатить школу моделей, потом на модного фотографа, который смог бы сделать ей отличное портфолио, а теперь она вынуждена все свое свободное время работать, чтобы помочь мне оплатить лечение Ванечки! — Казалось, слезы на щеках Екатерины становятся крупнее с каждой каплей. — Сегодня она должна была участвовать в каком-то кастинге и возлагала на него большие надежды, запрещая мне даже говорить на эту темя, чтобы не спугнуть удачу.

Панин задумался:

— Видимо, ничего не получилось… — Женщина шмыгнула носом в знак согласия, а мужчина снова погрузился в мысли: — Вы знаете, а у меня, кажется, появилась идея. У меня есть знакомый, достаточно известный дизайнер, сейчас он ищет модель для своей новой линии одежды. Я бы мог устроить им встречу.

Екатерина моментально вытягивается на стуле, она не может поверить в то, что слышит. Неужели это возможно, и сама судьба привела к ним в дом человека, способного избавить ее дочь от терзающих душевных переживаний?

— Вы говорите правду? — Она уже была готова расцеловать этого человека! — Вы не представляете, как я вам благодарна!

— Ну что вы, я еще ничего не сделал. К тому же, я не буду его ни о чем просить, просто попробую дать вашей дочери хотя бы возможность побороться за звание «девушки с обложки».

Панин тоже улыбнулся. Конечно, сейчас он был очень доволен произведенным эффектом. Оказывается, даже такая, по его мнению, мелочь, может доставить человеку столько счастья! Он достал еще одну свою визитку и на обороте аккуратно написал: «Евгений Борисович» и заветные одиннадцать цифр мобильного телефона.

— Отдайте это Еве. Пусть позвонит по этому номеру завтра вечером, а до этого времени я постараюсь что-нибудь сделать.

— Спасибо вам огромное.

— Пока не за что, — мужчина встал из-за стола, — думаю мне пора идти.

— Вы собираетесь снова садиться за руль?

— Нет уж, я уже вызвал эвакуатор. До свидания. Еще раз извините, что так получилось.

— До свидания…

Екатерина закрыла дверь и, улыбаясь, прижала к груди маленькую визитку, словно это был драгоценный слиток золота или лекарство от всех болезней.

Правда говорят, утопающий цепляется даже за соломинку.

III Ева и Евгений Борисович

Хочу быть пестрым мотыльком,

Хоть не летает выше птицы,

С тюремной жизнью не знаком,

Он волен, как в тайге тигрица.

Мать уже рассказала дочери о вчерашнем вечере и о том, как став случайным свидетелем их проблем, Юрий решил им помочь.

Теперь с самого утра Ева не находит себе места. Она пытается не давать себе безоблачную надежду, не строить иллюзий и не мечтать о слишком многом, чтобы падать с этого пьедестала не было слишком больно. Но в голове молодой девушки уже проносится жизнь леди из высшего общества: дорогая машина, куча шмоток и непременно новая, большая квартира, настолько большая, насколько она сможет себе позволить. Она вылечит Ванечку, а матери больше не придется работать поваром, ей вообще не нужно будет работать. И тогда ей точно хватит смелости сказать в глаза своему отцу все, что накипело за столько лет, все, что она о нем думает. Ведь она смогла вытащить свою семью из нищеты, а он когда уходил, пророчил им жалкое существование на помойке…

Наконец, взяв себя в руки, Ева стала готовиться к встрече, которая точно должна изменить ее жизнь. Она отобрала свои самые выгодные снимки, приняла ванну со смягчающими маслами, довела до идеального состояния волосы и ногти, теперь осталось только выбрать стиль одежды и макияжа.

Слегка обеспокоенная Екатерина стучит в комнату дочери.

— Милая, можно войти?

— Конечно, мама!

Девушка сидит возле зеркала и смотрит на свои брови, что-то в них ей кажется не совершенным.

— Девочка моя, я хочу тебе кое-что сказать.

Ева повернулась в ее сторону.

— Что-то случилось?

