Бесплатный фрагмент - Стихи для души

До свидания детский сад

За окном весенний ветер кружит,

Мы сегодня в зале собрались.

Сад родной нам был домом,

Но теперь мы выше поднялись.

Подросли совсем за эти годы,

И пришла пора нам уходить.

Ждут нас школьные дела, походы,

Но наш сад нам не дано забыть.

Воспитателей мы будем помнить вечно,

Вашу доброту и ваш совет.

Вы нас принимали так сердечно,

Даже если мы шалили — нет,

Вы на нас ни капли не сердились,

Как вторые мамы нам в судьбе.

Мы читать и танцевать учились,

И за всё спасибо скажем вам везде.

Время пролетит, и мы окрепнем,

Станем взрослыми — такая жизнь.

Мир огромный станет нам заметней,

Только ты, наш детский сад, держись!

Мы своих детей сюда за ручку

Приведём, как нас вели когда-то.

Пусть они, как солнечные лучики,

Снова бегают здесь по своим группам.

До свиданья, детский сад, до свиданья!

Наступает наш последний час.

Осенью в нарядном одеяньи

Мы пойдём учиться в первый класс.

Грустно расставаться нам с тобою,

Здесь осталась детства полоса.

Жизнь теперь начнётся за чертою,

Где звонков весёлых голоса.

До свидания…

Мы будем скучать…

Автошкола

В автошколе все учили знаки,

Протекторы, ремни и тормоза.

А Оля не вступала в эти драки,

Она включала «тормоза».

Пока другие зубрят ПДД до посиненья,

Разметку чертят, путая цвета,

У Оли было тайное умение —

Невероятная, шальная красота.

Она не сдавала «площадку» и «город»,

Не знала, где выжать тормоза или газ.

Гаишник был молод, и кузов был долог,

И Оля права получила за… глаз!

За стройные ножки, за гибкую спину,

За то, как эффектно садилась в машину.

Инспектор шептал, оформляя бланк строгий:

«Ты только, родная, не выезжай на дороги!»

Теперь на дорогах коллапс и смятенье,

Оля рулит, как богиня.

Развернуться в три приёма? Преступленье!

Она в пятьдесят развернётся одна.

Если видит «кирпич» — улыбнется лукаво,

Если пост впереди — поправляет мейкап.

Для неё «поворот» — это «налево-направо»

А «главная» та, где стоит её трап

Машина блестит, каблучки на педалях,

Штрафы летят, как сухая листва.

Она королева в зеркальных деталях,

Телом своим заслужила права!

Летит по проспекту, сбивая загражденья,

В сумочке розовой — пропуск в мечту.

Оля — легенда автовождения,

Продавшая совесть за красоту!

8 марта

На календаре заветное число,

Мужикам внезапно крупно повезло!

Мы этот день полгода в мыслях ждали,

Кроссворды в предвкушении гадали.

С утра побрит, наглажен и сияет

Тот, кто обычно пульт из рук не выпускает.

Сегодня мир как будто изменился,

В восьмое марта каждый вмиг влюбился!

Эх, восьмое марта — классный праздник,

Хоть он женский, ждёт его проказник —

Каждый муж, дедуля и юнец,

Ведь бедлайнам бытовым пришёл конец!

Раз в году такое в мире счастье,

Мимо нас проходят все напасти!

Посмотрите: дамы — просто загляденье!

Спокойны, мудры — всем на удивление.

Красивы и нарядны, как с картинки,

Исчезли все придирки и заминки.

Никто не пилит за носки в углу,

Никто не гонит танцевать румбу.

Раз в году природа дарит шанс:

Наступил в семье у нас баланс!

Мы времени зря даром не теряли,

На кухне «джентльменский сет» собрали.

Достанем из заначки бутылёк,

Нарежем колбасу под коньячок.

Там шоколадка рядышком присела,

Чтоб женская душа от счастья пела.

Отметим смачно, ярко и с душой,

Пока не смыло праздник той волной!

