электронная
160
печатная A5
470
16+
Создатели утопии. Мерцающие мосты

Бесплатный фрагмент - Создатели утопии. Мерцающие мосты

Объем:
316 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-6052-5
электронная
от 160
печатная A5
от 470

Злой человек вредит самому себе прежде, чем навредит другому.

(Аврелий Августин)


Синопсис, или что было раньше

Однажды утром, Святослав обнаружил, что его квартира пуста. Все родственники исчезли, а за окном пустые безмолвные улицы и резко меняющиеся природные явления.

Юноше удалось узнать, что исчезла не только его семья. Животные, птицы, почти, все люди вокруг — словно, канули в небытие. Исключением стали, буквально, два-три человека на тысячу, причем большинство выживших, по какой-то причине, были либо уголовники, либо сумасшедшие.

Найдя союзников, Святослав отправляется в путешествие, чтобы понять происходящее и найти возможность вернуться к нормальной жизни. Он хочет снова увидеть своих друзей, близких и родных.

Преодолев немалые расстояния, побывав в разных городах и опасных ситуациях, Святославу с товарищами удается узнать о загадочном острове. Вместе с группой наемников, взявших их в плен, они добираются до города Кемь. Там, на берегу Белого моря их настигает опасное явление: горящие осколки, падающие с небес. В неразберихе гибнет Святослав и несколько наёмников. Приятелей парня ждала бы та же участь, но их спасает неожиданно появившийся монах — Аарон. К сожалению сверх сила, присущая монаху, не защитила его самого и он погиб. Перед смертью Аарон отдал свой дневник приятелям Святослава. Именно эта вещь приоткрыла им тайный занавес, пролив свет на происходящее.

Умерев «там», Святослав очнулся в родном мире. Он добрался до загадочного места на Соловецком острове, где его встретил Аарон. Монах поведал юноше о заветной цели их братства: избавление мира от зла. Он передал парню свой дневник, находящийся в родном мире и постарался ответить на вопросы.

Как выяснилось, Аарону, совместно с единомышленниками, удалось найти, а затем изучить древние книги и свитки. С их помощью они создали копию нашего мира и, в одночасье, переместили туда всё отрицательное. Они и думать не могли, что обычная злость и негативные мысли людей станут причинами перемещения «туда». Исходя из наблюдений, Аарон сделал заключение: очистивший карму «там», умерев, вернется домой. Но это была только догадка, ведь созданное — не изведано…

Монах обещает сделать все, чтобы вернуть назад приятелей Святослава и людей, не заслуживающих столь страшной участи. Он просит дать ему время для изучения созданного им мира…

Святослав возвращается домой, а его товарищи остаются в заточении некоего подобия чистилища.

Мир уже никогда не будет прежним.

Пролог

Из ежедневника Аарона

Мир медленно, но верно сходит с ума. Происходящее больше не может быть незамеченным, или скрытым от рядового зрителя. Силовые структуры и тайные организации, лишь, поначалу признавали, что подобные события делают нашу жизнь лучше и спокойнее. Процент преступности снизился почти до нуля, терроризм и войны канули в прошлое — третий год кряду великие умы Земли ломают головы над этими загадочными происшествиями. Думаю, пришла пора рассказать о том, что я натворил…

Пророки и ясновидящие, как и наше братство, предсказывая безгрешное, светлое будущее, в итоге, ошиблись. Растрачивая драгоценное время на изучение и наблюдение, мы упустили суть, не предвидя возможный вариант развития событий. Необычное добро, сжав кулаки, тем самым временем потихоньку выживало из ума, пока не превратилось в нечто. Волей судьбы, или, благодаря тёмным силам, до нас не дошли те писания предков, где есть строки предостережения из полученного опыта, если, конечно, это кто-то и когда-то реализовывал. Значит, такова моя участь: совершить ошибку и затем написать о том, чего делать не стоит, а если, вдруг, сделали, то знайте: есть огромные подводные камни, борьба с которыми нам только предстоит.

