электронная
9
печатная A5
929
18+
Так проходит жизнь

Бесплатный фрагмент - Так проходит жизнь

роман

Объем:
166 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-8982-3
электронная
от 9
печатная A5
от 929

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

1 глава

— Это ты всё испортила, — сказал Альберт.

— Это всё из-за тебя. Ты сломал мне жизнь! — голос Жанны дрожал.

— Не слишком ли круто?! Я сломал целую жизнь! Это за каких-то полгода?

— Этого срока вполне достаточно.

— Я не виноват в том, что мы не подходим друг другу. Ты сама это говорила, что мы слишком разные.

— Если бы ты хотел, то у нас всё было бы хорошо.

— Конечно, я во всём виноват. Я негодяй.

— Как же ты жесток.

— Ты тоже очень злой человек, очень злой и корыстный.

— Сука.

Жанна попыталась правой рукой сбоку влепить Альберту пощёчину, но Альберт успел поймать её руку. Он уже выучил это движение Жанны наизусть и отреагировал на него заученным механическим движением.

— Отпусти руку, гад, — потребовала Жанна.

Они стояли около продуктового магазина весенним вечером и выясняли отношения.

Альберт отпустил руку.

— Это всё? — спросила Жанна.

— Всё.

— Ты не хочешь попробовать всё сначала, ещё раз?

— С меня хватит, подруга. У нас разные пути в этой жизни.

— Тварь.

Жанна развернулась и пошла прочь.

— Гадина, — сказал ей вслед Альберт.

На первом этаже семиэтажного дома, построенного в стиле ампир ещё во времена правления Сталина, находилась фотостудия. Она расположилась между продуктовым магазином и аптекой.

В фотостудию вошла девушка в короткой синей куртке.

В студии было тесно, стены были окрашены в серо-голубой цвет.

Фотограф Иван сидел за компьютером.

— Мне нужны фото на пропуск три на четыре, — обратилась к фотографу девушка.

— Сделаем, — сказал Иван. — Раздевайтесь, присаживайтесь на стул.

Иван приготовил фотоаппарат. Девушка имела необычную приятную внешность. Ей было на вид около двадцати лет. У неё была коса. Одета она была в чёрную водолазку и джинсы.

— Готово, — сказал Иван.

Девушка встала и пошла к вешалке, на которой висела её куртка.

— Когда можно будет прийти за фотографиями? — спросила она.

— Завтра, в любое время.

— А послезавтра?

— Пожалуйста.

Спустя два часа в студию зашёл толстый тип в красной спортивной куртке. В руке у него была коричневая барсетка. Тип воровато огляделся по сторонам, после чего обратился к Ивану:

— Можно вас попросить оказать мне одну услугу деликатного характера?

Иван сидел за столом и вкладывал фотографии в конверты.

— Я вас слушаю.

— У вас наверняка в компьютере должны быть фото девушек.

— Ну и что?

— Вы не могли бы мне скинуть на диск фото девушек, штук двадцать — двадцать пять, лучше симпатичных?

— Зачем?

— Они не пострадают никак. Я обещаю.

— Объясните мне, зачем вам это нужно?

— Я вам заплачу, разумеется.

— Нет.

— Я вам объясню; хорошо, я хочу замутить что-то типа бизнеса в интернете. У меня будет сайт. Типа сайта знакомств. Там будут фото симпатичных девушек, как замануха для лохов. А вся фишка заключается в том, что тот, кто захочет с ними пообщаться должен будет заплатить. Это сейчас очень распространённый бизнес.

— Мне этот бизнес не нравится. Я не хотел бы из-за такого мудака, как ты, терять постоянных клиентов.

— Ну, ты, полегче!

— Иди отсюда, пока я ментов не вызвал.

Роман подъехал к воротам, сделанным из зелёного листового железа. Он вышел из машины. У него было «Рено» белого цвета. Открыл ключом навесной замок, открыл ворота и въехал во двор. Роман припарковал машину рядом с входом в здание. Здание было двухэтажным с красной крышей, деревянным, щитовым, оббитое сайдингом бежевого цвета.

Из узких окон глядели на улицу коты и кошки.

У входной двери висела табличка из сплава золотистого цвета, на которой чёрными буквами было выбито: «Гостиница для котов».

Роман вошёл в здание.

