электронная
5
печатная A5
338
16+
Свободное использование произведений в СМИ

Бесплатный фрагмент - Свободное использование произведений в СМИ

Объем:
222 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-4717-7
электронная
от 5
печатная A5
от 338

Введение

К объектам авторских прав относятся произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения (статья 1259 ГК РФ). Почти все они используются или могут быть использованы в СМИ: литературные произведения и фотографии — опубликованы, музыкальные и аудиовизуальные произведения — переданы в эфир, скульптуры — отражены средствами фотографии и т. д. Список объектов авторских прав открыт, т.е. он значительно шире указанного в статье. К тому же, законом охраняются не только оригинальные произведения, но и производные, т.е. переводы, обработки, аранжировки и т. д. Все эти произведения по общему правилу можно использовать только с разрешения правообладателя. Способы использования перечислены в статье 1270 ГК РФ — от воспроизведения и распространения до переработки и доведения до всеобщего сведения. Но, следуя принципу сочетания интересов автора и общества, в некоторых случаях законодатель разрешает свободное использование произведений, т.е. такое использование, при котором не надо заключать договор с правообладателем (получать согласие и выплачивать вознаграждение); достаточно указания его имени, источника заимствования и соблюдения указанных в законе целей (личные, информационные, научные, учебные, культурные и т.д.). Этому посвящен блок статей — 1273—1279 ГК РФ. Но, как показывает практика, не все правопользователи верно понимают термин «свободное использование», часто смешивая право доступа и право пользования, подменяя одну цель другой, превышая объемы используемых произведений и т. д. Это приводит к конфликтным ситуациям и судебным искам, отрицательно сказывается не только на материальном положении журналистов и редакций, но и на их репутации. Особо остро проблема нарушения авторских прав теми, кто не понимает сути и принципов свободного использования произведений, стоит в интернете. За пять лет (с 1.08. 2013 г. по 1.08. 2018 г.) «в Роскомнадзор поступило 3 702 определения Московского городского суда о принятии предварительных обеспечительных мер, направленных на обеспечение защиты объектов авторских и (или) смежных прав в интернете. Поступило также 8 454 заявления правообладателей в рамках уже имеющихся определений Мосгорсуда. В общей сложности определения Мосгорсуда и заявления правообладателей касались 116 298 сайтов или страниц сайтов».

Авторы монографии, опираясь на выводы, сделанные в предшествующих публикациях, рассматривают проблему свободного использования произведений как в практическом, так и в теоретическом аспектах. С этой целью проанализирована не только судебная практика, но и в очередной раз обращено внимание на такие вопросы как критерии творчества и принципы их выявления, особенности информационных сообщений, допустимые объемы цитирования и т. д. Для анализа нормативных актов и судебных решений авторы пользовались справочной правовой системой «КонсультантПлюс» и интернет-ресурсом «Судебные и нормативные акты РФ». В Приложении приведены примеры решений, постановлений и определений судов разных инстанций (от районного до Конституционного), иллюстрирующие положения монографии о современной практике в области свободного использования произведений.

Глава 1. Критерии творчества в авторском праве

1.1. Подходы к определению критериев творчества

1.2. Выявление критериев творческого вклада в произведение

Вопрос о критериях творчества в авторском праве применительно к произведениям журналистов имеет большое значение, поскольку практически всегда решение о том, охраняется ли произведение авторским правом, принимается на основании того, является ли оно плодом творческого труда, или нет. Это естественно: главным условием охраны произведения авторским правом российское законодательство считает творческий вклад, внесенный в него автором.

Этот вклад являлся одним из важнейших оснований возникновения и защиты авторских прав в законе об авторском праве и смежных правах, является таковым и в ныне действующей IV части Гражданского кодекса РФ. Есть творческий вклад — следовательно, есть и основания говорить о защите произведения авторским правом, нет творческого вклада — значит, произведение не более чем результат технической работы, на который авторское право не распространяется.