Словно прогрессирующая болезнь, тот мир, изначально созданный во благо человечества, породил некое явление или, если быть точным, приобрёл новую цель. Представление о добре и характер у копии нашего мира начали видоизменяться, деформироваться, влияя на усиление личного своенравия и непредсказуемости. Подобно гигантскому монстру, чье тело невидимо для человеческих глаз, его аппетит растет в такт утекающим дням. Мысли об этом заставляют учащаться пульс, вынуждая нас делать еще аккуратнее и без того робкие шаги. Многих это подталкивает к панике, к затворничеству по отношению к нестабильной реальности. Да простят меня Всевышний и те, кто столкнулся со всем этим!

Правительства стран пытаются принять меры, дабы изучить, обуздать или пресечь происходящее. Но как совладать с тем, что тебе неведомо и невидимо? Очень предсказуемым было то, что ведущие державы нашего мира начали обвинять друг друга в причастности к тому, что можно назвать «сверхъестественной катастрофой». Сдерживает ситуацию лишь то, что все опасаются последствий, поэтому война ведется только словесно. Перспектива ничего не добиться и исчезнуть в сражении — не прельщает даже самых яростных фанатиков, желающих развязать войну и добиться главенства над растерянным миром.

То тут, то там продолжают исчезать люди. Кроме того, участились появления тел тех, пропавших ранее — это значит, что и «там» творится что-то неладное. Мало того, что любой может кануть в небытие, так еще и чудовищные неожиданности в виде непонятно откуда взявшихся трупов, могут подстерегать каждого где угодно и когда угодно. Жуткое зрелище являет себя на тротуаре центральной улицы, в парке, у жилых домов, а то и вовсе, в случайной квартире или ином, даже закрытом, помещении. Шокированное население боится за своих детей, близких, за самих себя. Появившиеся тела выглядят по-разному: некоторые, особо своеобразно, одетые в лохмотья и с ножевыми ранениями; в военной одежде и пулевыми отверстиями; со сломанной шеей или остановившимся сердцем; с испещренной, непонятно чем, кожей, словно жертву обливали серной кислотой… При этом все жертвы — разного возраста и национальности, поэтому конкретной закономерности учёным обнаружить до сих пор не удается. Нам же известна одна закономерность и имя ее — Отрицательная энергия. Иными словами, это — грешные души, которым нет пути назад даже через смерть, а вот через очищение им доступно вернуться, как это случилось со Святославом. Но это — лишь теория и выводы, сделанные, исходя из тех данных, которыми я обладаю.

Кстати о Святославе: я рад, что мальчик вернулся домой. Я, искренне, верю в его светлое будущее и с радостью продолжаю с ним дружеское общение. Когда-то, он, по глупости, попал в тот мир, прямо в миг его создания. Однако, несмотря на все испытания, он вернулся назад. Судя по всему, через гибель там — хотя сам я этого не видел, так как в это время защищал его друзей, а после и, вовсе, получил пулевое ранение и не выжил. Теперь, по-видимому, путь «туда» мне заказан, хотя я и не знаю, где в настоящее время могу быть наиболее полезным: там или здесь.

Поначалу места появления тел и исчезновения людей помечали специальным символом: наносили краску через трафарет, получая на асфальте или стене дома перечеркнутую горизонтальной линией букву «Я». Но, со временем, отметок стало слишком много, да и не показали они никакой систематики и упорядоченности, а лишь пугали и без того напуганных людей. Поэтому перечеркнутый символ потерял свою актуальность.