В семь утра мы штурмом взяли «Перекрёсток»,

Хоть выбор там уже совсем не броский.

В одной руке — мимоза (чуть живая),

В другой — духи, названья не читая.

Бежим, как спринтеры, сквозь лужи и сугробы,

Чтоб не схватить люлей нам высшей пробы!

Подарок вручили — и сразу за колбаску,

Пока не разглядела под обёрткой «сказку»!

За женщин! За весну! И за колбаску!

и под оберткой за сказку

Астральный опыт

Всё началось с того, что стали сниться сны,

Сбываясь точно в срок недельный.

Я думал, что с ума схожу, увы,

и вёл дневник подробный и предельный

по пять картин за ночь, едва успев проснуться,

я заносил в тетрадь дрожащею рукой,

Боялся в бездну мыслей окунуться,

теряя сон привычный и покой,

но интернет шепнул такой ты не один.

И книги подсказали путь к разгадке.

Осознанные сны, я их хозяин Господин.

И всё что в них, не вымысел — не сказки.

Три года я дневник свой перечитывал,

Он стал мне компасом, опорой и щитом,

Хотел увидеть будущее — прану впитывал,

А нет, так просто спал спокойным сном.

Но я мечтал о большем об астрале,

о выходе из тела за предел.

И вот однажды лёжа на кровати,

Я этот хрупкий миг поймать сумел

раскручивало тело центрифуга

вращало бешеной, невидимой волной,

но не выбросило из привычного круга.

И я подумал, что-то здесь не то со мной.

Схватился за кровать рукой привычно,

И сел и холод пола ощутил,

Не вышло, пронеслось в уме цинично.

И я к семье своей по комнате ступил,

жена и маленький сынок, так сладко спали рядом.

Я обернулся. И застыл,

на той кровати под моим же взглядом лежу я сам,

пустой и сонный истукан.

Пошёл на кухню, как в статьях писали,

заглядывал и в холодильник, в зеркала,

Хотел пройти сквозь дверь, но пальцы упирались.

И боль сказала: дверь тебе не поддалась.

Тогда к окну и вот оно движенье,

Как будто в масло вязко тяжело.

Я просочился сквозь стекло с усилием,

И солнце яркое мне в душу затекло

Напротив дома, детвора играет,

Я огляделся, проверяя мир вокруг,

На номер дома посмотрел — не исчезает.

Всё то же значит, это не обман, мой друг,

Не сон осознанный, где всё течёт, меняясь,

А что-то большее, что разум мой постиг.

И этот опыт в вечности теряясь

был круче всех земных утех и книг

Адреналин, восторг и удивление

Познания невиданный размах

Ни алкоголь, ни дурь, ни опьянение.

А чистый космос в собственных глазах

Тот мир реален, ярок и безбрежен.

И интернет пред ним лишь бледный прах

Мой первый шаг был робок и прилежен.

Но разве последний страх

Теперь я знаю тело лишь одежда.

А дух свободен, вечен и велик.

И в сердце теплится безумная надежда

Познать всё то, что скрыто в этот миг.

А я стоял, всё видел, ощущал,

И мир вокруг меня привычно трепетал.

Астрал

Свет фонарей стекает в лужи ртутью,

Я покидаю клетку душных стен.

Граница между вымыслом и сутью

Стирается, сдаваясь ночи в плен.

Я замираю, вглядываясь в тени,

Вибрация по телу, словно ток.

Взлетаю выше собственных коленей,

Срывая с глаз невидимый замок.

Астрал — мой бесконечный горизонт,

Где мысли строят замки из неона.

Осознанность — мой щит и мой оплот

В пространстве вне времён и вне закона.

Я здесь творю миры одним лишь взглядом,

Лечу туда, где звёзды пьют рассвет.

Вся вселенная сегодня где-то рядом,

И невозможного для духа больше нет.

Я вижу нить, что тянется обратно,

Серебряный пунктир к моей земле.

Здесь всё так ярко, всё так необъятно,

Как шёпот правды в бесконечной мгле.

