электронная
180
печатная A5
561
18+
Стражи сновидений

Бесплатный фрагмент - Стражи сновидений

Книга первая

Объем:
68 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-9595-5
электронная
от 180
печатная A5
от 561

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Стражи сновидений

С особой

благодарностью

моему «энерго-

информационному

бенефактору» и

вдохновителю

В. Зеланду!

А ВАМ, дорогие Читатели —

приятных сновидений…

Вернее, приятного ВАМ

освобождения от сновидений!

Вступление

Кто вы такие в своём сновидении на самом деле? Что вы там делаете? Как проснуться от навязчивого сценария сновидения, чтобы он не проникал в вашу реальную жизнь? Ответы на подобные вопросы можно найти, пройдя сквозь неумолимые законы Бесконечности — «Стражи сновидений». Они охраняют доступ к вершинам вашего осознания. На сей раз мы попытаемся освободить кое-что ещё более неосвобождаемое в «Архиве Вечности» — ваше сновидение. Будьте не готовы ни к чему…

I. Стражи сновидений

У границ сновидения

Я совсем не заметил, как здесь очутился…

Сначала я увидел белый свет. Он окутал буквально всё пространство вокруг. Всего несколько коротких мгновений пролетели бесконечно быстро, причём так долго, что я даже не смог опомниться и вразумить, что именно это было. Мне больше ничего не оставалось, как просто прищуриться и двигаться вперёд, уже больше полагаясь на свои чувства, нежели чем на глаза.

Ничего другого я не мог видеть, кроме этой белой пелены — опять же непонятно чего: света, снега или тумана. Это одновременно было всё и сразу — и свет, и снег, и туман. И в то же время эта картина перед моими глазами была ничем — ни тем, ни другим, и ни третьим — ни светом, ни снегом, ни даже туманом…

Затем, сразу после этой кратковременной потери памяти, я очень ясно ощутил физически прикосновение к себе, к своему телу. То был гигантский лист лопуха. Этакий «проказник», щекотавший мою кожу. Ему даже удалось вызвать у меня «мурашки». Я слегка передёрнулся и чуток скукожился от еле ощутимого холодка, прошедшего по всему телу. Как вскоре я заметил, то был ни один лист, а целая полянка таких «проказников» и «проказниц», спрятанных под большими деревьями. Видимо, так они укрывались от яркого солнца, которое немногим живущим здесь растениям оставляло надежду на «долгое» завтра.

Наконец, я миновал «укромную» поляну лопухов, пробрался по узкой тропинке, также прикрытой деревьями, и вышел на знакомую проторенную дорожку. Именно по ней мы всегда ходили на свою маленькую, но очень милую дачку. Там у нас был приличный огород. И где мне особо нравилось «крутиться» под большой яблоней и рядом с тремя пышными кустами крыжовника. На эту часть огорода падал солнечный свет, но довольно «щадящий» — не было слишком жарко и не было слишком холодно. Может быть, поэтому это было моё любимое место — моё «пятно», где мне было по-своему хорошо, уютно и приятно находиться, пока остальные из моего семейства — пеклись под открытым солнцем, ковыряясь в грядках.

Я услышал голоса своих родных. Мои бабушка и дедушка звали меня — точнее, «подтягивали» за собой, чтобы я не отставал от них. Мы всем семейством шли как раз по той самой знакомой мне тропинке на свою дачу. А бабушка то и дело прикрикивала на меня, давая мне таким образом понять, чтобы я не стоял на месте, как маленький куст, а шёл за всеми остальными. И шёл цепью, один за другим. И чтобы шёл очень осторожно. Потому что эта самая тропинка была довольно узкая, и одно неосторожное движение могло стоить тебе здоровья, а то и жизни. Ведь именно на этой узкой тропинке погибло немало таких неосторожных и неуклюжих сонных мух, как я. Всё дело в том, что внизу был крутой спуск, который вёл к огромному водному каналу. Вода была там не стоячей, а проточной. И поток этой воды был не слабый, а довольно таки мощный. Каждый неуклюжий поросёнок, что ненароком свалится в воду — будет унесён быстрым и мощным течением реки. А после придётся вылавливать уже не самого поросёнка, а только его останки, потому как где-то по пути были установлены то ли огромные сваи, то ли какие-то решётки, чтобы «фильтровать» мусор, чтобы он позже не попадал в открытое водное пространство и не загрязнял собою водоём, не губил в нём всякую живность.

И как мне постоянно рассказывали, вернее — пугали, — немало таких вот неуклюжих поросят вроде меня уже успели утонуть именно в этом водоканале.