Газеты и журналы ведут еженедельную статистику и обновляют списки пропавших в своих бумажных изданиях и на электронных ресурсах. По мере появления «вернувшихся», в основном, в виде мертвых тел, а затем, опознанию их, имена из этих списков удаляются. Все остальное строго-настрого запрещено — руки СМИ сковывают новыми законами, а рты заклеивают угрозами агенты специализированных секретных служб. Но, несмотря на это находятся смельчаки, которые в погоне за сюжетом или правдой, не опасаясь за собственную жизнь, решаются на отъявленные глупости и поступки. Обычно, подобные решения ни к чему хорошему не приводят, но бывали редкие случаи, когда информация с их помощью попадала в общий доступ. Тогда люди узнавали новые факты и некие скрытые нюансы касаемо прогрессирующего явления.

Среди людей уже ходят слухи о всех тех, кто вернулся назад живыми. Учитывая отношение некоторых правительственных фигур и агентов ФС «КНЯЗ» (Федеральная служба «Контроля нестандартных явлений Земли), к вернувшимся в наш родной мир, им пока что не стоит раскрывать сего факта. Поговаривают, что эти специально созданные службы, занимающиеся подобными происшествиями, изолируют чудом вернувшихся людей от общества и назойливых журналистов. Остается лишь догадываться, что происходит с этими индивидами…

Некоторые считают, что они безгрешны, ну, или, как минимум, чисты перед людьми и своей совестью. Само собой, многие представители церквей и других религиозных учреждений подобные домыслы называют ересью — правда далеко не все так думают. Есть сообщества, именуемые в народе сектами — те постоянно вспоминают страшные проклятия из религиозных источников. Именно они, в один голос начали вопить о том, что у Бога закончилось терпение, что мир скоро канет во тьму, а апокалипсис уже стоит на пороге нашей цивилизации. Наверняка, верхушке правительства и начальству силовых структур известны более интересные детали и факты, но, скорее, мир канет в пропасть странных событий, чем все эти тайны и дела под грифом «Явь» раскроются, став общедоступными для всех.

Утопия, о которой мы так мечтали, теперь топит без разбора любого, кто хоть немного оступился. Человечество стоит перед сложным выбором: пустить все на самотек и опустить руки, или же разгадать сверхъестественную загадку и найти возможность всем вместе попытаться остановить нарастающую опасность. Как правило, оба негласных лагеря ежедневно пополняются новобранцами из числа тех, кому совсем недавно был безразличен завтрашний день, и тех, кто, молча, бредет по жизни, ничего не предпринимая. В таких вопросах нейтралитет не уместен и действовать нужно уже сегодня…

***

Город Белозерск

По пыльной дорожке бежал изрядно запыхавшийся монах. Впереди уже показался храм братства под названием «Обратное сияние» (многие считали его неким закрытым обществом или, даже орденом, в основе которого, по большей части, лежат религиозные убеждения и некая секретная цель). Подтягивая трясущимися руками полы рясы вверх, чтобы она не путалась между ног и попутно поправляя накинутый на голову глубокий капюшон, он с дикими глазами преодолел ступеньки, распахнув увесистые двери. Вбежав внутрь, наскоро осмотрелся. На ступенях, ведущих на второй этаж, замерла удивленная женщина — больше в холле никого не было. От ветра, влетевшего в помещение вместе с монахом, заколыхались шторы и даже немного закачалась увесистая кованая люстра. Не обращая на все это внимания, монах сделал глубокий вдох, провел ладонью по мокрому лицу и побежал по длинному коридору к двери, находившейся в самом его конце.

— Преподобный, преподобный! — Выкрикнул он, с трудом сглатывая слюну и тяжко дыша. — Преподобный Феодор!

Слова безжалостно рассеивались в разношерстных деталях богатого интерьера просторного коридора, частично улетая в приоткрытые форточки прямоугольных окон, расположенных вдоль всей стены, по левую руку от бегущего.

Наконец, его цель была достигнута. Рука толкнула дверь и та, податливо отворила вход в просторный кабинет старшего собрата Феодора. Формально для всех, живущих вне стен этого здания и не являющихся участниками подобного ордена или братства, он был директором закрытой организации «Обратное сияние». Между прочим, Феодором его называли только собратья — все остальные — либо просто Фёдором, либо Фёдором Ивановичем.