— Нет. Я просто хочу, чтобы ты послушала меня. Обещай, если сегодня ничего не получится, ты не будешь так сильно расстраиваться. В такие минуты мне очень больно видеть тебя разбитой.

Сердце девушки сжалось. А ведь она до сих пор не извинилась перед матерью за вчерашнюю истерику.

— Пожалуйста, прости меня за все твои слезы и за вчерашнюю истерику тоже.

— Я уже давно тебя простила.

— Поверь мне, сейчас я понимаю как отвратительно вела себя. Но вчера…

— Я все знаю, — Екатерина всеми силами пытается сменить тему разговора, — кстати, ты можешь искупить свою вину: поможешь мне с Ванечкой? Нужно на всякий случай показать его доктору, а я сегодня не выберусь с работы.

— Конечно, я все сделаю.

Казалось, с этого времени минутная стрелка не двигалась с места. Пожалуй, это был самый долгий день в жизни Евы. Она успела свозить брата в больницу и убедиться, что мальчик не получил никаких травм, приготовить обед, перестирать гору белья и перепробовать на себе десятки разных образов. С трудом дождавшись пяти часов дня, посчитав, что это уже почти вечер, она набрала заветные цифры мобильного телефона Евгения Борисовича:

— Добрый день.

— Добрый.

В трубке послышался серьезный мужской бас, уверенности в девушке значительно поубавилось.

— Меня зовут Ева. Ваш телефон мне дал Панин Юрий.

— Ах, да, Юра звонил по поводу вас. Можете приходить на кастинг сегодня к шести часам, в модельное агентство «Подиум».

— Прямо сейчас? Уже в шесть?

— А теперь извините, мне некогда.

Ева положила трубку, ее сердце ликовало! Да, конечно, разговор вышел очень сухой, но не думала же она, что сам Бугаев Евгений Борисович запрыгает перед ней на задних лапках. Она получила шанс, теперь главное — не упустить его!

На сборы оставалось катастрофически мало времени: «Подумать только! В шесть часов! Только бы не опоздать!» — переживала Ева. В панике она быстро натянула обтягивающее черное платье на тонких бретелях, прекрасной длины значительно выше колен, поправила волосы и застегнула белые босоножки на высоких каблуках, которые сегодня утром предусмотрительно взяла у подруги. Вроде бы всё, теперь собственное отражение в зеркале ее устраивает. Мать, осмотрев дочь, неодобрительно нахмурила брови, но портить настроение перед столь важным для нее кастингом великодушно не стала.

Ева выпорхнула из подъезда как воробушек. Теперь предстояло долгое ожидание на автобусной остановке и еще более долгое телепание в вечерних пробках. Но какой мелочью сейчас казались эти проблемы! Ведь она едет к своей мечте!

Модельное агентство «Подиум» оказалось в двадцати минутах езды от ее дома. Конечно, она раньше видела это место, но даже не мечтала переступить порог этой фабрики счастья. А теперь известнейшее агентство ее города раскрывает перед ней свои объятья! Это сказка! Окрыленная, Ева взглянула на экран мобильного телефона: 18:15. Вот теперь поводов для радости маловато, она все-таки опоздала, и сама не зная чего ожидать, быстро открыла заветную дверь. К ее удивлению, жизнь в этих стенах не просто кипела, эта жизнь бурлила и зашкаливала, доходя до критической отметки. Множество сотрудников хаотично перебегали из кабинета в кабинет, у одних в руках были кипы документов, у других фотографии и эскизы одежды, а кто-то проносил уже готовые экземпляры или ткани. Десятки голосов со всех сторон, десятки имен, мужчины и женщины, в офисных юбках и в купальниках… здесь все было пропитано сладким запахом моды и шика!

— Простите, — Ева обратилась к пробегающей мимо девушке, — не подскажите, где мне найти Евгения Борисовича?

— Вы на кастинг?

— Да.

— Возьмите пропуск вон за тем столом, — она показала на серьезную женщину, сидящую неподалеку, — а затем прямо по коридору пятая дверь справа.