— Паша! — крикнул он.

Никто не откликнулся.

Роман прошёл по коридору направо и открыл дверь, на которой на табличке было написано: «Персонал гостиницы».

На кровати спал человек в белой футболке и грязных тренировочных.

Это была узкая комната. Кроме кровати из обстановки был только маленький стол и табурет. На подоконнике стоял маленький серый телевизор.

— Паша! — громко обратился к спящему Роман.

Человек вскочил быстро с кровати. Это был молодой таджик. Его настоящее имя было Пахлувон.

— Ты у меня тут всё проспишь на свете. Чем ты ночью занимаешься? Опять наверно порнуху смотрел. За что я тебе деньги плачу?

Паша-Пахлувон принялся оправдываться:

— Ром, прости. Только лёг, поспал только пять минут.

— Возьми ключи от машины, достанешь из багажника мешки со жратвой и камушками для туалета. — Роман бросил Пахлувону ключи от машины.

Пахлувон поймал ключи.

— Надеюсь, ты поменял лотки с дерьмом у котов утром, — строго поинтересовался Роман.

— Обязательно. Как же…

В доме постоянно стоял кошачий визг и поскуливание. Коты пытались прорваться к кошкам и наоборот. Коты и кошки жили в отдельных номерах.

Роман вышел из гостиницы и зашёл за здание. Здесь было кошачье кладбище. Похоронить своего любимца стоило от трёхсот до тысячи долларов. Среди могил выделялся обелиск высотой в метр двадцать сантиметров с изображением бюста чёрного кота. Это был любимый кот известного в городе бандита Майка. Под изображением кота было написано: Ибрагим, дата его рождения и дата смерти; ниже «Ты навсегда останешься в моём сердце». У Ибрагима был человечий осознанный взгляд: суровый и мудрый. Он наверно характером был похож на своего хозяина. Майк иногда приезжал сюда, стоял перед памятником, смотрел молча на него и перебирал в руках чётки.

Послышался звук открываемой калитки. Было слышно, как Пахлувон с кем-то разговаривал. Роман узнал голос Ларисы Максимовны — жены местного прокурора.

Роман пошёл к фасаду здания встречать гостью.

У Ларисы Максимовны на чёрной майке выделялся большой золотой крест инкрустированный красным камнем на толстой золотой цепи. Кроме этой цепи на её шее были ещё две более тонкие золотые цепочки. Лариса Максимовна была очень полная женщина. Ей было сорок восемь лет. В руках она держала серого лохматого кота Вольфганга — постоянного клиента гостиницы Романа.

— Привет, Ромочка, привезла тебе Вольфика, вот. — Лариса Максимовна поцеловала Вольфганга в голову.

— Улетаете? — спросил Роман.

— Да всей семьёй на Сардинию на неделю.

— Здорово. У меня все одноместные люксовые номера заполнены. Могу предложить трёхместный номер. Есть один номер с хорошей компанией. Там белый спокойный кот Наполеон и кот Анатолий.

— Нет. Об этом не может быть и речи. Наш Вольфик очень нежный кот, у него очень хрупкая психика. Его легко могут обидеть.

— Тогда я не знаю, чем я могу вам помочь.

— У меня есть идея. Возьми кота к себе в квартиру. Я заплачу штуку баксов. Сразу же.

— Ну ладно. Пока я дам кота Паше, пусть он его подержит в своей комнате. У него там чисто.

Роман мог бы устроить один или два свободных номера для котов; но для этого нужно было избавиться от лишних, не нужных жильцов, за которых никто не платил. Некоторые клиенты Романа избавлялись от своих питомцев, сбагривая их на несколько дней в гостиницу, а потом, отказывались их забрать. Пахлувон предлагал продать «избавленцев» в чебуречную. Роман надеялся пристроить брошенных котов и кошек знакомым и друзьям. «Избавленцы» занимали два номера. В одном жили коты Хмурый, Вася и Лео. В другом жила кошка Майя. Дабы избежать в будущем проблем с избавлением от котов и кошек за его счёт, Роман решил теперь заключать с клиентами контракт, в котором, те обязывались в случае отказа забрать животное в условленный срок выплатить серьёзную неустойку.

В своём рабочем кабинете, который находился на втором этаже, Роман сидел за компьютером и писал образец контракта. Зазвонил, лежавший на столе, сотовый телефон. Определился незнакомый номер.