Преподобный Феодор сидел за столом. Сложив ладони, между которых был зажат крест, он, практически, беззвучно шептал молитву. Приглушенный свет, исходящий от небольшой настольной лампы и высокого торшера в дальнем углу, беспомощно боролся с полумраком. В данный момент, это было даже хорошо — ведь так, с приглушенным светом, было уютнее, спокойнее по отношению к миру, раскинувшемуся во все стороны там, снаружи.

— Извините, что так беспардонно врываюсь… — начал оправдываться монах.

Закрытые глаза Феодора резко открылись. Он, прищурившись, посмотрел на растерянного позднего гостя. Разглядеть, кто пришел, он смог не сразу — сначала пришлось нащупать на столе очки и надеть их.

Прибежавший мелкими, но быстрыми шагами переместился к Феодору и низко кланяясь, уселся напротив него. Большой деревянный стул, местами обитый кожей, заставил тело откинуться назад. Руки, положенные на подлокотники, почувствовали удобство и поддержку.

Феодор верил, что у каждой вещи есть своя энергетика, и если вещь старая и не имеет, в прошлом, отрицательного заряда от черно–душных владельцев, то она способна, даже исцелять. Не все разделяли его философию и подобные высказывания, но, сейчас, Степан был готов поклясться — этот предмет ему по душе.

— Еще раз простите, Бога ради! — Протараторил Степан.

— Будет тебе… — тихо ответил старик, поднимая вверх раскрытую ладонь и тем самым показывая, что любезничать, в данный момент, уже неуместно. — Что случилось? Я чувствую твое смятение.

— Вы — великий учитель, потомок святых людей и тот, кто делает очень много для восстановления древних знаний и потрепанных временем мудростей.

Старик растерянно улыбнулся.

— Ближе к делу, — перебил он собрата.

— Да, конечно, конечно, — часто моргая, начал Степан. — Вы прославите «Обратное сияние» на весь мир, если нам позволят это предать огласке, — он наигранно осмотрелся по сторонам, давая понять, что сейчас скажет, что–то, действительно, важное. Это было видно еще и потому, что взгляд его стал вмиг серьезнее, а тональность голоса понизилась.

— Преподобный Феодор, мы, как минимум, можем попробовать спасти мир от всех этих потерь и явлений. Ваша задумка, которую мы так долго пытались воплотить в жизнь, дала плоды!

— Расскажи более подробно, — попросил Феодор, усаживаясь поудобнее.

Степан не заставил ждать и затараторил:

— Инструкции предков, доставшиеся нам в виде копий, сделанных с потемневших от времени свитков, сработали. Всё, как вы и предполагали. Нам удалось обнаружить энергетически устойчивый коридор, ну, или туннель, или эм… даже правильнее сказать, поверхность. Это не важно, можно называть, как хотите, — он перевел дыхание, — связь с другим миром. Единственная проблема заключается в том, что войти туда не так просто, — он опустил глаза и замолчал.

— Не просто? — спросил Феодор.

— Вернее сказать, даже очень просто, — поправил себя Степан. — Один из собратьев пострадал при попытке войти. Он жив, но состояние его — критическое. Нам, пока, не удалось уточнить, что, именно, там случилось, но могу поклясться — я верю в услышанное от него.

«Слава Всевышнему! Неужто получилось?» — промелькнуло в голове у Феодора. — Что же ты услышал? — тут же спросил он, вопросительно подняв брови и скрывая эмоции своим спокойным тоном.

— Наш брат, тот, что, слава Всевышнему, выжил, рассказал об увиденном мире, который идентичен нашему, но все же чуждый, другой. Вопрос только — насколько идентичен? Хотя, если подумать, вопросов тут, как капель воды в утреннем дожде.

