электронная
54
печатная A5
368
18+
Тяга к прекрасному

Бесплатный фрагмент - Тяга к прекрасному

Авантюрная повесть

Объем:
214 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-0794-2
электронная
от 54
печатная A5
от 368

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

ПРОЛОГ

«Три грации» Антонио Канова, как скульптурная группа, существуют в двух вариантах. В Эрмитаже находится первый вариант, который был выполнен для Жозефины Богарне, первой супруги Наполеона Первого, около 1810 года. Джон Рассел, 6-й герцог Бедфорд, посетив мастерскую Кановы, захотел выкупить скульптуру для своего поместья, однако ему было отказано. После кончины Жозефина в 1814 году ее наследники продать скульптуру также отказались. От сына Жозефины Богарне, Эжена Богарне, она перешла к внуку Максимилиану, который, в свою очередь, увез шедевр Кановы в Россию. Герцог Бедфорд заказал Канове вторую версию «Трех граций». Скульптор изваял практически таких же Евфросинию, Аглаю и Талию, и в 1816–1817 годах три грации прибыли в поместье Бедфордов Уобёрн-Эбби. Эту вторую версию «Трех граций» Кановы из поместья герцогов Бедфордов выкупили совместными усилиями Музей Виктории и Альберта и Национальные галереи Шотландии за 7,6 миллиона фунтов (11,5 миллионов долларов). Раз в три года грации переезжают из одного музея в другой.

(взято из интернет-источников)

Скульпторы, как и живописцы, делают этюды. Этюд сделанный мастером является, несомненно, произведением искусства. А если он вышел из рук гения, то это уже шедевр за которым охотятся антикварные и арт дилеры всех мастей.

Мне довелось видеть у одного коллекционера две мраморные скульптуры девушек, которые он выдавал за третий, уменьшенный, вариант, или этюд Кановы к «Трём грациям». Возможно, так оно и было…

Все имена и действия в этой книге вымышлены и являются плодом воображения…

(от автора)

1

Потрепанная милицейская «семерка» «Жигули» вневедомственной службы «Охрана», в начале десятого вечера, скрипя подвеской на ухабах, въехала на парковку перед супермаркетом.

Старший сержант милиции Егор Мазуркевич выбрался с переднего пассажирского сидения, открыл заднюю дверь, стянул с себя шлем, автомат, бронежилет и бросил все на заднее сидение.

— Я скоро… — сказал он водителю-напарнику и, с отмашкой, захлопнув непослушные переднюю и заднюю двери «семерки», пошел в магазин.

Походив по пустому маркету с корзинкой между стеллажей, он набрал нехитрой снеди: «колу», чипсы, пончики, пару шоколадных батончиков и со своими покупками направился к кассе.

При расчете с ним, моложавая, но излишне полная кассирша, стреляя сильно накрашенными глазками, неосторожно уронила пятитысячную купюру себе под кассовый аппарат и колыхаясь всем телом полезла ее доставать.

Егор с опаской глянув на затрещавшие на ней по швам джинсы и форменный жилет предложил:

— Красавица, давай ты мне дашь другую купюру, а эту достанешь потом!

Но раскрасневшаяся от напряжения и удовольствия, что заработала комплемент, «красавица» медленно, как рубка подводной лодки, показалась над кассовым аппаратом.

— Я уже достала… — с легкой отдышкой сообщила она.

— Слушай. — сказал Егор. — Это какая-то «стремная» купюра. Я ее не стану в портмоне класть. Вдруг она опять выскочит вместе с бумажником? Я ее пущу «на случай»! Выиграю че-нить и с тобой поделюсь! Разбей мне ее помельче!

Улыбаясь, кассирша разбила купюру на пять тысячных бумажек.

Егор Мазуркевич вышел из маркета с пакетом в руках и, глянув на задремавшего в машине напарника, быстро направился к сияющему неоновыми огнями входу с надписью «МАКСБИТ. ИГРОВЫЕ АВТОМАТЫ».

Внутри помещение было разделено на два зала — большой с игральными автоматами и маленький — бар.

— Посторожи… — сказал Егор бармену и кинул на стойку пакет с покупками, а сам пошел в большой зал к автоматам.

