электронная
72
печатная A5
461
18+
Тася

Бесплатный фрагмент - Тася

Объем:
374 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-7717-4
электронная
от 72
печатная A5
от 461

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Я знаю, что ты улыбнешься, когда прочитаешь эту, такую нелепую, строку.

Твоей улыбке посвящается…

Тася

Глава первая

1

Каждый понедельник повторялась одна и та же картина. Сперва начинал противно звенеть старый, допотопный будильник, поставленный в маленькую кастрюлю, из-под одеяла высовывалась ладонь, которая пробиралась по кровати к тумбочке, ощупывала прохладное дерево, натыкалась на кастрюльку и с садистским остервенением давила на кнопку, прекращая такое отвратительное дребезжание. В небольшой комнате снова воцарялась тишина и ладошка исчезала под одеялом, чтобы через десять минут начать свой путь обратно в поисках мобильника, решившего, что его хозяйке пора вставать под сирену воздушной тревоги.

Тщательное ощупывание тумбочки не приносило никакого результата. Сирена выла с каждым разом всё громче и громче, ладошка заходила на второй круг в надежде обнаружить ненавистный раздражитель, но воющий телефон не находился.

Из кровати раздавался обречённый вздох и обещание уничтожить того, кто придумал понедельники, будильники и работу в несусветную рань.

Одеяло неохотно отпускало из своих объятий рыжеволосое сонное создание, которое на ощупь находило тапочки и с закрытыми глазами плелось на кухню, чтобы щёлкнуть кнопкой чайника.

Душ окончательно смывал остатки сна и наполнял тело теплом и умиротворением, превращая пепельно серые глаза в бесконечно глубокое голубое небо, которое обрамляли длинные пушистые ресницы, похожие на крылья бабочки.

В запотевшем зеркале отражение показывало, что хозяйка таких глаз и рыжей копны кудряшек очень похожа на овечку. Очень симпатичную. Мама каждое утро, заплетая эти непослушные волосы, называла свою дочь кудряшкой Сью, неизменно целовала в затылок и подгоняла собираться. Сперва в детский сад, а потом в школу.


Уже после поступления на журфак и переезда в другой город, девушка поняла на сколько не хватает ей этой утренней традиции.

— Ну, что будем делать, Сью? — спросила она у отражения в зеркале — Пьем кофе и марш на работу?

Отражение согласно кивнуло в ответ и показало язык, а девушка завернулась в махровое полотенце и босыми ногами по холодному полу пошла в комнату. Мама бы непременно за это устроила взбучку.

Быстрый взгляд на часы вызвал негодующее «ой, блин». Из шкафа на кровать полетели любимые джинсы и красная рубашка в клетку — спасибо, что жёстких правил по поводу одежды в редакции не было, а вот опоздания главный редактор очень не любил. Быстро одеться, налить кофе в термокружку, забрать волосы в подобие хвоста и через две ступеньки выскочить на улицу, чтобы сесть в машину и помолиться всем богам трафика о милости в виде отсутствия пробок до редакции.


— Таська, ты совсем ошалела? Главвредыч уже сто раз про тебя спрашивал!

— Маш, я еле нашла где запарковаться.

— Ты ему это объяснить попробуй. Он тебя точно сегодня заклюет!

— Сплюнь, дура. Тебе хорошо — живёшь в соседнем доме, а я у черта на куличках.

— Сама дура! — обиженно сказала девушка и протянула небольшую папку — Вот, тебе на изучение оставили.

— Потом прочитаю. Все на летучке?

— Ага. Уже минут десять как.

— Блин. Может не идти?

— А потом он тебя вообще испепелит своими воплями о «безответственности в поведении и неправильном расходовании временных ресурсов». Лучше уж на летучке пару фразочек отхватишь.

— Тоже верно.

Во время разговора девушки быстрым шагом летели по редакции в сторону зала для совещаний. У самой двери Тася остановилась и прислушалась к происходящему за дверью.

— Лютует? — перешла на шепот Машка.

— Не. Вроде про разворот что-то.

— Тогда, ни пуха.

— К черту, Марусь!

Девушка выдохнула, открыла дверь и проскользнула внутрь.


