электронная
180
печатная A5
288
12+
Свободная Конура или Купол Свободы?

Бесплатный фрагмент - Свободная Конура или Купол Свободы?

Объем:
38 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-2293-8
электронная
от 180
печатная A5
от 288

1. Идентификация Свободы

Со всеми прелестями свободы соприкасается буквально каждый из нас от самого рождения, с первым взором сначала в стены и потолок и последующим обозрением масштабов свободы до безграничного неба — ввысь, вдаль и вширь. Но это свобода — вселенская и всеобщая, завораживающая и манящая, но не очень доступная из-за воздействия на тело человека известных вселенских сил гравитации. И только мысленно (виртуально) можно представлять себя в любой точке пространства — легко освобождаясь от всяких тяжеловесных параметров и физических законов.

Именно потому такая свобода именуется абстрактной, т.е. отвлечённой от реального земного бытия. И тем не менее, (опять же мысленно) — виртуальная свобода остаётся на всю жизнь обнадёживающей мечтой её обретения, с прочно укоренившейся стереотипной установкой, согласно которой чем больше свободы, начиная прежде всего со свободы мысли — тем она больше способствует росту и развитию человека и общества людей.

Но ведь если бы свободные потоки были только чистыми — их не ограничивали бы возведением очистных сооружений. И домострой не чья-либо прихоть, а старание сохранить фундаментальные принципы, без которых физически невозможно обеспечить существование и непрерывное продолжение человечества — иначе как через слияние диалектически противоположных полов в традиционные семьи и общества, с властью и государством для регулирования и защиты самых различных интересов.

Но тогда спрашивается — кто и какой свободной бредовой мыслью сварганил правовые нормы и принципы, если подобная свобода убеждений уже попустительствовала зарождению «красного» и «коричневого» радикализма и эта тенденция продолжается и по сей день? Кто пустил по всему миру свободу человека от общества, от национальных властей и государств, а обществ от Союзов? И рекомендует детям быть свободными от родителей, ученикам от учителей, жёнам от мужей (и наоборот), а мужскому полу от женского, вплоть до полной утери половой ориентации?

Кто переиначил свободу слова — в свободу оскорблений и унижений, легализовал свободу поступков на те, что разрешены законами, и те, что категорически запрещены, будучи ещё не вытянутыми из темноты подполья? Довёл секс до откровенной скотской порнографии, с мощной индустрией искусственной иммитации наслаждений?

В чём смысл частного права — в охране отношений с уважением человеческого достоинства или в неприкосновенности ко всему, что под ним творится ужасного? Кто взбудоражил весь мир либеральной деструктивной оппозицией именно такого толка — требующей с пеной у рта и оружием в руках, по сути — категорического распада рода человеческого и его деградации к обезьяньему стаду?

Это ли не преступление перед человечеством — завуалированное под цивилизацию?

Весь мир поставлен перед дилеммой — либо приветствовать свободу вместе со свободными злоупотреблениями и массовыми нескончаемыми жертвами и ущербами. Либо предусмотрительно и дальновидно, но всё же ставить ограничения, преграждая путь жертвам и ущербам — вплоть до максимального спада злоупотреблений свободой!

По нормальной (незамутнённой) логике — именно тогда общество становится свободным. Но какой же логикой владеют отечественные Институты мировых проблем? В чём их аргументация свободой и за какую именно принялись сами радеть, равнодушно взирая сверху вниз — как реальная свобода вместе с правам обретается по миру в строгом соответствии с размерами персонального капитала?

2. Кому и почему свободы маловато?

Наверное, существуют в природе законы, никак не зависимые от воли людей. Например — объективный закон общественного развития. Но тогда остаётся выяснить — по чьей воле для одних он служит альтернативой капиталистической, а другие в социализм тянут? А ларчик просто открывается.

Если бы те законы опускались на общество людей сами по себе, да ещё и на высший уровень национального менталитета, готового один к одному понимать и претворять его требования в практику — проблем бы не было. На самом деле именно реализация любых законов поступает в полную зависимость от самих людей, в точном соответствии с их уровнями развития — от высших талантов до минимально необходимых на ординарном труде.

Тогда, конечно же — для того чтобы не останавливаться в развитии, талантам требуется больше свободы и самостоятельности. И это совершенно естественно. Но точно также совершенно естественно для людей с ординарными способностями выживать и развиваться до тех талантов — в коллективной форме, и, значит, с централизованым регулированием и защитой различных интересов. А именно это воспринимается талантами как принудительное ограничение свободы государством.

Однако, настаивая на всеобщем освобождении труда — таланты добиваются вовсе не свободы, а всего лишь навсего тривиального переподчинения от регламента централизованного государственного — регламенту частному.

Возможно и более талантливому, что вполне бы отвечало идее общего развития. Если бы не ещё одна и самая важная черта менталитета, решающая, чему отдавать талантливое предпочтение — идее общего развития или себе любимому? Дабы продолжать отрываться от общества по свободе и самостоятельности, щедро сдабриваемых трудом и обслугой всех остальных, менее талантливых.