— В форме нельзя! — несмело окликнул посетителя охранник пустующего зала.

Егор досадливо отмахнулся и подошел к ближайшему автомату.

Вышел он из игрового зала с унылым выражением на лице, закурил, посмотрел на свои пустые руки, чертыхнулся и пошел в бар забирать пакет с продуктами.

— Где ты ходишь? — воскликнул его коллега, крутясь как на иголках на водительском сидении. — «Сработка» на нашем участке! Уже пять минут диспетчерская вызывает!

— Ага… — буркнул Егор бросив пакет с продуктами на заднее сидение, натянул на себя бронежилет, взял шлем и автомат, потом порывшись в пакете достал два шоколадных батончика и сев на свое сидение протянул одну шоколадку напарнику. — На!

«Семерка» взревела перетруженным движком и резво выкатив с парковки уехала в темноту.

Через пять минут машина притормозила в пустынном переулке старой застройки, перед крыльцом с белой металлической дверью и видеофоном. Оба милиционера вышли из машины, подошли к белой двери. Егор нажал на кнопку видеофона.

Дверь открыли не спрашивая. За дверью стоял взъерошенный молодой человек — ночной офисный сторож.

— Ну, что там сегодня? — спросил Егор, входя в холл офиса.

— Как всегда — крысы! Носятся в кладовке, что дурные, опять зацепили проводку! — ответил сторож.

Егор вдвоем со сторожем пошли смотреть кладовую, а водитель, закрыв за собой дверь офиса на щеколду, подошел к столу, на котором стоял монитор видеофона и телефонный аппарат, снял трубку и набрал диспетчера.

— Алло! Старшый сержант Неронский. Мы в «ДалПаке». — сказал он когда на том конце провода подняли трубку. — Опять ложный вызов. Пора им штраф вкатать, чтобы, наконец, переложили проводку сигнализации!…

Открыв дверь кладовки, сторож включил свет и посторонился, пропуская Егора.

Тот без особого вдохновения осмотрел кладовую. Стукнул ботинком по горке картонных коробок со старыми документами. Там что-то зашуршало и затихло.

— Крысы… — подтвердил он предположение ночного сторожа. Потом испытующе посмотрел на охранника — Есть че?

— Ты ж на службе… — испуганно пробормотал сторож.

— Чепуха… — подмигнул Егор и протянул сторожу раскрытую ладонь. — Давай…

Недовольно кряхтя, сторож достал из нагрудного кармана джинсовки самокрутку и, крепко сжав ее пальцами обеих рук посередине, аккуратно переломил пополам. Одну половинку он отдал Егору, вторую осторожно спрятал себе обратно в карман.

— Ну ты жлоб! Мне че ее теперь с пинцетом тягать? — возмутился Егор.

— Да ладно, ты! — зашипел сторож в ответ. — Мне еще целую ночь тут куковать. Сканворды что ли разгадывать?

— Егор, пошли! — окликнул напарника водитель.

Сев в машину они проехали вперед по переулку в темноту. Там машина притормозила у обочины. Напарник в бронежилете за рулем, неуклюже попытался развернуться к заднему сиденью.

— Подай пакет. — недовольно буркнул он, видя как Егор с улыбкой следит за его стараниями.

Егор подал напарнику пакет, опустил стекло, достал половинку самокрутки, прихватил ее самым краешком губ, осторожно прикурил, придерживая ее ногтями указательного и большого пальца руки, затянулся и блаженно улыбаясь, выпустил струю дыма.

Напарник подозрительно принюхался и удивленно уставился на Егора.

— Ты че?! С дуба рухнул?

— Да ладно… — улыбнулся Егор. — Темень кругом. Никто не видит. Хочешь?

— Пашол вон из машины, дебил! — зарычал напарник, но негромко, чтобы не обращать лишнего внимания. — Ты хочешь, чтобы машина «шмалью» провоняла? Ты мля на службе, сцуко! Выкинь косую быстро!

— Да вертел я эту службу! — огрызнулся Егор.

— Иди в кадры, пиши заяву на увал, потом верти, сколько влезет! Выкинь косую, быстро! — не унимался водитель.

— Тринадцатый! Центр! На Кирова, дом 4, квартира 15. Сработка! Срочный выезд!