Прохожу сквозь стены, время замедляя,

Смотрю на спящий город с высоты.

Я сам свой путь и цель определяю,

Сжигая за собой мосты.

Проверка на реальность: вздох и шаг.

Я не усну внутри своей мечты.

Пока безмолвствует мой вечный враг —

Диктат земной, тяжёлой пустоты.

Рассвет коснётся век лучом несмелым,

Вернёт меня в оковы бытия.

Но я запомнил: между сном и телом

Свободен я. Свободен я.

Берегите лес

Лес стоит вековой, шелестит тишиной,

Наше общее небо над ним и землёй.

Это наше богатство, прохлада и свет,

Ничего драгоценней на свете и нет.

Но под пологом веток притаилась беда,

Что стирает живое с лица навсегда.

Давайте люди беречь наш лес!

Чтобы голос живой в нём совсем не исчез.

Малая искра иль окурок один —

И пламя встаёт, словно злой исполин.

Помни всегда: в этом яростном споре

Огонь не жалеет ни зверя, ни горя.

Он не смотрит в глаза, не считает года,

Для него и старик, и малыш — лишь еда.

Гибнут птицы в гнёздах, задыхаясь в дыму,

Звери мечутся в страхе, уходя в пустоту.

Всё, что росло десятилетья подряд,

Превращается в пепел и в чёрный ад.

Огонь уничтожает всё на пути,

От этой стихии порой не уйти.

Не разбирает он: зверь перед ним иль человек,

Сжигая за миг то, что создано в век!

Оставь чистоту, уходя из лесов,

Закрой за собою «огненный» засов.

Лес — это жизнь. Сохрани этот дом,

Чтоб дети могли задышать в нём потом.

Близнец из мая

В календаре листок сменился,

Черёмух шлейф окутал сад.

В чудесном мае я родился —

Полвека было то назад!

Под знаком Близнецов весёлых

Мой путь уверенно пошёл,

Среди берёз и старой школы,

Где каждый куст мне был знаком.

А май шептал: «Всё будет круто!»

И детство баловало нас.

Там золотая шла минута,

И каждый день — как первый класс!

Мы шли по жизни без осечек,

Судьба хранила от невзгод.

И пусть года сгорают, словно свечи,

Мы продолжаем свой поход!

Моё детство было светлым,

Спокойным, радостным, родным.

С лучами солнца предрассветным

И небом вечно голубым.

А юность — та ещё страница!

Без драм тяжёлых и потерь.

Летала в облаках, как птица,

В любую открывая дверь.

Но главное моё богатство —

Не даты и не ордена,

А наше дружное братство,

Компании родной страна!

Друзья из детства — те же лица,

Мы вместе в бурю или в штиль.

Нам есть чем в жизни поделиться,

И в памяти сдуваем пыль.

Больше пятидесяти? Не беда!

В душе Близнец — всегда молодой.

Пусть убегают вдаль года,

я остаюсь самим собой!

А май всё шепчет: «Будет круто!»

И дружба греет нас сейчас.

Важна здесь каждая минута,

И каждый миг — как высший класс!

Прошли полвека без осечек,

Не зная горя и невзгод.

Пусть в торте много ярких свечек —

Мы продолжаем наш полёт!

Букет полевых цветов

Я помню каждый миг, когда мы были рядом,

Твой нежный шепот и сиянье глаз.

Теперь всё это стало лишь воспоминаньем,

Но в сердце я храню его сейчас.

Я помню парк и старые аллеи,

Где время замирало для двоих.

И наши встречи, что всего роднее,

И теплоту ладоней золотых.

Я дарю тебе букет полевых цветов,

Много в нём чудесных, ярких огоньков.

в них моя нежная любовь живёт,

Пусть она сквозь годы свет свой пронесёт.

Твои глаза — бездонные озёра,

В них синева и неба чистота.

Под старой той берёзой, у забора,

Нас укрывала дождика фата.