— Да. Слушаю, — сказал Роман.

— Это Синицкий. Я привозил вам в марте Машу.

— Помню Машу. Что вы хотите?

— Поговорить надо. Я подъехал к вашей гостинице. Машину поставил на стоянке у вашего забора.

— Я выйду к вам.

Роман вышел из калитки. Синицкий стоял около своей машины, покоцанной «дэу нексиа» баклажанного цвета. Он был молод. На нём была футболка с фото, какой-то трудно узнаваемой видимо известной личности и тренировочные штаны с вытянутыми коленками. Волосы он покрасил в белый цвет и чем-то походил на Эминема. Возможно, тот был его кумиром. Синицкий сложил руки на груди. Вид его был суров. Увидев Романа, он направился к нему стремительным шагом.

— Шеф, чо за дела? Я не понимаю, — начал Синицкий.

— Что вам конкретно непонятно? — Роман был спокоен.

— Да я просто в шоке.

— Мне очень жаль.

— Да сожалениями простыми тут не отделаешься.

— Что вы от меня хотите?

— Надо что-то решать.

— Без меня решить никак не получится?

— Нет. Это же всё из-за вас.

— Что именно?

— Маша наша залетела. Вы понимаете это? Мы её не пускаем никуда, следим за ней по двадцать четыре часа в сутки, а тут отдали вам на четыре только дня. Вы гарантировали, что к ней здесь ни один котяра не подойдёт близко. Однако какой-то урод у вас всё-таки умудрился ей вдуть. И вот итог. Мы все в шоке.

— Это исключено.

— Что, значит, исключено, кто-то ей вдул же.

— Если она беременна, определённо ей кто-то вдул, но не у нас. У нас контроль за животными осуществляется в круглосуточном режиме.

— Зачем ты так говоришь, шеф? Трудно признать свою вину?

— Я ни в чём не виноват. Вы наверно хотели потребовать с меня компенсацию и напрасно; любой кошачий гинеколог вам докажет с точностью до суток, что Маша залетела либо до проживания в нашей гостинице, либо после.

— А как он узнает?

— При помощи узи.

— Неужели есть кошачьи гинекологи?

— Это целый отдел в ветеринарии, дружище.

— Ничего себе.

— Как Маша себя чувствует?

— Не очень. Плохо ест.

— У беременных это бывает.

Синицкий уехал.

Вечером Роман пришёл домой с Вольфгангом в руках. Он жил в блочном доме на третьем этаже в двухкомнатной квартире вместе с родителями.

В прихожую вышел отец Романа Владимир Петрович. Он был в белой маечке алкоголичке и синих сатиновых трусах сшитых ещё во времена советской власти.

— Это кто? — Владимир Петрович имел в виду Вольфганга.

— Вольфганг. — Роман снял ботинки, не выпуская из рук кота.

— Грязное животное.

— Это элитная порода, отец.

— Тьфу. Чем ты занимаешься, сын? Мне об этом даже стыдно сказать друзьям и родственникам. Кошачий бизнес. Как тебе такое могло только в голову прийти? Лучше бы ты был киллером или сутенёром.

Владимир Петрович ушёл к себе в комнату и громко хлопнул дверью.

Роман закрылся в своей комнате. Вольфганг задремал на кровати, а Роман сел за стол с компьютером и включил интернет. Он часто по вечерам сидел на сайте знакомств. Толком познакомиться ни с кем не получалось. После встреч с Романом его потенциальные подруги из интернета обычно больше не звонили ему и не отвечали на его звонки. Роман нашёл симпатичную брюнетку тридцати лет: учительницу, Водолей; и написал ей: «привет». Ответа долго не было. Роман сходил в прихожую и взял трубку городского телефона. Он набрал номер бывшей жены Ирины.

— Алло, — трубку взяла Ирина.

— Привет, это я.

— Я поняла. Что нужно?

— Ир, тут такое дело. У нас в гостинице живут три кота и одна кошка брошенные. Тебе кот не нужен?

— Ты издеваешься, сука? Какой на хрен, кот. Мне одного кота уже хватило на всю оставшуюся жизнь! Ты когда к сыну последний раз приходил? Живёшь на соседней улице. Сволочь.

— Ир, успокойся, пожалуйста.

