электронная
180
печатная A5
423
18+
Три судьбы

Бесплатный фрагмент - Три судьбы

Объем:
290 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-2022-2
электронная
от 180
печатная A5
от 423

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Все персонажи романа вымышлены.

Любые совпадения событий случайны.

Триумфальное возвращение

Омск, сентябрь 2004 г

Алексей Мудров застегнул привязной ремень и посмотрел в иллюминатор. Самолёт только что вынырнул из зоны облаков и плавно пошёл на снижение. Видимость была чёткой. Вскоре можно было различить изгибающуюся вдоль крутых берегов полоску реки Омь и кажущиеся крошечными коробочками дачи. Ещё несколько минут, и откроется панорама Иртыша с зелёными островами и длинными мостами. В который раз он пролетает над родным городом? Точных подсчётов Алексей не вёл, но был уверен, что приземлялся в Омске не менее пятидесяти раз. «Главное, чтобы число взлётов всегда совпадало с количеством посадок», — улыбнулся он про себя.

В этот раз Мудров направлялся в город детства с особой миссией: ему предстоит возглавить областную милицию, и рядом с ним в мягком кресле просторного салона бизнес-класса дремлет заместитель министра МВД России, который представит его личному составу. Когда Алексей начинал службу, он не думал о том, как стать генералом или хотя бы полковником. Считал, что дослужиться до майора, потом выйти на пенсию и получать сто двадцать рублей пенсии в месяц — вполне достойная перспектива. Но когда получил звание полковника, подумалось: «А почему бы не стать генералом?». И вот он уже в звании генерал-майора.

За четверть века Мудров прошёл все этапы милицейской карьеры: от оперуполномоченного — до начальника уголовного розыска края, от начальника районного отдела милиции — до министра республиканского МВД. Судьба достаточно помотала его по стране, но мог ли он представить, что в очередной раз она вернёт его в Омск не в отпуск, не по делам, а на очередную высокопоставленную должность?

Прошла почти неделя с момента, как Президент подписал Указ об его назначении. Мудров сразу же вылетел в Москву и пять дней ходил по кабинетам начальников управлений главка и заместителей министров, которые рассказывали, на что надо обратить внимание на новом месте службы. В последнюю очередь он вместе с пятью другими вновь назначенными руководителями ГУВД краёв и областей попал к министру, который провёл заключительный инструктаж.

И вот шасси самолёта пружинисто коснулись взлётно-посадочной полосы. Лайнер начал резкое торможение, и пассажиры принялись аплодировать. Только в этот момент окончательно проснулся заместитель министра, которому предстояло возвращение в Москву ночным рейсом, и хрипловатым ото сна голосом произнёс:

— Никогда не был в Омске. Да толком его и не увижу. Разве что по пути от аэропорта до главка и обратно.

— А вы в отпуск прилетайте, — предложил Алексей, — город красивый, да и места вокруг замечательные — леса, озёра. Рыбалка и охота у нас знатные.

— Хорошо бы, — вздохнул генерал-лейтенант. — Только вот когда?

Служебная машина ГУВД области подъехала прямо к трапу, и они первыми вышли из самолёта. Их встречал исполняющий обязанности начальника главка Игорь Воронов, а по трассе сопровождали две машины ГИБДД. Мудров почти сразу заметил мотоциклиста, движущегося впереди кортежа на приличном расстоянии, но с такой же скоростью, и улыбнулся вспыхнувшей догадке. Понаблюдав несколько минут за широкоплечим всадником в лёгкой красной дутой куртке, Алексей удостоверился: конечно же, только один человек в этом городе мог позволить себе такой наглый пассаж — его друг детства Володька Леонтьев, в данный момент старший оперуполномоченный управления уголовного розыска областного главка. Сорок восемь лет мужику, а всё те же мальчишеские выходки! Никакой субординации. Но Алексей ничуть не рассердился, он понимал, что большой любитель дорогих мотоциклов просто не смог удержаться, чтобы не поприветствовать старого друга, а теперь и нового начальника, таким экзальтированным образом. Словно знак подал: «Я здесь, Лёша, и я тебе рад».