Кто-то из незадачливых «хрюнделей» просто пошёл ко дну и потом захлебнулся, кто-то разбился от удара об сваи или решётку, и только после этого удара пошёл ко дну. А некоторые из них вообще не дожили до своего «прикосновения» к воде — ибо разбили головы об бетонные плиты, что служили спуском для смелых рыбаков, что осторожно спускались вниз, к каналу — в надежде поудить рыбку. Хотя какую там рыбку было можно выудить? Ведь быстрое течение воды — не позволит даже рыбке зацепиться за самого вкусного червячка на крючке.

Но это было не так важно. Другое имело значение — как меленькие дети, так и взрослые люди по своей неуклюжести или по элементарной неосторожности сваливались в воду и погибали. Конечно не все — кому-то удавалось и выплыть, оставшись в живых. Но чаще всего результаты подобного падения всё-таки были плачевными, и особо фатальными — в случае с маленькими детьми — поросятами.

И вот таким маленьким поросёнком как раз и был я сам. И, думаю, именно поэтому моя бабушка всё время приговаривала мне, да прикрикивала — чтобы я был осторожнее, и чтобы не останавливался и не раскрывал «варежку» по сторонам, а смотрел под ноги и держался как можно дальше от края узкой тропинки. Ведь в противном случае — «прыжок в бездну», не иначе. Причём без моего ярого на то желания.

Таким образом, благодаря моей бабушке и её заботе обо мне — пусть и в такой не всегда миловидной форме — я избежал «падения в пропасть». И не один раз. А избегал его постоянно. Каждый раз, как мы ходили на свою дачу по этой тропинке…

Но однажды мне вдруг почему-то захотелось, причём очень сильно захотелось спрыгнуть с этой узкой тропинки прямо вниз, в поток воды.

И захотелось ощутить, испытать — что же будет дальше. Правда ли я погибну, или всё-таки выживу? Мне интуитивно хотелось узнать всю «правду» об этих «пугающих» историях, переданных в моё сознание бабушкой. А скорее не просто переданных, а — прописанных и заселённых. Мне хотелось «разгадать» тайну этих историй, просто убедившись на своём личном опыте — через явственные телесные ощущения. Как бы проверить — насколько «правдивы» те слова, что я слышал не только от бабушки, но и от других взрослых о каких-либо опасностях, поджидающих меня, да и других таких же маленьких поросят.

Конечно, я прекрасно понимал, что спрыгнув однажды с тропинки в воду — тем самым доставлю массу проблем и себе и своей семье. И я прекрасно осознавал, что, во всяком случае, мне будет больно. Но и при этом жутко хотелось проверить — погибну ли я, или всё-таки выживу. Вот в чём состояло моё тайное желание неосознанного поросёнка. Ясное дело, что никому такие хлопоты не нужны. Да я и сам умом-то понимал, что мне они тоже ни к чему. Но внутри постоянно что-то «сверлило», будто специально подстрекая на совершение «прыжка в бездну».

И всякий раз, как я ходил на дачу по той самой «смертельной» тропинке — с одной стороны, у меня было чёткое понимание, что я должен быть осторожен, когда прохожу по ней, если вообще хочу жить. А с другой стороны — буквально на несколько секунд у меня включалось моё тайное желание — проверить, что будет, если я всё-таки спрыгну в воду, и выживу ли в результате.

Как видите, здравый разум занял лидирующую позицию. Но он так поступал лишь потому, что именно мудрая бабушка, как некий «стабилизирующий фактор», — первоначально оказал благотворное воздействие на моё, тогда ещё «неоперившееся», сознание. Так было, потому что бабушка, как «фаворит» семейного маятника, имела определённое влияние на всех членов семьи, включая меня. И влияла она на других элементов семьи, разумеется, не только строгостью и властью, но и человеческой заботой, добротой и любовью. Именно поэтому мне, как послушному и благодарному поросёнку, пусть даже и неосознанному, не хотелось разочаровывать бабушку. Ведь я, пусть даже и смутно и не всегда, но понимал, что она заботится обо мне, как «Заботливый Мир» из известной в Трансерфинге «техники амальгамы».

В противном случае, если бы моя бабушка была какой-нибудь деградирующей пьянчугой, которой было бы всё безразлично, — я бы погиб. И если бы она наглядно и чуть даже устрашающе не объяснила мне этот «принцип действия» законов материального мира (мол — «повредишься, если сделаешь то-то и то-то, и останешься целым и невредимым, если…»), тогда мне бы сейчас не пришлось писать эти строки. И в этом отношении, мне повезло с бабушкой, как бы я раньше ни думал.