— И на счёт разворота я ещё раз повторяю — мне нужна сенсация! Чтобы читатели кипятком изошли! Найдите уже что-то. Не может же быть, что бы кто-то с кем-то не женился или не развёлся. — главред как обычно раскачивался в своем кресле и перелистывал страницы с набросками статей.

Тася тихонько пробиралась к своему месту и уже почти поверила, что ее появление останется незамеченным, когда услышала злобную тираду в свой адрес.

— Лазарева! Твою мать за ногу! Ты совсем охренела? Или у тебя отдельный график, о котором меня не уведомили? Давно у нас для твоей персоны летучки стали необязательны? Что на этот раз задержало такую маститую журналистку? Ты мне сенсацию привезла, наверное?

— Пал Сергеич… пробки просто. — девушка потупила взгляд, старательно изучая пол под ногами.

— Пробки у неё. У других значит все двигается, а для Лазаревой — пробки? Я тебя уволю! К чертям собачьим вышвырну с твоими опозданиями! Садись уже, а то как школьница у директора! После летучки задержишься, поняла?

— Хорошо, Пал Сергеич. — Тася быстро юркнула к свободному месту за столом и достала маленький блокнотик из сумочки, изображая полное раболепие и смирение.

Главред чертыхнулся сквозь зубы и продолжил дальше свою стандартную речь об отсутствии нормальных статей и абсолютной расхлябанности современных журналистов, а потом резко перешёл на «дележку» новостей. Судя по тому, что даже именитым доставалась откровенная чепуха, Тасе светила полная фигня в виде какой-нибудь пропажи книги из библиотеки или ремонта ларька под окнами редакции.

Вот только предвкушение одной и возможности другого в этот раз различались кардинально. Вместо привычного «пойдешь туда-то и напишешь о том-то» главред плотно закрыл дверь кабинета за последним вышедшим и закурил. Будто целенаправленно нагонял на Тасю ощущение полнейшей безысходности. И когда он наконец заговорил, тон обещал все что угодно.

— Значит так, Лазарева. Ты же у нас в прошлом году ездила в лагерь журналистов?

— Ездила, Пал Сергеич. — кивнула девушка.

— Ну вот и славно. Значит особых проблем с этим у тебя не будет.

— В смысле проблем? — Тася мысленно перекрестилась.

— Для тебя там все знакомо уже, привыкать не нужно будет. Будешь в этом году представлять наше издательство. Снова.

— Пал Сергеич, родненький, только не это! Я лучше в архиве сдохну от аллергии, чем ещё раз поеду в этот лагерь! Вы же сами говорили, что все туда ездят по разу! Все что угодно, но только не это!

— Лазарева, хватит стонать. Решение руководства оспаривать явно не твоя прерогатива. А там тебе и воздух свежий, и дисциплину опять же подтянешь. Может даже в голове мысли правильные появятся. Все-таки природа вокруг будет и никаких отвлекающих факторов. Ну и пробок тем более. — последнее предложение редактор произнес с особым садизмом.

— Пал Сергеич… — заискивающе начала Тася

— Лазарева, тебе ЦУ выдали? Будь добра исполняй! Оставь свое нытье для бухгалтерии и профсоюза. А теперь — сгинь с глаз моих! Это мое последнее китайское предупреждение. Завтра с самого утра оформляешься и с горящими глазами поедешь юные умы наставлять на путь истинного журналиста. Поняла?

— Поняла… — обречённо кивнула девушка. — В самую жопу, как обычно…

— Чего ты там бормочешь? — Сергеич недовольно сверкнул глазами.

— Ничего. Так, о своем… думаю какие вещи брать.

— После работы об это думать будешь! А сейчас с чувством полнейшего энтузиазма шуруй отсюда, пока не добавил от щедрот.

— Спасибо, Пал Сергеич… за доброту вашу. Прям не знаю, как и благодарить за такое доверие.

— Лазарева! Сгинь уже! Без тебя головняка хватает.

Тася убрала блокнот в сумочку и поплелась к дверям. Толкнула ее и услышала жалобное «ой» с другой стороны — Машка опять подслушивала и получила дверью по голове.

Закрыв за собой дверь, девушка посмотрела на потирающую ухо коллегу.

— Маська, курить есть?

— Ты же бросила.

— Как бросила, так и начала.