Пообщаться им в тот день не удалось. После представления Мудрова заместителем министра личному составу состоялся небольшой банкет в закрытом зале ресторана. Застолье длилось недолго и носило, скорее, официальный характер. По окончанию мероприятия Алексей сопроводил генерал-лейтенанта на служебной машине в аэропорт, вернулся в центр города и заселился в гостиницу.

Родителям он позвонил уже из номера и пообещал завтра после встречи с губернатором области и перед вылетом в Краснодар заскочить к ним на часик. Терпеливо выслушал сетования мамы на то, что не остался у них на ночь и пообещал, что очень скоро они будут видеться довольно часто.

Около полуночи Мудров пообщался по телефону с женой, радуясь тому, что разница во времени между городами составляет три часа, и ей не пришлось бороться со сном, дожидаясь его позднего звонка. Им со Светланой предстояло провести семьёй всего одну неделю, а потом снова жить вдали друг от друга и общаться наездами, как уже не раз случалось за время их брака.

Личная жизнь в милицейской карьере имела важнейшее значение, и каждый должен был решить для себя: жениться или не жениться, выходить замуж или не выходить. Для того чтобы в органах внутренних дел быть хорошим исполнителем, семью лучше не создавать. А создашь — не удержишь. Это правило касалось и его друга Владимира, чья личная жизнь — бесконечная работа. Но Мудров считал, что у руководителя семья должна быть однозначно. Жена, дети — это та отдушина, которая даёт возможность постоянно пополнять свои внутренние резервы. Очень важно идти на работу и знать, что возвращаешься домой — а там тебя ждут родные люди.

Браки многих сотрудников милиции распадаются, потому что мужа вечно нет дома. А нет его не из-за того, что он хочет находиться на работе круглосуточно, а из-за того, что так складываются обстоятельства. Жена Алексея это понимала, и он считал, ему очень повезло. Светлана — не просто любимая женщина, но и разумная мать, боевая подруга и хранительница очага. Она работала, но карьеру мужа ставила выше собственной, и когда им приходилось надолго разлучаться, она говорила:

— Служба есть служба. Если ты не будешь это делать, это будет делать кто-то другой. Пусть лучше ты.

Следовать за мужем от одного места назначения к другому Светлана не имела возможности, ведь это значило бы срывать с насиженного места и детей. Для ребёнка из «кочующей» семьи просто беда постоянно менять школы, учителей, друзей, преподавателей дополнительного обучения. Это серьёзная психологическая травма, иногда она чревата потерей будущей профессии. К примеру, кто-то рисует и занимается с художником, но переехал в другой город — а там нет мастера такого уровня. Ребята, которые занимаются спортом, теряют любимых тренеров. Играл парень в футбол, а на новом месте жительства нет команды. Такое сплошь и рядом случается с детьми милиционеров и военнослужащих. И поэтому некоторые семьи не переезжают вслед за главой, так как матери опасаются, что у детей не сложится сначала учёба, а позже и карьера. Особенно это касается тех, кто не глубинку меняет на столичный город, а наоборот.

Старшая дочь Мудровых в этом году поступила в университет, младшая через пару лет окончит школу. О том, чтобы выдергивать девчонок из привычной среды и ломать их учёбу не могло быть и речи. И сейчас Алексею предстояло лететь в Краснодар, сдавать дела, собирать необходимые вещи, прощаться с близкими и отбывать к новому месту службы.

* * * * *

Маргарита вошла в Интернет, и первое, что бросилось ей в глаза, было сообщение о том, что Управление МВД России по Омской области возглавил Алексей Мудров.

— Алекс, — прошептала она, и сердце заколотилось в ускоренном темпе, казалось, оно уже выскочило в горло, и вот-вот вырвется наружу.