Егор с сожалением выкинул окурок.

— Да, едем! — рявкнул водитель в микрофон, забросил продукты на заднее сидение и заведя машину лихо развернул ее на пятачке.

2

Если смежить веки в узкую щелку — так, чтобы падающий через окно в гостиной на застекленную дверь спальни свет полной луны проходил сквозь ресницы, то кажется, что в спальню пытается заглянуть живая женщина. Если слегка поиграть веками, то воображение подскажет, что женщина, чей неясный силуэт он видит в дверях, пытается войти в спальню.

А если полностью открыть глаза, то сквозь рифленое стекло виден, подсвечиваемый ярким лунным светом, силуэт одной из двух мраморных статуй, охраняющих вход в спальню.

Обман зрения и игра воображения разволновали его. Он кряхтя встал и тихонько подойдя к двери приоткрыл ее.

Длинношеие, с округлыми плечами и высокой девичьей грудью, две грации Кановы смотрели мимо него белыми мраморными глазами с легкой грустью и покорностью.

Не спится.

В его возрасте это уже хроническое. Устойчивая бессонница появилась два года назад, сразу после того как он похоронил жену. В четырехкомнатной профессорской квартире стало уныло и одиноко среди всех этих антикварных собраний.

В кабинете мелодично отбили три часа ночи напольные часы «Густав Беккер».

Ну что ж, он скоротал еще один бессонный час. Осталось убить еще три и можно потихоньку вставать…

Резкий дуплет звонков, телефона и у входной двери, заставил присесть от неожиданности и испуга. Безусловный рефлекс мышц его тела выдавил небольшую струйку мочи.

Черт возьми! В свои шестьдесят восемь он, оказывается, уже настолько плохо контролирует свое тело, что невзначай обмочился!

Опять двойной звонок телефона и у входной двери.

Профессор Карпов недоумевая, что могло произойти в этот поздний час, вышел из спальни в коридор своей большой квартиры, на ходу натягивая халат, поверх подмоченной пижамы.

Третий дуплет застал его в коридоре возле тумбочки с телефоном.

— Алле… — негромко сказал он, сняв трубку.

В трубке послышалось:

— Кирова 4, квартира 15?

— Да… — ответил профессор, узнав голос дежурного службы охраны.

— Назовите пароль… — потребовал дежурный, но уже более мягким тоном. Он, по-видимому, узнал голос профессора.

Профессор раздельно проговорил шифрованную абракадабру.

— Хорошо… — подтвердил правильность пароля дежурный. — Там у Вас за дверью стоит наш наряд. Впустите их, чтобы они проверили контур. У Вас несанкционированная «сработка» сигнализации.

— Хорошо… — послушно ответил профессор и принялся возиться с системой замков на входной двери. Перед открытием последней щеколды он для уверенности глянул в глазок.

На площадке топтались два сержанта в полной боевой готовности — автоматы, бронежилеты и шлемы с поднятыми забралами.

— Прошу вас… — сказал профессор, открыв дверь и пропуская наряд к себе в квартиру. Он поплотнее запахнул полы своего халата. Вдруг на штанах пижамы проступило предательское пятно?

Патрульные прошли по коридору к залу, на ходу снимая шлемы и бряцая амуницией, как средневековые рыцари.

— Ого! Музей! — воскликнул с телячьим восторгом один из них. — У Вас тут можно экскурсии водить!

— Егор… — укоризненно окликнул его напарник. — Надо проверить все оконные рамы…

— Можно мне тут все посмотреть? — перебил напарника любопытный патрульный.

— Что «все»? — растерянно спросил профессор.

— Ну, всю эту красоту!

— Три часа ночи! — тихо, но внятно, с металлическими нотками в голосе, сказал напарник. — Быстро проверяем квартиру на целостность контура и даем возможность хозяину лечь спать!

— Не дает приобщиться к прекрасному, зануда! — воскликнул любопытный патрульный. — Можно я потом к Вам в гости, на экскурсию, приду?

— Ну не знаю… — профессор растерянно развел руками. — Приходите…

— Егор! Возьми себя в руки и пошли работать! — проворчал напарник и пошел в зал осматривать окна.