— Архив?

— Хуже.

— Куда хуже? — Маша потерла нос и наморщила лобик, перебирая в голове возможные варианты. — Уволил что ли?

— Не. Лучше бы уволил.

— Тася, ну давай колись уже!

— «Пегас»…

— Ты же…

— Ага. И в этот год снова я.

— Сволочь! Надо на него жаловаться!

— А толку? Они могут отправить кого хотят.

— Таська, но это же не честно!

— Иди, скажи это Главвредычу и поедем туда вдвоём.

— Не-не-не. Я туда больше ни ногой! Лучше на год в архив.

— Пошли уже в курилку…

2

Все-таки Машку не зря называли трещоткой.

Поохав пару минут и выдав пару злостных тирад в адрес главреда, она быстро переключилась на тему прошедших выходных, клубов, в которых она побывала, и новых сплетен. А куда без них? Тася слушала ее в пол уха, изредка кивала и продолжала наблюдать за тем как вьется дымок от сигареты и прыгают по веткам чирикающие за окном воробьи.

Долбаное проклятие понедельника. Каждую неделю, независимо от того во сколько Тася легла спать, она опаздывала ровно на тридцать минут. Можно было лечь в девять вечера, встать в шесть утра, но какая-то неведомая сила вечно выкидывала фокус, и девушка задерживалась. И ведь самое обидное, что в остальные дни судьба-злодейка словно забывала о своих закидонах. Надо приехать в редакцию к девяти? Не вопрос! Исчезали пробки на дороге, светофоры горели исключительно зелёным, на парковке всегда было свободное место и даже охранник на вахте любезно пропускал ее помимо турникета, бросая в догонку интересующийся взгляд.

Но это было во вторник, среду и четверг с пятницей. А сегодня календарь глумился одиннадцатью буквами «Понедельник» и, как из рога изобилия, на Тасю сыпались маленькие подлости. И «Пегас» стал, по мнению Главвреда, лучшим способом выработать у Таси пунктуальность.

От одного только названия этого лагеря девушку передёрнуло, и Маша не оставила это без внимания.

— Таська, ты чего? Может таблетку какую дать?

— Не надо. Просто концлагерь этот вспомнила. Мерзость! Аж мурашки по коже побежали. — Тася подняла руку и посмотрела на кожу, словно ища подтверждения своим словам.

— Ой не вспоминай! Я в позапрошлом году еле эти три недели там выдержала. Хорошо, что корректорша в отпуск свалила и меня на работу выдернули.

— Угу. Тебе везёт — вас на всю редакцию всего трое, а нас сколько? Даже если половина штата ноги себе переломает, Сергеич обо мне в последнюю очередь вспомнит. — Тася прижала выбившуюся прядь под носом, имитируя усы главного редактора, и басом добавила — Хм. Лазарева? У нас сегодня понедельник? Пусть ещё там помаринуется, все равно опоздает!

Маша прыснула со смеха.

— Тебе в театральный надо было поступать! Прямо один в один наш Главвред!

— Лисенко, ты смотрю совсем охренела! Когда статью откорректируешь? Или мне на передовице написать «Статью не проверила корректор Лисенко. Прошу жалобы отправлять на ее имя»! Так? — Тася выпятила вперед живот и прищурилась.

— Хватит, я сейчас описаюсь!

Девушки громко смеялись и не обратили внимание на открывшуюся дверь. Кто-то демонстративно закашлял, Маша обернулась, и улыбка моментально улетучилась с ее лица.

— Ой, Пал Сергеевич…

— Ржете, козы? Ну-ну… Работать видимо за всех тут я должен? Не у тебя ведь, Лисенко, две статьи с пятницы трупами лежат на столе? Сами сейчас воспрянут, запятые расставят и в тираж побегут, да?

— Я их уже почти доделала…

— Лисенко, если через час я их не увижу у меня на столе, то можешь смело паковать чемоданы! Составишь компанию Лазаревой. Время пошло — главред демонстративно посмотрел на часы.

Маша аккуратно протиснулась между редактором и дверью и быстрым шагом полетела к своему столу. Шутки шутками, а Сергеич может отправить в «Пегас» и даже не поморщится.

Главред прикрыл дверь и осмотрел Тасю с каким-то оценивающим прищуром.