— Ты когда мне деньги давал нормальные последний раз?

— Как обычно в прошлом месяце.

— Можешь, знаешь, куда засунуть себе эти грёбанные десять тысяч? Думаешь на эти деньги можно прокормить ребёнка?

— А ты не пробовала работу себе найти нормальную? А не такую, чтобы на жопе сидеть четыре часа в день за пять тысяч.

— Ах ты, сука!

— Сама сука.

Роман отключил связь.

Роману Веселову было тридцать шесть лет. Он был худым, среднего роста. У него были тёмно-русые волосы и узкое лицо. Он с детства был одержим разными идеями и планами. То он планировал по Москве-реке, потом по Оке, потом по Волге с друзьями доплыть до Каспийского моря; то ему захотелось организовать что-то вроде зарницы только без руководства взрослых. Учился он хорошо, но отличником не был. После армии он уже начал заниматься бизнесом: он торговал на рынке шмотками, у него была небольшая продуктовая палатка. Каждый раз ему надоедал его бизнес и ему хотелось организовать что-нибудь новое что-то другое. Так он и додумался до открытия гостиницы для котов. Друзья и родные говорили ему, что это совсем безумная идея. Роман купил заброшенную запущенную землю в двух километрах от города и построил гостиницу — кошкин дом. Простой и бедный люд ни за что не стал бы пользоваться такого рода услугой; зато для богатых это было интересно и престижно. Богатые и те, кто пытался казаться таковыми, сдавали своих питомцев в гостиницу на время отъезда из города. Это было модно в солидном обществе козырнуть: «А я когда улетал в Египет, сдал своего Барсика в гостиницу для котов». Бизнес Романа развивался неплохо. Иногда чистой прибыли он имел до трёх тысяч долларов, что для их города для малого бизнеса было очень даже приличным доходом. Единственный работник Романа Пахлувон много для себя не требовал. Роман платил ему пятнадцать тысяч рублей, и таджик готов был за эти деньги жить в кошачьем отеле. Личная жизнь Романа складывалась неудачно. Первый раз он женился сразу, после того как вернулся из армии. Его жена Алёна его ровесница из параллельного класса оказалась редкостной сукой. Она могла запросто устроить скандал на пустом месте. Например, перевернуть тарелку с едой в ресторане перед официанткой и приказать ей немедленно убрать со стола. Обострённое чувство справедливости Романа не позволяло терпеть всё это, и он говорил Алёне всё, что думает о её поступках. Детей Алёна родить не смогла. До встречи с Романом она успела сделать два аборта. Алёна считала Романа слегка чудаковатым и добрым не в меру, чем пользовалась без меры. Они развелись. Недавно Алёна вышла замуж за пятидесятидвухлетнего азербайджанца мелкого торговца и умудрилась-таки родить ему сына. Второй раз Роман женился на Ирине. В этом браке у него родился сын Владислав. Ирина работала мало, зато от Романа требовала деньги постоянно. Её алчность и убила их брак. Ирина всё время заставляла Романа отчитываться о заработанном каждый день. Иногда Роман посылал её с её требованиями и грозился разводом. Ирина истерила. Она оправдывала своё поведение тем, что боялась, что Роман будет свободные деньги тратить на других женщин. Роман изменил Ирине только один раз из мести за то, что она отравляла ему жизнь. До него не раз доходили слухи, что Ирина ему изменяет с какими-то ничтожествами. Он не следил за ней и не знал, насколько правдивы эти слухи. Наладить нормальные отношения в семье они так и не смогли. Они разошлись три года назад.

Почти каждую субботу за исключением зимнего времени Роман Веселов со своими друзьями Стасиком, Альбертом и Иваном приезжал на окраину города Болиголова на спортплощадку играть футбол. Это было красивое место. С одной его стороны был заброшенный сад с прудом, с другой выход на автомобильную дорогу, с двух других сторон начинался лес. На опушке леса здесь по выходным часто компании устраивали пикники с шашлыком и музыкой. С одного края футбольного поля стояли старые скамейки.

Играли в футбол. Стасик, он был в форме «Барселоны», дал пас Альберту. Тот принял мяч у ворот противника, подправил под правую ногу. Удар. Вратарь отбил мяч.