Вместе с тем, как отмечалось выше, в современном законодательстве, а именно в IV части Гражданского кодекса, а также законах, утративших силу, законодатель, ссылаясь на творческий вклад как на необходимое условие возникновения авторских прав, четких критериев и определений творчества не дает. Поэтому мы рассмотрим уже существующие подходы к определению критериев творчества в авторском праве, а также попытаемся предложить новые, с учетом нововведений в законодательство об интеллектуальной собственности.

Точное понимание признаков творчества и умение отделить творческую работу от нетворческой, технической имеет практическое значение. Не имея критериев творчества, приглашенные для участия в судебном заседании эксперты не будут иметь возможности вынести заключение о степени творческого вклада автора в созданное им произведение, судья — вынести на основе этого заключения решение о наличии или отсутствии авторских прав на произведение. Без четких критериев творчества невозможно решение в судебном или ином порядке споров об авторстве произведения, наличии плагиата.

Именно поэтому необходимо детально рассмотреть творчество с точки зрения авторского права — определить критерии, которые давали бы возможность выявить наличие творческого вклада автора в произведение, что в дальнейшем позволило бы вынести однозначное суждение о том, защищено ли оно авторским правом.

Это позволит избежать судебных разбирательств между правообладателями произведений и теми, кто воспользовался их интеллектуальной собственностью. Знание точных критериев творчества даст понять, к примеру, журналисту, что произведение, которое он собирается использовать для написания своей собственной статьи, охраняется авторским правом и не может быть заимствовано в той форме, в которой представлено, без согласия автора. Следовательно, перед ним встанет выбор: либо с согласия автора менять форму исходного произведения, либо создавать новую форму, либо вовсе отказаться от использования плода чужого творчества.

С другой стороны, определенность с критериями творчества позволит избежать ситуации, когда истец заявляет авторские права на произведение необоснованно, считая его плодом своего творчества, хотя никакой творческой составляющей в нем нет. И, разумеется, работа судов будет гораздо проще и быстрее, когда судьи получат в свое распоряжение точные способы определения наличия творческого вклада в оспариваемое произведение.

1.1. Подходы к определению критериев творчества

Проблеме творчества в авторском праве уделяли большое внимание такие исследователи, как М. В. Гордон, Н. А. Райгородский, В. И. Серебровский и многие другие. Однако крупные самостоятельные работы на эту тему были опубликованы лишь В. Я. Ионасом. После этого обширных фундаментальных изданий по данной тематике не выпускалось, а проблема творчества в авторском праве применительно к IV части Гражданского кодекса рассматривается лишь в комментариях к нему Э. П. Гавриловым и отчасти В. А. Хохловым в учебнике «Авторское право: Законодательство, теория, практика».

Если рассматривать уже существующие подходы к критериям творчества в авторском праве, то можно выявить некоторые расхождения во взглядах на эту проблему в советский период и сейчас. Долгое время в советской цивилистике под творчеством понималась совокупность формальных признаков, наличие которых давало бы возможность говорить о творческом вкладе автора в произведение. Такой подход обуславливался тем, что в соответствии с ч. 1 ст. 475 ГК РСФСР, авторское право распространялось «на произведения… выраженные в какой-либо объективной форме, позволяющей воспроизводить результат творческой деятельности автора».

Как следствие, критерием творчества признавались не творческие усилия автора при создании произведения, а элементы произведения, которые были его объективным выражением. Соответственно, если в произведении не было элементов, объективно выражающих результат творческой деятельности, то произведение не признавалось результатом творческой деятельности и не подлежало правовой охране.

В частности, В. Я. Ионас к юридически значимым структурным элементам произведения, наличие которых позволяло бы говорить о творческой составляющей, относил систему образов и язык произведения, в то время как тема, сюжетное ядро и идейное содержание не являются, по его мнению, существенно важными для определения творческой составляющей.

Кроме того, В. Я. Ионас в своих исследованиях представлял процесс творчества «продуктивным мышлением», то есть воспроизводством «неготовых» мыслей без применения правил логики. На этом основании он различал «творческие произведения», являющиеся результатом продуктивного мышления и «произведения нетворческие», созданные путем воспроизведения готовых мыслей по правилам логики. К последним можно отнести сборник стихов, составленный по принципу хронологии, составитель которого будет руководствоваться лишь формальными принципами, а именно временем написания стихотворений.