Прыжок в бесконечность

Но всё же само желание прыгнуть с большой высоты в воду и проверить, что будет со мною дальше — оставалось. Оно было. Пусть и в пассивной форме. Но думаю, оно просто «затаилось». Так как иногда, чисто на мгновение, оно «оживало». Возможно, это был некий маленький «протест». Но, как я понимаю сейчас, это был «протест» не против желания жить и не повредиться, а «протест» против страха, нагнетаемого искусственно. Это было некое бессознательное противодействие супротив чужого давления, чужого внедрения в моё собственное подсознание. Потому как моё сознание-то, может, и принимало сие «наставление» в виде пользы, но вот подсознание (как отдельное «Я») — слегка ему сопротивлялось. Лично я убеждён, что это абсолютно нормальное явление.

Как позже я осознал, это желание было вызвано в результате работы Равновесных Сил, стремящихся устранить избыточный потенциал важности. В моём случае — это был избыточный потенциал страха упасть в воду и не выжить. И самое крутое — ещё это был избыток потенциала от страха не попробовать сие «наслаждение» — плюхнуться с высоты в несущийся поток воды и узнать, что же будет дальше. Это любопытство. Причём, очень жадное до энергии любопытство, всё равно, что очень важное. Но и одновременно страх не узнать — в духе «а что будет, если…». В общем, это целый набор потенциалов для любителей настраивать против себя Равновесные Силы.

Хотя тогда — когда мне было то всего 5 лет от роду, — ни о каких законах бытия, Равновесных Силах и Трансерфинге — я и не ведал. Но очень смутно ощущал какие-то либо побуждающие тебя к действию чувства, либо чувства противоречивые, заставляющие тебя «замереть на месте» и не двигаться…

И вот однажды я снова вышел «лопуховой тропкой» к той опасной узкой дорожке, на которой для меня всё либо могло «обойтись» благополучно, либо закончиться очень печально. И вот я уже с опаской пробирался по этой дорожке. Совсем один. Всё ещё будучи 5-тилетнем поросёнком. Вообще один без присмотра взрослых. Ибо откуда им было тут взяться, вдалеке от города? Как ни странно — вокруг вообще никого не было. Были только: узкая дорожка, водоканал и я. И мне предстояло пройти по дорожке, очень аккуратно и не оступившись — как меня «научили» взрослые, чтобы не грохнуться головой об какие-то железобетонные «пристройки» в самом низу, возле воды.

Вот я прошёл уже полпути. Оставалась ещё половина — до поворота, где места было побольше. Я думал — сейчас «проползу» ещё немного, миную эту вторую половину дорожки, а потом будет поворот — там-то я и сверну в сторону нашей дачи.

И тут я остановился. Честно скажу, не знаю, почему и зачем. Что меня побудило? Я был без понятия. Просто совершенно внезапно остановился. Страх сковал всё моё тело. Я просто не мог дальше сделать и шага. Я встал как вкопанный. Наверное, даже дышать нормально не мог. А когда я посмотрел себе под ноги — то понял, что стою у самого края дорожки. И тут почувствовал, что вот-вот готов свалиться вниз. Одно лишнее движение — и всё будет кончено. Для меня…

И как бы это было сейчас «логично» или «нелогично», а также «подходяще» или «неподходяще», но всё-таки произошло это самое лишнее движение. И этим движением как раз был лёгкий порыв энергии, как результат избыточного потенциала от моего страха (упасть и не упасть).

И вот, в конечном итоге, я всё же упал. Свалился прямо вниз, в «бездну». Прямо в «Бесконечность»…

О чём именно я думал в тот момент — не помню. А что я ощутил в момент самого падения в водоканал — не описать какими-то другими словами. Наверное, единственное слово, которое хоть как-то приблизительно может пояснить моё состояние тогда, — это слово «страх».

И вот я упал…

В проекторе Вечности

И вот я упал…

И в тот же самый миг, как только мои глаза вживую зафиксировали чёткую и ясную картинку «бездны», которая грозила поглотить меня, — я оказался в своей кровати. Я, наконец, проснулся. Я пробудился. Да, всё это был просто сон. Точнее — сновидение. Очень кошмарное сновидение. После которого у меня ещё, наверное, несколько минут перед глазами стояла картина обрыва, бурной воды в самом канале, и как я туда падаю…

И даже спустя столько лет, я всё ещё отчётливо помню, что как только проснулся — я просто был дико рад тому, что со мной «приключилось» всего лишь сновидение. Что всё это было не по-настоящему, не в реальной жизни. Я был до безумия рад, что «выжил».

Хотя это тогда, когда я не знал принципов Трансерфинга и «объяснения магов» — для меня это было «утешением», что якобы это всё было не по-настоящему.

Но теперь-то я знаю, что даже в том далёком сновидении — всё случилось именно по-настоящему, вживую. И для моего «манекена» в том сновидении — всё было реально. Просто тот кадр сновидения был очень далеко от моей текущей в то время материальной реализации. Проще говоря, в сценарии того самого сновидения, когда я упал — я всё же погиб. И это был вполне реальный, даже материально ощутимый «кусочек» действительности. Но если быть уж точнее — то погиб не сам я, а лишь другая версия меня, мой «манекен». Хотя чего скрывать? Мне уже и от этой, якобы «иллюзии», — было до смерти страшно, ведь ощущения-то были вполне реально ощутимые, как в самой настоящей жизни.