Всматриваясь в фотографию одноклассника в фуражке и милицейской форме с погонами генерал-майора, она выискивала в изображении взрослого мужественного лица милые и знакомые с детства чёрточки: золотистые точечки в карих глазах и небольшую ямочку на волевом подбородке, говорящую то ли о безрассудстве характера, то ли о целенаправленности деятельности её обладателя. Она уже забыла значение этой приметы, зато прекрасно помнила, как любила нежно касаться этой ямочки пальчиком, и как он при этом счастливо улыбался. У них были свои детские, а потом и взрослые секреты, неизвестные больше никому…

Марго пробежала глазами биографию Мудрова, но от растерянности почти ничего не поняла, усвоила лишь, что большую часть из тех тридцати лет, что они не виделись, он служил в Краснодарском крае, и споткнулась о традиционную заключительную фразу о семейном положении: «Женат, воспитывает двоих дочерей».

Она знала о том, что у Алекса две девочки, Володька Леонтьев говорил ей об этом, но строки официального сообщения почему-то особенно больно резанули по сердцу. А ведь у них с Лёшей тоже могла быть семья, и они вместе вырастили бы сына, может, даже и двоих. Но всего одна бездумная трагическая ночь изменила их судьбы и отняла первую любовь.

— Интересно, а как Алекс отреагировал бы на нашу встречу? — произнесла Маргарита вслух и испуганно оглянулась.

Нет, муж не мог её услышать, сегодня воскресенье, и он сидел за компьютером в своём кабинете.

Три десятка лет назад она делала всё возможное, чтобы вдруг случайно не пересечься с любимым парнем. Она старалась навещать своих родителей только в то время, когда Алекс никак не мог находиться дома. Когда мама с папой переехали в новую квартиру, и необходимость появляться во дворе, где прошло их с Алексом детство, отпала, она стала меньше тревожиться по поводу возможного столкновения. Позже узнала, что он покинул Омск. И вот, надо же, четверть века спустя так триумфально вернулся!

А ведь именно она, а не другая, могла сейчас быть женой генерала. Но для этого много лет назад надо было выйти замуж за парня, который не обещал тогда большого будущего. Интересно, какая у него жена? Марго знала, что Светлана на несколько лет моложе её, но хорошо ли она сохранилась? Володька говорил, что у Мудровых были сложные бытовые условия, им долго пришлось мотаться по чужим углам, и отдых на Чёрном море уже казался счастьем. Тогда как у них с Сергеем всегда была своя квартира, и за границей они отдыхали постоянно. Но если бы они с Лёшей в юности поженились, в их семье всё могло быть легче и проще, чем у него с женой…

Впрочем, что об этом теперь думать? Как любит говорить её муж, история не имеет сослагательного наклонения. Что случилось — то случилось. И пусть она не имеет собственного статуса и как профессионал не состоялась, зато — жена успешного и известного бизнесмена. Они живут в шикарном загородном доме, концепцию которого она придумала сама, а потом уже проект оформил архитектор. Особняк получился не помпезным и громоздким, как это было принято у многих знакомых из их круга, а уютным и красивым.

Марго немного успокоилась от мыслей, что всё у неё в жизни сложилось достойно, и вдруг почувствовала, что замёрзла. Она поплотнее завернулась в шёлковый китайский халат, поискала глазами, что бы накинуть на плечи, и потянулась к валяющемуся на кожаном диване широкому вязаному шарфу. Иногда она использовала его как палантин, что сделала и сейчас. Вышла в холл и оглядела себя в большом зеркале. Конечно, щека слегка помята от подушки, волосы взлохмачены с утра, но ведь свеженькая и стройная! К сорока восьми годам ей удалось сохранить почти юношеский вес и молодость кожи. Положение в обществе требовало презентабельности, и муж не жалел денег на то, чтобы его жена выглядела ухоженной. Они с Сергеем часто бывали на банкетах, премьерах, презентациях, и он ею гордится. Может, даже ещё и любил, хотя уже не так, как в юности. Ну, что же, со временем все чувства, даже самые жгучие, притупляются. Она ведь и сама по большому счету никогда Сергея не любила. Зато у них ровные и добрые отношения, просто образцово-показательные!