Поскольку результат работы, проделанной на основании логических законов, может быть предсказуем, а воспроизводство «неготовых» мыслей предполагает неизвестность полученного результата, В. Я. Ионас предложил понятие «новизны» творчества.

В соответствии с ним, критерием творчества является не просто сам факт создания произведения, но и привнесение в него автором чего-то нового, оригинального, чего не существовало ранее. При этом В. Я. Ионас различал субъективную и объективную новизну. В первом случае он подразумевал неизвестность будущего результата для самого автора, во втором — не только для автора, но и для остальных лиц. Таким образом, с точки зрения В. Я. Ионаса, творческим произведением возможно считать только такое, результат которого заранее не известен не только третьим лицам, но и самому автору и которое имеет оригинальные систему образов и язык произведения.

О признаках новизны произведения и его объективной формы выражения писали также другие советские юристы. «Новизна — необходимый элемент всякой творческой деятельности: она может выразиться в новом содержании, новой форме произведения, в новой идее, новой научной концепции», — считал В. И. Серебровский. В этом его поддерживал и И. А. Грингольц, который определял творчество как «интеллектуальную работу, направленную на создание нового». А. В. Брушилинский называл творческим тот процесс, при котором «человек создает, открывает что-то новое». Л. Аврамов и В. Таджер писали, что «именно в новизне и общественной полезности есть творчество».

Весьма полное и конкретное определение критерия творчества дал также С. И. Иоффе, который видел творчество «как интеллектуальную деятельность, завершающуюся производящим актом, в результате которого появляются новые понятия, образы и (или) формы их воплощения, представляющие собой идеальное отражение объективной действительности».

В. И. Серебровский также отмечал: «Другим признаком произведения — объекта авторского права является объективная форма выражения, позволяющая воспроизводить это произведение… Объектом авторского права является продукт творческой деятельности автора, выраженный в известной конкретной форме, доступной для воспроизведения другими людьми. Пока мысль автора не получила определенного внешнего выражения — объективной формы, нет объекта авторского права». Характеризуя творчество в целом, В. И. Серебровский писал: «Творчество — это сознательный и в большинстве случаев весьма трудоемкий процесс, имеющий своей целью достижение определенного результата».

Однако, несмотря на все вышеперечисленные походы, единого мнения по поводу рассматриваемой проблемы не сложилось. Кроме того, во многих случаях исследования критериев творчества в авторском праве носят теоретический характер, результаты существующих исследований не используются применительно именно к периодической печати. Исследователи рассматривают вопрос лишь с юридической точки зрения, не учитывая жанровых особенностей произведений журналистов печатных СМИ, способов их создания.

Возникает вопрос: почему не предложено четких критериев творчества? По нашему мнению, причина в том, что природа права и творчества различны. Ведь первое предполагает жесткие рамки применения, точно обозначенные границы прав и обязанностей. Второе же предельно свободно по своей сути, не подпадает под четкие нормативы.

«При утверждении значимости творчества для объектов авторского права исследователю рано или поздно приходится встречаться с толкованием понятия творчества на поле правовой науки. Изучать же творчество вне сферы психологического знания очень сложно (если вообще возможно). Понятие творчества в настоящее время только разрабатывается психологией, и эта работа далека от завершения. Как субъективный процесс творчество остается малоизученным явлением», — отмечают и исследователи Р. Мерзликина и А. Юмашев.

«Процесс творчества — всегда естественный процесс, и в известном смысле он неуправляем так же, как обычное поведение людей. Следовательно, нормы права не могут воздействовать на само создание авторских произведений… Другая сложность состоит в известной внутренней противоречивости права и творчества. Право как регулятор в его классическом понимании предполагает создание жестких установок, означает заданность действий, а творчество характеризуется спонтанностью и внутренней неупорядоченностью», — также считает В. А. Хохлов.