Старик, внимательно слушая, кивнул. Отведя взгляд в сторону, он на миг задумался, о чем–то своем. Затем глянул на Степана и проговорил:

— Я изучал материалы и результаты предыдущих попыток. Сотни раз пересмотрел и перечитал рукописи предков и материалы, полученные от братьев, как из нашей страны, так и заграничных единомышленников. Не все это поняли, но если посмотреть на картину в целом или, даже сквозь полотно реальности, то все становится более–менее ясно. Это чудо, но чудо с клыками хищника и крыльями свободы, уносящими человечество от зла, — он чуть запрокинул голову и громко выдохнул через приоткрытый рот.

— Вы знаете, что там — по ту сторону? — спросил Степан, недоуменно глядя на собеседника.

— Пока что не точно, но знаю того, кто больше осведомлен, — поглаживая седую бороду, Феодор вновь отвлекся на молчаливое размышление. Спустя пару мгновений, он вскочил и громко проговорил:

— Распорядись подготовить письма. Нужно собрать совет из представителей дружественных братств и обсудить столь актуальную и важную тему, а также появившуюся новость. Хотя, нужно сначала убедиться самим, что и как… — он, вдруг, прервался.

Его взгляд смотрел сквозь пол, а поднятая вверх рука с вытянутым указательным пальцем замерла.

— Нет, совет еще рано собирать. Рано… — он кивнул, все ещё глядя в никуда. — Нам нужен Аарон — это мой бывший подопечный, а ныне друг и создатель… Кхе. Ладно, не стоит это обсуждать. Извини, Степан. Лучше проводи меня к выжившему бедолаге — есть к нему несколько вопросов.

Степан понимающе посмотрел на Феодора и кивнул. Слухов ходило много и, иной раз, ему самому было до чертиков любопытно: что происходит с миром, кто же такой этот пресловутый Аарон и действительно ли, он является создателем целого мира. Нехотя поднявшись с удобного старинного стула, он направился к выходу. Феодор последовал за ним.

Несколько дней спустя… Соловецкие острова

Огонек от керосиновой лампы колыхался и танцевал, подбрасывая вверх, в такт своеобразным движениям, темную струйку дыма. Прибранная комната была окутана полумраком и тишиной, изредка разбавляемой тихим шелестом от перелистывания очередной страницы. Бесшумно двигалась секундная стрелка, наматывая круги по старинному циферблату настенных часов.

Тяжело вздыхая и поправляя широкие рукава мантии, Аарон посмотрел в окно: снаружи наступала заря. Новый день неспешно шагает на смену ночи, но принесет ли он ответы на мучащие его душу вопросы? Уставшие глаза жаждали отдыха, но мысли, разрывающие голову изнутри тысячами невидимых пик, пронзали винящего себя. Это заставляло его вновь перечитывать древние писания и думать над тем, как найти выход из сложившейся ситуации.

В дверь негромко постучали. Аарон медленно перевел взгляд на танцующий огонек и, нехотя, отозвался:

— Кто там?

Задав вопрос, монах был удивлён тому, что услышал свой голос. Сколько он просидел вот так, в личных покоях, в полной тишине — сутки, двое? На самом деле, сейчас это не имело никакого значения. Такова его жизнь, вернее, она стала такой. Теперь дни, превращаясь в секунды, улетают в никуда, а тишина и чувство вины стали лучшими друзьями того, кто создал копию этого грешного мира. Во благо это было сделано, или нет — теперь уже стало неважно.

Стоявшему в коридоре явно не хватало смелости, чтобы просто войти — он терпеливо дожидался ответа.

— Кто там? — чуть громче повторил Аарон.

— Это я, Ян. Разрешите зайти, наставник? — Толстая дверь, практически, полностью приглушала ломающийся голос подростка.

«Чего ему не спится?», подумал Аарон, закрыв глаза и досадливо качая головой. — Заходи уже, Ян.

Аарон мысленно настроился на то, что ему придется немного потерпеть настырность подопечного. Но что поделать? Такова участь наставника, таковы их судьбы, сплетенные на этом отрезке жизненного пути с помощью ряда последовательных событий.