Она ещё раз внимательно оглядела себя со всех сторон, приблизила лицо к зеркалу вплотную и прошептала:

— А глаза у меня всё такие же ярко-синие, как в детстве! Я бы снова понравилась тебе, Алекс!

«А был бы у нас сейчас с ним такой же бурный и сладкий секс, как тогда?» — вдруг подумалось Марго, и её снова бросило в жар. Не сумев в одиночку справиться с нахлынувшими эмоциями, она швырнула шарф на пуфик и отправилась в кабинет мужа. Зная, что ему не нравится, если она входит беззвучно и внезапно оказывается за его спиной, резко распахнула приоткрытую дверь и звонко спросила с порога:

— Серж, а ты слышал, что у нас новый начальник областной милиции?

— Конечно, — отозвался он, не отрывая глаза от монитора. — Президент ещё неделю назад подписал Указ о назначении.

— А ты не в шоке от того, кто это?

— А почему я должен быть в шоке? Немного неожиданно, конечно, но это не самое худшее, что могло случиться с областной милицией. В принципе, мне-то что? Я больше не служу никому, кроме как себе самому и своей семье. Надеюсь, и сын вскоре придёт к тому же знаменателю. А ты-то что так взволновалась, Маргоша?

— Я взволновалась? Вовсе нет. Просто интересно, как причудливо судьба порой тасует жизненную колоду, перемешивая и перемещая дам и королей.

— Лишь бы только козыри выпадали нам, а не кому-то другому! Тогда можно и поиграть.

— Если только в колоде не пять тузов.

Гибель от успеха

Омск, октябрь 2004 г

Мудров вернулся в Омск в воскресенье утром и весь день занимался наведением порядка в выделенной ему двухкомнатной служебной квартире, раскладывая по шкафам личные вещи и хозяйственные мелочи. В который раз он обустраивается на новом месте! Проще было, когда они делали это вместе с женой, и на её долю приходилась большая часть бытовых проблем, но сейчас придётся справляться одному.

Он закупил продукты с запасом на неделю и собирался наготовить на несколько дней вперёд, ведь с понедельника начнутся напряжённые дни, и неизвестно, будут ли время стоять у плиты, но потом всё же решил отправиться на ужин к родителям. Они не виделись несколько месяцев, и старики очень по нему скучали, да и сам он, сколько бы ни мотало по свету, всегда был рад оказаться в доме, в котором вырос.

Возвращаясь в одиннадцать вечера на такси в служебную квартиру, Алексей подумал, что зря продукты закупал. И как только не рассчитал, что мама непременно нагрузит с собой несколько пакетов с готовой едой? Впрочем, всё лишнее можно засунуть в морозилку. В ближайшее время ему будет не до ужинов. Надо проводить рабочие планёрки, вникать в криминальную ситуацию в области, знакомиться с коллективом и, возможно, проводить кадровые перестановки. Кстати, а не поставить ли Володьку Леонтьева начальником управления уголовного розыска? Что-то засиделся он в операх, давно пора подрасти по службе, толковый ведь парень, правильный.

Пообщаться с Владимиром удалось лишь в пятницу поздним вечером. Мудров уже собирался домой, но идя по длинному коридору главка, зацепился взглядом за табличку с фамилией друга на двери кабинета, повернул ручку двери и не ошибся — старший опер сидел за столом, склонившись над бумагами.

— Ну, привет, майор, — весело произнёс Алексей с порога.

— Привет, генерал-майор, — широко улыбнулся Владимир, поднимаясь и протягивая руку.

— Что тебе домой не идётся? Вера не ждёт?

— Она никогда не ждёт. Как явлюсь, так и рада. Если, конечно, рада. Ей же важен сам факт, что мужчина, приятный во всех отношениях, у неё имеется: бабу не колотит, кушать не просит, а деньги носит.