Исходя из этого, можно констатировать, что юристы практически всегда встают перед неразрешимой задачей: с одной стороны, лишь результат предполагает наличие авторских прав на произведение, с другой — определить, зафиксировать и юридически доказать, обосновать факт творчества при работе индивида практически невозможно. И, по нашему мнению, остается лишь три возможных подхода: отрицать творческую составляющую как необходимое условие возникновения авторских прав, считать любую деятельность творческой или судить о творческом вкладе автора по результатам его работы. Что касается первого подхода, то, хотя имеется значительное число его сторонников, говорить о реальности его применения не приходится в силу того, что он противоречит существующему законодательству.

Именно поэтому, очевидно, в последнее время наметилась тенденция о признании творческой составляющей а priori. Это не касается тех произведений, которые указаны в п. 6 ст. 1259 ГК РФ как не являющиеся объектами авторского права, а именно «сообщений о событиях и фактах, имеющих исключительно информационный характер».

Так, В. А. Хохлов считает любую деятельность творческой: он отмечает, что объекты авторского права являются результатами деятельности мозга, который способен производить только нематериальные, ранее отсутствующие в действительности объекты и потому считает любую деятельность автора творческой. С его точки зрения любой автор обладает своеобразной «презумпцией невиновности»; он, в частности, отмечает, что «авторское право в рамках права интеллектуальной собственности обладает существенными особенностями. Так, объекты авторских правоотношений представляют собой результаты творчества в их, вероятно, максимально полном виде. Дело в том, что именно они всегда и безусловно являются результатами деятельности мозга (его серой коры), который способен производить только нематериальные объекты, ранее отсутствовавшие в действительности, поэтому можно говорить, что деятельность автора всегда есть творческая деятельность. Для людей как особых живых существ органично присуще творческое начало. Творчество — это создание авторских образов, характеризующихся неповторимостью, уникальностью, новизной». «С точки зрения задач правового регулирования вовсе не требуется устанавливать степень напряжения мысли и неординарность подходов автора в процессе создания полученного результата. Достаточно, если имеется возможность, квалифицировать итог как связанный с индивидуальностью автора, поэтому на практике творческий характер всех произведений, созданных лично автором (авторами), презюмируется, предполагается имеющимся, пока не доказано иное», — добавляет он.

Подобного мнения придерживается и Э. П. Гаврилов, который, комментируя статью 1228 IV части Гражданского кодекса, отмечает, что в первом абзаце п.1 указывается, что «у РИД (результата интеллектуальной деятельности — авт.) имеется автор. Им признается гражданин, т.е. физическое лицо, творческим трудом которого создан такой результат. Таким образом, „творческий труд“ и „интеллектуальная собственность“ употребляются в данной норме как синонимы».

Предпринимаются также попытки законодательно закрепить уже фактически сложившуюся тенденцию признавать творческий вклад автора в произведение изначально. К примеру, 28 апреля 2007 года правительством был утвержден перечень профессий и должностей творческих работников, и среди этих профессий указаны «корреспондент», «редактор». То есть изначально признается творческой работа не только отдельно взятой личности, но и творческий характер отдельно взятой профессии.

22 апреля 2009 г., было опубликовано постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года №5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». В нем, в частности, указывается, что «при анализе вопроса о том, является ли конкретный результат объектом авторского права, судам следует учитывать, что по смыслу статей 1228, 1257 и 1259 ГК РФ в их взаимосвязи таковым является только тот результат, который создан творческим трудом. При этом надлежит иметь в виду, что пока не доказано иное, результаты интеллектуальной деятельности предполагаются созданными творческим трудом. Необходимо также учитывать, что само по себе отсутствие новизны, уникальности и (или) оригинальности результата интеллектуальной деятельности не может свидетельствовать о том, что такой результат создан не творческим трудом и, следовательно, не является объектом авторского права».