— Что-то не так, Павел Сергеевич? — девушка поправила волосы и попыталась угадать, что же вызвало такой взгляд.

— Знаешь, Лазарева, смотрю на тебя и думаю, что же ты за птица?

— В смысле? Обыкновенный человек со своими странностями.

— Вот и думаю, не выйдут ли твои «странности» мне боком?

— Пал Сергеич, вы меня мурыжить долго собираетесь или «Пегаса» вам уже стало мало и хотите напоследок поплясать на моей могилке? — Тася грустно усмехнулась.

— Лазарева, ты за языком следи почаще и мели им пореже. Может тогда умнее станешь.

— Ну я тогда пойду? — девушка слезла с подоконника — Мне ещё собираться в ссылку надо, дел невпроворот.

— Таисия! Задержись.

Главред достал из пачки сигарету, неторопливо ее подкурил и снова оценивающе осмотрел девушку с ног до головы. Лицо его выражало ощущение какой-то безысходности, недовольства и надежды в один момент.

— Короче, Лазарева. Не думал, что придется тебе это отдавать, но раз уж так сложилось… Может и выйдет из этого толк.

— Павел Сергеевич, дайте уже напрямую? — вспылила Тася. — Ходите кругами, будто я сама должна догадаться, что у вас там в голове крутится.

— В общем так, Лазарева… — главред с силой вдавил окурок в пепельницу — Что ты знаешь о Потаповой?

— О ком?

— Василиса Потапова.

— Хм… — Тася потерла переносицу, стараясь выудить из памяти хоть что-то связанное с этим именем и фамилией. — Ничего. А должна?

— Ты журналист или с улицы забежала на минутку? — вспыхнул главред.

— Ну… журналист.

— И про Потапову ни слова не слышала?

— Нет. А в чем дело?

— Это нонсенс какой-то… О ней уже год только ленивый не треплется.

— Очередная певичка или выскочка в мире искусства?

— Не угадала! Ещё варианты будут?

— Не будут. Я всех знать не могу, а по вашему мнению получается должна?

— Лазарева! — почти взревел главред. — Послали тебя на мою голову…

Мужчина, не стесняясь в выражениях, стал перечислять все смертные грехи, которые хоть каким-то боком касались Таси. На его лице бушевала такая ярость, что девушка медленно попятились назад, мечтая провалиться сквозь землю. Главред же все сильнее наращивал обороты, вымещая свою злость на «несознательной писаке», у которой на глазах наворачивались слезы обиды.

Тася тихонько шмыгала носом, стараясь не разреветься, но предательская слезинка, словно нащупывая тропинку, медленно покатилась по ее щеке, а следом за ней ещё одна, и ещё…

— Ты чего ревешь? — осекся главред. — Лазарева, ты это прекращай…

— Угу… — всхлипнула девушка, стирая с лица слёзы.

— Таисия, возьми платок и приведи себя в порядок. Вздумала тут воду лить. Было бы из-за чего.

— Обидно…

— Обидно ей… Мне тоже обидно и ничего. Давай успокаивайся.

Тася громко высморкалась в платок.

— Я выстираю и отдам. — буркнула она.

— Оставь себе.

— Что там по поводу Потаповой? Вы же не поорать пришли.

— Лазарева… Надо было у нее интервью взять, но в таком состоянии… Теперь уже точно не тебе.

Тася достала из сумочки зеркальце и посмотрела в него.

— Холодной водой умоюсь и все будет в порядке, Пал Сергеич.

— Ну не знаю…

— Пал Сергеич, вы же сами говорили, что всем надо дать шанс. Может это мой? Ну пожалуйста…

— Шанс… — мужчина потёр ладонью подбородок. — Может ты и права.

— Пал Сергеич, родненький…

— Так, пошли ко мне в кабинет, но сперва — умойся!

— Я мигом!

Тася быстро выскочила из курилки и побежала в туалет приводить себя в порядок.


— В общем, так. Слушай и запоминай! Василиса Потапова в этом году вошла в десятку самых молодых и успешных предпринимателей. Начала с самого низа и теперь является владелицей фирмы «Holiday every day». Организация праздников, свадеб и прочих событий.

— И чем она так тут выделилась?