Мы обнимались, капель не пугаясь,

И мир вокруг казался лишь для нас.

Но жизнь течёт, со временем меняясь,

И разлучила жизнь нас в трудный час.

теперь не вместе мы, так получилось,

Развели нас дороги судьбы.

Только сердце совсем не забыло,

Как когда-то любили мы.

В памяти храню твой светлый образ,

Твой портрет, улыбку и слова.

Пусть летит через года мой голос,

Ведь любовь в цветах еще жива…

Твой портрет…

В моём сердце… навсегда.

Валентинки

Февраль за окнами искрится,

Но тает лёд у всех в груди.

Сегодня дома не сидится —

Любовь и радость впереди!

Малыш несёт открытку маме,

Папуля маме шлёт букет.

Мы пишем главными словами

Для тех, кого дороже нет!

Валентинки, валентинки —

Словно яркие картинки!

Дарит город, дарит свет,

Никаких преград здесь нет.

Танцуют дедушки и внуки,

Мы не знаем больше скуки.

Эй, планета, посмотри:

Праздник счастья и любви!

Бабуля с дедом в ритме танца —

Их чувствам много-много лет.

А молодёжь — не оторваться,

Ловя в смартфоны яркий свет.

Летит по почте, в смс-ках,

В улыбках добрых и глазах,

Любовь — она в любом отрезке,

В больших и маленьких сердцах!

Улыбнись прохожим просто,

Валентинку подари!

Не важны года и росты —

Зажигаем изнутри!

Вальс века

Мел за окном рассыпает зима,

В старом кофейнике шепчет вода.

Ей — сто четыре, и сто пять — ему,

Светят друг другу сквозь вечную тьму.

Трость у стены, как гвардеец, стоит,

Память в альбомах потёртых спит.

Но только скрипка возьмет первый тон —

Сердце стучит с ней опять в унисон.

Раз-два-три, время замедлило бег,

В танце кружится родной человек.

Пусть за плечами — столетья дуга,

В сердце по-прежнему тают снега.

Вальс седины, вальс немеркнущих глаз,

Небо мечтами обнимет всех нас.

«Знаешь, — шепнет он, коснувшись руки, —

Мы еще в космос слетать бы могли.

увидеть, как Марс расцветает вдали,

Или построить ковчег для земли».

Она улыбнётся: «Мой милый мечтатель,

В книге любви ты — мой главный создатель.

Давай купим домик у синих морей,

И соберем там сто тысяч друзей».

Морщинки, как тропы пройденных лет,

В них каждый закат и каждый рассвет.

Им мало столетья, им вечности мало,

Чтоб музыка эта звучать не перестала.

Шаг чуть короче, и голос дрожит,

Но в этих душах вся жизнь дребезжит.

Мечтают о внуках, о мире, о лете,

О самом счастливом на свете билете.

Зажжены свечи, окончен обед,

В сто с лишним лет — ни грамма бед.

Только любовь, да кружение в такт,

Жизни великий и вечный контракт.

Раз-два-три… раз-два-три…

Мечтай…

Люби…

Смотри…

Век в одной руке

За окном поменялись и флаги, и мода, и ритм,

Города разрослись, превращаясь в бетонный лесок.

А у нас на двоих — тихий шёпот и старый мейнстрим,

И в песочных часах замирает последний песок.

Твои руки — как карта дорог, что мы вместе прошли,

Где морщинка любая — примета больших перемен.

Мы осколки другой, затонувшей когда-то земли,

Что не сдались годам и не сдались забвению в плен.

А время бежит, только мы не спешим догонять,

Нам хватит того, что рассвет заглянул в наш уют.

В сто лет научились мы просто молчать и прощать,

Пока молодые куда-то зачем-то бегут.

Пусть стрелки устали, и полночь стучит у дверей,

Мы строим мосты в облаках, где не властны года.

Любовь — это просто коснуться ладони твоей

И знать, что «сейчас» — это наше с тобой «всегда».

Ты помнишь, как пахли сады в том далёком году?