Игра закончилась. Друзья уселись на скамейки. Альберт открыл бутылку пива и сделал несколько глотков. Иван сделал то же. Они были не за рулём в отличие от Станислава и Романа.

Станислав на прошлой недели женился. Свадьба проходила в Подольске, откуда была родом невеста, в узком кругу. Друзей на торжество Станислав не пригласил.

— Интересно, что заставило тебя пойти на такой ответственный шаг? — задал вопрос Иван и вытер лицо полотенцем.

— Хронический спермотоксикоз замучил, — сразу нашёл ответ Альберт.

— По себе других не суди, — сказал Станислав. — Кстати в следующие выходные приглашаю к себе на дачу всех вас на шашлыки, отметим мой новый семейный статус.

— Невеста будет? — спросил Альберт.

— Ты смотри поосторожней с ним, — сказал Роман. — Не зря наверно интересуется.

— Он не в её вкусе. — Стас был спокоен.

— Уверен? — Альберт допил пиво и поставил бутылку под скамейку.

— На двести процентов.

— Она из тех женщин, которые не любят лузеров.

— Сука, — сказал Альберт.

— Кто? Стас или его жена? — попросил уточнить Иван.

— Хватит вам, — сказал Роман.

Друзья встали и пошли к машинам.

— Говорят, площадку скоро закроют, обнесут это место забором и построят высотки, — сказал Роман.

— Деньги, деньги, деньги, всё из-за них проклятых, — сказал Альберт.

— Придётся искать другое место, — сказал Иван.

2 глава

Иван и Альберт сидели на скамейке во дворе дома, в котором жил Иван. В воскресенье им заняться было нечем. Перед ними был другой кирпичный пятиэтажный дом, а слева проходила дорога, по которой ходили прохожие и изредка проезжали автомобили. Друзья грызли семечки, купленные в магазине. Альберт закурил сигарету.

— Вон, смотри, какая пошла. Какая попка. — Альберт головой кивнул в сторону девушки в короткой чёрной куртке и солнцезащитных очках.

— Попка как попка, — пробурчал флегматично Иван.

— Ничего ты не понимаешь в женщинах.

— Ты можно подумать много понимаешь.

— Понимаю.

— Почему же ты до сих пор не женился на какой-нибудь красавице?

— Зачем? Я свободу люблю.

— Месяц назад ты говорил, что любишь Жанну.

— Да любовь штука такая, приходит и уходит; в итоге, как всегда остаёшься один.

— У тебя в голове один ветер.

— А что у тебя в голове непонятно никому. Загадка столетия. Почему ты не женишься? Ты же ещё ни разу не был женат. Объясни другу.

— Жениться — это вопрос серьёзный, а так просто, как некоторые с кондочка, я не могу это дело решить.

— А тебе вообще женщины нравятся?

— Ну да, но это же то же люди, с ними нельзя, как с куклами…

— Дурак ты, они только об этом и мечтают; чтобы с ними как раз как с куклами обращались…

— Да ладно тебе.

— А может быть тебе мужчины больше нравятся? Я тебе к примеру нравлюсь?

— Да пошёл ты.

— Ты Иван странный.

— Все мы особенные, у каждого свой особый путь. Нет в природе ни одного листа с дерева, у которого была бы точная копия.

— Не люблю я эту философию.

— Я знаешь, как то думал о женщинах…

— И?

— Мысль в голову пришла странная, я бы даже сказал грустная.

— Продолжай.

— Я подумал, вот ты женишься например.

— Ну, дальше.

— Будет у тебя молодая жена или не очень. Пройдёт время и она превратится в морщинистую бабку.

— Это всё правильно. Бабий век короток. Ничто не вечно, как говориться под Луной. Были бы деньги и проблем с женщинами было бы меньше.

— Да деньги играют большую роль в этой жизни. Как ты думаешь, если бы ты был богатым, твои подруги терпели бы тебя и дальше?

— Не только бы терпели, но и закрывали бы глаза на любые мои фокусы.

— Может быть, тебе стоит поменять работу?

— А зачем? Ты любишь свою работу?

— Люблю.

— И я свою люблю. Да сутки спишь — трое дома. Ну и что? Всякая работа почётна. Всякая! Денег правда всегда ни хрена не хватает. Это плохо.