— Ей двадцать лет! Достаточно для того чтобы выделиться или у тебя на примете есть личность, которая в таком возрасте смогла за три года построить бизнес и попасть в эти списки?

— Папочка помог?

— Не знаю кто ей там помогает, только ее фамилия все чаще фигурирует в прессе, но интервью она никому ещё не давала. Я три месяца с ее секретарем пытался навести мосты и сегодня она мне позвонила. Потапова согласилась на интервью. Думаю, ты понимаешь насколько мне оно важно. И тебе тоже. Это твой шанс попасть на первые страницы. Если не облажаешься…

— Пал Сергеич, я смогу!

— Надеюсь. — главред посмотрел на часы. — Так. Интервью в час дня. Сейчас берешь диктофон, фотоаппарат и летишь по этому адресу.

На стол легла красивая визитка.

— Так ещё рано!

— Лучше ты приедешь раньше, чем опоздаешь! Ясно?

— Ясно.

— Все тогда. Статья ко мне на стол должна попасть до семи вечера!

— Поняла.

— Ну тогда вперёд.

Когда за девушкой закрылась дверь, главред тихо произнес: « Только не облажайся, Лазарева. Только не облажайся.»

3

Охранник на подземной парковке ни капли не удивился старенькой Фабии. Внимательно посмотрел в удостоверение, кому-то позвонил и забрал ключи от машины, выдав взамен небольшую карточку, на которой было указано парковочное место. Тася поднялась на лифте на первый этаж, получила гостевой пропуск и решила с пользой провести оставшееся время. Благо на этаже была небольшая уютная кафешка со свободными столиками.

Девушка заказала себе латте, достала мобильный и вбила в поисковой строке браузера «Василиса Потапова».


В современном мире было сложно спрятаться от окружающих, особенно когда тобой интересуется пресса. Поисковик выдал несколько десятков страниц и Тася быстро нашла профиль своей будущей визави в одной из социальных сетей.

С фотографии на нее смотрела молодая девушка со связкой воздушных шариков в руке. Милое лицо, широкая улыбка и светящиеся глаза небесно голубого цвета. Складывалось такое ощущение, что каждый день для нее — праздник. На столько были пронизаны счастьем её фотографии, выложенные в соцсети. Тася листала эти снимки, все сильнее убеждаясь, что девочку явно кто-то «опекает». Только один снимок вызвал у нее удивление.

Чёрно-белая фотография, на которой девушка сидела в огромном кресле и читала какую-то книгу. Поджатые ноги укрыты клетчатым пледом, свитер с высоким горлом, рядом с креслом на небольшом столике стоит огромная кружка, над которой вьется дымок в свете старомодной лампы. Тася даже поежилась, будто оказалась рядом в этой прохладе кабинета с множеством книг, стоящих на полках шкафов за креслом. В правом нижнем углу стоял водяной знак в виде отпечатка медвежьей лапы.

«Постановочная фотография». Тася улыбнулась своей мысли, посмотрела на часы, висящие на стене, быстро допила кофе и пошла к лифту.


— Здравствуйте, мне назначено на час.

— Лазарева Таисия? Журналист?

— Да.

— Секундочку, — блондинка подняла трубку телефона. — Василиса, к вам журналист. Хорошо. Девушка, проходите.


Тася уверенно открыла дверь в кабинет, мысленно послав эту блондинистую секретаршу на три буквы за нескрываемым брезгливость, прозвучавшую в слове «журналист». Вот же стерва. Сидит тут и думает, что она центр вселенной. Пусть выкусит.

К ней на встречу из-за стола вышла молодая девушка в джинсах и футболке.

— Здравствуйте, Таисия. Проходите, чай или кофе?

— Спасибо. Чай, если можно. Кофе я внизу попробовала.

В ответ на свою фразу Тася услышала звонкий смех.

— В «Кофе-сливках», наверное? Так там одно название, а не кофе.

— Ну ценник был очень многообещающим.

— Цена не всегда показатель качества. Присаживайтесь, я вас угощу настоящим кофе, если вы не против.

— Ни капли, если настоящим.

Василиса снова рассмеялась и набрала на телефоне номер.

— Геля, сделай два кофе, пожалуйста.