Но, впрочем, странно не только это. Странно — по чьей воле сочинён закон, согласно которому власть, проходящая через горнило скрупулёзного общественного электорального отбора, должна априори считаться куда как менее талантливой, чем частный работодатель, избираемый количеством банкнот, которые, как известно, ничем не пахнут?

3. Мысли про свободу мысли

А самая первая мысль про то, какому умнику пришла в голову идея подвергать сомнению свободу мысли и множества мысленных конструкций в голове, которые никем не слышимы и не видимы? Наоборот, как скрытый от всех естественным порядком внутренний процесс — они изначально свободны, горазды на тврчество в меру способностей, и это просто великолепно, когда большое разнообразие хороших свободных мыслей.

Тут совсем другая проблема — если никому не слышны и не видимы, то как между собой общаться? А у людей нет иных способов, как публичное самовыражение собственных мыслей через мимику, жесты, слова и поступки, которые становятся и слышимыми и видимыми для других. Значит, инакомыслящий — это не тот, кто имеет собственные мысли, отличные от мыслей других людей, а тот, кто их выражает словами и поступками, отличными от норм морали, записанных в Законах. А в том и дело, что в свободных вариантах — они могут равно быть и истеричными, и хаотично-беспорядочными, и опасно-непредсказуемыми, и преступными.

И тогда везде, где отсутствует волевой самоконтроль и личная ответственность — наступает ответственность общественная, на полном и свободном праве защиты чести и достоинства, прав и свобод каждого гражданина. Это же школьная азбука обществоведения!

Значит, если оппозиционное и любое другое политическое убеждение преследуется, то не за мысленную конструкцию, а за то — какими словами и поступками оно выражается публично. А ещё значит, что очень плохое то убеждение, которое выражается плохими словами и поступками.

Таким образом, и — на основании свободной мысли, вместо желаемой абсолютной свободы всего, чего хочешь — мы имеем реальную (вплоть до физической) борьбу свободы слова и поступков со свободой защиты от иных слов и поступков. Так было, так будет и, очевидно, абсолютная свобода наступает там, где прекращается всякое живое движение по достижении вечного блаженства. А это уже — к Церкви.

Но как понять международную норму права, по которой политическое убеждение не подлежит преследованию, даже если оно выражается оскорбительными словами и уголовными деяниями?

Свободная мысль подсказывает, что придумана эта норма с явным намерением международной политической надстройки над властью — оставлять безнаказанными откровенно уголовные и родственные с ними деяния во власти и вокруг власти. И так будет до тех пор, пока отношения между обществом и властью не начнут оформляться юридическими договорными санкциями за невыполнение предвыборных клятв и заверений, с прекращением обмена мандатов — на голую веру на-слово.

Иначе международный лохотрон на вере на-слово никогда не прекратится — ведь речь не о бытовом гражданском общении, а о свободном обмене словесных заверений на властные полномочия по распоряжению природными богатствами, денежными потоками и самими судьбами людей и государства.

А по этому поводу, похоже — свободных мыслей и не слышно и не видно!

4. Вникая в суть Свободы

Сколько ни стараться — никак не выходит смириться с унижением российского народа и страны за 20 век, совершёном снобистски, нагло и цинично, с применением невиданного в мировой практике приёма, в котором оценка российских событий первой половины 20 века была проведена с позиции международных норм и принципов права, которые заработали лишь во второй его половине. А именно в свете этих норм — российская освободительная революция большевиков и её последствия, сами собой вырисовывались не иначе, как варварскими.

И это несмотря на то, что всему миру было известно, как ещё за полвека до освободительной революции в России, в самой цитадели свободной цивилизации США — состоялась кровопролитная внутригражданская 5 — летняя бойня между Севером и Югом за свободу от цветного рабства.

С позиции господ-рабовладельцев — это действительно было катастрофой для их образа жизни, их культуры, их традиций и с многочисленными человеческими жертвами. Но с позиции бывших рабов — победа в ней стала началом свободы для нового образа жизни, культуры и традиций.

И если бы первое лицо Империи Российской, точно также, как и в США — само признало необходимость и организовало завершение освободительного процесса от господско-крепостного барства за счёт народа — не потребовалось бы никакого политического подполья и все жертвы одинаково почитались во имя свободной Великой России.

Американской Статуе Свободы — весь мир и по сей день рукоплещет. Российских освободителей — не знают, как бы побыстрее убрать с глаз долой и из сердца вон. И наверное не надо гадать — кому революционеры и по сей день свои, а кому остались ненавистны вместе с памятниками.

Но кто же и зачем подменил свободу от рабской зависимости, от темноты (во всех смыслах), от нищеты, бомжества и сиротства — правами на свободу детей от родителей, учеников от педагогов, а мужчин от женщин и личности, как гражданина — от общества, от избираемой им власти, от своего государства? Очевидно, если учесть, что документов о нераспространении оружия идеологического ещё никто не подписывал и конкурентная состязательность за первенство продолжается — тем, кто решил избавляться от конкурентов их внутренним самораспадом.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 288