Альберт вечером после бессмысленных шатаний с Иваном по городу пришёл к себе домой. Он жил один в однокомнатной квартире, которая досталась ему от отца. Он включил компьютер, полазил по интернету, потом начал играть в футбол в он-лайне. В школе Альберт больше дружил с Иваном и Романом, со Станиславом он не был так близок. Он был с детства балагуром и весельчаком. После армии Альберт сменил много мест работы. Он работал охранником какое-то время, а потом устроился в пожарную охрану, где за девять лет дослужился от рядового до младшего сержанта. Работа ему нравилась. У него было много свободного времени. Пожаров он не боялся. За всю его службу случилось при его дежурстве только два крупных пожара, во время которых никто не пострадал. Альберт был крепкого сложения, имел простое лицо, тёмные волосы и карие глаза. После армии он успел пожениться. Его жена Ольга работала парикмахером. Они прожили три года у родителей Ольги и развелись. Детей у них не было. Родители Ольги сразу невзлюбили независимого Альберта. Из-за этой неприязни и произошёл разрыв отношений. Ольгу Альберт давно уже не видел. После Ольги у него было три серьёзных романа и три лёгкие короткие интрижки. После каждого разрыва Альберт обещал сам себе хоть на какое-то время затормозить со знакомствами с женщинами и привести нервы в порядок, но у него это плохо получалось. Быть одному ему было слишком скучно.

Вечером Роман вернулся с работы домой. Он открыл ключами входную дверь, вошёл в квартиру, снял обувь, вошёл в свою комнату. Ветерок, проникающий из приоткрытой форточки, колыхал красную занавеску.

— Вольфганг, — позвал Роман. — Вольфи.

Роман заглянул в комнату родителей. В ней не было кота.

Родители ужинали на кухне.

— Где кот? — спросил их сын.

Владимир Петрович с важным видом дожевал кусок жареной печёнки, после чего заявил:

— Я его выкинул в окно.

— Как?! Зачем?!

— Он нассал на мой тапочек.

— Когда? Когда ты его выкинул?

— Часа два назад.

— Папа, что ты наделал? Это кот жены прокурора. Нас всех за него могут превратить в лагерную пыль.

Роман выбежал из подъезда. Он оббежал свой и соседние дворы. Кота он не нашёл. Он спрашивал о коте у людей. Все отвечали, что не видели кота или не обращали внимания на котов.

Роман позвонил по мобильному телефону друзьям и попросил их помочь ему найти Вольфганга.

На машине Стаса объехали весь город и по возможности его окраины. Стас сидел за рулём, рядом с ним сидел Роман. Иван и Альберт пристроились сзади.

Ехали по грунтовой разбитой дороге. Слева тянулись дома частного сектора, справа были кусты и канава.

— Он кастрированный? — спросил Альберт.

— Не знаю, я не смотрел, — ответил Роман.

— Разве это сейчас важно? — заметил Иван.

— Я на месте Романа подумал бы сейчас над тем, как устранить прокурора и его жену. Или они или ты. На войне, как на войне. Я думаю, такие люди пропажу кота тебе не простят, — сказал Альберт.

— Из-за какого-то кота такой переполох, — заметил Иван.

Стас припарковал машину на зелёной лужайке.

— У меня есть план спасения Романа, — сказал Стас. — Я кое-что вспомнил. У моей тёщи Татьяны Анисимовны есть точно такой же кот: серый и лохматый.

3 глава

Дунька, задрав высоко хвост, повертела белой задницей прямо перед носом Владимира. Владимир нерешительно приблизил морду к сокровенному и вдохнул плотный непонятный запах; сначала медленно, потом сделал три быстрых вдоха. Дунька крутанула хвостом и прыжками ускакала за куст шиповника. Владимир последовал за ней вальяжным скорым шагом. Куда ты от меня денешься, милая? От Меня…

— Владимир, Вовик, стоять.

Владимир услышал голос хозяйки и остановился.

Владимир, так звали кота Татьяны Анисимовны. У него, как и у всех котов был особый почти человечий характер. Характером он был похож на молодого городского парня, делового, но послушного. Такие ни в чём не могут отказать своим мамочкам, ни в чём не могут их ослушаться, когда они находятся у них на глазах; когда же им удаётся скрыться из их поля зрения, они способны на самые дерзкие поступки.

Владимир покрутил мордой по сторонам, сделал вид, что не слышал, как его звали и осторожно продолжил свой путь.