Тася присела на краешек кресла и осмотрелась. Стандартный офис с окнами от пола до потолка, большой аквариум с золотыми рыбками, маленький столик с креслами и стол, на котором царил хаос. На стене за столом были развешены какие-то листы в рамках.

— Не удивляйтесь беспорядку. Это творческий хаос, как говорит папа. Никак не могу с этим справиться. — девушка пожала плечами, словно извиняясь. — Начнём?

— Конечно, я только диктофон достану и блокнот. — Тася достала из сумки небольшую записную книжку и диктофон. — Вы не откажете в паре снимков после интервью?

— Нет.

— Тогда начнем. — Тася открыла блокнот и щёлкнула кнопкой диктофона. — Василиса, у читателей журнала «New Generation» вызывает огромный интерес ваша история. Расскажите, с чего начинался ваш бизнес и могли ли вы предположить, что попадете в список самых молодых бизнесменов?

— Давайте я начну с конца? Про списки и рейтинги я никогда не думала. Мне просто нравится заниматься своим делом. И то, что оно приносит радость другим людям, для меня большее достижение, чем моя фамилия в таблице самых-самых. Хотя многие могут подумать, что я днями и ночами бредила этим.

— А как вы начинали?

— Ой, это очень смешно. Видите, на стене в рамках листы?

— Да.

— Все началось с этих листов. Каждый год на день рождения папа спрашивал меня кем я хочу быть и чем заниматься, а потом записывал это на отдельный лист.

— И кем вы хотели быть?

— В пять лет — ветеринаром, в шесть — врачом, потом учителем, в двенадцать — певицей, в четырнадцать — моделью, а в шестнадцать мне хотелось исколесить весь мир.

— И как это определило вашу профессию?

— Никак. Все поменялось, когда подружка по школе попросила меня помочь с ее днем рождения. Мне так понравилась вся эта суета, что я решила связать свою жизнь с этим. Сперва я всеми правдами и неправдами выпрашивала разрешения на организацию разных праздников в школе и дома, а потом стала искать возможности двигаться дальше.

— Но на начало любого бизнеса необходим стартовый капитал.

— Конечно. И тут мне очень помог подарок родителей на шестнадцатилетие.

— Каким образом и что это был за подарок?

— Родители подарили мне тысячу долларов на первую поездку и эти деньги стали моим стартовым капиталом. Мы с мамой очень скрупулёзно просчитывали все затраты, стараясь свести их к минимуму. Очень многое, например, ремонт в первом офисе, делали сами, купив только самое необходимое. Дизайн и название я придумала сама, папа помог с оформлением документов, а дальше свободное плавание.

— Получается, что родители подарили вам деньги на путешествие, но не поддержали вас финансово в вашем начинании.

— Почему не поддержали? Тысяча не взялась из воздуха. Это были деньги родителей. Просто я их не потратила на веселье, а вложила в развитие. Не было бы их — не факт, что сегодня вы бы брали интервью у меня, а не у другого человека.

— Вы же могли попросить больше или вам отказали бы?

— Не отказали. Родители никогда не жалели для нас с братом ничего, но их пример показал нам, что можно добиться многого, начав с нуля. Главное поставить себе цель и двигаться к ней.

— А с чего начали ваши родители?

— Они начали с продажи мобильных телефонов.

— Свой магазин?

— Нет, что вы. — Василиса звонко рассмеялась. — Обыкновенный продавец-консультант. А потом уже, ступенька за ступенькой, пробились выше. Сейчас они занимаются разработкой новых концепций в сфере продаж.

— Значит вы пошли по стопам своих родителей?

— Конечно. Можно было прийти, попросить на хороший офис, штат, рекламу, но так было бы скучно.

— Почему?

— Наверно, потому что тогда любые достижения воспринимались бы как что-то само собой разумеющееся и не имеющее своей ценности. А так я могу сказать, что результат на сегодняшний день — это показатель именно моей работы. Без оглядки на связи и прочая. Для меня это очень важно.

— Хотите сказать, что для вас важно было доказать своим родителям, что вы тоже что-то можете?

— Можно сказать и так, но это не совсем точно. — Василиса откинулась на спинку кресла. — Знаете, я даже об этом не думала в таком ключе. Доказывать что-то мне было не нужно. Родители всегда поддерживали что меня, что брата. Любое наше стремление они воспринимали очень позитивно. Каким бы безумным оно не казалось.