— Вы не пришли на ужин, да и на обед тоже, — Ян аккуратно прикрыл дверь, толкнув ее локтем, затем пробежался взглядом по комнате.

— Проходи, присаживайся, — предложил Аарон, потирая пальцами глаза, даже не поворачиваясь к вошедшему.

Что-то негромко звякнуло, заставив Аарона посмотреть на Яна. Юноша пытался поставить на край стола принесенный поднос, но, по-видимому, аккуратность не была его сильной стороной. Аарон устало улыбнулся и кивнул подопечному в знак признательности. Ян, уловив смягчающееся настроение наставника, сделал несколько шагов назад и плюхнулся на стул, сиротливо стоявший в углу у книжного стеллажа.

— Ты что-то хотел? — тихо спросил Аарон, доставая очередную книгу из высокой стопки на краю стола.

— Ну… Узнать, как вы тут, да и остальные переживают, — смущенно ответил Ян, поглядывая на стол наставника.

Ему было безумно интересно, чем занят Аарон и о чем эта древняя рукопись, которую тот разглядывал, хмурясь и тяжело вздыхая. Ян понимал, что находиться в рядах учеников данного общества, да еще и под крылом старшего собрата и наставника Аарона, является большой честью. Но человек, о котором ходят легенды среди узких кругов единомышленников, знающих его заслуги, сейчас был сломлен морально. Причина этого была прозрачна, как капля утренней росы.

— Подослали, значит, узнать, как я тут? — Аарон откинулся на спинку стула и запрокинув голову, уставился в потолок.

— Типа того, — нехотя признался Ян.

— Все в порядке, — медленно проговорил Аарон, все еще сверля взглядом потолок. — Так им и передай.

— Мне кажется… — начал было Ян.

— А мне не кажется! — Аарон резко повернулся к подопечному. — Я точно знаю, что вижу!

Он склонил голову и крепко зажмурился.

— Тот мир стал наказанием для многих. Даже для тех, кто не заслужил его. А сейчас еще и тут — не пойми, что творится. И самое обидное, — он скрестил пальцы рук в замок, словно собирался молиться, — я не знаю, что происходит, не могу найти причин, из-за которых происходит неладное. И само собой, не знаю, как это пресечь, исправить или хотя бы обуздать!

Ян молчал. Ему не хотелось перебивать наставника и уж тем более, злить его своей назойливостью.

Аарон продолжил:

— Как можно спокойно спать, жить и делать вид, что все нормально, когда невидимая угроза, скорее всего, созданная мной, нависла над человечеством? — он тяжело вздохнул. — Я чувствую — это только начало. Дальше будет хуже. Я что-то упустил, что-то не так понял. Нужно перечитать все свитки и книги, запросить материалы у–у–у у всех… — Он положил ладони на стол и выпрямив осанку, строго посмотрел на Яна.

Минутный приступ паники и самобичевания был самостоятельно пресечен мудрым монахом.

— Обещайте мне, что позавтракаете, — встав со стула, попросил Ян и медленно направился к выходу.

Аарон кивнул.

— И, кстати, — Ян указал на поднос, — вам письмо.

Монах медленно перевел взгляд на поднос. Между дымящимся чаем и тарелкой с кашей, действительно, лежало послание. Самодельный конверт из пожелтевшей бумаги был запечатан сургучом с символом ордена «Обратное сияние». Их герб выглядел очень необычно: восходящее из-за бугра солнце, лучи которого идут не наружу, а внутрь, как бы освещая своеобразный узорный крест, очерченный полукругом.

Глава 1.
Двуликая реальность

Подумал, помечтал, шагнул навстречу

Той вспышке света, что зовет, маня…

Наш мир, город Новый Уренгой.