— Вова! Ко мне! Маленький шалун! Бегом к мамочке! — решительно скомандовала Татьяна Анисимовна.

Кот развернулся и с недовольным видом поковылял в сторону хозяйки.

— Нечего тебе связываться с этой шалавой, — пожурила своего любимца Татьяна Анисимовна.

Она сидела на скамейке во дворе своего дома. Рядом с ней сидела её соседка Варвара Никитична. Она говорила и одновременно вязала спицами шерстяной носок.

— Тань, я забыла этот, как его, не помню, как его зовут, изменил этой самой, которая трахала ему мозг?

Они обсуждали последнюю серию популярного среди домохозяек телефильма «Обручальное кольцо».

— Сидят кумушки, болтают, — сказал Альберт.

Он и Роман стояли за серой «Волгой» на стоянке перед домом и наблюдали за Татьяной Анисимовной и Владимиром.

— Она его далеко совсем не отпускает, — сказал Роман.

— Как бы её отвлечь? — высказал вслух мысль Альберт.

— Не знаю. Если кто-то из нас подойдёт к ней, она запомнит лицо.

— Ну и что?

— Мало ли.

— Уже второй час тут стоим. Она может уйти домой.

— Даже не знаю, что делать. Может быть, Стасик её как-нибудь отвлечёт? Позвонит и попросит сходить куда-нибудь?

— Стасик сейчас в Болиголове. Она если и пойдёт куда-то, то обязательно со своим любимым котом. Мне кажется у них любовь.

— Да жалко будет разлучать этих двоих.

— Остаётся только один вариант: схватить кота и убежать.

— Это будет очень дерзко.

— Ты сможешь?

— Не уверен.

— Что ж, тогда я пошёл.

— Я машину подгоню к площади у железнодорожной станции. Беги туда.

— Договорились.

Альберт накинул капюшон куртки на голову, так чтобы его лицо было мало видно, и пошёл вглубь двора. Владимир лежал на краю песочницы и мечтательно наблюдал за стаей воробьёв, кружащих около клёна. Альберт замедлил шаг. Владимир не обратил на него внимания. Альберт резким движением схватил кота и побежал.

— Стой! — Татьяна Анисимовна вскочила со скамейки. — Милиция! Милиция! Кота украли!

Через семь минут Альберт прибежал в условленное место и запрыгнул в машину с котом. Кот истошно урчал. Альберт одной рукой сильно прижал его к груди, другой гладил, пытаясь успокоить животное.

— Володя, спокойно, всё будет хорошо. Теперь у тебя будут другие хозяева, богатые.

Роман и Альберт выехали из Подольска.

Роман наказал родителям Елизавете Андреевне и Владимиру Петровичу:

— Я прошу вас, следите за этим котом. Не выпускайте его из квартиры, и на балкон тоже не пускайте. Это не тот кот, которого выкинул отец. Надеюсь, Лариса не заметит подмены.

— Батюшки, сынок, а что будет, если всё-таки заметит? — спросила Елизавета Андреевна.

— Об этом лучше не думать, мама. Кормите его хорошо. Он проживёт у нас недолго.

Вольфганга должен был заменить Лжевольфганг-Владимир, но осталась одна проблема. У Вольфганга был на шее розовый ошейник с полудрагоценными камушками. Роман попробовал найти такой ошейник в интернете. Наконец он нашёл фирму, которая готова была продать такой же ошейник. Стоил ошейник недёшево около трёх тысяч долларов. Это было слишком дорого для Романа. Он стал искать ошейник в других фирмах. Он выяснил, что это штучный товар, который производят в Дании. Наконец он нашёл контору, которая делает похожий ошейник, но из дешёвого материала, вместо полудрагоценных камней, на нём были разноцветные стёкла. Подделку делали в Китае. Подделку очень похожую на оригинал Роман купил за пятьсот долларов.

4 глава

— Жизнь хорошая штука, — сказал Иван и отпил из бокала белого вина.

Он махал фанеркой над мангалом с шашлыками.

Станислав, как и обещал, пригласил друзей к себе на дачу отметить свою свадьбу. Дачу построил отец Станислава в начале девяностых годов из жёлтого кирпича, который был в то время в моде. Строение было двухэтажным с маленькой крышей. Обстановку в доме нельзя было назвать роскошной. К предмету роскоши разве что можно было отнести камин, а так всё было очень просто в стиле а ля рюс.