Когда мир был огромным, а мы — так отчаянно злы

На разлуки, на холод, на мелкую чью-то узду…

А теперь всё прозрачно, и мысли — светлы и белы́

Мы всё ещё грезим о море, о дальних краях,

И в старых глазах пляшут искры мальчишек, девчат.

Мечта не дряхлеет в натруженных наших сердцах,

Пусть сто календарных — всего лишь короткий листок,

Мы выпили чашу до самого горького дна.

Но в каждом дыхании — всё тот же весенний поток,

И в сердце столетнем — всё та же святая весна.

Время бежит…

А мы сидим в тишине.

Век пролетел…

В твоей руке — моя рука.

**************

Бывает небо падает на плечи,

И новости приносят только боль.

Мы ищем смыслы, ищем то, что лечит,

Забыв, какая выпала нам роль.

А истина проста, как первый снег,

Она в ладонях, в шёпоте, в порыве

Пока живёт на свете человек,

Он должен жить в любви и в мире.

Не нужно ждать особенных причин,

Чтобы сказать «спасибо» этой выси.

Среди тревог, сомнений и морщин —

Лишь в этом пульсе наши мысли.

Каждый день — это праздник в календаре,

Порою не один, их в жизни сотни.

Но самый важный — тот, что на заре

Даёт нам шанс проснуться, быть свободным.

Просто жить — это счастье, большой секрет,

Несмотря на то, что вокруг штормит.

В мире, где гаснет привычный свет,

Твоё дыхание с тобой говорит.

Просто надо жить…

Просто надо любить…

Для этого мы здесь.

В этом и есть вся жизнь.

Как она есть.

*******************************

На окне, как на дозоре, восседал серьёзный Граф,

У него косматый хвостик и весёлый очень нрав.

Наблюдал он за дорогой, за движением машин,

Важный пёс, домашний рыцарь, подоконный господин

Вдруг увидел Граф в окошке — то ли птицу, то ли тень,

И прыжком решил прославить этот ясный зимний день

Врезался в стекло носярой — ох, крепка же голова,

Но инерция-злодейка предъявила все права,

По пластику когтями — «дрифт» и яростный буксер,

Граф летит, забыв манеры, как заправский кавалер,

Миг — и шмяк! На попу в залу, приземленье — высший класс

Хозяин в кресле поперхнулся, округлив в испуге глаз.

Ой, Собачонок-космонавт,

На взлёт пошёл на брудершафт,

Лапы в небе, хвост трубой,

Наш герой ушёл в забой,

Через тернии к ковру —

Приземлился на полу,

А космонавт сидит на попе, взгляд испуганный такой:

«Что случилось? Где планета? Я вернулся ли домой?»

Хозяин глянул на полёт, на этот «тормоз об паркет»,

И зарыдал от смеха так, что сил держаться нет,

Текут из глаз бедняги слёзы, он хохочет в три ручья,

А Граф решил: «Хозяин плачет! Настрадался из за меня,»

Подлетел, хвостом виляя, давай слёзы слизывать:

Не грусти, мой друг двуногий,

Хохочет дом, виляет пёс,

Уткнув в ладонь холодный нос.

Пусть подоконник скользкий очень,

Зато мы счастливы… короче.

Теперь на окне — специальный ковёр,

Чтоб Граф не пускал тормоза в перебор.

Хозяин купил ему шлем и очки:

«Летай, мой Гагарин, но только апчхи —

Не бейся в стекло, береги свой фасад!»

А Граф лишь хвостом завести всех нас рад.

Сидит на окне, как в кабине пилота,

И лижет стекло… видно, тянет в полёты.

Ой, Собачонок-космонавт.

Прошёл успешно брудершафт.

Постелен мягко наш маршрут,

Тебя здесь любят, здесь и ждут.

Пусть звёзды светят в вышине —

Удобней Графу на окне!

*******

Сбиты коленки и мяч во дворе,

Солнце запуталось в детской игре.

Казалось, что лето не кончится век,

И рядом родной, «свой» во всём человек.