По нашему мнению, это постановление значительно улучшает положение (с точки зрения юридической защиты) прежде всего автора — из документа следует, что его творческий вклад предполагается изначально и не нуждается в доказательстве; также не требуется привнесения в создаваемое произведение новизны, уникальности как признаков творческого вклада. Это, без сомнения, во многом облегчит разрешение споров об авторстве: теперь автору не придется доказывать творческий характер произведения и, соответственно, свои авторские права на него — их наличие будет предполагаться изначально. При этом оппонентам автора в суде теперь придется доказывать, что творчества в произведении нет, а значит — нет и прав авторства.

Однако в данном случае Верховный суд РФ и Высший арбитражный суд РФ своим постановлением самого вопроса не решили — ведь критериев творчества так и не дано. Просто теперь доказывать свою правоту придется не автору, а тому, кто использовал его интеллектуальную собственность. Но вопрос определения критериев творчества остается не снятым. Поэтому приходится рассматривать объективные результаты труда журналиста (в виде его статьей, интервью, новостных заметок) и пытаться выявить в них творческий вклад, который он привнес при их создании.

У этого подхода есть критики и противники. Например, о его необходимости пишет В. А. Хохлов: «Целесообразно различать творческий подход к делу, наличие признаков творчества в процессе деятельности и признак творчества в полученном результате; для определения какого-либо произведения творческим важно, конечно же, последнее»; «обращение же к внешнему оформлению произведения для создания правового режима — шаг вынужденный. Увы — непосредственная действительность мысли — это язык. Подобное обстоятельство следует учитывать во всех тех случаях, когда обсуждается вопрос о значении формы и существа авторского произведения».

Как показывает практика, именно такой подход используют суды, за неимением любого другого. В качестве примера можно привести дело по иску ЗАО «Аргументы и факты» к ООО «Издательский дом „Сегодняшняя газета“» о взыскании 100 000 рублей за нарушение авторских прав. Суть многократно рассматривавшегося в разных инстанциях дела в том, что в газете «Сегодняшняя газета» в 2002 году были опубликованы статьи, перепечатанные из газеты «Аргументы и факты», а именно — «Церковь сою не одобряет», «Юмашевы отделяются», «В дозоре у ночного горшка», «Болеем за свой счет».

Ответчик иск не признал, мотивируя это тем, что «статьи не являются результатом творческой деятельности истца, поскольку не содержат отличительные признаки объектов авторского права: новизну, творчество, оригинальность (уникальность, неповторимость) произведения, а напротив, представляют простое, механическое, нетворческое переложение событий и фактов». По убеждению ответчика данные материалы — это разъяснения специалистов и должностных лиц. «Церковь сою не одобряет» — это ответ священника Московской патриархии отца Антония на вопрос читателя; материал «В дозоре у ночного горшка» содержит комментарий специалиста по вопросу альтернативной службы; «Юмашевы отделяются» — сообщение о событии, факте и т. д.

Назначенная филологическая экспертиза произведений пришла к заключению, что «проанализированные тексты исполнены в рамках информационного жанра; основаны на общедоступных фактах, в основании которых лежат закон, реклама либо слухи, и поэтому имеют сугубо информационное содержание; ни один из авторов опубликованных вопросов и ответов, из которых состоит каждый анализируемый текст, не претендует на их оригинальность либо творческий характер; ни одна из четырех публикаций не является творческой ни с содержательной, ни с языковой точки зрения, в них отсутствуют образные обороты и фигуры речи. Сами тексты являются образцами средне-литературного стиля; все четыре газетные публикации относятся к речевой сфере СМИ, реализуются в стандартном для нее информационном режиме „вопрос-ответ“ и ни в коем случае не являются творческими произведениями. Их содержание представляет собой изложение событий и фактов, в основе которых — пересказ законодательных актов, рекламная информация либо массовые слухи. Нетворческий характер текстов доказывается и усиливается не только на речевом, но и на языком уровне. Все заметки имеют сугубо стандартный языковой облик, выполнены в рамках средне-литературного стиля, характеризуется отсутствием образных, метафорических и метонимических оборотов, оригинальных приемов речи и, наоборот, насыщены штампами и клише во многом канцелярской природы».