Кроме друзей Станислава была ещё одна девушка подруга Марии Олеся. Девушка сидела за столом и скучала. Никто из потенциальных кавалеров не проявлял к ней никакого интереса.

Небо уже стало лилово-матовым. Время близилось к полуночи.

Роман качался в гамаке и флегматично смотрел на небо.

— Стас, а ты не боишься, что из-за того, что ты женился в мае, будешь теперь маяться всю жизнь? — неожиданно спросил Роман.

Станислав сидел рядом с женой Машей за столом.

— Ром, ты же знаешь, я не суеверный.

Из дома вышел и направился к компании Альберт. Он ходил в туалет.

— Сидите, радуетесь жизни. — Альберт сел на скамейку напротив Стаса и Марии. — Будете? — Он взял бутылку красного вина. — Не хотите, как хотите.

Альберт налил себе вина в большой бокал, из каких обычно пьют сок, и в несколько глотков осушил его.

— Если бы вы знали, как я вас ненавижу, — заявил Альберт. — И знаете почему? Потому что вы сука счастливые. Почему так в жизни происходит, одни получают счастье, другим хрен собачий? Где справедливость, я спрашиваю?

Альберт грозно посмотрел на небо и развёл руки.

— А? Я спрашиваю…

— Дружище, ты уже пьян, тебе лучше больше не пить, — попытался успокоить Альберта Станислав.

Мария встала из-за стола и пошла к дому. Станислав догнал её у крыльца. Мария закурила тонкую сигарету и пустила дым в лицо мужу.

— Ты так и стерпишь это? — спросила Мария.

Мимо прошла в дом Олеся.

— Что? — Станислав был спокоен.

— Пьяные выходки этого быдла.

— Он мой друг всё-таки.

— Он сейчас оскорбил меня и тебя.

— У него сейчас тяжёлый период в жизни. Он сам не понимает, что несёт. Он расстался с очередной любимой девушкой.

— Я не удивлена. Я иду домой.

— Я скоро приду.

Станислав вернулся к столу. Иван разложил готовый шашлык в две глубокие тарелки. Роман уже сидел за столом и стыдил Альберта.

— Стас, ты извини меня. — Язык Альберта слегка заплетался. — Понимаешь, я наверно не совсем точно выразился. У меня сейчас такая каша в голове. Я ненавижу больше всего самого себя, а всех вас на самом дела очень люблю, потому что без вас бы мне не выжить в одиночку.

Альберт взял бутылку красного вина и начал наливать себе в стакан.

— Хватит, — Роман позволил Альберту наполнить только четверть стакана. Он отобрал у друга бутылку и поставил на стол.

Остальные тоже налили себе вина. Пили без тостов.

Альберт долго смотрел на стакан с вином.

— А вы знаете, когда я остаюсь один, я думаю о многом, о жизни. — Он поставил стакан на стол и говорил, смотря куда-то в невидимую точку. — И пришёл я к такому выводу, что живём мы очень глупо и бессмысленно. Всех я не могу в этом обвинить. Я вглубь себя самого всматривался; но таких, как я наверно много. И как мы живём? Для чего? Зачем? Только две основные мысли терзают нас на протяжении всей нашей взрослой жизни: куда пристроить свой член и как бы заработать побольше денег. И всё! Всё! Как глупо. Да, так вот проходит наша жизнь.

— Бедный Алик, — сказал Станислав. — Тебя надолго нельзя оставлять одного. Тебе просто необходимо как можно скорее жениться.

Альберт выпил вино и сказал:

— Я знаю. Только это наверно может спасти меня…

— Учитесь у Ивана, — сказал Роман. — Он не женат и не парится по этому поводу.

— Это какое-то отклонение в психике. Его надо лечить, — сказал Альберт.

— Ты выглядишь более не здоровым, чем он, — заметил Станислав.

— Как ему одному не скучно? Я не могу понять, — не унимался Альберт.

— А вы знаете, что голливудский красавчик Киану Ривз предпочитает мастурбацию плохому сексу? Он много лет живёт один и вполне доволен своей жизнью, — сказал Роман.

5 глава

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 9
печатная A5
от 929