Мы строили замки в песочном плену,

И вместе делили конфету одну.

Но время невидимой, тихой рекой

Размыло тот берег, забрав наш покой.

Дружба детская — навек,

и уже теперь вырос человек.

Грустно видеть, как выросли мы,

Убежав от той доброй зимы.

Каждый в сердце своём о своём приуныл,

Мир забот нас волною накрыл.

Но сквозь годы, дожди и снега,

Эта дружба нам так дорога.

Теперь города и другие дела,

Нас взрослая жизнь за собой увела.

Мы смотрим в экраны, грустим в тишине,

О том, что осталось на той стороне.

Но мы обещаем: «Я буду звонить!»,

Эту тонкую связь не дадим разорвать.

О каждом успехе, о каждом пути

Мы будем друг другу всегда сообщать.

О новых победах и взлётах крутых,

О буднях тяжёлых и днях золотых.

Пусть в курсе мы будем событий и дат,

Вернёмся в мыслях на годы назад.

Я трубку сниму, наберу твой пароль:

«Ну как ты там, старый? Какая там роль?»

Победы твои — это радость моя.

Мы взрослые дети.

Мы — всё же друзья.

****************************

В сельском клубе выбит свет, только шар горит,

Нам сегодня в сумме всем — десять пирамид.

Дед Василий сбрил усы, выпил «Валидол»,

В старых клишнях от Труссарди вышел на танцпол.

Это диско «Кому за…», здесь кипит азарт,

Вместо колы — минералка, в сердце — корвалол

Здесь не смотрят в паспорт, здесь танцует стаж,

Берегись, зачётная, входим мы в кураж!

Баба Шура в семьдесят, скинула платок,

Выдала на кафеле «вертолёт» и «ток».

Внуки в шоке у стены, челюсть на полу:

«Как она на брейке так крутит на углу?»

Дед закинул костыли, ловит сочный бит,

У него под «Modern Talking» спинка не болит.

Молодые курят в глотку, смотрят и молчат,

Как под старое диско ветераны торчат

У Василича в кармане не кастет, а «Капотэн»,

Он сегодня самый дерзкий, он сегодня супермэн.

Вместо вейпа — ингалятор, в термосе — отвар овса,

От его крутого диско дыбом волоса.

Он закинул «Но-шпы» две, чтоб колено не втыкало,

И пошел чесать «чечётку», чтоб страна икала

Это диско «Кому за…», здесь кипит азарт,

Глицин под языком — это наш легальный старт!

Здесь не смотрят в паспорт, здесь танцует стаж,

У кого «Мезим» с собою — тот поймает кураж!

Баба Люба в брейк-данс входит, как в горящую избу,

Ей плевать на артроз и на горькую судьбу.

Крутит «флай» на пояснице — там наклеен «Капсикам»,

Молодежь стоит в сторонке, прячась по углам.

Внук кричит: «Бабуля, хватит, вылетит сустав!»

А она: «Смени пластинку, у меня там сплав»

Если вдруг прихватит спину — не беда, а спецэффект,

В этом танце медицина даст нам бешеный респект.

Корвалол на брудершафт — и погнали танцевать,

Нам сегодня пять по двадцать, нам на пенсию плевать

Дискотека века, пахнет «Звёздочкой» в раю,

Дед доел свой панкреатин и стоит в строю!,

Дискотека века, трясётся потолок,

Дайте деду микрофон — он исполнит рок!

************************

Эх доля ты цыганская былая,

Куда ушёл наш вольный табор вдаль

Теперь не кочевать нам, от края и до края

В глазах застыла горькая печаль

Забрали волю, крылья глубоко мы спрятали

Привыкли мы к оседлым тупикам,

Мы те же да, но дни теперь не те

Нас манит путь не верящий замкам.