Егор Мазуркевич тяжко вздохнул и поплелся без охоты в кабинет, сопровождаемый хозяином.

Профессор включил свет, и они осмотрелись.

В кабинете профессора вдоль двух смежных стен стояли массивные шкафы с полками заставленными книгами, минералами и доисторическими окаменелостями. Перед одним шкафом стоял большой письменный стол с инкрустациями и такое же массивное кресло. Вдоль третьей стены стояла посудная горка с сервизами и кожаный диван. Окно было завешено тяжелыми бархатными шторами. За шторами что-то тихонько постукивало.

Егор по-хозяйски подошел к окну и отдернул штору.

Стучала форточка оконной рамы. Ее забыли закрыть, или сделали это неаккуратно. Ночью поднялся ветер и стронул форточку с места, отчего и сработала сигнализация. Нередкий случай.

— Ну вот и причина «сработки»… — сообщил Егор профессору и подошедшему напарнику.

— Да, да… — забормотал хозяин квартиры. — Сегодня днем было жарко, и я приоткрыл форточку, а потом, наверное, неаккуратно ее закрыл…

— Придется заплатить штраф. Вам его начислят к следующей оплате. Ничего не поделаешь… — поучительно сказал напарник.

— Интересно, сколько все это стоит? — встрял в разговор Егор.

— Что все? — опешил хозяин квартиры.

— Вот это все добро… — Егор широко раскинул руки, как будто хотел схватить в охапку содержимое кабинета и всей квартиры: шкафы, их содержимое, мебель, картины.

— Это сложно оценить… — ответил профессор Карпов, расстроенный своей рассеянностью. — Многие вещи существуют в единичном экземпляре. Им нет цены…

Егор подошел к столу и взял лежащий на нем кусок металла тускло-желтого цвета.

— Золото? — удивленно воскликнул он.

— Золотой самородок «бычья голова»… — ответил профессор на вопрос настырного милиционера.

— Ого… — Егор с восторгом покачал самородок в руке, измеряя его вес. — Тяжелый…

— Телефон работает? — напарник указал на телефонный аппарат, стоявший на столе.

— Конечно! — встрепенулся профессор.

— Егор, набери дежурку, пусть они проверят контур и поедем…

— Ты видел, сколько там добра?!! — заорал в восторге от увиденного в профессорской квартире Егор, как только они сели в патрульную машину? — Я чуть эту бычью голову не «слутошил»!

Напарник повернулся к Егору и окинул его угрюмым взглядом.

— Егор, что с тобой происходит? — усталым голосом спросил он. — Ты так и лезешь на рожон! Ждешь, чтобы поперли со службы? Обкурился! Устроил шоу в квартире у клиента!

— Нафиг эту службу! — огрызнулся Егор.

— Все, поехали! — зло бросил напарник и завел двигатель. — Я завтра напишу рапорт и откажусь работать в паре с тобой. Ты реально ёкнутый! Хочешь вылететь со службы? Пожалуйста! Хочешь загреметь на шконку? С твоими мозгами — легко! Но без меня. Мне моя служба нравится, и я ни хрена по жизни менять не планирую!…

— Да ладно тебе… — примирительно пробормотал Егор.

— Тебе легко куражиться, имея за спиной такого родственника. У меня такой поддержки нет… — так же сбавив тон, ответил напарник.

— Все знают, что я за него не прячусь. Просто надоела служба… — буркнул Егор.

— Увольняйся… — пожал плечами напарник.

3

Костя спешил на свидание. Сегодня они встречаются с Ингой! Инга была его девушка. Костя за ней ухаживал вот уже больше года и был уверен, что не за горами тот радостный момент, когда он на романтичном ужине, обеде, или просто очередной встрече подарит ей обручальное кольцо и попросит Ингу стать его женой!

В том, что ее ответ на это предложение будет положительным, Костя ни капли не сомневался. А как же может быть иначе? Год как он, презрев мужскую гордость и самолюбие, бросил к ногам этой взбалмошной девчонки свое личное время и деньги! Ухаживать за Ингой, это все равно, что ухаживать за редким экзотичным цветком — он красив, но очень капризен и непредсказуем. Так же и Инга! Каждый день новые капризы, загадки, недосказанности и обиды на ровном месте. Костя стоически переносил все, потому что точно знал — Инга его избранница! Просто она его проверяет, а когда Инга убедится, что этот человек создан для нее — она успокоится и станет, милой покладистой женой.