— Как у вас всё запущено, — рассмеялся Алексей, присаживаясь напротив. — Он понимал, что Володька утрирует, но всё же примерно верно описывает ситуацию, сложившуюся в его гражданском браке. — Но лучше так, чем наоборот. Я сегодня с утра у своего зама Воронова спрашиваю: «А где Свистунов? В списке сотрудников значится, а я его ещё ни разу не видел. Болеет, что ли»? А он мне отвечает: «Он в декретном отпуске. Жена у него работает, а он с ребёнком сидит». Вот это да, думаю! Хорош милиционер!

Я, конечно, всегда вхожу в положение подчинённых, но далеко не всё можно понять и принять. В моём понимании надёжный мужчина должен зарабатывать деньги, обеспечивать семью, детей, родителей, помогать родственникам. А когда жена работает, а муж сидит дома, готовит, стирает, полы моет, он становится прислугой при умной и хорошо зарабатывающей женщине. Это же нонсенс. Какой из него на службе специалист?

— Это точно, — улыбнулся Владимир. — Я уж лучше работать буду, чем полы драить и щи варить. Как твои девочки? Светочка как?

— Нормально. Трудятся, учатся, скучают. А ты чего такой деловой, и озадаченный на ночь глядя?

— Да есть тут у меня одна идея… Только разговор долгий. Если есть время, расскажу.

— Есть, конечно. Рассказывай.

Леонтьев достал из пачки сигарету, потянулся за зажигалкой и вопросительно посмотрел на Мудрова.

— Кури уж, — разрешил Алексей. — Будем считать, что начальство уже покинуло здание.

— В общем, так. Создаётся у меня впечатление, что в последние пару-тройку лет кто-то целенаправленно мочит успешных бизнесменов. Да так успешно мочит, что не подкопаться.

— Что значит, не подкопаться? Ты имеешь в виду, это серия? Почему мне никто не говорил об этом ни в Москве, ни в главке?

— Потому что никто не хочет видеть того, что вижу я. Всем так удобнее. Воронов вообще запретил моему шефу копать в этом направлении. Так что занимаюсь сам, на свой страх и риск.

Владимир достал из тумбочки стола начатую бутылку коньяка и два стакана, плеснул в каждый грамм по сто, и один придвинул Алексею:

— Давай, за нас!

Мудров отпил глоток, а Леонтьев опрокинул содержимое стакана целиком и принялся чистить мандарин. Генерал-майор вздохнул. Он знал, что друг — опер от Бога, но спиртное ему требуется, как телефону зарядное устройство. Такая вот «творческая» у него натура! Не выпьет хоть немного — не сможет напряжённо думать. А много выпьет — никто и не догадается, сколько именно он принял на грудь. Мудров никогда не видел друга пьяным.

— В общем, так. Я тут мысленно объединил целый ряд дел в одно целое.

— И что у них общего? Почерк преступника?

— В том-то и дело, что ничего общего, кроме того, что один за другим трагически погибают или бесследно исчезают молодые, и не очень молодые, руководители крупных фирм, и не очень крупных — тоже. А почерк здесь заключается в отсутствии всякого почерка. Один бизнесмен попал в нелепую аварию со смертельным исходом, свалился на машине в пропасть на горной дороге. Другой в самом расцвете сил внезапно скончался от сердечного приступа, третьего застрелила жена из ревности, четвёртый отправился на рыбалку и словно испарился… Могу очень долго список продолжать.

— Если все типы убийств и несчастных случаев кардинально разнятся, то что конкретно тебя настораживает?

— Статистика. Лихие девяностые, когда все подряд мочили всех кого ни попадя, мы уже пережили. Бизнес в основном легализовался, сферы интересов поделены. А тут напрашивается вывод о заказных убийствах, чего у нас давненько не случалось.

— В каждом убийстве надо искать, кому это выгодно, — заметил Алексей, и веря Владимиру, и не веря.

Тот плеснул себе ещё коньяка, выпил махом и продолжил:

— В то-то и дело, что деловой человек — не уборщица баба Маша, смерть которой вряд ли кому-то важна, хотя и такое порой вполне может произойти. У каждого бизнесмена, как правило, ряд злобных конкурентов и голодных наследников. Я пытался обнаружить лицо, заинтересованное в целом ряде этих подозрительных смертей, но не нашёл. В каждом конкретном случае подозреваемые или из числа близких и знакомых погибшего, или их нет вовсе… Понимаю, что говорю абстрактно, но сейчас приведу пару примеров, и ты меня поймёшь.