Учитывая это, суд пришел к выводу, что спорные публикации имеют нетворческий характер, представляют собою изложение событий и фактов и потому не могут быть отнесены к объектам авторского права. В результате было принято решение, что исковые требования ЗАО «АиФ» о взыскании компенсации за нарушение принадлежащих ему авторских прав являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Как видим, суд в данном случае выносил решение, основываясь на исследованиях результатов труда журналистов. Стоит также отметить, что это дело разбиралось Арбитражным судом Красноярского края в 2005 году, до вступления в силу IV части ГК РФ и постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года. Не исключено, что сейчас суд сделал бы иной вывод.

До принятия данного постановления вопрос о выявлении творческой составляющей произведения решался и в Федеральном арбитражном суде Волго-Вятского округа, о чем свидетельствует постановление этого суда от 17 февраля 2009 года ООО «ДИ-ЛИТО» предъявило иск к ООО «Издательство „Парсек-НН“» о взыскании 654 000 рублей за нарушение авторских прав на произведение (фотографию «Государственный банк»). Фрагмент этой фотографии издательство без разрешения правообладателя опубликовало в справочнике «Путеводитель по Нижнему Новгороду 2003. Где эта улица, где этот дом, где…»

Издательство обратилось с кассационной жалобой, прося отменить ранее вынесенные решение и постановление (о взыскании 200 000 рублей компенсации; суд снизил ее с учетом характера правонарушения и степени вины правонарушителя), т.к., по его мнению, фотографическое произведение не является результатом творческой деятельности, следовательно, не является и объектом авторского права. Окружной суд, как и предшествующие, пришел к выводу, что фотоснимок подпадает под охрану закона, поскольку получен в результате творческой деятельности автора, выразившейся в выборе оригинальной композиции, ракурса, игры света и тени. При этом было отмечено, что закон в качестве объекта авторских прав предусматривает и фотографические произведения, а авторское право распространяется на произведения, являющиеся результатом творческой деятельности, независимо от назначения, достоинства и способа его выражения. В результате окружной арбитражный суд постановил ранее принятые судами решение и постановление оставить без изменения, а кассационную жалобу — без удовлетворения.

Однако у такого подхода имеются и противники. К примеру, Р. А. Мерзликина называет определение критериев творчества по результату работы автора «позицией скрытой критики творчества как признака объектов авторского права». «Эта позиция включает в себя разнообразные взгляды на рассматриваемую проблему, объединенные одной особенностью: творчество признается обязательным признаком объекта авторского права, но благодаря неоправданной „объективации“ субъективного процесса творчества оно подменяется иными, более устойчивыми и объективно выраженными признаками. Такое решение создает иллюзию „золотой середины“: без противоречия нормам права формулируются объективные признаки объекта авторского права, которые условно признаются тождественными признаку творчества. Позиции скрытой критики свойственен плюрализм подходов: исследователи по-разному обосновывают свои предложения по замене признака творчества иным признаком, предлагают различные альтернативные признаки», — пишет она.

В итоге творчество неразрывно связывается с результатом творческой деятельности, вплоть до смешения этих понятий. Законодатель же не ограничивается признаком оригинальности результата, но подразумевает под результатом творчества не просто создание нового, а создание нового именно интеллектуальными усилиями человека, т. е. само творчество рассматривается как психологический процесс.

На основании этого Р. А. Мерзликина делает вывод: «позиция скрытой критики признака творчества содержит в себе неразрешимое противоречие, поскольку слишком расширенно трактует понятие творчества, допуская подмену понятий. Попытка „упростить“ и „объективировать“ понятие творчества приводит к неверному толкованию закона и, как следствие, к проблемам в правоприменении».

Вместе с тем, критикуя определение творческой составляющей по результату творческого труда, Р. А. Мерзликина признает, что «любая творческая деятельность как процесс протекает в сознании индивида, если индивид обладает способностями к такой деятельности, что делает крайне сложным его изучение. Единственный элемент творчества, который достаточно легко зафиксировать и изучить, — это его проявление в оригинальном результате».

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 5
печатная A5
от 338