Знакомые осторожно намекали, что его девушка просто провинциальная стерва, желающая обосноваться в столице, прекрасно видит, где выгода и не упустит своего. Но Костя был уверен, что это обыкновенная людская зависть.

И вот сейчас он спешил на свидание при полном параде: костюм, галстук, цветы и полная голова чувственно-эротических фантазий по поводу того как они проведут этот вечер вместе.

Мир был хорош до мелочей!

Он легкой рысцой спускался по длинной лестнице, ступени которой были вымощенной тротуарной плиткой, от торгового центра, где только что купил цветы, к автобусной остановке. Навстречу ему поднималась миловидная женщина в возрасте. Костя артистично посторонился, давая ей пройти, и наступил на расшатанную плитку в ступеньке. Нога подвернулась в стопе.

— Б… ть!!! — крикнул Костя, теряя равновесие и размахивая букетом, словно веником.

Что-то в стопе противно хрустнуло. Ногу от пятки до колена пронзила острая боль, и Костя с криком покатился кубарем по ступенькам, пугая прохожих.

Тьма обморока накрыла его. Выплывая из него, он услышал надтреснутый старческий голос: «Зачем так спешить?».

Морщась от боли, нещадно терзавшей ногу, он приоткрыл глаза, чтобы осмотреться.

Над ним склонился какой-то дедушка в берете и роговых очках, занимавших две трети его высушенного личика. Дедушка опирался на точенную трость, пристально рассматривал Костю стрекозьими глазами и качал головой как китайской болванчик.

— Куда вы так летите, молодой человек? — озабоченно спросил старичок пришедшего в себя Костю.

Вопрос был убийственным. Он летел на свидание с любимой девушкой, а теперь валяется в дорожной пыли на потеху досужим зевакам!

Костя попытался встать и осмотреться. Дорогой букет превратился в пыльный растрепанный веник. Костюм грязный. Костя неосторожно ступил на поврежденную ногу. Мозг опять заволокла пелена боли, переходящей в обморок. Охнув, он сел на лестничный парапет.

— Надо вызвать скорую помощь… — назидательно сообщил старик с тростью.

А Костя, жмурясь от боли и стыда лихорадочно соображал, что же сейчас сделать. Необходимо как-то сообщить Инге, что с ним случилась такая обидная неприятность. Костя похлопал по карманам пиджака, чтобы найти мобильный телефон и позвонить девушке. Телефона не было. Он не мог его забыть — это непростительная ошибка, которую он не мог допустить.

А вдруг она будет ему звонить?

Хотя когда такое было?

Нет, он не мог забыть телефон. Скорее всего, мобилка выпала, когда он кубарем катился по лестнице.

Костя еще раз оглянулся по сторонам и заметил на одной из ступенек свой мобильный телефон с сеточкой трещин по всему экрану.

Костя выхватил у старика трость, чтобы доковылять до мобильника. Ему удалось сделать два прыжка. На третьем он инстинктивно наступил на больную ногу и со стоном рухнул на ступеньки. Старичок мягко, но настойчиво вынул из сжатых пальцев палочку.

Костя посмотрел на старика с ненавистью. Особенно его раздражало это сочувствующе-неконтролируемое покачивание головой.

— Мне нужен мой мобильный телефон… — пробормотал он, дотянулся до разбитой мобилки, нажал кнопку включения и уныло потряс его. — Разбился…

Сердобольные прохожие бросились его поднимать.

— Не волнуйтесь, молодой человек. Сейчас мы сами вызовем «скорую помощь»! — заверили его из толпы.

«Кой черт — „скорая помощь“? — подумал Костя в бессильной злобе. — Мне же надо Инге позвонить! Она меня ждет! Она будет злиться за опоздание!..»

— Дайте мне мобильный телефон!… — требовательно воскликнул он. — Я должен предупредить мою девушку, что свидание откладывается!..

Какая-то бабулька протянула ему старый «Нокиа» с полуистертыми клавишами.

Набирая номер, Костя пытался сообразить какие должны быть интонации и текст, который заставит его ненаглядную смотреть сочувственно на эту ситуацию.