Алексей поудобнее устроился в кресле и приготовился слушать.

— Представь, прошлой весной компания из шести мужиков на двух джипах отправляется на охоту и рыбалку в Тюкалинский район.

— Это же более чем в ста километрах от Омска.

— Если быть точными, то сто тридцать семь по Московскому тракту. Там сейчас действует несколько обществ охотников и рыболовов, и, соответственно, располагается ряд охотбаз с домиками, банями, пунктами проката, ну и так далее. Карп там водится, карась, судак, сазан, утки, гуси и другая живность. Так вот, приехали молодые мужики компанией, стреляли, лодки напрокат брали, рыбачили, уху варили, выпивали. Всё как водится. К середине следующего дня становится ясно, что один из друзей, директор небольшой, но стабильно развивающейся фирмы по производству металлопластиковых окон, исчез вместе со снастями и ружьишком. Парню было тридцать четыре года, вот-вот собирался жениться. Эта поездка считалась как бы своеобразным мальчишником… До сих пор ищут.

Владимир закурил ещё одну сигарету и продолжил:

— А как там искать, если и лес имеется, и водоёмов в районе более шестисот? Картину происшедшего за сутки в полной мере тоже не представляется возможным восстановить. Все тусовались, бродили туда-сюда по окрестностям, сидели своими компаниями, примыкали к чужим. Кто рыбачит, кто в домике отсыпается. Да ещё одеты все практически одинаково — резиновые сапоги, камуфляж, дождевики с капюшонами. В те дни то и дело дождик накрапывал, кругом грязища, никаких следов установить невозможно. Девки какие-то на базе ночью были — к утру исчезли, никто их не переписывал… Вот тебе и история.

— Значит, парень был не женат? А конкуренты у фирмы были?

— Есть у него компаньон, которому смерть исчезнувшего могла быть выгодной. Опрашивали коллег по работе, шепнули также, что компаньон этот на невесту друга заглядывался, хотя сам женат. Но он-то как раз на рыбалку и не поехал. Приболел, остался дома, жена и тёща подтвердили его алиби, да и на отохбазах его никто не видел. Вот и думай: кто парня убил? Не очень-то я верю в несчастный случай, после которого ни тела нет, ни ружья.

— Да, дело дрянь, — согласился Алексей. — Ещё что-нибудь в таком же роде?

— В другом. Уже этим летом звонит в милицию жена владельца фирмы по продаже недвижимости Ивана Наветова, дескать: приезжайте, я мужа застрелила. Приехала, как положено, оперативно-следственная группа. В спальне труп мужчины сорока пяти лет. Застрелен из собственного пистолета через подушку. В сердце. Начинаем разбираться. Новоиспечённая вдова показывает пикантные фото, на котором её муж запечатлён с какой-то девицей. Ясно, что снимки сделаны с видеокамеры. Неясно всё остальное. Например, где дело происходило? Видна только самая обычная двуспальная кровать с самими стандартными простынями. Всё. Гостиница ли это, квартира, или комната отдыха в сауне? Кто установил видеокамеру и распечатал потом фотографии? Кто эта девица? Лицо Наветова видно чётко и легко узнаваемо, она же вся завешена собственными длинными светлыми волосами. А её ли это вообще волосы, или парик?

— Ну, девица, наверное, в данном случае не так важна. Важен сам факт измены, — отметил Мудров.