Быстро перебирая ножками, девушка поспешила в указанном направлении. За пятой дверью справа оказался длинный широкий коридор, с множеством небольших диванчиков темно шоколадного цвета, на которых дожидаясь своей очереди расположилось около двадцати девушек. Услышав шум возле двери, они дружно повернулись в ее сторону и оценивающе окинули взглядом:

— Еще одна пожаловала.

— Заходишь после меня, — небрежно бросила юная особа в ярко красном мини-платье.

Ева молча присела на свободное место.

Очередь тянулась мучительно долго, прошел почти час, и за это время удалось попытать счастье трем девушкам, но каждая из них выходила крайне расстроенной, у некоторых даже текли слезы, это придавало сил и огромную надежду всем остальным. Вскоре, чтобы хоть как-то убить время, Ева стала внимательно рассматривать своих конкуренток. Некоторые из них что-то обсуждали, но большая часть сидела молча, кто-то закрыл лицо руками, кто-то замер, засмотревшись в одну точку, а на соседнем диванчике она заметила бледную рыжую девчушку с удивительно правильными чертами лица, ее губы беззвучно двигались, и Ева решила, что она читает молитву. Когда они уставали сидеть, то звякали тонкими шпильками по вытертому, серому керамограниту, отчего нервы сдавали еще больше, а в висках начинала пульсировать кровь. Иногда кто-то из юных моделей затевал склоку и тогда подобно огромному стаду, вся толпа шла на поводу у одной глупой овцы. И все же, среди этих кукол были действительно достойные внимания девушки, на них то и остановила свой взгляд Ева. Да, они резко отличались от всех присутствующих: своей уверенностью, твердой походкой, хищным взглядом, они будто только что сошли с обложки модного журнала. Хорошо приглядевшись к себе, Ева тут же решила, что на их фоне выглядит серой молью, неотесанной деревенской девочкой, она проигрывала во всем, начиная от внутренней стати и темно бронзового загара и заканчивая стоимостью их браслетов, равняющейся цене ее платья. Девушка приуныла, но отступать назад некуда, позади нищета.

Спустя пять с половиной часов, двери кабинета распахнулись и для нее. В нос сразу ударил сигаретным дым и глаза непроизвольно стали слезиться. Не обращая на это внимания, она шагнула внутрь, где ее ожидал сам Евгений Борисович и видимо его ассистентка.

— Добрый вечер.

— Фотографии. — Мужчина с уставшим лицом нахмурил брови и потушил сигарету в полной до краев пепельнице. — Быстрее, показывай свое портфолио! Я уже валюсь с ног от усталости!

Ева немедленно протянула ему папку и поймала себя на мысли, что этот человек не очень-то воспитан, раз перешел сразу на «ты».

— Что это? Боже мой, ты даже не подготовилась, как следует! — Он нервно перелистывает страницы, тратя на каждую не больше пяти секунд. — Я спрашиваю, что это? Ты сама себя фотографировала, одной рукой, на мобильный телефон?

Он поднял возмущенные глаза на девушку, а Ева еле нашла в себе силы чтобы ответить:

— У меня не было возможности нанять опытного фотографа, но если вы дадите мне шанс…

— Шанс? О чем ты говоришь?

Директор агентства оценивающим взглядом скользит по девушке: ужасный запах дешевых духов, не к месту подобранная бижутерия, ему не понравилась даже стрижка, неровно сделанная парикмахером на скорую руку, но… ее утонченное платье, невзирая на качество ткани, он счел удачно выбранным для этого случая, а фигуру в этом платье достаточно соблазнительной. Ее параметры полностью подходят стандартам, но нет чувства дистрофичной худобы, которая обычно присуща девушкам модельного бизнеса. Он так же заметил дорогие фирменные босоножки, совсем не вязавшиеся с остальными вещами. Особенное внимание привлекли глаза девушки, на светлой коже почти черные, они выглядели пронзительно глубокими, но в тоже время по-детски наивными. Редкое сочетание. Вконец запутавшись, Евгений Борисович произнес:

— Найди мне хоть одну причину, по которой я должен дать тебе этот шанс.