Через пять минут приехала карета скорой помощи, а он все еще лепетал по чужому телефону извинения Инге из-за того, что свидание придется отменить.

4

— Замечательно!.. — Инга сердито захлопнула мобильник. — Он сломал себе ногу!

Раздражение на Костю, тихо накапливающееся в глубине души целый год, стало пениться и бурлить, желая вырваться наружу.

«Заставь дурака Богу молиться!… — чертыхнулась Инга про себя. — Ну да — сломал ногу! Неприятность! Но как можно было сломать ногу, идя к ней на свидание? Другого времени не было? И зачем тогда приглашать на свидание, если собрался ломать ногу?!»

Надо было осмыслить случившееся и срочно решать, что делать дальше.

Девушка осмотрелась по сторонам. Она стояла в центре города, у входа в МакДоналдс — там, где была назначена встреча. От фаст-фуда веяло ароматами жареной картошки, бургера и кофе. Инга с завистью посмотрела на выходящую из дверей Мака публику. Некоторые выносили в руках аппетитно промасленные пакеты с красно-желтой надписью.

Желудок стал тихонько урчать. Девушка достала из сумки кошелек, рассеянно перебрала мелочь. Черт возьми! Она оказалась совсем не подготовленной к суровой действительности — голодна и без денег! Все эти мелкие житейские проблемы должен был решать Костя!

«Может поехать к Косте в больницу и попросить денег?.. — мелькнула шальная мысль. — Костик ничего не мог лучше придумать, как сломать себе ногу сейчас!»

Инга одернула себя. Нет, конечно, она сожалеет об этой неприятности — спешил к ней на свидание и сломал себе ногу. Бедняжка…

Но тут же саркастично ухмыльнулась; она ни капли не сожалеет. К чему это ханжество? Костя пока еще не стал героем ее романа. Да, они встречаются уже год. Он симпатичный и порою даже очень милый. Инга видит, что этот парень в нее без памяти влюблен и готов обеспечивать, в меру своих возможностей, ее прихоти. Возможно даже, он мечтает о том, что она станет его женой. Наивный Костик — он всего лишь запасной вариант! У нее другие планы, она хочет обосноваться в столице, сделать карьеру (правда пока еще не определилась какую), обустроить свою личную жизнь, но уж конечно не с Костей! Просто как любая женщина, она очень податлива на всякие уговоры, и Костик умело этим пользовался. Если ему что-то встревало в голову, то проще было согласиться, чем объяснять, почему не хочется этого делать! А тут она оговорилась, что сегодня в здании, где издательство снимало офис, с обеда не будет электричества. Костя принялся ее уговаривать сходить куда-нибудь, и Инга пошла на свидание, не заставляя себя долго упрашивать, потому что в любом случае прогулка по городу, гораздо интереснее, чем бестолковое сидение на работе.

Она согласилась пойти на свидание. Она уже настроилась на свидание. Она пришла на свидание и в том, что оно не состоялось, был большой минус. И виноват в этом Костя!

На работу возвращаться было глупо. Домой возвращаться — рано. Инга была не местная и работу в столице нашла по знакомству. Деньги в издательстве платили небольшие и на то, чтобы снимать квартиру в городе их не хватало. Приходилось каждый день ездить из пригородного поселка, где скука смертная, однако Инга в свои двадцать пять лет рассматривала эту проблему как временную и решаемую.

— Девушка, вы не меня ждете? — подскочил к ней юнец разодетый как гламурный репер.

— Нет. Не тебя… — буркнула она, выразительно окинув взглядом наряд юнца.

Парень стушевался. Стоявшие поодаль дружки, разодетые как братья-близнцы в такую же униформу, радостно осклабились.

Сильное раздражение стало перерастать в стойкую неприязнь к своему бойфренду, граничащую с ненавистью. Она топчется в центре города, в самом людном месте возле Мака. Костя не пришел на свидание. Она выглядит тут одинокой дурой, которую «продинамили». Никто же не знает, что ее парень так спешил на свидание — даже умудрился сломать ногу!