— Пусть так. Теперь о жене бизнесмена. Родственники и знакомые характеризуют её как женщину неэмоциональную и смирившуюся с положением обманутой жены. О том, что её муж гуляет направо и налево, как с постоянными любовницами, так и с одноразовыми девицами, знали все, и жена в том числе. Она была тихим семейным алкоголиком. Днём таскалась по магазинам и занималась домашними делами, вечером попивала дорогой виски. Её сестра показала, что женщина и заснуть не могла, пока не выпьет грамм двести, а то и все триста. Накануне они разговаривали по телефону, и к девяти вечера подозреваемая была изрядно пьяна. А тут вдруг раз — посреди ночи проснулась, отправилась в спальню мужа (они спят раздельно) и спокойненько застрелила его из ревности! Ладно бы ещё во время ссоры, в состоянии аффекта, но нет. А потом она ещё немного выпила и снова к себе в комнату отправилась, чтобы дальше спать по соседству с трупом. Милицию решила вызвать почему-то только в одиннадцать часов утра. Логично, не правда ли? Меж тем, следы пороховых газов на её руках и домашней одежде имелись, а замки в квартиру открывались только своим ключом. Вот вам и обвиняемая!

— Дети у них есть? — уточнил Алексей.

— Один сын, студент. Парень проблемный, баловался наркотиками, лечился в закрытой клинике. На момент убийства отца вроде бы находился в состоянии ремиссии, гостил у бабушки в Знаменском, куда уехал накануне вечером на автобусе. Бабушка подтвердила, что внук ночевал у неё. Вот и получается, что стреляла в директора фирмы жена, больше некому. Но как-то не вяжется образ тихой пьющей домохозяйки с хладнокровным убийством. Особенно тот факт, что в четыре утра она застрелила человека, в девять затеяла дома уборку, а в одиннадцать позвонила в милицию. Видимо, труп мешал ей прибраться в спальне!

— Надо было потрогать рукой коврик, — рассмеялся Мудров.

— Какой коврик?

— Запомнилась мне похожая история из личной практики. В сентябре восемьдесят четвёртого года, когда я трудился начальником уголовного розыска в Абинске, было совершено убийство в частном доме, и мы поехали. И видим такую картину. Лежит дедушка посередине двора с рублеными ранами головы и плеча, а бабушка в платочке ходит по двору. Спрашиваем, что случилось.

— Да я не знаю, — говорит старушка, божий одуванчик, — мы вчера посидели, поужинали, муж потом пошёл в летнюю кухню. Бывало, он там и оставался, и спал. Я его больше не видела. А утром встала, вышла, смотрю — а он лежит посередине двора окровавленный.

Вошли в летнюю кухню, потом в хату. Всё чистенько убрано. А бабушка росточком невелика, с виду хрупкая такая, но в прошлом участница Великой Отечественной войны, была медсестрой на фронте, таскала на себе раненых с поля боя. Меня тогда сильно удивило, что нигде ни пылинки, будто только что сделали генеральную уборку.

— А где он спал? — спрашиваю.

— Вот на этой кровати.

Я наклонился над покрывалом и случайно коснулся рукой плюшевого коврика. Помнишь, были такие в моде, с оленями? Раз — а он сырой! А почему сырой-то?

— Бабушка, — говорю, — давайте-ка, наверное, будем рассказывать.

— Ну что же, сынок, буду рассказывать. Это я его… Муж мой пил, постоянно ругал меня, бил. Я терпела, терпела. Вчера он в очередной раз напился, буянил, синяков мне наставил. Потом заснул. А я взяла топорик и зарубила его. Вынесла тело на улицу, всё в доме вымыла. Кровь на коврик брызнула — я и её отмыла.

— Посадили бабушку? — вздохнул Владимир.

— Арестовали на период следствия, полгода она отсидела до суда. Судья дал пять условно, учитывая, что она ветеран войны. Приняли во внимание и показания соседей, рассказавших, что муж постоянно над старушкой издевался, бил. На её теле после ареста были зафиксированы синяки. И всё равно это было умышленное убийство. Хотя, не коснись я тогда рукой коврика, может, мы бы его и не раскрыли. Так что жёны бывают разные и убивают не только в состоянии аффекта, но и вполне хладнокровно… Могла и эта жена бизнесмена терпеть-терпеть его измены, а потом однажды взять да застрелить его посреди ночи.