— Вы моя последняя надежда! Мне хотелось бы верить, что вы смотрите чуть глубже, чем на качество сделанного портфолио и количество наложенного макияжа. Да, я еще не участвовала ни в одном показе, но отнюдь не из-за серой внешности или отсутствия таланта, а скорее из-за того, что все люди с которыми мне довелось столкнуться, оказались слишком поверхностными, не способными посмотреть чуть дальше собственного носа…

Мужчину совсем не тронули эти слова, не зацепили и даже не обидели, он ничуть не изменился в лице, Ева даже не была уверена, что он ее слушал. Но все же подумав, Евгений Борисович скомандовал:

— Пройдись!

Девушка вдохнула полной грудью и, насколько смогла, уверенно зашагала по кабинету.

— Повернись! Покажи мне удивление. Теперь страх. Как, по-твоему, должна выглядеть нежная женщина? А страстная?

Сначала Ева испугалась его напористости и даже какой-то грубости, но потом взяла себя в руки, ведь другого такого шанса просто не будет.

Через несколько минут испытаний мужчина махнул рукой.

— Достаточно! — и застыл в кожаном кресле, глубоко задумавшись.

Ева смотрела на него и пыталась понять мысли этого человека, стараясь уловить мимику или эмоции, которые могли бы хоть что-то подсказать. Но ничего. Ожидание затянулось, устав быть в диком напряжении она выдохнула, решив, что и так сделала все что смогла. Сейчас ее судьба в руках Всевышнего, а внимание привлек сам Евгений Борисович. Девушка пронзительно и даже немного нагло стала разглядывать надменного человека сидящего перед ней. Теперь Евгений не казался ей таким благородным семьянином, каким обычно выставляет его пресса. В журналах он выглядел веселым, гладко выбритым, на все вопросы журналистов отвечал вежливо и с достоинством, тогда ей казалось, что мир глянца и шика совсем не тронул его. Сейчас же она видит перед собой нервно курящего, обросшего сорокалетнего мужчину, не отличающегося хорошими манерами. Он вообще мало походил на большинство дизайнеров из модельного бизнеса, слишком брутальный, слишком грубый, без эпатажных тряпок, звездной пыли и кучи цацек на шее. Сейчас, он больше напомнил девушке директора местного рынка, а не модельного агентства и уж тем более не дизайнера.

«Представляю, сколько таких как я, уверенных в своем таланте, ходят за ним толпами!» — мелькающие мысли прервали:

— В общем, так, — Евгений пробегает глазами по листку, ища имя девушки, — Ева, мне абсолютно не нравится, как ты ходишь. Где твои бедра, куда ты их прячешь? — Она молчит, но несмотря на страх перед ним и волнение, смотрит прямо глаза, пытаясь выдержать его тяжелый взгляд. — Меня раздражают твои брови, они слишком широкие, время ниточек давно прошло, но то что у тебя — это перебор лохматости! И, в конце концов, где ты делала эту ужасную прическу? Она совершенно тебе не идет, ты похожа на школьницу, не хватает только белого фартука! Создается впечатление, что ты сама обкромсала себя перед зеркалом!

Ну вот, она не выдерживает и опускает глаза в пол.

— Я все поняла. Я могу идти?

— Больше не смей меня перебивать! У тебя много недостатков, но все они поправимы. Для моей новой линии одежды мне нужна особенная девушка: настоящая львица в шкуре ягненка, ангел с нежным взглядом и сексуальным телом. Сейчас ты — ангел, мне нравится глубина твоих чувственных глаз и невинный взгляд. Остается сделать из тебя сексуальную львицу, и я вижу в тебе этот потенциал, к тому же у тебя очень красивая фигура. — С каждым его словом Ева расплывается в улыбке все больше и больше. — Мне нужны невинность и секс, в одну минуту, в одном образе, на одной фотографии. Справишься?

— Конечно! — она уже еле сдерживала слезы.

— Тогда завтра здесь, в восемь утра. И не стоит думать, что я сразу подпишу с тобой контракт, я даю тебе две недели испытательного срока, за это время с тобой поработают лучшие учителя, стилисты, визажисты и хореографы, и только после этого я скажу свой окончательный ответ.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 507