— Хотите сказать, что вам не отказывали ни в чем?

— Таисия, вы все выворачиваете на изнанку. Видимо в этом и есть основная суть журналистики? — девушка внимательно посмотрела в глаза своей собеседницы, будто искала ответ на свой вопрос.

— Мне хочется донести до читателя все в точности. Поэтому вам может показаться, что некоторые вопросы бестактны или несущественны.

— Пусть будет так. Давайте оставим этот вопрос открытым? Боюсь, что сейчас я не смогу дать вам исчерпывающий ответ.

— Хорошо. — Тася сделала небольшую пометку в своем блокноте и сверилась со своим списком вопросов. — Тогда… Расскажите, как получилось так, что ваша фирма стала востребованнее конкурентов? Ведь сейчас организацией торжеств занимаются очень многие и конкуренция достаточно большая.

— Наверное, мы смогли предложить что-то большее за более разумные деньги. К каждому клиенту у меня был свой подход. Я искала именно то, что будет наиболее подходящим именно для него. В основе своей, конкуренты работали по шаблону. Допустим для детей у них было готово несколько сценариев и заказчик выбирал один из них. Мы же изначально отказались от «конвейерности» в своей работе. Каждый человек уникален и то, что подходит для одного, может абсолютно не подходить для другого.

— Хотите сказать, что каждый сценарий разрабатывался с чистого листа?

— Именно так. С каждым новым заказчиком мы обсуждали то, что он хочет увидеть, какие-то нюансы, а потом мы предлагали ему на выбор несколько разработанных сценариев, из которых он уже выбирал наиболее подходящий. Потом мы разбирали его по пунктам, вносили изменения, если они требовались и все. А дальше уже было дело техники.

— Я правильно понимаю, что уникальность каждого мероприятия, стала вашей визитной карточкой?

— Да. Конечно же можно было бы пойти по проверенному пути и делать все по шаблону, но разве это дало бы такой результат?

— И прибыль.

— Ну и прибыль конечно. — рассмеялась Василиса. — Вы все сводите к деньгам, а это неправильно.

— Ну почему же? Нельзя работать себе в убыток.

— Нельзя, но иногда можно и иногда даже нужно.

— Можно поподробнее?

— Конечно. — Василиса отпила из кружки кофе и продолжила. — В первый год я работала практически одна. Взять кого-то в помощники у меня не было возможности. Практически вся стоимость услуг уходила на организацию. Но это было осознанное решение, ведь сперва нужно было сделать имя своей компании, а потом уже все остальное. Никто же не собирает яблоки, не посадив деревья? Вот тут получилось так. На первых порах мне помогали родители и брат, а потом уже понемногу я стала привлекать других людей. Те же флористы, ди-джеи, аниматоры. Всех сейчас и не вспомнить.

— А сколько сейчас человек работает у вас?

— Около десяти.

— Так мало? — удивилась Тася.

— А зачем больше? Со временем пришло понимание, что мне нужен штат таких же фанатиков своего дела, а остальное можно переложить на плечи других компаний. У нас есть постоянный секретарь, фотограф, флорист, пара дизайнеров, водитель и бухгалтер. Иногда я нанимаю еще пару человек, но это в период большого количества заказов.

— И как вы все успеваете?

— Не знаю. Наверное, у нас в сутках по двадцать восемь часов.

— А если серьезно?

— Тут скорее всего большую роль сыграло то, что у меня нет строгих правил. Нет больших ограничений и все сделано для максимального комфорта каждого работника. Вы заметили, что каждый из нас одевается так, как хочет. И если мне удобно ходить в джинсах и футболке, то почему я должна заставлять того же фотографа носить пиджак и галстук? Это, как минимум, нечестно. Ну и когда человеку комфортно, то он работает более продуктивно.

— Хотите сказать, что у вас здесь приятельская обстановка?

— Даже больше. Мы за это время очень сдружились, общаемся и встречаемся вне работы.

— Для вас не секрет, что сказали бы на это другие представители мира бизнеса?