Ай нэ нэ нэ струна порвётся звонко

Куда летишь кочевая ты душа

Всё тише песня, всё слабей поёт девчонка

Уходит воля тихо, не спеша

Где звон копыт и смех под звёздным небом

Где песни у костра, что грели кровь

Теперь лишь стены серым, скучным хлебом

Питаем мы забыв про вольный зов.

Нас держат цепи, что не видно глазу

Привыкли к клетке, к тишине ночной

Но сердце помнит, помнит всё и сразу

Взметнётся птицей рвущейся домой

А где то там, за далью, за туманом

Ещё живёт тот дух что не сломить

И пусть сейчас мы связаны обманом

Мы будем верить, будем дальше жить

И может быть однажды в час рассвета

Мы снова тронем струны как тогда

И песня наша полная ответа

Умчит нас вдаль, где не страшна беда

Ай нэ нэ нэ струна порвётся звонко

Куда летишь кочевая ты душа

Всё тише песня, всё слабей поёт девчонка

Уходит воля тихо, не спеша

Всё тише песня, всё слабей поёт девчонка

Уходит воля тихо, не спеша

*********************

Стрелки по кругу, не сбавляют ход,

Время уносит нас всё дальше вперёд.

В зеркале лица меняют черты,

Но в сердце всё те же цветные мечты.

Мы так дорожили каждым днём золотым,

Детством беспечным и очень родным.

Там, где за домом вишнёвый наш сад,

Где каждый мгновению просто был рад.

Жизнь проходит, как песок сквозь пальцы,

Память останется вечно жить с нами.

Сквозь годы, метели и холодный рассвет

Мы будем помнить нашей юности свет.

Школьный звонок и первый причал,

Мир необъятный нас с верой встречал.

Клятвы на веки и первый мороз,

Смех без причины и капельки слёз.

Всё это в прошлом, но всё же внутри,

Вспыхнет огнями — ты лишь посмотри.

Не удержать нам летящие дни,

Светят из памяти детства огни.

Пусть голова серебром заблестит,

Сердцу ту радость вовек не забыть.

нашей юности свет…

наш вечный рассвет…

*****************************

В каждом вдохе, что грудь наполняет,

В каждом утре, где тает туман,

Что-то вечное пульс ускоряет,

Сквозь сомненья и будний обман.

Я смотрю на рассветную краску,

На летящий за ветром листок —

Мир снимает привычную маску,

Обнажая свой главный исток.

Ведь жизнь — это дыханье любви,

В ней смысл и начало, и сила.

Ты искру её в каждом миге лови,

Чтоб сердце во тьме не остыло.

Любовь — это ткань, из которой мы есть,

Единственный истинный путь.

И радостных истин в душе нам не счесть,

Пока в нас горит эта суть.

В чьём-то взгляде, в касании ладони,

В тишине, что дороже громких слов,

Мы летим в бесконечной погоне,

Но находим причал у её берегов.

Без неё — только звук, только тени,

Остановка в холодном пути.

Лишь любовь нас поднимет с коленей

И поможет сквозь зимы пройти.

Это больше, чем чувство, чем просто слова,

Это космос внутри, от которого кругом голова.

Это нить, что связала и землю, и высь,

Ради этой любви мы на свет родились.

Любовь и есть жизнь…

В ней наша суть.

Просто дыши.

Просто люби.

*****************************

Я мерил вёрсты стоптанным ботинком,

Менял вокзалы, страны, города.

Жизнь рассыпалась пёстрою картинкой,

И в волосах белеет седина.

Я помню вкус солёного прибоя

И пыль дорог, что бьёт в лицо порой.

Я спорил с миром, спорил сам с собой,

И каждый раз я возвращался в строй.

А жизнь любить — не значит ждать погоды,

А это значит — пить её до дна.

Сквозь все шторма, ошибки и невзгоды

Она у нас на всех всего одна.

Любить за то, что солнце утром светит,

За то, что сердце верить не устало.

Мы лишь на миг проездом на планете,

И этого, поверьте мне, немало.

Я с кем солёный хлеб свой не делил:

Был плотником, шофером и поэтом.