В момент самого прыжка с обрыва, как я могу только предположить, душа и разум сошлись в полном единстве того, что прыгать всё-таки действительно необходимо, иначе никак. И вроде прыгать нельзя — и не прыгать — тоже невозможно.

И думается мне, что в такие вот особо «экстремальные» моменты — особо чётко и точно «налаживается» связь человека с пространством вариантов. Точнее — связь с каким-то одним вариантом, который находится ближе всех к материальной реализации данного человека и к его линии жизни. Разумеется, что более дальние варианты развития событий не могут «обменяться» с человеком «адресами» друг другу. Во всяком случае, очень быстро «обменяться», да ещё так, чтобы была мгновенная ответная реакция.

Именно поэтому и происходит то, что «легче» и «быстрее» всего может случиться с вами в ближайшее время (сейчас, сегодня, завтра, но не через год). Понимаете?

А в более близких к вам вариантах — адреса будут синхронизироваться, как будто, соединяясь в одно целое с вашими энергетическими излучениями. Так вы получите более быстрые и самые ближайшие варианты развития событий в вашей жизни. Но вы должны знать одно — ваше соединение адресов с Архивом Вечности произойдёт в любом случае, ведь вы, по своей природной сути, есть — «Живая Антенна» для приёма, обработки и передачи энергии и информации. А сам Архив Вечности — он что, тоже «живой»? Выходит, что так. По крайней мере, можно так предположить. Ведь, будь он неживым — разве могла бы быть какая-то реакция? А ведь на процесс реагирования — способно только нечто живое (или даже — некто живой).

Во всяком случае, так было всегда и везде — одно живое реагирует на другое живое. Как одна «условная» жизнь реагирует на другую жизнь — в любой форме. Если что-то одно не реагирует (вообще никаким образом) на любой внешний «раздражитель», — стоит предположить, что это самое «что-то» — есть неживое. В нашем случае, одно живое — это есть человек, а другое живое — это Архив Вечности (то же самое, что и Пространство Вариантов). Поэтому у меня есть причина полагать, что Архив Вечности — тоже живой, поскольку имеет способность проявлять свою «ответную реакцию».

Хотя если вам лично жутко неуютно от данного факта о том, что якобы Пространство Вариантов — живое и оно «дышит», подобно Вселенной (и нашему Миру), — можете рассматривать это Пространство как «псевдо-живое». Если вам так «комфортнее».

Застенчивость Силы

Но вернёмся к тому самому моему прыжку в «бездну». Вы думаете, что я был таким смелым, что смог даже в сновидении просто так взять и спрыгнуть, ничего не боясь? Да ничего подобного! По отношению к своему здоровью и жизни, я был и остаюсь самим что ни на есть неисправимым трусом. И мне пришлось тогда, ещё будучи 5-летним ребёнком-поросёнком, наверное около 2-3-х ночей переживать одно и то же сновидение заново, где я должен был упасть, как бы «репетируя» свой прыжок. Так вот в этих моих предыдущих 2-3-х сновидениях — я всё-таки не решался прыгнуть с той самой узкой дорожки в водоканал. И, когда наступал ключевой момент — подходить к самому краю и прыгать, я тут же просыпался. И даже ругал себя за свою особо проявленную «трусость» в каком-то «нереальном» сновидении — в этом, как мне тогда казалось, виртуальном пространстве фантазий. Ругал себя за то, что я, даже находясь в ненастоящем мире, не могу поступить смело и, наконец, узнать — что будет со мной дальше.

Видимо, моя, так называемая, «трусость» (или «не-смелость») — была не просто так. Она была не без какой-то ВЕСКОЙ причины, играющей свою БОЛЬШУЮ роль. Так вот намного позже я узнал и понял, что это была вовсе не «трусость», а это был — просто естественный страх за свою жизнь. Страх, как и у любого живого существа на планете — страх перед смертью, страх — потерять своё здоровье и жизнь.

И после этого, я — этакий «недалёкий затупок», наконец-то, осознал, что это был скорее даже не «страх не попробовать и не узнать, что будет дальше», и даже не «страх из-за самой трусости и нерешительности». А это был вполне реальный страх — лишиться своей жизни в том — другом варианте, на другой киноленте, крутящейся в «Проекторе» Архива Вечности.

Проще говоря, это был естественный страх попробовать — именно попробовать смертельный вариант развития событий и узнать, что дальше будет только моя смерть, без дальнейшей возможности прожить полную жизнь. И это всё — в каком-то обычном сновидении!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 561