Оставалось только одно — уходить с богато украшенных центральных улиц в сторону какой-нибудь дешевой диетической столовой, в которых питаются одинокие старики, студенты и провинциальные командировочные, чтобы максимально сэкономить на желудке. Она знала одну такую столовую. Сама постоянно в нее ходила, когда училась в институте. И вот теперь такой неприятный поворот судьбы — пригласили на свидание, а идти придется в диет-столовую, чтобы заморить червячка! Но голод не тетка — приходится наступать на горло своей гордости.

5

Отстояв небольшую очередь, Инга набрала на поднос «диетических» блюд и нашла свободный столик в центре обеденного зала. Расставила свои тарелки, но еще не успела приступить к «трапезе», как к ее столику подошел пожилой мужчина, лет за шестьдесят. Он спросил, свободно ли тут и, получив в ответ утвердительный кивок головой, поставил поднос и повесил на спинку стула темно-зеленую матерчатую сумку — с такими обычно ходят за продуктами. На подносе у него был обыкновенный рацион пожилых людей: сметанка, творог, молочный суп…

Столовая не ресторан, особенно разглядывать нечего, но и просто есть рассольник, уставившись в тарелку скучно. Поэтому девушка пару раз окинула взглядом своего соседа.

В молодости он видно был красавец-мужчина со своими черными кустистыми бровями и густой шевелюрой волос, хорошо сохранившимися и теперь, но уже совсем седыми. В общем-то, опрятный, но слегка заношенный до блеска на локтях и обшлагах темно-синий костюм. Белая рубашка и галстук тщательно выутюжены, но оба почтенного возраста.

Мужчина черпал чайной ложкой из стакана сметану, вытянув губы в трубочку, тихонько ссёрбывал ее с ложки и задумчиво пережевывал. При этом у него в уголках губ скапливались сгустки сметаны. Он постоянно вытирал их салфеткой, но сметана все равно скапливалась в уголках губ такими неприятными комочками…

Пожилой мужчина тоже исподтишка поглядывал на свою соседку и девушка ему определенно понравилась.

Его испачканные сметаной губы непроизвольно расплылись в игривой усмешке.

Мужчина доел сметану, отставил в сторону пустой стакан, достал из нагрудного кармана пиджака какой-то потрескавшийся осколок мутно-зеленого цвета и протянул его девушке.

— Этот камень очень подходит к Вашим глазам… — загадочно сказал он.

Инга слегка опешила, но из вежливости спросила, что это за камень?

— Изумруд! — ответил он.

Девушка еще больше удивилась. По городу ходит человек и таскает в карманах изумруды?!

Она решила, что перед ней пожилой маразматик, но, опять же, из вежливости, решила поддержать разговор и спросила — почему этот изумруд больше похож на осколок бутылочного стекла.

Мужчина, ничуть не смутившись, сказал, что камень не обработан и тут же достал из своей сумки плоскую коробку, размером с нетбук, обтянутую черным кожзаменителем. Открыл и извлек из нее золотой самородок с перепелиное яйцо!

Тут Инга еще больше удивилась. Что это еще за фокусник такой обедает с ней в дешевой столовой?!

— Это розыгрыш? — спросила она с легкой усмешкой, готовая по заслугам оценить странный юмор незнакомца.

— Нет. — мужчина положил самородок в коробку. — Я профессор геологии. Преподаю в университете. Это демонстрационный материал для моих лекций.

— А-а… — с облегчением вздохнула девушка. — А я решила, что Вы фокусник, или просто … — она немного замялась. — … Просто чудак!

— Нет. Я не чудак. Я профессор геологии.

Профессор задумчиво улыбнулся. Девушка ему нравилась все больше и больше. Пора было переходить к главному.

— Карпов Дмитрий Евгеньевич. — он протянул девушке сизую руку.

— Инга… — девушка, немного смущаясь, вложила свои пальцы в сухую ладонь.

Мужчина смежил веки от удовольствия.

— А Вы знаете, Инга, я не только профессор геологии. Я еще и страстный коллекционер.

— Да? И что Вы коллекционируете?

— Все! Картины, мебель, посуду… Все что имеет отношение к миру прекрасного! Ну, что? Вам интересно? — спросил он.

— Да! — заинтриговано кивнула головой девушка.

— Тогда я приглашаю Вас к себе в гости!