Десятки разных судеб я сменил,

Ища свой смысл по белому по свету.

Я падал вниз и снова поднимался,

Сгорал дотла и верил вопреки.

Я в людях никогда не ошибался —

Лишь грел о пламя верности руки.

Пусть помотало по земле немало,

И шрамы на душе — как ордена.

Но если б я всё начал бы сначала,

Я б выбрал те же в жизни времена.

Любите жизнь. Дышите полной грудью.

Пока горит в окне призывный свет.

Мы просто люди. Маленькие люди.

Но больше нас у этой жизни нет.

*******************************

Я дверь закрою, отсекая суету,

Ключ поверну — и оживёт мотор привычно.

Сегодня я ищу не просто высоту,

А то, что в буднях стало безразлично.

«Где песни те, что греют мне мой руль?» —

Спрошу себя, нажав на кнопку нежно.

И зазвучит мотив сквозь городскую мглу,

Такой родной, пугающе безбрежный.

А за окном мелькают фонари,

Стихи текут, вонзаясь прямо в душу.

Ты не спеши, постой, не говори,

Дай тишину сердечную послушать.

Пусть по щеке нежданная слеза

Она не слабость, а святая правда.

Когда глядят в усталые глаза

Слова, в которых горечь и отрада.

Дорога шепчет: «Всё перетерпи»,

В колонках голос мой — живой и честный.

Я словно звенья жизненной цепи

Смыкаю этою неброской песней.

О том, что прожито, о тех, кто не пришёл,

О том, как важно вовремя прощаться.

Мне за баранкой снова хорошо —

Здесь я могу собой не притворяться.

Магнитофон докрутит старый трек,

И станет на душе чуть-чуть светлее.

В пути мудреет каждый человек,

Когда свою он душу не жалеет.

**************************

У Казбека во дворе стоял сарай,

Длиннее всех домов на той округе.

Там был свой мир, затерянный наш край,

Где мы делили тайны на досуге.

За дверью кони били в пол копытом,

Бараны блеяли, и сонный вдох коров…

Всё под одной огромной крышей было скрыто —

Надёжный кров от всех земных ветров.

А наверху — гора сухого сена,

Где на зиму был спрятан летний аромат.

Мы в том стогу построили «берлогу»,

Устроили свой детский хитрый склад.

Там не было ни страха, ни ненастья,

Лишь шёпот трав, укрывших нас собой.

В обычном сене мы искали счастье,

И находили в тишине ночной.

Родители не стали нам мешать,

Дали нам подушки, одеяла.

Мы лезли вверх, чтоб звёзды созерцать,

А сена в норке было нам немало.

Мы вырыли «берлогу», как у мишек,

Зарылись вглубь, оставив вход узлом.

И вот в ночи застукал дождь по крыше,

А нам в норе уютно и тепло.

Пробился луч сквозь щели в старой крыше,

Защекотал ресницы, звал вставать.

А мы боялись даже шевельнуться,

Чтоб сказку той ночи не расплескать.

Внизу затихли кони, пахло мятой,

И пыль кружилась в золотом огне…

Мы вышли в утро — в сене и помятые,

Но самыми богатыми в стране.

*************************************

Зачем ты снишься мне ночами,

Когда давно утихла боль?

Ведь всё закончилось печально,

И не вернуть былую роль.

Твой образ тает, как туман,

Но сердце помнит, как тогда,

Когда казалось, что обман

Разрушил счастье навсегда.

У каждого своя дорога в жизни,

Свой путь, свой свет, своя заря.

У каждого свои друзья, родные,

И это истина, поверь, не зря.

Так вышло нам с тобой не по пути,

Разъехались, два поезда в ночи.

И пусть теперь другие ждут пути,

Нам не вернуться, не найти ключи.

Я помню смех, тепло касаний,

И взгляд, что грел меня сильней.

Но время стёрло все признанья,

Оставив лишь обрывки дней.

Теперь другие голоса звучат,

И новые рассветы для меня.

А прошлое, как старый, выцветший наряд,