— О-о-о. Вы даже не представляете, что я выслушивала. Но, как показала моя практика, не всегда стандартное является правильным. Мне очень нравится, что у нас такие хорошие взаимоотношения с ребятами. Я ценю каждого из них и надеюсь, что они ко мне относятся так же.

— Василиса, если не секрет конечно, что вы сделали, когда заработали свой первый миллион? Устроили особое торжество?

— Ну что вы, какое торжество? Просто отметили это в тесном семейном кругу, а потом сходили с ребятами в клуб.

— Сапожник без сапог?

— Что-то вроде этого.

— А что было потом?

— Потом? Мы переехали в бизнес-центр. Правда перед этим к нам обратилось несколько известных личностей. Простите, но их имена и фамилии я не могу раскрывать. — девушка потерла переносицу — Организация церемонии открытия музыкальной премии… И вот потом уже мы переехали в это здание.

— То есть о вас заговорили?

— Ну не то чтобы обсуждали на каждом углу, но было приятно, когда к нам приходил новый заказчик и говорил, что нас ему посоветовал тот-то или, такая-то. Сарафанное радио, как любит говорить папа.

— Можете раскрыть нашим читателям, чем вы сейчас занимаетесь?

— Ну, если в двух словах и без имен…

— Конечно-конечно.

— Сейчас у нас стоит задача по двум юбилеям и одной презентации. Но это по очень большому секрету!

— Я вас поняла, Василиса. Что бы вы пожелали нашим читателям?

— Идти к своей мечте. Наверное, только так.

— Спасибо большое. Давайте теперь сделаем несколько фотографий?

— С удовольствием.


Тася сделала несколько снимков Василисы в рабочей обстановке и попросила девушку встать у стены с развешанными листами в рамках. Почему-то ей показалось это важным. Несколько снимков у окна, пара кадров с «творческим хаосом», а напоследок — снимок со статуэткой Гермеса — подтверждением статуса молодой и успешной, в руках.

— Вася, фиговину эту разверни на меня немного, голову чуть повыше подними и посмотри сквозь объектив! — прозвучал за спиной мужской голос.

Тася дождалась, когда девушка последовала совету, щёлкнула затвором и обернулась, чтобы посмотреть на того, чьи указания вызвали теплую улыбку на лице Василисы.

Высокий молодой человек удовлетворенно кивнул и поставил на пол большой кофр, к которому была пристегнута сложенная тренога.

— Могла бы мне сказать, что нужны фотографии. Ставлю любую свою тушку против трёх молочных шоколадок — этот снимок будет самым лучшим.

— Проиграть не боишься, Макс? — Василиса хитро прищурилась — Никон против трех «МаксиШок» с изюмом?

— Именно. Спорим?

— Спорим! — девушка протянула ладошку и повернула голову к Тасе — Таисия, разбейте, пожалуйста. Давно себе Никон хочу, а тут почти совсем бесплатно раздают.

— Готовь шоколад, спорщица! Никон она захотела. — мужчина пожал протянутую руку и впервые посмотрел Тасе в лицо — Девушка, поучаствуйте в этой раздаче шоколада.

Тася провела ребром ладони по сжатым рукам спорщиков, стараясь не выдать свои мысли по поводу бредовости ситуации. Но, как только спор был скреплен, Василиса почти повисла на шее у мужчины.

— Ты когда прилетел?

— Только с аэропорта приехал.

— А позвонить не мог? Я бы тебя встретила.

— У тебя вроде тут дела. Отпусти уже! Васька, ты хуже ребёнка!

— Бу-бу-бу. — Василиса выпустила мужчину из объятий — Давай, я сейчас закончу и вместе пообедаем? Таисия, мы ведь закончили?

— Да, спасибо за интересную встречу. Вам позвонят, когда статья будет готова.

Тася стала складывать в сумку свои вещи.

— Ну что? Куда пойдем? — Василиса взяла маленькую сумочку и вопросительно посмотрела на мужчину.

— Вась, без меня. Я заехал только фотки отдать. Дел невпроворот. Нужно ещё на студию успеть. Так что, извини.

— Как всегда. — с грустью в голосе сказала девушка — Может хотя бы на чай останешься?

— Если только быстро. — Максим посмотрел на часы и добавил — Минут двадцать есть. В другой раз пообедаем.

— Договорились, давай тогда фотографии.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 461