Очередное утро покорно приняло вахту у ночи, вновь пролетевшую темной пеленой и канувшую в историю. Судя по звукам, ворвавшимся без спроса в комнату Святослава, чайник уже вовсю кипел, как и жизнь за окном. Вставать совсем не хотелось, а еще больше не хотелось заниматься делами насущными: наводить в комнате порядок, уделять время учебе, бороться с чувством отрешенности от бренного мира. Все это были муторные, ни капли не приносящие удовольствий, занятия. В голове прозвучали слова отца, сказанные им накануне: «нужно делать шаги в сторону постижения полноценной, взрослой жизни — нормальной жизни». Он никогда не скупился на нравоучения, показывая свой характер — это Святослав хорошо понимал.

Свят нехотя открыл глаза и в тысячный раз уставился в потолок. Прислушался. Из соседней комнаты доносились фразы: родители тихо беседовали. Судя по всему, диалог был серьезным и касался их старшего ребенка — его, Святослава.

— Нужно поддержать сына, несмотря ни на что… — голос мамы прервался негромким кашлем. Она, явно, переживала, но сдерживалась и говорила очень тихо, чтобы не разбудить детей.

— Хм… — громко выдохнул отец, показывая своё недовольство. — Несмотря ни на что? Это ты про странное поведение и никудышный настрой?

— Он должен знать, что мы поддержим его, — мать начала повышать голос. — Мы — семья, а значит, должны стараться принимать друг друга такими, какие есть: со всеми минусами и плюсами.

— Я и принимаю! Но, может хватит витать в облаках? Пора спуститься на землю и принять жизнь с ее сложными механизмами и правилами! Знаешь, что происходит с мечтателями и теми, кто слаб духом? — отец тоже начинал повышать голос.

Дальше Святослав слушать не стал, дабы не портить и без того хмурое настроение.

Вспомнилось, как приключившуюся с ним историю он пытался поведать родителям, стараясь подкреплять свои слова яркими фактами и строками из записной книжки Аарона. К сожалению, их реакция не оправдала его надежд. Скептическое восприятие строгого отца и своеобразная философия верующей матери отвергли якобы выдуманные истории сына–фантазера. Особенно запомнилось ироническое высказывание отца: «отличный сюжет для книги». Но, на самом деле, родители даже вынудили Святослава совершить несколько походов к психологу. Правда, большую часть занятий он благополучно прогулял. Хорошо, что этот этап его жизни остался позади. Быть может, теперь, стремительно меняющийся мир подтвердит слова «вернувшегося» и заставит поверить ему тех, кому он доверил свою историю? Это бы дало ему шанс сделать то, что позволит вернуть потерянное душевное равновесие, пусть даже малую его часть.

— «К черту все это!» — Свят громко выдохнул, повернулся набок, поморщившись от неприязни к происходящему.

Преданный Рудо, увидев, что хозяин уже не спит, тут же вбежал в комнату. Ухватившись зубами за край одеяла, рыжий озорник начал рычать и тянуть его на себя, заставляя проснувшегося оказывать сопротивление.

— Да встаю я, встаю! Тебе скучно, что ли, дружище? — Святослав потрепал пса по седеющей холке и, протирая глаза, присел на край кровати.

— Ну что? Как обычно, сначала проверим почту, — просипел он и, хлопнув ладонями по коленям, встал.

Зевая и лениво потягиваясь, Святослав подошел к письменному столу, плюхнулся на стул и открыл крышку ноутбука. Сонный взгляд наскоро просмотрел только что обновленную страницу электронной почты. Уже вторую неделю подряд от Аарона не было вестей. На звонки и сообщения монах, также, не отвечал, а его собратья хором пожимали плечами, говоря, что он находится в поездке по важным делам, суть которых они, конечно же, раскрыть не могут. Святослав предполагал, что Аарон не хочет его втягивать в свои дела. Возможно, он боялся вновь причинить вред тому, кто из-за него прошел через невероятные испытания, но в отличие от многих, смог вернуться назад.

Святослав нажал на последнее сообщение от Аарона и, зачем-то, снова его перечитал.

Приветствую, мой юный друг!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 160
печатная A5
от 470