Повисла пауза. Инга озадаченно посмотрела на профессора. Предложение было неожиданным. Был бы он помоложе, она может и побоялась бы идти, но тут решила, что профессор геологии и коллекционер вполне безобидный. Кроме того — сорвалось свидание. И она решилась — почему бы не пойти? Интересно все-таки побывать в квартире у настоящего коллекционера. Это как в музей сходить!

Когда профессор услышал, что девушка согласна — страшно засуетился. Бросился собирать себе на поднос свою и ее грязную посуду, чтобы отнести в моечную. Но Инга отобрала поднос, иначе он бы все уронил — так суетился!

Профессор предложил пройтись до его дома пешком.

— Я живу недалеко от столовой. — сказал он. — Знаете за центральным парком район «сталинок»?

— Нет. — ответила она. — Я плохо знаю город.

— Ну, тогда идемте! Я Вам его покажу. Совершим послеобеденный моцион.

Они пошли пешком. Была середина сентября, погода стояла хорошая, теплая, даже жаркая для этого времени года. По пути профессор развлекал девушку историями из своей жизни. Она у него была богатая на события. Оказалось, что Дмитрий Евгеньевич даже поработал замминистра нефтегазовой промышленности в какой-то южной республике бывшего Союза. Потом приехал сюда, стал преподавать. Два года назад у него умерла жена. «Пошла за хлебом, оступилась неосторожно и головой о бордюр…» Но профессор ничего так — бодрился! И все хвастался своими собраниями. Говорил, что когда девушка увидит — обомлеет.

6

Костю оставили скучать в приемном покое травматологии. Удивительно как много народу умудряется повредить себя в обычный сентябрьский день, когда стоит прекрасная погода, замечательная видимость и не скользко от дождя, или снега зимой. Обезболивающее которое ему вкололи в карете скорой помощи, стало потихоньку отпускать и ногу начал терзать очередной приступ боли. Кроме того настроение было отвратительным из-за сорвавшегося свидания. Он попытался представить, чем занята сейчас его девушка и в голову полезли грязные мысли. Костя ревновал Ингу. Она постоянно давала ему для этого поводы. Поэтому самым лучшим вариантом, конечно же, было сделать так, чтобы она всегда была при нем. Костя решил, что как только вылечит ногу — сразу же сделает Инге предложение. Зачем искушать судьбу дальше? А теперь надо срочно раздобыть мобильный телефон. Тот, который он раздобыл, чтобы позвонить Инге на месте падения, сердобольная старушка успела вырвать у него из рук в момент погрузки в карету скорой помощи.

Рядом сидел подросток с туго забинтованной левой рукой. Правой он тискал кнопочки на своем мобильнике.

«Играет…» — догадался Костя.

— Слушай, парень… — окликнул он подростка.

Не отрываясь от игры, тот кивнул головой, давая понять, что услышал собеседника.

— Дай сделать один звонок с твоей мобилки…

Подросток нахмурился. Остановил игру и посмотрел на собеседника.

— Отмудохали? — спросил он, оценив внешний вид собеседника — испачканный в пыли костюм, забинтованную ногу и шишку на лбу.

— Что? — не понял вопроса Костя.

— Я говорю — где тебя так отмудохали? — развернул вопрос подросток.

— А-а… — понял Костя. — Нет… Это я неудачно упал…

— Ясн… — кивнул головой подросток. — А я со скейта навернулся… Лан… Две минуты… Доиграю и дам…

— Мне срочно надо… — попытался настаивать Костя.

— Две минуты! — отрезал подросток и опять углубился в игру.

Костя нетерпеливо заерзал на кресле. Потом подался в сторону подростка и схватил его за сиреневую кисть перевязанной руки.

Подросток свечой взвился от боли и завыл благим матом.

— Я же сказал — мне срочно! — прошипел Костя. Притянул паренька за больную руку к себе и выхватил из здоровой руки телефон. Потом отпустил подростка и стал лихорадочно набирать номер мобильника матери.

Подросток, поскуливая, смотрел на странного пациента и убаюкивал больную руку. На большее он не решался, сидя рядом с таким психом.

— Да! — услышал Костя в трубке голос матери.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 54
печатная A5
от 368