— Я бы тоже так подумал. Если бы не статистика, — упрямо заявил Леонтьев. Уж слишком много деловых людей отправилось по тем или иным причинам на тот свет за последние два года.

— Ладно, Володя, ты копай дальше, собирай сведения. Держи меня в курсе, а я домой поехал. Ты-то сам собираешься?

— Нет, останусь сегодня в кабинете. Хочу ещё пару дел полистать.

Алексей ехал в свою квартиру и думал, что погорячился с идеей о назначении Владимира на должность начальника уголовного розыска. Конечно, друг умён и проницателен, до всего докопается, но лидерские качества у него начисто отсутствуют. Станет руководителем, так же будет днями бегать по местам преступлений и полуночничать над делами в кабинете, а работу коллектива организовать не сумеет. Ему же важно: сам, всё сам. Ну, что же, пусть лучше у него в управлении будет хороший опер, чем плохой начальник отдела.

Знать бы тогда, что в ближайшие полгода этот хороший опер такого накопает, что в области придётся вводить план «Перехват».

Все хотят в милицию

Омск, 1964—1972 гг

Алексей Мудров родился поздней осенью тысяча девятьсот пятьдесят пятого года. В Омске тогда стояли суровые морозы, это была уже настоящая зима, снежная, с вьюгами, метелями. Начиналась она в середине сентября и заканчивалась в мае ледоходом по великой реке Иртыш. Много лет спустя отец шутил, что мама не дотянула семь дней до праздника Советской милиции, и если бы знать заранее, что сын станет милиционером, потерпели бы до десятого ноября, чтобы будущий генерал родился в свой профессиональный праздник.

Мальчику исполнилось девять лет, когда его семья переехала из деревянного дома, отапливаемого дровами, в благоустроенную двухкомнатную квартиру. Мама вступила в кооператив и двадцать пять лет выплачивала за это жильё по семнадцать рублей ежемесячно. В микрорайон, где выросли кирпичные пятиэтажные и девятиэтажные дома, переехали люди со всех концов города. Сразу же после заселения в новую квартиру мальчик познакомился с двумя ребятами-одногодками, Владимиром Леонтьевым и Сергеем Скворцовым. Вместе ходили в школу, занимались хоккеем, баскетболом, волейболом. Вскоре к тройке друзей прибилась одноклассница Маргарита, ставшая неразлучной спутницей мальчишек и соучастницей всех их детских проказ.

— Вы прямо как три мушкетёра и Миледи, — рассмеялась как-то мама и с лукавством в голосе спросила: — Ты часом в Риту не влюбился?

— Мы все в неё влюбились: и я, и Серёжка, и Володька, — совершенно серьёзно ответил третьеклассник.

Он не понял, почему мама вдруг рассеялась. А кто такие мушкетёры и Миледи, мальчик ещё не знал. Книги Дюма-старшего они с друзьями начали читать только в седьмом классе.

В семье Сергея Скворцова всё новое, что входило в обиход советских людей, в том числе и в плане техники, появлялось раньше, чем у его друзей. Им было по тринадцать лет, когда он заговорщически позвал друзей после школы к себе в гости, пообещав устроить им сюрприз. И сюрприз удался. На полированной тумбочке в зале красовался новенький телевизор.

— Цветной что ли? — предвосхитила торжественное событие Рита.

— Цветной, — отозвался Сергей, поворотом тумблера включил чудо-ящик, который Алексей до этого момента видел только в Центральном городском универмаге на улице Ленина, и гордо добавил: — Семьсот рублей стоит!

Для рядовой советской семьи это были существенные деньги. Сумма составляла несколько зарплат высокооплачиваемых сотрудников, а если человек трудился за минимальный оклад — то за целых десять месяцев. Алексей сразу же решил дня себя: «Пойду работать, тоже куплю себе такой телевизор. А, может, к тому времени они будут побольше размером, вот самый большой и куплю!».

На экране шла музыкальная программа, и Рита вдруг сказала:

— А мама говорит, что от цветных телевизоров бывает рак!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 423